# Когда отцветут ирисы

Juzy Josey

Двадцатилетний юноша из уральской провинции становится невольным свидетелем пропажи человека прямо под своими окнами. То, чему он изначально не придал должного значения, оборачивается для него ночным кошмаром, полностью меняя привычный уклад жизни. Ему предстоит раскрыть тайны своей семьи и самого своего рождения, при этом сохранив жизнь себе и своим лучшим друзьям.

ГЛАВА 1


День не задался с самого утра. Я проснулся от рёва газонокосилки, работающей у меня под окнами. Часы вяло двигались к отметке восемь.

– «Сука, да что же вам не спится-то в такую рань…» – пронеслось у меня в голове.

Встав с кровати, я закрыл окно и сверил злым взглядом работника коммунальной службы снизу. Хоть лето уже и подходило к концу, но солнце до сих пор всходило очень рано, накрывая тёплым светом мою небольшую комнату. Я рухнул обратно в ещё не остывшую постель. Сон не шёл, а солнечные лучи, проникавшие внутрь сквозь щель шторы, весело и назойливо светили прямо мне в глаза.

Я встал и направился на кухню.

Заварив себе кофе, я уселся за стол и стал бездумно листать ленту в соцсетях. Сегодня мой первый выходной за две недели, так что настроения на что-то более продуктивное у меня не было. По крайней мере, я всегда себя так оправдывал. Чуть позже я вернулся обратно в комнату и с утра пораньше погрузился в мир компьютерных игр. Хоть я и закрыл окно, но еле уловимый шум газонокосилки доносился до моих ушей.

– Ну конечно, утро субботы же самое подходящее время для подобной работы… – недовольно пробубнил я себе под нос. Но вскоре этот звук меня уже мало заботил.

Пару часов я не отлипал от экрана компьютера, погружённый в фэнтезийный мир моих любимых стратегий. Время пронеслось незаметно, в животе забурлило. Я вновь направился на кухню. Вернувшись в комнату с тарелкой в руках и кружкой наперевес, я снова сел за компьютер. Жуя бутерброд и попутно пролистывая ленту, я слушал уже ставший привычным звук мотора.

– «Странно. Сколько времени-то прошло? Там, наверное, уже косить нечего…» – подумал я и повернулся к окну. Чуть прислушавшись, мне показалось странным, что звук совсем не меняется. Будто кто-то включил его на проигрывателе. Монотонный, статичный рёв. Разве возможно не наткнуться ни на один камушек? Или на ветку? Наверное, кто-то другой не обратил бы на эту мелочь внимания. Но не я. Медленно встав, я подошёл к окну и отодвинул шторы.

Передо мной открылась очень странная картина: брошенная на земле газонокосилка, а вокруг ни души.

– Не понял… – удивлённо вырвалось из меня.

Я оглядел пустырь. Окна квартиры выходили на небольшую поляну с одинокой яблоней в окружении крапивы, репейника и прочих зарослей. Даже при желании здесь некуда отойти и присесть. Да и стал бы работник оставлять свой инструмент включённым?

Возможно, большинство не обратили бы на это внимания, но опять же. Это не про меня. Если где-то за углом человеку стало плохо, то я не закрою на это глаза и попытаюсь помочь. К счастью или сожалению.

Я вышел в подъезд и поспешил вниз, попутно закуривая сигарету.

– «Странно, что соседи не заметили… Всё ещё спят?» – мельком подумал я, хотя на самом деле понимал, что им скорее всего просто плевать.

Улица встретила меня тёплыми солнечными лучами и вкусным запахом уходящего лета. Мой подъезд крайний у поворота к поляне, на которой лежала брошенная газонокосилка. Так что уже через минуту я нажал на кнопку выключения. Машинка благодарно замолчала, а я начал оглядываться по сторонам. Никого. Я неспешно обошёл пустырь, вглядываясь в кусты крапивы. Так ничего и не обнаружив, я направился обратно к подъезду, напоследок бросив быстрый взгляд на дом. Глаза задержались на маленьком подвальном окошке.

– «Ну человек туда точно не пролезет. Наверное…» – размышлял я, всё дальше отдаляясь от этого места.

Подойдя к двери, я ещё недолго постоял, докуривая и прислушиваясь к окружающим меня звукам. Абсолютная тишина. Даже вечно щебечущие птицы замолкли. Конечно, мне показалось это странным. Но не страннее всего, что произошло за это утро.

– Опять тревога… – буркнул я, копошась в карманах. – Тёма прав, надо бы побольше отдыхать…

Дома я позвонил в коммунальную компанию, рассказав о брошенном инструменте и пропавшем работнике. Позже проснулись мои друзья, и теперь уже полной компанией мы отправились покорять просторы игрового мира. Наши виртуальные похождения полностью отвлекли меня от тревожного утреннего инцидента. Как оно обычно и происходит.

Так, играя, смотря сериал и листая соцсети, прошёл мой единственный выходной. Завтра я снова уйду ранним утром и приду ближе к полуночи, так что долго засиживаться не хотелось. Выполнив все водные процедуры, переодевшись, я стал готовиться ко сну. Но напоследок решил ненадолго спуститься вниз и перекурить. Без этого ритуала я вряд ли бы смог быстро уснуть.

На этот раз улица встретила меня уже прохладными, тусклыми уходящими солнечными лучами и громким пением сверчков. В голову сразу же вернулись воспоминания о забытой газонокосилке.

– «Интересно, тот мужик нашёлся?..» – думал я, уже направляясь за угол дома. Ожидаемо, там ничего не было. Только примятые остатки травы напоминали о том, что произошло сегодня утром. Взгляд упал на всё то же подвальное окошко.

Я не суеверный человек, не очень-то верю в монстров, призраков или в свободно гуляющих по подвалам маньяков. Но почему-то интуиция внутри меня говорила, что здесь что-то не так. Разве может человек просто исчезнуть, бросив работающий инструмент? Кем был тот мужчина? Наркоманом? Сбунтовавшимся пьяницей? Это было самым разумным объяснением. Но в груди продолжало ныть чувство, что произошло что-то нехорошее, да ещё и прямо у меня под окнами. Мне было не до конца ясно, говорит это во мне тревожность или дурное предчувствие. Докурив, я скинул бычок в эту же примятую траву, и отправился обратно домой.


Спал я крепко, благо раннее накануне пробуждение этому способствовало. Утренняя рутина пролетела быстро. Вполне выспавшийся я уже двигался вниз по подъезду, морально готовясь провести неделю, если не две, без выходных. Мне всё ещё не нашли сменщика, так что отдувался на работе я за двоих. Конечно, город небольшой и плотного потока людей каждый день у нас не было, но всё равно сидеть по двадцать, а то и больше часов в маленькой и душной кофейне сильно изматывало. На крыльце меня встретил чересчур добродушный старичок, подметающий приподъездную территорию.

– Доброе утро, Иван Кузьмич! – уже привычно поздоровался я.

– Доброе-доброе! – одарил ещё более широкой улыбкой меня Кузьмич, не прекращая мести асфальт.

Наверное, я и наш дворник были единственными людьми, работающими в такую рань. Каждое утро начиналось с нашего приветствия. Это стало такой же ежедневной рутиной, как чистка зубов или заваривание кофе.

Через 20 минут я уже стоял на своём рабочем месте, подготавливая оборудование. Смена тянулась долго. Людей было как обычно мало, так что большую часть времени я провёл в соцсетях и за чтением очередной книги. Не скажу, что меня устраивал такой расклад, но выбора у меня не было. Когда часы отбили десять вечера, я начал собираться домой.

– «Ещё один день сурка подошёл к концу». – отметил я у себя в голове, закрывая главную дверь.

Зажигалка чиркнула, я поспешил в сторону дома. Солнце заходило за горизонт всё раньше, улицу накрыл ощутимый ночной мрак. Подойдя к подъезду, я спешно зарылся в карманах, как какой-то еле уловимый щелчок привлёк моё внимание. Я замер с ключами в руке и прислушался. Тихий звук вновь донёсся за моей спиной.

Я не могу назвать себя трусом. Даже в глубоком детстве я не боялся темноты, как другие мои малолетние товарищи, и не верил в монстров под кроватью. Что, в некоторой степени, могло напрягать моих родителей. Разум всегда побеждал глупые навязчивые мысли. А если надо высказать кому-то своё недовольство – в этом я редко себе отказывал. Я не боялся проблем, хоть и избегал их до последнего. Но в этой ситуации меня окутал непривычный липкий страх.

– «Сверчки… замолкли…» – молнией пролетела мысль. Машинально я открыл подъездную дверь и пулей добежал до квартиры, не оборачиваясь назад. Закрывшись на все замки, я отдышался и немного пришёл в себя.

– Так, спокойно! – говорил я вслух, наматывая круги по коридору – Подумаешь, щелчки… чего я вообще испугался? Мало ли зверёк какой-нибудь или соседи. А сверчки?.. Почему я их не слышал? Лето вроде бы ещё не закончилось. Или уже?.. Блять, я что, правда с ума схожу?

Рациональная часть меня пыталась успокоиться и найти всему логическое объяснение, но чувство чего-то неправильного снова заныло в груди. В последнее время меня могла окутывать непонятная, не свойственная мне тревожность, с которой становилось всё сложнее справляться.

Я проверил замки, закрыл все окна в доме и плотно завесил шторы. Рухнул в постель не умывшись, в попытке поскорее уснуть. Но сон не шёл. Одна мысль сменяла другую: газонокосилка, подвал, щелчки… Я встал и направился на кухню заварить себе кофе. Конечно, завтра я очень сильно об этом пожалею. Но сегодня я уже вряд ли усну.

Я снова сел играть. В скором времени мне пришло приглашение от друзей.

– О-о, какие люди. – донёсся весёлый голос моего друга Артёма из динамиков. – Нечасто тебя в это время выцепить можно.

– Да-да, чего это ты вдруг? Уволился наконец? – не менее весело подключился к беседе мой второй друг Данил. – Давно пора.

Я глотнул остывший кофе и удобней развалился в кресле.

– Ха-ха, если бы. – буркнул я, поставив кружку на стол – Херня какая-то во дворе происходит. Вчера утром мужик с газонокосилкой пропал, сегодня какие-то звуки… Хер его пойми, не нравится мне это.

– Как понять пропал? – поинтересовался Артём.

– Да просто взял и исчез, бросив свою бандуру работающей прям у меня под окнами. – я достал сигарету, готовясь закурить прямо в комнате. – Я пока не спустился и не выключил её, так она и орала. А всем похуй, понимаете?

– Да может алкаш какой-нибудь был, белку словил с утра пораньше, вот и побежал за догоном, нет? – посмеялся Данил.

– А что за звуки-то были? – попутно задал вопрос Артём.

– Может и алкаш, может и не алкаш, не знаю… – я затянулся – Просто странно, предчувствие нехорошее. Звуки как щелчки или что-то подобное. Ещё и сверчки какого-то хера молчали, понимаете?.. Они каждую ночь концерты под окнами устраивают, а сегодня тишина, только этот треск.

– Началось… Кирилл, ты совсем загнался. – серьёзно ответил Артём – Тебя эта каторга довела уже походу, организм не вывозит, понимаешь? У тебя которую неделю уже эта хуйня с тревожностью происходит? То кошмары, то теперь какие-то щелчки ебучие. Ты сам себя слышишь вообще? К доктору сходить не хочешь?

– Да и лето почти кончилось, вот твои сверчки и в спячку впали. – заметил Данил, попутно скидывая ссылку в чат. – Вот, смотри… пишут, что при холодах они засыпают. Сейчас же ночью уже прохладно.

Я пробежался глазами по статье про насекомых, где пишут о спячке сверчков при температуре ниже нуля.

– Ага, очень прохладно… Конечно…

– Кирюх, давай завязывай уже пахать как проклятый, реально. – сказал Артём. – Когда тебе там результаты экзаменов-то придут? Мне уже вчера письмо о поступлении прилетело, у льготников тоже скоро должно…

– Охуеть, ты реально поступил?! – перебил его Данил – И что, прям на бюджет взяли?

– Не знаю когда. – я докурил сигарету – Через неделю примерно, наверное. Да и в любом случае деньги нужны, до первой стипендии жить на что-то надо.

– Какой в пизду бюджет, Дань? – громко засмеялся Артём – Ты обо мне слишком хорошего мнения.

Так наш разговор плавно перешёл в повседневное обсуждение поступления Артёма, второй неудачной сессии в колледже Данила, моих интрижек с бывшими однокурсницами из колледжа и ещё каких-то бесполезных вещей. Время пролетело быстро и примерно в начале третьего ночи меня потянуло в сон.

Распрощавшись с друзьями и пообещав выбить выходной для встречи на неделе, я рухнул в постель. Только закрыв глаза, я дёрнулся от звука будильника.

– «Я знал, что пожалею об этом». – подумал я, ставя ватные ноги на пол. Голова гудела, глаза слипались, но прогуливать было нельзя. Я заварил себе двойную порцию кофе и начал готовиться к выходу.

Выходя из подъезда и закуривая, я не глядя бросил:

– Доброе утро, Иван Ку…

Я поднял глаза. Сонливость как рукой сняло, сигарета выпала изо рта. Меня приветствовал пустой утренний двор. Только деревянная метла бесхозно валялась на асфальте у нашего подъезда.


***


– «Сука, а я ведь говорил, что херня какая-то происходит, а ты всё работа-работа… Не смешно уже вообще». – отправил я дрожащими пальцами сообщение Артёму, сидя за рабочей стойкой. Так быстро я не доходил сюда ещё ни разу до сегодняшнего дня.

Через пару минут раздался звук уведомления:

– «Братан, я только спать пошёл. Давай вечером в конфе обсудим твоего деда, лады?»

Я отбросил телефон в сторону и шумно выдохнул. О возвращении домой думать не хотелось, как и об очередной пропаже человека. Я принялся натирать стаканы, пытаясь выкинуть из головы все навязчивые мысли. Благо рабочий день этому способствовал: сегодня, на удивление, поток клиентов был больше обычного.

В рутине бариста незаметно пролетела очередная смена. Когда часы показали десять вечера, я вспомнил об утреннем инциденте, и нехотя стал готовиться к выходу. Если раньше этот час-полтора тянулись до невозможности медленно, то сейчас же стрелки циферблата разогнались до скорости света. Конечно, рациональная часть меня ругалась из-за слабости и, откровенно говоря, беспочвенного страха. То, что происходило последние несколько недель, было совсем на меня не похоже. От этого я раздражался ещё больше. Но я знал – что-то не так. Наверное, именно это называют природной интуицией. Или тревожным расстройством.

Телефон завибрировал и издал привычный звук:

– «Ну что ты там, живой? Мне Артём рассказал про дворника».

Выйдя из кофейни, я ответил Данилу:

– «Живой, сейчас домой выдвигаюсь. Через полчаса залечу в конфу».

Домой, конечно, идти не хотелось, но был ли у меня выбор? Даже если бы во дворе поселился призрак маньяка-убийцы, похищающий жильцов, что мне остаётся? Куда идти? Эта квартира – единственное, что осталось у меня от родителей. Ничего больше. В крайнем случае всегда можно залечь на дно у Артёма или Данила, но вряд ли их семья оценит нового соседа. Да и должен ли я терять дорогое для себя место из-за чего-то, что я даже своими глазами не видел? Да и если бы увидел. Такое поведение не в моём характере.

С боевым настроем я зашёл во двор. Он встретил меня обычными вечерними звуками: щебетанием птиц, соседским шумом из открытых окон, шелестом листьев и, конечно, пением сверчков. Я замедлился и, достав сигарету из пачки, начал осматриваться.

– «Ну естественно… Метлы уже нет, как и каких-либо следов». – отметил я про себя, закурив.

На секунду в голову пришла мысль обратиться в полицию, но её я сразу же отмёл. Такой гражданский долг там точно не оценят… Может, есть смысл поспрашивать соседей? Идея дрянь, учитывая степень их вовлечённости в жизнь нашего дома, но хотя бы попытаться стоит. Тем более, несмолкающие бабульки на лавках отлично выполняли роль сторожил двора.

Я медленно приблизился к подъездной двери, внимательно вглядываясь в каждый угол.

– М-да, дела… – еле слышно протянул я. – Что я вообще хочу тут увидеть?

Несколько секунд я сверлил серьёзным в одну точку, пока моё внимание не привлёк очень слабый, почти неуловимый звук. Выкинув бычок я стал прислушиваться. Животный страх перед неизвестностью умолял меня бежать прочь, но расхрабрившись, я начал следовать за звуком. Удивился ли я, когда он привёл меня к пустырю, на котором я нашёл ту злосчастную газонокосилку? Не особо. На мгновение мне даже стало приятно, что моя чуйка меня не подвела и мой друг оказался неправ.

– Выходи, сука! – закричал я в пустоту. – В прятки со мной поиграть решил? Со мной не такой смелый, как со стариком, а?!

Объяснить этот порыв слабоумия и отваги я не могу. Возможно, я рассчитывал на то, что у нас завёлся обычный наркоман, который способен навредить только слабым? Или я понимал, что это нечто знает обо мне и в любом случае настигнет, поэтому я сделаю это первым? В любом случае, это ещё один нетипичный для меня поступок.

Постояв в тишине с минуту, ответа я не дождался.

– Уже совсем головой поехал… – пробубнил я себе под нос, разворачиваясь в сторону подъезда.

«Щёлк!»

За моей спиной начали доноситься те самые щелчки, от которых я бежал вчера. С каждой секундой звук становился быстрее.

– «Что-то между затвором фотоаппарата и открывающимся ножом-бабочкой…» – очень будняя для такой ситуации мысль пронеслась у меня в голове.

Добежать до подъезда не успею, с каждым стуком сердца щелчки всё ближе приближались к моей спине. А чего я вообще хотел добиться своей храбростью? Поверить в слова друзей, что я перерабатываю и накручиваю себя, жить, как и раньше? Нарваться на ненормального пьяницу с ножом в руке?

– «Вот тут я и умру, на пару с Кузьмичом. Блять, я же обещал бабушке быть в порядке…» – невесёлые мысли сменяли друг друга в секунды, пока я не начал буквально ощущать всем своим телом этот противный щёлкающий звук.

Я не знал, что находится за моей спиной, и знать не хотел. Но я понимал, нутром чуял, что оно навредит мне, что оно уже навредило двоим людям. А я буду следующим. Так же, как человек инстинктивно понимает, что змеи и насекомые могут быть опасны, я понимал, что существо сзади точно не желает мне добра. Это не человек, я не слышал ни дыхания, ни шагов, абсолютно ничего, что есть у живого существа. Что-то холодное, чуждое. И оно не отпустит меня.

– Кирилл, это ты тут? – громкий мужской бас донёсся со стороны подъезда.

Щелчки за моей спиной в мгновенье исчезли. В окружающее пространство вернулись те самый привычные, родные звуки ночного двора с его жителями.

Я попытался закричать, но смог издать лишь глухой полушёпот:

– Д… Да… Да, я… Это я…

Изо угла на поляну вышел невысокий коренастый мужчина средних лет с дубинкой в руках.

– То-то я слышу голосок знакомый. – он подошёл ближе ко мне, осматриваясь. – Ты чего кричал-то? Подрался с кем-то?

Я молча стоял и смотрел сквозь него, практически не слыша ничего, что мне говорили.

– «Оно пропало?.. Но почему… Это вообще реально? Я схожу с ума?» – миллион мыслей проносились у меня в голове в момент случайного спасения.

– Ты чего, воды в рот набрал что ли? А глаза какие, будто смерть увидел. – мужик улыбнулся и сплюнул. – Ну малой, пойдём давай, расскажешь. Я к тебе как раз на днях заглянуть хотел.

Он взял меня за плечо и повёл в сторону подъезда. В свете фонарей я наконец-то обратил внимание на своего спасителя.

Передо мной стоял дядя Серёжа, друг моего покойного отца и по совместительству сосед на этаж ниже. Он и отец часто брали маленького меня на рыбалку или в деревню, но после гибели родителей я практически не пересекался с ним. Несколько раз он приходил в гости, пока я жил с бабушкой и дедом, но обычно наше общение сводилось к случайным встречам и разговорам ни о чём на пару минут. После того, как я переехал в родительскую квартиру, мы могли вместе покурить у подъезда, или я забегал на чай к его семье. Хоть мы толком не общались, но даже такие мимолётные встречи давали мне крупицу тепла семьи, которой у меня давно нет.

– Дядя Серёж… – хрипло начал я. – Там, это…

Я осёкся. Рассказывать ему про паранормальные щелчки и убийство дворника было не самой лучшей идеей, хотя, по правде говоря, очень хотелось. Но если друзья ещё могли ко мне прислушаться, то серьёзный дядька с дубиной в руке скорее сочтёт меня наркоманом или что похуже.

