Многоточия…
Стихи
Борис Поляков

Артём Миронов Дизайнер обложки

© Борис Поляков, 2024

© Артём Миронов, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0064-1949-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

МНОГОТОЧИЯ

Я так редко ставлю точки.
Всё больше – многоточия…
И в стихах, и в мыслях, и в поступках…
Кто-то считает – напрасно…
Многих раздражает
Сам факт недописанной строчки,
Недоделанной работы…
А как же полёт души,
За которым перо не поспевает,
Как же живая мысль,
Которая, подобно ртути,
Не желает становиться железом?..
Да и дело, в котором не поставлена точка,
Всегда можно продолжить,
Усовершенствовать, преобразить…
Недосказанность недооценена…

2019 г.

Точка 1

ЯНВАРЬ

НОЯБРЬ

* * *

* * *

Я – РОБОТ

* * *

СУЩЕСТВО С РАЗУМНЫМИ ГЛАЗАМИ

* * *

ЧАЕПИТИЕ

БЕЗУМИЕ?

ВИДЕНИЯ БЕЗУМИЯ

* * *

ПОЦЕЛУЙ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

ВЕЧНЫЙ ВОПРОС

* * *

* * *

ТРЕТИЙ ГЛАЗ

* * *

* * *

ЖЕНЩИНА В ПАЛЬТО

ХОРОНИТЕ МЕНЯ БЕЗ ОРКЕСТРА

ИНКВИЗИЦИЯ

* * *

* * *

ВЕТЕР

СВЕЧА

СМЕРТЬ

ДРАКОН

* * *

МОЙ ГОРОД НИКОГДА НЕ СПИТ

* * *

ЛУННЫЙ ДЫМ

ПРОКЛЯТИЕ ЗАДНЕЙ ПАРТЫ

(эпиграмма)

* * *

РУССКАЯ БЕДА

Ремикс

* * *

* * *

* * *

ЭПОХА ДОЖДЯ

* * *

* * *

НИКОГДА

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

СТРАННЫЕ СНЫ

* * *

ЛУННАЯ ТОСКА

* * *

МОШКАРИНЫЙ ЛУГ

* * *

СНОВА ОСЕНЬ

* * *

* * *

* * *

МЫ ЕЩЁ ЖИВЫ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

ЗАВИСИМОСТЬ

* * *

ЗИМА

* * *

ПОЕЗД НА ЗАПАД ИДЁТ

ОДИССЕЯ

РАСПЛАТА

* * *

* * *

ФЕВРАЛЬ

ДЕД

* * *

* * *

ЗНОЙ

НЕ ВЕРЮ

КЛОУН

ПЁСЬЯ ПЕСНЯ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

ТИФОЗНАЯ МЭРИ

* * *

* * *

* * *

ИНЫЕ

ВЕК ЗОЛОТОЙ

* * *

МОЛЧАНИЕ

ЗА ГРАНЬЮ

ОПОЗДАЛИ

БОЙСЯ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

ВСЕЛЕННАЯ

* * *

ОРГИЯ И

* * *

* * *

ЕДИНОРОГ

ПОХОЛОДАЛО

* * *

ПОЛЁТ

* * *

ГЕОМЕТРИЯ

* * *

ВРЕМЯ

* * *

* * *

ЗАНАВЕСКИ

МОЙ ГОРОД

По всей земле январят холода,
И небо зло – взирает полнолунно
На прожитые суетно года,
На порванные жилы, нервы, струны…

Немеют пальцы в снеге вековом,
Синеют неподстриженные ногти.
Я думаю: а птицам каково
Свистеть в мороз простуженные ноты?

И нет тепла, надежды на тепло,
Намёка на хотя бы ту надежду…
Луна глядит торжественно и зло,
Как мёрзнет лес под небом без одежды.

Да и моя душа обнажена,
Её знобит мороз иного рода.
Как холодна ночная пелена —
Как будто в саван кутают природу.

В заледенелом сердце крепок лёд,
И Герда его вряд ли разморозит.
Один январь ликует и живёт,
Всё остальное будто в коматозе…

2018 г.

Я в ноябре желаю мая,
Зелёных искренних ростков,
Чтоб солнце, бликами играя,
Светило всем «без дураков»;

Чтобы тепло от поцелуя
Прошло от «маковки» до пят…
Но в ноябре лишь ветер дует,
Дожди со снегом двор кропят.

А поцелуи – в лоб холодный,
И стопка с хлебом – на помин.
Ноябрь, жестокий и бесплодный,
В подлунном мире господин.
2018 г.

Словно тучи снеговые,
Мысли бременем полны.
Тяжела воловьей вые
Голова, в которой сны.

День – как будто продолженье
Непроглядной тьмы ночной.
Тяжелы кошмаров звенья,
Страшен, мрачен, бык цепной.

И одна теперь надежда:
Пробудиться и восстать,
Чтоб души своей одежду
Невзначай не потерять.

2009 г.

Чёрно-белые сны и цветные не снятся —
Все уже просмотрел на рабочих местах.
Разучился открыто и громко смеяться —
На улыбку осел дней прокуренных прах.

Вроде б нечем уже удивиться наивно,
Восклицая восторженно, словно дитя.
И стихи, что в блокноте моём – примитивны,
Без малейших терзаний с балкона летят.

