# Хозяин «Дома лилий»

Лали Аморале

Хороший детектив никогда не будет засматриваться на подозреваемого в убийстве. Особенно, если подозреваемый – скандально известный владелец борделя. Про Алистера Хамфри ходило много разных слухов, но даже самые безобидные из них заставляли мои щеки пылать.

Меня зовут Саша Забриски и я работаю в полиции, а Алистер Хамфри пытается отвлечь меня от расследования. С самого первого дня он пытается утянуть меня в свое царство греха и порока. И меня как магнитом постоянно тянет сюда, в «Дом лилий».

# Хозяин "Дома лилий"

## Глава 1

– Это уже второе убийство рядом с «Домом лилий», – задумчиво проговорил Лестер, а я поморщилась.

Подобные заведения всегда вызывали во мне чувство гадкой неприязни. Люди, торгующие своим телом, люди, покупающие чужие тела. Будь это какие-нибудь напыщенные аристократы, я бы даже не подумала взяться за это дело. Но убитые – две совсем юные девушки, которые непонятно каким образом оказались на улице Дубов, рядом с борделем.

Забросив ногу в высоком черном сапоге на колено, я прикрыла глаза. Через неделю я планировала отправиться в отпуск, на воды. Не пугали даже 18 часов в неудобной карете. Все что угодно, лишь бы выбраться из промозглого, вечно затянутого туманом города.

– Лестер, не знаю. Мне нужна передышка – два года без отпуска.

– Саша, никто другой не разберется в этом деле, ты же понимаешь. Кого я назначу? Макса? Пару недель назад у него вытащили кошелек, пока он стоял разинув рот рядом с шарманщиком Хейди.

Я прыснула от смеха, очень живо представив увлеченного звуками шарманки Макса. Хотя на месте Лестера, я бы обратила внимание на Хейди и его инструмент. Мне много раз доводилось слышать о людях, которые оказывались буквально загипнотизированы звуками этой шарманки.

– Макс еще слишком молод, у него все впереди.

– И ему пойдет на пользу, если ты возьмешь его на это дело, – не мигая смотрел на меня шеф полиции, Лестер Коулман.

– Никаких помощников, – замахала я руками. Я всегда работала одна: мне так лучше думалось, легче дышалось и над ухом никто не гудел.

– Хорошо, не хочешь Макса, будешь работать одна, как обычно, – согласно закивал Лестер, а я сдавленно засмеялась. Ну что за человек?

– Лестер…

– Саша, ну тебе ведь самой интересно, не пытайся меня обмануть. У тебя глаза заблестели, как только я рассказал о втором убийстве.

На самом деле мне стало интересно еще после первой смерти – Глорию Кэррингтон нашли рядом с «Домом лилий» пару недель назад. Сначала ее дело передали в другой отдел, так как решили, что это обычное ограбление. Но теперь появились подозрения, что оба преступления как-то связаны с борделем, а серийные убийства попадают к нам. Я глубоко вздохнула.

– Ладно, Лестер, твоя взяла. Пусть Макс принесет мне все бумаги, которые уже есть по обоим убийствам.

Я не стала дожидаться благодарностей или заверений в том, что после расследования получу двойной отпуск, и вышла из кабинета шефа. На несколько секунд я остановилась и устремила взгляд в длинный коридор: потрескавшиеся старые доски и выцветшие портреты прежних руководителей полиции всегда настраивали меня на особый лад. Под размеренный стук сапог я направилась в свой кабинет, перебирая в голове все, что знала о владельце «Дома лилий» Алистере Хамфри.

К тому моменту, как я толкнула тяжелую дверь кабинета, вся официальная информация закончилась. 36 лет, холост, имеет счет в трастовом банке на солидную сумму, происходит из какого-то потрепанного дворянского рода, но своим именем никогда не пользуется. Вот и все. А дальше шел бесконечный ворох слухов и городских баек, самая безобидная из которых та, где Алистер продает душу дьяволу.

Через полчаса улыбающийся Макс хлопнул по моему столу стопкой бумаг, поднимая в воздух небольшое облачко пыли. Я разогнала его рукой, пообещав себе обязательно прибраться на столе в ближайшие дни.

– Саша, я тебе завидую, – многозначительно покачал головой парень, а я вместо ответа приподняла бровь.

– Сам Алистер Хамфри. Он же ле-ген-да, – по слогам произнес Макс.