– Ну чего ты, испуганный весь. Нормально всё, раз жив-цел стоишь. – он по-доброму улыбнулся, доставая сигареты из кармана. – Рассказывай давай, что случилось у тебя. Курить будешь?

– Да, спасибо… – я неловко взял протянутую мне сигарету. – В общем… В общем-то, ничего вроде не случилось. Услышал что-то непонятное за домом, пошёл посмотреть, мало ли какая погань под окнами шляется, тем более у нас там на днях газонокосилку одну бросили… С утра прямо было, ты не слышал?

– Не, малой, я ж только сегодня с вахты вернулся. Знаешь же, я дома редко бываю. – он посмеялся. – И что ж ты думаешь, маньяк тут завёлся какой-нибудь?

– Не знаю. – я жадно втянул дым. – Но тут сначала мужик с косилкой пропал, а сегодня утром, похоже, дворник. Я с утра на работу вышел, а у двери только метла валяется.

– Кузьмич что ли?! – дядя Серёжа удивлённо посмотрел на меня.

Я кивнул головой.

– М-да… – его лицо заметно похмурело. – И ты что, решил на чёрт пойми кого с голыми руками полезть? А если б я не вышел, чтоб ты делал-то весь перепуганный, Кирь? Ты хоть немножко-то башкой думай.

Он скинул бычок под ноги и серьёзно взглянул на меня.

– Не знаю я, что творится тут у вас, но будь аккуратней. Геройствовать полиция будет, а ты по ночам чёрт пойми где не ползай, понял? – связка ключей зазвенела у него в руках. – Ты живой мне нужен ещё. Пойдём давай домой, поздно уже, на днях забегай в гости. Обсудим ещё.

Мы молча поднялись, пожали друг другу руки и разошлись по своим квартирам. Присутствие дяди Серёжи успокаивало. Я даже на секунду поверил в ненормального преступника, нападающего на людей. Но каждый шаг по лесенке возвращал меня в реальность.

Я быстро зашёл к себе в квартиру, закрыв все замки и включив везде свет. Вряд ли бы это меня спасло, конечно, но так было спокойней. Быстро переодевшись и поставив себе кофе, я потянулся к телефону.

– В смысле… – я смотрел на полностью разряженный мобильник. – Я же его зарядил на работе…

Поставив телефон на зарядку, я поспешил включить компьютер и ответить своим друзьям. Открыв диалоги, я увидел больше двадцати сообщений от перепуганных Артёма и Данила. В этот же момент мне пришло приглашение в чат.

– Ну ты и пидора-ас, Кирилл! – раздался весёлый голос Артёма. – Ты нас пранкануть решил? Данил уже хотел бежать, спасать тебя от дохлого дворника.

– Ребят, вы не представляете, что сейчас произошло… – я замялся. – Если бы не дядька, то спасать было бы некого.

Со стороны кухни раздался грохот. Только отойдя от животного ужаса, он вновь начал покрывать мурашками моё тело. Не обращая внимания на вопросы парней, я медленно встал и начал подкрадываться на кухню, попутно прихватив с собой кружку. Так себе оружие, но это единственное, до чего я додумался в этот момент. Зайдя внутрь, я увидел настежь открытое окно и упавшую с подоконника вазу.

– Сука, я же ещё вчера все окна закрыл! – подняв крупные осколки, я поспешил закрыть окно и вернуться к друзьям. Не оглядываясь.

Сев за компьютер и немного уняв тахикардию, я принялся рассказывать им о том, что произошло.

Немного помолчав, первым подал голос Артём:

– Братан, ты же понимаешь, что это всё звучит как шизофрения, да?

– Блять, естественно, я это всё понимаю. – я стал раздражаться. – Сука, Тём, ты не представляешь, как я был бы рад, если это правда мои глюки. Но нихуя, люди-то пропали! Сначала мужик с косилкой, потом Кузьмич, а сейчас эта щёлкающая неведомая хуйня пришла за мной!

– Не знаю, а я ему верю… – тихо сказал Данил. – Не похоже это на глюки, тем более если реальные люди пропали…

– А ты уверен, что они пропали? – в голосе Артёма проскользнули нотки сарказма. – Кирилл, я не хочу выставлять тебя поехавшим, но твой дядька же ничего не слышал, верно? И этих двух мужиков кроме тебя никто не видел.

– А-а, ну то есть я просто ебанутый, – моё раздражение перерастало в злость, – и дворника, которого знает весь дом, я себе выдумал? Может я и вас выдумал? Мне что, лично в полицию сходить и принести тебе объявление о пропавших без вести?

– А это вариант, кстати. – подключился Данил. – Давай завтра сходим в отделение и спросим? Тогда, если их правда разыскивают, теорию с галлюцинациями можно будет отмести.

– Господи, какой же бред… – я накрыл голову руками.

На секунду я допустил мысль, что правда просто схожу с ума. Может, и не было никакой газонокосилки? Может, завтра я выйду на улицу и вновь увижу широко улыбающегося старика, метущего асфальт? Сойти с ума в двадцать лет не выглядело заманчиво, но так, определённо, было бы проще объяснить всё то, что произошло со мной за эти несколько дней.

– Я тебе верю, Кирь, правда. – подбадривал меня Данил. – Давай просто убедимся на всякий случай, окей? Может, менты что-нибудь полезное расскажут.

– Ага, и как вы планируете это всё сделать? – с нескрываемым скепсисом в голосе спросил Артём. – Вас самих в обезьянник посадят скорее, чем скажут что-то полезное. А если их вообще в розыск не объявляли? О-ох, блять, сил моих с вами нет.

Артём стал что-то шумно отбивать по клавиатуре. На какое-то время мы погрузились в тишину, наполняемую клацаньем клавиш, нажатием мышки и звуками игры, открытой у одного из моих друзей.

– Кузьмичёв Иван Петрович, сорок девятого года рождения. «Он?» – хмуро спросил Артём.

– Д-да, вроде он… – мои глаза расширились от удивления. – Как ты узнал?

– Как-как, блять, руками! – Артём шумно выдохнул. – У меня бывшая волонтёрством занимается. Они там пропавших без вести ищут, поисковый отряд, все дела, короче. Пришлось этой дуре писать, она всех пропавших в нашей области знает.

– Погоди, то есть он реально пропал?! – удивлённо воскликнул Данил.

– Ага… Сегодня в районе пяти-шести утра вышел из дома на работу и не вернулся. Последнее предполагаемое местоположение как раз в районе Кирилла. Внучка его всех на уши подняла, он ещё болеет чем-то и лекарства нужны. – Артём задумался. – Бля, а я ведь ей ещё сказал, что листовки хочу помогать развешивать. Она же от меня теперь не отъебется…

– Жесть, то есть Кирюха сегодня тоже мог пропасть?.. – невесело спросил Данил. – Интересно, почему эта херня исчезла, когда за тобой дядя вышел? Она только одного утащить может что ли?

– Я не знаю… – я отпил давно остывший утренний кофе и снова закурил прямо в комнате. – Я вообще ничего не понимаю…

– Я тебе больше скажу, – перебил меня Артём. – два дня назад пропал некий Рашимов Руслан Ахмедович семьдесят девятого года рождения, в районе семи-девяти утра, последнее местоположение тоже рядом с твоим домом.

– Да ну нахер… Мужик с газонокосилкой? – возбуждённо поинтересовался Данил.

– Похоже на то. – ответил я. – Я его толком не разглядывал, конечно, но тот вроде тоже нерусский был…

Идея с моей шизофренией ушла так же быстро, как и пришла. С одной стороны радовало, что со мной всё в порядке, но с другой вопросов стало только больше, как и страха за свою жизнь. Подперев подбородок руками, я начал смотреть в одну точку.

– Может это всё-таки маньяк какой-нибудь? – спросил явно сидевший под впечатлением Данил. – Или правда алкашня с ножом-бабочкой бегает?

– Это не человек. – твёрдо констатировал я. – Не алкаш, не торчок, не вообще что-то живое.

– Паранормальщина, значит… Может пороги солью посыпать? Или святой водой по углам. У меня так бабка делает… – неуверенно предложил Данил.

– Дань, поменьше тупых видосов смотри. – Артём усмехнулся. – И с бабкой поменьше общайся тоже.

Наши разговоры продолжались до трёх часов ночи. Несмотря на ужас сегодняшнего вечера, меня начало сильно клонить в сон. Понимая, что спать мне осталось буквально пару часов, я решил написать начальнику и попросить выходной по болезни. Хоть я и понимал, что ничем хорошим это не кончится, а на нормальную зарплату я могу больше не рассчитывать, но второй день не спать и сидеть полную смену я не смогу физически.

– Я тебе давно говорил уже, нахуй такую работу. Отоспись, завтра словимся и будем думать. Давай, спокойной… – попрощался со мной Артём.

– Да, давай, Кирюх. Если вдруг что – сразу пиши-звони, будем на связи. – подключился к нему Данил.

– Спасибо, пацаны. Напишу, как проснусь. – сказал я и вышел из беседы.

Ложиться спать было страшно, но усталость и головная боль были сильнее. На улице понемногу светлело, что прибавляло мне уверенности. Да, скорее всего, солнечный свет не останавливал это существо, но человек в темноте напуган намного больше, чем в ясный день.

Я рухнул на кровать и мгновенно провалился в темноту.


Тёплый ветер раздувал занавески, пока чья-то рука нежно гладила меня по волосам.

– Мам, ты чего… – в полусне пробубнил я себе под нос.

Ответа не последовало.

– «Как рано мама сегодня встала. Мама… Что?..»

Неописуемый ужас пронзил меня насквозь, когда я осознал происходящее. В ту же секунду я распахнул глаза и попытался вскочить, но понял, что не могу пошевелиться.


ГЛАВА 2


Тело прижало к кровати, пока сухая тёплая рука гладила мои волосы. Сердце стучало настолько сильно, что грудная клетка начала неприятно гудеть. Я зажмурился до боли в глазах и попытался найти объяснение происходящему.

– «Это просто сонный паралич, так бывает… – я проговаривал это про себя словно мантру. – Это нереально, это всё нереально!»

– Бедная душа… – грубый старческий голос прервал мои мысли – Отец с матерью рано ушли, бабка с дедом одного оставили… Что же творится-то?.. Неужто это было так обязательно?

Я раскрыл глаза. Панический страх начал отступать, когда я стал узнавать голос.

– «Ч-чего?.. – я попытался повернуть голову в сторону, но у меня не получилось. – Это что, Кузьмич? Как он попал в мою квартиру?»

– Не пугайся, Кирилл. – он перестал гладить мои волосы – Или… Как правильно мне тебя называть?

До меня стала доходить абсурдность происходящего. Кузьмич, объявленный в розыск, сидит у изголовья моей кровати.

– «Это сон. – я ощутил, как понемногу начинаю шевелить пальцами. – Или видение, но точно не реальность. Этого быть не может…»

– Люди не думают о том, чего не в состоянии понять, мой мальчик. – голос Кузьмича раздался над моей головой. – Бери с них пример. Тем более, у нас слишком мало времени для таких мелочей.

Вопросов в моей голове стало только больше, но он не дал мне продолжить размышления.

– Оно ждёт тебя… – голос Кузьмича понизился до шёпота. – Оно не успокоится, пока не получит то, чего хочет… Ты, наверное, уже не помнишь, но твои родители…

Резкий и холодный ветер ударил в открытое окно. Солнце скрылось за чёрными тучами.

– Вот же паскуда… – я уловил еле заметную печаль в голосе деда. – Кирилл, сынок, уходи отсюда и не зови меня больше… Не ищи встречи с ним. Ты не…

Не успел я обдумать его слова, как холодный ветер поднял шторы к потолку. Роняя все цветы на подоконнике, он накрыл комнату мраком. Тёплая ладонь легла на мои глаза, и я провалился в темноту.

Я резко вскочил на вдохе. Телефон звенел, а я, полностью игнорируя его, повернулся к окну.

– Закрыто… – я громко выдохнул. – Что это было вообще?..

Часы двигались к отметке двенадцать. Я поставил ноги на пол, наконец-то обращая внимание на телефон. Тридцать сообщений в рабочем чате и десять пропущенных от начальника вернули мой разум к реальности.

– Ха-ха, ну ещё бы… – встав с кровати, я пошёл на кухню, попутно листая рабочий диалог. – М-да, видимо, теперь свободного времени у меня станет намного больше…

Сделав себе крепкий кофе, я сел за стол и откинул от себя телефон. Истерики начальства казались настолько неважными на фоне этих нескольких дней, что я ограничился одним «хорошо, просто увольте меня, завтра зайду за вещами». Солнечные лучи грели мои ноги, кофе бодрил изнутри – я приятно потянулся и улыбнулся. Наверное, впервые за эти дни.

– «Как же давно я просто не сидел на кухне в тишине… – я мельком взглянул в окно. Во дворе бегали дети. – Не знаю, сон это был или какая-то магическая херня, но я впервые за лето выспался… Даже непривычно».

В телефоне снова посыпались уведомления, а я невольно задумался о словах Кузьмича.

– Он что-то хотел сказать о моих родителях… Что-то, что я не помню, потому что был маленьким? Так? – телефон зазвонил, но я продолжал размышлять вслух. – Я был не настолько мелким, чтобы забыть их смерть, значит, он имел ввиду не это? Было ли ещё что-то странное?.. Да нет… Всё как у всех.

Телефон не переставал звенеть, заставляя меня прерваться от мыслительного процесса. Недовольный, я был уже готов послать начальника, но на экране высветился другой контакт.

– Сын собаки, ты специально сообщения не читаешь или что? – на другом конце раздался раздражённый голос Артёма. – Что трубку-то не берёшь, я тебе звоню уже минут десять.

– Да я только проснулся, даже кофе сварить не успел, что ты начинаешь-то? – я покрутил почти допитую кружку в руке. – Что случилось?

– В смысле «что случилось»? – Артём недовольно выдохнул. – Мы в час встретиться договаривались. Тебе память отшибло?

Я убрал телефон от уха и быстро посмотрел на время.

– Ну нормально, через час словимся. – я вернул свой взгляд к окну. – У площади?

– Ага, у площади. – друг немного помолчал и продолжил спокойным голосом. – В игнор больше не уходи. Если проснулся – отпиши. Ничего сложного.

– Ты что, волнуешься? – я негромко хихикнул. – Больше не считаешь меня шизофреником что ли?

– Ой, да пошёл ты нахуй.

Артём положил трубку. Улыбаясь, я вернулся в комнату и стал готовиться к выходу. «Утренняя» рутина прошла легко и незаметно. Перед выходом, я взглянул на себя в зеркало, и будто впервые за долгое время по-настоящему увидел кого-то в отражении. Свежий и в неуместно приподнятом настроении я вышел на встречу к своим друзьям.

Спускаясь по лестничной клетке, я привычно положил сигарету в рот и стал выбирать музыку в наушниках. Пока путь не перегородила маленькая недовольная бабулька.

– Ты шо, погань такая, куришь в подъезде?! – её скрипучий голос раздался эхом по лестничной клетке. – Ты из какой квартиры? У кого снимаешь, быстро имя говори!

Несколько секунд я смотрел на неё пассивно-агрессивным выражением лица, не моргая.

– Шо молчишь, тварь такая? – она начала активно жестикулировать перед моим лицом. – Понаселяют всяких маргиналов, а обычные люди страдать должны! Оборзели! Быстро говори, из какой ты квартиры и как хозяина зовут!

Я выдохнул и закрыл глаза, пытаясь оставаться спокойным.

– Из тринадцатой. И никто меня не заселял, это моя квартира. – я открыл глаза и равнодушно взглянул в злое лицо. – И в подъезде я никогда не курил.

– Как это, твоя квартира? – злость на её лице сменилась на привычное бабкино любопытство. – Такой молоденький, а квартира уже своя?

– От родителей досталась. – ответил я, начав высматривать пути к отступлению.

– О-ой, мама-то у тебя рыженькая, да? – от злости и недовольства на её лице не осталось и следа. – А я думала, шо съехала семья давно, квартира-то долго пустая стояла. Всякие вообще слухи ходили… Как это я не заметила, что ты обратно приехал? И Марина Ивановна молчала…

В моих глазах загорелся еле заметный огонёк.

– Какие слухи?

– Ой, сынок, всякие разные, любят у нас потрещать, шо греха таить. – бабулька весело махнула руками. – А родители-то где? Уехали, небось? И правильно, нечего у нас тут делать, городишко-то маленький.

– Они не уехали… – я на секунду замялся. – Умерли… Лет десять уже как.

– Да ты шо?! – она закрыла рот руками. – Господи, помилуй! Как же так-то? Такая хорошая мамочка у тебя была, земля ей пухом. Помню, когда беременная ещё ходила… О-ой, горе-то какое…

– Вы правда не знали?.. – моя бровь еле заметно выгнулась. – Я думал… Тут всё обо всех знают.

Мне показалось очень странным, что самые заядлые сплетницы нашего двора упустили такую новость. Даже не странным, а практически невозможным.

– Да как ж узнать-то? Жила семья, да в один день вещи вынесли. А шо у кого не спроси, кто общался с ними – молчат, как воды в рот набрали, ей-богу. – она махнула рукой. – Вот слухи и поползи, а оно вон как оказалось-то… Боже сохрани.

– А что за слухи-то? – с наигранным удивлением я взглянул на бабульку.

– Да знаешь же, шо выдумывать могут, ты не воспринимай даже. – она жалостливо взглянула на меня. – Всякое говорили, и шо отец у тебя авторитет какой-то был, в бега пришлось идти… И шо порчу навели… Ой, я даже не вспомню уже!

– Порчу?.. – я скептически повёл бровью.

– Да я ж тебе говорю, ты не слушай даже. – она положила руку мне предплечье. – Завидовали матери твоей, вот и выдумывали! Она ж красавица была такая, а муж-то у неё какой знатный, богатый, о-ой! Вот и приписывали ей всякое разное, тьфу!

Я проморгался. Бабулька ещё несколько минут что-то громко причитала и вздыхала, активно размахивая руками, а я в это время тактично направился к выходу.

Выйдя из подъезда, я наконец-то закурил сигарету.

– «Ну это уже бред полнейший. – я шагал, полностью погрузивший в свои мысли. – Но, действительно, очень странно, что никто не знал о случившемся… Дядя Серёжа был в курсе, как и его жена, почему они ничего не сказали?.. Порча, ну конечно, очень смешно. Почему у них вообще возникли такие мысли и как это связано с переездом? Завидовали? Бред. У нас что, мало красивых женщин и обеспеченных семей во дворе?»

Я вернулся в реальность уже подходя к площади. На горизонте виднелись два парня: высокий нервно смотрел в телефон, а тот, что пониже, активно жестикулировал и что-то весело рассказывал своему товарищу. Спустя минуту они синхронно повернули головы в мою сторону.

– Кирилл! – Данил ещё шире улыбнулся замахал мне рукой. – Мы тут!

– Да вижу уже. – я подошёл и крепко пожал его руку. – Как оно?

– Ты опоздал. – Артём протянул мне руку и сильно ответил на рукопожатие. – Мы тебя уже ждать заебались.

– Да нормально постояли. – Данил рассмеялся и по-доброму посмотрел на меня. – Ты где шёл-то вообще?

Я снова потянулся в карман за пачкой.

– Ничего интересного. – я поджёг сигарету и затянулся. – Какая-то соседская бабка в подъезде наехать на меня захотела. Потом ещё полчаса пиздела, когда я про семью свою ей сказал.

– Чего, блять? – лицо Артёма немного расслабилось, он слабо улыбнулся. – Повезло так повезло… Удивительно, что они за эти полгода только сейчас тебе на уши присесть успели.

– Ну кстати, она интересную вещь сказала. – я выдохнул дым и засмотрелся на пруд у площади. – Когда родители умерли, об этом в доме никто не знал. То есть, дядька намеренно ничего никому не говорил… А ещё люди думали, что на нас была порча.

– Ха! – Артём засмеялся. – Порча? Прикалываешься?

– Серьёзно, так она и сказала. – не отрывая взгляд от воды, я тоже широко улыбнулся.

– И что, – Данил единственный невесело задумался, – это реально порча?..

Я перевёл взгляд на товарища, пытаясь придать себе самый серьёзный вид, на который только был способен.

– Конечно. А как иначе? – я несколько секунд грозно смотрел на него, но в итоге не выдержал и засмеялся вместе с Артёмом. – Бля, Дань, какая порча? Это же бред.

– То есть, порча – это бред, а какая-то неведомая хуйня под окнами норм? – Даня шумно вспылил, сверля нас с Артёмом недовольным взглядом. – Я бы на твоём месте и не в такое поверил, Кирилл.

Мы с Артёмом переглянулись.

