# Хозяйка магической лавки – 5

Александра Черчень

В моей жизни много, ОЧЕНЬ много проблем.

Только-только я освоилась(нет) в роли главы рода Харвисов, переубедила мэра на мне жениться(тоже нет), как судьба подкинула новых проблем.

Князем нечисти, тем кого мы так долго искали, оказался тот, на которого я вообще не могла подумать!

Теперь мне нужно выбраться из плена, а также освободить свои магические гримуары. Но наравне с такими серьезными делами как спасение мира, остаются мелкие, бытовые обязанности. Подпитать артефакты родового поместья, решить вопросы с лавкой, а также все же совершить чудо избавившись от слишком навязчивого жениха!

## Глава 1

Некоторые книжки о романтических приключениях юных девиц начинаются с того, что их крадет сошедший с ума от любви мужчина.

В идеале – крадет из под венца!

И несомненно замуж выходить должна дева, а возлюбленной спасти ее от неравного брака. Хотя она, конечно же, сопротивлялась бы, потому что дала слово и обязана его сдержать.

Но даже в самом страшном сне я не могла представить, что это случится со мной!

И главное в целом-то ситуация соответствовала беллетристической ерунде. Вот только венец был не мой. А Рея. И он даже успел под ним и клятвы принести и невесту поцеловать. Точнее уже молодую жену.

Что ему не помешало спереть МЕНЯ с бала в честь собственной свадьбы.

Когда искры портала улеглись, то мы попали в темное помещение, в котором смутно угадывались контуры мебели. Я немедленно попыталась брыкнуться и освободиться из хватки магистра, но не преуспела. Он весело хмыкнул, перехватил меня поудобнее и сказал:

– Сладкая моя, боюсь, твое сопротивление в мои планы не входит.

– Горький не мой, боюсь, что в данном случае тебя не особо спрашивают, – злобно отозвалась я, пытаясь пнуть Рея… да хоть куда-нибудь!

– Адель, как же ты любишь все неправильно понимать, – он резко повернул меня к себе, и сжав руками в объятиях-тисках, усмехнулся. – Это тебя не спрашивают. А пока – отдохни. Силы понадобятся, ночь любви у нас будет до-о-олгой.

И вновь сжал мою шею, от чего по коже распространилось сначала онемение, а после в глазах начало неукротимо темнеть, а мир расплывался и дрожал в радужном мареве.

– Вот так-то лучше.

* * *

Когда я открыла глаза, то незнакомую комнату заливал солнечный свет. Птицы пели, а ветерок колыхал тюль у распахнутого окна, за которым раскинулся зеленый сад.

Мне аж глаза протереть захотелось.

Ясность ума вернулась мгновенно, словно я и не спала. Вернее, словно меня и не вырубали!

Резко села на постели и огляделась.

Просторная комната-мечта какой-нибудь романтически настроенной девицы. Бежевые обои с зелеными цветами, небольшая кровать с полупрозрачным балдахином, туалетный столик уставленный разнообразными баночками, а за приоткрытой дверью виднеется гардеробная комната. В которой, разумеется, платья-платья-платья.

Первое что я подумала – я снова во сне.

Рей опять начаровал безопасное для себя пространство которое целиком ему подчиняется. Но подогнал это самое пространство под идеализированные представления прекрасного пола.

Но вообще место действительно было уютное. Умиротворяющее даже.

Единственное, что омрачало – я не могла призвать магию. Сила не молчала, я все еще ощущала ее, но словно за стеклянной стеной. Попыталась призвать огонь, но на ладони появилась лишь искорка, которая мгновенно пропала.

Так, Адель, вдох и выдох. Никакой паники.

Давай лучше посмотрим, что это у нас за новое украшение на запястье. Тонкий золотой браслет, от которого идет цепочка и скрывается под манжетом. Я проследила за ее путем… коснулась шеи.

Нет-нет, нет, не может быть!

Вскочила с кровати, и практически моментально споткнулась о ковер со слишком высоким и мягким ворсом. Выругалась.

И услышала невыносимо родной, слегка ворчливый голос:

– Вот, я знала, что моя школа не пройдет таки даром и ты научишься чему-то жизненно полезному. Я, конечно, думала, что это будет умение выбирать мужиков, но тихо порадуюсь хотя бы ругательству.

– Сара! – радостно выдохнула я, поворачиваясь на голос и подлетая к комоду…. очень странному комоду!

Верхняя полка у него была стеклянной. Притом судя по то и дело вспыхивающим золотистым рунам – не простой, а зачарованной. А там, под стеклом лежал мой родименький гримуар. Целый и вроде бы невредимый!

А рядом с ней – уже знакомая ведьмина книга. Матильда. И по-прежнему без сознания.

Заметив мой взгляд на ее подругу по заключению, Сарочка пояснила:

– Мотя и так была потрепана жизнью и маньяком, а тут еще и от источника силы унесли. Так что возвращение в здравый ум ей пока не грозит.

– Надеюсь, она сможет восстановиться, – растерянно произнесла я, разглядывая магические гримуары на предмет целостности. В особенности свой. – Сарочка, ты в порядке?

– Да в порядке, только выбраться бы отсюда. Чувствую себя мухой в янтаре, – вздохнула она. – Не могу шевельнуть закладкой! Надеюсь, ироды, которые меня тащили, не помяли мои страницы!

Книжуля вдруг замолчала, а потом задала внезапный вопрос:

– Так что, мэр наш злодей? И как ты тут оказалась?

Из горла вырвался непроизвольный смешок.

– Если бы, Сарочка. Меня выкрал Рей.

У магической книги глаза округлились. И если бы она могла двигаться, то точно бы сейчас громко и возмущенно шуршала и двигала бы закладкой из стороны в сторону.

Я коротко рассказала гримуару обо всем – о том, как мы дали отпор нападавшим тварям из Тиоса, как мы все места не находили сутки, а потом свадьба… Где я узнала, что Одар вовсе не одержимый, и обрисовала собственное похищение женихом. Нюанс – чужим женихом! И теперь даже интересно – что происходит в столице? Рей вернулся или сейчас ходят слухи, что мы исчезли вместе?

– Слушай, даже я была лучшего мнение о Рее. Даже не знаю как его назвать! – ярилась Сарочка. – Но даже не знаю есть ли обзывательство, похуже поца?..

Я поспешно вклинилась в эмоциональный поток гримуара:

– Если и есть, то пожалуй я не хочу за его счет расширять свой словарный запас!

– Ну и зря, – авторитетно заявила Книжуля и пафосно добавила: – Никогда не знаешь какого глотка знаний тебе не хватит для того, чтобы окончательно наполнить чашу мудрости.

– Вряд ли этот глоток будет ругательным, – сообщила я Книжуле.