То ли старость нагрянула странным покоем,
То ли страсть умерла раньше срока во мне…
Я глаза перед пасмурным небом закрою,
Вдруг увижу в заключительном сне. себя

2009 г.

Никто не знает, где моя кнопка —
Красная.
Процессор-черепная коробка —
Штука опасная,
Способная изменить реальность,
Если заглючит.
Блажен, кто специально
Меня выключит.
Провода-нейроны прячутся в мышцах —
Прикидываюсь человеком.
А вокруг – такие же лица
Двадцать первого века:
Роботы, киборги, терминаторы,
В лучшем случае – андроиды.
Может быть, дикари на экваторе,
Жрущие друг друга поедом,
И есть последние люди?
Вы согласны?
Вот я – робот, и сын мой будет
Тоже с кнопкой красной.

2009 г.

Порой мне мнится, жизни строчки
Совсем не гений сочинил,
А многоточия и точки
Случайно будто обронил.

И даже я, без ВУЗа в прошлом,
Бытописателя корю:
Без запятых по жизни – пошло!
Учился б, что ли, – говорю.

Я возмущаюсь до рассвета,
Всем зеркалам о том сказал.
Само собой, мне нет ответа,
Ведь строчки жизни сам писал.

2009 г.

Существо с разумными глазами
В подворотне воет на луну.
Как иначе, – рассудите сами, —
Чем-то компенсировать вину?

Отошла на миг, не досмотрела…
Человек унёс щенков в мешке:
«Нищета дворовая – не дело!
Утоплю-ка сучий род в реке».

А была б мамаша рядом с ними,
Разве б кто коснулся тех щенят?!
Всяк один с тревогами своими,
Даже если очень умный взгляд.

2009 г.

Чёрный кофе пью, как воду,
Как дышу – курю табак.
Обрету ли я свободу
От сомнений-передряг?

Разрешу ли все задачи,
Что мне жизнь преподнесла?
Я гоняюсь за удачей —
Закусивший удила.

А она всё ускользает,
Будто дразнит – хороша!
Как сомнения терзают!
Как тревожится душа!

Всякий, видимо, тревожим
Одержимостью-мечтой.
Мы свои печали множим
Бесполезной суетой.

Может, сердце гробить рано
И пора любовь впустить?
Жизнь удачная – желанна,
Только нужно просто —
                               жить!

2009 г.

Пьёт из лужи Луна,
Ей наш мир – чайхана,
А ночной фиолет
Ей заместо конфет.

Ветер дует на «чай»,
Чтоб его остудить,
Шаганэ волчьих стай
Хочет он угодить.

Вот и я ей пою,
Как бездомный щенок,
Про обиду свою,
Что я так одинок…

Вроде б грустно и ей
(Я сужу по глазам),
Только боли слеза
На реснице моей…

2009 г.

Наверное, я полный сумасшедший,
Раз снятся мне ночами голоса,
И ум, к галлюцинациям приведший,
О том твердит и голосует «за».

Что шепчет ночь, наряженная в траур?
Какой-то бред? А может, вещий стон?
Энергия космическая – Power —
Звучит с моим же Эго в унисон.

Боюсь уснуть, но пуще – не проснуться,
Оставшись с голосами навсегда,
Но также страшно в серость окунуться
И раствориться в этом без следа…

2009 г.

Видения больных страшны и несуразны:
Сюрреализма бред, сплошной ночной кошмар.
Беспомощны врачи пред силой древних чар,
Пред бесами души, чьи лики безобразны.

Глазницы не пусты, в них полыхает злоба,
И алчущие рты ждут часа впиться в плоть.
Поможет экзорцизм? Чем боль перебороть?
Безумна и сильна душевная хвороба.

Чем дальше, тем страшней, тем сюрреалистичней
И тем трудней химер от правды отделить.
Пытаюсь отыскать я Ариадны нить,
Но лабиринт ума огромен неприлично.

Вот, кажется, схватил!
Но то лишь волос бычий…
Мычит-рычит и бьёт копытом грозным в пол —
Не бык, не Минотавр – видений произвол,
Не знающий добра, не знающий приличий.

Неужто болен я?.. Зачем мне эта кара?
Довольно и того, что прошлое – кошмар.
Сплелись в единый ком проклятие и дар,
Но в облике таком мне не нужны и даром…

2011 г.

Я не умею жить по правилам:
Не безразличен, не хитёр.
Не зря судьба мне двойки ставила
И вызывала на ковёр.

Но будет Суд, на нём оценится
Всё то, чего не совершил —
Для всех нас многое изменится.
Нет, не напрасно жил-грешил.

2009 г.

Горе тебе, Иуда,
За поцелуй взасос!
Лучше бы ты простуду
В лживых устах принёс.

Тяжек аргентум – клонит
Душу к земле.
Распят!
Все мы – Иуды клоны
От головы до пят.

Горе тебе, несчастный!
Только петлёй любим.
Твой поцелуй был страстным…
Вместе в аду сгорим.

2009 г.

Каждый сам за себя, каждый сам по себе…
Связи рвутся, как струны гитары.
Часть часов протекает в звериной борьбе
За добычу. Процесс очень старый.