– Ну ты логически подумай… – я выбросил бычок себе под ноги и перевёл взгляд на друга. – Порча – это же не про призраков и не про маньяков, здесь вообще не то. Да и будь это… К-хм, порча, сомневаюсь, что в силу она пришла бы только несколько дней назад, ещё и убив несколько людей, которые со мной не связаны…

– Ты думаешь, они мертвы? – Артём подключился к разговору. – Их тел не нашли, они могут быть живы.

– Вряд ли… – я вспомнил события сегодняшнего утра. – Я вам расскажу кое-что ещё…

Артём прервал меня и вышел вперёд.

– Расскажешь-расскажешь, вы мне только скажите… Пить будем?

Я молча удивился, а Даня сверил его недовольным взглядом.

– Мы вообще-то пришли сюда с паранормальщиной разбираться… – он осуждающе покачал головой и посмотрел себе в ноги. – Если мы набухаемся, то какой вообще смысл? Это уже будет клишированный хоррор, где нас по отдельности перебьют.

– Ой, блять, ты серьёзно? Какая в пизду паранормальщина? – к Артёму снова вернулось его недовольное лицо. – Когда мы вообще в реальности последний раз собирались? И когда вообще соберёмся ещё? В конце лета мы уедем отсюда.

Данил хотел что-то возразить, но я его перебил.

– Артём прав, Дань. Нажираться в говно, конечно, не стоит, но от пары баночек ничего страшного не произойдёт… – я по-доброму посмотрел в его непонимающее лицо. – Если я поступлю, то мы ещё не скоро все соберёмся… А из-за какой-то херни терять последние моменты лета…

– Да молчи ты уже, господи! – Данил шумно выдохнул. – Так говорите, будто не встретимся больше никогда в жизни, пиздец какой-то… Пойдёмте.

Артём улыбнулся и радостно посмотрел на меня. Я ответил ему тем же. Сменив тему на повседневные истории, мы весело втроём зашагали к магазину.

Низкие и громкие смешки моих лучших друзей, тёплое летнее солнце и мягкий ветер полностью отключили меня от всей это истории: ни работы, ни поступления, ни необъяснимого зла у меня под окнами, абсолютно ничего не осталось в моей голове. На секунду я незаметно улыбнулся от осознания, что, если бы не вся эта ситуация, я бы не оказался сейчас здесь. Полностью свободный и как никогда отдохнувший от всей своей жизни. Эта мысль показалась мне настолько неправильной и детской в, что стало смешно. Но сейчас это не имело значения.

Закупившись всем необходимым, мы пришли к своему любимому месту – берег пруда с краю площади, куда редко заходили люди. Место было скрыто от лишних глаз деревьями, а на другом берегу виднелась крайняя часть города. Сев у воды, мы открыли свои бутылки и погрузились в дискуссии. Примерно через час алкоголь начал давать в голову.

– Так, блять, давайте логически мыслить. – Артём скривил губы и задумчиво посмотрел на нас. – Дворник что-то вкинул про родителей, потом внезапно появляется бабка в подъезде, которая говорит что-то про какую-то порчу и про то, что твою мамку никто не любил из-за… Э-э…

– Из-за того, что она была красивая и батя Кирилла богатый… Ха! – Даня прыснул. – Забавное совпадение.

– Пиздец, братан. – Артём засмеялся, не открывая рта.

– Да это хуйня какая-то, пацаны. – улыбаясь, я отпил содержимое своей банки. – Если они реально что-то и думали про эту порчу, то точно не из-за этого. Ну я не помню ничего странного про мою маму, вроде обычная была…

– А бабушка? – спросил Артём, попутно допивая свою бутылку.

– А что бабушка? – я задумался. – Не знаю… Бабушка как бабушка. Конечно, закидоны у неё были, но в рамках нормы, мне кажется. Пенсионеры все набожные.

– Ну-у, может она обряды делала какие-нибудь? – Даня раскачивался из стороны в сторону, сидя на траве. – Это же мама твоей мамы, может из-за неё какие-то слухи пошли?

– Да херня. – я откинулся спиной о камень. – Соседка ни слова про бабушку не сказала, да и не жила она никогда в той квартире.

– Хуйня какая-то. – Артём выдохнул и посмотрел в небо. – У меня ноль идей. Эта история как-то связана с родителями, скорее всего с матерью, но этой связи я не вижу…

– Слушай, Кирилл… – осторожно начал Данил. – А ты помнишь, как родители умерли? Прости, чувак, просто это может быть как-то связано, а ты как-то никогда не рассказывал, так что…

– Да забей, всё норм. – я засмотрелся на воду и не глядя достал сигарету. – Не было ничего необычного… Отцу срочно понадобилось куда-то поехать, они вместе с мамой сели в машину и… И всё, авария, умерли мгновенно. Не помню, зачем они вообще тогда ехали, да и отец редко что про свои… Вылазки рассказывал. Зачем только он маму с собой взял – не знаю…

Моя нога начала неосознанно трястись, а я, не отрывая взгляд от воды, глубоко затянулся.

– Они уехали вечером. Я лёг спать, а дальше всё быстро понеслось: где-то часа в три ночи ко мне прибежала бабушка вся в слезах, сказала, что мама с папой разбились. Я плохо помню первые дни, только похороны отчётливо… После этого бабушка с дедом сразу забрали меня к себе, вещи без меня переносили. С того момента я в этой квартире не жил. Только вот в этом году снова, когда…

Рассказ прервала крепкая рука на моем плече. Артём чересчур серьёзно смотрел в моё лицо.

– Достаточно. Всё понятно.

Даня виновато отвёл глаза:

– Бля, прости, я не…

– Всё нормально, ребят. – я неловко перевёл взгляд с Артёма на Данила и натянул улыбку. – Может, это реально важная информация. Тем более, если это всё связано с мамой.

Я встрепенулся и потянулся ко второй бутылке, пытаясь сменить тему.

– Я вот что думаю… неспроста дядька не говорил никому ничего. – я чиркнул горлышко бутылки о камень. – Станет человек просто так скрывать чью-то смерть? Хотя, конечно, в его причастность мне поверить очень тяжело.

– Может… может сходим и спросим? – Даня вопросительно посмотрел на нас. – Не, ну а что?

Я посмотрел на друга самым скептичным и саркастичным выражением лица, на которое был способен. Артём громко засмеялся.

– Ага, блять, представляю эту картину. – Артём подавил смех и поднял глаза вверх. – Ой, здравствуйте, у нас тут какой-то ебанутый щёлкающий монстр людей похищает, а мёртвый дворник пришёл во сне к Кириллу и сказал, что с этим связаны его родители… О, кстати, а почему вы никому из соседских бабок не сказали, что они умерли?

Я тихо засмеялся, а Данил цокнул и закатил глаза.

– Слушай, Тём, можешь, конечно, и так попробовать сказать, – Данил скрестил руки на груди. – но мы можем поступить умнее и выдумать нормальную причину… Просто, ну что ты ещё предлагаешь? В башку к нему не залезть, только ртом… Ртом спросить.

На последней фразе засмеялись уже все трое. Полных бутылок почти не осталось и у всех в голове возник один вопрос.

– Ну что, за догоном пойдём? – Артём заигрывающе посмотрел на нас двоих.

– Да ну ты рофлишь. – Даня наклонил голову в сторону и устало посмотрел на Артёма. – Если мы так дальше продолжим, то придётся на ночь у кого-то вписываться. Меня пьяным бабка домой не впустит.

– Так у Кирилла и впишемся, нет? – друг повернулся в мою сторону. – Мы же из-за этого изначально пришли.

Я заметил, как замялся Данил.

– За этим, но… – я ещё раз обвёл взглядом друзей и задержался на Дане. – Это, наверное, не очень безопасное мероприятие. Учитывая, что у меня сами по себе окна открываются…

– Ч-чего, в смысле окна открываются?.. – глаза товарища расширились от удивления.

– Так, блять, что началось? – Артём резко перебил его и серьёзно взглянул на меня. – Ты сейчас заднюю даёшь или что?

– Не даю я заднюю, – я спокойно ответил на его взгляд. – просто переживаю, что на одного трупа может стать больше. Очень не хотелось бы, чтобы это был кто-то из вас двоих.

Артём несколько секунд молча смотрел на меня и устало вздохнул.

– Ясно. – друг взял телефон и начал быстро что-то печатать. – Сейчас матери отпишусь, что сегодня у тебя останусь.

Я беззвучно усмехнулся. Ничего другого от Артёма я и не ждал. Данил же, наоборот, опустил глаза, что сразу заметил второй друг.

– Дань, ты зассал что ли? – он обвёл его снисходительным взглядом. – Не бойся, спасу твою жопу, если призрачная атака начнётся.

– Да блин… – Данил потёр шею рукой. – Ты так легко к этому относишься. А если реально что-то случится? У нас вообще хоть какой-то план есть?

– Что, блять, случится? – Артём твёрдо отчеканил каждое слово. – Ты реально так слепо поверил во все фантазии воспалённого мозга Кирилла?

Я метнул возмущённый взгляд в сторону друга и хотел ответить, но он мне не дал этого сделать.

– Без обид, братан, но войди в положение, пожалуйста. – он смерил меня слишком серьёзным, для пьяного человека, взглядом. – Поставь себя на моё место. В такое тяжело поверить – это раз. Чтобы придумать план действий нужно собрать анамнез по этой херне – это два. И даже если эта ебень существует… Предлагаю не страдать шизой и сначала просто понаблюдать за ситуацией. Если что-то произойдёт, то уж коллективным разумом что-нибудь придумаем.

Я хотел возразить, но по итогу просто тяжело вздохнул и кивнул. Друг был прав. Даже если мне не нравились его слова. Я знаком с Артёмом очень давно и прекрасно понимал, что слепой веры от этого человека можно не ждать. И ещё я понимал, что он вполне готов выслушивать любые мои бредни, лишь бы я наконец-то вышел из дома и встретился с ними, даже если на самом деле он ничего из этого не воспринимает всерьёз. Видимо, сегодня был именно такой случай. Даня на несколько мгновений замолчал и задумался.

– С пустыми руками не пойду.

– Ну так с пустыми и не пойдём. – Артём усмехнулся. – Сейчас в «стекляшку» забежим.

– Блять, я серьёзно. – Данил ненадолго задумался и начал перечислять. – Святая вода, соль, полынь, свечи…

От удивления я немного приоткрыл рот. Артём выгнул бровь. Мы молча уставились на нашего друга.

– Что вас, блять, удивляет? – он рассерженно мотнул руками. – Вы слишком несерьёзные! Хотите сдохнуть? Или я чего-то не понимаю? Прямо сейчас пойдём в церковь за водой и свечами, даже слушать ничего не хочу!

– Пиздец… – удивлённое выражение лица передалось Артёму. – Ты этого где нахватался вообще?..

– У мамки твоей нахватался. – Данил рассерженно встал и зашагал вперёд.

– Ну-ну, у меня мамка не поехавшая, в отличии от тебя. – Артём ухмыльнулся и пошёл вслед за другом. – Не, серьёзно, ты всегда был таким ебанутым?

Несколько часов мы ходили по городу, закупаясь всем, что потребовал Данил. Честно говоря, даже после встречи с чем-то сверхъестественным, мне слабо верилось, что хоть какой-нибудь из этих способов «защиты» способен помочь. Мне не казалось это каким-то злым духом или неупокоенной душой, о которой говорят в церкви. Тем более я не верил ни в какую порчу. Всё-таки рациональное мышление, какое-никакое, но у меня ещё присутствовало. Единственное, что я точно знал – это зло, очень тёмное и тягучее, холодное и беспощадное. Даже гуляя по улицам с друзьями, я иногда чувствовал своей спиной фантомный холод, оставшийся у меня с нашей первой встречи. С другой стороны, невероятная осведомлённость Данила во всей этой магической чепухе заставляла довериться тому, что он делает.

– Ну что, бабка, довольна? – Артём хмуро глянул на Даню, поправляя пакет в руке. – Все твои приблуды взяли?

– Артём, не выебывайся. – Даня что-то внимательно читал в телефоне. – Та-ак… Травы взяли? Да, взяли. Хм… Рун так и не нашли, это плохо.

Артём вымученно поднял голову вверх и очень шумно выдохнул.

– Дань, у нас тут целый пакет уже. – я сдул прядь волос со лба. – Мне кажется, этого на одну ночь точно хватит.

– Хм… – друг, не отрываясь от телефона, начал говорить. – Лучше перестраховаться. Мы не знаем природу этого существа, следовательно, не знаем способы защиты. Лучше взять все возможные, которые есть у нас в доступе.

– Да откуда ты это берёшь-то всё? Тебе это кто-то пишет? Подружку себе ебанутую нашёл что ли? – Артём недовольно прищурился и потянулся за сигаретами. – Так, давайте только за сигами забежим, иначе я этого не выдержу.

Я кивнул ему, а Даня оторвался от телефона и посмотрел на нас снизу вверх.

– У меня бабка этим всем занимается. Ещё вопросы?

Настолько выразительно саркастичного и вымученного лица у Артёма я не видел, мне кажется, никогда. Он не стал ничего говорить, просто затянулся и отвернулся от друга.

– Жесть… – я удивлённо посмотрел на Даню. – Ты раньше не рассказывал про это.

– А раньше поводы были какие-то? – друг вопросительно поднял бровь. – Радуйтесь вообще, что есть человек, у которого можно про какую-то такую херню спросить и быть не посланным.

Незаметно для Дани, Артём очень уставши взглянул мне в лицо. Я слабо улыбнулся ему и пожал плечами.

Мы зашли в магазин за алкоголем, без которого Артём отказывался терпеть причитания Данила и направились в сторону моего дома. Примерно в начале шестого вечера мы уже стояли у меня во дворе.


***


Солнце стремительно спряталось за внезапно набежавшими тучами. Вдалеке что-то загромыхало.

– «Надеюсь, до нас гроза не дойдёт». – буднично пронеслось у меня в голове, пока я смотрел в небо.

– Где ты, говоришь, с этой хуйней встретился? – Артём расхаживал по двору с сигаретой во рту.

– Не ори ты так. – я быстро посмотрел по сторонам. – Не хватало чтобы это ещё кто-нибудь услышал… Мы и так как ебанутые выглядим, уже бабки из окон выглядывают.

Данил поднялся в квартиру «подготовить» помещение к сегодняшней ночи. Нас с Артёмом товарищ оставил ждать на улице, чему мы были несказанно рады. Лучший друг цокнул и выжидающе посмотрел на меня.

– За углом… На пустыре. – я указал пальцем на полянку с яблоней под моими окнами. – Там и газонокосилку нашёл.

Артём хмыкнул и двинулся вперёд. Я, немного погодя, достал сигарету и направился следом. Как только я зашёл за угол, в голову ударили воспоминания о вчерашнем вечере. К горлу подступил комок, виски стали тяжёлыми. Я, с осторожностью дикого животного, медленно обвёл взглядом каждый уголок поляны: невысокая яблоня наклонялась под порывами ветра, когда-то примятая газонокосилкой трава вернулась в привычное состояние, подвальное окошко было на прежнем месте. Я внимательно всмотрелся в траву под ногами.

– М-да… – Артём расхаживал по пустырю. – Ничего интересного. Где, говоришь, косилка валялась?

Я уже хотел ответить, как мой взор привлекло поблескивание из травы. Игнорируя друга, я наклонился к своей находке. Артём заинтересованно склонился надо мной.

– Что, закладку нашёл? – намеренно громко произнёс друг.

– Артём! – я укоризненно взглянул на него снизу вверх. – Смотри, что нашёл.

Я крутил в руках золотой перстень. Глаза товарища расширились от удивления.

– Неплохо. – он взял кольцо из моих рук. – Интересно, сколько за него в ломбарде дадут?

– Откуда оно здесь взялось вообще? – я снова пробежался глазами по траве. – Вроде больше ничего нет.

– Может это того мужика с косилкой? – Артём внимательно осматривал перстень. – Вроде настоящее золото, проба есть. Камень в середине, наверное, топаз. Похож, во всяком случае.

– Этот перстень, наверное, дороже его рабочего месяца. – я скептически повёл бровью. – Уж очень слабо верится, что это кольцо мужика из коммунальной службы.

– Дворника? – Артём улыбнулся и посмотрел на меня.

– Ага, без вариантов. – я улыбнулся ему в ответ.

Мы докурили и ещё немного постояли на поляне, пока тучи становились всё чернее. Вернувшись к подъезду, мы встали под козырёк и размышляли о внезапной находке. Примерно через пятнадцать минут спустился Данил и сказал, что всё готово и мы можем подниматься.

– Так, на пороге соль… не наступите. – Данил держал ручку моей входной двери. – Ещё запах специфический стоит, но вы привыкните.

Артём скривился и хотел съязвить, но я жестом остановил его. С его тяжёлым вздохом мы вошли в квартиру. Пахло ладаном и полынью – самое странное и тяжёлое сочетание, которое я когда-либо чувствовал. Захотелось моментально открыть все окна, но Данил под страхом смерти запретил подходить к подоконникам, на которых стояли какие-то странные фигурки и свечи. В этот раз уже я обречённо посмотрел на Артёма. Он ответил мне аналогичным взглядом.

Через некоторое время мы действительно привыкли к запаху и уже смогли спокойно заняться своими делами. Артём открыл бутылки и закуску, а Данил прилип к моей игровой библиотеке. Пока товарищ не отходил от компьютера, мы с Артёмом распили несколько бутылок и пустились в весёлые диалоги на насущные темы.

– Не ссы, Кирюх, скоро результаты придут. – Артём залпом опустошил дно бутылки. – Если повезёт, то в одной общаге жить будем! А может, даже в одной комнате. Круто, да?

– Да вы сопьётесь в первую же неделю. – Даня включился в разговор, не отвлекаясь от монитора. – Вам вместе жить противопоказано.

– Да не пизди! – Артём весело шикнул. – Мы с Кирюхой уже жили вместе, когда в лагерь ездили.

– Это когда нам по четырнадцать лет было? – я тихо рассмеялся. – Если бы мы уже тогда бухать начали…

– Во-во! – ответил Даня, не оборачиваясь. – А я про что говорю!

– Ничего ты не понимаешь, пиздюк. – Артём откинулся на спинку кресла. – Дорасти до возраста, когда сам пиво покупать сможешь сначала.

– Да за год уж как-то дорасту. – Даня поставил игру на паузу и подошёл за бутылкой. – Ты всего на три года старше, а мозгов…

Артём скривил губы и прищурился. Я закатил глаза.

– Вы хоть один раз можете не сраться? – я устало обвёл своих друзей взглядом. – Каждый раз одно и то же.

– Да не срёмся мы, забей. – Данил вернулся за стол.

– Ага, я ж люблю его, – Артём открыл новую бутылку и отпил. – как сына!

Ещё несколько часов мы весело пили и по очереди играли, комментируя этот процесс. Стрелки часов двигались к отметке десять, а наши запасы заметно поскуднели.

– Ну это хуйня, ребят… – немного пошатывающийся Артём смотрел на пустые бутылки. – Надо за догоном идти, пока магазины не закрылись.

– Дядь, ты ебанулся? – я вяло подошёл к своему другу. – Тебе куда ещё-то, ты на ногах еле стоишь.

– Ага, время видел? – не менее пьяный Данил указал на часы. – Ты что, хочешь быть первым умершим в нашей страшилке?

– Да что ты разгоняешь… что мы, зря твои приблуды покупали и по церквям таскались? – Артём неуклюже обвёл рукой комнату, уставленную свечами, травами и странными фигурками.

– Дурак, блять, – Даня опёрся щекой о ладонь. – как оно тебя защитит, если ты из квартиры выйдешь?

– Да я быстренько туда-обратно. – друг потянулся к своей кофте в попытке надеть её.

Через несколько мгновений Артёма потянуло в сторону, и он начал падать прямо в пустые бутылки. Я подбежал в последний момент и схватил товарища под руку.

– Артём, сука! – я поудобней ухватился и потащил его в сторону кресла. – Тебе хватит, ты сегодня месячную норму выхлестал.

– Бля, ну Кирюх… – друг в сонном полуприщуре взглянул на меня. – Давай ещё, веселее будет. Давай, братан, ты же меня кинешь?

– В себя приди сначала. – я усадил его в кресло и посмотрел сверху вниз. – Если что всегда до круглосутки дойти сможем.

Даня, наблюдавший за всем этим зрелищем, громко хохотнул. Я сел на ковёр напротив Артёма и допил остатки содержимого в моей бутылке. Через несколько минут я осознал, что этот глоток стал лишним, но было уже поздно. Взгляд потуманился, настроение поползло вверх, а стоять прямо стало слишком тяжёлой задачей. Данил оставался единственным более-менее адекватным человеком в квартире и предпочёл нашему обществу игровой мир. Артём сполз ближе на ковёр, и мы продолжили наши бессмысленные разговоры.