– И что в нем такого легендарного?

– О. Это… Э-эм…, – парень стушевался и озадаченно потер бровь. – Вообще-то, дамам не стоит такого рассказывать.

– Кхм-кхм, – я показательно откашлялась, сложив руки на груди и откинувшись на спинку стула. – Если ты вдруг пропустил этот момент, Коулман назначил меня на дело. Мне все равно придется провести много часов, копаясь в грязном белье господина Хамфри, так что будь любезен, Максимилиан.

Макс опустился на стул с противоположной стороны стола и наклонился ко мне, предварительно бросив осторожный взгляд за спину.

– Поговаривают, что он может соблазнить любого… в смысле любую… ну и… любого… тоже, – совсем засмущался Макс, а я всё же не выдержала и расхохоталась.

Эти дурацкие байки я, конечно, тоже слышала, но никак не думала, что люди относятся к ним настолько серьезно. А Хамфри, похоже, тот еще фрукт: буквально за несколько лет умудрился создать вокруг своей персоны такой флер загадочности, что люди готовы поверить в любую чушь о нем.

– А по делу что-нибудь есть?

Парень покраснел, но быстро взял себя в руки и раскрыл одну из папок.

– Три человека, незнакомых между собой, заявили, что у господина Хамфри весьма… – Макс снова споткнулся, – специфические вкусы в постели. Есть основания считать, что он мог, скажем так, увлечься.

Все веселье как рукой сняло. Богатенький извращенец, владеющий борделем – это как раз то, чего мне так не хватало перед отпуском. Я потерла лицо ладонями и махнула Максу рукой.

– Ладно, иди.

Немного покопавшись в бумагах, я с досадой отметила, что по большей части это были все те же бесполезные слухи. Создавая себе кумира, люди умудрялись наделять его практически сверхъестественными способностями. Один за другим я сминала желтоватые листочки и зашвыривала их в корзину. К вечеру информации о владельце самого дорогого борделя в городе больше не стало, поэтому на следующий день я решила отправиться прямиком в «Дом Лилий» и посмотреть на Алистера Хамфри вживую.

Стоя перед старинным зданием, фасад которого украшали изящные лилии, я на секунду подумала о том, что стоило переодеться во что-то более подходящее. Впрочем, мысль эту тут же отбросила – еще не хватало наряжаться, чтобы записать показания хозяина злачного заведения.

Внезапно по потертой брусчатке пробежала тень, и я, запрокинув голову, посмотрела на небо – похоже, скоро начнется дождь. Хорошо, что не поддалась минутной слабости и не стала менять свой верный плащ на что-то более женственное. Да и на что бы я его поменяла – с усмешкой подумала я и поставила ногу на первую ступеньку.

Толкнув тяжелую резную дверь, я удивилась – судя по тем слухам, что ходили вокруг борделя, заведение было закрытым. Между лопаток поселилось неприятное ощущение, словно меня тут ждали. Я повела плечами, сбрасывая его, и шагнула в помещение.

Уши тут же наполнил звон бокалов, женский смех и переливы клавесина.

– Господин желает согреться?

К моему боку прильнула полуголая девица, и я ошарашенно отпрыгнула в сторону. Шерстяная шапка слетела с головы.

– Ой! Простите… леди?

В голосе нахалки явственно читался вопрос. Неосознанно я бросила взгляд в сторону сверкающего зала, кусочек которого виднелся в узком проходе, и тут же отвела глаза. Слишком много полуобнаженных тел.

– Детектив Саша Забриски. Мне нужен господин Хамфри.

Девица растерянно смотрела на меня. Молчание затягивалось.

– Прошу прощения. Мне нужен господин Хамфри. Городская полиция, – решила повторить просьбу. Вдруг у девицы проблемы со слухом?

– Никто не может просто прийти и встретиться с господином Хамфри, – так рьяно замотала она головой, что я начала опасаться за ее тонкую шею.

– Боюсь, мой статус дает кое-какие привилегии, – я хмыкнула, одновременно разминая замерзшие пальцы.

Девчонка, похоже, так не думала, и я уже приготовилась пробиваться к загадочному владельцу борделя боем, но в этот момент подбежала другая девушка и что-то шепнула на ухо первой.

– Мисс Забриски, пойдемте я вас провожу, – совершенно невозмутимо отозвалась девица, как будто минуту назад не изображала из себя Цербера.