Ещё дедушка Дарвин твердил нам о нём,
Но ведь мы не читаем архивы…
Паранойя и ночью терзает, и днём,
Жжёт похлеще садовой крапивы.

Всеохватная боль… Заглушить её чем —
Телевизором, сексом иль водкой?
Чтоб упасть, а проснувшись, бежать побойчей:
Надо первым успеть за находкой,

Что кому-то – потеря… А вдруг в ней сокрыт
Эликсир, исцеляющий души?
Ведь вопрос на повестке всё реже стоит:
Созидать или всё-таки рушить?

2009 г.

Слепа судьба и всех вокруг слепит:
Берётся прозу сочинять пиит,
Блудницу в жёны праведник берет,
Правитель угнетает свой народ…

Запутываясь в собственных сетях,
Живём мы не на совесть, а на страх.
И это страх перед слепой судьбой,
Людьми, Всевышним, будущим, собой…

2009 г.

Мы помним то, что следует забыть:
Предательства, обиды, неудачи.
Наверно дождь (вполне ведь может быть!)
По нашим душам очернённым плачет.

И есть ведь шанс вернуться на тропу,
Ведущую к прощающему Богу,
Но выбираем серую толпу
И торную обратную дорогу.

Порою гром раскатами сердит —
Как будто наставленье несмышлёным,
А дождь по нам идёт уже навзрыд,
Увещевая запахом озона.

2009 г.

Прекрасны змеи, всё в них совершенно:
Изящны, грациозны и стройны.
Их портит лишь одно – укус мгновенный
Любого ввергнет в царство тишины.

2009 г.

Каждый сам в своей скорлупке:
Был желток – цыплёнком стал.
Время топчет в вечной ступке
Бед нечаянных кристалл.

И осколки, разлетаясь,
И в сердца нам, и в глаза…
Я утрами просыпаюсь,
Проклиная Небеса.

Только что мои проклятья?
Сотрясённый кислород.
Кто с моей цыплячьей статью
Внемлет мне, разинув рот?

Время, хладное всесилье,
Жизнь безжалостно толчёт,
Приближая замогилье,
Послежизненный почёт…

2009 г.

Утопая, за соломинку держись —
Говорит о том трусливенькая жизнь,
Но душе порой бывает всё равно,
Даже если рядом крепкое бревно.

2009 г.

Быть или не быть, вот в чём вопрос,
Который не решишь за минутку.
Задаёмся им всегда всерьёз,
А может, стоило бы и в шутку?

Шекспиру что: написал и спать,
Терзайте потомков сомнения.
А я не могу порой дышать:
Быть или не быть мгновению?

Вечных вопросов у людей тьма,
Этим и отличны от мартышек.
И всегда нам горе от ума,
И всегда терзаниями дышим…

2009 г.

Говорю с берёзой, понимая: глупо
Доверять деревьям то, что на душе,
Только открываюсь перед ближним скупо —
Может быть, , может быть, . пока что уже

Ты стоишь, берёза, прямо на обрыве,
Как же удаётся устоять тебе?
Всё на что способен: улыбаюсь криво,
Созерцая бездну.
Больше нет побед.

Больше не способен я сопротивляться
Жизненным стихиям, пагубным ветрам.
Белая берёза, разреши являться
В сень ветвей зелёных, как в священный храм.

2009 г.

Белобрысая русскость
Нам мешает пройти
В ту заветную узкость,
Где просторны пути.
«Вот вам лапти, матрёшки,
Балалайка, сто грамм…»
Нам бы счастья немножко!
Нам бы радости, нам…
Подпоясай рубаху,
Узелок на плечо,
И, не ведая страха,
Потерпи-ка ещё…

2009 г.

Зачем мне третий глаз?
Я без него всё вижу:
Что будущий рассвет с закатом не в ладах,
Что ржавая коса к ярёмной вене ближе
И более остра, чем было то всегда.

Но я совсем не бог, я не способен карму
Хоть как-то изменить, стерев ненужный файл.
Всё что могу – себя отдать до крохи даром,
Но Я – такой пустяк! – простецкая строфа.

Быть может, в этом смысл: быть незамысловатым
И третий глаз беречь до будущих времён,
Ведь те, что минус шесть, закроются когда-то,
И чем-то должен я смотреть последний сон…

2009 г.

Снова день не получился —
Перечёркнут ночью он.
В суматохе растворился
План, что не осуществлён.

Я назавтра строю замки
Из желаний, срочных дел…
Разве можно пешке в дамки?
Видно можно, если смел…

Встану завтра я с рассветом,
Постараюсь всё успеть!
…Только сам не верю в это,
Зная, будет круговерть.

2009 г.

Меняются эпохи, правители, погода…
Меняются SIM-карты и жёны иногда…
Всё на земле подвижно: и люди, и природа;
Огонь в лампадах пляшет, журчит в ручьях вода.

И как же неизменным смогу я оставаться,
Когда и внешность против, ведущая в утиль.
Одно лишь постоянно – мы все должны меняться:
Поступки, чувства, мысли, походка, вкусы, стиль…

И в этом сущность мира, и в этом суть Вселенной,
Мы все в ладони Бога – покорный пластилин.
Но даже Бог не может остаться неизменным —
За Вечность одолеет размеренности сплин.

2009 г.