– Ой все::I, – не нашла больше аргументов она, зато новую тему подняла: – Помнишь, мы о мэре всякое говорили? Ну подумаешь, имя странное и фамилия такая себе. Но в остальном не мужик, а золото! Подарки дарил, на свидания водил и даже ремонт сделал! А тебе все Рея подавай – такого всего недоступного и заносчивого аристократишку. И вот!..

Я лишь горько усмехнулась.

– Сарочка, все это хорошо обсуждать, но давай выбираться. Потом поболтаем.

– А магия тебе на шо, женщина? Я, как видишь, тебе сейчас совсем не помощник.

Я показала ей браслет и… пусть будет колье, которые были связаны тонкой цепочкой.

– Я чувствую свой дар, но использовать магию не могу, – вздохнула я и вновь попыталась призвать огонь. Но на этот раз на пальцах даже искры не появилось.

– Интересные цацки, – сощурившись, протянула Книжуля. – Браслет похож на один древний артефакт. Только вот ошейника там не было. И я бы тебе даже его показала, если бы могла шевельнуть хотя бы страничкой.

– А свойства этого артефакта помнишь? – спросила я, наклоняясь к этой странной тумбе и внимательно оглядывая ее. – Может, как-то можно снять…

Стеклянная конструкция была будто бы цельной с постаментом из цельного дерева. Никакого рычага или намека на то, что как-то можно приподнять стекло и вытащить гримуары.

– Этот артефакт родом из Тиоса. А потому подробной информации у меня нет, милая, – отозвалась магическая книга.

Ее ответ не порадовал, к тому же какая-то странная догадка промелькнула в голове, но не получилось поймать эту мысль за хвост. Я выпрямилась и хмуро оглядела комнату. На глаза попался интересный золотистый подсвечник с тремя толстыми свечами.

– Интересно, если я стукну чем-нибудь по стеклу, оно разобьется? – прикусила губу. – Просто не представляю, как бежать, если тебя не вытащить из этой штуковины. Сомневаюсь, что я смогу ее хотя бы приподнять.

– Можешь даже не надеяться на побег, Адель, – вдруг раздался за спиной голос магистра Рэйвенса. – Не получится. Вообще. Я все предусмотрел.

Я тут же развернулась и посмотрела на мужчину, который смотрел на меня снисходительно, с усмешкой на губах. Он был одет в черные кожаные штаны с многочисленными ремешками на штанинах и в черную рубашку с закатанными рукавами, на ногах блестели начищенные черные сапоги до колен. Черные волосы собраны в хвост.

Его сегодняшний образ отличался от того, как он одевался и даже выглядел обычно. Сейчас он… словно бы что-то чужеродное чувствовалось в нем.

Хотя будем честны, в основном пугало то, что магистр утащил меня на другой конец страны и хорошо если только ради того, чтобы наконец-то исполнить свои влажные, как сказала бы Книжуля, мечты. Но врядли он украл в том числе и гримуары, только ради того, чтобы мне в процессе сбывания магистровых мечт было с кем словечком перекинуться, впечатлениями обменяться.

Чувствую, что все не так-то просто.

– Добрый день, магистр, – я нервно облизнула сухие губы.

Попыталась улыбнуться, но вышло паршиво. Но я не расстроилась – если получился оскал, то так даже лучше. Между прочим, он меня похитил!

Но с истерикой, скандалом и киданием тяжелых предметов я решила обождать.

– К чему эти условности, Адель? – помрачнев, спросил Рей и велел: – Называй меня по имени.

– Сегодня по имени, а завтра скажет называть его «господином», – тихо проворчала Сарочка. – Знаем мы таких, не ведись, Адель!

– Почему вы уверены, что у меня не получится сбежать? – не став никак реагировать на комментарии Сары, спросила я.

Рей снова усмехнулся – и эта была крайне самоуверенная улыбочка и пояснил:

– Во-первых, артефакты на тебе и удерживающая сфера на твоем гримуаре. Но даже если вы проявите чудеса изворотливости, что опять же маловероятно, и избавитесь от них, а также сумеете выбраться из дома, то окажетесь в долине Хар.

Я потрясенно на него посмотрела. Долина Хар на противоположном конце королевства! И теперь понятно, почему за окном царит благодатное лето. Здесь другой климатический пояс – пока в той же столице зима, то здесь, в окружении гор, вовсю цветет зелень.

А еще, из неприятных фактов: долина со всех сторон закрыта горами и оттого здесь несколько нестабильный магический фон.

А потому единственный способ сюда быстро добраться(и выбраться) – портал. Причем один на эту местность и располагается он в ратуше самого крупного города долины – Эльвиона. Есть еще другой вариант – полный препятствий горный перевал.

– Надеюсь, в девичьем пансионе ты не прогуливала географию? Потому мне не придется тратить время и рассказывать, что территория долины Хар весьма изолированная? – продолжал говорить Рей. – И вот незадача – здесь кругом мои сторонники. Ты не сможешь и шагу к порталу сделать, как тебя поймают и вернут мне, предварительно украсив ленточкой.

Я досадливо поморщилась и попросила:

– Пожалуй, ленточки не надо. Мне хватает и этих… украшений, – я подергала «колье» на шее.

– Тебе идет, Адель, – с хрипотцой в голосе произнес лорд Рейвенс, сделав шаг в мою сторону.

Я машинально попятилась и уперлась бедром в тумбочку, в которой была заперта Сара с Матильдой.

– У меня вопрос, – возвестила Книженция. – Артефакт же только браслет. Так какого… лешего на ней еще и ошейник?! Я бы еще поняла – золотой там, с брульянтами, но ведь у нее там сплав какой-то покрашенный! И не заливай – у меня чуйка на драгоценности.

Мужчина едва не скрипнул зубами, сжал челюсть, но потом вновь посмотрел на меня, и его взгляд стал… каким-то предвкушающим?

– Сделал то, о чем мечтал со времен своего знакомства, – произнес он как-то странно и вновь начал приближаться. – И плохая у вас чуйка, Сара. Этот сплав не имеет аналогов в этом мире, так как родом из Тиоса. А потому по-своему драгоценен.

Комната как-то перестала казаться просторной, а ментальная хватка вокруг шеи усилилась.

– Сделать о чем мечтал?! То есть посадить меня на цепь?! – возмущенно спросила я, сделав еще несколько шагов назад.

Со стороны Сарочки раздался громкий смех:

– Ну вот у меня ведь было предчувствие, что таки он извращенец. Все предпосылки имелись!

Магистр замер. Я тоже, недоуменно поглядывая на магический гримуар.

Справедливости ради, это именно Книжуля все время знакомства рассказывала, какой магистр потрясающий кандидат на мою руку.

– Рейчик, мы же на кладбище познакомились, да? – хохотнула она. – Я, конечно, говорила, что ты поц, но не думала, что все зашло так далеко! Ты к Лиане приходил, осчастливить после смерти, раз та померла девицей? Так припоздал милок, там одни косточки, их возлюбить сложно.