Пожав плечами, я устремилась вслед за ней. Надежды миновать зал, из которого лилась музыка, пошли прахом. Едва мы переступили порог помещения, в глазах замельтешило от обилия красного и позолоты. Я почувствовала, как щеки начинают пылать жаром. Достаточно большое помещение в хаотичном порядке было заставлено диванами, небольшими кушетками и креслами. И на каждом предмете мебели что-то происходило.

Как я не пыталась смотреть исключительно перед собой, звуки, раздающиеся со всех сторон, делали свою работу. Сладострастные стоны, влажные удары тела о тело, а это что? О боже! Я постаралась ускориться, но тут же уткнулась в спину девицы. Она-то как раз никуда не торопилась, наоборот, периодически останавливалась то у одной, то у другой тахты и посылала воздушные поцелуи.

– Кони, бери глубже, не позорь заведение! – сделав замечание, она заливисто рассмеялась, а я даже икнула от шока.

– Следи за собой, Трикси. Бруно жаловался, что вчера ты не смогла взять два члена. Тебя научить открывать рот? – со смехом ответила ее товарка, отрываясь от своего, несомненно, увлекательного занятия. А я пыталась переварить услышанное.

– Да ты видела их? Как у коней, ей-богу! У меня от одного чуть губы не треснули, – совершенно искренне возмутилась Трикси, и я бесцеремонно начала пихать ее в спину.

От этих похабных разговорчиков у меня уже волосы стояли дыбом. Я не хотела даже представлять, о чем именно они говорят, поэтому встряхнула головой. Руку со спины девицы убирать не стала, так и продолжая ее подталкивать, пока мы не миновали гостиную, пропахшую потом и еще черт знает чем.

А потом мы начали спускаться вниз. Я нахмурилась: неужели кабинет Хамфри в подвале? Что ж, похоже, какая-то часть слухов об этом господине – правда. Трикси распахнула передо мной дверь, а сама тут же юркнула назад. Не хочет попадаться на глаза хозяину? Интересно. Нужно отметить себе это. Я шагнула в полумрак кабинета.

– Добрый вечер, Саша.


## Глава 2

Звук собственного имени послал по телу странную дрожь, и я напряглась, готовая в любую секунду достать оружие.

– Откуда вы знаете мое имя? – как можно спокойнее произнесла в темноту.

Кабинет прорезала полоска света – ее источником был странной формы торшер. Я присмотрелась внимательнее и тут же отвернулась: он имел форму женской фигуры.

– Такая прелестная гостья. Как я мог не выяснить ваше имя?

В полоску света ступила мужская фигура. Лица его еще не было видно: свет падал из-за спины мужчины, но даже силуэта было достаточно, чтобы понять – Алистер Хамфри – очень высокий мужчина.

– Я не ваша гостья, я из полиции. Но думаю, вы в курсе, раз знаете мое имя.

Хамфри сделал шаг вперед, и я буквально пальцами ног вцепилась в пол, чтобы не попяться. Рука дрогнула, и из темноты послышался смешок.

– Саша, вы решили стразу пристрелить меня? Я надеялся, что у городской полиции несколько иные методы работы.

Я никак не стала комментировать его замечание, вместо этого продолжая напрягать зрение.

– Вы не могли бы включить свет? Здесь слишком темно.

– Не могу.

Он произнес это так просто и спокойно, что я застыла с открытым ртом.

– Не можете или не хотите?

Еще один смешок, и Хамфри скользнул ближе.

– Не бойтесь, Саша, я не кусаюсь. Только если вы сами об этом не попросите.

Я задохнулась от возмущения, с ужасом ощущая, как щеки снова начинают гореть. Не хватало еще, чтобы он принял меня за какую-нибудь нервную девицу, падающую в обморок при любом двусмысленном намеке. У мужчины был очень красивый голос, в него хотелось завернуться как в черное бархатное покрывало, и это совсем не располагало к вопросам, которые я пришла задать.

– Если вы отказываетесь включать свет, может, хотя бы подойдете ближе? Мне не нравится, когда я не вижу лица собеседника.

