Амулет дождя
Итония. Книга вторая
Нина Левина

Дизайнер обложки Риана Робертс

© Нина Левина, 2024

© Риана Робертс, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0064-1924-7 (т. 2)

ISBN 978-5-0059-6747-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Возвращение

Открывая входную дверь, я был уверен, что родителей нет дома. Но они были. Оба. И оба тотчас оказались в прихожей, стоило мне перешагнуть через порог.

– Рома, – прошептала мама, и я вздрогнул, услышав забытое за два месяца земное имя и речь, от которой успел отвыкнуть. Мама невольно схватилась одной рукой за отца, а второй за шею, как будто ей стало трудно дышать. – Рома! Сыночек! – закричала она, бросаясь ко мне.

Её голос прервался рыданиями. Я почувствовал горячую влагу на своём плече и неловко обнял маму.

– Не плачь, всё хорошо.

– Ты нашёлся, – только и смог вымолвить отец. Он тряхнул головой, словно убеждая себя, что это не сон, и вдруг резко притянул меня к себе и обхватил вместе с рыдающей мамой. – Ромка! Живой! Нашёлся!

Я ужасно растрогался такой встречей и понял, что очень соскучился за своими приёмными родителями. Два месяца, проведённые в Итонии, среди интриг и опасностей, заставили меня быстро повзрослеть и забыть, что в сущности я ещё шестнадцатилетний мальчишка, которому иногда хочется родительской любви и заботы. Мои настоящие родители погибли в Итонии двенадцать лет назад при загадочных обстоятельствах, а я малышом оказался в Москве, в земном мире. Мне повезло быть усыновлённым замечательной парой, вырастившей меня как родного. Слушая мамины рыдания и ощущая крепость объятий отца, мне стало стыдно. Я ведь хотел тайком пробраться в квартиру, не встретившись с ними, забрать Амулет дождя и отправиться обратно, оставив прощальную записку. И это после двух месяцев отсутствия! Разве мои приёмные родители заслужили такое?

– Ромка! – отец наконец разжал объятия и оторвал от меня маму. – Ты не представляешь, как мы счастливы!

– Что случилось, сынок? Где ты был? Ранен? Что-то болит?

Мама затащила меня в комнату и быстрым встревоженным взглядом осматривала с головы до пят, пытаясь найти следы побоев или насилия.

– Со мной правда всё хорошо. Я не ранен, ничего не болит.

– Целых два месяца, – мама снова захлюпала носом, – не знать где ты, что с тобой. Надо позвонить в полицию! – встрепенулась она. – Сообщить, что ты дома. Они просили сразу связаться, если появятся новости.

– Не надо, мам.

– Ты изменился, – заметил отец. Всё это время он не спускал с меня внимательных глаз. – Как будто повзрослел лет на пять. Загорел и возмужал.

– Правда?

– Мы искали тебя, Рома. Все два месяца не теряли надежды, – продолжал отец. – Так странно, что ты исчез в том самом лифте, в котором появился двенадцать лет назад. Что произошло после драки с хулиганами? Нам сказали, что лифт сломался внизу. Когда его запустили, тебя не оказалось в кабинке.

Я вспомнил безумный спуск и невольно поёжился. Я ведь не знал тогда, что серебристый ключ, висевший на шее, открыл дверь в колодец между мирами, и меня унесло в мир под названием Намирус, в Итонию – страну, в которой родился.

– Где ты пропадал? – допытывался отец. – Заведено дело о твоём исчезновении. Нам придётся позвонить в полицию. Они обязательно с тобой встретятся и станут задавать вопросы. Тебя выкрали? Ты можешь рассказать нам с мамой обо всём без утайки, и мы вместе подумаем, как защитить тебя.

Первым желанием было поведать родителям всё. О том, что моё настоящее имя Даронт из королевского рода Орвел, о своих смертельно опасных приключениях и о том, что теперь я – король Итонии. Но я испугался, что реакция на подобную «исповедь» может оказаться неправильной, и кроме встречи с полицией мне заботливо предложат беседы с психиатрами. Поэтому я отвёл взгляд и сказал:

– Я ничего не помню.

– Совсем ничего?

– Ну, почти. Помню, как лифт рванул вниз, и в нём выключился свет. Вот и всё.

– Но ты откуда-то пришёл, – не сдавался отец. Говорить с ним оказалось совсем непросто, он был из тех людей, кто чувствует ложь, замечая её мелкие признаки. – Или приехал.

– Пап, полчаса назад я очнулся в кабинке того самого лифта, – ответил я, и мне не пришлось прятать взгляд, ведь это была чистая правда. Пожалуй, этим взглядом я смог убедить отца.

– Ромочка, – мама подняла заплаканное лицо и взяла меня за руки. – Ты ведь больше не исчезнешь?

И столько было боли и надежды в её голосе, что я соврал, пообещав не исчезать. А про себя решил, что погощу у родителей несколько дней, не больше недели, а перед уходом оставлю им письмо, где расскажу обо всём, чтобы они не волновались и больше не ждали меня. Шевил с Иландрой, конечно, понервничают, но приёмные родители много сделали для меня, к тому же неделя – маленький срок. Пролетит незаметно, зато я не буду чувствовать себя последней неблагодарной скотиной.

Тем временем мама с отцом суетились вокруг меня, тормошили, обнимали, заглядывали в глаза, словно лишний раз пытались убедиться, что это настоящий я, а не призрак, решивший разыграть их. Мама незаметно ощупывала меня, пытаясь определить степень истощения, и порывалась срочно накормить. А отец зачем-то сделал несколько фотографий, где мы с ней обнимались.

– Мы ведь не только в полицию обращались, – пояснил он. – Везде разместили объявления о твоей пропаже – и на специальных сайтах, и в соцсетях. Знаешь, сколько людей откликнулось! Сочувствовали нам, писали слова поддержки. Пусть теперь порадуются, что хоть чья-то история закончилась благополучно.

Позже приехала полиция и забросала меня вопросами, на которые я отвечал, что ничего не помню. Меня свозили на медосмотр и пообещали продолжить завтра с привлечением психолога. Такая суета очень утомляла, но раз уж остался на несколько дней – придётся принять в ней участие, чтобы не навлечь на себя подозрения. Наконец наступил вечер, и меня оставили в покое. Мама с отцом колдовали на кухне, сооружая праздничный ужин, а я воспользовался моментом, чтобы отыскать Амулет дождя. Собственно, искать его не составило особого труда. Кулон из тяжёлого тёмного камня преспокойно лежал под ворохом бижутерии в маминой шкатулке, стоявшей на комоде. Маленькая вещица, которую нужно вернуть в Сердце силы где-то в Сумрачных горах, чтобы в Итонии прекратилась засуха. Так сказал призрак Старейшины рода Орвел, и у меня не было оснований сомневаться в его словах.

Я аккуратно извлёк кулон из шкатулки и проскользнул из спальни родителей в свою комнату. До чего же крохотной она мне показалась! Кровать, шкаф, письменный стол и несколько полок – вот и всё, что здесь поместилось. После королевского замка в Тиаранте, столице Итонии, я почувствовал себя словно запертым в коробке, но решил не капризничать, вспомнив таинство посвящения. Комната ему маловата! А как насчёт ночёвки в лесу под открытым небом рядом с воющими от ярости хравунами? Или в мёртвой деревне с ожившими жителями? Или в бушующем море на обломке лодки? Нет, всё-таки таинство посвящения в Итонии не зря было придумано нашими предками для превращения мальчика в мужчину. Во время прохождения таинства сон на досках корабельной палубы казался нам с Шевилом райским и беспечным.

Я выдвинул один из ящиков письменного стола и положил Амулет дождя в маленькое потайное углубление. До прихода полиции я успел туда спрятать коготь Праматери, чтобы не вызвать лишних вопросов. Хоть Иландра и сказала, что не услышит зов, но я всегда носил коготь с собой, надев на шею. Мама с отцом не заметили его под туникой, а вот саму тунику у меня забрали в полиции для исследования и приобщения к делу.

С кухни донёсся голос мамы, зовущей меня на ужин, и я поймал себя на мысли, что рад снова почувствовать себя ребёнком, а не монархом, вершащим судьбы страны и подданных.

Никогда не предполагал, что настолько популярен среди девчонок из школы. Они забрасывали меня сообщениями и сердечками, присылали картинки с котиками и жалели, что до занятий в школе осталось ещё целых две недели. Все мечтали со мной увидеться. Вот что значит слава человека, бесследно исчезнувшего при загадочных обстоятельствах. Я никого не расстраивал новостью, что в школе больше никогда не появлюсь. Столько лет потрачено на учёбу, совершенно бесполезную в Итонии! Мне пришлось заново учиться читать и писать, не говоря уже об истории и географии родного мира, с которыми ещё предстояло ознакомиться.

Среди всех девчоночьих посланий мне ни разу не встретилось сообщение от Юли – девушки, в которую я был недавно влюблён. Это немного удивляло, но объяснение пришло, когда я увидел её на улице под ручку с Бродягой. Они о чём-то мило переговаривались, одаривая друг друга улыбками. Не знал, что Бродяга умеет улыбаться. Трое балбесов из его шайки уныло плелись позади своего вожака и его подружки. Увидев меня, Юля вспыхнула и в смущении опустила глаза. Наверное, решила, что я расстроился, увидев её рядом с соперником. Она и представить не могла, насколько мне безразлична. Прекрасная Мериса, дочь короля Лигии, полностью завладела моим сердцем и мыслями.

– Здоров, пропажа! – Бродяга направился ко мне, протягивая руку. Ни капли агрессии во взгляде, а улыбка тревожная и немного виноватая. – Рад, что ты нашёлся.

Пришлось пожимать ему и его спутникам руки и слушать бормотание с извинениями за то, что случилось два месяца назад. Отец говорил, что Бродягу и его шайку долго таскали в полицию, пытаясь выставить виноватыми в моём исчезновении. На всех камерах торгового центра запечатлелись их лица, а охрана подтвердила преследование и драку. Так что парням досталось.

– Всё нормально, мужики, никаких обид. Желаю счастья!

Я снисходительно похлопал Бродягу по плечу, приветливо кивнул Юле и зашагал дальше, беззаботно насвистывая и чувствуя на спине удивлённые взгляды.

Пять дней пролетели быстрокрылой ласточкой. Я почти полностью провёл их с приёмными родителями, разлучаясь только на время бесед с полицией и психологом, пытающимся «оживить» мою память. Ужасно скучное занятие, от которого не удавалось отлынивать. На шестой день я решил, что завтра вернусь в Итонию, и отправился прогуляться по городу, обдумывая уход и письмо, которое оставлю родителям. Ноги сами вынесли меня к торговому центру с лифтом-колодцем между мирами, и я застыл посреди улицы словно громом поражённый. Вокруг здания воздвигались строительные леса, а рабочие натягивали маскировочную сетку, готовя торговый центр к реконструкции. Но самым ужасным было то, что входные двери оказались закрыты и облеплены бело-красной сигнальной лентой. Я рванул к ним и заглянул внутрь – вид опустевшего первого этажа со сваленными в кучу серыми мешками подтвердил, что начинаются ремонтные работы. От волнения сердце бешено заколотилось в груди. Что за дела? Мне во что бы то ни стало нужно завтра попасть к лифту! Так, без паники! Это не единственный вход. Я вспомнил о въезде в подземный паркинг и помчался к нему. Но и там путь оказался перекрыт широкими подъёмными воротами. Они были опущены до самой земли на въезде и на выезде, и в кабинке оператора, торчащей между двух шлагбаумов, было пусто. Вот так история! При мысли, что могу застрять в этом мире надолго, меня прошиб холодный пот. Оставалась надежда на аварийные запасные выходы, и я побежал вокруг торгового центра. Проход к узким наружным лестницам оказался открыт. Возле него копошились рабочие, разгружавшие фургон со стройматериалами. Широко распахнутая железная дверь первого этажа и для верности подпёртая кирпичом обнадёжила меня, что не всё потеряно. Я перевёл дыхание и вошёл внутрь торгового центра. Сам не понимаю, зачем сделал это, ведь со мной не было Амулета дождя и когтя Праматери. А без них в Итонию можно было не возвращаться. Наверное, хотел убедиться, что смогу без проблем добраться к нужному лифту.

