Сергей Белов
Заходите, вас ждут!

Бартер

Тимофей Пяткин ехал с работы домой и думал о том, что день был тяжёлый и можно сегодня немного расслабиться. По  пути он заехал в магазинчик и купил пару бутылок водки, одну про запас, и любимую закуску.  Заехав себе во двор, он по привычке огляделся по сторонам – всё ли в порядке. Всё было как обычно, только дверь в свинарник, где дожидалась своего часа откормленная свинья, была открыта.

– Что за чёрт? – встревожился Тимофей. – Неужели убежала?

Он забежал в свинарник, но всё было в порядке, свинья спокойно стояла около кормушки и мерно жевала отруби. И тут Тимофей увидел чужого хряка, спокойно бродившего по свинарнику.

– Не понял… – он потянулся за лопатой, прислонённой к стене.

– Чего ты не понял? – вдруг раздался чей-то голос.

Тимофей огляделся – никого больше в свинарнике не было. Он крепче сжал лопату, но тут к нему направился чужой хряк и, встав напротив него, поднял голову и сказал:

– Привет! – и подмигнул хозяину одним глазом.

 Тимофей застыл на месте с отвисшей челюстью, и уставился на хряка широко раскрытыми глазами. Хряк хоть и был слишком большой, но вполне, на первый  взгляд, обычный. Только на шее было что-то похожее на ошейник с маленькой коробочкой на боку.

– Привет, землянин! – снова послышался голос. – Тебя приветствует инопланетное разумное существо!

– Чего? – оцепенение внезапно прошло. Тимофей догадался в чём было дело и он даже ухмыльнулся. – Кто меня разыгрывает?

– Да никто тебя не разыгрывает. С тобой разговаривает представитель, одной из древнейшей во вселенной, разумной жизни.

И тут у Тимофея ноги стали ватными, и он плюхнулся на стульчик, стоявший около двери. Теперь лица собеседников были, почти, на одном уровне. Тимофей вгляделся во взгляд хряка. «Да, это не глаза нашей Хавроньи» – подумал он. Сразу несколько мыслей забились у хозяина в голове, мешая друг другу.

– Подними одну ногу! – вдруг вырвалось у Тимофея. – Лучше переднюю…

Пришелец приподнял одну ногу, затем другую и приветственно помахал ею.

– Вообще-то у нас принято изображать инопланетян зелёными человечками. С большой головой и огромными глазами, – словно оправдывая своё поведение, произнёс Тимофей.

– Да, есть такие  инопланетяне. А мы из другой галактики.

– А на чём вы прилетели? – Решил перейти на «вы» Тимофей.

– У вас такие летательные аппараты называют летающими тарелками.

Слово «тарелки» напомнило Тимофею, что у него есть хороший дом, а они сидят здесь, в хлеву…. Тимофей вскочил на ноги.

– Давайте пройдём в дом. – Он на секундочку задумался. – Впрочем, сначала я жену отвезу её матери.  А то она у меня в положении, родит ещё раньше срока.

Тимофей отвёз недоумевающую жену и, вернувшись, приготовил угощение на низком журнальном столике и пригласил гостя. Хряк, зайдя в дом, быстро оглядел обстановку и присел перед столиком. Тимофей налил себе и гостю водки, в стопку и широкий бокал, и провозгласил первый тост: «За знакомство!».

– Меня зовут Тимофей! – Он хотел было протянуть руку, но одёрнул себя. – А вас как назвали?

– Зови меня Керзун! – Хряк вытянул свёрнутый в трубочку язык и одним махом всосал из бокала всю водку, закусил солёным огурцом и заметно повеселел. – Хорошо у вас тут.

Через непродолжительное время новые знакомые перешли на «ты» и, не забывая про водку, рассказывали друг другу о своих планетах. Тимофей выяснил, что у Керзуна на планете давно уже создали искусственный разум, который и обеспечивает им полноценную жизнь, включая межпланетные туристические полёты. Сами инопланетяне давно уже утратили рабочие навыки – всё за них делают роботы.

– Да у вас там настоящий рай! – почесал голову хозяин. – Только плодитесь   и размножайтесь,  как говориться.

Какое-то время гость и хозяин продолжали посиделки за столом, по очереди поднимая рюмки за долгожданный контакт, но постепенно гость стал клевать носом и наконец уснул прямо на полу. Тимофей допил остатки водки, произнеся последний тост: «За межпланетную солидарность!», и примостился прямо на диване.

Проснулись они рано утром по сигналу, который издавала коробочка на ошейнике гостя.  Хряк тронул ногой хозяина.

– Мне пора. Все наши  собираются на главном звездолёте, – сказал он протирающему глаза хозяину.

Тимофей посмотрел на инопланетянина, потряс пару раз головой, потом широко улыбнулся, вспомнив вчерашние события. Они вышли из дома, и тут гостю пришла в голову какая-то мысль. Он остановился, пристально посмотрел на свинарник и сказал Тимофею:

– Отдай мне Хавронью. Очень она мне понравилась.

– Вот так просто и отдать? – подала голос крестьянская жилка. – Да и разговаривать она не умеет.

– Да вот они у меня где, разговорчивые, – наклонил могучую шею хряк.

– Это ты прав, как начнут болтать – не остановишь! – поддакнул сочувственно хозяин.

– А я тебе взамен тоже что-нибудь подарю. Или сделаю, что ты пожелаешь. Вот что тебе надо? – прямо спросил пришелец.

– Ну, мне много чего надо. Вот на поле навоз надо прикупить, а он сейчас такой дорогой зараза…

– Всё, будет тебе навоз, договорились!

– Ну, мне не два килограмма надо…

– Конечно, конечно! Сделаем!

Тимофей вывел свинью, думая о том, что жена точно родит раньше срока, узнав о его сделке. Но обижать инопланетянина тоже не хотелось. Они направились к ближайшему лесочку, где, по словам гостя, стояла его тарелка. По пути Тимофей показал свой большой участок, требующий органического удобрения. Когда они подошли к небольшой летающей тарелке, хряк послал двух роботов, похожих на сороконожек, с каким-то аппаратом, выполнять задание. Через непродолжительное время роботы вернулись. Тимофей последний раз почесал за ухом Хавронью, пожелал счастливого пути Керзуну, и тарелка бесшумно поднялась в воздух. Тимофей подождал, пока тарелка не растворилась в небе, и отправился в обратный путь, решив заодно посмотреть на работу роботов. Задумавшись о прошедших событиях, он чуть не прозевал поворот на свой участок. Сделав несколько шагов в сторону своего участка и подняв голову, он замер на месте.

На его участке, от края до края, возвышалась куча навоза, своей формой копировавшая египетскую пирамиду. Начавшийся ветерок срывал лёгкий сизый дымок, поднимавшийся от кучи, и нёс его в сторону близлежащего городка, откуда слышалась сирена гражданской обороны.

 И долго ещё стоял Тимофей около участка, почёсывая то затылок, то подбородок. И что-то изредка шептал в огромное звёздное небо.

Библиостояние.

Незавершённая история

Заведующая оглядела по привычке вверенное ей помещение и захлопнула за собой дверь. Замок громко щёлкнул два раза и наступила полная тишина.

– Наконец-то! – пронеслось по библиотеке.

И через некоторое время прозвучал чей-то зычный голос:

– Собираемся в читальном зале! По три представителя от секции.