– Бля, братан, порешаем мы твою хуйню. – Артём сильно сжал моё плечо, несколько раз промахнувшись мимо него. – Хоть монстр там выползет – отпиздим до смерти!

– Ты не понимаешь, Тём, если бы его можно было просто… – я протёр лицо, пытаясь смахнуть опьянение. – Просто отпиздить… Но я тебе словами не смогу передать, что за ебанный ужас я тогда испытал. Никогда в жизни ничего подобного не было. Даже когда меня компания того еблана зажала за шарагой – это не то, это совсем не тот страх… Это… Не знаю, ужасы Лавкрафта.

– Ебанёшься… – Артём качнулся в сторону, но вернулся в исходное положение. – Может, хуйня Данила реально поможет, и оно тебе ничего не сделает?

– А другим? – я печально взглянул на своего друга. – Эта хуйня убивает людей, Тём. Или не убивает, не знаю, но явно ничего хорошего не делает. Вот Кузьмича за что? Такой старик прикольный был, работал, наверное, уже лет двадцать у нас… А мужик под окнами, его зачем?

– Не знаю… – Артём устало вздохнул. – Честно, вообще даже не представляю.

– Ещё кольцо это… – я достал из кармана штанов перстень. – Может оно из этого существа выпало?

– Можно сносить его в ювелирку. – голос Данила раздался сверху со стороны компьютера. – Если оно новое или какого-то известного бренда – там должны знать.

– Хорош-хорош. – Артём пьяно усмехнулся. – Данил годную идею предложил.

Я откинулся поудобней и убрал кольцо обратно в карман. На секунду закрыл глаза и дал себе расслабиться. Разум крутился центрифугой, вызывая тошноту. Доносились еле слышные звуки игры и клацанье клавиатуры. Артём шумно дышал и начал что-то отстукивать по экрану телефона, а за окном барабанил ливень. Я сконцентрировался на звуках дождя и начал уплывать из реальности. Маленькие капельки с невероятной силой бились о стекло. Изредка вдалеке раскатывался гром и озарял светом молнии завешанные шторы. Мелодия уходящего лета плавно уносила моё сознание в приятную тягучую темноту. Тошнота стала отступать, окружающие звуки становились всё приглушённей. Мозг стал вырисовывать причудливые образы моих друзей, нашей прогулки, воды, площади, моего детства, мамы…

«Щёлк!»

Тело обдало током, а ладони покрылись холодным потом. Я мгновенно открыл глаза под бешеный стук сердца. Я сидел на полу, единственным источником света служил экран монитора. Все свечи, зажжённые Данилом, были потухшими. Я быстро начал крутить головой по сторонам, пытаясь найти кого-то из своих друзей, но в комнате я был один. Паника с молниеносной скоростью начала распространятся внутри. Я неуклюже начал шарить по полу в поисках телефона, не отводя взгляд от окна. Когда моя рука наткнулась на него, меня ждало разочарование. Он был выключен.

– Какого хуя?.. – вырвалось из меня, пока я пытался унять дрожь в руках.

Я отшвырнул телефон в сторону и стал медленно подниматься на ватных ногах. Встав, я замер и прислушался к окружающим звукам. Дождь задорно стучался в окно, компьютер еле слышно гудел, а с кухни доносилась какая-то возня. Я глубоко вдохнул и схватил пустую бутылку. На цыпочках я вышел в коридор и готовился открыть дверь.

– «Если оно уже в квартире и убило моих друзей… Прятаться и бежать смысла нет. Сука…» – безрассудная мысль закрутилась у меня в голове.

Что мне терять? На место страха пришла жгучая ярость и скорбь от мысли, что из-за меня могли умереть единственные близкие мне люди. Перед глазами возникло испуганное лицо Данила, который предупреждал нас об опасности. Меня окатило виной. Не дав передумать, я резко открыл дверь на кухню и влетел внутрь с бутылкой наперевес.

– Кирилл! – испуганный Данил вскочил со стула.

Куривший у холодильника Артём резко подбежал и перехватил мою руку. Он ошарашенно посмотрел на меня и хотел выругаться, но на его лице резко возникла гримаса беспокойства.

– Бля, Кирилл, ты чего? – товарищ медленно убрал бутылку из моей руки. – Ты… Ты чего такой бледный?

Мне показалось, что земля ушла из-под ног от накатившего облегчения. Я уже был готов сжать в объятьях Артёма, но резкий стук со стороны комнаты не дал мне этого сделать.

Лицо Данила мгновенно осунулось, и он со страхом взглянул в мою сторону. Я смог только покачаться головой, тяжело дыша. Артём, всё ещё державший меня, медленно перевёл взгляд на Данила.

– Это… Это что такое сейчас было? – Артём медленно отпустил меня.

– Там… – я говорил запыхавшись. – Свечи, они… Вы их задули?

Казалось, ещё немного и Данил упадёт в обморок. Он сильно сжал кулаки и тихо выругался. Артём снова взглянул на меня. На привычном снисходительном лице друга начал вырисовываться страх.

– Ты… – Артём растерянно обвёл нас глазами. – Ты сейчас прикалываешься?

Не дав мне ответить, комнату заполнил раскат грома. С каждым мгновением ливень усиливался.

– Отлично, блять, просто замечательно! – Данил говорил шёпотом, сложив голову в руки. – Сука, ну прям клишированный хоррор, блять!

– Ага, ты первый помрёшь, как самый пугливый. – Артём истерично хихикнул.

Последний раз обернувшись в сторону комнаты, я закрыл дверь на кухню и медленно сел за стол. Артём опёрся о холодильник и сразу после первой сигареты закурил вторую. Данил не поднимал головы, что-то недовольно причитая.

– Блин, да как так?.. – еле слышно шептал он. – Блин… Вася уже спит… Что делать-то, а?..

Слух зацепился за незнакомое имя, и я кинул быстрый взгляд в своего приятеля. Как только в голове возник вопрос, меня перебил лучший друг, прочищающий горло.

– Так… – на лице Артёма снова красовалось уверенное выражение – По порядку рассказывай.

– Блять… – я дрожащими пальцами потянулся за сигаретой и быстро закурил. – Я…

Артём сел рядом. Он выпустил дым и опустился локтями на колени.

– Давай, дыши, болезненный. – убаюкивающе наставлял товарищ. – Глубже дыши. Всё нормально. Успокойся.

Он чётко и спокойно проговаривал каждое слово. Понемногу я начал приходить в себя.

– Да… – я затянулся и продолжил. – Я… Я проснулся от… Щелчка. Вас не было, свечи потухшие. Ещё телефон, сука, снова вырубился. Эта херня как-то влияет на технику, в прошлый раз было также… Вы точно не гасили свечи?

– Блин, конечно, нет. – Данил подал голос. – Мы только минут десять назад на кухню ушли, а тут ты с бутылкой влетаешь.

– Я просто подумал, что… – я глубоко вздохнул и закрыл глаза. – Да неважно.

– Не работают защиты твои, Дань. – Артём уставился в одну точку и глубоко затянулся. – Есть ещё идеи?

– Съёбывать отсюда и не возвращаться, как тебе во сне сказали. – Данил поднял обречённый взгляд в мою сторону. – Если эту ночь высидим… уже победа.

Я устало оперся о стол. Мне было некуда идти.

– Ага, взяли и побежали. – Артём недовольно взглянул на товарища. – Ну затухли свечи, бывает. Пока что ничего страшного не произошло.

– Быстро ты переобулся, Тём. – Данил ответил ему аналогичным взглядом. – У тебя идеи есть какие-то?

– Есть. – друг выпрямился. – Звони бабке своей.

От слов Артёма я открыл глаза и удивлённо повёл бровью. На лице Данила застыл немой вопрос.

– Что ты смотришь так? – Артём недовольно прищурился. – Сам же сказал, что она у тебя за эту хуйню шарит, нет? Звони и спрашивай, что делать надо.

– Ты поверил в паранормальное? – я вымученно улыбнулся.

– Ага, конечно. – лучший друг огрызнулся. – Если у тебя крыша не поехала, и ты не лунатишь…

Я фыркнул и снова закрыл глаза, давая сознанию окончательно прийти в себя. Мог ли мне присниться этот треск? А телефон и свечи?

– Ты с ума сошёл что ли? – Данил растерянно смотрел на Артёма. – Сейчас ночь, как я ей позвоню? Да она потом меня никогда из дома не выпустит!

– Ну годик дома посидишь, потом уже не властна над тобой будет. – Артём натянул на себя самую невинную улыбку. – Сам же сказал, без защиты мы тут все умрём. А ты и так из дома почти не выходишь!

– Ты точно ебанулся. – Данил опёрся о стол и задумался. – Может… Может в интернете что-нибудь поищем? Кирь, ты вообще гуглить пытался что-нибудь?

– М… Нет? – я устало открыл глаза. – Сомневаюсь, что про такое есть какая-то информация, это же не бабайка.

– Да толку гуглить? Мы купили всё возможное, а смысл? – Артём докурил и затушил бычок о бутылку. – Молитвы читать?

– Ну слушай… – Данил задумался и поднял глаза к потолку. – Во-первых, оно не вошло в квартиру. То, что Кирилл его услышал и погасли свечи – ещё не показатель, что оно может к нам попасть. Оно может влиять на технику и огонь, но не может причинить прямой вред. Мне кажется, если бы могло, Кирилл бы сейчас тут не сидел…

– Может оно попугать его хочет? – Артём незаинтересованно смотрел в стену.

– А смысл? В прошлый раз оно не церемонилось. – Данил продолжал рассуждать. – Тогда ему помешал дядька Кирилла. Видимо, в присутствии людей оно никого не убивает… Пока что точно. И ещё, оно может как-то влиять на разум. Отсюда сны и щелчки, которые можно услышать даже с улицы. Оно как-то связано с Кириллом и его семьёй, про его маму ходили странные слухи и приписывались порчи, то есть… Колдовство, так?

Я обдумывал услышанное. Артём, казалось, совершенно незаинтересованный, потянулся за третьей сигаретой. Я на секунду заметил еле уловимое беспокойство на его лице.

– В общем… – Данил собрался с мыслями. – Думаю, оно не может попасть в квартиру. Не знаю, связано это с моими способами или… С чем-то ещё, но всё, что оно может сделать – это пугать тебя и провоцировать выйти… К нему.

В моей голове резко родилась странная и пугающая мысль. Я широко распахнул глаза.

– Провоцировать выйти?


ГЛАВА 3


Я неподвижно уставился сквозь ребят. Они непонимающе переглянулись и вернули взгляд на меня, пока я собирал пазл в своей голове. Через несколько секунд я резко встал и направился к входной двери.

– Кирь, ты с ума сошёл?! – Данил вскочил и преградил мне дорогу. – Ты что творишь?

– Ты правильно тогда сказал, – я обошёл друга и включил свет в коридоре. – надо зайти к дядьке.

– Кирилл, два часа ночи… – Артём вышел в коридор. – Да он тебя нахер пошлёт, если вообще дверь откроет…

– Мне надо кое-что узнать. – я наклонился, чтобы надеть обувь. – Буду долбиться, пока не откроет.

– Так, блять! – Артём выхватил кроссовки из моих рук и отшвырнул их в сторону. – Дождёмся утра. И не надо со мной спорить.

В глазах друга сверкнула сталь, он был непреклонен. Данил неуверенно переминался с ноги на ногу и взволнованно смотрел в наши спины.

– Нет, сейчас! – я раздражённо поднял глаза на своих друзей. – Это вопрос жизни и смерти.

– Не знаю насчёт жизни… – Даня покосился на дверь. – Но смерть ты себе сейчас точно организуешь.

Артём схватил меня за предплечье и насильно потащил в комнату. Я хотел оттолкнуться от него, но товарищ перехватил меня за вторую руку и грозно взглянул в моё лицо.

– Остынь. – в его голосе промелькнули ледяные нотки. – Ты сейчас не в адеквате и творишь какую-то хуйню. На кой хер тебе к нему ломиться ночью?

Он силой усадил меня на кровать.

– Сначала вламываешься к нам с бутылкой наперевес, – Артём строго смотрел на меня сверху вниз. – затираешь про то, что эта залупа проснулась, свечи задула, телефон вырубила, а теперь сам из квартиры съебаться хочешь, ломиться к соседу в два часа ночи? Логическая связь где? Может, ты правда крышей едешь и нам головы ебешь?

Я крепко сжал челюсти. Слова друга про мою неадекватность вбивались в голову ржавым гвоздём. Во мне начала бурлить злость, а алкоголь в крови подливал масла в огонь. Растерянный Данил подошёл к нам и попытался разрядить обстановку.

– Давайте не будем ссориться, ребят… – приятель испугано обвёл нас глазами. – Не удивлюсь, если эта штука этого и добивается… Чтобы мы все по одному к нему вышли и… И всё.

Артём недовольно фыркнул и ушёл на кухню, громко хлопнув дверью. Я накрыл голову руками и зажмурился. Затуманенный яростью разум начал проясняться, и я осознал, как вся эта ситуация нелепо выглядит со стороны. Стало стыдно перед друзьями. Но обида от слов товарища крепко засела у меня в голове.

– «Ну конечно, они мне не верят… А кто поверил бы? – думал я, не поднимая головы. – Если бы эта дрянь прям сейчас появилась… Тогда бы они поверили?»

Данил включил свет в комнате и сел вплотную ко мне, положив руку на плечо.

– Кирилл… – полушёпотом начал он. – Что случилось? Почему ты захотел пойти к нему сейчас?

– Надо кое-что проверить. – ответил я, не меняя позы. – Это… Это очень важно.

– Понимаю… – друг немного помолчал и продолжил. – До утра немного осталось, сходим. Ты только поспи немного…

– Да я уж поспал. – я поднял голову и горько усмехнулся.

– Ещё поспи, я из комнаты уходить не буду. – он обезоруживающе улыбнулся. Как и всегда, сопротивляться доброжелательности Дани было невозможно. – И свет выключать не будем нигде, сейчас ещё свечи зажжём заново.

Данил встал и поднял зажигалку со стола. Через несколько минут комната снова наполнилась тёплым светом огня. Я снял штаны и шумно рухнул на кровать, накрывшись одеялом с головой. В крови всё ещё бурлил адреналин. Сон не шёл, в голову лезли невесёлые мысли. Даня вернулся за компьютер и мелодично стучал по клавишам. Дождь за окном не переставал отбивать карнизы, а привычное гудение моего компьютера понемногу убаюкивало. Сквозь темноту я уловил тихий голос Артёма и провалился в сон без сновидений.

Я проснулся от того, что кто-то трясёт меня за руку. С большим усилием я открыл глаза и увидел над собой лицо Данила. Его кожа была чересчур бледной, а в серых глазах застыл страх. Я хотел что-то сказать, но он приложил палец к губам и жестом попросил меня подняться.

Я сел на локтях и осмотрел комнату. Светало. Сквозь щель шторы пробивалось поднимающееся солнце. Артём сладко спал в кресле, укрывшись пледом. Я повернул голову в сторону часов – стрелки показывали полпятого утра. Я непонимающее посмотрел на Данила и уловил звук со стороны окна. Переведя взгляд, я замер и прислушался. Это был мужской голос, но с трудом походивший на человеческий. Будто его пропустили через старую фонящую кассету.

– Я здесь! – еле слышно доносилось с улицы. – Я пришёл!

Я ошарашенно глянул на Данила и кивнул в сторону Артёма. Друг почти без звуков дотянулся до нашего приятеля и начал трясти его за ногу.

– Да что опять… – Артём недовольно буркнул себе под нос, медленно открывая глаза.

– Ш-ш! – Даня прошипел и приложил палец к губам.

Товарищ замолчал и выгнул бровь, непонимающе уставившись на нас.

– Кто-нибудь? – Звук с улицы повторился. – Вы слышите меня?

Артём нахмурился и повернулся к окну. Все трое мы смотрели на него, не отрываясь.

– Я знаю… – голос с улицы исказился ещё больше. – Я знаю, что вы меня слышите.

Данил не смог сдержать удивления и открыл рот. Артём нахмурил брови ещё больше, на лбу выступили морщины. На моём лице застыл немой вопрос. Наши с Артёмом взгляды встретились, он жестом качнул голову в сторону окна и стал тихо подниматься. Данил испуганно замотал головой, но я быстро перелез через него и встал рядом с Артёмом. Наш друг ударил себя ладонью по лбу и зарылся лицом в подушку. Мы быстро переглянулись и синхронно кивнули друг другу. Медленно подошли вплотную к окну, Артём немного отодвинул штору в сторону и, последний раз переглянувшись, мы посмотрели вниз на пустырь.

Привычный пейзаж нарушал человеческий силуэт прямо снизу над моим окном. На человеческий он походил лишь вначале. Приглядевшись, можно было заметить, что на человека это нечто было похоже очень слабо. По разорванной одежде я узнал работника коммунальной службы, с чей газонокосилки всё началось. Существо сминалось с ноги на ногу, ему было тяжело стоять. Одна рука была существенно длиннее другой и безжизненно болталась вдоль тела, оголённые участки кожи отливали синевой. Лицо представляло из себя безобразное месиво из человеческих черт: глазницы свисали до подбородка, на месте носа чёрная дыра, а изо рта торчали остатки зубов, губы тоже подверглись разложению. Существо неестественно выгнуло голову вверх и посмотрело прямо мне в глаза. Оно начало тянуть свои руки что-то неразборчиво бормоча.

– Ебать его рот… – глаза Артёма так округлились от ужаса, что можно было заметить янтарный ободок радужки, который обычно прятался за чёрным зрачком. – Это ч-что, блять, такое?..

– Что там? – голос Данила шёпотом раздался сзади. – Ну же, что там такое?

– Ебать… – я раскрыл рот, не в силах разорвать наши «гляделки». – Жених приехал…

Артём очень громко хохотнул, я подхватил его неуместный смех. Даня быстро встал чуть поодаль от нас и тоже глянул в окно. Товарищ издал лишь громкий и испуганный всхлип, пошатнувшись обратно к кровати.

– Г-господи… – голос Данила задрожал. – И-иже еси н-на небеси… Д-да святится и-имя твое…

– Слушай, Кирюх… – Артём понизил голос. – Может у меня поживёшь пока что?..

Мы оба смотрели вниз словно зачарованные. Существо дёргалось, будто марионетка – лишь кукла, которой управляет хозяин. Оно извивалось из стороны в сторону, всё больше привлекая моё внимание. Я чувствовал странное нетерпение.

– Помоги мне… – голос существа доносился словно с пластинки. – Помоги, помоги, помоги… Я пришёл! Помоги…

Мы стояли так некоторое время, не произнося ни слова. Чудовище не теряло попыток разжалобить нас. Оно пыталось подстроить самую горестную интонацию, на которую было способно, но выходило чужеродно и пугающе. Мы услышали писк полицейской мигалки со стороны двора. Существо мгновенно остановилось, последний раз кинув в меня внимательный взгляд полупустых глазниц. В мгновенье оно натурально «всосалось» в маленькое подвальное окошко и исчезло с поляны, не оставив ни одного следа своего пребывания.

Мы отшатнулись от окна. Артём быстро дёрнул штору и плотно занавесил окно. Несколько минут мы просто стояли в тишине и тяжело дышали, пока Данил расхаживал по комнате, сцепив руки в замок и безостановочно читая одну молитву за другой.

– Пожалуйста… – Артём первый начал говорить. Его голос низко хрипел. – Пожалуйста, скажите, что это просто «белка» пришла…

– Ага… «белка»… – выдавил я из себя, пытаясь унять пульс. – Коллективная…

Артём судорожно нащупал пачку сигарет на столе и быстро закурил, протянув одну мне. Не куривший до этого момента Данил подошёл к товарищу и вырвал сигарету из его рук, положив её себе в рот. Все трое мы сели на пол и некоторое время пытались прийти в себя. В начале седьмого утра, я заварил нам всем крепкий кофе, и мы перешли на кухню. Солнце наполнило квартиру ярким светом. Птицы весело защебетали и разум стал понемногу возвращаться в наши головы.

– Это… – Данил отпил уже остывший кофе. – Просто какой-то пиздец…

– Лучше и не скажешь. – Артём вяло перемешивал содержимое кружки.

Я молча допил свою порцию и протёр лоб. Глаза уловили на себе пристальный взгляд лучшего друга. Артём немного замялся, но в итоге начал говорить.

– Кирилл, ты, это… – он вздохнул и отвёл взгляд в сторону. – Прости, что сразу не поверил тебе… Просто, ну… Сам понимаешь.