Рабочие сновали по длинному коридору, складывая мешки и упаковки в открытых подсобках. Я спокойно миновал коридор и за поворотом, ведущим к двери в торговый зал, нос к носу столкнулся с двумя крепкими охранниками.

– Вы куда, молодой человек?

– Туда, – указал я рукой на дверь, пытаясь протиснуться между ними.

– Торговый центр не работает. Вам туда нельзя.

– Что значит не работает? – воскликнул я. – Почему так просто взяли и закрыли? Даже покупателей не предупредили!

– Не кричи, парень, – пробасил охранник с усами. – Объявления о закрытии месяц висели на центральном входе. И каждый магазин оповестил своих клиентов.

В памяти мелькнули какие-то бумажки, наклеенные на стеклянных раздвижных дверях, но я даже не обратил на них внимания, когда вернулся из Итонии. Спешил добраться поскорее к Амулету дождя.

– Так что, давай, разворачивайся обратно, – продолжал охранник, – посторонним нельзя.

– А если я там вещь забыл и хочу забрать?

– Зайди на сайт центра в раздел «Бюро находок», – в голосе второго охранника послышались нотки раздражения. – Всё! На выход!

– Хорошо, ухожу, но мне действительно очень надо! – Я сделал умоляющее лицо. —Давайте договоримся, я сбегаю домой, возьму кое-что, и вы меня пропустите внутрь буквально на пару минут. Я вас щедро отблагодарю!

Усатый охранник усмехнулся и повернулся к напарнику. Я видел, что он готов пойти мне навстречу, особенно после обещания благодарности. Но вот второй ответил ему хмурым взглядом и ткнул в меня пальцем:

– Ты чего, не узнал? Это же тот самый пацан, который исчез в лифте в мою смену! Меня из-за него столько времени по допросам тягали! Ты его впустишь, а он опять куда-то смоется – не отвертимся. Работу потеряем и проблем с ментами наживём. Иди домой, парень, – охранник двинулся ко мне, отодвигая в сторону выхода. – Мало тебе неприятностей?

– Вы и есть моя самая большая неприятность!

Во мне вспыхнула злость, наружу рвались крылья фиронга, но я удержал их и бросился на охранника, замахнувшись рукой. Тот быстрым движением перехватил мою руку и заломил её за спину, а усатый заорал:

– Ты очумел, пацан? Всё! Вызываю полицию! Им расскажешь, что ты забыл!

– Не надо полиции! – За моей спиной послышался спокойный мужской голос, и чья-то рука легла на плечо скрутившего меня охранника. – Отпустите мальчика, мы уже уходим. Рома, успокойся.

Хватка ослабла, я повернул голову и увидел высокого незнакомого мужчину лет шестидесяти. Он что-то прошептал охраннику и быстро сунул ему сложенную купюру в карман.

– Понятно, – проговорил тот и отпустил меня. – Предупредить надо было.

– Простите за беспокойство.

Не дав мне опомниться и возмутиться, мужчина потащил меня за руку к выходу.

– Кто вы такой? – воскликнул я, когда мы оказались на улице. – И откуда меня знаете?

– Леонид Валерьевич, – представился мужчина. – А знаю я вас вот отсюда.

Он достал из кармана смартфон, поелозил пальцем по экрану и показал фотографию. Ту самую, где я улыбаюсь в обнимку с мамой, и которую отец выложил в соцсетях сразу после моего возвращения.

– Видите, сколько под ней комментариев? Один из них мой. Я очень рад, что вы дома.

– Ясно. А что вы сказали охраннику?

– Сказал, что я психолог, и мы работаем над восстановлением вашей памяти. Вы ведь ничего не помните, верно?

– Не помню.

– Так я и думал, – почему-то удовлетворённо кивнул Леонид Валерьевич.

Теперь я смог рассмотреть его получше. Он хорошо выглядел, хоть и был немолод. Совсем немного седины в чёрных волосах, морщины только у рта и на лбу, серые глаза смотрели с участием, но в них проскальзывала какая-то холодность. Несмотря на августовскую жару, он был одет в серый костюм, подчёркивающий, что его хозяин ещё крепок и находится в отличной форме. Тёмно-синий узел галстука под высоким воротничком белой рубашки придавал мужчине строгость и элегантность. Я собирался поблагодарить Леонида Валерьевича за помощь, но вдруг почувствовал странность в его внезапном появлении.

– Как вы оказались в том коридоре? – спросил я. – Следили за мной?

– Признаюсь, да, – вздохнул Леонид Валерьевич. – Нет-нет, это не то, о чём вы подумали, – замахал он руками, заметив моё изумление. – У меня офис неподалёку. Я прогуливался, когда заметил вас перед центральным входом в торговый центр. Знаете, Рома, мне показалось, что вы были расстроены и даже чем-то испуганы. Мне стало любопытно. А когда вы побежали к паркингу, а затем к запасному входу, я последовал за вами. Вот и всё.

– Но почему? Вы ходите за всеми расстроенными людьми?

– Конечно, нет. Просто, во-первых, вы – не все, а история вашего исчезновения весьма загадочна и невольно вызывает интерес, а во-вторых, директор этого центра – мой давний приятель. Мы с ним неоднократно говорили на эту тему, поэтому… – мужчина пожал плечами.

А вот это была очень полезная информация! Приятель – директор торгового центра. Неужели само провидение послало мне человека, с чьей помощью я смогу беспрепятственно проникнуть к лифту и отправиться в Итонию?

– Какой у вас интересный кулон, – Леонид Валерьевич взглянул на серебристый ключ. В стычке с охранником он вылез из-под футболки и теперь поблёскивал в лучах солнца. – По виду – старая работа, но серебро не потемневшее. Или это какой-то сплав?

– Обычная дешёвая поделка. – Я вернул ключ на место. – Леонид Валерьевич, мне очень нужно попасть внутрь торгового центра. Вы могли бы договориться с вашим приятелем, чтобы меня пропустили?

– Простите, Рома. – Мужчина провёл рукой по вспотевшему лбу, и на мгновение его лицо показалось мне знакомым. Как будто видел где-то раньше. Или просто показалось? – Слишком много эмоций, беготня за вами, – продолжал Леонид Валерьевич, – а возраст уже не тот… Давайте прогуляемся к моему офису. Я угощу вас чаем, и мы спокойно всё обсудим. Поймите, мой приятель захочет узнать подробнее, зачем вы так рвётесь внутрь, к месту, где исчезли. Он тоже, как и охранники, наверняка опасается неприятностей с полицией. Кстати, может вам лучше обратиться к ним за помощью?

– Нет, – помотал я головой.

– Почему-то я так и подумал. Ну что? Принимаете приглашение на чай?

– Принимаю, – вздохнул я.

– Тогда идёмте.

Глава 2. Злейший враг

Леонид Валерьевич бодро шагал по улице, болтая о какой-то чепухе типа сожаления о скором окончании лета, падения спроса на юридические услуги и усталости от утренних пробок. Я почти не слушал его и размышлял над тем, какое же придумать правдоподобное объяснение моему настойчивому желанию попасть в здание, закрытое на реконструкцию. Иногда мужчина бросал на меня изучающие взгляды, и мне снова казалось, что я его где-то видел.

Офис действительно находился неподалёку, всего в десяти минутах ходьбы. Леонид Валерьевич свернул в арку, вышел во внутренний дворик и спустился по лестнице к двери, ведущей в полуподвальное помещение одной из многоэтажек.

– Здесь я работаю, – улыбнулся мужчина, открывая дверь и жестом приглашая меня внутрь.

Я вошёл и огляделся – в крохотном офисе сразу за дверью стоял рабочий стол, напротив него – ещё один, но никого из людей не было, а на столах царил образцовый порядок. Аккуратными стопками лежали чистые листы бумаги, из двух одинаковых органайзеров выглядывали по две одинаковые ручки. Тень беспокойства шевельнулась в моей душе – а вдруг мой новый знакомый маньяк, хитростью заманивший меня в ловушку? Захотелось быстро распрощаться с Леонидом Валерьевичем и выйти на улицу. Он, видимо, почувствовал моё смятение, потому что сказал:

– У помощника Саши сегодня родила жена, и я отпустил его домой. И секретаршу, чтобы помогла ему покупки сделать. Собственно, это весь штат сотрудников компании. Ещё два раза в неделю приходит уборщица. Так что нам никто не помешает. Проходите и располагайтесь в моём кабинете, – Леонид Валерьевич распахнул передо мной дверь в другую комнату с единственным столом по центру и диваном у стены, – а я пока чай заварю. Вам какой?

– Без разницы, – пробормотал я, оглядывая кабинет. Чистые белые стены, маленькое горизонтальное оконце почти под потолком и ещё одна дверь в углу.

– Вот, Рома, пожалуйста. Осторожно, горячий. – Радушный хозяин протянул мне чашку. На сверкающем белизной блюдце лежала маленькая квадратная шоколадка в яркой обёртке. – Да вы присаживайтесь, не стойте. – Леонид Валерьевич расположился со своим чаем за столом, отодвинув в сторону ноутбук, а я устроился на диване. – Летом именно горячий травяной чай отлично утоляет жажду. И очень полезен для сосудов.

Я не стал спорить и согласно кивнул. Мне была абсолютна безразлична польза чая. Главное, чтобы Леонид Валерьевич помог. Ради этого можно было пить горячий чай и делать вид, что мне нравится его горьковатый привкус, хотя на самом деле я бы с удовольствием хлебнул простой воды со льдом. Шоколадку я машинально положил в нагрудный карман тенниски. Не ем сладкое до обеда. Какое-то время мы просто пили и обменивались ничего не значащими фразами. Пару раз я похвалил строгий интерьер кабинета, а Леонид Валерьевич заметил, что на фотографиях я кажусь мельче и ниже, чем на самом деле. Наконец он отставил чашку, сложил руки перед собой на столе и спросил:

– Так почему вам так необходимо попасть в торговый центр? Что сказать моему приятелю?

– Дело в том, что я совершенно ничего не помню с того момента, как ехал в лифте и выключился свет, – принялся я старательно врать. – Но в последнее время в памяти начали возникать какие-то ускользающие картинки. Они связаны с лифтом, вот мне и кажется, что, прокатившись в нём снова, я смогу хоть что-то вспомнить. Это так важно для меня и родителей. Понимаете?

Вместо ответа Леонид Валерьевич взглянул на наручные часы и встал из-за стола. Я растерялся, понимая, что хозяин кабинета таким образом заканчивает разговор. Зачем надо было приходить в офис? То же самое я мог сказать и на улице.

– Так вы мне поможете?

– Обязательно, – кивнул он. – Оставьте свой номер мобильного. Как только я договорюсь – сразу наберу вас. А теперь прошу простить – с минуты на минуту должен прийти клиент. Рад был знакомству, Рома, всего хорошего.

Я пожал протянутую руку, быстро написал на листочке номер и направился к выходу, посмеиваясь над своими подозрениями. Точно говорят, что у страха глаза велики. Обычного добросердечного человека принял за маньяка. Я уже взялся за ручку входной двери, когда позади раздался голос Леонида Валерьевича:

– Рома, вы не могли бы задержаться буквально на минуту и помочь мне? Я просил Сашу с утра, но он, видимо, всё позабыл от счастья.

– Что нужно сделать? – Я вернулся в комнату.

– У нас хранилище документов в подвале. – Леонид Валерьевич указал на дверь в углу. – Там приготовлена целая коробка с папками, должна стоять прямо под лестницей. Будь я моложе лет на двадцать – принёс бы её сам и не заметил. Но теперь, к сожалению, поясница не позволяет носить тяжести, а брать по несколько папок – боюсь, не успею к приходу клиента. Вы не могли бы…

– Без проблем! – воскликнул я, открывая дверь.