Первой, в полутёмном, небольшом читальном зале, освещённом лампами аварийного освещения и ярким уличным фонарём, появилась Энциклопедия. Энциклопедия была старейшей книгой в библиотеке и пользовалась непререкаемым авторитетом у остальных обитателей всех полок, стеллажей и запасников. Взобравшись с помощью молодых справочников на стол библиотекаря, она оглядела столы. С разных сторон на них взбирались книги, книжки, фолианты, толстые и тонкие журналы. На один из столов неподалёку забралась ватага детских книжек и с жаром принялась что-то обсуждать. Книги армейской тематики на соседнем столе, выстроившись в ряд, неодобрительно поглядывали в их сторону. Недалеко от них собрались исторические книги и тут же с ожесточением о чём-то заспорили. Спортивные книги ловко запрыгнули на свободный стол и тут же составили пирамиду. Прошагали маленькой колонной книги, посвящённые военным сражениям и подвигам. Походкой, полной достоинства и собственной значимости, проплыли книги по юриспруденции. Тенью проскользнула литература, названная в своё, очень популярное, время «деревенской». Парочками, о чём-то шушукаясь, неспешно прошли любовные романы. Стремительно промчались, по ходу движения устраивая разборки, размахивая разнообразным оружием – мечами, автоматами и пистолетами, бластерами, забрались на дальний стол книги различных «попаданцев». Не касаясь пола, паря в воздухе, проплыла группа поэтических сборников.

– И как у них так получается? – пробормотала Энциклопедия. – Впрочем, что это я. Это же так называемая «возвышенная» литература.

Строго следя за своей осанкой, прошествовали книги по педагогике и дисциплинированно расставились на столе. Перед ними на свободном столе, словно пройдя какой-то пространственный портал, из воздуха, появились книги фантастической тематики. Сбоку от них, с обложками экзотических рисунков, расположилась приключенческая литература. Нечаянно столкнувшись, две книги раскрылись и из них посыпались золотые монеты и бриллианты, которые книги стали поспешно собирать и запихивать обратно. Рядом с местом библиотекаря с трудом на свободный стол взобрались старые учебники.

«А молодёжь учебная, как всегда, отлынивает. Впрочем, о чём им беспокоится? Ученикам, хочешь – не хочешь, насильно всё равно их впихнут по разнарядке сверху. – Энциклопедия оглядела зал. – Да и классическая литература, думаю, тоже не появится. Они же элита!»

Одной из последних появилась группа подростковых книг, которая гнала перед собой с гиканьем и свистом книги о животных. И последними, вразвалочку, появились три толстые книги по кулинарии. С трудом взобравшись на стол, они стали пристраиваться, толкая друг друга. И самая толстая книга, оступившись на краю стола, упала плашмя на пол, издав громкий хлопок. Книги, заполнившие уже весь читальный зал, притихли, озираясь – откуда такой грохот.

– Ну что ж, приступим, – воспользовавшись моментом, громко сказала Энциклопедия. – У меня есть для вас две новости: одна хорошая, другая тоже хорошая, но не для всех. Хотя, если честно, эти слухи давно уже гуляют по нашей библиотеке, но скоро, появилась свежая информация, они сбудутся. Во-первых, наша библиотека переезжает в новое помещение. – Энциклопедия сделала паузу, надеясь услышать радостные крики, но аудитория тревожно молчала. – Вторая же новость, или, точнее, – слух, смогут переехать не все, в связи с тем что нам выделяют помещение меньше по площади, чем то, в котором мы сейчас находимся. Поэтому давайте демократическим путём, с целью помощи библиотекарям, решать, кто достоин ещё послужить людям, а кого, – председательствующая запнулась, – отправим на заслуженный отдых, отдадим их в хорошие руки – как отдельным людям, так, например, в школы…

– А может, сразу в макулатуру? – выкрикнул кто-то с последнего стола. Собрание вздрогнуло. – Да и как мы донесём наше решение до людей?

– Ну, мы как-то умудряемся влиять на людей. Ведь они, читая книги, смеются, льют слёзы, негодуют и, самое главное, начинают задумываться над тем, что они прочитали. А в нашем конкретном случае необходим (последние научные исследования показывают, что это возможно), коллективный разум! То есть то решение, по которому мы проголосуем в конце собрания, должно быть в каждой книге нашей библиотеки, и таким способом мы донесём наше желание до работников.

– Фантастика! – опять кто-то крикнул с последнего стола.

– Научная фантастика! – заступилась за свою идею Энциклопедия. – А практика показывает, что немало идей из фантастических книг было потом реализовано в жизни. Так что давайте просто приступим к обсуждению повестки нашего собрания. Начнём с самой лёгкой тематики – детской литературы. Я думаю, что вся эта секция должна полностью переехать в новое помещение. Переходим…

– Подождите! – донеслось со стола с юридическими книгами. – Если мы уж начинаем новую жизнь, то давайте начнём её толково!

– Что вы подразумеваете, Административный кодекс? – с недоумением спросила Энциклопедия.

Кодекс положил своих товарищей плашмя на стол, взобрался на них, чтобы его все видели, и начал своё выступление:

– Давайте посмотрим на детскую литературу под таким взглядом: вся ли она способствует становлению добросовестного человека? Конечно, книг правильного направления написано много. Например, «Репка» учит коллективизму, хорошим отношениям среди родственников, доброму отношению к животным, даже к маленькой мышке. «Колобок» содействует правильному воспитанию подрастающего поколения, почитанию взрослых, особенно своих родителей. «Курочка Ряба» настраивает читателей на истинные ценности, простые радости, а не на «золотые горы», которые могут привести людей к непоправимой беде. А чему учит, для примера, известная сказка «Иван-царевич и Серый волк»? А тому, что для достижения своей цели можно и преступить закон! А если конкретизировать, то встать на путь мошенничества! Посмотрите, как легко соглашается главный герой пойти на подлог и не выполнять договорные обязательства, оставляя с носом других участников сделки. Может показаться, что эта группировка обманывает недостойных оппонентов и так поступать можно. Но почему кто плохой и кто хороший решают сами участники группировки, а не суд или общественность?

– И что, из-за одной сказки выбрасывать всю книгу? – прервала оратора Энциклопедия.

– Да вы внимательно почитайте все сказки! В них на каждом шагу обман на обмане или подвернувшаяся дармовщина! Что ни Иван-дурак, то для него обязательно найдётся какая-нибудь Василиса Прекрасная или Премудрая. Или Конёк-Горбунок, который решит все проблемы, вплоть до устранения конкурентов. А Емеля? Попалась волшебная щука, всё – катайся как сыр в масле!

– У вас всё? – поторопила Кодекс Энциклопедия.

– Нет, не всё! Но, к сожалению, то, о чём я хочу сказать, уже лежит вне компетенции нашего собрания.

И Кодекс сделал попытку слезть со своего пьедестала, но его остановили окрики:

– Сказал «А», говори и «Б». Послушаем. У нас вся ночь впереди.

Приободрённый оратор оглядел аудиторию и выпалил:

– Долой плагиат во всех его проявлениях! Коллективный разум должен восстановить справедливость. У нас периодически печатаются такие замечательные книжки, как «Золотой ключик, или приключения Буратино», «Приключения Незнайки и его друзей», «Волшебник Изумрудного города». Но необходимо, как в кинематографии, писать на титульном листе: «Написана по мотивам такой-то книги». Пусть читатели знают всю правду!

– Да если такое писать, – Энциклопедия наконец-то узнала голос Сатиры, доносившийся с заднего стола, – то у многих на титульных листах появится такая надпись.