– Понимаю. – я искренне улыбнулся ему и отвёл глаза. – Ты тоже прости за то, что ночью устроил…

С плеч упал тяжкий груз от ссоры с моим лучшим другом. Какие бы разногласия у нас не происходили, мне всегда было тяжело долго обижаться на него.

– К слову, – Артём вернул себе привычное выражение лица. – к соседу пойдём?

– Пойдём. – я покрутил кружку по столу. – Только в себя прийти надо… И умыться. Перегар стоит лютый.

Артём кивнул и первый отправился в ванную. Мы с Данилом остались вдвоём на кухне. Товарищ устало опёрся рукой о стол и посмотрел сквозь меня.

– Ты как?

– Да как-как, блин… – Данил выдохнул и прикрыл глаза. – Жить буду. Хотя… Эта нечисть, наверное, ещё долго в кошмарах приходить будет.

– Извини, что втянул тебя. – я виновато отвёл глаза. – Видел же, что не хочешь идти…

Он опёрся руками о колени и придвинулся ко мне.

– И что, думаешь, я бы слился? – в серых глазах промелькнула обида. – Что, как Артём, меня ссыклом считаешь?

Я удивлённо уставился на него и замотал головой.

– Нет, просто…

– Вот и всё. – товарищ выпрямился и залпом опустошил свою кружу. – И не начинай…

Артём вернулся на кухню заметно посвежевший, Данил ушёл следующим. Друг покрутил пустую пачку в руке и поднял глаза в мою сторону. Я без слов протянул ему свои оставшиеся сигареты и подошёл к окну, чтобы открыть его. В лицо ударил свежий уличный запах, действующий опьяняюще после ночи в задымлённой травами и табаком квартире. Я жадно вдохнул бодрящий воздух солнечного утра после дождя и уставился на двор, на который выходил вид с моей кухни. Дворовые бабульки собрались в центре и громко причитали, активно размахивая руками. Я заметил, как часто они оборачиваются в сторону пустыря за домом и заинтересовано хмыкнул. Артём подошёл ближе и тоже уставился на развернувшуюся картину.

– Кто-то с утра ментов вызвал. – заметил он. – Видимо, не одни мы это представление видели.

– Тяжело поверить, что эта херня так легко явилась всему дому… – ответил я, не отрывая взгляда от бабулек. – Раньше же оно скрывалось…

В голову ударила страшная догадка, но я сразу же отмёл эту мысль. Управлять монстрами я точно был не в состоянии. Это было чересчур даже для такой неординарной истории. Да и всерьёз желать появления чудовища, лишь бы друзья поверили моим словам? Ни за что.

– Хрен пойми, надо пойти поспрашивать. – Артём выкинул бычок в окно. – Ты пока к дядьке иди, а мы с Даней разузнаем, что было.

– Ну очень неподозрительно. – я неуверенно посмотрел на Артёма. – Они же вас даже не знают. Думаешь, расскажут?

– Не знаю, придумаем что-нибудь. – друг пожал плечами. – Вон, Даня с бабками хорошо общий язык находит.

Через секунду после этой фразы в кухню вошёл Данил и непонимающе взглянул на нас. Мы с Артёмом беззвучно рассмеялись. Я оставил друзей и ушёл в ванную. Контрастный душ бодрил, тяжёлая головная боль незаметно начала проходить. Выйдя из ванны, я посмотрел в запотевшее отражение. Пытался разглядеть какие-то изменения в себе, но всё осталось как прежде: рыжие волосы, глубокие мешки под светлыми глазами, шрам на брови – ничего не выдавало во мне того ужаса, что я испытал за такой короткий срок. Я провёл ладонью по колючей отросшей щетине и, устало вздохнув, потянулся за станком. Попытавшись придать себе максимально приличный вид, я вышел из ванной комнаты. Квартира понемногу наполнялась свежим воздухом, горячую кожу обдало утренней прохладой. Я быстро переоделся и вернулся к друзьям.


***


Мы стояли в коридоре и готовились к выходу.

– Так… – я завязал шнурки и поднялся. – Я сейчас к Сергею, он должен был уже проснуться… Вы тогда во двор. Разузнайте, что за движ.

– Так точно, капитан. – Артём накинул на спину портфель. – Дань, ты приблуды свои собрал?

– Не… – Данил расчёсывал волосы, глядя в зеркало. – Пускай у Кирилла остаются. Думаю, лишним не будет.

Собравшись, мы коллективно вышли в подъезд. Спустившись на этаж ниже, друзья оставили меня, а я начал стучаться в соседскую дверь. Я услышал за ней басистое «кто?» и через несколько секунд уже стоял на пороге квартиры дяди Серёжи. Жилище пахло цветами и свежезаваренным кофе. Пространство пропиталось уютом. Разувшись, я крепко пожал его руку, и дядя провёл меня на кухню. За плитой стояла жена Сергея, колдуя над завтраком. Она по-доброму поздоровалась со мной и продолжила готовку. За столом сидела дочь дяди – девочка-подросток, которая, завидев меня, густо покраснела и пулей вылетела из комнаты.

– Татьяна! – дядя крикнул ей в след. – Что за манеры? Ты почему не здороваешься?

– Ну так Кирилл без предупреждения пришёл! – Танина мама сказала это, не отрываясь от готовки. – А она не при параде.

– Тьфу! – Сергей махнул рукой и протянул мне кружку с горячим кофе.

Я сел с ним за стол и начал беседу издалека.

– …Да ну, правда уволился? – дядя удивлённо посмотрел на меня. – Да ты ж, вроде, поднакопить побольше хотел.

– Ага, хотел… – я уставился в кружку. – Ну придётся немного взять с денег, которые от продажи дома лежат.

– Ну смотри, конечно. – он громко отхлебнул. – До стипендии дотянешь как-нибудь, это точно. Если что звони, подсобим.

Жена Сергея поставила на стол тарелку горячих сырников и свежее малиновое варенье. Живот неприятно скрутило, и я попытался вспомнить, когда нормально ел в последний раз. Женщина взяла порцию для дочери и покинула кухню. Мы остались наедине.

– Дядь Серёж, у меня это… – я прожевал сырник и достал перстень из кармана. – Вот.

В глазах Сергея мимолётно сверкнул странный огонь, но он быстро спрятал эту эмоцию за добродушной улыбкой.

– Красивое, да? – дядя отложил еду в сторону. – Мама его твоему отцу подарила, когда они ещё только дружили… Так он его носил, наверное, несколько лет не снимая! Потом, правда, пальцы толще стали… Ха! Так он в бумажник его положил, настолько маму твою любил… Где ты его нашёл-то вообще? Я думал, оно так с твоим отцом и осталось…

Я сглотнул тяжёлый ком в горле. Глаза защипало, и я до крови прикусил внутреннюю сторону щеки. С максимальным усилием я натянул на себя будничное лицо.

– Вот как… – процедил я, не моргая. – Я тут, кстати, с соседкой пересёкся случайно… Бабулька какая-то.

Улыбка Сергея начала медленно сползать с его лица. Взгляд становился серьёзней.

– И что?

– Очень удивилась, когда узнала из какой я квартиры. – я попытался держать себя в руках, но уголок рта стал нервно подёргиваться. – Сказала, что никто не в курсе был, что…

– А должны в курсе быть? – перебил Сергей. – Малой, ты не понимаешь, о чем говоришь. Да и не надо это тебе. Давай, поешь лучше нормально, а то весь осунулся…

– В смысле мне это не надо?! – я не дал ему перевести тему. – Это моя семья! Почему я один ни о чем…

– Потому что так надо. – строго пресёк он. – Если пришёл за этим, то извиняй. Это всё, что я могу тебе сказать.

Я ошарашенно смотрел на непробиваемое лицо мужчины. Во мне почти не осталось воли, чтобы сдерживать эмоции, и я поспешно вышел из-за стола. Сергей остался сидеть на кухне, а я быстро обулся и выбежал прочь из квартиры.

Оказавшись на улице, я опёрся о закрывшуюся подъездную дверь. Ноги подкосились, тело медленно поползло вниз. Во дворе суетились жильцы, не обращая на меня никакого внимания. Но даже если бы смотрели, мне было плевать. К горлу снова подступил жгучий комок, стало тяжело дышать. Я смахивал подступающие слёзы, не давая им скатиться по щекам. Только недавно зажившая рана вновь была задета. То, что я упорно прятал на подкорке своего сознания снова начало заполонять мысли. Старая, прежняя жизнь, которая казалась настолько далёкой, что воспринималась как сон. Я снова стоял над надгробной плитой своих родителей совершенно один, пока немногочисленные родственники хлопали меня по плечам и гладили по голове. Мама улыбалась мне с фотографии, а отец хмуро и грозно глядел, говоря: «Кирилл, не ной!».

Мама часто брала меня с собой в лес, где мы вместе собирали травы, а потом сушили их на зиму. Отец занудно причитал: «Дурью маетесь, почему в магазине не купить?». И что мы «быстрее клещей наловим», чем найдём там что-то стоящее. Или как папа впервые посадил меня за своего тонированного «кабана», запретив под страхом ремня заглядывать под сиденья. Мама потом ещё долго кричала: «Как ты мог дать семилетнему ребёнку рулить по городу?!». Мысли смешались в тягучую кашу, меня начало подташнивать. Я достал перстень из кармана и до боли сжал в руке. Я глубоко вздохнул и сквозь пелену слёз посмотрел в сторону пустыря. Во мне начала зарождаться чистая ярость, которую я не испытывал никогда прежде. Виски загудели, пульс участился. Ватными ногами я поднялся с земли, не отрывая глаз от заворота к поляне.

– «Оно этого и добивается… Сука!» – рациональная часть меня кричала, чтобы я взял себя в руки. Но с каждым ударом сердца эмоции всё больше накрывали с головой. Я был готов голыми руками налететь на эту тварь. Разорвать её на части, зубами выгрызать из него куски – сделать всё что угодно, лишь бы боль утихла. Я накрыл голову руками и сильно сжал волосы.

– Нет-нет, нельзя… – я еле слышно бормотал себе под нос. – Так я ничего не добьюсь… Они бы точно не хотели этого. Бабушка бы не хотела…

Перед глазами возник образ моей любимой старушки. Как она заботливо наливала мне чай и не очень заботливо била линейкой по рукам, когда я некрасиво записывал задания. Как причитала, чтобы я всегда был в порядке и думал в первую очередь о себе, был умным и рассудительным. Её образ в голове заставил слёзы политься градом, скатываясь с лица на футболку. Я стоял полностью один, задыхаясь в своих рыданиях, словно мне снова десять лет. Недавно побритое лицо начало жечь, напоминая, как жалко я, двадцатилетний здоровый лоб, сейчас выгляжу. К невыносимой скорби добавилось чувство стыда. Я начал судорожно вытирать щёки. Телефон, который заблаговременно зарядили мои друзья, начал вибрировать в кармане. Как давно он звонил я не знал, только сейчас ко мне начало возвращаться чувство реальности. Я несколько минут вытирал лицо, пытаясь отдышаться. Кое-как я смог взять себя в руки и потянулся за сигаретами. Не нащупав пачку, я вспомнил, как отдал её другу и со всей силы ударил кулаком по железной двери. Костяшки пальцев окрасились свежей кровью. Я обречённо опёрся о стену, подняв голову к небу. Рыдания закончились и их место заняла апатия.

Я не знаю, сколько я так простоял. В реальность меня вернули голоса друзей.

– Ты заебал! У тебя теперь привычка трубку не брать? – Артём сказал это своей фирменной ядовитой интонацией. – Или опять пять пропущенных не заметил?

Я опустил голову и безжизненно посмотрел на лица своих товарищей. Недовольная физиономия моего лучшего друга сменилась обеспокоенным и напряжённым выражением. Данил растерялся.

– Кирилл, ты чего?.. – Даня рассеяно посмотрел по сторонам. – Сейчас, я за водой сбегаю, подождите.

Он быстро зашагал в сторону магазина. Артём подошёл ближе и взял меня за плечо.

– Пойдём, присядем.

Я смотрел сквозь окружающий мир и почти не реагировал на происходящее вокруг. Мы сели на ближайшую лавочку, и я продолжил смотреть в одну точку. Артём немного помолчал и наклонился ближе.

– Глаза поднимешь?

Я поднял на него пустой взгляд исподлобья.

– Расскажешь, что происходит?

– Всё нормально.

– Верю. – он кинул это, став ещё серьёзней. – Ну так что?

Я замолчал. Горло снова начало болеть.

– Это… – я осёкся, но выдавил из себя конец фразы. – Перстень отца. Мама подарила.

Друг сильнее сжал мою руку. Посидев так некоторое время, он крепко обнял меня за плечи, тяжело вздыхая.

– Сука… – прошипел Артём. – Да как так-то вообще?.. Что за хуйня творится?

К лавочке подбежал обеспокоенный Данил с портфелем наперевес. Артём грозно кивнул ему, и тот сел рядом.

– Я тут, это… Воды взял… – Даня начал выгружать портфель полный напитков и сладостей. – И ещё всякого разного… Подумал, что ты есть хочешь…

От всей этой ситуации я почувствовал себя ещё более жалким. Мне стало противно от своей слабости, и я попытался выйти из своеобразных объятий друга. Но тот сжал меня сильнее.

– Всё нормально. – его голос убаюкивающе звучал у меня над головой. – Кирилл, это нормально, что у тебя такая реакция… Блять, будь у меня такое, я бы… Вообще ебанулся…

Пока Артём крепко держал меня, Даня молча сидел рядом и сочувственно хлопал меня по руке, периодически предлагая мне что-нибудь съесть. От такого внимания мне стало очень некомфортно. Но и приятно от того, что я всё ещё был не один… Я горько улыбнулся.

– Спасибо. – я медленно поднялся с рук друга. – Спасибо, что…

– Не за что благодарить. – Артём перебил меня и протянул бутылку воды. – На, выпей.

– Да-да, на ещё. – Даня всучил мне булку. – Перекуси лучше, а то сидите… Как хуй пойми кто.

Я тихо рассмеялся и принялся есть. Через некоторое время я ввёл ребят в курс дела. Артём сверлил тяжёлым взглядом свои руки, а Даня ошарашенно хлопал глазами.

– Как такое вообще возможно?.. – он растерянно опустил взгляд. – За пять дней событий больше, чем за несколько лет до этого… Это точно всё не просто так. Бывают такие совпадения вообще?

– Я тоже так думаю. – я закурил сигарету, любезно протянутую другом. – Эта ебень точно не просто так появилась именно сейчас. И все эти… Открытия.

– Насчёт открытий… – Артём откинулся на спинку скамейки и скрестил руки на груди. – Поспрашивали мы бабок…

– О-ой, бля… – Данил замучено закрыл глаза и отвернулся.

Артём коротко рассмеялся и продолжил.

– Ага, это было… Нелегко. – друг подавил в себе смешок. – Если вкратце, то одна из бабулек услышала эти крики утром, когда вышла во двор. Зачем вышла? Не ебу, братан, куда бабки в пять утра ходят. Так вот, хотела посмотреть, кто там орёт, но сказала, что голос какой-то…

– Нечеловеческий? – вставил я.

– Ага, будто запись. – продолжил друг. – Она подумала, что это какой-то маньяк так жертв заманивает, видела это в каком-то там сюжете по «ящику». Ну она всех своих подружек перебудила, и они ментов вызвали… Те прочесали округу, но никого, как вы уже поняли, не нашли.

– Ну конечно… – я нервно хихикнул. – Его же в подвал засосало.

– М-да, дела… – Артём поджал губы и задумался. – Слушай, Кирюх… Может, пока у меня останешься? Да, места немного, но всяко лучше…

– Да ладно тебе. – я смущённо отмахнулся от друга. – Мы же уже поняли, что оно в квартиру попасть не может… Ничего со мной не будет.

– Попасть-то не может, – Данил подключился к разговору. – но нервы потрепать – это запросто. Я после этой ночи, мне кажется, поседел… Представь, что с тобой через неделю будет?

– Да вы чего, ребят?.. – я растерянно посмотрел на друзей. – Это как-то…

– Да что ты ломаешься, как баба? – Артём недовольно прищурился. – Мамка тебя больше меня любит, она уж точно против не будет. Скажем, что у тебя тараканы или ещё хуй знает что.

Настойчивость Артёма поставила меня в ступор. Я задумался, действительно ли хочу просто сбежать от этой твари, которая, возможно, убила моих родителей. Навязчивые мысли повисли в голове тяжёлым грузом. Артём будто услышал, о чём я думаю.

– Что ты задумал? – его вопрос застал меня врасплох.

– А? – я растерянно поднял на него глаза. – Да ничего, вроде…

– Кирь, только не говори, что ты собрался этой тваре мстить. – Данил понизил голос. – Ты головой, блин, подумай… Если он смог нескольких мужиков… Того… Думаешь, ты для него противник?

– Не собираюсь я мстить.

Я соврал. В голове жгучей волной бушевало желание отомстить, уничтожить, докопаться до правды. В словах друзей был смысл – пока что я этой гадине не противник. Возможно, стоит отозвать заявление на поступление и остаться здесь подольше. Попытаться найти ответы…

– Пиздишь и не краснеешь. – Артём раздражённо выдохнул сквозь зубы. – Кирилл, ты уже с ума сходишь, блять!

Он разгорячено вскочил и строго посмотрел на меня сверху вниз. Этот взгляд, наподобие того, что я видел сегодня ночью. Единственное отличие – это глаза, полные переживания и чего-то ещё, чего я не мог понять. Но он точно переживал больше меня, по какой-то неведомой мне причине.

– Если понадобится, я тебя насильно сегодня же уволоку отсюда. – Артём сказал это так громко, что немногочисленные прохожие обернулись в нашу сторону. – Да эта тварь могла и не убивать никого! Может оно просто пытается так заманить тебя к себе, блять! Включи логику! Сука, что с тобой происходит-то?

– Блять, ты не понимаешь! – резко ответил я и тоже вскочил на ноги. – Я хочу разобраться! Хочу найти ответы! Как я это сделаю, если просто сбегу?!

– Никто не заставляет тебя сбегать, Кирилл. – Данил поднялся и подошёл ближе ко мне. – Ещё есть время, мы… Мы обязательно разберёмся во всём. Но ты должен остаться живым, понимаешь?

Артём достал сигарету и порывисто отвернулся от нас. Данил продолжал выжидающе смотреть мне в глаза. Я же устало вернулся на скамейку.

– Ладно. – сухо выдавил я. – Соберу вещи и приду к тебе вечером.

Даня расслабленно выдохнул, а Артём недоверчиво повернулся в мою сторону.

– Я с тобой соберу.

Товарищ ответил так, будто его совсем не интересовало моё мнение. Я слабо ухмыльнулся и отвернулся от друзей. Бессмысленная ярость понемногу утихла, наваждение начало спадать. На мгновение мне показалось, что я действительно начинаю сходить с ума.

– «Что со мной вообще творится? Почему я стал так глупо себя вести? Это же вообще… Не я…» – думал я, пока один друг чуть поодаль что-то обсуждал по телефону, а второй доедал очередную шоколадку.

Мне начало казаться, что это существо не только пугает, но ещё и как-то влияет на меня. Импульсивность, злость – не свойственные мне качества. Мне всегда была ближе позиция незаинтересованного наблюдателя. Я вспомнил, как впервые поддался порыву и чуть не умер за домом. Как вместо того, чтобы просто позвать друзей, влетел на них с пустой бутылкой. Меня перекосило от своей глупости. Легко уволился с работы, которая была первостепенной до момента отъезда. Был готов отказаться от обучения ради призрачной надежды отомстить существу, которое явилось из неоткуда. Беззаботно напился с друзьями, вместо серьёзной подготовки. Наверное, у этого безрассудства есть свои плюсы. То, как я впервые по-настоящему увидел себя, своё отражение, насладился жизнью, несмотря на всю её горесть. Я совсем не понимал, как на это реагировать.

– Короче, с маманей вопрос уладили. – Артём прервал мои размышления. – Сказала, чтобы ты чувствовал себя, как дома, сколько потребуется. А через месяц оба отчалим отсюда к хуям собачим.

– Везёт вам. – Данил уныло откусил шоколадку. – А мне как тут жить теперь вообще? Я эту улицу за километр обходить буду…

– Да не разгоняй, ты вообще на другом конце города живёшь. – Артём буднично поднял глаза к небу. – Тебе эта зараза точно ничего не сделает… Ну а если что, у тебя всегда бабка под боком.

Даня раздражённо вздохнул и закатил глаза. Я уставился себе под ноги.

– Надо на работу зайти. – сказал я. – Потом вещи собрать… Комп, конечно, жалко оставлять.

– Да не ссы, у меня же есть. – Артём попытался меня подбодрить— – Как-нибудь по очереди будем… Ты, вроде, его продать вообще хотел и ноут брать, нет?