Автоматически зажёгся тусклый свет, и перед собой я увидел ступеньки лестницы, уходящей в полумрак.

– Темновато, – заметил я и осторожно сошёл вниз.

Свет на лестнице погас, зато ярко вспыхнула лампа под потолком, и я смог оглядеться. Под серой стеной стоял высокий металлический сейф и стеллаж с пустыми полками. Коробки с папками не было.

– Здесь нет коробки! – крикнул я и вдруг покачнулся – на секунду показалось, что земля уходит из-под ног.

– Рома, должна быть. Посмотрите внимательно! – донёсся голос Леонида Валерьевича. – Большая, коричневая!

Я сделал несколько неуверенных шагов, обвёл взглядом закачавшиеся стены и провёл рукой по взмокшему лбу. Несмотря на холод в подвале, меня бросило в жар и снова зашатало. Тело обволакивала странная усталость, руки и ноги переставали слушаться. Густой липкий страх гулкими молоточками застучал в сердце, когда я начал осаживаться на пол, скользя спиной по холодному сейфу. Я хотел крикнуть, но смог выдавить лишь тихий шёпот:

– Помогите…

На верху лестницы появился Леонид Валерьевич без пиджака и рубашки. На голом торсе играли крепкие мышцы, а шею плотно обхватывал тонкий чёрный обруч.

– Хороший чай, работает точно по расписанию, – проговорил Леонид Валерьевич и начал медленно спускаться.

Куда только делось его благодушное выражение лица. Ко мне приближался ухмыляющийся человек со взглядом, горящим злобой и ненавистью. Я попытался раскрыть крылья фиронга, чтобы защититься от маньяка, в которого преобразился новый знакомый, но совершенно обессилел. Тело полностью оцепенело, только мозг работал ясно и чётко. Я не мог пошевелиться, всё что мне оставалось – это смотреть, слушать и холодеть от страха. Тем временем Леонид Валерьевич приблизился вплотную и остановился, с насмешкой глядя на меня сверху вниз.

– Благодатных Светил тебе, Даронт, – произнёс он на итонском, распахивая за спиной серые крылья дорка. – Давно не виделись.

***

Как же я был слеп! Глупый, доверчивый мальчишка! Слишком поздно я понял сходство Леонида Валерьевича с дядей Киротом. Тот же нос горбинкой, те же стальные серые глаза и тонкие губы. Не хватало только короткой бородки, и чёрные волосы, разбавленные сединой, потускнели от возраста. Даже в выборе цветов одежды Леонид Валерьевич оставался верен своему роду – серый костюм и синий галстук.

– Лорд Вардэн, – прошептал я.

– Узнал? – Старый лорд Вардэн наклонился ко мне. – Не ожидал?

Я хотел помотать головой, но не смог. Вот уж чего нельзя было предугадать, так это встречи с лордом Вардэн. Считалось, что он погиб вместе с моими родителями, хотя тело лорда так и не нашли. Но как он оказался в земном мире? И почему объявился только сейчас? Иландра сказала, что меня здесь спрятал фиронг-хранитель, а сам погиб. Не мог же фиронг переправить сюда лорда Вардэн, покровителя ненавистных дорков?

– Удивлён? – словно прочитал мои мысли лорд. – А вот моих чувств тебе не понять. Я так долго ждал этого момента, почти вечность. И вдруг – такое везение. Ты сам пришёл, принёс мне освобождение и ключ. Наконец-то я вернусь домой, в Итонию. – Он сдёрнул с моей шеи цепочку с ключом и зажал её в кулаке.

– Вместе… – прошептал я. – Давайте вернёмся вместе.

– Что? – Лорд Вардэн выпрямился и посмотрел на меня с презрением. Я с трудом выдержал этот взгляд, концентрируясь на лице лорда. Оно плыло перед глазами и размазывалось, то приближаясь, то отдаляясь. – С тобой? С щенком рода Орвел? Не для того я расчищал путь к трону роду Вардэн! Своему роду!

Я чуть не проболтался, что стал королём Итонии, но тут до меня дошли слова о расчистке пути к трону.

– Мои родители… Они погибли… Это вы… убили их?

– А разве можно было иначе? – Лорд пожал плечами и, скрестив руки на груди, принялся с улыбкой прохаживаться по подвалу. Похоже, мой беспомощный вид доставлял ему особое удовольствие. – Я никогда не понимал, чем род Орвел лучше рода Вардэн. Корни этой несправедливости уходят в далёкое прошлое, но зачем в нём копаться, если можно изменить настоящее. Я давно обдумывал это, и тут подвернулся подходящий случай. Я и мой сын Кирот гостили тогда в замке в Тиаранте по праву близких родственников. Всё-таки моя покойная жена была из рода Орвел и приходилась родной тёткой твоему отцу. Ему приходилось с этим считаться. Как-то мы отправились с королём на охоту. Недалёко от подножия Серых скал один из слуг обнаружил разорённое гнездо фиронгов. С первого взгляда стало ясно, что это постарались дорки. Твой отец вспылил, а мы с Киротом встали на защиту символа нашего рода. Тогда король заявил, что диким доркам в Итонии не место. Могут оставаться только ручные, а остальные должны убраться из королевства. Он посягнул на символ рода Вардэн! Эта наглость стала последней каплей моего терпения! – Лорд остановился и уставился на меня холодным взглядом. – Твой отец склонился над гнездом, а я всадил охотничий нож ему в спину. Он не успел даже раскрыть крылья для защиты. Кирот и наши слуги не растерялись и быстро разделались с людьми короля и фиронгами.

– А мама… – прошептал я. – Её тоже…

– Никто не собирался убивать королеву! – резко ответил лорд. – Мой сын первым отправился в замок, чтобы взять тебя в заложники и тем самым заставить королеву вести себя тихо. Править сам ты не мог, как не прошедший таинство посвящения. От твоего имени правил бы я, разумеется, с согласия и поддержки королевы. У неё бы не было выбора. Спустя несколько лет, когда улеглись бы воспоминания о гибели короля, с его наследником произошёл бы несчастный случай, и трон перешёл бы к роду Вардэн. Задачей моего сына были ты и королева, а я остался на месте убийства. С верными людьми мы обставили всё так, что короля якобы порвали взбесившиеся фиронги, заставшие его у гнезда. Мы не успели прийти королю на помощь, еле отбились сами, и прочая чепуха для доверчивых итонцев. Но когда мы возвращались в замок, то заметили летящего над лесом фиронга с двумя всадниками. Это был личный фиронг королевы – его сложно было не узнать. В свете обоих Светил я разглядел детский и взрослый силуэты и ринулся в погоню. Фиронг чуть не ушёл от нас в пространственный полёт, но среди моих людей был отличный лучник. Он ранил зверя, и тот приземлился в чаще. Нам не сразу удалось последовать за ним – дорки не любят лес, опасаясь зурков, нападающих стаями, поэтому сначала мы кружили над бегущим среди деревьев фиронгом и осыпали его стрелами и копьями. Взрослый всадник защищал себя и ребёнка щитом, пока хватало сил, а фиронг выглядел как подушка, утыканная булавками.

Лорд Вардэн рассмеялся, а у меня от злости и жалости выступили слёзы.

– А потом фиронг выскочил на поляну, и дорки смогли приземлиться. Всадник не успел прикрыть щитом спину и рухнул на землю, сражённый метко пущенной стрелой. Фиронг закричал, но не остановился и снова метнулся в чащу, унося на спине ребёнка. В убитом всаднике мы узнали королеву. Не знаю, как и почему ей удалось выскользнуть из замка. Это серьёзная промашка Кирота, стоившая мне очень дорого. Но если перед нами лежала королева, то ребёнок – королевский сын, и его нельзя было упустить. Мы бросились на поиски фиронга. Его путь легко было проследить по сломанным веткам. Одержимый яростью, я оторвался от своих людей и вскоре заметил вход в пещеру. Если бы не пробившийся сквозь ветки свет, я бы пробежал мимо, но… – лорд Вардэн усмехнулся. – В углу пещеры я увидел колодец, над которым закручивалась яркая светящаяся воронка. Раненый фиронг втолкнул тебя в неё, и ты исчез. Я бросился следом, но был остановлен ударом лапы фиронга. Тварь истекала кровью, едва держалась на ногах, но собиралась биться со мной. Я выхватил охотничий нож. Вот этот. – Лорд Вардэн сделал резкое движение, и яркий длинный клинок сверкнул перед моим лицом. Я почувствовал, как холодная сталь скользит по шее, и понял, что доживаю последние минуты. – Смотри, Даронт, именно этим ножом я убил твоего отца и перерезал глотку фиронга твоей матери. Всего одним взмахом. Он рухнул возле колодца, а я быстро шагнул в воронку.

Какая же это была пытка – слушать о подлом убийстве своих родителей и оставаться беспомощным, неподвижным телом. Мне хотелось заорать и наброситься на ненавистного лорда Вардэн, сначала задушить его голыми руками, а потом всадить в него нож по самую рукоятку. Вместо этого я только застонал, стиснув зубы, и прошептал:

– Я помню… что был один в лифте… Тогда… маленький…

– Да, – лорд вздохнул, – я не успел за тобой. Та тварь оказалась живучей. Фиронг сумел вцепиться в меня когтями, и я повис над светящейся бездной. Я пытался отсечь фиронгу лапу, но он сам разжал когти, как только в колодце что-то щёлкнуло. Нескольких секунд промедления оказалось достаточно, чтобы я не смог догнать тебя. Вход в этот мир оказался закрыт, и меня выбросило в другом месте. Ужасном месте. – Лорд снова склонился надо мной и зашептал, брызгая слюной: – Я провёл там целую вечность, прежде чем мне позволили прийти по твоему следу сюда, в этот мир.

– Кто? – спросил я, но лорд словно не расслышал мой вопрос, выпрямился и продолжил:

– Почти восемь лет назад я очнулся в том же лифте, что и ты. Одиночка в чужом мире, без права возврата в Намирус. Кое-как я разобрался в действующих правилах и приспособился к новой жизни. Искать тебя даже не пытался, понимая всю безнадёжность. И вдруг два месяца назад наткнулся на объявления о твоём исчезновении. Я сразу понял, что это именно ты. На фотографиях отлично видно ваше сходство с матерью-королевой. А особая примета на плечах – татуировка зелёного грифона, как в этом мире называют фиронгов, подтвердила мою догадку. В тот день я чуть не свёл счёты с жизнью. Поверить не мог, что ты находился совсем близко, и я упустил возможность вернуться домой. Два месяца жил как в бреду, проклиная весь твой род и себя заодно. Но тут счастливый отец объявил о том, что пропавший сын нашёлся. Невероятно! Ты сам вернулся в этот мир! Зачем? Что-то забыл?

Я решил, что ни слова не скажу ему про Амулет дождя, и тихо выдавил из себя:

– Хотел попрощаться…

– Как трогательно! – Лорд Вардэн всплеснул руками. – Он захотел попрощаться! К моей большой удачи! Я знал, что рано или поздно ты отправишься домой в Итонию, поэтому оставалось только ждать. А мне не привыкать к этому. Сегодня моё терпение вознаграждено. Спасибо за ключ, Даронт, и за освобождение.

Он пнул меня ногой, и я растянулся на полу. Тело по-прежнему не повиновалось, перед глазами всё плыло и качалось. Сознание начинало ускользать, но я изо всех сил пытался удержать его. Хотя в сложившейся ситуации, может, лучше было бы отключиться и не почувствовать объятий смерти. Тем временем лорд раскрыл сейф и достал из него пистолет. Или мне показалось? Нет, не показалось. Это точно был пистолет – опасная смертоносная игрушка в руках моего злейшего врага.

– Как же мне хочется прикончить тебя, – с сожалением проговорил лорд, – но твоя жизнь нужна мне для освобождения.

Несмотря на помутнение в голове, я был уверен, что правильно понял сказанные слова. Выходит, лорд Вардэн не убьёт меня? Засиявшая надежда придавала сил и уверенности.

– Что вы… хотите сделать?..