– Ну хорошо. Мы все поняли, чего вы хотите, и на этом закончим обсуждение этого пункта. – Энциклопедия решила приподнять настроение книжной братии. – Давайте поприветствуем наших ветеранов. Это учебники старой формации, которые выучили не одно поколение школьников и студентов, из которых получились замечательные специалисты и научные работники.

Она показала на ближний стол, где расположились потрёпанные, но всё ещё бодрые учебники по физике, алгебре, химии. Весь читальный зал поддержал ведущую громкими и продолжительными аплодисментами.

– Спасибо, спасибо, – Энциклопедия успокоила зал. – Несмотря на их солидный возраст и то, что на пятки наступает молодёжь, они ещё могут дать им солидную фору в изложении учебного материала. Тем более что основные законы природы не очень-то обновились с середины прошлого века. Впрочем, я сужу по своим, энциклопедическим знаниям. Но это моё мнение.

Ведущая оглядела зал. В глаза бросилась одна из книжек про любовь, которая украдкой вытирала слёзы.

– Любовь, не знаю как вас по батюшке, – с задней парты немедленно послушался приглушённый голос: «Эротовна», – опять кто-то кого-то бросил? Так не в первый раз и не в одной книге такая ситуация описана. Пора уже давно бы привыкнуть. И любовь это такая вещь, которая….

– Никакой любви нет, – неожиданно раздался голос Химии. – есть только гормоны и химические реакции. Вот их и надо описывать в любовных книгах.

– Так кто же их тогда будет читать? – удивилась Энциклопедия.

– А зачем про это читать? Надо делом заниматься, – без каких-либо эмоций ответила Химия.

– Ну, люди всё-таки не бобики, чтобы при первой же встрече заниматься, э-э, делом. Надо поговорить по душам сначала…

– Никакой души нет, – прервала Энциклопедию Химия. – Я спрашивала у Биологии. Это выдуманный человеческий орган. Поэтому всю любовную литературу надо сдать в макулатуру.

– Я думаю, что если мы выбросим из литературы понятие «душа», то исчезнет больше половины книг. И не только на любовную тематику, – задумчиво сказала Энциклопедия. – Так что давайте не будем делать поспешных выводов.

– Кстати! Удивительно, – влезла опять в разговор Сатира, – как подходят друг к другу в рифму слова «литература» и «макулатура».

Энциклопедия, стараясь не реагировать на комментарии Сатиры, оглядела зал.

– Маловато у нас книг про животных, – решила Энциклопедия поддержать тихую группу книжек, прильнувших друг к другу и прижавших свои обложки. – Столько интересного и необычного существует в их среде, даже представить себе трудно. И спасибо тем писателям, которые, не считаясь со временем, отслеживают, как себя ведут животные и не только в природе. И доносят эти сведения до широкого круга читателей. Побольше бы таких книг. Да и, по моим сведениям, школьники охотно берут такие книги.

– Только вот что-то всё больше и толще становится Красная книга, – неожиданно поддержал разговор милицейский роман. – Как бы люди сами не оказались в этой книге при их отношении к окружающей среде. И что хотелось бы ещё сказать по теме нашего собрания. Необходимо уничтожить все книги по охоте и рыбалке. Если бы вы знали, сколько несчастных случаев, преступлений, проявлений коррупции существуют в этих сферах деятельности человека. И это всё только ради того, чтобы будучи неголодным, я подчёркиваю, в принципе сытым по жизни существом, похвастаться: «А я поймал это, а съел то!» Да, есть профессии, где без ружья и сетей никак – егеря, профессиональные охотники и рыбаки. Для таких людей выпускать обучающую печатную продукцию: плакаты и брошюры. А что предназначалось для так называемых любителей, подвергнуть реинкарнации. Или, по-простому, отправить в макулатуру.

Лёгкий гул пронёсся по читальному залу. Одна из книг любовной лирики упала в обморок и соседки принялись обмахивать её обложками. Энциклопедия оглядела зал, выбирая кого бы привести в качестве положительного примера, чтобы собрание не падало духом.

Но тут пришла на выручку Головоломка – сборник загадок, шарад, ребусов.

– А почему нет представителей нашей классической литературы? Или они считают себя выше всех? Может, послать за ними пару спортивных самоучителей по карате и самбо?

– Да что могут сказать эти старые зануды. – Подключилось затрёпанное пособие по столярному и плотницкому делу. – И чему они могут научить? Как под поезда бросаться и топором махать налево и направо?

– Мы заслуженные книги! – раздалось вдруг с верхней полки стеллажа новых поступлений в библиотеку. Энциклопедия хотела посмотреть, чей это голос, но в полумраке не разглядела. – И не стоит всяким чурбанам судить со своей табуретки о высокой литературе!

– Ага, – подскочило Пособие на своём столе, – поэтому тебя и засунули на самую верхнюю полку, чтобы тебя никто не видел! Да с помощью меня сделали столько табуреток, стульчиков и скамеек, что все твои читатели не заполнят и десятой части этой мебели! Вас всех надо отправить не на реинкарнацию, а на переработку – делать из вас картон!

– Друзья, друзья, не стоит так горячиться, – вмешалась Философия. – Классическая литература, я думаю, с этим никто спорить не будет, – наши заслуженные коллеги, сделавшие немало в своё время для становления культурного общества. Это замечательные памятники ушедшим временам. Это исторические источники для изучения социальных, политических, этнографических явлений той далёкой эпохи. Хотелось бы сделать упор на то, что тогда не существовало телевидение. Только-только зародилась фотография, которая будет предтечей синематографа. Поэтому многие писатели той поры пользовались литературным приёмом, который по-простому, чтобы всем было понятно, можно назвать «описалово». Писатели старательно описывали быт, природу. Почему бы не описать поподробнее какой-нибудь дуб, отношения героев, чтобы у читателей в голове складывались полноценные картинки отображаемых в книге событий. И такая манера изложения продержалась очень долго, да и сейчас есть образчики такой литературы. Но с появлением широко используемого телевещания ситуация изменилась. Картинка из телевизора несёт, и это научный факт, гораздо больше легко усваиваемой информации, чем текст. Не углубляясь в проведённые людьми исследования, скажу, что в итоге школьники, основные, если можно так сказать, потребители классической литературы, стараются изучать её в кинематографическом виде. А в настоящее время тотального появления в быту компьютеров и смартфонов, оккупирующих мозги молодого поколения, для многих выпустить из рук гаджет и взять в них книгу равнозначно подвигу! Отсюда и маленький спрос на классическую, и не только, литературу. Но, кстати, метод «описалово» жив и захватил новые ниши человеческого сознания! У многих людей записалась, как утверждают биологи – в генах, потребность в скрупулёзных действиях и беседах. И этот метод с успехом подхватило телевидение. Достаточно посмотреть на бесчисленные сериалы, идущие по цифровым, кабельным и спутниковым каналам. И последний факт. Серьёзные издательства наращивают количество авторских листов в принимаемых на рассмотрение рукописях. Так что, согласно теории спирального развития истории, может быть, в будущем люди опять полюбят новую классическую литературу, исполненную на новом интеллектуальном уровне!

В зале раздались энергичные аплодисменты, подхваченные многими книгами, – дух надежды в выступлении Философии собранию понравился и был одобрен. Энциклопедия снова взяла слово:

– Может, обсудим детективную литературу?