Женщина в поношенном пальто
Элегантна в некоторой мере:
Курит у киоска «Спортлото»
В аристократической манере,
Выпуская дыма две струи
В ноздри, пожелтевшие за годы.
Здравствуй, долгожданная свобода! —
Расплатилась за грехи свои.

И куда ж теперь ей путь держать?
У свободы слишком пьяный воздух.
Поздно в манекенщицы бежать,
Рано на могильщика подводу.
Есть в кармане справка, есть пальто…
Нет детей, угла и нет знакомых.
Воля в горле застревает комом…
Грабануть палатку «Спортлото»?

И тогда вновь будет, где ей спать,
Что ей есть и с кем порой общаться…
Женщина в пальто желает знать,
Можно ли с судьбою ей тягаться.

2009 г.

Хороните меня без оркестра —
Мне противна фальшивая медь.
Я боюсь ненароком воскреснуть
И с досады в гробу зареветь.

Пусть нетрезвые музыканты
Лучше молча пойдут по домам,
А от музыки траурной этой
Даже смерть заскучает сама.

Хороните меня без оркестра,
Под сердечный живительный стук —
И душа моя будет на месте,
Если буду я чувствовать вдруг.

2009 г.

«Ты готова взойти на костёр,
Защищая свои убеждения?» —
Инквизитор коварен, хитёр —
Пироман, всё отдаст за сожжение.

«Кайся, кайся, порочная тварь!
Очищение ждёт, распаляется.
Ты ж, палач, раздувай, кочегарь!
Эта ведьма во всём нам признается!»

…Закрывая от страха глаза,
Тихо плачет совсем ещё девочка.
За какие грехи наказать
Её хочет почтеннейший дедушка?..

2009 г.

Не жду ничего хорошего
От жизни дальнейшей я.
Истёрлись уж зубы в крошево
От злости, тревог, вранья.

И нет никакой проталины —
Настолько велик ледник.
По жизни брести устали мы —
И я, и мой черновик.

Наверное, скоро сбудется,
Что в юности предрекал:
Простится со мною улица,
Не будет вокруг зеркал…

А что меня вяжет с прочими?
Что держит меня в «сейчас»?
Я обогатился строчками,
Но золота не припас.

Ну да, посадил я дерево…
Но большего не дано!
Нет даже такой, кто б верила,
Что всхожее я зерно.

Страдаю душевно, нравственно,
Устал уже от всего!
Без цели, без пользы здравствую,
Не ведая, для чего.

2009 г.

На нас глядит Господь устало:
Зачем породил? такое
Вложил в них и всё им мало. всё
У Бога даже нет уж сил…

«О люди! Рай для вас открыл,
В нём вечно музыка звучала,
Но Ева мой наказ попрала,
Адам же древо осквернил…»

Адам и Ева – то цветочки,
Потомки их – совсем беда,
Дошли до самой крайней точки.

Бывает, вспыхнет иногда
В них Искра – в сыне или дочке —
И тут же гаснет. Без следа.

2009 г.

Жду от ветра новостей лишь хороших,
Но несёт он только тучи с порошей,
Ничего в нём нет, один только холод.
В серп луны вовсю стучит ветра молот.

2011 г.

Настанут час и миг, когда свеча угаснет,
Оставив только чад да жирное пятно.
Пока огонь горит, не всем бывает ясно,
Что всякому огню погаснуть суждено.

Ни глупых мотыльков не избегает пламя,
Ни огрубевших рук, озябших на ветру.
Мы все способны быть горящими свечами,
В значительность свою остановив игру.

И мой огонь горит пока неверным светом,
Пусть короток фитиль и воску натекло…
Не потому ль светло, что рождены поэты?
Я – за свечу, а не за лампочки стекло.

2011 г.

Есть та, кого никто из нас не ждёт,
Но чей визит, однако, состоится.
Она прервёт и гения полёт,
И низменную мысль самоубийцы.

Одни считают, что она стара,
Косою машет, лыбится безгубо,
Трудясь, предпочитает вечера
И делает работу крайне грубо;

Другим же представляется она
Невинной девой, милосердным чудом,
Что трудится без отдыха и сна
На благо обессиленного люда.

…И всё-таки, никто из нас не ждёт
К себе её внезапного прихода.
А может, зря? Быть может, Смерть несёт
Рабам телес духовную свободу?..

2018 г.

Всюду запах гари застарелой,
И вокруг – обугленные пни.
Кое-где в траве ветшают стрелы —
Прошлого свидетели они.

Будто бы зевает вход в пещеру,
Рот зарос шиповником и мхом.
Сколько здесь почило славных сэров,
Только нет легенд уж ни о ком.

Было время – были и принцессы,
Иногда ревущие навзрыд.
А теперь не знает даже пресса,
Что дракон дряхлеющий здесь спит.

Зубы сгнили, крылья растрепались,
Кое-где облезла чешуя,
Пламя изрыгнёт уже едва ли —
Старая гигантская змея.

День-деньской он спит в своей пещере,
О былых победах видит сны
И мечтает, что, по крайней мере,
Доживёт до будущей весны.

Хорошо, что рыцарей не стало,
Некому покой его терзать,
Ведь и так дракону счастья мало —
И пером непросто описать.