– Ничего плохого, – лорд пожал плечами и улыбнулся. – Ты отправишься в место, где я провёл целую вечность. Счастливой дороги, Даронт!

Лорд встал надо мной, развёл руки в стороны, но потом словно вспомнил о чём-то.

– Там не слишком безопасно, – сказал он с нарочито озабоченным видом. – Поэтому оружие не помешает. – Я думал, что он имеет в виду пистолет, но лорд вложил в мою безвольную кисть охотничий нож. – Вот, держи. Воспользуешься, когда придёшь в себя. Мне он очень пригодился. Считай это подарком за ключ. Тем более, что в Итонию я отправлюсь с другим оружием.

Лорд Вардэн поднялся, положил пистолет на одну из полок, снова раскинул руки в стороны и запрокинул голову. Чёрный ошейник тускло блеснул в свете ламп. Странное, неуместное украшение на шее пожилого мужчины, но ещё более странными были слова, которые начал произносить лорд заунывным голосом. Сначала тихо, потом всё громче и громче. Смысл мне был непонятен, но звучали они зловеще, проникали к самому сердцу и прикасались к нему ледяной рукой страха. Вскоре к словам присоединился чуть слышный шорох, и я не сразу понял, что он доносится от лорда. А потом увидел, что чёрный ошейник странно набух и словно потёк по шее тёмными дорожками. Переждав приступ головокружения, я сфокусировал взгляд и замычал от ужаса. Ошейник ожил! Он копошился, выпуская тысячи чёрных маленьких жуков, быстро спускавшихся по телу лорда. Тёмными ручейками они стекали по шее, бежали по груди и животу, скользили по брюкам и с глухим шелестом падали на пол. Скосив глаза, я наблюдал, как жуки разбегаются вокруг меня, выстраиваясь в чёрное шевелящееся кольцо. Иногда они касались моего лица крохотными цепкими лапками, и я крепко зажмуривался, мечтая, чтобы всё оказалось кошмарным сном.

Наконец лорд Вардэн закончил говорить и опустил руки. Воцарилась тишина, в которой отчётливо слышалась возня движущихся жуков. Ошейника на лорде больше не было – последние насекомые сбегали с его тела и встраивались в очертившийся круг.

– Я свободен, – проговорил лорд.

В ту же секунду все жуки поднялись в воздух. Шорох сменился угрожающим гулом, и вокруг меня завертелось чёрное кольцо. Оно сплошной стеной поднималось всё выше и выше. Я оказался словно в трубе, растущей на глазах. Лорд Вардэн с молчаливой усмешкой наблюдал за мной, пока чёрная крутящаяся стена не скрыла его от меня. От мельтешения перед глазами закружилась голова и снова помутился рассудок. Мне казалось, что я уже и сам стал тысячами маленьких насекомых и кружусь в безумном хороводе среди своих собратьев. Потолок исчез, над нами зияла тёмная бесконечность с одной яркой, мигающей звездой. Подхваченные холодным вихрем мы устремились к ней и растворились в сиянии…

Глава 3. Среди белых камней

Я очнулся от боли в затёкшей шее, застонал и попытался повернуть голову. Сразу же дала знать боль в щеке, лежащей на чём-то твёрдом и остром, а потом заныла вся левая сторона тела. Я поморщился и подвигал левой рукой и ногой, переворачиваясь с бока на живот, открыл глаза и уткнулся взглядом в крупные белые камни с острыми краями. Почему я лежу на камнях? Откуда они здесь? И «здесь» – это где? Сразу столько вопросов оказались непосильной тяжестью для моей гудящей головы. От них в ней загудело сильнее, и я невольно поднял правую руку, чтобы потереть лоб. Пальцы сжимали какой-то тяжёлый предмет. Я вытянул руку перед собой и увидел длинный нож. Что-то мелькнуло в памяти плохое, что-то страшное, отчего дрожь пробежала по моему телу. Я выпустил нож из руки и медленно поднялся на четвереньки. От такого простого движения меня стошнило прямо на белые камни, зато немного полегчало, и я смог оглядеться.

Передо мной простиралась равнина. Собственно, не только передо мной, она была со всех сторон, насколько глаз хватало. Везде белые острые камни, такие же как те, на которых я стоял, от горизонта до горизонта. Пейзаж оживляли лишь торчащие кое-где чёрные круглые столбы метра три высотой и около метра диаметром. Эдакие чёрные цилиндры, застывшие посреди белизны. Один из столбов находился рядом со мной. Я с трудом поднялся на ноги, и мир тотчас зашатался, а перед глазами поплыли круги. Очередной позыв рвоты прошёл, и на подгибающихся ногах я подошёл к ближайшему цилиндру. С виду похож на гранитный, холодный и твёрдый. Ничего особенного, если не считать чуть заметного свечения изнутри. Прислонившись к столбу, я поднял голову и уставился в небо потрясающей красоты – густого розового цвета, без единого облачка, зато с сияющей россыпью далёких звёзд. Я не мог разобрать, день сейчас или ночь, утро или вечер, ведь на небе не оказалось ни солнца, ни луны. Было светло, как в час рассвета или заката. Я обошёл вокруг столба, потом сделал несколько шагов от него, свернул направо, налево и в растерянности остановился. Где я и куда должен идти? Всё одинаково однообразно – белое и чёрное под розовым небом. Ни единого дуновения ветерка, ни одного цветного пятнышка. Застывшее каменное безмолвие, нарушаемое моими шагами и дыханием… сиплым, прерывистым. Не моим.

Я услышал за спиной тяжёлую поступь и глухое ворчание, быстро обернулся и замер, парализованный страхом. На полусогнутых лапах, оскалив зубастую пасть, ко мне приближался неизвестный зверь. Откуда он взялся? Я мог поклясться, что ещё несколько секунд назад тут не было ни одной живой души. И вдруг чудовище ростом с годовалого телёнка, покрытое рыжей шерстью, свисающей клочьями, с глазами, горящими красным огнём и длинными чёрными когтями на широких лапах. При всём желании оно не могло прятаться за одним из столбов, слишком велики размеры. Но размышлять о происхождении зверя не было времени. Он неумолимо приближался, погружая когти в камни и оставляя глубокие вмятины следов. С оскаленной пасти капала слюна, маленькие уши были прижаты к большой голове, украшенной торчащими во все стороны шипами. Длинный хвост с острым жалом на конце мотался из стороны в сторону, издавая звук, похожий на щёлканье хлыста.

Оцепенение прошло. Я попятился и чуть не упал, споткнувшись о валяющийся на камнях нож. Какая удача, что я не остался безоружным перед лицом опасности. Я быстро наклонился, схватил нож и выставил его перед собой, готовясь к нападению. Голова немилосердно болела и кружилась, рука дрожала, но я был настроен решительно. Увидев оружие, зверь остановился, толстым фиолетовым языком смахнул слюну и взревел, задрав голову. В густой рыжей шерсти блеснул чёрный ошейник, и при виде его на меня обрушились воспоминания…

Лорд Вардэн! Наша неожиданная встреча закончилась моим поражением. Добросердечный Леонид Валерьевич оказался виновником гибели моих родителей. Это место как-то связано с ним. Он сказал, что отправит меня туда, где провёл вечность. Я вспомнил взгляд лорда, наполненный ненавистью, вспомнил его ошейник и чёрных жуков. В это время зверь снова двинулся ко мне, и в его горящих глазах я увидел не злость, а тоску и обречённость. Пальцы сами крепко стиснули рукоятку охотничьего ножа, того самого, которым лорд Вардэн убил моего отца и фиронга-хранителя. Лорд почему-то позаботился обо мне, вложив в руку свой нож. Зачем? Ведь он ненавидел меня всей душой и мечтал убить. «Бойтесь данайцев, дары приносящих». Откуда-то всплыла эта фраза, но главное я уже понял – нельзя использовать подарок лорда по назначению. Зверь припал на передние лапы, готовясь к прыжку. Острый клинок блеснул, отражая розовое небо, я вздохнул и разжал пальцы. Нож выпал из руки, с глухим звоном ударившись о камни. В тот же миг я испугался, что совершил самую большую глупость в своей жизни – остался безоружным перед чудовищем. Будь у меня больше сил, я бы защитился крыльями фиронга, но сейчас любое усилие могло привести к потере сознания. Я стоял, шатаясь, на подгибающихся ногах, но зверь почему-то не торопился прыгать. Навострив уши, он уставился на лежащий нож, потянул носом воздух и перевёл взгляд на меня. В его глазах застыло недоверчивое удивление и любопытство.

– Ты хороший. Правда, не знаю, кто, – произнёс я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно дружелюбнее. – Ты ведь не хочешь съесть меня? Ты же умница? Просто иди своей дорогой, ладно?

Я улыбнулся и медленно развёл руки в стороны, показывая, что без оружия и открыт для доброго общения. Зверь обнажил клыки до чёрных дёсен, глухо заворчал и шагнул мне навстречу. Его отвратительная морда оказалась всего в метре от моего лица. При желании он мог одним ударом лапы прикончить меня, но почему-то пока этого не сделал, а только шумно вздохнул. Интересно, где хозяин этого чудовища? Кто-то же надел на него ошейник.

– Ну-ну, не надо, успокойся. – Горячее дыхание и вонь из пасти вынудили меня отступить на шаг. – Пойди, поищи себе другой обед. Хотя…

Я медленно повёл правой рукой и дотронулся до кармана тенниски. Удивительно, но шоколадка, которой меня угощал лорд Вардэн, оказалась на месте. При мысли о шоколаде меня чуть не стошнило, я освободил его от обёртки и неспешно положил на камни.

– Угощайся.

Глупость, конечно, предлагать чудовищу крохотную шоколадку, но мне показалось, что так будет правильно. Зверь опустил голову, принюхался и быстрым движением длинного языка подхватил шоколадку в пасть. Челюсти задвигались, не убирая оскала, между клыками и острыми резцами переваливался язык. Несколько чавкающих звуков – и с угощением было покончено. Зверь поднял голову, и я увидел, как две крупные слезинки выкатились из его глаз. Это так потрясло меня, что я уселся на камни, подпёр гудящую голову руками и уставился в изумлении на чудовище. А оно, в свою очередь, громко рыкнуло и улеглось передо мной, положив голову на вытянутые лапы.

– Что ж ты такое? – пробормотал я, разглядывая уродливую оскаленную морду.

Теперь я понял, что зверь не может спрятать зубы. Выходит, это не оскал, а обычный вид, при котором зубы выполняют роль устрашающего камуфляжа. А глаза, горящие красным огнём, возможно, вполне обычны для этого места. В земном мире у многих животных глаза светятся зелёным или жёлтым, например, у домашних котов и собак, но это вовсе не говорит об их кровожадности и желании сожрать вас на месте. Выглядит зверь, конечно, безобразно, но у каждого животного вида свои каноны привлекательности. Допускаю, что я показался ему жутким двуногим уродом, и он захотел взглянуть на меня поближе. Понять, что за странное существо пожаловало. А я чуть с ножом на него не набросился. Мысль, что лорд Вардэн неспроста подсунул оружие, не давала покоя. Он наверняка знал, что мне предстоит встреча со зверем, и ожидал, что я воспользуюсь ножом и тем самым совершу какую-то страшную ошибку.

Пока я размышлял, зверь вёл себя тихо и не спускал с меня глаз. Его длинный хвост лежал вдоль тела, а острое жало, направленное в мою сторону, ритмично било по камням. Какое знакомое движение! Так часто делают собаки, нетерпеливо ожидающие хозяйского внимания. Чёрт возьми! Неужели это чудовище – аналог обычной собаки, и приближалось оно ко мне, виляя хвостом и мечтая познакомиться? Как же проверить свою догадку?

– Эй, как там тебя, Бобик или Джек, – позвал я тихо и почмокал губами. – Ты хороший пёсик?

Реакция последовала незамедлительная. Зверь вскочил и прыгнул на меня, раскрыв пасть. «Зачем я это сделал? Идиот!» – мелькнула запоздалая мысль, а через мгновение я лежал на спине, опрокинутый ударом мощной груди, и прикрывал лицо от елозящего по нему шершавого фиолетового языка.