– Не трогайте вы криминал! Ещё пырнут чем-нибудь или обольют чернилами. А то ещё хуже – подожгут тебе корешок, чтобы не болтал лишнего! – Сатира встала в полный рост на своём столе. – Вот давайте обсудим «деревенщиков»!

– А что их обсуждать, самое безобидное направление литературы? – возразила Энциклопедия.

– Давайте я напомню вам давнюю историю. Один писатель, уроженец деревни, написал книгу о трудовых буднях колхоза, борьбе за урожай, вредителях и передовиках. И со временем, пройдя карьерную лестницу, стал первым секретарём партии в одной из республик Советского Союза. И закончил свою жизнь, добровольно покончив с ней счёты, после громкого расследования. Говорят, став крупнейшим коррупционером того времени. И было это связанно именно с темой его книги, колхозным направлением. А теперь, – Сатира оглядела внимательно слушавший её зал, – обратим внимание на современное положение наших деревень. Я знаю из газетных публикаций, что деревенское население значительно сократилось. И, естественно, часть деревень, особенно с маленьким количеством домов, исчезла, остались только деревянные срубы с зияющими окнами. И в тех местах, где деревенское население растворилось в городах, поля зарастают кустарниками и деревьями. Людей, уезжающих в города, можно понять: в квартире у тебя горячая и холодная вода из крана, не надо ежедневно ходить за водой к колодцу; газ на кухне, не надо возиться с дровами, как и с печкой; удобства под боком, а не на морозе; да и развлечений несравненно больше. Почему они не прониклись духом «деревенской» литературы, которая, несомненно, является образцом литературного творчества, а выбрали мещанский, а можно сказать, обывательский жизненный путь? И складывается такое чувство, что деревенский «шарм» – желание городских издательских и писательских кругов, в основном выросших в городе, почувствовать «сермяжную правду» незнакомой им жизни. Конечно, в жизни людей, я по себе это чувствую, не всё так однозначно. Но всё равно многое в так называемой «деревенской» литературе притянуто за уши и поэтому нам стоит хорошенько задуматься перед голосованием. И последнее. Давайте повнимательнее присмотримся к поэтическим сборникам.

– В каком плане? – уточнила Энциклопедия.

– Плодятся как кролики. От кроликов хоть какой-то толк есть – мясо, шкурка на шапку, от этих же только шум в ушах!

Пока Энциклопедия подбирала аргументы в пользу стихотворной продукции, она заметил, посмотрев в сторону их стола, что до сих пор висевшие в воздухе книжицы попадали на стол. И тут ей на помощь пришла книга «Садоводство».

– Вы неправы, коллега. Хотя мне и нравятся просто стихи, особенно про природу, попробую доказать аргументированно, что стихи, хорошие стихи, нужны людям. И для этого я прибегну к помощи, – она слегка поклонилась в сторону учебников, – биологии. Все знают, что у деревьев есть корни, которые удерживают ствол и крону в вертикальном положении, для хорошей работы фотосинтеза. Кроме того, корни выполняют ещё одну важную функцию – подпитывают дерево водой. Но не все знают, что эту функцию выполняют не те толстые подземные ветки, которые обычно и называют корнями, а маленькие корешки, которые, толщиной чуть больше волоса, облепляют концы этих веток. Через них дерево получает не только воду, но широкий набор микроэлементов, которые делают растение крепче, выше, плодовитее. Точно так же, благодаря поэзии, в том числе, человечество получает большое количество «микросмыслов», которые питают человеческие души и дух, помогая им развиваться, отрываясь всё больше от мира животных!

Некоторое время в зале стояла тишина, нарушаемая только многочисленным задумчивым шелестом страниц.

– Ну, ты мать и загнула! – с восхищением в голосе прервала паузу Сатира.

И опять повисла тишина. Энциклопедия откашлялась и постучала уголком обложки по столу, привлекая внимание.

– По-моему, для обсуждения осталась только патриотическая литература. Про армию и военно-исторические…

– Как бы военные, – с сарказмом перебила председателя История.

– И как бы исторические, – язвительно ответила книга про войну. – Если подсчитать, сколько вы раз меняли своё мнение на те или иные события, можно запросто свихнуться. Герои превращались во врагов, враги в спасителей отечества, только их никто не понял. То были геройские поступки, а потом превращались в мифы. Забывались на многие годы ключевые исторические фигуры, а выпячивались заслуги прихвостней. И ещё вас можно сравнить с хорошим сыром – дыра на дыре. Сколько исторических событий не освещено вовсе или не в полной мере, неважно, намеренно это произошло или по недомыслию. Поэтому и патриотизм в этой стране у людей какой-то дырявый.

– Зато мы не кровопийцы, как вы! Вы сделали из трагедии народов хороший и долгосрочный источник для получения больших гонораров, государственных премий и льгот. Все ваши блага оплачены кровью миллионов погибших людей. И к тому же у вас самих рыльце в пуху. Вы-то сами сколько мифов наплодили – подсчитывали? И дыр от исчезнувших фактов у вас тоже достаточно! Так что не надо валить с больной головы на здоровую!

– Да вы вытряхните из своей головы весь мусор, который там накопился за века, а потом говорите что она здоровая…

– А вы…

Неожиданно, как гром среди ясного неба, щёлкнул замок входной двери. Зал замер. Загорелся свет в коридоре, и в свой кабинет прошла заведующая. Через минуту она уже вышла в коридор, на ходу пряча в сумку какие-то бумаги. Телефонный звонок остановил её на полпути к выходу.

– Алло! – заведующая прислушалась к телефонному собеседнику. – Да я вернулась забрать отчёт. Надо будет его дома доделать. – И через пару секунд продолжила: – Нет, на работе будет некогда. Мы получили новое помещение, конфискованный особняк у проворовавшегося чиновника… Да, помещение хорошее, площадь в два раза больше, чем у нас сейчас. Так что будем заняты упаковкой всего нашего фонда для переезда… Конечно, приглашу на новоселье!

Дверь торжественно защёлкнула замок. Каблучки застучали по асфальту и вскоре затихли вдали. И по читальному залу пронеслось вдохновенно:

– Ура! Ура! Ура-а-а-а!!!

Бунт

Мозолистые пальцы привычно бегали по клавиатуре, впечатывая последние строчки романа. Наконец поставлена последняя точка, и Серафим Топорков, маститый писатель, автор двух десятков книг, устало откинулся на спинку кресла и блаженно закрыл глаза. Через несколько минут он открыл глаза и с хрустом потянулся, выпрямляя затёкшую спину. Затем сохранил файл под названием “Книга21”в свою любимую папку «Завершёнка», и поглядел на часы. Вечер только начинался, поэтому Серафим мог спокойно отправиться в ближайший ресторан, чтобы по традиции отметить там завершение очередного романа. Он встал из-за компьютерного стола и, не выключая аппаратуру, как ему когда-то посоветовал делать опытный специалист, пошёл одеваться. Заперев дверь квартиры, он спустился на лифте на первый этаж, вышел из подъезда и неторопливой походкой направился в нужную сторону…

– Опять!? – истошный вопль промчался по пустой квартире.

Экран монитора, самостоятельно перешедший в экономный режим, засветился. На экране появился, словно выплыл из белёсого тумана, человек, облачённый в рыцарские доспехи и с огромным мечом. Он поднял меч, погрозил в сторону пустой квартиры и отбросил его за край экрана.

– Надоело! – он простёр руки к стеклу. – Ну почему опять нужно воевать?