– Ну да… Хотел. – я поднял глаза и посмотрел на свой дом. – Как-то быстро всё происходит.

– Раз происходит – значит надо. – сказал друг, как отрезал. – Нормально всё будет, ты же не навсегда уходишь, хоть каждый день домой бегай… Пока светло.

– Спасибо, что разрешил. – я вяло усмехнулся.

– А тебе не показалось, что эта тварь показывается только в темноте и ранним утром? – Данил заинтересованно взглянул на меня. – Утром, так вообще, целые представления…

Я на секунду задумался. Действительно, в словах товарища был смысл. Все похищения произошли утром, а проявления твари начинаются где-то с десяти вечера, когда на улице заметно темнеет. Днём оно ещё не показывало себя.

– Ну вот, значит, с полудня до первых сумерек безопасное время. – Артём расслаблено сложил руки в стороны. – Иди на работу, я за тобой зайду ближе к шести.

Мы все встали и направились к выходу со двора. Дойдя до развилки, я пожал руку Данилу и попрощался с ним, обещая оставаться на связи. Артём серьёзно глянул мне в лицо.

– Только без глупостей, окей?

Я кивнул и добродушно улыбнулся ему на прощание. Разойдясь с друзьями, я отправился в сторону работы.


***


Дойдя до своей кофейни, я нехотя зашагал вовнутрь. За стойкой стоял непосредственный хозяин и нелепо метался из стороны в сторону, не понимая, что вообще нужно делать. Я сухо поздоровался с ним, он же бросил на меня злобный взгляд. Я быстро собрал свои сменные вещи и книги. Уже готовясь выйти, он остановил меня и внимательно посмотрел в моё лицо, констатируя: «Реально болеешь, что ли?». Я хихикнул про себя. Мои красные глаза и опухшее лицо случайно сыграли мне на руку. Мужчина немного помялся, а потом сказал, что мне необязательно увольняться, и, если у меня будут силы, я могу хотя бы пару дней в неделю подрабатывать и помогать ему, пока он не найдёт второго сотрудника. Я удивлённо захлопал глазами, но спорить с ним не стал. Деньги были не лишними, да и сидеть безвылазно с Артёмом в его комнате не очень-то хотелось. Напоследок мы пожали друг другу руки, после чего мужчина быстро обработал их санитайзером. Избавившись ещё от одного груза на плечах, я вышел с работы и глубоко вдохнул свежий уличный воздух.

– «Ну теперь домой…» – подумал я, медленно шагая в свою сторону.

Забежав в магазин за сигаретами, я задумчиво закурил, выходя на свою улицу. Действительно, если бы друг не предложил остаться у него, я бы, наверное, быстро сошёл с ума. Находясь дальше от своего жилища, мне показалось, что я смог дышать свободней. У меня не было доказательств, что существо правда может как-то влиять на моё состояние, но интуитивно я стал прослеживать связь.

Зайдя во двор, я замедлился и внимательно осмотрел каждый его участок – всё было как обычно. Я быстро зашёл в подъезд и через пару мгновений уже стоял на пороге своей квартиры. Неприятный запах практически полностью выветрился, а я начал собирать догоревшие свечи и другие атрибуты сегодняшней ночи. Придав жилищу привычный вид, более не походивший на сектантский притон, я стал собирать бутылки и прибираться после ночного кутежа. Всё это действие заняло у меня несколько часов. Время медленно двигалось к четырём. Немного переведя дух и приготовив себе быстрый перекус, я принялся собирать вещи в дорожную сумку.

– Так, одежду положил… – я перечислял вслух. – Щётку, станок, расчёску, зарядники… Так, где мой блокнот?

Изредка я записывал свои мысли и маленькие рисунки в небольшую тетрадку. Я обошёл комнату, но нигде её не нашёл. В голову ударило воспоминание, что мой лучший друг вчера брал её в руки. Из груди вырвался усталый стон.

– Сука такая, куда ты его дел?.. – я разговаривал сам с собой, заглядывая под кресло. – Только не говорите, что он его там бросил…

Я принялся отодвигать кресло от стены. Мой блокнот валялся под ним полностью в пыли. Я наклонился ниже и заметил бугристый кусочек обоев. Невольно моя бровь выгнулась. Я никогда ничего не передвигал в этой квартире, поэтому было неудивительно, что я не замечал его раньше. Все остальные стены в доме были ровными и красиво проклеенными моим отцом, так что этот маленький кусок сразу вызвал у меня подозрения. Недолго думая, я взял ножницы с кухни и принялся аккуратно «выстригать» выпирающую часть.

В моей руке лежала маленькая плетённая безделушка, похожая на своеобразный ловец снов, но намного меньшего размера. В неё были вставлены засушенные цветы и какие-то веточки. После Даниного экскурса, я сразу узнал в маленьком жёлтом цветке полынь. Я покрутил вещицу в руках и хмуро уставился на стену, из которой достал её. Вернув кресло на место, я бросил эту странную штуку себе в портфель. Захотелось проверить остальные потаённые углы в доме, но телефон прервал меня звуком уведомления.

На экране высветилось сообщение от незнакомого аккаунта:

– «Привет, это Кирилл?»

Я недоверчиво тыкнул на контакт. Номер был скрыт, на аватарке профиля стояла какая-то мультяшная кошка. Не дав мне ответить, человек отправил ещё сообщение:

– «Это Таня, если что».

– «Дочь Сергея?» – спросил я.

Через секунду мне пришёл положительный ответ, и девочка начала что-то долго печатать. Я на секунду задумался, откуда она взяла мой контакт.

– «Ты занят сейчас? Можешь ненадолго спуститься вниз? Мне нужно кое-что тебе сказать… мне кажется, тебе будет интересно». – в конце предложения она добавила странный жалостливый эмодзи.

Я немного помедлил, но всё-таки ответил ей.

– «Хорошо, сейчас спущусь». – я отправил сообщение и отложил телефон в сторону.

На моём лице застыло нескрываемое удивление с ноткой скепсиса. Но я всё-таки обулся, накинул портфель и начал спускаться вниз. В моей ситуации любая информация не будет лишней. На улице под козырьком стояла маленькая светловолосая девочка, едва доходившая мне до груди. Она порывисто подняла взгляд вверх и также быстро опустила голову, отвернувшись.

– Привет. – я буднично посмотрел на неё сверху вниз. – Зачем звала?

– Да, привет… – она смущённо пробормотала это под нос и оглянулась по сторонам. – Давай отойдём…

Девочка направилась в сторону пустыря. Я шустро преградил ей путь. Так, что она чуть не врезалась в мою грудь. Таня озадаченно подняла голову, её щеки запылали.

– Не надо туда ходить… – я немного замялся, но уверенно продолжил. – Не слышала, что ли, что тут ночью дурак какой-то ошивался и людей к себе подзывал? Менты приезжали даже… Там уже два человека пропало.

– Я не знала… – её глаза удивлённо расширились. – Ну ладно, пошли в другую сторону…

Мы зашагали в сторону магазина, в который с утра бегал Данил. Девочка не спешила начинать разговор и очень часто без причины разблокировала телефон. Когда мне это надоело, я взял инициативу на себя.

– Что рассказать хотела? – я повернул голову в её сторону. – Как ты вообще мою «телегу» узнала?

– А… это… да я у отца в телефоне твой номер посмотрела. – Таня будто вышла из транса и начала диалог. – У него ты единственный Кирилл… Я о нём хотела поговорить, кстати.

В моих глазах промелькнул еле заметный огонёк интереса.

– Я… немного слышала, о чём вы на кухне говорили. Случайно! – девочка невинно посмотрела на меня. – Ты не подумай, что… короче, я слышала. Ты потом ещё очень быстро ушёл…

Она замялась и прикусила губу.

– Отец прям с цепи сорвался… – немного погодя, Таня продолжила. – Мама с ним на кухне закрылась, они долго разговаривали.

– И ты опять случайно услышала, о чём они говорят? – я сказал это добродушно, но девочка восприняла фразу в штыки.

– Да нет же! – её щёки раскраснелись, она смущённо смотрела себе под ноги. – Они так громко разговаривали, что было тяжело не услышать…

Мы плавно подошли к магазину и остановились чуть поодаль от входа. Я попытался немного разрядить обстановку и успокоить свою спутницу.

– Может, тебе взять чего-нибудь? – я вопросительно глянул в её сторону. – Есть хочешь?

– Нет-нет, не надо! – она разгорячено замотала головой. – Я ничего не хочу.

Я устало вздохнул и направился в сторону дверей, девочка медленно плелась за моей спиной. Я купил холодный чай и кислый мармелад. На выходе протянул продукты непонимающей Тане. Она снова замотала головой, ещё усердней прежнего, но я твёрдо сложил сладости в её руки. Казалось, она налилась краской настолько, что сейчас провалится под землю.

– Спасибо…

Выйдя из магазина, мы начали медленно обходить нашу улицу. Через некоторое время она немного пришла в себя и продолжила рассказ.

– Сначала отец просто… Орал. – Таня отхлебнула немного чая. – Что никто ничего не понимает, соседи пи… Нехорошие люди, только сплетничают и всё-такое. Что молодёжь глупая пошла, ну это классика для него.

Я беззвучно хихикнул.

– Он успокоился потом, мама, наверное, ему травы заварила. – Таня ухмыльнулась. – Он вообще всегда дёрганный и неразговорчивый, ты не обижайся из-за этого. После того, как его друг умер, он совсем в себя ушёл.

Таня говорила о смерти моего отца так буднично, будто в силу возраста ещё не до конца развила чувство такта. Я немного расстроенно отвёл глаза, но она этого не заметила и продолжила.

– Ну так вот… Мама сказала, что-то вроде «дорогой, ну зачем ты с ним так, он же сирота, ему очень тяжело…» – Таня наигранно процитировала свою мать. – А отец начал что-то рассказывать про свой долг, про договорённость с другом, что он обещал молчать и даже тебе ничего не говорить.

Я удивлённо повёл бровью и вернул свой взгляд на спутницу.

– Он что-то сказал про эту договорённость?

– «Яков предупреждал, будто знал…» – Таня подняла глаза вверх, вспоминая слова отца и цитируя их. – «Говорил, что скоро произойдёт это, прижмут… И чтоб скрыл ото всех эту погань, эту ужасную смерть… Вот суки, падлы!»

– Последнее было необязательно. – я потянул к пачке и достал сигарету. – Что значит «ужасную смерть»?

– Не знаю. – девочка невинно пожала плечами. – Ты бы слышал, как он это всё говорил, будто расплачется сейчас. Ещё сказал, что очень не хотел с тобой ссорится, типа, плохо ему от этого. Но-о, по-другому не-ельзя.

Таня шутливо растягивала слова, произнесённые её отцом. Я затянулся сигаретным дымом и немного помрачнел. Я не мог себе представить, какую страшную тайну скрывает Сергей и как она давила на него все эти годы. Мы ещё немного погуляли с Таней, она по кругу рассказывала мне одну и ту же историю, подмечая незначительные детали. Телефон завибрировал и на экране возникло сообщение от моего друга. Мы пошли в сторону дома.

Подойдя к подъезду, я увидел темноволосую бритую голову товарища с привычной недовольной физиономией. Завидев его, Таня потухла и слабо скривила лицо. Артём же, напротив, заинтересованно глянул на в её сторону.

– Привет. – не глаз от незнакомки, друг пожал мне руку. – Как зовут?

– Таня. – быстро ответила она. – Пока, Кирилл.

Девочка пулей влетела в подъезд, оставив моего друга с открытым ртом. Он медленно перевёл на меня хитрый взгляд и заговорщически улыбнулся.

– Кирюх… – друг лукаво сверкнул глазами. – Ты б написал, я бы попозже пришёл.

– Да блять, угараешь что ли? – я закатил глаза. – Это дочь дядьки, рассказала мне тут про него…

– Ага, как скажешь. – ехидная физиономия не сходила с лица Артёма. – Правда, она ж полторашка какая-то малолетняя. Не, если тебе такое нравится…

– Боже… – я опустил на него недовольные глаза. – Ей пятнадцать лет, ты прикалываешь что ли?

Друг присвистнул и задумчиво скривил губы.

– Не, ну недолго ждать осталось, конечно…

– Да иди ты нахуй. – зло бросил я и открыл подъездную дверь.

Мы поднялись в квартиру. Я передал дорожную сумку другу, а сам напоследок скидал часть вещей в портфель. Также не забыл выключить везде электричество и перекрыл воду. Взглянув последний раз на свою квартиру, я закрыл дверь на все замки, и мы направились в путь.


***


Дом Артёма встретил меня громким телевизором, детским смехом и булькающим звуком на плите. Я только успел разуться, как ко мне подбежала трёхлетняя девочка и сильно обняла мою ногу. Через несколько секунд к ней присоединилась белая пушистая кошка. Пока я гладил животное, в коридор вышла низкая полная женщина с полотенцем в руках.

– Кирюша, привет, проходи! – она по-доброму улыбнулась мне, а после грозно глянула на сына. – Тёма, посади сестру за стол, она не доела.

Артём незаметно для матери выругался и поднял ребёнка на руки. Девочка захныкала и забила кулачками по его плечам, пока он уносил её в сторону кухни. Я закинул свои вещи в комнату друга, в которой, как обычно, творился полный хаос: вещи валялись на не заправленной кровати, плавно свисая на пол, гора пустых кружек стояла у монитора, на стенах беспорядочно висели какие-то графики и схемы, пепельница у окна была заполнена горкой окурков. Я сел на компьютерный стул и начал вертеть в руках фигурку машины, которая стояла у товарища на столе.

– Пошли, мать поесть приготовила. – голос Артёма донёсся со спины.

– Не… – я ответил, не поворачиваясь. – Не хочу есть, спасибо.

Я услышал позади себя недовольный вздох и несколько матерный восклицаний. Артём схватил меня за предплечье и силой поволок на кухню. Не успев возразить, я уже сидел за столом, а тётя Люба ставила передо мной тарелку супа. Как только друг сел напротив меня и приготовился к трапезе, со стороны гостиной раздался истошный детский плач.

– Тёма, сходи посмотри, что у неё случилось. – женщина села за стол, отламывая себе кусок хлеба.

Мой друг ничего не ответил. Лишь раздражённо опустил ложку в тарелку и вышел из-за стола. Мы остались с тётей Любой одни, мне стало не по себе. Она буднично начала разговор.

– Ну что, как квартира твоя? – спросила она, кладя ложку в рот. – Совсем плохо всё?

– Ну почти… – я повторил заученную легенду Артёма. – Так сильно затопили, что обои отклеились, ламинат вздулся… Теперь только капиталить. Хорошо, что друзья рядом были, один бы я там совсем с ума сошёл.

– Ужас-то какой. – тётя Люба цокнула языком и покачала головой. – Тебе уж проще квартиру продать, всё равно уедете скоро. Или вернуться думаешь?

– Не знаю ещё. – я положил ложку супа в рот. – Всё равно сначала в более-менее приличный вид привести надо будет.

– Ну смотри-смотри. – женщина потянулась за перечницей и продолжила. – Мне как Тёмка позвонил, я уж думала пожар, прости господи… Перепугался больше тебя.

– Это да… – я слабо улыбнулся. – Сказал, что силком меня утащит оттуда, если сам к нему идти откажусь.

– А что, не хотел идти?

– Да не то, чтобы не хотел… – я замялся. – Как-то неловко вас притеснять просто…

– Ой, Кирилл… – тётя Люба устало улыбнулась. – Такой ты скромный, ну совсем не меняешься. Я только рада буду, если ты за этим оболтусом присматривать будешь. Он совсем обленился, сил моих нет… Да и когда я вас ещё увижу, двух дураков.

Я смущённо засмотрелся в тарелку, доедая свою порцию. Мы немного посидели в тишине, и тётя продолжила.

– Да и если б я не пустила, – женщина широко улыбнулась. – Тёма бы там с тобой жить остался до самого отъезда. Знаешь же, какой он заботливый.

– Это точно… – я немного расслабился и улыбнулся в ответ. – Это, честно говоря, даже иногда пугает.

– Ну а как иначе… – тётя Люба глубоко вздохнула. – После того, что с Вовкой было-то… Старые раны бесследно не проходят, сам должен понимать. Ой, сил моих нет…

Я поднял озадаченные глаза. Женщина быстро поняла, что сболтнула лишнего.

– Какой Вовка? – я понизил голос. – Впервые о нём слышу…

– Вот как? – она устало прикрыла веки и отставила пустую тарелку. – Я уж думала, что он хоть тебе рассказал… Бедный мой мальчик.

Я продолжал сверлить женщину вопросительным взглядом. Немного погодя, она тихо продолжила.

– Вовка… Друг его был. Сын подруги моей с работы, они с пелёнок дружили… – тётя Люба взглянула в сторону комнаты. – Давно это было, Кирюш, ещё до того, как ты в школу Тёмину перевёлся. Они вдвоём как-то гулять убежали, снова по заброшкам своим лазили, прости господи. Ну и… Долазились, что уж сказать. Вовка со второго этажа выпал, прям на штыри… Там уже ничего нельзя было сделать.

Я ошарашенно приоткрыл рот, а женщина взяла салфетку и протёрла глаза. Прежде чем продолжить, она снова глянула, в сторону гостиной.

– Ты бы знал, как он себя винил, о-ой… – тётя Люба горько вздохнула. – Наверное, несколько недель в школу не мог ходить, с кровати не вставал, плакал без остановки… Как вспоминаю, так сердце кровью обливается. Замкнутым стал, перестал гулять, только дома сидел в игрушки свои на компьютере игрался. А как через пару лет с тобой подружился, снова стал обычным мальчиком… Даже не представляю, как ему было тяжело переживать это в одиночку. И вот теперь… Сам всё видишь.

Я не нашёл слов. Мне стало очень уныло от этого рассказа, я забеспокоился за друга. Женщина ещё немного повздыхала и собрала пустые тарелки со стола. В кухню вальяжно ввалился Артём и сел за стол, начав быстро поедать свою порцию.

– Лиза своей кукле голову оторвала. – констатировал друг, попутно прожёвывая еду. – Я попытался починить, но там уже всё, без вариантов.

Мама Артёма начала что-то тихо причитать и ушла к дочери. Я смотрел на то, как товарищ доедает суп.

– Ты что приуныл? – он оторвался от тарелки и быстро глянул на меня. – Чай будешь?

– Давай.

Быстро доев, Артём встал и поставил чайник, попутно беря из шкафа пряники. Я молча смотрел ему в спину и переваривал услышанное. Было неловко от того, что я узнал то, что мне намеренно не хотели говорить. Я почувствовал укол вины за всё, что произошло за эти несколько дней. Вечно хмурый, взрывной дебошир с манией контроля теперь виделся мне сломанным ребёнком с непроходящим чувством вины. Я отогнал от себя эти мысли и спрятал их поглубже в самый дальний ящик своего сознания. Он точно бы не хотел, чтобы я его жалел, да и вообще знал это тёмное пятно его прошлого.

Отойдя от тяжёлых размышлений, я заметил Артёма, внимательно смотрящего на меня со скептически выгнутой бровью.

– С тобой что? – он медленно перемешивал содержимое кружки, не отрывая от меня глаз. – Что, мать нагрузила чем-то?

– Да нет… – я криво улыбнулся. – Просто задумался.

Иногда меня очень сильно напрягало с какой лёгкостью друг может читать меня. Мне не требовалось слов, чтобы он понял, о чем я думаю. Если другие люди охотно велись на мою ложь, то Артём сразу же раздражённо вздыхал и укоризненно смотрел на меня. Что он и делал сейчас. Но, на моё удивление, он не стал продолжать и просто поставил кружку горячего чая на стол.

– На, вот. – друг протянул мне несколько пряников. – Мятные, мои любимые.

Я искренне улыбнулся и принялся пить чай. Мы посидели вдвоём на кухне некоторое время, обсуждая всё, что сказала мне Таня. Мне всё ещё не верилось, что Сергей связан с паранормальщиной. Артём думал аналогично. Мы начали строить теории.

На кухню молнией влетела маленькая Лиза и опёрлась ручками о мои колени.

– Ки-ира! – девочка весело захлопала ресницами. – Кира будет жить с нами?

– Говори правильно – Киря. – Артём лениво глянул на сестру. – Он же не девчонка.

– Кира! – Лиза нахмурила брови и смешно надула губы.

Я ласково улыбнулся и погладил её по голове. Девочка в мгновенье рассмеялась и весело запрыгала, держась за мои колени.

– Да ладно, пускай будет так.

– Ла-адно. – Артём игриво улыбнулся и сузил глаза. – Раз хочешь – будешь Кирой. Ки-ира.