Рейанар зло сощурился, желваки, выступавшие на его скулах красноречиво намекали, что мужчина в ярости. Мой смех застрял в горле, я закашлялась и сделала ещё несколько шагов назад. Как-то мне спокойнее, когда мы находимся на расстоянии.

Рей сделал пас рукой, и стеклянная сфера над Сарой передернулась туманной пеленой. И голоса магического гримуара теперь слышно тоже не было, иначе бы она точно очень громко и выразительно возмутилась. Может, даже не стесняясь в выражениях.

Стало как-то тихо. Угрожающе тихо даже можно сказать – потому что сквозь эту вязкую атмосферу комнаты больше не проникало пение соловьев за окном.

– Адель, иди ко мне, – протянул лукаво мужчина. И пальцем главное поманил.

Да щас. Побежала в объятия с песнями радости и теряя тапки от счастья.

Не-е-ет, сейчас хотелось идти ОТ него. Что я и сделала. Теперь помимо комода между нами стояло еще и небольшое розовое кресло в цветочек.

– Знаете, мне хорошо вас слышно даже на расстоянии, – нервно ответила я, поправляя волосы, которые лезли к лицу. – Можем пообщаться так. Слушаю вас.

Кто-то (и я даже подозреваю кто!), вытащил с моей головы все шпильки, и высокая прическа, созданная легкой рукой модистки, развалилась. Ну хоть платье не снял! И я до сих пор была в нежно-голубом, подаренном мэром… Мне стало горько. А я ведь его подозревала во всяком… Даже похищение Сары повесила на него, а все оказалось куда прозаичнее.

По-хорошему надо бы извиниться за свои подозрения. Но для этого мне нужно отсюда выбраться. Только как?

– Я рад, что у тебя хороший слух, – медленно надвигаясь, произнес Рей. – Но сейчас я не хочу общаться. Если забыла, то напомню – у нас брачная ночь.

– Сейчас не ночь, – я указала на окошко, из которого в комнату проникали солнечные лучи.

– В столице ещё ночь, – невозмутимо ответил он, огибая комод с гримуарами.

Я оглянулась – позади меня ещё одно окно, только закрытое. Отступать было больше некуда.

– Адель, ты и представить не можешь, как долго я ждал этого момента, – начать говорить он с каким-то лихорадочным блеском в потемневших глазах. – Ты – мои сны и мои мечты с тех пор, как я увидел тебя, моя ведьмочка. Не было и мгновения, когда я бы не представлял, как сделаю тебя своей. Я дам тебе все, о чем ты пожелаешь. Это сейчас ты сомневаешься, но все сомнения испарятся, когда ты подаришь мне наследника…

– Стоп. Какого наследника? – перебила его речь. Как-то все ещё более-менее звучало, пускай немного… безумно. – Напоминаю, что мое мнение не изменилось – никаких отношений до свадьбы! А брачная ночь на то и брачная, потому что – после брака!

– Мальчика или девочку, маленьких и милых, похожих на нас с тобой, – терпеливо пояснил Рей с широкой улыбкой на лице. – Свадьба? Поженимся прямо сейчас. По традициям Тиоса.

Я нервно пожевала губы. Я целоваться с Одаром не хотела, да? Когда думала, что внутри него уживаются две сущности… И вот передо мной настоящий одержимый, которому подавай сразу брачную ночь! Да пошел он… в Тиос!

– Я не могу по традициям Тиоса! – воскликнула я, с паникой отойдя в сторону – между нами теперь было каких-то два шага. Лихорадочно перебрала варианты и нашлась: – Я рьяно верю в Единого!

Магистр усмехнулся и вскинув бровь уточнил:

– С каких пор ты стала верующей?

– Всегда такой была, – не моргнув, ответила я и с воодушевлением начала врать: – Просто храню образ Единого глубоко в душе. Истинная вера, она не напоказ, лорд Рейвенс. Это молиться сердцем, быть чистым телом и помыслами. А по моей религии вы будете двоеженцем поганым, ведь на Эве вы все же женились!

Но меня перебили циничным:

– Тогда будем жить в грехе.

В одно мгновение я оказалась прижатой к его сильному телу. Он склонился надо мной с определенными целями, поэтому я тут же задала следующий вопрос:

– А как же Эва?

– Никак, Адель, – он выдохнул мне это почти в губы. – Забудь о ней. Я только твой.

Та влюбленная Адель сейчас чуть бы в обморок не свалилась от счастья. Ведь я, честно говоря, ждала именно этих слов. Но это было так давно, что казалось неправдой. Сейчас же моей реакцией было лишь глухое раздражение. И ведь это не только потому, что Рей оказался одержимым. Просто теперь это все не имело значения.

Я отпустила чувства. Они горели и обжигали меня очень долго… а потом, не найдя больше подпитки, сгорели дотла. И даже оставшийся пепел не был теплым – и он остыл, оставив в душе долгожданную прохладу.

– Магистр! – протестующе замычала, едва губы Рея все же коснулись моих.

Он сжал меня в объятиях, и на секунду у меня закружилась голова. Но не из-за бушующих чувств, а из-за внезапной слабости.

И я поняла, что имела в виду леди Мириам, когда говорила, что алтарь будет тянуть силы, если я не закончу ритуал. Это было в точности так, и появлялось ощущение, будто по кусочкам забирают что-то очень важное и дорого, и на этом месте теперь… пустота.

Я похолодела.

– Рейанар, – я все же сумела привлечь внимание мужчины, который оставлял на моем лице легкие поцелуи. Не то чтобы неприятно, но вообще-то у меня тут проблема важнее его желания… экстренно размножиться.

– М? – протянул он, смотря на меня совершенно пьяными глазами.

– Мне срочно нужно в поместье, иначе я перестану быть магом, – на одном дыхании произнесла я.

Он взгляд посерьезнел. Окинул меня уже собранным взглядом и спросил:

– Когда это произойдет?

Я мысленно подсчитала и ответила:

– Через два дня. Нам бы поторопиться, мне нужно ещё время для ритуала…

И я уже была готова услышать «собирайся», потому что в моей голове Рей до сих пор не был полноценным злодеем. Он ведь в поместье никого не тронул, просто похитил Сару, а Лесли умерла сама – все же возраст и старческие болезни… И меня против воли забрал, но ведь потому что у него до сих пор какие-то чувства, верно?

Но я осознала свою наивность, когда мужчина задумчиво кивнул.

– Отлично. Меня это устраивает. Простой девушкой ты меня больше устраиваешь.