Дни бегут, уже не верят люди
В сказки и легенды.
Ну так что ж,
Лишь спокойней змею старость будет
Проводить под собственный бубнёж.

И на Вечных меркнет позолота,
И легенды время растворит.
Выветрится гарь в пучине грота,
Станет пеплом царь в огне зари…

2018 г.

Море земных забот
Всякого в жизни топит.
Жаркие кровь и пот
Всенепременно «в топе»!

Хочется romantk i
И побеситься с жиру.
Только кругом – тупик!
Быть бы хотя бы живу…

Грустно – мозоли с рук
До седины не сходят…
Жизнь, ты мне враг иль друг?
Видно, друзья не в моде…

2018 г.

Мой город никогда не спит,
Кипит его котёл.
По курсу заданных орбит —
Хао́с и произвол.

Нет ни мгновения на то,
Чтоб чуть передохнуть.
Мелькают фарами авто́,
Свой освещая путь.

И люди, словно муравьи,
Снуют туда-сюда,
Решают чаянья свои,
Сгорают без следа.

И я в кромешной кутерьме
Не сплю и не живу,
Скитаюсь в городе-тюрьме,
На помощь не зову.

Да и помог бы мне тут кто?
Своих забот полно…
Не спит мой город, но зато
Он не зевал давно.

В безумном мире день и ночь
Пульсирует мой град
И гонит сна флюиды прочь,
И ничему не рад…

2018 г.

На старости лет я вдруг понял,
Усвоив колючесть стерни:
Лишь недруги дышат «в законе»,
Друзья погибают в тени.

Себя я ничуть не жалею,
Болеет душа по другим.
Кому-то вершат мавзолеи,
Иным – крематория дым.

Один за другим исчезают
Из книжки моей адреса,
Из сердца листы вырывая,
В туман погружая глаза.

А я всё ещё между строчек
Блуждаю – неведомый бард.
Жизнь, видно, играть ещё хочет
Краплёной колодою карт.

2018 г.

Повсюду темнота тугая,
Лишь обнажённая луна
Телесность тьмы превозмогает,
Бесстыдства будто бы полна.

И я, сторонник душной ночи,
Плыву по улицам немым.
Пусть нынче видимость не очень,
Лучи струятся – лунный дым.

Разрежу ночь продрогшим телом
И будто лунный дым вдохну —
Вначале робко, неумело,
Как первобрачную жену,

Затем всё более развязно
(Не зря ж луна не скроет срам) —
И стану пьяным, стану грязным,
Как будто выпил двести грамм.

После такого сладко спится,
Проспать рассвет уже не грех.
А дым по-прежнему струится,
И лунной девы льётся смех…

2018 г.

Он жил с Проклятьем Задней Парты
И в этом прелесть находил,
Играя там с азартом в карты,
Внимал урок по мере сил.

В итоге вырос Недоучка,
Зато в нём полон рот «ха-ха».
Не овладел он школьной ручкой,
Но стал профессором греха.

В задах нет места вязкой скуке,
Довольна этим молодёжь,
Но даже толику науки
Там тоже вряд ли ты найдёшь.

2018 г.

Неласковое лето не скупится
На влагу с неба, холод и туман —
И тянет выпить.
Или даже спиться
На почве скуки и душевных ран.

В стекло стучат беременные капли,
Ритм создавая сдавленной тоски.
Мне жутко опостылели спектакли
Про борщ холодный, рваные носки…

Я помню, говорят: «Пройдёт и это» —
В том и погоды, и печали суть,
Но, год не видя ультрафиолета,
Так хочется на солнышко взглянуть!

2018 г.

Под грузом лет значительно видней,
Что было, а порой и то, что будет —
Прокуренная сущность серых дней,
Уставшие озлобленные люди.

История – прогнившая спираль,
События стремятся к повторенью:
Чем ярче наверху сияет сталь,
Тем больше низ подвержен разложенью.

Как в этом мире выжить простаку,
В эфирах бодрых не подскажут точно.
Иди, мужик, к станку и к верстаку,
Другие на тебе жируют сочно.

А всё, что ты, горбатясь, заслужил —
Из горбыля простую домовину.
Мне кажется, я вовсе и не жил,
А только надрывал по жизни спину.

Написано, так видно, на роду —
Ни радостей не знать, ни ликованья.
Живу, читая «Русскую беду» ¹
В стране с таким же горестным названьем.

2018 г.

Прошла пора печали,
Настало время сна.
Плевать, что недодали
Мне многого сполна.

Привычный бег событий
Остановить смогу.
Устал поэтом быть я,
Хочу лежать в стогу!

Средь клевера так спится,
Что хочется глотнуть…
Ах, только бы не спиться,
Ах, только бы уснуть…

2018 г.

Себя искал я повсеместно,
Порой, казалось, находил.
Потом, истратив уйму сил,
Я понимал: неинтересно.

И так, за суетным исканьем,
Прошло немало смутных лет.
А счастья не было и нет,
Одна лишь боль. И покаянье.

2018 г.

Сегодня в окнах ту же пьесу ставят,
Что и всегда – добро и зло, и быт.
А мы с тобою сделаны из стали,
Такое нас ничуть не вдохновит.

Нам подавай кромешные несчастья
И ураганы, и пожар страстей,
Периоды безвластия и власти,
Эпохи нестандартных новостей.