Мужчина размазанной тенью метнулся вперед. Это было настолько неожиданно, что я все же не выдержала и подалась назад, спотыкаясь о ковер. На поясницу легла ладонь, и будь я проклята, если не почувствовала ее тепло даже через плотную ткань своего плаща. Хамфри нависал надо мной, криво улыбаясь. Его нельзя было назвать красивым, о такой внешности обычно говорят «интересный». Прямые брови сходились в районе переносицы, придавая лицу хищное выражение. Он словно весь состоял из острых углов, единственным исключением были полные губы. Чтобы подметить все это, у меня ушло ровно три секунды.

– Уберите руку, Хамфри, или лишитесь ее.

Он тут же поднял обе руки перед собой.

– Всего лишь хотел удержать вас от падения.

Все в нем – от кривой улыбки до смешинок в глазах говорило, что это ложь. Как часто врет этот мужчина?

– Где мы можем поговорить? – я решила как можно быстрее перейти к теме визита и отступила в сторону.

– Вы не хотите снять свой тяжелый плащ? Интересный выбор одежды для женщины.

Хамфри смерил меня с ног до головы таким взглядом, что на мгновение мне показалось, будто он способен заглянуть под слои моей неброской одежды. Я никогда не старалась подчеркивать свой пол – в нашем деле это только мешало, особенно учитывая мою внешность. Мне льстило, что я на хорошем счету в департаменте, а моя репутация лучше, чем у многих коллег-мужчин. И все это исключительно благодаря рабочим заслугам.

– Спасибо, мне не жарко, – нагло соврала я. – У меня всего несколько вопросов, так что если вы перестанете изображать из себя бессмертного вампира, мы быстро закончим.

Низкий смех пустил по телу волну даже не тепла, а огненной лавы. Такого со мной никогда не происходило и я задумалась – возможно это влияние каких-нибудь благовоний? Я тут ничего не пила и не ела, но, быть может, дело в запахе? Таким образом в «Доме лилий» «уговаривают» гостей остаться?

Хамфри прошел к большому столу и показал рукой на стул, обитый темно-зеленой тканью.

– Присаживайтесь, детектив.

Привычным жестом я откинула плащ, вызвав у Хамфри очередную кривую улыбку.

– Глория Кэррингтон и Андреа Бишоп были найдены мертвыми рядом с вашим заведением с разницей в пару недель. Они были вашими клиентками?

Мужчина расслабленно откинулся на спинку стула, словно мы сейчас не говорили об убийствах. Обычно люди – даже невиновные – напрягаются, когда им начинают задавать вопросы о жертвах. Как сказал мне однажды один из свидетелей, которого я уличила в излишней нервозности: «У вас все всегда под подозрением». Алистера Хамфри, похоже, совсем не смущал тот факт, что он мог стать одним из главных подозреваемых.

– Многие господа и… дамы, – он чуть склонил голову набок, – приходят сюда инкогнито. Я уважаю их право оставаться не узнанными.

– Даже не сомневаюсь, – презрительно фыркнула я и продолжила. – Тем не менее, господин Хамфри…

– Вы можете звать меня Алистер.

– Не могу. Вы, вообще-то, в списке подозреваемых, – решила сыграть ва-банк, но мужчина лишь приподнял брови, разыгрывая удивление.

– Тем интереснее.

Я недоуменно нахмурилась.

– Что интереснее?

– Наше общение. Тем интереснее будет наше общение, Саша. Нам предстоит провести много приятных минут в компании друг друга.

Хозяин борделя белозубо улыбнулся, и мои щеки в который раз начала заливать краска – мужчина явно намекал не на допросы. Хамфри пытался выбить меня из колеи и у него это неплохо получалось. Я много лет работала рука об руку с мужчинами, и никто из них никогда не позволял себе никаких намеков. Разве что когда-то давно, в самом начале карьеры. Но их было так ничтожно мало, что я оказалась совершенно не подготовлена к тому, что обрушил на меня Хамфри.

– Глория и Андреа были вашими клиентками? – повторила свой вопрос, глядя прямо ему в глаза и пытаясь заметить хоть малейшее проявление нервозности.

– Мне это неизвестно, Саша, но готов помочь вам выяснить.

– Как?

– Поспрашиваем ребят, может, кто-нибудь запомнил что-то, – он коснулся подбородка длинными пальцами и немного оттянул нижнюю губу. Жест получился настолько откровенным, что я как ужаленная подскочила со стула.

– Можем сделать это сейчас?

Хамфри медленно поднялся и обошел стол, вставая непозволительно близко.