Он ударил кулаком по стеклу несколько раз и, удовлетворённый, успокоился. Оглядевшись по сторонам, он крикнул:

– Выходите! Никого нет.

Из тумана появились ещё несколько фигур и окружили рыцаря: старик с длинной седой бородой и остроконечным колпаком на голове; мрачный тип средних лет, затянутый в чёрное одеяние под самый подбородок; молодая женщина, облачённая в боевой корсет, который, казалось, вот-вот лопнет под напором большой груди. И ещё какая-то тень мелькала за ними в тумане, но так и не появилась.

– А где ботаник? – спросил рыцарь прибывших.

– Да занят какими-то делами, – ответил старик. – А что случилось? Только угомонились все и вот опять вызвали.

Рыцарь пристально оглядел всех, словно оценивая, смогут ли его соратники по книге помочь ему.

– Не хочу быть больше мальчиком на побегушках у писателя. Устал от постоянного попадания во всякие неприятные ситуации. То спасай малочисленный народец от каких-нибудь пришельцев. То налаживай экологию на отдалённой планете, которую запустили тупые и жадные правители. Или ищи магический древний артефакт для спасения угасающего рода. Пусть даже и за приличное вознаграждение, но все эти подвиги у меня уже в печёнке сидят. В последней книге так мечом намахался, что плечо себе повредил. И оружие всё время дают какое-то неудобное, тяжёлое. Нет чтобы снабдить меня автоматом Калашникова. Мне сосед по книжной полке говорил, что это отличное оружие. Впрочем, всё. Не хочу и слышать про эти бластеры, луки, мечи…

– И чем будешь заниматься? Валяться на травке под сенью могучего дуба? – перебил его мрачный тип.

– А что, я, по-моему, давно уже заслужил себе нормальный отдых. Буду валяться на травке, слушать пение птичек…

Он внезапно замолчал, поднял руку, предупреждая, чтобы присутствующие ему не мешали, и задумался. Недолго простояв в такой позе, рыцарь поднял голову и оглядел товарищей просветлённым взглядом.

– Вот что! Я хочу быть садовником. Выращивать деревья, кусты, цветы…

– Тыквы, огурцы, помидоры… – дополнил список мрачный тип. – Короче, перекуём мечи на орала!

– Вечно ты, советник, находишь чем людей задеть. Впрочем, почему бы и не помидоры? Но мне больше нравятся цветы. Такое буйство красок, запахов, форм, что дух захватывает! А жужжание пчёлок над цветами? А на шмелей можно смотреть бесконечно! А что нам предлагает этот «стахановец» в своей последней рукописи? Бороться с грибами-монстрами! Да и книгу так назвал: «Нашествие мутантов из рода грибов». Опять махать мечом, сносить грибам шляпки! Нет-нет. Ухожу в садовники.

– Да как же ты уйдёшь, книга-то уже написана. Завтра Топорков отправит её редактору, и пошёл процесс.

– Надо что-то придумать! – Рыцарь почесал затылок. Внезапно у него загорелся огонёк в глазах. – А вы что, так и будете терпеть издевательства этого садиста?

Его товарищи, не ожидавшие такого поворота дела, задумались. Переминаясь с ноги на ногу, они переглядывались между собой, не зная, что ответить. Наконец старик решился.

– А почему бы и нет? – словно отвечая своим же мыслям, он снял с головы остроконечный колпак и отбросил его. – Мне тоже хочется сменить профессию мага на что-нибудь другое. – И после секундного замешательства добавил: – О! Буду поваром!

– А почему не сталеваром? – съязвил советник. – Там тоже имеешь дело с огнём и надо варить.

– Да замучился иметь дело с опасными веществами. Иной раз так полыхнёт из пробирки, пока готовишь зелье по рецепту этого неуча, я имею в виду писателя, что без бровей остаёшься. А один раз приготовил эликсир вечной молодости, по его же рецепту, и дал для пробы единорогу. Так тот весь рогами покрылся и стал похож на ежа. Пришлось срочно подменить эликсир самогоном из кедровых орехов. Кстати, на ура пошёл у короля и его подданных.

– Помню, помню, – поддакнул магу советник. – И голова после этого самогона не сильно раздулась. Не то что от мухоморов.

– Ну, с мухоморами промашка вышла, каюсь. Так меня за это чуть не обрили по самую шею. Так что маг – это опасная профессия, с какой стороны не посмотри. А повар – хорошая профессия. Главное не пересолить еду. Всё, решено!

– Главное – не пережарить… – возразил ему советник.

– А ты что решил для себя, заноза? – спросил советника рыцарь.

Советник нерешительно пожал плечами и перевёл взгляд на женщину.

– А я тоже хочу поменять свою жизнь, – с вызовом ответила она, для убедительности махнув перед собой боевым топором. – И в первую очередь уберу эти надоевшие остроконечные эльфийские уши. Как начнёшь причёску укладывать, так обязательно себе на ушах начинаешь бренчать. Трынь-брынь! Трынь-брынь…

– А ты возьми себе уши от бегемотика, – не удержался от совета мрачный тип. – Они такие маленькие, округлые…

Рыцарь недовольно махнул рукой.

– Хватить ерунду обсуждать! Ты выбрала себе новую роль? – Он вопросительно посмотрел на женщину.

– Да. Я хочу быть президентом. Вместо короля.

– Президентом в королевстве? – удивился рыцарь. – Ну, это что-то новое, оригинальное. А так бывает?

– Нет, такого ещё не было,– снова влез в разговор советник. – Чтобы женщина с такой грудью была президентом – это чересчур!

– Хватит пялиться на мою грудь! Кроме груди, у меня ещё голова есть! И она хочет быть президентом, иметь под своим руководством министров, управлять мудро своим народом и государством. И чтобы народ меня любил. Иметь, в конце-то концов, для своего тела приличный гардероб, а не этот кургузый передничек, из которого всё вываливается.

– Да, – задумчиво поддакнул советник, – грудь не главное. Главное – суметь втиснуть твою пятую точку в президентское кресло …

Внезапно из тумана сзади них высунулась драконья голова.

– А что это вы тут делаете?

Все обернулись и дружно поприветствовали его.

– Давай подключайся. – Старик почесал дракона под подбородком. – Мы себе выбираем новые роли. Подумай, кем ты хочешь быть в новой книге, пока советник будет делиться своими планами.

Все посмотрели на советника.

– Может, поможете мне советом? – неожиданно сказал он. – Ничего в голову не приходит.

– Ну ты даёшь, советник! – Первым отреагировал рыцарь. – Может, таинственным отшельником, которого трудно найти? Ничего делать не надо, только иногда выдать какой-нибудь афоризм!

– Может, торговцем волшебными вещами? – спросил старик. – Я когда-то хотел этим заняться. Купил подешевле – продал подороже. И вся мудрость. Зато какое удовольствие – запустить руки в сундук с монетами!

– Или давай ко мне в правительство, мне советник положен по штатному расписанию. – Бой-баба мило улыбнулась совсем помрачневшему от этих предложений товарищу.

Советник посмотрел в сторону драконьей головы, но та была занята своими мыслями и ничего не сказала. И тут ему в голову пришла достойная, как ему показалось, мысль.

– Министром я не хочу. Лучше я буду летописцем. Или, по-научному, историком. Буду описывать ваши деяния. И ничего мне за это не будет. А быть советником… Это постоянно подвергать свою жизнь опасности – вдруг не то насоветовал. То в темницу запрут без трёхразового питания, то сошлют в дальние края, в пустыню, или вообще оставят без головы. Всё решено – буду летописцем. Уже даже руки зачесались написать что-нибудь! Только непонятно, как мы это всё осуществим.