Когда-то в одном сентиментальном романе, где жених героини скомпрометировал героиню у всех на глазах во время свадьбы, я вычитала интересное выражение «розовые очки разбились стеклом внутрь». И как же оно сейчас подходило по ситуации! Я ведь тоже весь мир видела в относительно светлом – думала, что все, как и я, хотят просто жить свою лучшую жизнь. Не думала, что могут строить козни и плести интриги, особенно против меня, ведь я желаю всем лишь добра.

И первый раз я обожглась, когда собственная кузина решила принести меня в жертву ради обретения силы. А второй раз сейчас. Когда я была лучшего мнения о человеке, несмотря ни на что. Ни на унизительное предложение стать любовницей, которые мне красиво преподнесли как «любимая женщина», ни на намек, что я все же не дотягиваю до мэрской дочки и по статусу совершенно не подхожу блистательному герцогу. И лорд Рейанар Рейвенс оказался совсем не честолюбивым, благородным, чутким и добрым мужчиной… Он – одержимый высшей нечистью из Тиоса, который лишь преследует свои цели.

Моя рука сама потянулась к ранее замеченному подсвечнику, но мою кисть перехватил лорд Рейвенс. Сжал, устроил мою ладонь на своей груди и предупреждающе рыкнул:

– Не смей.

– И вы не смейте меня трогать, – прошипела я. – Отпустите!

Его губы раздвинулись в нахальной улыбке, а рука, сжимающая мою талию, сдвинулась… ниже.

– Боюсь тебя разочаровать, но я буду не только тебя трогать, дорогая.

Его пальцы выпустили из захвата мою ладонь и нагло двинулись в сторону корсажа. Расстегнули несколько пуговиц. Умело так и шустро.

Я попыталась оттолкнуть Рея, но он лишь самодовольно усмехнулся.

– Ты ведь не устоишь, Адель. Твое тело предаст тебя. Ты, конечно, можешь посопротивляться, это забавно и даже заводит. Но ты забудешь себя от удовольствия.

Я сначала лишилась дара речи. Потому что правильно говорила Сарочка – мне действительно не хватило глотка знаний в виде ругательства от мудрого гримуара, потому что Рей… Он действительно даже не поц, он хуже!

И зря он выпустил мою ладонь, ведущую, между прочим, правую, потому что она у меня была крепкая. И пощечина получилось очень звонкой.

– У меня очень умное тело, магистр, – зло сказала я, глядя прямо в меняющие цвет с зеленого на холодный стальной. – Оно предаст только там, где надо, и только с хорошим человеком.

## Глава 2

Воздух в комнате, словно стал вязким воздух от напряжения. Чиркни спичкой – и вспыхнет пламя. Стояла звенящая тишина, которую нарушало лишь мое прерывистое дыхание, а в ушах грохотал зашкаливающий пульс.

Сердце так громко билось об стенку из ребер, что мне казалось – это слышит и Рей… Или не Рей?

Только опустив свою ладонь, кожа на которой горела, в осознала, ЧТО я сделала.

Я ударила одержимого…

Не прилетит ли мне ответочка? Вдруг в Тиоса женщин бить не только можно, но еще и нужно?

В общем зря я руки распустила.

Я со смесью страха и любопытства смотрела на замершего мужчину. А он, сощурив глаза и раздувая ноздри, на меня.

Наконец, мужчина отмер. Потер пальцами щеку, на которой остался едва заметный след от моей ладони.

– Сообразительное тело, это, конечно, очень мило. Но если хочешь знать мое мнение – соображает оно медленно.

Я тоже об этом задумалась – отстаивать свою честь надо было сразу! Прямо с порога кинуть в него чем-нибудь тяжелым.

– Жаль, что беседа не заладилась, но сейчас я не имею возможности приводить в чувство истеричную девицу. Встретимся вечером, Адель. Надеюсь, ты будешь болееблагоразумной.

Сказав это, он отстранился и быстрым шагом покинул комнату. Я отчетливо услышала, как ключ повернулся в замке, запирая меня.

Прелестно!

То есть это вот распахнутое окно в сад – это просто иллюзия свободы. А на самом деле я пленница или… ещё что хуже.

Сжала зубы и начала глубоко дышать, чтобы привести мысли в порядок и немного успокоиться. И подумать как выкрутиться из ситуации. Знать бы еще немного подробностей о природе одержимости! Может это удалось бы использовать? Ну, если в меня влюблен настоящий Рей, а всякие мерзости делает князь.

Да, меня оскорбили и обидели, но это же был возможно не магистр Рейвенс, а сущность внутри него. И вообще, они внутри тела вдвоем живут или как? Или паразит потом вытравляет из тела прошлого истинного владельца, и от лорда Рейвенса осталась лишь оболочка?.. Надо бы уточнить это вопрос. Вот так вот влюбляйся в наше время. Первая любовь и сразу… одержимый этот.

– Кажись, это чисто женское – влюбляться первый раз в ублюдка, когда кругом столько хороших парней, – раздался приглушенный стеклянной сферой голос Книжули. Она тяжело вздохнула. – У меня ведь было точно так же! Бегал за мной приличный мальчик, цветы тащил, готов был принять с тремя детьми. А мне подавай страсти и страдания.

– Сарочка, что делать? – я подошла к ней поближе и встала у тумбы, облокотившись на нее.

– Шо, не хотишь брачную ночь? – ехидно вопросила она.

Я закатила глаза.

– Сара…

– Хорошо придумал, подлец! Женился на одной, а ночь он хочет с другой! Ирод, – с возмущенным тоном меня поддержала магический гримуар. – Обломится!

– Если мы не сбежим, то ему не обломится, – грустно отозвалась я.

Шагнула к креслу и буквально упала на него. Устало посмотрела на потолок с милой лепниной в виде гипсовых цветов по краю.

– Ты знаешь, сейчас поняла, что раньше я видела людей куда лучшими, чем они были на самом деле, – начала я, задумчиво считая лепестки на искусно слепленных бутонах. – У меня о всех было только лишь хорошее впечатление…

– Хочу справедливо отметить – не о всех! – перебила мои размышления Книженция и хитро протянула: – Давай-ка припомним, кого ты сразу начала во всем подозревать?

Губы сами по себе растянулись в улыбке, но отчего-то на языке ощущалась горечь.

Одара Ибисидского я почти сразу причислила к графе едва ли не врагов. Наверное, отчасти потому, что его названная дочурка успела насолить мне. Ведь такую девицу – избалованную и спесивую, разве мог воспитать хороший человек? И я изначально, с самой первой встречи искала в нем подвох, не замечая, как прямо под носом ходит одержимый.

Дар был единственным, которого я отнесла к графе «плохой человек», а он открылся с самых лучших сторон. А все мои «хорошие люди» плавно переместились в стобик с «вражинами».

Наверное, надо уже перестать делить мир на плохо и хорошо, ведь эти границы давно размыты.

– Вижу, вспомнила, – с улыбкой сказала магическая книга. – Вот так первая любовь и заканчивается, Адель.