– Боюсь, сейчас это сделать невозможно.

– Почему?

– Если юные мисс были моими клиентками, то с ними могли работать всего три человека: Гай, Лео и Михель. И все они сейчас заняты, развлекая нашу постоянную гостью.

– Все трое? – хмыкнула я, недоверчиво выгибая бровь.

В глазах Хамфри вспыхнула какая-то непонятная эмоция – смесь удивления, веселья и… предвкушения? Он дернул правой рукой, как будто хотел дотянуться до меня, но потом передумал и спрятал обе руки в карманы брюк.

– Некоторые женщины любят, когда их берут трое мужчин одновременно, Саша. Природа позаботилась о том, чтобы это было возможно.

Мой рот уже во второй раз за нашу короткую беседу распахнулся от шока. Я во все глаза смотрела на Хамфри, пытаясь осмыслить его слова. Он ведь сказал это просто для того, чтобы смутить меня? Я наконец закрыла рот, облизнув пересохшие губы. Хамфри резко втянул воздух.

– Если желаете, можете убедиться, – тихо проговорил мужчина, и мне показалось, что его голос стал немного ниже.

– Нет, спасибо. Я забегу в другой раз, господин Хамфри.

– Алистер.

Проигнорировав последнее замечание, я пулей выскочила из кабинета и бросилась к выходу. Мои мысли были в таком смятении, что я пересекла гостиную с людьми, даже не обратив внимания на творившееся там безобразие. Выбежав на улицу, сделала глоток прохладного воздуха и запихнула записную книжку в карман.

Глубоко изнутри начала подниматься злость на себя: я ни о чем его толком не спросила! Стушевалась, как молоденькая девчонка, позволила играть с собой. Как непрофессионально! От стыда я даже прикрыла лицо ладонями – никогда еще со мной такого не случалось. Что ж, будет мне уроком. Нужно было не игнорировать все россказни об Алистере Хамфри, а анализировать информацию. В расстроенных чувствах я отправилась домой, но пообещала себе, что в следующий раз буду готова. Если Хамфри думает, что смог спугнуть меня своими непонятными намеками, то его ждет сюрприз.

## Глава 3

Следующим утром я первым делом заскочила в морг. Большой Богги сидел на стуле, уплетая за обе щеки булку. Рядом в углу копошилась тщедушная собачонка, которой он периодически бросал куски еды.

– Привет, Богги.

– Привет, Саша. Какими судьбами? У меня для тебя нет ничего свеженького, – хрипло засмеялся мужчина, и я в ответ улыбнулась.

– А мне свеженького и не нужно. Скажи, тело Андреа Бишоп уже забрали родственники?

– Кого? – Богги нахмурился, забрасывая в рот остатки булки.

– Андреа Бишоп, убили третьего числа. Нашли рядом с «Домом лилий», на улице Дубов.

– Дорогая, я, конечно, посмотрю, но только ради тебя. Потому что абсолютно точно уверен, что никакой Бишоп у меня не было ни 3 числа, ни какого другого.

Большой Богги поднялся со своего стула и вразвалку подошел к деревянному серванту, в котором хранил все данные о тех, кто поступал в морг. Пару минут он листал записи, а потом поднял на меня сочувствующий взгляд.

– Прости, Саша, никаких убитых девиц.

– Подожди, Богги, – я склонилась над его записями, – а Глория Кэррингтон? Погибла пару недель назад. Тоже убийство.

Он с сомнением поджал губы, но все же начал отлистывать назад. Впрочем, я и так знала, что это бесполезно. У Богги была отличная память, которая еще ни разу нас не подводила. Он помнил не только имена, но и результаты вскрытий, так что вся эта возня была скорее жестом отчаяния. Имени Глории в аккуратных строчках Богги не нашлось.

Рассеянно попрощавшись с мужчиной, я отправилась в отдел. Весеннее солнце безуспешно пыталось пробиться через густые облака, и к тому моменту как я пришла на работу, у меня зуб на зуб не попадал. Кутаясь зябко в свой бордовый плащ, заглянула в маленькую кухоньку, где на плите уже коптел пузатый чайник.

– Доброе утро.

– Привет, Макс, – отозвалась, даже не оглядываясь.

– Нужно было все же починить камин, эти новомодные водяные трубы совсем ни к черту, – парень протянул руки, грея их над паром от чайника.