– Ну всё! Хватит! – крикнул я, удерживая морду за шипы и пытаясь выбраться из-под косматой туши.

Всё-таки хорошо, что у меня слишком мало сил, и крылья фиронга не раскрылись. Неизвестно, как отреагировал бы зверь, если бы его отшвырнуло на острые камни. Мог и рассвирепеть, а так выражает восторг. От тяжёлого запаха зверя меня снова чуть не стошнило, а от клыков, прикасающихся к рукам и лицу, пробрала дрожь. Но всё-таки я был рад, что моя догадка подтвердилась, и чудовище оказалось вовсе не страшным, а дружелюбным. Оно отступило в сторону, щёлкая хвостом и свесив язык, и я смог подняться, чтобы снять тенниску и вытереть слюни с лица.

– Не делай так больше, – сказал я и осторожно погладил зверя по голове. – Во-первых, ты тяжёлый, во-вторых, вонючий, а в-третьих, весь в каких-то шипах и с торчащими зубами.

Не знаю, понял ли хоть что-то зверь, но он снова улёгся, не спуская с меня глаз. Вид у него был внушительный и ужасный. Можно было подумать, что он собирается перекусить меня пополам.

– Ладно, с чудовищем разобрались. Теперь бы понять, куда я попал, и как отсюда выбраться.

Я снова огляделся, но в окружающем пейзаже ничего не изменилось. То же чёрно-белое безмолвие под звёздами на розовом небе. Головокружение и тошнота стали проходить, но на смену им пришёл страх. Кажется, в этот раз я влип серьёзно. Что же делать? И тут мой взгляд упал на лежащего зверя. Возникшая мысль оказалась настолько проста, что я даже улыбнулся.

– Эй, Джек, или как там тебя, иди домой! – Я осторожно, боясь делать резкие движения, повёл рукой. – Давай-давай! Познакомились, и хватит. Возвращайся к хозяину!

Зверь поднялся и сделал несколько шагов, потом остановился и повернул морду, словно приглашая за собой.

– Хорошо, идём вместе, – кивнул я, шагая следом. – Надеюсь, ты приведёшь меня к кому-нибудь разумному, а не в стаю таких же красавцев.

Под ногами блеснул нож лорда Вардэн. Я остановился в раздумьях – может, всё-таки стоило взять с собой оружие, вдруг тут не все такие милашки как Джек. Я усмехнулся – как быстро приклеилось имя к моему странному спутнику, и он вроде не против. Внимательно смотрит, хвостом помахивает. Пожалуй, с таким провожатым оружие ни к чему, тем более обагрённое кровью моего отца. Я отбросил ногой подарок лорда Вардэн и пошёл рядом с Джеком. Судя по его уверенному шагу, он знал дорогу. Хотя само понятие дорога отсутствовало, мы просто шагали по каменистой поверхности мимо чёрных однообразных столбов, а на горизонте возникали новые, точно такие же. Небо тоже не менялось, не светлея и не темнея.

Сколько прошло времени с момента нашего движения, я не знал. Часов у меня не было, а телефон не подавал признаков жизни. И можно было бы сказать, что всё идёт хорошо, если бы не жажда и страх неизвестности. Очень хотелось пить, но окружающий пейзаж убивал всякую надежду получить глоток воды в ближайшее время. К тому же я начал уставать и понимал, что вскоре к жажде прибавится голод. Интересно, хочет ли пить Джек? Зверь шагал неспешно и уверенно, изредка оглядываясь, словно подбадривая. Наконец я совсем выбился из сил и опустился на землю.

– Не могу больше, – пояснил я. – Устал и пить хочу. Как тут насчёт воды?

Джек, конечно, не ответил. Разлёгся неподалёку от меня и закрыл глаза. Глядя на него, я и сам не заметил, как провалился в сон. А проснулся от резкого громкого хлопка. Я вскочил, решив, что на меня напал Джек. Но он лежал в той же позе и даже ухом не повёл, лишь приоткрыл один глаз и снова закрыл. Что же так хлопнуло? Или мне показалось? Я крутил головой во все стороны, как вдруг увидел вдалеке, возле одного из чёрных цилиндров, поднимающегося с земли человека в тёмной одежде. Отсюда было не разобрать мужчина это или женщина, но это оказалось неважно. Главное, что я теперь не один! Джек, конечно же, не в счёт. Я собирался бежать, но мои ноги словно приросли к камням и не сделали ни единого шага. Я неловко дёрнулся и чуть не упал, а человек уже поднялся и стоял, покачиваясь и опираясь рукой о столб.

– Эй, – крикнул я, но вместо крика из горла вырвался едва слышный шёпот. – Эй, сюда, – продолжал я шептать, не в силах сдвинуться.

Крылья фиронга с шумом распахнулись за спиной и безвольно повисли, окутав меня зелёным сияющим покрывалом. Всё, что мне оставалось – это размахивать руками, но человек не смотрел в мою сторону. Глядя на крепкую высокую фигуру с широкими плечами, я понял, что передо мной мужчина. Вот он начал осматриваться, и я замахал руками ещё активнее, надеясь привлечь его внимание. Но мужчина вдруг попятился, выставив перед собой руку с тёмным предметом. Я не сразу заметил приближающееся к нему извивающееся белое тело и упустил момент его появления. Издали казалось, что движется гигантский толстый удав, украшенный высоким зубчатым гребнем от кончика хвоста до головы. Вот только голова «удава» совсем не походила на змеиную, а скорее на драконью, но не вытянутую, а сплюснутую, с широкой торчащей бахромой по периметру в несколько рядов. Над бахромой сплетались щупальца, а на белой толстой шее отчётливо выделялся чёрный ошейник. «У них с Джеком один хозяин», – мелькнула мысль. Длинные гибкие щупальца потянулись к мужчине, и как только первое прикоснулось к нему, грянул выстрел. Так странно и чужеродно он прозвучал в окружающем безмолвии. Белое тело тотчас метнулось к человеку, обхватило его, и оба противника начали кататься по земле, борясь друг с другом. Мне хотелось орать, бежать, делать хоть что-нибудь, только не стоять неподвижным, безголосым столбом. В отчаянии я обернулся к Джеку и выдавил из себя тихое:

– Помоги, беги туда.

Но зверь продолжал спокойно лежать, даже не взглянув в сторону битвы. Послышались ещё два выстрела, и вскоре всё закончилось. «Удав» разжал объятия, и на землю из них выпал мужчина словно безвольная сломанная кукла. Я всё ждал, когда же он пошевелится, но вместо этого ближайший к мужчине чёрный столб вдруг ярко осветился и начал расти вверх. Теперь это был столб света, упирающийся в землю и небо. «Удав» втолкнул в него тело человека, и тотчас свет погас. Чёрный цилиндр стоял как прежде, а «удав» поднял голову к небу, и до меня донёсся жуткий, душераздирающий вой…

Я проснулся в холодном поту и вскочил на ноги. В ушах стоял вой, а перед глазами – картина боя белого «удава» с мужчиной. Я быстро взглянул в ту сторону, где произошла схватка, но никого не увидел. Всё те же столбы и камни и ни одной живой души. Неужели это был просто сон? Слишком реалистичный, чтобы оказаться игрой воображения. Я никогда не видел гигантских белых «удавов» с драконьими мордами и не догадывался об их существовании. И это сражение… Возможно, такой же трагический исход ожидал меня, начни я отбиваться ножом от Джека. Может, тот «удав» был послан хозяином, чтобы поприветствовать нового прибывшего? А гость повёл себя агрессивно по отношению к слуге. До чего же это странное, пугающее место. Хотелось как можно скорее выбраться из него.

Я потоптался, разминаясь, – ноги в порядке и голос прежний. Джек тоже поднялся, потянулся и зевнул огромной пастью, вывалив язык.

– Ну что? Веди меня дальше, – велел я и зашагал рядом со зверем.

Сон прибавил мне сил и немного притупил жажду, но я понимал, что долго без воды не протяну. Хорошо, что в небе нет палящего солнца, иначе мне пришлось бы совсем не сладко.

Так мы и шли – утомительно долго. Иногда останавливались на отдых, и я проваливался в сон. А потом снова понимались и шагали дальше по шуршащим под ногами камням, мимо чёрных застывших столбов. Жажда становилась нестерпимой. От неё разболелась голова, саднило горло, а язык словно обваляли в мелком горячем песке. Меня мутило, земля уходила из-под ног, а порой казалось, что Джек водит меня по кругу. Но зачем? Неужели я обречён умереть среди этого безмолвия? Я двигался всё медленнее и медленнее, часто падал без сил и не мог понять, почему зверь выглядит по-прежнему бодрым. Лучше бы он убил меня при встрече – не пришлось бы сейчас мучиться. Между тем зверь терпеливо ждал меня, пока я отлёживался, и заглядывал в глаза, словно ободряя и сочувствуя. Иногда мне хотелось взобраться к нему на спину, наплевав на вонь, улечься там, вцепившись в шерсть, и пусть бы Джек нёс меня куда угодно, лишь бы не идти самому. Но зверь как будто угадывал моё намерение и каждый раз отходил в сторону, стоило мне только протянуть к нему руку.

Часы – лучшее изобретение человечества. Слабая попытка приручить время, чтобы не сойти с ума в его своенравном течении. Иногда оно мчится бурным потоком, сметающим дни и недели, а иногда медленно сочится, капля за каплей, тягучими секундами, напоминающими вечность. И только часы позволяют нам заковать время в рамки здравомыслия, пустить его по тщательно проложенному руслу и не затеряться в относительности. У меня часов не было, поэтому жажда шла рука об руку с полной неопределённостью. Сколько часов или дней я бродил по незнакомому миру? И сколько ещё предстояло? А может, я крепко спал, и прошло всего полчаса или несколько минут?

Джек легонько толкнул меня клыками, и я удивился, услышав свой голос. Оказывается, весь это бред про часы и время я произносил вслух. Неразборчивым свистящим шёпотом.

– Чего тебе? – просипел я.

Джек побежал вперёд большими скачками. Я с недоумением следил за ним, а потом вдруг понял, что пейзаж изменился. Всего метрах в трёхстах белые камни заканчивались, зато небо словно приблизилось и нависло над нами. Собравшись с силами, я побрёл к подступающему горизонту. Джек уже сидел на границе слияния белого и розового и терпеливо ждал меня. Чем ближе я подходил, тем яснее понимал, что небо – это всего лишь гигантский купол, наподобие циркового шатра. Кто-то накрыл им огромную арену, а звёзды – это немые далёкие зрители. А может, нет никакого купола, и сразу за белыми камнями бездонная пропасть? Я упаду в неё и буду парить вечно, пока сам не стану молчаливой звездой. Такие безумные мысли роились в моей голове, когда я наконец-то добрался до зверя. Пропасти не было, но и дороги дальше тоже не было. Я упёрся в глухую розовую стену, гладкую и немного пружинящую под моими руками.

– И что дальше? – Я посмотрел на Джека. – Куда ты меня привёл?

Зверь опустился передо мной на лапы и мотнул головой, словно приглашая к себе на спину.

– Хочешь покатать меня? Ладно.

Я влез на него верхом и ухватился за ошейник. Тотчас Джек шагнул в розовую стену, и она мягко поглотила его голову и плечи. Я едва успел набрать воздух в лёгкие и зажмуриться, как погрузился в стену, как в кисель. Тягучее вещество сдавило меня со всех сторон, а потом выплюнуло с тихим чмоканьем. Я открыл глаза и увидел просторную круглую комнату со светлыми голыми стенами и сводчатым потолком, уходящим ввысь. В комнате не было ни окон, ни дверей, а свет, казалось, исходил от стен. Я обернулся – позади нас была такая же светлая стена, очередная загадка незнакомого мира. Но сейчас мне было не до размышлений над ней. Посреди комнаты, в груде подушек, возвышался круглый стол, уставленный едой, а в его центре сиял прозрачный кувшин, наполненный водой. Я быстро соскочил с Джека и бросился к столу. Прохладная влага побежала по моему иссохшему горлу, смыла ощущение песка с языка и вернула меня к жизни. Напившись, я набросился на еду и с жадностью принялся поглощать какие-то круглые лепёшки с начинкой и незнакомые фрукты. Наконец я вспомнил о Джеке и обернулся, но мой уродливый приятель бесследно исчез. В душе шевельнулось что-то вроде сожаления, ведь я успел привыкнуть к чудовищу. Увидимся ли мы снова? Или нужно было попрощаться? После еды и питья навалилась страшная усталость. Голову заволокло туманом, и я повалился спать, устроившись на разбросанных подушках.