Я бы с радостью поддержала разговор на отвлеченные темы, но что-то не давало мне покоя. И это даже не браслет и ошейник на шее.

– Сара, вот могу понять, зачем Рею я, – я поднялась на ноги и начала мерить комнату широкими шагами. – Допустим, он готов из-за чувств на все. Но зачем ему нужна ты и бессознательная Матильда?

– Аделюшка, мне кажется, тут не чувствами пахнет, а чем-то более зловонным, – отозвалась Сарочка спустя несколько минут. – Просто так от того, что сейчас поставил на кон Рей, не отказываются. Ну только если впереди не маячит что-тобольшее. А еще…

Она замолкла, словно не была уверена в том, что хотела сказать.

– Что?

– Фоля говорил, что от Рея пахнет смертью. Свежей, но не мучительной. Вернее он говорил, что свежая была безболезненной, даже скорее в удовольствии. А вот старые – с другим флером. И я думала, что это из-за специфики работы Рея. Все же инквизитор не может быть белым и пушистым. Но сейчас у меня возникла мысль: Фоля все же темный гримуар. Стало быть лучше всего он чует смерть не как таковую. А ритуальную. Понимаешь, к чему я веду?

– Ритуальные смерти. То с муками, то в наслаждении, – медленно повторила за Сарой я.

– Вот-вот. Зачем магу-инквизитору постоянно участвовать в ритуалах с жертвоприношениями? Чтобы так пропитаться эманациями нужно не просто мимо пробегать, а присутствовать от «а» и до «я».

И что-то щелкнуло в голове.

Перед глазами, словно странички, промелькнули события ещё со времён столицы. Ведь с момента знакомства с магистром Рейвенсом вокруг то и дело вспыхивали новости об очередном найденном теле. К слову, приезд в родовое поместье Харвисов тоже омрачилось еще одной смертью. Тогда мне Лаор говорил, что это очередная жертва ритуала.

Теперь понятно, почему виновника не могли найти – если бы нашли, то обязательно бы об этом трубили во всех газетах, потому что он был своим.

Магистр Рейвенс состоит в совете по защите от тварей Нижнего мира, он занимает высокую должностью в Инквизиции. И никто не мог и подумать, что среди них прячется волк в овечьей шкуре.

Мое похищение – это не самое страшное! Потому что этот мужчина убивал и не раз.

– Вижу поняла. Но зачем побелела вся? Адель, с такими слабыми нервами таки нельзя в нашей профессии, – встревоженно проговорила Сарочка.

А меня от того, как в голове сложился весь пазл, потряхивало. Ноги стали ватными и подкосились. Если бы не удержалась за тумбу, то точно бы упала.

– Это все он, Сара. И смерть хозяйки и состояние Матильды тоже рук лорда Рейвенса, – я с ужасом оглядывалась.

Надо определенно сваливать отсюда. И желательно прямо сейчас!

– Я окончательно все поняла, когда увидела его здесь, – грустно произнесла Книжуля. – Но не хотела тебя расстраивать. Был же шанс, что я ошибаюсь, и он просто как образцовый принц на белом коне прискакал тебя спасать из рук неведомого злодея. Ну и меня заодно. Но увы.

– Магистр выкрал Матильду и тебя, но оставил Фолю, – нахмурилась я, по прежнему пытаясь сопоставить крохотные пазлы информации, которые были у меня. – Почему?

– Потому, что во мне есть ритуал. Один. Старый, – едва ли не по слову, очень неохотно говорила Книжуля. – И в Матильде он есть.

– Ритуал?

– Поделенный на три части. И судя по всему, Брунгильду этот поганец уже схватил. А она была самой сильной из нас.

– Брунгильду? Тоже магическая книга?

– Да… Чтобы стереть из мира и памяти людей событие, нужно очень много сил, – голос Сары изменился, стал более глублоким и напевным и сейчас ее речь напоминала скорее древнюю легенду, чем просто болтовню. – Триста лет назад, у трех ведьм стоящих во главе Ковена были магические гримуары. Триста лет назад принц Инквиз впервые заключил соглашение с Тиосом. Триста лет назад ценой больших жертв был закрыт стационарный портал между двумя мирами. Триста лет назад Ковен по велению короля поделил на три части ритуал, что позволял вновь открыть двери между мирами. И спрятал в книгах.

– В тебе.

– Во мне. В Матильде. И в Брунгильде.

– Так тобольшее из целей Рея, о чем ты говорила…

– Поживем-увидим. Но сдается мне, что не просто так он бросил все в столице, схватил тебя в охапку и убыл в самую уединенную и защищенную локацию страны. Долина Хар – отличный плацдарм, Адель. Отсюда будет очень сложно выковырять этого мерзавца. А уж если он откроет портал и у него появится армия… потому что сама понимаешь, раз князь – то глава какого-либо клана. А клан это мно-о-ого народа. Очень злого и боеспособного.

Даже представлять не захотелось!

У меня голова словно взорвалась от этой информации.

– Давай рассчитывать на лучшее, – нервно хихикнула я. – Что он просто хочет меня оприходовать и все. Ну, может еще в жертву принести во имя силы.

– Не переживай, скорее всего действительно рассчитывает, – не менее нервно рассмеялась Книжуля.

Мы еще немного помолчали, а потом Сара сказала:

– Ладно, действительно скоро мы это узнаем. Лучше расскажи мне как Фоля? – спросила тут же Сара. – А то меня завернули в какую-то вонючую тряпку, и я все пропустила.

Я покосилась на гримуар, закрытый плотным стеклом, раздумывая, что ответить. В итоге решила сказать правду:

– Его нашли без сознания. Фоля до последнего боролся за тебя… Но ему наверняка лучше – леди Мириам посоветовала положить его на алтарь, чтобы быстрее восстановился.

До того момента сверкающие глаза Книжули потухли. Она поджала нарисованные губы, видимо, сдерживая свои чувства.

– Фоля у меня борец, он не сдастся, пока не устроит кровавый ритуал, где в главной роли будет этот поц Рей! – в сердцах выдохнула она после заминки.

Немного походив по комнате, я направилась в сторону открытого окна. Залезла на подоконник. Высота была небольшая – первый этаж. Внизу располагалась лужайка с декоративными кустами. Посмотрела на небо – чистое синее, с кучерявыми белыми облаками. Вдалеке виднелся горный массив.

Я решительно хотела спрыгнуть вниз… Но какого же было мое удивление, когда мои ноги и руки почувствовали невидимую преграду, которая не дала мне осуществить задуманное.

Да, окно было открыто, но магически защищено. Видимо, не войти через него и не выйти.

– Вот же… – прошипела я под нос.

Острый слух Книжули, естественно, уловил ругательство. Она с усмешкой крикнула:

– Дорогая, не стесняй себя в выражениях!