Я пропустила мимо ушей последнюю реплику и спросила:

– Слушай, Макс, а ты не мог бы мне кое с чем помочь?

Парень перевел на меня ошарашенный взгляд и картинно приложил руку к груди.

– Я? Тебе? Макс Овермайн Саше Забриски?

Закатив глаза, цокнула и посмотрела на молодого служителя закона.

– Так поможешь или будешь продолжать паясничать?

Макс тут же подобрался и стал серьезным, а я глубоко вздохнула: все же было очень непривычно просить кого-то о помощи, но, похоже, в некоторых вещах толку от человека мужского пола будет больше, чем от меня.

– Можешь поузнавать среди… э-м… ну, – я неопределенно помахала рукой, пытаясь подобрать слова, – любителей борделей, какого толка люди ходят в «Дом лилий»? Можно ли посетить заведение инкогнито и нужно ли для этого иметь какие-то дела с хозяином?

Макс понимающе усмехнулся.

– Я все узнаю.

Парень немного помолчал, а я не уходила, выжидая, когда же он решится. Наконец Макс набрал в грудь побольше воздуха и выпалил на одном дыхании:

– Какой он?

– Совершенно невыносимый тип!

Не удержавшись, я засмеялась. Для меня все равно было удивительно, что человек с репутацией Алистера Хамфри умудрился собрать вокруг себя армию обожателей.

– Налей мне лучше чая, я пока сбегаю к Лестеру, – со смехом ткнула Макса в плечо.

Исключительно для приличия постучав в дверь, толкнула ее и шагнула в кабинет к Коулману. В этот момент в мою сторону повернулись сразу две головы. Посетитель начальника полиции был мне незнаком, но явно принадлежал к аристократическим кругам. Он тут же поднялся, снял шляпу и поприветствовал меня.

– Мисс?

– Детектив Саша Забриски. Простите. Шеф, я загляну попозже, – показала я пальцем за свое плечо, но седовласый мужчина замахал руками.

– Не стоит, мисс, оставайтесь. Я как раз собирался уходить. Спасибо за уделенное внимание, мистер Коулман.

Он поклонился сначала мне, потом Лестеру и вышел из кабинета.

– Кто это был?

– Не бери в голову. По одному старому делу. – Коулман неопределенно махнул рукой. – Что ты хотела, Саша?

– Лестер, ты знал, что тела обеих жертв не привозили к Богги?

– Да. Вскрытие проводили в морге округа.

– Но почему?! – недоуменно воскликнула я. – Все насильственные всегда отправляли к нам, в городской морг.

Лестер пожал плечами, он казался каким-то чересчур рассеянным.

– Пока не знаю, что тебе ответить, Саша. Это дело еще не было у нас, когда принимались решения.

– Да, конечно, прости.

Я потерла виски: расследование еще толком не началось, а в деле уже образуются непонятные дыры. И каждая такая нестыковка отодвигала мой долгожданный отпуск еще дальше.

– Ты взяла показания владельца «Дома лилий»?

Я поморщилась. Вспоминать визит в бордель очень не хотелось, а еще больше не хотелось идти туда снова. Мое невразумительное поведение больно било по самолюбию. Я давно считала себя профессионалом, у которого невозможно выбить почву из-под ног. По крайней мере, такой глупостью, как сексуальные намеки.

– Толком ничего не вышло. Сегодня попробую еще раз.

Коулман с подозрением посмотрел на меня, но комментировать ничего не стал.

– Возникнут сложности – говори. Я выпишу бумаги, и ему придется прийти в отдел.

– Спасибо, Лестер.

В отвратительном настроении я вышла из кабинета. День только начался, а я, кажется, уже умудрилась взять не тот поворот в лабиринте. Эх, знала бы, сколько раз попаду в тупик, распутывая это дело, отправилась бы лучше на воды.

***

Вечер наступил быстрее, чем мне хотелось. Стоя на ступенях борделя, я поплотнее закуталась в плащ и выругалась – ну кто просил надевать под него легкую блузку, еще и такого откровенно девчачьего нежно-сиреневого оттенка? Что на меня вообще нашло, когда вместо того чтобы сразу отправиться в «Дом лилий», я заскочила домой и потратила полчаса, приводя себя в порядок? В прошлый раз, вышагивая по борделю в своем тяжелом плаще и высоких сапогах, я ощутила себя большой и неуклюжей. Как серая сварливая гусыня среди экзотических птичек. Кому-то может показаться странным, но впервые за долгое время мне захотелось почувствовать себя женщиной. Не из-за загадочного владельца заведения, нет.