Глава 4. В Тупике

Разбудило меня журчание воды. Нежные звуки, какие обычно издают тонкие струйки, падающие в наполненную чашу. Как хорошо быть дома в Итонии. Сквозь раскрытые окна слышен фонтан в королевском саду. Но почему он работает? Это неслыханная роскошь для страны, умирающей от засухи. Я лично велел отключить все фонтаны, пока не решу проблемы с водой.

– Что такое? – пробормотал я. – Кто нарушил приказ?

Что-то прошелестело над головой, обдав меня брызгами, я проснулся окончательно и открыл глаза. Надо мной возвышался сводчатый потолок, украшенный росписью и позолоченной лепниной. Я вскочил с подушек и в страхе огляделся. Куда меня снова занесло? На том самом месте, где стоял столик с едой, теперь красовался трёхступенчатый фонтан из белого мрамора. Вода с нежным журчанием стекала из чаши в чашу тонкими серебристыми струйками. Вокруг фонтана выстроились высокие светильники на витых золотых ножках и с крупными, размером с куриное яйцо, огранёнными алмазами вместо ламп. Трудно было оторвать взгляд от их сияния, но другие изменения, произошедшие за время моего сна, оказались достойны не меньшего внимания. Я хорошо помнил, что заснул в светлой комнате с голыми стенами, а проснулся в великолепной зале с потрясающим роскошным убранством. Меня не так легко можно было бы удивить королевскими апартаментами. Я прожил месяц в замке Тиаранты и гостил во дворце лигийского короля Эрга Пятого, но эта комната ни в какое сравнение ни шла с ними и больше напоминала сокровищницу. Стены под самый потолок были выложены мозаичными картинами из огранённых камней, играющих всеми оттенками цветов. Я подошёл ближе и потрогал кусочки мозаики – у меня не возникло ни малейших сомнений в том, что это не стекляшки, а настоящие драгоценные камни. Сколько же их понадобилось, чтобы создать завораживающие причудливые пейзажи незнакомых миров! Со звёздами на зелёном или огненном небе, с лазурными облаками и пурпурными долинами, с цветущими изгибающимися деревьями и порхающими яркими птицами. Идя вдоль стен, я чуть не упал, наступив на валяющиеся россыпью огромные сияющие жемчужины. Белоснежные, молочные и розовые разных оттенков. Я наклонился и поднял одну из них – прохладный перламутр мягко осветил ладонь. «Такая пошла бы Мерисе», – мелькнула мысль, рука сама чуть было не потянулась к карману, но я опустил руку, и жемчужина покатилась по полу. Я поднял глаза и невольно ахнул. Увлёкшись созерцанием мозаики и жемчуга, я не сразу заметил стеклянные стеллажи, парящие в воздухе. Как на витрине ювелирного магазина на них были разложены перстни, серьги, подвески, диадемы, браслеты и ещё какие-то украшения, предназначение которых я не знал. Моё внимание привлёк перстень с крупным изумрудом, играющим гранями, точно под цвет моих глаз. Я снял его с полки и только собрался примерить, как вдруг спохватился – а где же хозяин этого великолепия? Разве столько сокровищ могут оставаться без присмотра? Вряд ли, тем более в таком странном загадочном мире, где всё не то, чем кажется. Я вернул перстень на место и решил больше не рассматривать драгоценности.

– Ты правильно поступил, Даронт, – за моей спиной послышался знакомый женский голос.

Я резко обернулся и попятился от неожиданности. В том месте, где раньше был фонтан, теперь стоял круглый каменный постамент, а на нём… Я сразу узнал свою покойную мать, королеву Итонии. Она была точно такой же, как в моих детских воспоминаниях – молодой, с чёрными струящимися волосами и зелёными глазами, одетой в длинное жёлтое платье.

– Мама, – прошептал я, но вдруг очертания королевы расплылись, помутнели, преображаясь, и на меня взглянул приёмный отец.

– Или, может, лучше называть тебя Рома? – спросил он.

Смена образов и голосов была так стремительна, что я не успел удивиться. Тем временем приёмного отца сменил родной отец, он продержался не дольше нескольких секунд, и на постаменте вновь появилась мать.

– Какое имя предпочитаешь?

– Конечно, Даронт. – Я шагнул к постаменту. – Кто ты и что это за место?

– Это Тупик между мирами. Мы его Смотрители, – ответила мама, расплываясь и покачиваясь. – Мы рады, что тебе удалось самому дойти к нам. С заблудшими это бывает редко.

– Вообще-то я не заблудший. Меня сюда отправил мой враг – лорд Вардэн.

– Мы знаем, он прислал тебя, чтобы получить освобождение. – Вместо мамы теперь со мной говорила госпожа Сайдэл. – Таково условие равновесия. Но ты прошёл Станцию и явился сам. Не всем это удаётся.

– Понятно, – кивнул я, хотя ничего не понял на самом деле. – А как теперь мне вернуться обратно?

– Очень просто, – отец подмигнул мне. – Тебя отведёт проводник.

– Хорошо, я готов идти.

– Сначала придётся оплатить выход.

– Оплатить? Кому? Проводнику?

– Нам.

– А если откажусь?

– Как не стыдно, Даронт! Мы и так очень добры, – теперь приёмная мама укоризненно качала головой. – Просим только стоимость выхода и никогда не требуем стоимость входа, хотя по условиям равновесия должны. В Тупик все заблудшие попадают совершенно бесплатно.

– Но я же не собирался к вам! – воскликнул я. – Меня лорд сюда впихнул!

– Разве тебе это чего-то стоило?

Я тяжело вздохнул – кажется, мы со Смотрителями плохо понимаем друг друга.

– Хорошо, как я могу оплатить выход? Денег у меня с собой нет, да и вряд ли вы в них нуждаетесь. – Я окинул взглядом комнату. – Есть неработающий телефон.

– Окажи нам услугу.

– Какую?

– Верни то, что взял предыдущий заблудший.

Милый женский голосок прозвучал как чарующая музыка. Передо мной стояла девушка, в которую я был влюблён – принцесса Мериса. До чего же она была хороша, несмотря на расплывчатые очертания.

– Он забрал один из Камней света, – девушка указала на пустующую золотую подставку.

А я и не заметил сразу, что одного бриллиантового сияющего «яйца» не хватает.

– А разве вы не можете вернуть его сами? Вы ж тут всем заправляете.

– Мы – Смотрители, – отчеканил приёмный отец, сменив Мерису. – Следим за равновесием системы и сообщаем правила. Принимаем оплату за выход. Встречать, провожать, искать мы не можем.

– А тот заблудший уже оплатил выход?

– Нет, – покачал головой отец. – Мы попросили его об услуге. Он ушёл с проводником, но, как выяснилось, прихватил Камень света. Равновесие Тупика нарушилось. Мы расстроены. С проводником связаться не можем, но знаем, что он жив. Он почти всё отработал, привёл заблудшего и должен был покинуть Тупик после его выхода.

– Ясно, – пробормотал я, хотя снова ничего не понимал.

Что за равновесие? Кто такой проводник? Как он отработал? Из всего сказанного становилось ясно лишь то, что какой-то человек (или не человек?) вместо того, чтобы расплатиться услугой за выход и отправиться восвояси, украл здоровенный светящийся бриллиант и где-то спрятался от Смотрителей.

– Не просто «где-то», – проговорила Мериса. – Появился чужеродный объект, и мы не знаем, что в нём происходит, но думаем, что похититель там. Даронт, верни Камень света и сможешь выйти.

– Хорошо. А как мне найти этого заблудшего?

– Твой проводник укажет путь.

– Кто же будет моим проводником? – поинтересовался я.

– Тот, кто сопровождал тебя к нам. Тот, кого ты зовёшь Джек.

Вместо Мерисы снова появилась мать и указала рукой мне за спину. Я обернулся и увидел знакомого зверя, тихо сидящего под стеночкой.

– Джек! Дружище! А я уж думал, что мы больше не увидимся! – Я подошёл к нему и похлопал по спине. – Так ты и есть мой проводник?

– Он выбран твоим проводником, Даронт, с самого начала, – пояснила мать. – Мы добры, и это тоже ничего не стоит. Каждый заблудший получает от нас проводника по прибытию.

Я невольно подумал о ноже, заботливо вложенном мне в руку лордом Вардэном. По его замыслу я должен был им воспользоваться и попытаться убить своего проводника. Если бы мне это удалось?

– Ты бы стал проводником вместо него, – словно прочитав мои мысли, сказала мать. – У нас равновесие. Кто-то должен встречать заблудших. Но не волнуйся. Джек очень сильный. Он убил всех заблудших, нападавших на него. Закон равновесия – или ты, или тебя.

– Хороший закон, понятный, – пробормотал я. – Но зачем же вы посылаете к заблудшим таких чудовищ? Люди начинают защищаться, думая, что это страшный хищник, мечтающий сожрать тебя.

– Разве Джек чудовище? – удивился родной отец. – Он обычный человек, Даронт. Мы не только добрые, но и честные. То, что скрыто внутри, у проводников становится видно снаружи.

Холодные мурашки пробежали по телу, когда я понял, какая меня ждала участь. Я либо был бы убит, либо убил бы сам и превратился в жуткое чудовище.

– То есть, я бы стал таким как Джек?

– Нет! Что ты! – воскликнула Мериса. – Ты бы выглядел совсем иначе!

Принцесса заколыхалась, расползаясь клубами тумана, и на пьедестале начала формироваться уродливая фигура. Длинные птичьи ноги оканчивались крепкими когтями-ножами, громоздкое тело блеснуло металлической чешуёй, чёрные глаза без зрачков глянули с жуткой морды, украшенной вытянутой зубастой пастью доисторического ящера. Всего лишь несколько секунд я созерцал образ, в который мог преобразиться, но и этого времени оказалось достаточно, чтобы испытать невыразимый ужас.

– Видишь, совсем не похож на Джека, – произнесла вернувшаяся Мериса.

– Действительно, – пробормотал я, потрясённый увиденным и услышанным.

Ай да лорд Вардэн! Как здорово всё устроил! Только я всё равно не понял, почему он не убил меня сам. Зачем этот цирк с отправкой в Тупик между мирами?

– Потому что мы обещали ему свободу в обмен на заблудшего, – проговорила Мериса, превращаясь в госпожу Сайдэл. – На того, за кем он гнался перед тем, как попал в Тупик.

– Но зачем?

– Взамен убитых.

– Кем? Лордом Вардэн?

– Проводником, которым он был.

Кажется, до меня начало многое доходить. И слова лорда, что он провёл в чужом мире целую вечность, и удивление смотрителей, что мне удалось пройти станцию, и их забота о равновесии.

– Значит, лорд убил своего проводника, когда оказался здесь?

– Да, – кивнула госпожа Сайдэл.

– И стал сам проводником?

– Да.

– И убивал заблудших, к которым его приставляли.

– Не по желанию, по закону равновесия.

– Это я уже понял. И долго он здесь находился?

– Мы не понимаем, что такое «долго». Заблудшие приходили и погибали, потом появлялись новые.

– Хорошо, – вздохнул я. – Как ему удалось оплатить выход?

– Проводники не платят. Однажды он провёл заблудшего от встречи до выхода, и мы отпустили его.

– Почему же на Землю, а не в Намирус?

– Потому что он собирался попасть туда, отправляясь в путь между мирами.

– А я куда уйду после оплаты?

– Туда, откуда прибыл.