Я так и просидела на подоконнике, наблюдая за садом. Время от времени Сарочка начинала беседу очередным ворчанием на разные темы, но вскоре замолчала – видимо, заснула. А я не могла оторвать взгляд от горизонта, где уже потихоньку краснел закат. Птицы прекратили петь, зато подхватили их ритм сверчки и кузнечики. В воздухе, несмотря на время года, пахло летом, жимолостью и скошенной травой.

Думать о сложившейся ситуации не получалось – я боролась со своей гордостью. Комнатку с удобствами я нашла, даже корзинку с сентиментальными романчиками, но вот еды не было. И я сдерживала себя, чтобы не постучаться в дверь и не попросить покормить пленницу.

Но все же обернула себя – я не стану просить. Грустно, конечно, что предусмотрели все, кроме этого.

– Лучше быть сытой, чем гордой, – наставляла меня Сарочка. – Знаешь ли, на полный желудок лучше думается, моя дорогая.

Но переступать через себя мне и не нужно оказалось – ключ повернулся в замочной скважине, и дверь в комнату приоткрылась. На порог ступил высокий светловолосый мужчина с чертами лица, чем-то напомнившими мне Лаора. Но если у наемника была какая-то мягкая и совершенная красота, то у прибывшего – резкая, жесткая. Однако не было сомнений, что этот мужчина – не человек. Он совершенно точно инкуб, этот вывод я сделала по походке, по его взгляду и поведению.

В руках незнакомец держал поднос с небольшим глиняным горшочком и несколькими тарелками, прикрытыми блюдцами. Устроив свою поклажу на прикроватном комоде, он слегка поклонился:

– Приятного аппетита, леди Адель.

Я отвернулась, сделав вид, что мне совершенно безразличны блюда, от которых ещё исходил пар. Но незаметно сглотнула слюну.

Едва мужчина снова запер за собой дверь, и я осталась одна, то спустилась и пошла смотреть, что же мне принесли.

Интересно, отравлено? Ну мало ли, может, добавили зелья, которые… сделают меня более покладистой, например.

Я задумчиво постояла несколько минут над подносом, в котором обнаружила горшочек с жаркое, бульон и вареный рис. Рядом стоял кувшин с водой и стакан.

Видимо, это то, что едят аборигены? Но в целом выглядело все очень даже аппетитно.

– Да ешь ты! – не выдержав, пожала голос Книжуля.

– А если туда что-то подсыпали? – задала я резонный вопрос.

– Не попробуешь – не узнаешь, – философским тоном отозвалась магическая книга. – Магию все равно нельзя использовать, не сидеть же теперь голодной? Вдруг в Рее осталось все же хоть капля благородства, и все чисто?

Я вздохнула… и взялась за вилку. На сытый желудок думается проще – вдруг я прозрею, и появится план, как свалить отсюда быстро и незаметно?

Но даже после вкусной еды прозрения не наступило. Я походила по комнате, открыла все ящички и тумбочки, попыталась шпилькой отковырять замочную скважину как в приключенческих романах взламывают дверь. Но несмотря на ранний вечер, вскоре меня начало клонить в сон – видимо, сказалась разница в часовых поясов. Я умылась, сняла платье и бережно устроив его на плечиках в шкафу, переоделась в хлопковую ночную сорочку, обнаруженную там же. Она по фасону тоже будто сошла из какой-то девичьей грезы – пышная, с рюшами и в цветочек. Мило.

Заснула я быстро…


Это был один из тех снов, которые тебе неподвластны. И приходится наблюдать за происходящим не в силах что-то изменить.

А я вот решительно что-то бы поменяла. А лучше все!

Потому что в моем сновидении это я, а не Эва, стояла у алтаря в храме Единого. На меня лились благодатные лучи, отчего мои волосы выглядели как огонь, а платье – белое пышное, сотканное из кружева, то, о котором я всегда мечтала, будто искрилось. Наверняка со стороны безумно красиво… Но не это занимало мои мысли.

А жених. Идеальный, одетый с иголочки, с собранными черными волосами и зелеными, как летняя листва, глазами.

Лорд Рейанар Рейвенс собственной (хотя я теперь в этом сомневаюсь) персоной.

И вот со смены жениха я бы и начала. Да хоть на того же мэра! Потому пока сновидение походило на кошмар.

– Согласна ли ты, Адель Норил тэ Харвис связать свою жизнь с этим мужчиной? – прозвучал откуда-то голос священнослужителя.

Откуда-то – потому что определить это было невозможно. Зал был пустым. Ни гостей, ни духовников – только мы с магистром стояли напротив друг друга, держась за руки.

И даже разорвать прикосновение не получалось.

– Согласна, – это был мой голос, но я совершенно точно хотела открыть рот и сказать – «нет».

– Согласен ли ты, Рейанар Рейвенс, связать свою жизнь с этой женщиной, стать ее защитником и идти с ней до конца своих дней?

– Согласен, – твердо произнес Рей.

Благодатные лучи, которые спускались со свода огромного храма, стали ярче. Затем в воздухе поднялись искры и лепестки красных роз. Мне подумалось – как же это пошло! Красные лепестки в белом храме как-то даже кощунственно смотрелись.

Картинка поменялась быстро, словно бы предыдущая просто растворилась, а под ней были другие декорации.

И светлый храм вдруг сменился таинственным полумраком. В комнате было единственное освещение – несколько свеч у столика с вином и фруктами. Но и этого мне хватило, чтобы увидеть большую кровать с деревянным изголовьем с теми же лепестками красного цвета.

К слову, Рейанар перенесся вместе со мной и стоял очень и очень близко. Готовый к продолжению, видимо, свадьбы.

Прелестно!

– Я так этого долго ждал, Адель, – выдохнул он, сжав меня в объятиях.

Я сдавленно крякнула. Именно крякнула, это единственное на что хватило моего протеста. Рею точно больше по душе бы пришелся сдавленный, томный стон. Но нет. Пока можем – будем не романтично кряхтеть!

Широкие ладони мужчины скользнули по талии вниз, к застежке, которая заканчивалась у копчика. Начал медленно расстегивать.

– Какая у тебя нежная кожа, – губы Рея скользнули по щеке вниз, к шее.

Я задрожала, но от страха. Я совсем не готова к брачной ночи. И пусть даже в наведенном сновидении! Только вот магистр ещё одну пощечину, пусть и не по-настоящему, не хотел получить и предусмотрительно лишил меня возможности сопротивляться.

– Только платье совершенно лишнее, – хрипло продолжил одержимый, целуя все ниже и при этом умудряясь расстегивать корсаж. – Ты бы знала, как я об этом мечтал… И во всех моих представлениях всегда была ты, Адель.

А-а-а!

Меня сначала захлестнула паника. А потом закономерно пришла злость.