– А ты красивая, – хихикнула Трикси, кокетливо наматывая на пальчик рыжеватую прядь волос. – В прошлый раз я не заметила – уж больно грозная.

– Спасибо, – произнесла как можно ровнее, а сама в этот момент почему-то подумала: интересно, Хамфри тоже нашел меня красивой? Ох, черт, да какая разница?!

– Пойдем, господин тебя ждет.

Я недоверчиво покачала головой: Трикси повела меня дальше по коридору, минуя красную (как я ее окрестила про себя) гостиную. Мы вышли на какую-то лестницу, сделали пару поворотов и оказались перед знакомой дверью. Подумать только! Значит, в прошлый раз девица повела меня тем путем не просто так. Хамфри действительно знал о моем визите, пытался смутить меня и выбить почву из-под ног. Вопрос – зачем? Он пытается что-то утаить? С плохо скрываемым раздражением шагнула в кабинет.

– Добрый вечер, детектив. Рад снова видеть вас.

– Не могу сказать того же о себе, – не удержалась я от колкости.

– Всему свое время, Саша.

Хамфри ухмыльнулся, подошел и сделал шаг мне за спину. Я начала двигаться вместе с ним, недоуменно поглядывая – не стоит вставать за спиной служителя закона, мы слишком нервно на это реагируем.

– Ну же, Саша. Я всего лишь хочу помочь вам снять плащ. Вы хотели пообщаться с мальчиками, если не ошибаюсь, а это займет время. Вряд ли вам понравится ходить в верхней одежде по теплым помещениям, – как ребенку объяснил Хамфри и положил руки на мои плечи.

– Я в состоянии раздеться сама, – с трудом выдавила я, пытаясь успокоить расшалившееся дыхание.

– Разумеется, – не стал спорить Хамфри.

Вместо этого он осторожно нырнул пальцами за шиворот, подцепляя плащ, и медленно потянул его вниз. Несмотря на свои слова, я осталась стоять, позволяя ему снять с меня верхнюю одежду. Сердце стучало как бешеное, а в голове шумело так, как будто мы стояли не посреди рабочего кабинета, а в спальне. Боже, да сколько же можно стаскивать с меня этот чертов плащ?! Кончики пальцев заскользили по шелковой ткани блузки, и я с ужасом ощутила, как напрягаются соски.

– Эта блузка очень вам идет, – его бархатистый голос раздался у самого уха, и я подпрыгнула, вырываясь из импровизированных объятий.

– Э-м, да, спасибо. Давайте пойдем, у меня мало времени, – я старалась не смотреть на Хамфри, нервно заправляя прядь волос за ухо. А потом бросилась к двери лишь за тем, чтобы тут же метнуться назад.

– Забыла записную книжку, – подняла глаза на мужчину, который даже не сдвинулся с места, продолжая держать мой плащ с насмешливой улыбкой.

Он совершенно беспардонным образом нырнул рукой в карман плаща и вытащил оттуда вещицу.

– Вы не могли бы не лазать в мои карманы? – зашипела я возмущенно.

– Саша, расслабьтесь, вы здесь в полной безопасности.

Его манера выборочно отвечать на вопросы ужасно нервировала. Выдернув у мужчины из рук свои вещи, снова направилась к двери, но не стала выходить – все равно не знала, куда идти, а попасть в очередной вертеп не хотелось. Я не переживу, если кто-то на моих глазах снова будет заниматься сексом, а Хамфри в этот момент окажется за моей спиной. Он обошел меня, как мне показалось, намеренно задевая плечом, и проговорил:

– Идите за мной.

## Глава 4

Я старалась держаться в нескольких шагах от Хамфри и не пропускать ни одной детали. Каждое новое помещение «Дома лилий» я наносила на карту, которую держала в своей голове. Достаточно сильный поток воздуха обдал меня с ног до головы, проникая под тонкую ткань блузки. Никаких дверей рядом не было, поэтому я слегка замедлилась и начала рассматривать стены, чтобы найти источник сквозняка.

– За стеной проходит потайная лестница, ею пользуются те, кто не хочет быть узнанным, – раздался спереди голос Хамфри.