Вот если бы кто видел нашу пьесу,
Тот бы сказал, что Станиславский – лох,
Но занавески в окнах – как завеса
Между людьми и странным словом «Бог».

Однако есть рассветные минуты,
Когда покой такой, хоть ставь в пример.
Спектакли в окнах – лишь для долбанутых,
А жизнь людская не имеет мер.

2018 г.

Я устал от бескрайней эпохи дождя,
Не такого от жизни, пожалуй, я ждал.
Солнца хочется, хочется пения птиц —
Не опущенных плеч и не пасмурных лиц.

Безысходность в прогнозах, в душе кавардак,
Со стихами тетрадь не просохнет никак.
За окном безнадёга без продыху льёт,
Разрушая твоё и ничтожа моё.

Даже в комнате тёплой от сырости дрожь.
Ну когда же закончится долбанный дождь?!
Нет ответа… ответа не может и быть.
А ведь нужно, дрожа, дальше как-то мне жить…

2018 г.

У бабьего лета обман на уме:
Теплом поманило, а в ночь прихватило.
Понравиться, видимо, хочет зиме,
Ведь чувствует: в холоде – главная сила.

А я, как обычно, поверив в обман,
Доверился солнцу и скинул рубаху,
И вновь убедился, какой я болван,
Что верю в добро, как наивная птаха…

2018 г.

Спроси у звёзд небесных о былом,
Им с высоты всё видится прекрасно:
Что жизнь твоя случилась поделом,
Не нужно ныть, что ты такой несчастный.

А у луны о будущем спроси,
Быть может есть надежда на спасенье.
А если нет, то ближнего спаси —
Хоть кто-то обретёт успокоенье.

2018 г.

Есть в лексиконе слово «никогда»,
Оно больнее жалит, чем гадюка.
Я не был в очень многих городах
И, видимо, не буду – вот в чём штука…

Я никогда уже не полюблю —
Предательство поэт забыть не в силах.
О самых близких Господа молю,
Ведь «никогда» я слышу из могилы.

Есть очень много разных «никогда»,
И все они темнее страшных сказок.
Есть где-то в небе и моя звезда,
Увидеть бы хоть раз…
Увы, ни разу…

2018 г.

Я зиму на постой не приглашал,
Она ж пришла – незваная хабалка.
Против неё я слишком слаб и мал,
Не одолею до весны нахалку.

Своей постелью застелила всё,
Что мне когда-то здесь принадлежало.
Зима упадок в грешный мир несёт,
Но кажется, и этого ей мало.

Она б поработила и меня,
Когда б могла…
Но я ей недоступен.
Во мне запас душевного огня
Не одолеет ведьма в снежной ступе.

Я доживу до первых лепестков,
И «гостья» будет вынуждена съехать.
Порою нам бывает нелегко,
Но всё ж не вечна всякая помеха.

2019 г.

На письменном столе привычный кавардак,
Как будто в этом есть писательское кредо.
Пока что в кошельке полушка да пятак,
Но знаю, что в закат всенепременно въеду.

А главное, что стол останется столом,
И рукописи в нём лежать всё так же будут.
Хочу я испытать судьбину на излом,
Покинув этот мир ради того, где буду.

Попутчиков полно, не всем доверюсь я,
Не каждый донесёт до фитиля огниво,
К тому же для одних дорога – колея,
Кому-то – млечный путь, а мне – в закате жниво.

Вернусь ли я назад – к бумагам и столу?
Найду ли, что ищу (пойму ли, что искомо)?
Не всякая строка обогатит золу,
Когда ушёл поэт в закатный мир из дома…

2019 г.

Незнакомо приходят рассветы.
Каждый день – словно новый роман.
Только сплошь нецветные сюжеты,
Лабиринты души и ума.

«Постелил бы соломки…» – на жниве
Не осталось давно ни снопа.
Есть деньки, что по-детски игривы,
В основном же – надрывы пупа.

Неизвестно, прочту ли все строки,
Все ль рассветы сквозь боль разгляжу.
Я живу на Неближнем Востоке,
Жизнь моя подошла к рубежу…

2019 г.

День на лопатки – можно помять диван.
Силы иссякли. С пользой ли? Сомневаюсь…
Сонные мысли тянутся, как караван,
На подзарядку просятся в ночь девайсы.

Вроде всё просто – если глядеть с небес:
Дом и работа, на ночь сюжет для взрослых;
Внутрь заглянешь – психики тёмный лес,
И стихотворство светит луной белёсой.

Так пролетают птицы суровых дней,
В лапах когтистых молодость в даль уносят.
Всё драгоценней окна родных огней,
Всё поэтичней специи блюда Осень.

Перезагрузка – выключу мозга комп,
Чтобы с рассветом вновь запустить систему.
Ближний ли? Я ли? Нужно писать о ком?
Новое утро – созданные проблемы.

2019 г.

Я полной грудью некогда дышал
И думал, что для этого и создан.
Светили только мне на небе звёзды,
И радовалась юная душа.

С годами понимание пришло,
Что мне принадлежит одно лишь тело.
И то в кипящих буднях обгорело,
Познав всё больше боль, разруху, зло…

Теперь одни вопросы: почему?
Зачем? Кому?.. – и прочие незнанья.
Приводит воздух к самовозгоранью,
А жадный вдох способствует тому.