Вообще-то это мой сон, верно? Тогда какого шуса главная не я, а этот?!

Платье все же грудой ткани сложилось на полу. К счастью, под ним оказалось короткая нижняя сорочка, едва закрывающая бедра, но и этому я была благодарна.

Возмущение и ярость достигли пика, когда меня аккуратненько так уложили на постель, к слову, до сих пор в этих лепестках, а Рей лег сверху, удерживая вес на локтях.

– Знаете, у вас нет фантазии, магистр! – прошипела я ему в лицо, когда он склонился для поцелуя.

Рей удивлённо приподнял бровь. Видимо, не ожидал, что я смогу хоть что-то сказать. Но я не только обрела голос, но и силу – во сне на мне не было браслета и ошейника, которые блокировали магию, и я теперь ощущала, как по венам течёт огонь. Он же обволакивал грудь, мягко и согревающе, но при этом готовый вырваться наружу и жечь дотла.

– Тебе не понравилась спальня? – спросил он, не делая попытки даже слезть с меня.

– Ну что вы, здесь миленько, – я попыталась покрутить головой, но быстро поняла, что мне сегодня хотели продемонстрировать только потолок.

Говорю же – прелестно! Только можно это все для Эвы приберечь, пожалуйста? Так-то она законная жена, пусть супружеский долг отдает. А тот липовый свадебный ритуал в начала сна ничего не значит!

– Тогда что не так?

– Лепестки ужасные, – вздохнула я. – Ещё и красные.

Попыталась оттолкнуть мужчину и подняться, но одним движением он пригвоздил обе мои руки к покрывалу. И недвусмысленно прижался ко мне!

И вроде бы магистр не раздевался – он был занят освобождением меня от пышного платья, но вдруг одежда на нем начала исчезать.

Сначала сюртук. Затем рубашка.

– Только не… – взмолилась я.

И штаны тоже исчезли.

Теперь точно А-А-А!

– Только что, дорогая? – мурлыкнул мне в ушко мужчина, лизнул мочку уха. Поцелуями спустился к… декольте.

– Лепестки все еще ужасные! На таких совсем не хочется отдаваться, – дрожащим голосом выдала я, когда ложе вспыхнуло огнем. Моим, родным! Хоть в этом плюс сна, я понемногу возвращаю контроль не только над телом, но и над магией. Конечно, пока по чуть-чуть, но надеюсь это только начало!

Мне вот мой огонь не мог навредить, Рей тоже в принципе не пострадал и можно даже сказать спас меня – рывком поднял нас в воздух. Затем поставил меня на ноги, а сам с каменным лицом наблюдал, как огонь пожирает кровать.

– Упс, перестарались, – с усмешкой проговорила я. – Хотела только розы, но не рассчитала силы.

Эта сцена, как старые декорации, посыпалась, облезла, и мы оказались в новой комнате. Она в точностью повторяла мою спальню в особняке Харвисов. Я и рот открыть не успела, как меня бросили на кровать.

– Специально выбрал знакомые тебе декорации, – сообщил мне мужчина. – Я слышал, невинные девицы сильно нервничают в первый раз. Поэтому побудем здесь, чтобы ты не сильно волновалась.

– Плохой выбор, – доверительно сказала я и приподнявшись, шепнула на ухо замершего магистра: – Эту кровать выбирал мне лорд Ибисидский. Знаете, не очень этично спать с другим мужчиной на подарке от жениха.

Откровенное вранье, конечно, но мне было ни капли не стыдно. Да и что скрывать – приятно!

На щеках магистра выступили желваки. Аристократ, глядя мне в глаза, сжал мою грудь широкой ладонью и произнес с ухмылкой:

– А мне нравится, – затем взгляд ужесточился и он сцедил: – И запомни, Адель, он тебе никакой не жених! Ты моя – всегда была и будешь! И для тебя же будет лучше, если я в дальнейшем не стану этого повторять.

– Да вы… извращенец! – вспыхнула я в прямом смысле слова – то есть на коже выступили язычки пламени, с удовольствием поглощая заодно и кровать.

Она горела куда сложнее прежней, но треск раздавался очень приятный. Будто сижу у костра, жарю мясо на палочке…

Следующую кровать, на которой я оказалась уже лежа животом, постигла та же участь, несмотря на то, что лорд Рейвенс любезно зафиксировал мои ноги моим телом, а запястья сжал.

Я не стала даже представлять, как мы выглядим со стороны и спалила все.

Потом следующую кровать и ещё одну. Рей злился, но перестраивал полотно снов снова.

А потом меня уронили на шерсть какого-то белого животного, которое было расстреляно на каменный пол в гостиной у большого камина.

– Можешь попытаться спалить, – выдохнул в лицо Рейанар. В его глазах читалось торжество. – Но ничего не получится. Пол каменный, а шкура принадлежит огненному льву.

Я сглотнула ком, подкативший к горлу, когда лорд Рейвенс, крепко держа мои ладони, склонился ко мне. Поцеловал мои сжатые губы.

Во мне схлестнулись паника, страх и злость.

Через пару секунд он прекратил меня целовать, но только потому, что решил снять с меня нижнее платье.

И молитва с губ сорвалась машинально:

– О, Единый, владыка мира этого, душ грешных, спаси и сохрани…

– Серьезно?!

Ну… если сработает – да!

## Глава 3

– Приди к грешной дочери своей в час темный…

– Адель?

– Не оставь в момент отчаяния!

– Да Адель же!

В голове всплывали казалось бы забытые слова. Тетя Ханна одно время пыталась не просто верить в одно лицо, так сказать индивидуально, но еще и активно приобщала свое семейство к царствию небесному, еще на земле. Так как время вечерней молитвы наступало сразу после очень голодного ужина, то нам откликались слова молитв про грешные муки. Правда было непонятно, почему ради того, чтобы нам стало хорошо после смерти должно быть плохо уже сейчас?

Но этими вопросами я занималась тогда! А сейчас… сейчас я молилась. Истово. Вдохновленная закончившимися приставаниями и начавшейся бесседой, я неслась по волнам религиозного экстаза! И действительно была готова уверовать со всей силы!

– Подари стойкости перед искушениями невинной души, и пусть постигнет кара отвратительных демонов иных миров, что пытаются свести ее с пути истинного!

Рей внезапно выругался и сгорбился. Такое ощущение, что мужика отчетливо передернуло. Хм-м-м…

– Свет и радость снизойдут на детей твоих, Единый! А отвратительные демонические отродья иных миров будут обречены на вечные муки!

На этом экспрессивным моменте мне попытались заткнуть рот.

– Да замолчи ты!

Но молитву так просто не остановить. Потому я укусила мерзавца, и как только тот отдернул руку, продолжила.