– Ладно, – вздохнул я. – Теперь всё более-менее ясно. Постараюсь вернуть камень света. Только как я узнаю похитителя?

– Он выглядит вот так.

С постамента на меня смотрел высокий худой мужчина. Длинные светло-зелёные волосы обрамляли его бледное лицо. Острый подбородок, водянистые глаза в тёмных кругах и тонкий хищный нос делали его вид отталкивающим. От земли до шеи мужчину окутывал плащ болотного цвета, полностью скрывая руки и ноги.

– Запомнил? – проговорил мужчина, меняя очертания.

Я кивнул.

– Да. Можем идти.

– Отведи Даронта, – велел отец Джеку.

Зверь поднялся и пошёл вдоль стен, принюхиваясь. Возле мозаики, где на фоне ночных зеленоватых облаков сплетались кривые ветви деревьев, он остановился и упёрся шипами на голове в картину. Я подошёл к Джеку и встал рядом в ожидании. От мозаики потянуло запахом сырости и гнили. Дуновением ветра подхватились редкие коричневые листья и зашелестели, словно шушукаясь. Облака в тёмном небе поплыли, медленно открывая зелёную яркую луну. Джек взглянул на меня и шагнул через образовавшийся проём в стене в незнакомую ночь. Под его лапами чавкнула жижа, рядом захлопала крыльями вспугнутая птица.

– А с заблудшим что делать? – Я обернулся к Смотрителям, но вместо постамента снова стоял фонтан, только в этот раз он был сух. – Похоже, разговор закончен. Ладно, надеюсь, до скорой встречи.

Я переступил через стену и невольно задержал дыхание от ударившего в нос запаха разложения. С этой стороны он оказался гораздо противнее. Я обернулся, чтобы взглянуть на оставленный зал Cмотрителей, но он исчез. Позади меня в свете луны поблёскивала чёрная жижа, из которой тянулись, причудливо изгибаясь, кривые деревья. В кроссовках мерзко зачавкало, ногам сразу стало холодно и неуютно.

– Ты уверен, что заблудший ушёл сюда? – спросил я Джека, оглядываясь. – Тут же сплошное болото!

Зверь не ответил, а уверенно зашагал, шлёпая по жиже и ломая ветки. Я благоразумно последовал за ним по пружинящей под водой земле. Унылое это было место. Луна то скрывалась за облаками, то появлялась снова, заливая болото зелёным светом. Лёгкий ветерок дул, не переставая, и вскоре я ужасно продрог и обхватил себя руками за плечи.

– Ну и холодрыга, – пробормотал я. – Так и заболеть можно, не добравшись до камня света.

Джек обернулся, и я невольно отшатнулся, увидев его морду в свете луны. На тусклой шерсти плясали зелёные блики, шипы походили на торчащие кости, а зелёные клыки вкупе с горящими красными глазами придавали зверю вид обитателя преисподней.

– Ну ты и красавец! – не удержался я от возгласа. – Умереть можно от страха! Хорошо, что мы знакомы. Хотя… – Я погладил Джека по голове. – Ты прости меня, вырвалось нечаянно. Я ведь знаю, что ты другой на самом деле.

В красных глазах промелькнула тоска, а потом Джек опустился прямо в жижу, подставив мне спину. Я быстро взобрался верхом и с удовольствием прильнул к тёплой жёсткой шерсти, надеясь согреться. Вонь от болота полностью перебила запах зверя, да и не до капризов сейчас было. Я крепко вцепился в ошейник, и Джек продолжил путь. Ехать на его спине было гораздо комфортнее, оставалось только уворачиваться от веток, чтобы не свалиться в жижу. Вокруг царила тишина, если не считать редких далёких криков животных и хлопков, с которыми лопались появляющиеся на поверхности жижи пузыри. Окружающий пейзаж не менялся, и мне казалось, что ночь и болото никогда не исчезнут.

От нечего делать я говорил с Джеком, точнее, вёл монолог. Рассказывал о своей жизни в земном мире и в Намирусе, о том, как стал королём Итонии, в подробностях расписал, как попался в ловушку лорда Вардэн. Не знаю, кем был Джек на самом деле и понимал ли мои слова, но оба его треугольных уха, как локаторы, развернулись ко мне. Я так увлёкся собственным рассказом, что не сразу заметил жёлтый огонёк вдалеке. Джек двигался прямо к нему.

– Что это? – прошептал я, вглядываясь в темноту.

Может, прямо сейчас предстоит встреча с похитителем? Не уверен, что она получится дружеской. Интересно, зачем ему понадобился Камень света? Неужели заблудший не понимал, что не сможет выбраться из Тупика между мирами самостоятельно? Огонёк приближался и вырисовывался в прямоугольник окна, а вскоре начали проступать контуры избушки, стоящей на высоких сваях, как на курьих ножках. Послышался скрип открываемой двери и на пороге возникла фигура с фонарём. Луч света метнулся по сторонам, прочертив темноту, и мазнул меня по глазам, ослепив на несколько секунд.

– Ну, наконец-то! – ворчливым тоном проговорил хриплый мужской голос. – Сколько можно ждать? Еда остывает.

Человек говорил не на итонском и не на земном русском, но я прекрасно понимал его. Удивительно и странно прозвучали слова о том, что он нас ждёт. Зачем? И кто он – друг или враг? В ближайшие минуты нам предстояло познакомиться, но, судя по приземистому, коренастому силуэту, это точно не был похититель. Особого страха я не испытывал, пожалуй, лишь чувство тревоги. Сон и еда в зале Смотрителей восстановили мои силы, и теперь я мог воспользоваться защитой фиронга.

Джек прошлёпал к избушке, легко вскочил на широкий помост перед входной дверью и припал на лапы, давая мне возможность слезть.

– Да у нас тут проводник и заблудший! Очень рад! – воскликнул хозяин, выключая фонарь. В свете, падающем из раскрытой двери, он показался мне стариком с всклокоченными волосами и короткой бородой. В его голосе послышались приветливые нотки, как при встрече добрых друзей. Похоже, вид Джека его совсем не испугал, наоборот, скорее обрадовал. – Устали, наверное? – Он потрепал зверя по спине. – Иди вот сюда, под навес. Там сухая трава и стена тёплая от печки. Сейчас приготовлю тебе вкусненького, поешь и поспишь перед дорожкой. Вот всегда они так! Предупредить не могли, что прибудут двое. – Старик провёл Джека по широкому деревянному помосту за угол дома и сразу вернулся. – Да ты внутрь проходи, не стой на пороге.

– Для начала, здравствуйте, – проговорил я. – А вы кто?

– Я – Ларигор.

– Очень приятно, но одного имени мало, – пожал я плечами. – И почему мы друг друга понимаем, хотя говорим на разных языках?

– Так о том Смотрители позаботились. В тупике все должны друг друга понимать. Идём, не бойся.

Не дожидаясь меня, старик шагнул в дом. Я постоял с минуту в нерешительности и вошёл следом.

– Дверь прикрывай, чтоб тепло не вышло, – велел Ларигор.

Он стоял у большой печи и что-то помешивал в кастрюле без ручек. Жёлтое пламя ярко освещало комнату и Ларигора, которого в темноте я принял за старика и человека. Двупалые клешни, как у краба, ловко держали длинную ручку мешалки. Толстые ноги, одетые в тесные штаны, не имели ступней и напоминали слоновьи. То, что мне показалось волосами и бородой на самом деле выглядело как ветки туй, только длинные, струящиеся по плечам и груди. Ларигор почувствовал мой взгляд и повернулся, продемонстрировав крохотный бугорок с отверстием вместо носа и четыре тёмных глаза – два на привычном для человека месте и два на висках, возле круглых, как баранки, ушных раковин. Он улыбнулся, и от вида треугольных острых зубов у меня пробежал мороз по коже.

– На мой взгляд, ты тоже выглядишь ужасно, – заметил он. – А я, между прочим, очень привлекателен в своём мире.

– Что это за место? – спросил я, оглядываясь, чтобы скрыть неловкость.

Комната казалась просторной и уютной, несмотря на скудную обстановку. Рядом с печкой стоял накрытый стол с двумя лавками, под одной из стен – пузатый комод, а в углу стопкой лежали толстые матрацы. Закрытая дверь указывала на ещё одно помещение в доме.

– Место для отдыха на границе болотных земель, – пояснил Ларигор. – Дальше таких мест не будет, придётся самим искать еду и выбирать, где спать улечься.

– Вы здесь один живёте? Откуда узнали о нашем прибытии?

– К счастью, я уже давно своё отработал в Тупике и живу дома, – вздохнул Ларигор. – Здесь бываю иногда, по вызову Смотрителей. – Заметив удивление на моём лице, он снова улыбнулся. – Ты обувку-то сними и сушиться поставь у печки, а сам присаживайся к столу. Я проводнику еду отнесу и поболтаем немного, если спать не сильно хочешь.

Он подхватил горячую кастрюлю клешнями, толкнул дверь ногой и вышел наружу, а я воспользовался его советом и поставил кроссовки на сушку. Не успел я расположиться за столом, как Ларигор вернулся. Он шустро сдёрнул салфетки с тарелок, наполненных едой, налил душистого кипятка в высокие кружки и захрустел кусочками каких-то фруктов.

– Пробуй, – предложил он. – Если что не по вкусу – я доем.

Я с опаской зачерпнул зелёную кашу и откусил кусочек от толстой мягкой лепёшки. Оказалось неплохо – похоже на мясной паштет и рыбную котлету, только почти без специй. Оранжевые горячие кубики я определил как сладковато-кислый десерт, а мелкая светлая соломка сошла за хлебные сухари.

– Очень вкусно, – проговорил я с набитым ртом. – Это вы приготовили?

Ларигор кивнул. Пока я ел, он цедил напиток, с задумчивым видом повернувшись к огню и глядя на меня правым височным глазом. Я всё ждал, когда Ларигор начнёт откровенничать, но он делал вид, что увлечён танцем языков пламени. Наконец хозяин дома поставил кружку и в блаженстве откинулся на спинку лавки, запрокинув голову. Кусок лепёшки застрял у меня в горле, а рука, сжимающая ложку с кашей, повисла в воздухе, когда я увидел на нём чёрный ошейник.

– Что случилось? – поинтересовался Ларигор, заметив, как я смотрю на него.

– Ошейник, – проговорил я. – У человека, по чьей милости я здесь оказался, был такой же. Тот человек напоил меня чаем с какой-то дрянью, а вы что подмешали в еду?

– Я? – Ларигор в удивлении вскинул мохнатые брови. – Ничего. Здесь обмен не происходит, не волнуйся. Смотрители всё предусмотрели. Да и ненависти у меня к тебе нет, а без этого ничего не выйдет.

– Вот как?

– А ты думал? – Лагигор вздохнул. – Первому встречному свою судьбу не перекинешь. Только у меня после работы проводником вообще ни к кому ненависти не осталось, одна жалость. Вот и придётся, видно, до конца своих дней быть слугой у Смотрителей.

– Вы были проводником?

– Сначала я оказался заблудшим, – Ларигор погладил бороду клешнёй. – Влез по дурости не туда, вот и занесло в Тупик. Я тогда в охране одной знатной особы служил и в полном боевом облачении очнулся на Станции, а тут и чудовище под руку подвернулось. Ну, я его, не долго думая, и порешил. Да… вот как бывает… Думаешь, что справился с монстром, а оказывается, что ты и есть монстр, только ещё отвратительнее.

Ларигор поднялся с лавки и подкинул в печь несколько крупных веток. Огонь набросился на них с жадностью, и в комнате стало светлее.

– Ты пей отвар, он очень хорош. Там лучшие травы из разных миров. Смотрители постарались.

– И долго вы были проводником? – спросил я, делая глоток ароматной жидкости.

– Кто ж знает? – пожал плечами Ларигор. – Время тут бежит по-особенному. Как по мне – так целую вечность.

– А много заблудших…

– Да! – резко ответил хозяин дома. – Но я даже не успевал рассмотреть их или запомнить. Только искажённые страхом и злостью лица с одним желанием в глазах —«убить»!