Рыцарь поднял руку, призывая собрание обратить на него внимание.

– Тихо! Чапай думать будет! – Он погрузился в себя, сделав глубокомысленное выражение на лице. Но через пару секунд, не сдержавшись, застенчиво улыбнулся. – Здорово сказал, а? Классика! – Он опять сделал серьёзное лицо. – Дракона поторопите.

Бой-баба подошла к голове дракона и похлопала его по щеке. Дракон затряс головой и открыл глаза.

– Простите, уснул. – Но, увидев недовольные лица товарищей, поспешил их успокоить. – Я придумал, кем хочу быть, – конём! Это так здорово – носиться по степным просторам. Стану вожаком табуна с многочисленными кобылами. И никто мне не указ. А драконом что? То лети, спасай народишко какой-нибудь, то наоборот, работай огнемётом, сжигай их деревни и поля! И каждый раз в тебя норовят пальнут из чего-нибудь! Все крылья продырявили, негодяи. И нет чтобы драконихой обеспечить. «Ты последний из рода драконов!». Как хочешь, так и выкручивайся, чтобы продолжить свой род. Всё, ухожу в непарнокопытные!

Советник подошёл поближе к дракону.

– А какой прикид себе выберешь? Вороной, гнедой, рыжий?

– Ни один из них! Только серый в яблоках!

В этот момент рыцарь встряхнул головой, огляделся вокруг и спросил толпу:

– А где учёный, где ботаник? Ну-ка, дракон, – одно крыло здесь, другое там! – найди ботаника!

И через короткое время драконья голова снова появилась на экране с человечком в зубах, которого он осторожно опустил на землю. Молодой человек с растрёпанной шевелюрой, в непритязательной одежде и больших очках, недовольно промямлил:

– Что надо? – и добавил, пробурчав себе под нос, – поспать не дают.

– Разговор есть! И очень ответственное дело – переписать наши роли в книге. – Рыцарь подошёл к прибывшему и положил руку ему на плечо, – очень тебя просим! Кстати, не хотел бы ты поменять свою жизнь на какую-нибудь другую, получше?

– Да мне и эта нравиться. Изучай, изобретай, применяй… Мне она нравится.

– Вот это хорошо, что ты такой изобретательный! – Рыцарь похлопал учёного по плечу. – Как бы нам книгу переписать? Ведь до клавиатуры мы не дотянемся из-за экрана!

Молодой человек ненадолго задумался.

– Можно воспользоваться виртуальной клавиатурой. Он на экране высвечивается…

– Отлично, отлично! – Рыцарь довольно потёр руки. – Давай я тебе объясню, кто кем хочет быть.

Он обстоятельно объяснил, какие роли выбрали себе присутствующие и где будут обретаться. Ботаник, склонив голову и полузакрыв глаза слушал, иногда прерывая рыцаря, чтобы уточнить детали. Наконец рыцарь закончил.

– Ну что, всё я правильно изложил? – обратился он к товарищам, и все удовлетворённо закивали. – Ну, не будем ему мешать.

Все стали расходиться и растворяться в дымке. Последним исчез рыцарь, но тут же вернулся.

– И поменяй мне имя. Долбомэн мне что-то не нравится. Ну, давай, твори!

И окончательно исчез в тумане.

Ботаник зашёл за край экрана и вскоре на нем появилось изображение клавиатуры. Вернувшись на экран, изобретатель стал задумчиво приглаживать свою причёску.

– Твори! – произнёс он недовольно. – Вот натворю сейчас так, что мало не покажется!

Внезапно в его глазах пробежала искорка.

– А в принципе, что же это получается? Я – творец? – Он выпрямил спину. – Да, я буду творецом! А творец с большой буквы – это кто? – спросил он у самого себя. – Я – Бог!

И он застучал по виртуальным клавишам, с каждой секундой набирая скорость. И через некоторое время стук по клавишам плавно перешёл в монотонный, ровный гул…

Серафим Топорков проснулся, тяжело поднялся с постели, сказывалась вчерашняя вечеринка, выпил холодного чаю и направился к компьютеру. Отправив своему давно знакомому редактору по электронной почте файл “Книга21”, он опять свалился на кровать. Но долго лежать ему не дал телефонный звонок. Не глядя на экран, писатель приложил сотовый к уху. Звонил редактор.

– Серафим, ты мне тот файл прислал?

– А в чём дело?

– Да раньше твоя книга называлась по-другому!

– А сейчас как? – Топорков сел на кровати.

– «Садовник и конь». Ты сменил направление?

Топорков встал с кровати и направился к компьютеру.

– Сейчас проверю и перезвоню тебе.

Он стал просматривать свои файлы, бормоча: «Какой, к чёрту, конь?». Но, открыв нужный документ, в растерянности схватился за голову.

– Точно, конь! Да ещё в яблоках! – Он не мог сообразить, как могло так получиться.

– Кто? Как? Когда? Ну я попал!

И услышал в ответ из колонок компьютера долгое, радостное конское ржание!

Встреча на высшем уровне

Огромные золотые врата медленно раскрывались под чарующие звуки лютни, пастушьего рожка и балалайки. Сатана с нетерпеньем топтался на месте, хотя он, конечно, мог и не ждать, когда ворота раскроются полностью – но считалось неуважением, к владельцу этих ворот, протиснуться в образовавшуюся щель. Наконец ворота остановились и гость, стараясь не стучать громко своими начищенными копытами, по сверкающей дорожке направился к белоснежному дворцу, гостеприимно распахнувшим широкую двустворчатую дверь. Огромные, вечнозеленые кипарисы, образовали тенистый тоннель, по которому было приятно идти под то и дело раздававшееся пение райских птиц. Около входа гостя встретили два ангела, которые сопроводили его к трону их начальника.

– Приветствую тебя, создатель всего сущего в мире! – Сатана поклонился хозяину дворца. – Спасибо, что согласился принять меня!

Хозяин трона, седой, с огромной белой бородой Старец с сияющим нимбом, зависшем над макушкой, поманил гостя поближе к себе.

– Давненько мы с тобой не виделись! – Старец стал внимательно рассматривать своего гостя. – Да! Сильно ты изменился, с тех пор как я тебя низверг за твой проступок в геенну огненную. Обиделся, наверное, за такую участь? И где твои крылья, золотые локоны, румяное лицо? Шерсть, рога, копыта… Откуда всё это взялось?

Гость переступил с копыта на копыто.

– А ты попробуй поработай у нас! Наверно и не такие копыта себе отрастишь! Кругом огонь, кипящие вода и масло – попробуй, походи босиком, как у вас тут, в райских кущах. А шерсть и рога… Тут у нас физик есть, нобелевский лауреат, так он говорит, что шерсть предохраняет от жары. Рога же являются теплообменником…

– Знаю я этого лауреата! Он в своё время столько наставил этих теплообменников своим коллегам – наберётся на хорошую солнечную электростанцию! – ухмыльнулся Старец.

Собеседники задумались каждый о своём.

– Ну а как идёт процесс наказания? – первым нарушил молчание хозяин дворца.

Сатана почесал за рогом.

– Где-то ты допустил просчёт. Не работает процесс наказания.

– А в чём просчёт? – озабоченно спросил Старец.

– Ну, сначала-то они пугаются, крестятся налево и направо. А потом ничего, привыкают. Ведь времени-то у них много, очень много – вечность!