– Подари сил…

– Ты думаешь меня это остановит? – черты магистра Рейвенса заострились, пропуская через знакомый до последней черточки облик чужой и незнакомый.

Пожалуй, они были похожи. Только ЭТОТ, был более хищным и как ни странно… более привлекательным.

Когда-то я читала, что в живой природе как правило чем ярче и красивее, тем опаснее. Видимо Тиос живет по таким же законам. Там это касается и разумных, а не только некоторых видов животных.

– Глупенькая Адель, – он выпрямился, снисходительно глядя на меня сверху вниз и дернул за завязки на нижнем платье. – Да, молитва Единому не очень приятна для меня, все же я существо иного мира, а в ее словах слишком много света вашего. Вот только… – он наклонился, и коснувшись губами кончика моего уха, вкрадчиво шепнул. – Знаешь что?

– Что? – эхом откликнулась я, цепенея от того, что пальцы князя скользнули по груди, выше и легли на шею.

– Я, все же, наполовину человек. Потому ваш бог мне не совсем чужой.

Пальцы сжались. Не настолько чтобы придушить, но так, чтобы дать ощутить, что я целиком в его власти.

Но сразу после этого бешено бьющейся на шее жилки коснулись теплые губы. Нежно поцеловали и отправились ниже, к затянутым в ткань холмикам.

– Может ты хочешь об этом поговорить? – отчаянно предположила я.

– О чем? – несколько раздраженно поинтересовался магистр из области моей груди.

– Ну, о том, как все это получилось, – чуть дрогнувшим голосом предложила я. – Я читала, что злодеи очень любят поговорить.

– Тебе достался неправильный злодей, – грудь сжали, и по моему телу вновь прокатилась дрожь.

Отвратительно!

Нет, я понимаю, что мы сейчас во сне, и этот опыт будет исключительно… умо-зрительным, если его так можно назвать.

– Единый, отец всего сущего, дай сил и удержи от лукавого.

– Я же сказал, что меня это не остановит, – злобно рыкнул Рея, разрывая на мне нижние юбки.

– Тебя не остановит, а мне хотя бы морально полегчает, – не менее раздраженно откликнулась я, и уже более благостным тоном продолжила. – Приди к дочери своей в час темного отчаяния и позволь не сдаться, дожить до рассвета полного надежды…

В общем, его это действительно не остановило. Стащил юбки, корсет, только чулки оставил, демонов извращенец.

Я зажмурилась до ярких белых мошек под закрытыми веками и молилась уже всерьез. Я не хотела, чтобы мой первый раз достался магистру, пусть и в таком виде! Дело даже не в невинности. Просто я не хотела, чтобы мои воспоминания о том, что в норме происходит только между супругами навеки оказались связаны с Реем.

Между тем, судя по тому, что магистра периодически передергивало и он ругался, то молитва все же имела определенное действие. Во всяком случае с комфортом надругаться над невинной девицей она не позволяла. Приходилось надругиваться дискомфортно!

Но когда его рука скользнула между бедер, я все же не смогла продолжить. Меня затрясло, Рей всем телом прижался ко мне и шепнул:

– Видишь? Как бы ты не пыталась, твои чувства слишком сильны. Ты все равно моя. В первую очередь моя, и ничего не в силах это изменить.

Я не ответила. Была не в силах это сделать. Замерла, все же открыв глаза и слепо уставившись в потолок, не различая его очертаний. К вискам катились горячие капли, которые магистр собрал губами потянувшись ко мне с поцелуем… и замер.

– Адель?

Дрожь усиливалась, становилась все более крупной.

– Милая? – в голосе магистр стало больше тревожных ноток. – Не плачь, пожалуйста, только не это…

Стоит ли говорить, что именно после этой фразы я и разрыдалась по полной программе?

– А что? Тебе это как-то помешает?!

Судорожные всхлипы рвались из груди.

– Помешает, – Рей с вздохом отстранился. – И ты прекрасно это знаешь.

Он набросил мне на плечи сотворенную шелковую белую простыню, а после сгреб меня в охапку и перетащил к себе на колени. Гладил по волосам, прижимал к своей груди, вытирал слезы, что градом катились по щекам.

– Я знаю? Твои намерения были более чем очевидны! И до сих пор они таковы, – я попыталась сползти обратно на шкуру, ощущая под бедрами «твердость намерений».

– Стоять, – крепкие руки сжались. – Во-первых никуда ты не пойдешь. Во-вторых, я конечно, злодей, но не насильник. Этого обычно не требовалось… и надо сказать, я рассчитывал, что и сейчас тебя предаст тело. Да и моя магия все еще тут, – он поднял мой подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. В глаза на полузнакомом, резком лице. – Ты ведь все еще меня любишь, Адель? Верно?

– Конечно. Обожаю, жить не могу, Единому молюсь день и ночь.

– Это странновато, – озадаченно нахмурился Рей. – Ты не должна так пугаться. И так сопротивляться.

– Ты очень самоуверен.

– Просто знаю свои способности, – он взял мой подбородок двумя пальцами с нажимом провел большим по губам. – И потому мне странно, что ты, моя любимая жертва, доставляешь столько проблем своей строптивостью.

– Жертва?

– Жертва, – спокойно согласился Рей. – А ты думаешь почему мы в сновидении развлекаемся, а не в реальной жизни?

Ввиду обращения вариантов было не так-то много.

– Я нужна тебе девственницей.

– Верно.

– Всех остальных хозяек гримуаров тоже так убивал? И они прямо все невинны были?

– Ты путаешь…. – он щелкнул пальцами подбирая выражение. – Теплое с мягким. Гримуары отдельно, а ты, моя любовь, отдельно. Но объяснять я тебе этого, конечно же не буду… во всяком случае не сейчас.

– Но…

– До встречи в реальном мире, Адель Харвис. В конце концов самое вкусное оставляют на десерт. Твоим телом я отпраздную свою победу.

Он нежно коснулся моего лба поцелуем, а после в глазах потемнело и ненадолго я ощутила свободное падение. А после настала тьма. Без ощущений. Без слов и звуков.

Без сновидений.

* * *

Проснулась – как из глубокой воды вынырнула. Через вязкий ил, через толщу вод омута, к поверхности, которая встретила холодным воздухом, обжегшим легкие.

Я резко села на постели. Сердце бешено колотилось.

На то, чтобы осознать себя в реальности ушло несколько секунд. В реальности, в которой нет свадебного платья, несгораемой шкуры и Рея.

Здесь была лишь прохлада ночи, что врывалась в приоткрытое окно, принося с собой свежесть сверкающих в лунном свете гор и незнакомые запахи.

И тишина. В этот раз никто не будил меня из наведенного сновидения. Сара по-прежнему была заперта, и когда я подошла к комоду, то поняла, что магическая книга спит. Моя. А вот соседняя… с коричневой обложки на меня пялились круглые зеленые глаза.