Он замолчал, а я сидел потрясённый его исповедью.

– Пока не появился заблудший, – продолжил Ларигор, – разглядевший под маской чудовища несчастное существо. Это была женщина с добрым сердцем. Таким же, как у тебя. Ты ведь не убил своего проводника. Почему?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Догадался, что именно этого ждал человек, ненавидящий меня. Я просто не воспользовался его подарком.

– Значит, ты не только добрый, но и умный, – кивнул Ларигор.

– Не уверен, – я усмехнулся. – В ловушку попал как наивный дурачок. Хорошо, я так понял, что тебе удалось проводить ту женщину в её мир, за это тебя освободили из проводников и отпустили. Но почему тебе оставили ошейник? И почему он был у человека, отправившего меня сюда?

– Из-за убитых заблудших. Смотрители выпускают проводников из Тупика, но мы продолжаем служить им. К счастью, живя дома, и в своём нормальном обличье. Они могут призвать нас в любое время, когда им захочется, для выполнения разных услуг. Это не так ужасно, как быть проводником, но всё-таки тяжело – жить с постоянной мыслью: «А вдруг я понадоблюсь именно сейчас?» Такова расплата за содеянное. И только в обмен на присланного заблудшего бывшие проводники получают свободу.

– Сочувствую. Не представляю, каково вам живётся.

– Привык, – усмехнулся Ларигор. – Но обмен решил ни с кем не совершать. Даже врагу не желаю такой участи. Я потому с сочувствием отношусь ко всем проводникам, независимо от того, кто скрывается под их личиной. Работу мне Смотрители поручают не сложную – то здесь гостей принять, то в другом месте навести порядок. Из-за разницы в течении времени дома я отсутствую пару часов, не больше. Жена уже привыкла к моим отлучкам, она у меня добрая и понятливая. Ладно, – спохватился он, – что это я всё о себе. Ты, как я понимаю, должен оплатить выход?

– Да, – кивнул я и рассказал Ларигору о похитителе Камня света.

– Погоди, так до тебя уже был один. Не сильно приветливым оказался, на проводника кричал, что тот в болото его привёл, со мной почти не общался, но я понял, что он идёт по следу заблудшего, укравшего вещь Смотрителей. Получается, он не смог выполнить задание?

– Не знаю, – пожал я плечами, – Смотрители ничего мне не говорили. А давно это было?

– Да разве ж тут поймёшь? – Хозяин дома нахмурился. – Очень странная история вырисовывается. Я как-то не задумывался до твоего прихода. Какой-то заблудший ворует Камень света, зная, что пропажа обнаружится. Зачем? Настолько глуп? Или сознательно решил остаться в Тупике? А что с его проводником?

– Смотрители уверены, что он жив, но не могут с ним связаться.

– Видимо, похититель не так прост и знает гораздо больше, чем обычные заблудшие. Удивительно, что он в мой домик не заглядывал. Был у меня как-то один странный вызов на службу. Просидел два дня, еды приготовил, но так никого и не дождался, пока Смотрители обратно не отправили. Похоже, этот человек хитёр. Но ты не расстраивайся. Ложись пока спать, а утром продолжим.

Я чувствовал усталость и не стал спорить с Ларигором, когда он быстро постелил на пол у стены один из матрацев и сделал приглашающий жест. Крепкий сон сморил меня сразу, как только я коснулся подушки, и погрузил в темноту без сновидений.

Меня разбудила возня и яркий свет, пробивающийся сквозь веки. Я открыл глаза и увидел Ларигора, возящегося возле печи. Сквозь прямоугольное окошко комнату заливало голубое сияние, а снаружи доносились звуки шлёпанья по воде.

– Это проводник твой вокруг дома расхаживает в нетерпении, – не оборачиваясь, произнёс Ларигор. – Хочет, чтобы ты поскорее оказал услугу Смотрителям и отправился домой.

– Понимаю, – кивнул я, вставая с матраца. – Я бы на его месте, наверное, за шкирку меня из дома вытащил. Что ж, Ларигор, спасибо за гостеприимство. Но нам с Джеком и правда пора.

– С Джеком? – удивился хозяин дома. – Впервые слышу, чтобы проводникам имена давали. Ты, видно, и правда какой-то особенный. Садись, поешь перед дорогой.

Я послушно сел на лавку и пока уминал остатки вчерашнего ужина, внимательно слушал Ларигора.

– Тут до границы болота осталось всего ничего. Пусть Джек тебя довезёт, чтобы обувь не намокла. Что за границей – не знаю, мне туда хода нет. Тут я положил в мешочек несколько лепёшек – на раз перекусить вам хватит. А теперь, – Ларигор подошёл к закрытой двери и толкнул её, раскрывая, – прошу сюда!

Я вошёл в маленькую комнату и остановился в изумлении сразу за порогом. Все стены от пола до потолка были увешаны оружием. Чего здесь только не было! Охотничьи ножи, длинные острые кинжалы, закалённые мечи, арбалеты с лёгкими стрелами, копья, пистолеты разных модификаций и даже ружья. Среди понятного мне оружия выделялись какие-то прозрачные кристаллы с синим огнём внутри, золотые шары, извивающиеся змеями плети и обдающие холодом серебристые топорики.

– Это для магов, – пояснил Ларигор, заметив мой интерес. – Но ты ведь не из их братии?

– Нет.

– Ну и хорошо. – Хозяин дома приосанился. – А теперь, по давней сложившейся традиции, перед тем как покинуть этот дом, ты можешь совершенно бесплатно выбрать себе любое оружие, какое понравится, но только одно.

– Что? Просто так? Любое? – Я с недоверием покосился на Ларигора.

– Любое, – подтвердил он. – Подарок Смотрителей.

– Щедро с их стороны.

Я замер в раздумьях. Самым привычным для меня был кинжал. С ним я прошёл таинство посвящения в Итонии, прежде чем стал королём. Но то был кинжал моей матери, подаренный ей отцом. Сила и любовь моих родителей сосредоточились в нём и направляли мою руку в опасных ситуациях. А здесь – пустой, холодный металл, несущий смерть.

– У тебя есть ещё выбор, – подал голос Ларигор. – Либо выбрать бесплатное оружие, либо раскошелиться и получить платный совет.

А вот это уже совсем интересно! Прямо сюжет из сказки, просмотренной в детстве. Насколько я помнил, там умный главный герой выбрал совет, а его не слишком догадливые предшественники – разные цацки. Ну и соответственно, проиграли. Для подтверждения своей догадки я спросил:

– А что взял побывавший здесь до меня?

– Арбалет со стрелами.

– Понятно. – Я вздохнул. – Хотел бы оплатить совет, но у меня нет с собой денег.

– Можно чем-то другим.

– Чем же?

Я задумался. Обувь и одежда мне и самому нужны. Пластиковая карта Ларигора не впечатлила. Оставался только неработающий мобильный телефон, и я очень сомневался в его ценности, предлагая Ларигору. К моему удивлению хозяин дома быстро разобрал его, корпус отбросил в сторону и приблизил аккумулятор к лицу.

– Отличная вещь! – воскликнул Ларигор, пробуя аккумулятор на зуб. – Наполнение совсем свежее. Настойка из него выйдет – умереть от удовольствия! Заходи на обратном пути, оставлю немного попробовать.

– Спасибо, не надо. Можете выпить сами, я не обижусь.

– Ладно, – Ларигор ловко кинул аккумулятор в ящик комода. – Выпью за твоё здоровье. Считай, что оплата принята. Держи совет – никогда, ни при каких обстоятельствах не убивай заблудшего.

– И всё? – Я в удивлении вытаращил глаза.

– А разве мало?

– Слишком просто. Скажи хоть, почему?

– Потому что навсегда останешься в Тупике, без права выхода. О последствиях убийства проводника, думаю, повторять не стоит.

– А что делать, если попытаются убить меня?

– Прости, но я могу продать только один совет, – вздохнул Ларигор, потом взглянул на моё расстроенное лицо и проковылял к комоду. – Вот, возьми. – Хозяин дома протянул мне два маленьких круглых камешка. – Подарок за приятную беседу и хорошее отношение к Джеку.

– Что это?

– Яйца моркарийского вуалерота. Они защищают от воздействия магии. Недолго, но всё же. Вдруг пригодятся.

– Спасибо. А что с ними делать? – спросил я, пряча подарок в карман.

– Проглотить, если почувствуешь опасность.

– Хорошо, понял. Что ж, нам пора.

Я протянул руку и пожал клешню Ларигора, потом вышел из дома на помост. Джек бродил неподалёку. Увидев меня, он замахал хвостом, подняв жалом зелёные брызги, а потом неуклюже вскочил на помост, едва не столкнув меня в воду. По совету Ларигора я уселся верхом, махнул на прощание гостеприимному хозяину, и мы отправились в путь.

Глава 5. Пропасть

С наступлением дня болото было просто не узнать. Синее небо и голубое солнце, повисшее над горизонтом, отражались в тёмно-зелёной воде, придавая ей глубокий лазурный оттенок. Искривлённые деревья создавали причудливые, узорчатые тени на сверкающей поверхности. Иногда с тёмных веток вспархивали потревоженные птицы с зелёно-синим оперением, и в воздухе разносился крик, который в ночи я принимал за крик животных.

Как и предсказывал Ларигор, болото вскоре закончилось, резко оборвавшись перед берегом, покрытым обычной с виду зелёной травой и мелкими голубенькими цветочками. Да, с пейзажами и фантазией у Смотрителей чувствовался напряг. То бело-чёрная Станция под куполом розового неба, теперь вот зелёно-синее болото переходящее в зелёно-голубую степь. Цветовая гамма поражала скудостью и однообразием, в отличие от роскоши оттенков в зале Смотрителей. Как только мы выбрались на берег, я слез с Джека и пошёл рядом с ним. Мой уродливый друг бодро шагал в определённом направлении, и меня не переставало удивлять его чутьё. Будь это обычный зверь – он потерял бы след ещё на болоте. Но Джека, видимо, вело иное чувство, какая-то невидимая воздушная нить, протянувшаяся между ним и похитителем.

Мы шли очень долго, а солнце и не думало подниматься выше. Оно застыло над землёй голубым сверкающим диском, снисходительно поглядывая на проплывающие сверху облака. «Похоже на вечный рассвет или закат», – подумал я, вытирая пот со лба. Несмотря на косые лучи солнца, было очень жарко. Хорошо, что на пути встречались тоненькие ручейки с прохладной водой, оказавшейся пригодной для питья. Вскоре пейзаж разнообразился круглыми тёмными валунами, разбросанными посреди травы и цветов. Идти стало тяжелее. Во-первых, я устал и проголодался, а во-вторых, возникло ощущение едва заметного подъёма.

Добравшись до группы валунов, я решил сделать привал. Уселся на горячие камни и с наслаждением вытянул гудящие ноги. Самое время перекусить. Лепёшек в мешке оказалось всего три. Негусто, но Ларигор не из тех, кто бы зажилил еду. Скорее всего установленные правила не позволяли ему положить больше. С сомнением оглядев громадную тушу Джека, я протянул ему большую из лепёшек, но мой проводник лишь понюхал её, давая понять, что есть не будет.

– Ты уверен, что не голоден? – спросил я, кусая лепёшку. – Не знаю, сколько ещё идти, но с едой у нас не густо. Ларигор сказал, что пропитание придётся добывать самим. Только как? Что-то я ни одного кустика с ягодами не заметил и ни одной живой души. На болоте хоть птицы встречались. Знал бы – попытался бы поймать парочку.

Я быстро умял лепёшку и с трудом заставил себя не прикасаться ко второй. Джек в это время бродил вокруг меня, словно прислушиваясь к чему-то. Наконец он опустил морду к земле, замер, а потом вдруг сделал резкий прыжок в мою сторону. Длинные когти передних лап погрузились в землю у моих ног, осыпав меня ошмётками травы и мелкими камешками. Крылья фиронга распахнулись и окутали меня надёжным защитным коконом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.