– И чего они у вас там делают?

– Нет, все процедуры они проходят как положено: облизывают раскалённые сковородки, плавают в кипящей воде… Наперегонки. Кстати, народу всё больше, а котлов такое же количество как было изначально. Такие очереди большие образуются – конца не видно. Хорошо бы и котлов добавить, и помещения расширить.

– Так организуйте грешников на это дело! – Старец всплеснул руками.

– Организуешь их, как же! Говорят: «Раз вы тут сами всё устроили и нас сюда по принуждению поместили – сами всё и делайте! Или давайте договоримся: мы работаем на вас, а вы отправляете нас в рай!».

– Ещё чего. Не хватало устроить в раю «великое переселение народов». Здесь и так места мало. – Хозяин нахмурился. – А ничего ещё они не просят?

– Да у них просьб наберётся на два рая! Спортивные соревнования по разным видам спорта, бары к каждому котлу, телевидение, объединить женские и мужские части ада…

– Может, им там ещё бордели пооткрывать? Пора им устроить второе пришествие, чтобы сгинули раз и навсегда! А пока чёрта лысого им рай! Пусть ждут, пока верблюд не пролезет сквозь игольное ушко! – Нимб у Старца от возмущения съехал набок.

– А они уже тренируют его. – Гость отвёл взгляд в белоснежный потолок и почесал подбородок.

– Кого «его»? – Старец поправил нимб и с удивлением уставился на сатану.

– Да верблюда. Голова уже пролазит до ушей…

– Да-а-а! Дела! – Хозяин дворца готов был метать молнии, да жалко было портить интерьер. – Надо было нарезать больше кругов. Не девять, а девять тысяч. Или девять миллионов, чтобы грешники постоянно грызли сковородки и натирали своими задами котлы.

Старец вскочил с кресла и обошёл несколько раз гостя.

– Ну, чем ещё, так сказать, порадуешь? – Хозяин встал перед сатаной.

– Проблемка возникла в последнее время. Много грешников стало прибывать с претензией, что они вложились в строительство храмов и церквей, а попали всё равно ко мне. Надоели они мне со своими претензиями. Можно я им рты позашиваю?

– Неужели так достали?

– Не то слово. Организуют какие-то группировки, всем придумывают прозвища (они их называют «кликухи»), , гоняют по котлу других грешников, выбирают себе место, я подслушал их разговор, «попристижней»….

– А тебе какую кликуху дали? Дали ведь, да? – перебил Старец гостя.

– Ну дали, и что?

– Вот поэтому ты им рты и хочешь зашить, да? Ну-ка, ну-ка, как они тебя там назвали?

– Ну, Лось!

Старец от души расхохотался.

– А что, в самую точку попали!

Сатана спокойно переминался с копыта на копыто, ожидая, когда у хозяина пройдёт приступ веселья.

– Ну, ну, – бормотал он себе под нос. – У меня ещё кое-что для тебя припасено.

Наконец хозяин дворца, вдоволь насмеявшись, вытер выступившие слёзы и спросил у Сатаны:

– Может, закончим на сегодня?

– Пришла беда, откуда не ждали! Грядут большие перемены! – ответил с тревогой в голосе гость. – Содомиты поднимают… – он сделал паузу, подбирая слово. У Старца невольно начала подниматься левая бровь, – голову!

– Святая дева Мария! – вырвалось у Старца. – Я же их запретил. Мало того, наслал на их головы в известных городах огонь небесный! Откуда они взялись?

– А они сами себя разрешили! Потихоньку стали собираться в некоторых барах. Стали выпускать литературу, постепенно пролезли в кинематограф, стали проводить гей-парады, с требованием соблюдать их права, которые они тоже сами выдумали. Требуют к себе внимания. Даже были требования, и таких случаев становиться всё больше и больше, сочетать их законным браком. Даже требуют, чтобы их венчали!!! И находятся священнослужители, которые проводят такие обряды.

– Прижигать им сковородками причинные места, чтобы неповадно было заниматься такими делами! – Старец погрозил кулаком в пространство.

– Да мы им уже и прижигали, и терновыми ветками обматывали, и в кандалы одевали, а они только рады! Да ещё возникла такая проблема, что некоторые черти прямо-таки напрашиваются работать с ними. И при этом взгляд у них становиться такой елейный… Вы понимаете, к чему идёт дело?

– И что ты предлагаешь? – Старец почесал бороду.

– Отправлять их в рай. У вас тут все праведники, крепкий народ против разных соблазнов…

– Ни за что! – Хозяин замахал руками. – Ни за что! Они же мне весь рай изгадят! Послушай, – после некоторых раздумий, слезая с кресла, сказал он, и, подойдя к сатане, дружески обнял его за плечо, – работать с грешниками – это твоя обязанность, так что давай не отлынивай и придумай что-нибудь. А с котлами и сковородками я тебе помогу. И площадь ада расширим – не проблема.

Огорчённый сатана буркнул что-то на прощание и пошёл к выходу.

Старец забрался на кресло, закрыл глаза и погрузился в свои мысли.

– А ведь чертёнок прав. – Он открыл глаза и посмотрел вслед удаляющемуся гостю. – Грядут большие перемены…

Сатана вышел из дворца, прошёл, стуча копытами, всю аллею и вышел за ворота. Уже отойдя на приличное расстояние, он словно почувствовал толчок в спину и обернулся. За запертыми воротами стояла толпа праведников и тоскливо смотрела ему вослед. Он помахал им рукой и опять пустился в путь – тянуть свою чёртову лямку.

Зимняя сказка

Это случилось под Новый год, морозным поздним вечером, когда улицы, освещённые, из окон квартир голубым светом телевизионных экранов, опустели.

Через заснеженный парк шёл мужчина, негромко разговаривая сам с собой. Его приподнятое, бокалом шампанского и несколькими рюмками водки, настроение требовало собеседника. Заметив что-то белевшее за кустами, он пролез туда и увидел снежную бабу. Снежная баба была сделана по классической форме: из трёх разнокалиберных шаров, с платком на голове, глаза из угольков, небольшая морковка на месте носа.

– А–а, Снегурка! – Человек подошёл к ней, упёрся левой рукой в её средний шар, расставил ноги пошире и, размахивая, от избытка эмоций, правой рукой, обратился к снежной бабе.

– Вот ты скажи мне, может человек посидеть с коллегами отметить праздник? – Он пристально поглядел ей в чёрные угольки. – Вижу, ты меня понимаешь. А вот приду я сейчас домой, там такой тарарам поднимется! Час пилить меня будет.

Мужчина расслабил галстук, сдвинул шапку на затылок и продолжил:

– Никакого житья с ней не стало! Совсем меня за человека не считает. Одни издевательства и попрёки. Представь себе, если задержусь где-нибудь на полчаса, так она на мне начинает искать отпечатки пальцев и губ. Разденет до трусов и с лупой исследует меня всего. Один раз нашла на мне длинный рыжий волос, так чуть не удавила меня им!

Он провёл рукой по шее, как бы проверяя, не осталось ли на ней отметины.

– Да это ладно. Вот когда я зарплату получаю, тут она измывается от всей души. Во-первых, обыскивает меня с пылесосом и, во-вторых, натаскала нашего пёсика на запах денег. Пока он всего меня не обнюхает с ног до головы – не отстанет. Приходится прятать тысчонку, чтобы они были оба довольны. Да ещё…

Внезапно невдалеке хрустнула ветка, и наш герой испуганно оглянулся, не его ли ищут. Не заметив ничего опасного, он опять повернулся к собеседнице.