Я кисло повернулся в его сторону. Друг же продолжал лукаво улыбаться, радуясь моему новому прозвищу. Потеряв к нам интерес, сестра друга вернулась к маме, а мы перешли в комнату Артёма. Он быстро раскидал вещи с кровати и накрыл её пледом, хлопая сверху, приглашая садиться.

– Отдохни и вещи разложи, я сейчас за раскладушкой на балкон сбегаю. – Артём быстро снял с себя уличную кофту и вышел из комнаты.

Я сел на кровать и принялся раскладывать свой рюкзак. Когда я дошёл до блокнота, руки отложили вещи в сторону. Я достал ручку и принялся быстро записывать свои догадки в маленьком расследовании. Всё, что мы узнали или предполагали, переносилось на бумагу. В комнату вернулся Артём с раскладушкой наперевес. Пока я писал, он быстро разложил её и поставил рядом с кроватью. Я закрыл блокнот и бросил его обратно в портфель, друг же шумно уселся в компьютерное кресло. Я заметил на дне странную вещицу, которую достал из-под обоев. Я покрутил её в руках и бросил на кровать.

– Ну всё, меня нет. – товарищ весело включил компьютер и открыл игровую библиотеку.

– Ага, класс.

– Да что ты начинаешь? – Артём ответил, не поворачиваясь. – Садись рядом, если скучно.

– Спасибо, мне ночных летсплеев уже хватило. – я открыл вкладку с сериалом, который периодически включал на работе и надел наушники.

Быстро сняв уличную одежду, я удобно уселся на кровати. Бодро посмотрел одну серию, но на второй глаза начали слипаться. Ночные приключения дали о себе знать. Я плавно сполз со стенки на подушку. Голоса героев смешались в убаюкивающую какофонию.

– «Рано спать, надо хотя бы часик ещё посидеть, а то окончательно испорчу себе режим…» – эхом отдавалось у меня в голове, когда картинка перед глазами начала плыть. Я не заметил, как заместо сериала в голове начали маячить абсурдные образы.

Я сижу дома, за окном расстилается море. Звёзды с неба падают прямо мне в лицо, разбиваясь холодными осколками. Длинная рука ведёт меня по поляне разноцветных цветов. Белоснежная прядь волос накрывает холодные, слишком знакомые глаза. Маленький мальчик склонился над мёртвым телом и истерично рыдает. Старик без лица машет мне рукой. Тёплое солнце поднимает меня, как своего ребёнка, вверх. Облака переплетаются красными нитями в длинный гобелен. Счастливая рыжая женщина ведёт меня по лесу, не отпуская руки. Она склоняется ко мне и протягивает листок. Я пытаюсь ухватиться, но она растворяется, оставляя меня одного посреди чащи. Громко закричав, несусь сквозь деревья и прыгаю вниз с обрыва.

Я стою посреди поля подсолнухов. В фиолетовом небе расстилается гром, озаряя пространство светом молнии. Цветы колышутся на ветру, в воздухе пахнет озоном. Рядом с собой я снова увидел её – она была всё также прекрасна. Длинные медные волосы заплетались в колоски, тонкие бледные руки крепко держали свежесрезанные травы, а белое воздушное платье развивалось на ветру в такт подсолнечникам. Она повернулась на меня, печально сверкнув зелёными глазами. Её веснушчатое лицо осталось точно таким же, каким оно отпечаталось в моей памяти. Вечно юная, красивая, с бесконечной тоской в глазах. Я хотел заплакать, но лишь улыбнулся и побежал к ней на встречу. Она приняла меня ласковым объятием и очень легко провела пальцами по моей голове.

– Я очень скучаю по тебе. – сказал я, зарывшись лицом в её волосы.

– Зря. – её голос издавался будто бы ото всюду, но лишь в моей голове. – Мы однажды снова встретимся, а пока…

Она отодвинулась и накрыла мои щёки руками, встав на цыпочки. Я только сейчас заметил, насколько я её перерос.

– Не скучай… – она произнесла это, не открывая рта. – И не спеши сюда… Ещё рано. Осколки ещё не собраны.

К горлу подошёл ком, в носу неприятно защипало. Она лишь ласково улыбнулась и протянула мне синий ирис. Я взял его из её рук, а она печально отвела глаза в сторону горизонта. Гром становился всё настырней, а ветер вырывал подсолнухи из земли.

– Лишь отдав то, что дорого, обретёшь свободу… – шёпот распространился по поляне. – Лишь вернув, что одолжено, сохранишь то, что дорого.

Я растерянно захлопал глазами. Уходящее солнце раскрасило золотом рыжие волосы.

– Прости. – её глаза наполнились слезами. – Прости меня. Я никогда и ни за что бы не отдала тебя… Ты же это понимаешь?

– Что?.. – спросил я, но не услышал своего голоса. – Я не понимаю, о чём ты…

Она в последний раз обняла меня и подняла голову.

– Ты так похож на отца. – она улыбнулась, пока слёзы стекали по бледному лицу. – Ты обязательно справишься, я знаю… Как и всегда справлялся.

Я хотел ответить, обнять покрепче, но смог издать лишь жалобный всхлип. Я проваливался всё дальше в темноту, крича, барахтаясь в зыбучих песках небытия. Кричал так сильно, что не чувствовал связок, но не слышал ни единого звука. Потеряв всякую надежду, я безвольно повис в темноте, давая пространству сожрать меня целиком. А оно было радо.

– «Проснись!» – доносилось где-то вдалеке, но я устал бороться.

– «Проснись!» – голос становился всё настырней и тянул ко мне свои руки. Я приоткрыл глаза и посмотрел в сторону звука. Пространство начало переливаться белым светом.

– «Проснись, ну же!» – белоснежные руки тянулись ко мне, повторяя фразу раз за разом. Собрав все свои силы, я решил в последний раз попытаться спастись. Моя рука вырвалась из тягучей чёрной жидкости, и я протянул её голосу.

– «Просыпайся!» – зазвенело отовсюду, накрывая меня ослепительным светом.

– Сука, просыпайся же! – Артём вплотную склонился над моим лицом. В тёмных глазах пылала тревога. – Просыпайся, Кирилл, блять!

Друг тряс меня за плечи с такой силой, что голова начала неприятно побаливать. Я медленно открыл глаза и сонно уставился на него.

– Ёб твою мать, блять! – Артём облегчённо выдохнул и перестал меня трясти. – Сука, да ты меня в могилу скоро сведёшь!

Я непонимающе прищурился. Друг отошёл от меня и сел на раскладушку.

– Что случилось? – я медленно привстал на локтях.

– Да я ебу? – он раздражённо потянулся за сигаретой. – У тебя спросить надо.

Я нахмурил брови и непонимающе уставился на него. Мельком посмотрел на подушку, она была мокрая. Комнату уже наполнил утренний свет.

Артём подошёл к подоконнику и закурил.

– Я от криков твоих проснулся… – сказал он, смотря в окно. – Начал тебя будить, а ты замолчал и в сознание не приходил.

Я сонно сел на кровати и протёр глаза. Телефон показывал десять утра. Я огляделся и обнаружил, что проспал эту ночь в кровати друга.

– А ты, что… – я лениво зевнул. – На раскладушке спал?

– Ну, а хули делать-то с тобой. – Артём буркнул это себе под нос. – Я когда из-за компа встал, ты уже сладко дрых на моей кровати.

– Так разбудил бы. – сказав это, я встал на ноги.

– Да хуй с тобой, спал и спал. – его голос смягчился. – На.

Он, не поворачиваясь, протянул мне пачку. Закурив, я встал рядом с ним и посмотрел в окно. Артём жил на последнем этаже, поэтому вид открывался занимательный. На площадке бегали дети, чуть поодаль неспешно проходили крошечные люди. У дороги виднелись верхушки немногочисленных высоток в нашем городе, а снизу под окнами на нас поглядывала старая девятка, которую любезно одолжил Артёму отец. Настолько любезно, насколько это было возможным в их ситуации.

Друг затушил бычок о переполненную пепельницу и вышел из комнаты, которая вела сразу на кухню. Я, немного придя в себя, вышел следом.

– Что, как обычно тебе? – Артём копошился за плитой.

– А? – не до конца проснувшись, я вопросительно посмотрел ему в спину.

– Хуй на. – он хмуро повернулся в мою сторону. – Кофе чёрный тебе сварить?

Я лениво закатил глаза и уселся за стол. Мой друг снова вернулся в своё обыденное состояние.

– Ага, сейчас сваришь, как в прошлый раз. – я сонно прикрыл глаза и опёрся о руку.

– Блять, я только один раз турку сжёг, а ты мне это теперь до конца жизни припоминать будешь?

– Конечно, буду. Ты дедовскую турку сжёг. – я приоткрыл один глаза и посмотрел ему в спину. – Он мне потом таких пиздюлей вставил, что до конца жизни вспоминать буду.

Артём коротко хохотнул. Через некоторое время на столе стояли яичница и свежий кофе.

– Завтра приготовлю драники. – сказал я, хлебнув горячий напиток. – На завтрак самое то.

– Только когда мать с сестрой из дома уйдут. – Артём положил вилку в рот. – А то нихера не попробуешь из того, что наготовил.

– Ну и ладно, надо же пользу хоть какую-то приносить… – я пожал плечами и приступил к еде.

– Да прекрати ты уже, заебешь. – сказал товарищ, не отрывая взгляда от тарелки. – Жмёшься, стесняешь… Хуже девки.

Я молча запил яичницу крепким кофе. Артём, как обычно, быстро съев свою порцию, начал медленно потягивать кофе с молоком. Приторная мерзость, не поддающаяся моего понимаю.

– Так что снилось-то? —спросил он буднично. – Ты мне всю подушку проревел… Опять кошмары твои?

Я тяжело сглотнул и напряженно вгляделся в остатки гущи на дне чашки. От того, что друг второй раз видел мои рыдания, мне стало очень некомфортно. Щёки покраснели.

– Да я даже не знаю, как это объяснить… – буркнул я под нос. – Бред какой-то.

– Бракованный ловец снов у тебя какой-то.

– Чего? – я вопросительно уставился на друга. – Какой ловец снов?

Артём скептично приподнял брови, поднося кружку ко рту:

– Который ты на кровати оставил. Я его тебе под подушку положил.

Я проморгался и молча уставился на товарища. Артём вопросительно нахмурился.

– Это не ловец снов. – я глупо поджал губы, на щеках выступили ямочки. – Я эту приблуду в стене нашёл.

Несколько мгновений мы молча смотрели друг на друга.

– В смысле «в стене нашёл?»

– Да как-то из головы вылетело… – я невинно улыбнулся и захлопал глазами.

Артём широко раскрыл глаза и приподнял брови, на его лбу выступили морщины. Друг быстро проморгался, отведя глаза и тяжело выдохнул носом. Вернув голову в мою сторону, он последний раз сверил меня колким взглядом и встал из-за стола.

– Ла-адно… – он протянул это, собирая грязную посуду. – И что это за хуйня такая тогда? Оберег?

– Без понятия. – я откинулся на спинку стула. – Я думал ещё поискать их по квартире, но ушёл с Таней гулять. Надо бы сегодня сбегать, посмотреть.

– Ну сбегай, конечно. – Артём принялся быстро мыть посуду. – Только не до ночи давай.

– А ты со мной не пойдёшь?

– Не, не сегодня… – он немного замялся. – Дело одно есть… Ты только без хуйни там, окей? Быстро всё собери и домой. Если что пиши.

Я вопросительно выгнул бровь. Не скажу, что меня расстроила эта новость. Скорее, даже наоборот. Но не отлипавший ещё вчера друг, который теперь спокойно отпускал меня в дом с чудовищем, вызывал вопросы. Я не стал ничего спрашивать и беззвучно угукнул.

Быстро сходив в душ, я привёл себя в порядок. Часы двигались к полудню, а я начал готовиться к выходу.


ГЛАВА 4


Я без происшествий добрался до своей квартиры и уже стоял в коридоре. На улице сегодня было пасмурно, поэтому дома царил лёгкий полумрак. Я включил электричество и зажёг везде свет. Сперва я зашёл на кухню и обвёл её взглядом.

– М-да… – причитал я вслух. – Долго я здесь всё двигать буду.

Не дав себе отлынивать, я принялся за холодильник, стоявший в углу. Я нисколько не удивился, обнаружив за ним маленькую выпуклость на стене. Я привычно вырезал вещицу из обоев и начал рассматривать. Точно такая же, как та, которую я нашёл за креслом. Находка взбодрила меня, и я принялся за другие предметы сначала на кухне, а потом и в комнате.

Через несколько часов передо мной лежало тринадцать странных амулетов. Большую часть из них я нашёл непосредственно под подоконником у окна, выходящего за дом.

– «Что-то мне подсказывает, что не Данины свечи сдерживали эту дрянь…» – подумал я, доставая телефон из кармана. Я сделал несколько снимков и отправил их Данилу.

– «Спроси у бабушки, может она знает, что это». – написал я, отправив фотографии.

Я снова внимательно уставился на странные вещицы и обвёл комнату взглядом.

– «Наверное, надо обратно их приделать…» – подумал я, подходя к столу и беря в руки клей. Я вернул все амулеты на место, кроме пяти штук, которые нашёл под окном. Когда очередь дошла до них, в дверь сильно постучали. Я неуверенно вышел в коридор и громко спросил:

– Кто?

– Кирилл, это я.

Я быстро открыл дверь. На пороге стоял дядя с угрюмым выражением лица.

– Привет. Я зайду?

Я мельком кинул взгляд на отодвинутую мебель.

– Давай лучше покурить сходим… – предложил я, преградив собой вход в квартиру.

Он кивнул, и мы спустились на улицу.

В воздухе повисло напряжение. Сергей тяжёлым взглядом сверлил бегающих по площадке детей. Я не спешил начинать разговор и медленно курил.

– Ты не сердись на меня. – дядя внезапно нарушил молчание. – Не хотел я задевать тебя. Знаю, что тяжело всё это… Не понаслышке знаю.

Я выдохнул и отвёл глаза.

– Слушай… – он серьёзно повернул на меня голову. – Ты уже взрослый пацан, попытайся понять. Не со зла я всё это говорил. Просто…

Сергей понуро вернул взгляд на площадку.

– Яша попросил об этом. – дядя глубоко затянулся дымом. – И просил тебя не впутывать… Даже не думал, что ты спустя столько лет обо всём этом вспомнишь.

– Как это всё связано? – я заговорил ниже обычного. – Они же просто попали в аварию… Так?

Сергей не ответил и выбросил бычок себе под ноги. Я уныло повернулся в его сторону. Дядя обречённо выдохнул и брякнул ключами.

– Пошли, зайдёшь ненадолго. – Сергей поднёс ключ к домофону. – Пока Татьяна с матерью не вернулись.

Без лишних вопросов я поднялся с ним в квартиру. Он усадил меня на диван и начал копошиться в чулане. Через несколько минут он вернулся с пыльным альбомом в руке. Сев рядом со мной, он начал пролистывать старые воспоминания.

– Вот смотри, – он протянул мне чёрно-белый снимок. – отец твой.

С фотографии на меня смотрел крепкий светловолосый юноша с автоматом в руке. Он широко улыбался и обнимал за плечо своего товарища. В нём я узнал Сергея.

– Яков всегда взбалмошным был. – листая альбом, дядя начал рассказ. – То в школе дрался, из пионеров его выгоняли… То в техникуме палёным самогоном торговал.

Мои глаза удивлённо округлились. Отец, которого я помнил, был правильным и строгим человеком.

– А как союз развалился… – дядя коротко усмехнулся. – Вот тогда-то твой батька оторвался по поной. Да так, что отголоски доходили даже после твоего рождения.

Сергей протянул мне ещё одну фотографию, на этот раз цветную. Две молодые женщины стояли посередине в длинных шубах и огромных норковых шапках, а мужчины с двух сторон махали руками. В невысокой конопатой девушке я узнал свою мать.

– Когда Яков с Радиславой познакомился, она только в восьмой класс пошла. – мужчина продолжил рассказ. – Яша к тому моменту уже плотно повяз в го… Разборках, которые тянулись из его прошлого. Влюбляться, семью заводить было чревато, понимаешь, Кирилл?

Я медленно поднял взгляд на дядю, тот утвердительно кивнул и продолжил.

– Быстро всё завертелось, через три года ты родился. – Сергей тяжело вздохнул и перевернул страницу в альбоме. – Мама твоя только школу закончила и Яков сразу же перевёз её сюда. Затуманила его семейная жизнь, а проблемы-то не исчезли.

Дядя ненадолго замолчал и уставился в фотографии, пока я беззвучно ждал продолжения.

– Я это к тому… Что прошлое так просто не отпускает, сынок. – мужчина поднял на меня усталый взгляд. – И твои родители это понимали.

На языке завертелся вопрос, который волновал меня больше всего.

– Они правда разбились в аварии?..

Стало трудно дышать от напряжения, окутавшего комнату. Сергей на минуту замолчал, обдумывая, стоит ли отвечать. Он нервно протёр лицо рукой и опёрся локтями о колени.

– Нет. – он сказал это твёрдо, без единого колебания. – Яков предупреждал, что такое случится и попросил подмести следы. Я обещал ему сделать, как он просит, хотя до последнего не верил, что такое произойдёт… Тогда никто не верил, что бывают последствия.

Я растерянно посмотрел перед собой. За эти несколько дней я исчерпал в себе все эмоции, чтобы как-то бурно отреагировать. Оставалось лишь принять.

– Но, как же… – я протёр лицо рукой, пытаясь вернуть себе спокойный вид. – Я же помню, как они уехали… И как бабушка пришла ночью…

– Уехать-то уехали. – Сергей нахмурил брови. – Но обратно не вернулись. Утром того дня Яша заходил ко мне… Сказал, если не вернётся к вечеру – сделать так, как он говорил. Я тогда ещё всерьёз его не воспринял, дурак старый…

Я не стал уточнять, как дядя подстроил исчезновение людей под аварию, потому что смутно догадывался о всех делах, которыми они занимались с моим отцом. Я накрыл голову руками и опёрся о колени, тяжело вздыхая.

– Через несколько месяцев я нашёл на распиле машину твоего отца. – Сергей выпрямился и захлопнул альбом. – Какой-то чёрт угнал её, когда нашёл припаркованной у леса. На этом следы оборвались. Всё, как он говорил, сука…

Дядя закрыл глаза и сжал губы, но быстро взял себя в руки. Я обречённо поднял голову. Сергей верил, что с родителями расправились враги моего отца, это многое прояснило. Он не знал о том, что творится у меня под окнами, но, как мне казалось, об этом знали мои родители. С виду обычная семья хранила какие-то жуткие секреты, до которых я ещё не добрался.

Через какое-то время входная дверь открылась и в квартиру зашла Таня с мамой. Женщина мило поздоровалась со мной, а девочка, как обычно, стушевалась и растерянно засмотрелась в пол. Такой повседневный жест вызвал у меня слабую улыбку. Я собирался уходить, но дядя настоял, чтобы я задержался у них на ужин. Пока его жена весело строгала овощи на салат, я сидел в гостиной и безыдейно пялился в телевизор. Таня в статичной позе сидела рядом, вытянувшись, словно струна. Она периодически поглядывала на меня сквозь волосы и также быстро пряталась за ними. Я улавливал от неё запах ванили и шоколада, приятно втягивая долетавший до меня шлейф.

Дядя зашёл в гостиную и жестом позвал нас на кухню. Пару часов мы вчетвером сидели за столом и приятно проводили время. Я подметил, как Сергей заметно посвежел и широко улыбался. Видимо, груз тайны, которую он нёс на себе все десять лет, наконец-то спал. От этой мысли я незаметно улыбнулся и бодро отхлебнул чая. Я был рад, что хотя бы один человек смог отпустить свою боль и радоваться жизни.

Когда стрелки часов перевалили за восемь вечера, я попрощался с дядей и его семьёй. На прощание, пока никто не видел, Таня протянула мне браслет, где бисером было собрано моё имя.

– «Спасибо за мармелад». – сказала она и убежала обратно в комнату. Я растеряно улыбнулся и вышел из квартиры.

Поднявшись к себе, я оглядел окружающий меня беспорядок. Тяжело вздохнув, я принялся придвигать всю мебель на свои места. Меня искренне удивляло, как такое малое количество вещей может быть таким тяжёлым.

– Надо было давно этот шкаф выбросить… – недовольно бубнил я, не покладая рук. – Зачем я вообще храню весь этот хлам? Кирилл, ты безнадёжен…

Не заметив, как на улице стемнело, я устало рухнул на компьютерный стул. На столе лежала часть маленьких амулетов, про которые я забыл.

Я тяжело сглотнул, руки стало неприятно покалывать. Я медленно перевёл взгляд на часы – десять вечера. Я испугано захлопал глазами, не понимая, как я мог не заметить, что прошло столько времени.