2019 г.

Жизнь простая у монаха.
Тих полночный монастырь.
Из имущества – рубаха
Да потрёпанный псалтырь.

Тяжела ли старцу схима?
Тяжелее – немощь ног.
Пережить с молитвой зиму —
И на том спасибо, Бог.

Благодать ночной молитвы
Лишь монах вкусит сполна.
Свет на каменные плиты
Ретранслирует луна.

Три перста рождают взмахи:
«Отче наш на небеси…»
Остальные спят монахи.
Как и вера на Руси.

2019 г.

Моя душа – как разорённый храм,
В ней будто похозяйничали готы,
А в сердце словно незаживший шрам,
И в голове мучительное что-то.

Я чёрной мессы ночью не служил,
Не ел младенцев, крови дев не знаю,
Так отчего ж одной лишь болью жил,
Терпя, ругаясь, иногда стеная?

Остатки воли жму я в кулаке
И, стиснув зубы, храм свой воздвигаю.
А где-то в предзакатном далеке
Светило в край земной перетекает.

2019 г.

В избёнке замшелой тенёта и мрак,
Пылюга да копоть печная.
Покинул жилище Емеля-дурак,
Из щуки уху поедая.

В соседнем дворе, под корявой сосной,
Конёк-горбунок похоронен.
Нет в этой деревне цветенья весной,
И крик раздаётся вороний.

Один лишь Кощей забредает сюда —
Почтить дорогие могилы.
Бессмертье – не благо, а просто беда,
Когда нет на радости силы.

На сказки давно настроения нет,
Тем более быль – без просвета.
Одни только звёзды да вспышки комет —
Как будто благие приметы.

2019 г.

Они приходят без приглашения,
Со вкусом манго и белены,
В них сумасшествие и откровение —
Странные сны.

Порою проблески осознания,
Но чаще – тяжесть земной вины,
В поту горячечное метание —
Странные сны.

А утром словно туман рассеются,
Кошмары днём не всегда видны.
Не видеть их не могу надеяться…
Странные сны.

Что ночь грядущая приготовила?
Спать с краю мне или у стены?
Нырну я в сажу? Отмоюсь до бела?
Странные сны…

2019 г.

Один кобель другого будто судит.
За что? Поди ж, лохматого, спроси.
Зачем же вы, собаки, словно люди,
Пытаетесь друг друга укусить?

Не надо шерсть загривка ставить дыбом
И пасти скалить в чудный день такой.
Вам некому порой сказать спасибо,
Но это ль повод растерзать покой?

Геройства нет в кровавой злобной драке.
Уймись, Трезор, ты вовсе не злодей!
Мне нравятся дворовые собаки.
Я не люблю породистых людей.

2019 г.

Лают собаки в бездонную ночь,
Будто меня призывая
В звёзды-осколки луну растолочь,
Чтоб не светила, шальная.

Свет её так нагоняет тоску,
Что не залаешь – завоешь,
Дуло приставишь бездумно к виску,
Сделаешь ночь грозовою.

Или сойдёшь потихоньку с ума,
Станешь с луною общаться.
Лают собаки, а люди в домах
Спать без тревоги ложатся.

Только цепные и грустный поэт
В жёлтом сиянии тонут.
Спет колыбельной последний куплет,
Давят меня лунотонны…

2019 г.

Все мы временем отмечены —
И не стоит говорить.
Если тело изувечено,
То душа должна парить.

Нам бороться предназначено
До (победного?) конца.
Не напрасно жизнь растрачена,
Хоть воды не пить с лица.

Все, кого судьба неволила,
Все, кого мутузил рок…
Хватит горя! Хватит боли нам!
Дайте радости глоток!

2019 г.

Скошен луг. Трава на солнце сохнет.
Мошкара утратила свой дом,
Но гудит, никак она не сдохнет,
Ядовито мстит косцу при том.

Не помогут разные отравы
От мошки – природы злость сильна.
Так грызёт! – Горыныч многоглавый
Против мошек – жалкая шпана.

Даже дёготь – средство наших предков —
Не особо гонит гнус долой.
Быть не хочешь съеден до объедков?
Собирай манатки – и домой!

А уж завтра луг возьмёшь на вилы,
Бережно его перевернёшь…
Мошкара на завтра копит силы,
Обучает козням молодёжь.

2019 г.

Друзья постепенно уходят —
Откуда возврату не быть.
Приносят печаль и невзгоды,
Уносят желание жить.

И думаешь: сам бы по краю
Прошёл вместо них до конца.
Лишь Небо доподлинно знает
Удел мудреца и глупца…

Как кость, одиночество гложет
Мне душу ночною порой,
А я свои мысли итожу —
Беспомощный антигерой.

Лишь бодро вещают соцсети:
«У вашего друга ДР!»
А друг мне уже не ответит
Из этих компьютерных сфер…

2019 г.

На моей планете снова осень,
Сплин терзает душу – как всегда.
Птичьи клинья с криками уносит
В неизвестность – может, в никуда.

Я бы тоже в небеса сорвался,
Если бы крыла не опалил.
Как я быть весёлым ни старался,
Так им никогда я и не был.