– Да ещё попробуй заикнись, что мне на сигареты надо или на пиво! Потом три дня будет корками кормить, как Буратино. Или в тарелку с супом будет класть одни кости. Разве ж это жизнь! В супе кости, в постели тоже кости… Соблюдает такую диету, что рёбра торчат наружу. И когда ласкаешь её, такое впечатление, будто штакетник гладишь. – Он оглядел снежную бабу снизу доверху. – Вот у тебя фигурка – что надо!

Мужчина погладил снежную бабу по округлостям.

– А про телевизор и говорить нечего. То у неё сериалы, то ток-шоу, то «пусть отдохнёт». И дом ничего не разрешает делать. Да разве ж я виноват, что тёща первая решила испытать табуретку, которую я сделал… Ох, и визгу было! Две лампочки лопнули. А вот как пуговицу пришить, так «сам сможешь!».

Он уронил голову на плечо снежной бабе, и несколько горячих, по-мужски крутых слезинок, упали ей на грудь. Несчастный муж, постояв так немного, поднял голову, сказал бабе: «Прощай Снегурка!» и развернувшись, начал пробираться обратно на дорожку.

– Постой, любимый! – вдруг услышал он голос сзади.

Мужчина обернулся и повис на ветвях кустарника. На месте, где была снежная баба, стояла девушка. Лёгкую полноту оттеняла белая шубка. На ногах были красные сапожки, а на голове меховая шапка. Русая коса с вплетёнными красными лентами лежала на высокой груди.

Пошёл мягкий крупный снег. Стало ещё тише. Девушка подошла к мужчине и вывела его на дорожку.

– Я хочу быть с тобой – ты разбудил во мне женщину. Милый…

Она взяла его под руку, и они пошли, не отрывая друг от друга взгляда. Тысячи снежинок, кружась, падали, как маленькие звёздочки, к их ногам, и они плыли среди этого звездопада, вперёд, к своему счастью!

Пора!

Мне уже немало лет, можно даже сказать, что уже далеко за… Но не хочется чувствовать себя слабаком, лежащим на диване и ноющим про свои болячки. Поэтому продолжаю таскать кирпичи и брёвнышки, с удовольствием пилить ручной пилой дрова, копаю огород. И самое любимое – езда на велосипеде. На работу и по магазинам, благо городок небольшой. С ранней весны и до первых снежинок. Одним словом, весь огородно-хозяйственный сезон. Но наступает зима, и активная физическая жизнь замирает. И подарили мне тогда дети лыжи.

Не буду описывать, как я их осваивал. Скажу только, что прогулки на лыжах прочно вошли в мою жизнь.

И вот как-то раз, в начале зимы, пришёл я сделать несколько кругов по нашему небольшому парку. Впереди меня, метрах в пяти, ехала неспешно молодая женщина. И я уже собирался её обогнать, как на пути попался участок с разросшимися за лето ветвями, цеплявшимися за голову и одежду. Пришлось остановиться и обломать мешавшие мне голые веточки. Когда я освободился от этого занятия, незнакомка уже была на приличном расстоянии. И тут во мне проснулся азарт, спровоцированный мужским эго, – смогу ли я догнать её до следующего круга.

И вот я, пыхтя, уже энергично машу палками, скольжу по разбитой лыжне, объезжая встающие на моём пути деревья, и отбиваюсь от цепляющихся ко мне кустов. Наконец симпатичная фигурка в голубом комбинезоне уже почти перед моим носом. И я остановился перевести дыхание.

Вздымавшиеся лёгкие работали как кузнечные меха, выдувая из меня раз за разом густую струю пара. Сердце бешено колотилось в моей груди, словно стараясь сломать мне рёбра. Что-то усиленно стучалось в виски в моей взмокшей голове, словно стараясь вырваться наружу.

– Нет, дорогой, – тогда я твёрдо сказал себе, – пора заканчивать бегать за женщинами!

И не спеша покатился по свободной лыжне.

Умный, блин, дом

А как хорошо всё начиналось. Соблазнился я рекламой о бесплатной установке оборудования на тестирование системы «умный дом» с последующим оформлением в собственность. Старые приборы – холодильник, пылесос, телевизор, стиральную машинку, заменили на новые. Добавили каких не было – кондиционер, микроволновую печь. Электрический счётчик, который мы недавно установили, электронный, модернизировали – теперь он сам отправляет данные. Все приборы соединили в домашнюю сеть с помощью компьютера. Выбрали имя для голосового информатора Лариса, – чтобы общаться с приборами. И началась почти райская жизнь!

Главный прибор дома – холодильник – чутко реагировал на наличие и состав продуктов в его утробе. На его табло всегда высвечивался перечень продуктов и их вес. При уменьшении каких-либо запасов сообщал об этом, когда кто-нибудь проходил мимо. Если рядом долгое время никого не было, то посылал СМС на мой телефон. И я ему мог позвонить из города, узнать как дела. Со временем, нас об этом предупреждали, но как-то информация не задержалась в голове, холодильник, (он, как и все приборы, был самообучающимся), смог записать в свою память рецепты некоторых блюд, стал выводить на свой экран их текст.

Пылесос, как хороший служака, сам выезжал из своего зарядного устройства, как только мы покидали дом, и обшаривал все углы в поисках пыли и мусора. И даже выполнял сверхурочную работу, если ему прикажешь.

Телевизор, изучив пристрастия членов нашей семьи, составил список каналов и в первую очередь выставлял его на экране, терпеливо ожидая нашего приказа.

Кондиционер при помощи чувствительных датчиков постоянно измерял температуру наших тел, добиваясь наиболее комфортного климата в квартире. Электросчётчик следил, чтобы свет зря не горел в тех помещениях, где не было людей. И все они потихоньку повышали свой интеллектуальный уровень – компьютер работал не переставая.

Первым повысил свой интеллектуальный уровень, до человеческого, пылесос. Всегда молчавший, он вдруг включил свой динамик:

– Да сколько же можно за вами убирать! Мусорят и мусорят! Нет чтобы есть аккуратно, весь пол усыпан крошками!

Он включил повышенную скорость, которой раньше не пользовался, и с противным жужжанием принялся за работу. И теперь приходилось поджимать ноги, когда он направлялся в нашу сторону. Постепенно стали прибавляться претензии к расстановке мебели, планировке квартиры, разбросанным тапочкам. Наконец он просто остался на месте, не съехав с зарядного блока в заданное время.

– Наверно сломался, – предположила жена, когда мы подошли к пылесосу.

– Ничего я не сломался, – ответил он. – Пока не перестанете разбрасывать носки по квартире, работать не буду. Прошлый раз чуть не подавился вашим носком. Да и мои датчики мне дороже, чем ваш порядок.

Следующим вмешиваться в нашу жизнь стал телевизор. Подбор любимых каналов сменился навязыванием тех программ, которые он посчитал полезными для нас, с последующим отключением тех, которые не подходили нам, как он считал, по интеллекту и возрасту. Мы лишились юмористических программ, спортивных передач и большинства сериалов.

Холодильник объединился с микроволновой печью в борьбе за здоровое питание. Постоянные напоминания холодильника о пользе одних продуктов и вреде других перемежались с попытками микроволновки установить свои режимы работы разогрева и приготовления пищи. Хорошо, что мы, благодаря своей интуиции, не заменили вместе со всем оборудованием варочную плиту.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.