Словно прочитав мои мысли, штора сзади меня поднялась от порыва ветра. Я медленно встал и повернулся в сторону окна, не глядя нащупывая амулеты на столе. Лампочка, до этого стабильно работающая, начала медленно подмигивать. Мой пульс в мгновенье участился, руки покрылись холодным потом. Я услышал, как на кухне попадали цветочные горшки, и с каким грохотом они разбивались об пол. Я быстро собрал все амулеты и часто задышал.

– «Клей… Блять…» – молнией проносилось в голове, пока я, не поворачиваясь, шарил рукой по столу.

Нащупав липкий тюбик, я прижал руки к груди и стал мысленно благодарить бабушку, которая научила меня складывать всё в одно место. Сердце норовило выпрыгнуть, виски пульсировали. Слух начал улавливать слабый, уже до боли знакомый треск. В этот раз существо не церемонилось – я сам открыл ему двери. Собрав всю волю в кулак, я нашёл в себе силы сделать шаг в сторону окна. Сложив амулеты в одну руку, я резко вытянул вторую к окну и громко захлопнул его. В этот же момент в стекло бешено забарабанили. Чуть не упав от неожиданности, я принялся судорожно выдавливать клей, обильно обмазывая им вещицы в моей руке. Когда я приклеил три из пяти, стуки в окно прекратились. Приподнявшись, я медленно посмотрел в него.

Чёрная, как ночь, вытянутая пасть с диким оскалом уставилась на меня. В моей голове не возникло ни одного эпитета, которым можно было описать эту тварь. Сияющие глаза, острые длинные зубы, руки… Если эти обрубки можно так назвать, заканчивались длинными острыми когтями, царапающими стекло. Оно было одето в разодранное серое пальто, в котором я сразу узнал любимую вещицу дворника. Гнилая плоть сползала с пасти, когда нечто выдавило из себя подобие улыбки.

Последнее, что я увидел – это глаза, сверкнувшие неестественным жёлтым светом. Невероятной силы удар пришёлся на окно, которое в мгновенье разлетелось на маленькие осколки. Я успел закрыть глаза, накрыв лицо руками, и отлетел к столу, приложившись об него виском. В голове забегали звёзды, я почувствовал вкус крови на губах. Медленно убрав окровавленные руки с лица, я открыл глаза. Чёрная вытянутая тварь высунула руку в разбитое окно, с грохотом ставя её на подоконник. Картинка перед глазами плыла, свет замигал ещё быстрее. В полубреду я увидел рядом с собой два оставшихся амулета и разлитую упаковку клея. Не ощущая пальцев, я потянулся к оберегам, пока чудовище просовывало своё туловище в окно и сметало собой осколки. Дрожащими руками я обмазал амулеты об пол, куда вылился оставшийся клей, и пополз к окну, с которого на меня скалилась тварь. Пасть защёлкала с такой громкостью, что уши заложило.

Я понимал, что умру в любом случае. В кровь брызнул адреналин. С диким рёвом я оттолкнулся от пола и полетел к подоконнику, выставив перед собой руки с амулетами. Я больно прищурил глаза и опёрся руками о стену под окном. Плечо пронзила острая боль, но я не отходил и сильнее вжался в стену. Щелчки переросли в высокий писк, заполонивший комнату. Я почувствовал, как теряю сознание от звука и больно прикусил разбитую губу. Мне казалось, это мгновение растянулось на целую вечность, но я всеми силами, которые у меня остались, заставил себя оставаться в сознании. Падать было рано.

В квартире наступила тишина. Я медленно открыл глаза, потряхиваясь. Свет перестал мигать, рядом со мной никого не было. Я с усилием одёрнул руки от стены. Они плотно приклеились вместе с оберегами. Понемногу ко мне начала возвращаться боль. Я со стоном опустился на пол.

– Хороший знак… – я усмехнулся. – Значит, живой…

Голова раскалывалась. В рот безостановочно стекала кровь с виска и разбитой губы. На предплечьях не было живого места, все мои руки окрасило красным. Я с болью повернулся на своё плечо. На футболке виднелся большой укус, из которого лилась алая жидкость. Я устало рухнул на осколки. Сознание понемногу покидало меня.

– Надо… Надо в скорую позвонить… – пробормотал я, смотря в потолок. – Или в МЧС… Или кому-то… Кому-то…

Через секунду я забыл, о чём говорил и прикрыл глаза. Потеряв счёт времени, я неподвижно лежал на полу посредине комнаты.

Я слабо приоткрыл веки от звонка телефона, который настойчиво вибрировал в моём кармане. Я попытался открыть рот, но засохшая на губах кровь треснула жгучей болью. Я слабо шевельнул сначала одним пальцем, потом вторым. Правая рука полностью онемела и не реагировала на мои команды. К горлу подступила тошнота. Я медленно повернулся. В голове зазвенело, в глазах плыло. Усилием воли я сконцентрировал взгляд на часах, которые показывали час ночи.

– «Долго я лежу…» – буднично подумал я, снова закрывая глаза.

У меня не было сил отвечать или вставать, только дышать – ровно и размеренно. Из подъезда донеслась какая-то возня, ручка двери задёргалась. Я снова открыл глаза и прислушался.

– «Сколько можно…» – эта мысль немного взбодрила, я снова шевельнул левой рукой. У меня не осталось сил давать отпор, но я не собирался готовиться к смерти, я не хотел умирать.

– Не зайдёшь, паскуда… – я выдавил из себя хриплый смешок. – Ломись сколько хочешь… Мама постаралась…

Я тяжело вздохнул и поднял глаза в сторону коридора. Через какое-то время замок странно щёлкнул, и дверь распахнулась.

– Ты… Ты как это сделал?.. – донёсся голос из подъезда.

– Много знать будешь – состаришься. – ответил второй голос.

Выдохнув от облегчения, я снова прикрыл глаза. Шаги вибрацией распространялись по полу. Первый зашёл Данил. Он на секунду замер, но быстро отшатнулся обратно в коридор, врезавшись в грудь Артёма. Друг часто задышал. Артём силой отшвырнул его от себя и в два шага оказался в комнате. Онемев от ужаса, он сверху вниз смотрел на моё тело, немного отходя назад. В его глазах горела чистая ярость, уголок рта стал подёргиваться. Я разлепил глаза и увидел своего лучшего друга, прижавшегося к столу.

– Н-нет… Нет-нет-нет…

Выйдя из оцепенения, он пулей подлетел ко мне и упал коленями на осколки, заключая моё туловище в объятья. Я недовольно замычал, когда он сильно прижал мою раненную руку.

– Больно же… – я тихо захрипел. – Что ты делаешь?

Я поднял голову и увидел лицо Артёма, заливающееся слезами. Он крепко сжал челюсти и заскрипел зубами, на его лице выступили глубокие морщины. Казалось, он достиг катарсиса.

Ко мне понемногу начало возвращаться чувство реальности, а тело заболело ещё сильнее.

– Н-надо скорую вызвать. – пришедший в себя Данил, вернулся в комнату.

– Да не… – я с усилием глянул через плечо Артёма. – Нормально всё… В себя пришёл.

– Заткнись… – мой друг сказал это сквозь зубы. – Завались, нахуй! Идиот, блять! Дебил, сука!

Артём начал громко сыпать ругательствами, крепко сжимая меня в руках. Данил стоял у порога и ошарашенно смотрел на развернувшуюся картину, не говоря ни слова.

– Какого хуя ты здесь делал, блять?! – Артём кричал всё громче. – Дебил ебаный, я же сказал, чтобы ты вернулся вечером! Сука!!! Почему ты такой тупой, блять?!

Крики Артёма вернули меня в реальность ещё больше. Я пошевелил кистью левой руки, покрутил стопы, согнул ноги в коленях. Всё тело отвечало на мои команды, кроме прокусанной руки. Я попытался сесть, но друг обхватил меня под руки и приподнял, стряхивая осколки с моей одежды. На его ладонях выступила кровь. Он осторожно посадил меня на кровать и стащил с себя кофту, приложив её к ране на плече. Данил, незаметно ушедший из комнаты, вернулся с моей аптечкой и протянул её Артёму. Друг дрожащими руками достал перекись и салфетки. Намочив их, он стал вытирать мои окровавленные руки, попутно вытаскивая стекло. Всё оказалось лучше, чем я думал – ран было не слишком много, а совсем маленькие осколки не впились в кожу. Руки неприятно пощипывало, но я игнорировал это и сидел молча, глядя на Данила, собирающего остатки стекла на полу. Голова снова неприятно заболела, я прищурился. Артём заметил это и повернул мою голову в сторону, оценивая рану на виске.

– Пиздец… – зло констатировал он. – Сука, ёб твою мать, блять!

Друг вытер моё лицо от крови и снял пропитавшуюся ею футболку с меня. Поднял левую руку, покрутил ею и положил обратно. Переведя взгляд на правую, он снова громко выругался. Быстро порывшись в шкафу, он вытащил чистую одежду и неаккуратно одел меня, пока я недовольно мычал от боли.

– Поехали. – он глянул на Данила и вытер полотенцем окровавленные руки.

– Куда поехали? – наконец-то подал я голос.

– Тусить, блять! – Артём злобно глянул на меня красными глазами. – Куда же ещё, сука, мы можем сейчас поехать?

Я привычно закатил глаза и нервно хихикнул. Ситуация казалась настолько абсурдной, что я стал безостановочно смеяться, пока мой друг сверлил меня леденящим душу взглядом.

Данил собрал вещи в портфель, а Артём потащил меня к выходу.

– Я сам дойду. – я недовольно буркнул, пытаясь надеть кроссовки.

– Да заткнись ты уже, сука! – лучший друг, не поднимая глаз, опустился вниз и завязал мою обувь. – Просто, блять, Кирилл, замолчи, нахуй!

Друзья с двух сторон взяли меня под руки и понесли вниз во двор. Из-за большой разницы в росте с Данилом, почти весь мой вес протащил на себе Артём. У подъезда нас встретила чёрная девятка.

– Может, лучше дома останемся? – я жалобно скривился. – Мне уже нормально.

Артём, казалось, сейчас взорвётся от злости. Данил же просто покачал головой. Друзья усадили меня на заднее сидение. Артём завёл машину, и мы тронулись. Автомобиль подскакивал на неровностях, от чего меня начало тошнить пуще прежнего. Я опёрся головой о стекло и посмотрел в пол, пытаясь сконцентрироваться. Моё внимание привлёк кружевной кусок ткани, валяющийся под моими ногами. Сложив два плюс два, я громко хохотнул.

В зеркало заднего вида хмуро глянул Артём.

– «Обломал ему всю малину, вот же…» – от этой мысли я рассмеялся ещё сильнее.

– Ты что, блять, там башкой тронулся? – он сверлил меня взглядом через зеркало.

После этого я окончательно ударился в весёлый хохот. Данил непонимающе повернулся ко мне, пока я накрыл глаза рукой и громко смеялся.

Под мои смешки и ругательства друга, мы подъехали к травмпункту. Заглушив машину, Артём вышел на улицу и быстро закурил, открывая мне дверь. Опёршись на его руку, я вышел и вдохнул прохладный ночной воздух. Посмотрел на сигарету друга, тот раздражённо вздохнул и протянул мне пачку. Я наконец-то закурил и по телу пробежало приятное расслабление. Постояв немного у машины, мы зашли в больницу.


***


Ночь пролетела незаметно. Врачи диагностировали мне сотрясение, повреждение мягких тканей и серьёзную потерю крови. К счастью, тварь не успела сильно укусить меня и ничего сшивать не пришлось. Мне наложили повязки, поставили несколько капельниц и отпустили домой, настойчиво рекомендуя через неделю прийти на осмотр.

Пока я находился в больнице, Артём увёз сонного Данила домой и вернулся ко мне. Я вяло вышел из дверей травмпункта. Рядом на капоте девятки сидел мой друг, опёршись локтем о колено. Завидев меня, он поднял голову и выпрямился.

– Таблетки выписали. – я достал из кармана помятый рецепт. – Сказали через неделю прийти, плечо проверят. А пока что без лишних нагрузок, постельный режим, все дела…

Я поднял взгляд на молчавшего друга. Я заметил на его лице тень вины, тёмные глаза стали ещё краснее. Он отвернулся от меня и закурил, смотря на соседние машины. Я немного постоял и сел на капот рядом. Артём молча сверлил взглядом парковку и напряженно затягивался. Не придумав ничего лучше, я спросил первое, что пришло мне в голову:

– Ну что, как прошло твоё… Дело?

– Что? – он вяло повернулся в мою сторону.

– Ну… – я заговорщически улыбнулся. – Дело.

– Какое, нахуй, дело? – друг вопросительно выгнул бровь.

– Про которое ты с утра говорил. – я невинно захлопал глазами. – Ещё и на заднее после этого меня посадил… Ты его хоть помыл?

Несколько секунд Артём непонимающе смотрел на меня, а потом громко хохотнул и отвёл взгляд.

– Ну, вот и трусы нашлись.

Я тихо рассмеялся и достал сигареты.

– Как была ебанутой, так и осталась. – равнодушно констатировал мой друг. – В пизду.

Обстановка немного разрядилась, и я собрался рассказать, что произошло. Только начав говорить, я снова заметил, как помрачнел Артём. Я вновь замолчал и уставился на него.

– Тём… – я смущённо скривил губы. – Ты же понимаешь, что во всём этом нет твоей вины?

Он ничего мне не ответил и продолжил смотреть в одну точку, погружённый в свои мысли. Я устало вздохнул и скрестил руки на груди, поддерживая не слушающуюся правую. Я не мог представить, что сейчас происходит у него внутри. Чувство стыда за свои действия маячило на подкорке.

– Знаешь… – Артём серьёзно впился глазами в соседнюю машину, не моргая. – Я тебя когда увидел, вспомнил одну вещь. Она напомнила, какое я уёбище.

Я сразу понял, что он имеет ввиду.

– Ты не уёбище. – искренне ответил я. – И ни в чём не виноват. Ты же не можешь всю жизнь не отходить от меня, тем более…

– Всю жизнь отходить не могу. – он твёрдо перебил меня. – Но не уходить развлекаться, когда ты идёшь в квартиру, где живёт ебучий монстр, который перебил дохуя человек – вполне.

Его голос немного дрогнул, и он не дал мне ответить.

– Не оставлять друга в беде, – Артём понемногу начал переходить на крик. – не делать хуйни, не лезть в ебучие заброшки… Сука! Как же я себя, блять, ненавижу! Почему я такой тупой?

Он накрыл голову руками и опёрся на колени. Я крепко приобнял его за плечи и уставился в одну точку.

– Думай, что хочешь, конечно… – осторожно начал я. – Но если бы не ты, я бы, наверное, истёк кровью и сдох… Артём, мне всё равно на то, что произошло в твоём прошлом. Ты для меня самый лучший друг и, совершенно точно, не уёбище.

Щёки запылали, когда я закончил фразу. Нас никто никогда не учил проявлять свои эмоции и не стесняться этого. Когда я плакал, отец укоризненно называл меня девчонкой, а одноклассники смеялись. Только Артём всегда заступался за меня, избивая обидчиков и вытирая своим платком мои щёки, но сам он всегда держал всё себе. Даже когда он больно ударялся или был страшно расстроен, друг лишь выжимал из себя глупую ухмылку и прикусывал губы. То, что он и делал сейчас.

– Если бы ты знал, о чём говоришь… – он поднял голову, горько улыбаясь мне. – Ты бы был другого мнения.

– Не был бы. Уж поверь.

Мы молча смотрели друг на друга некоторое время. Лицо Артёма немного расслабилось, и я прекратил сжимать его плечи.

– Кирилл, не делай больше таких глупостей. – Артём выпрямился и устало закрыл глаза. – Ещё раз подобной хуйни я не вынесу.

– Уж постараюсь. – я вяло улыбнулся. – К слову, я спросить хотел… Как вы открыли дверь?

Друг хитро улыбнулся и посмотрел на меня полуприщуром.

– Не знаю… Может, ты её запереть забыл просто?

Мы сели в машину и поехали в сторону дома, попутно зайдя в аптеку за лекарствами. В квартире мы оказались только в половине седьмого утра. Как раз тогда, когда мама Артёма отвела дочку в садик и ушла на работу. Я направился в ванную, пытаясь аккуратно смыть остатки крови с тела. Из зеркала на меня смотрела сонная бледная физиономия с перемотанным лбом и разбитой губой. Лицо было уставшим, но, на удивление, чересчур живым. Я удивлял себя всё больше.

Через некоторое время я вышел из ванной и направился в комнату друга, но тот преградил мне путь и усадил за кухонный стол.

– Ты издеваешься что ли? – я жалобно смотрел ему в спину, пока он накладывал мне еду.

– Тебе же сказали, чтобы всё без напрягов было. – Артём поставил передо мной тарелку. – Так что не выёбывайся, полезно будет.

Я нехотя взял ложку и начал медленно есть. Аппетита не было никакого.

– Тем более столько крови потерял. – сказав это, на лице Артёма промелькнула тоска, но он быстро спрятал эту эмоцию. – Тебе глюкоза нужна. Доедай давай.

С усилием я отправил последнюю ложку каши в рот и быстро проглотил её. Через минуту вскипел чайник, и друг заварил вкусно пахнущие травы.

– Маман это пьёт, когда нервничает. – друг поставил две кружки на стол и шумно сел. – И когда болеет тоже.

Я отхлебнул напиток и удовлетворённо улыбнулся. Мелисса, смородина и мята – мама часто заваривала эти травы зимой, когда я был маленьким.

– Ну так что, говоришь, произошло? – Артём спросил это, не поднимая глаз со стола.

Я начал свой рассказ. Друг за всё время так и не посмотрел на меня, сверля ледяным взглядом напиток в руках.

– Даня спросил у бабки про эту хуйню. – Артём хмуро перемешивал содержимое чашки. – Он мне и начал названивать, когда ты долго ему не отвечал.

– И что это такое? – я заинтересовано смотрел на друга.

– Да я как-то не спрашивал, знаешь. – он медленно поднял на меня ядовитый взгляд. – Как-то не до этого было. Проверь диалоги и сам посмотри.

Я потянулся за телефоном. Прочитав все сообщения, я отложил мобильник в сторону.

– Нихера непонятно, но очень интересно. – я нахмурился. – Написал, что это не ловец снов, а одэл… Одолень-трава ручной работы, ещё и со вшитыми растениями. Типа, какой-то древний сильный оберег… Крутая штука.

– Ну, видимо, эта приблуда тварь в дом и не пускает. – Артём буднично поднял глаза вверх. – Мама твоя постаралась?

– Скорее всего. – я задумчиво прикусил больную губу и посмотрел в пустую кружку. – Что-что, а в травах она разбиралась очень хорошо. Никогда бы не подумал, что причина её знаний в этом…

Немного посидев, мы направились в комнату. Я приготовился лечь на раскладушку, но друг меня остановил.

– Иди на кровать.

Я вопросительно выгнул бровь, а Артём устало закатил глаза.

– Давай иди. – он подтолкнул меня к кровати. – Свалишься ещё с раскладушки, болезненный. Потом опять тебя к врачам везти.

У меня не было сил спорить. Я разделся и устало упал на кровать, закутавшись в одеяло. Выпитые таблетки избавили меня от головной боли, и я приятно вытянулся, пока Артём снимал одежду и готовил себе спальное место. Веки быстро потяжелели, и я провалился в сон.

Спал я крепко. Проснувшись, мне показалось, что весь ночной ужас мне просто приснился, но перемотанные руки и боль в плече вернули к реальности. Я вяло потянулся к телефону, усыпанному уведомлениями. Часы показывали полпятого вечера.

– Заебись режим восстановил… – еле слышно пробурчал я себе под нос. – Просто замечательно…

Ответив на все сообщения, я лениво потянулся и сел на кровати. Моего друга в комнате не было, лишь компьютер шумно гудел. Я неспешно встал на ноги и подошёл к подоконнику, на котором лежала полупустая пачка сигарет. Закурив, я привычно уставился в окно, пока солнце назойливо светило мне в глаза. Окончательно проснувшись, я начал улавливать шум из гостиной. Затушив бычок, я вышел на кухню и поставил чайник, прислушиваясь к приглушённому голосу за стеной.

– …Зачем нам снова это обсуждать? – сказал раздражённый голос. – По-моему, мы и так вчера достаточно обсудили.

Моё лицо скривилось, когда я узнал в этом голосе Артёма, разговаривающего по телефону. Я достал растворимый кофе и молоко, помня рекомендацию врача не налегать на кофеин. Чайник быстро вскипел, и я заварил себе напиток. Недовольно поморщась от вкуса, я сел за стол и стал неспешно потягивать содержимое кружки. Когда я почти допил, в кухню влетел злой Артём. Заметив меня, его взгляд немного смягчился.