Всюду слякоть – хуже редьки горькой.
Мне бы осень Болдинскую…
Нет…
Укатали Сивку нынче горки,
Выдав волчий жеребцу билет.

Соберу листвы в лесу опавшей
И на них поэму напишу:
«Снова осень. От дождей уставший,
Влагой нездоровой я дышу…»

2019 г.

Сон сморил к утру лишь вежды,
Сердце тяжестью полно.
Находиться странно между
Небом и глубоким дном.

Что несёт мне день грядущий?
Неизвестность – худший враг.
Гору си́лит лишь идущий,
Я же – сплю. Пожалуй, так…

В окна рвётся луч рассвета
И зовёт вершить дела.
Снова кофе, сигарета…
И разруха, и зола…

2019 г.

Был чёрен день,
А ночь – ещё черней,
По небу плыли гангренозно тучи.
Не просто буря, а несчастный случай
Промчался на своём чумном коне.

Я свечи повсеместно зажигал
(Какое электричество при буре?),
А за окошком ветер силу дури
Показывал – выл, плакал и рыгал.

Хлестал вселенский ливень, содрогал
Основы мирозданья, нервы, струны,
И молнией магические руны
Какой-то чёрт порой в ночи черкал.

А человеку в доме – чёрный чай
И плед, свеча, начало книги чудной.
Ночь пережить всегда бывает трудно,
Когда вне дома в бурю невзначай…

2019 г.

Резко похолодало.
Точит октябрь жало.
Было тепла так мало!
Зарево солнца ало.

Долго душа страдала,
Всюду ища начало.
Осень же вопрошала:
«Там ли душа искала?»

С веток листва отстала…
Так ли я ждал финала?
Листное покрывало
Скроет, что всё достало…

2019 г.

Мы ещё живы —
Те, кто носил галстуки
Красные, как кровавое знамя,
Наши суда шли правильными галсами,
И Родина гордилась нами.

Мы ещё живы —
Дети Перестройки и талонов,
Перед дискотекой пьющие брагу.
Оказались ограблены – миллионы!
Вспомним ли пионерскую присягу?

Мы ещё живы —
Шагнувшие в демократию,
Лживую, как сам нечистый.
Бывшие наши «братья»
Теперь басмачи и фашисты.

Мы ещё живы.
И постараемся выжить.
Пусть дети узнают о галстуках красных.
Хочется верить – мы же
Выжили не напрасно?

2019 г.

Зачем ты здесь?
Жевать и гадить?
Копить в карманах никель-медь?
А может, пачкая тетради,
Во имя странных строф гореть?

Определись!
Во всём – резоны.
Одним – арбуз, другим – псалмы.
Мы все предстанем пред Хароном,
Но не у всех полны сумы.

2019 г.

Бывало, плыл я щепкой по теченью,
Меня бросало с глубины на мель.
Мелькали годы – жалкие мгновенья,
По распорядку я менял постель…

Теперь не так: на перекатах пенясь,
Против теченья двинуться я смог.
Теперь я настоящий отЩЕПЕнец,
А не какой-то дерева кусок.

2019 г.

Плетут пауки тенёта.
Нет, я в них не попаду!
Терзайте, как прежде, ноты
И дуйте в свою дуду,
А я танцевать не буду
Под чей-то вульгарный твист,
Я слышу, как плачет Будда
И ветра степного свист.

2019 г.

От щемящей тоски не спасает дебильность ТВ,
Не развеют хандру ни ВК, ни Фейсбук, ни порнуха, ²
Не приносит покой по карманам без счёта «лавэ»,
Ведь богатство мошны – зачастую нищание духа.

Что же делать тогда?
Может, стоит забросить планшет
И новейший смартфон утопить, например, в унитазе?
И уехать туда, где не ловит совсем интернет,
К вековым листвякам, отторгающим хвою в экстазе?

Может, чувствуя лес, станет чем-то хорошим тоска,
Может, сдохнет хандра и родятся восторг и сонеты.
Мне пора бы махнуть прошлой жизни рукою: «Пока!»,
О вопросах забыть. Пусть живут «где-то там».
Без ответов.

2019 г.

Нынче не время галантных балов
И мадригалов в альбомах.
Мы – обладатели жёстких углов
В мрачной жилплощади дома.

В вист не играют давно при свечах,
Томно ведя разговоры…
Нас пеленала страна в кумачах,
А погребёт в триколорах.

Даже дуэли теперь не в чести,
Вымерла роль секундантов.
Кто-то стремится любовь обрести
В ночь новогодних курантов?

Только, как прежде, царит нищета
За благочинной оградой.
То ли эпоха в России не та…
То ли другой нам не надо…

2019 г.

Прочёл до корки книгу бытия,
От этого не стала жизнь моя
Ни лучше, ни спокойней…
Понял я,
Судьба любого – это Колея…

2019 г.

На унылых берегах
Хладноструйно, звёздно-лунно.
От кого река в бегах? —
Сплин пронзает тонкострунно.

Ночь туманом упадёт
И росой в траву прольётся.
Речка, скука, в речке брод —
Не идётся, не поётся.

Шевелит листвою лес,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Русская беда» – книга петрозаводского поэта Олега Гальченко.

Вернуться

2

Фейсбук – организация, запрещённая на территории России.

Вернуться