Мрачно усмехнулась, запоминая место, откуда подул ветер. Хамфри сказал про лестницу, создавая видимость, что ему нечего скрывать. Но в свое время мне много довелось работать с контрабандистами, и это был их излюбленный прием: выдать какое-нибудь проходное место, чтобы скрыть что-то по-настоящему важное.

Мужчина сделал еще пару поворотов, резко остановился и развернулся. Я лишний раз похвалила себя за предусмотрительность и решение держаться от Хамфри подальше. Я успела затормозить до того, как врезалась в его грудь, и выжидательно уставилась на хозяина борделя. Если он и был недоволен тем фактом, что я не угодила прямиком в его объятия, то демонстрировать этого не стал. Хамфри потянулся рукой за спину и провернул ручку.

– Прошу.

Я шагнула в небольшую по размерам комнату, в которой находились трое молодых мужчин. Один лежал на кровати, закинув руки за голову, другой сидел на полу, прислонившись к кровати и втирая какую-то мазь в колени, а третий… Третий стоял голым посреди комнаты и держал перед собой небольшое полотенце. Видно было, что он только вылез из ванны и явно собирался вытереть волосы, когда мы вошли. Теперь все трое смотрели на нас.

Я резко развернулась и все же уткнулась в грудь Хамфри. В нос ударил запах лимона и дуба. Мне удалось медленно отклониться, всем видом показывая, что столь близкий контакт меня совершенно не взволновал.

– Не могли бы вы попросить своего человека прикрыться?

– Михель.

Если еще секунду назад я была уверена, что эта провокация тоже подстроена Хамфри, то отрывистый оклик с ноткой раздражения заставил меня в этом усомниться.

– Простите, господин. Мы ждали вас позже.

С минуту в полной тишине была слышна какая-то возня, и наконец тот же голос произнес:

– Мисс, вы можете повернуться.

Я тут же воспользовалась предложением, потому что стоять рядом с Хамфри и ощущать, как он смотрит на меня сверху вниз, было невыносимо.

– Меня зовут Саша Забриски, я детектив городского управления полиции. Мне бы хотелось задать вам пару вопросов.

– Валяйте, – вальяжно произнес тот, что сидел на полу.

Он закончил наносить мазь, и теперь покрасневшая кожа блестела. Я встряхнула головой, стараясь не думать о том, как именно его колени пострадали. Развернув записную книжку, я перевела взгляд с него на того парня, что лежал на кровати. Он перевернулся набок и теперь подпирал рукой голову.

– Кто из вас Лео, а кто – Гай?

– Я Гай, – ткнул в себя парень с мазью на коленях.

– Рядом с «Домом лилий» за последний месяц были найдены трупы двух девушек. Полиция предполагает, что они были посетительницами вашего заведения, – забросила я удочку, пристально всматриваясь в смазливые лица.

– Возможно кто-то из вас слышал об этом и узнал в погибших своих клиенток?

– Мисс, вы ни черта не понимаете в борделях. Если какая-нибудь аристократка любит, чтобы ее обрабатывали сразу в три ствола, она старается не светить свою личность.

Парни засмеялись, а я сделала себе пометку присмотреться к Гаю. Возможно, за своим показным нахальством он скрывает нервозность. Так или иначе, но укол юноши достиг своей цели: я ужасно смутилась. Не столько из-за слов Гая, сколько из-за присутствия хозяина борделя за спиной. Он нависал надо мной черной глыбой и, кажется, упивался моим смущением.

– И все же. Имена Глории Кэррингтон и Андреа Бишоп о чем-нибудь вам говорят?

Все трое пожали плечами. Хорошо, зайдем с другой стороны.

– Предположим, что имен клиенток вы действительно не знаете, – я подчеркнула интонацией слово «предположим», давая понять всем четверым, что ни капли им не верю. – Но тела их вы помните?

– О чем вы, мисс? – спросил Михель, хмурясь и приподнимая подбородок.

– Родинки, мелкие шрамы, цвет волос, форма… груди, – на последнем слове я опустила глаза в записную книжку, притворяясь, что делаю пометки.

– Аааа, вы об этом, – Михель почесал затылок. – Дак ведь много их, мисс. Тел-то этих.

– Вот сейчас всех и вспомним. За последний месяц.

Парни разочарованно загудели: они явно не ожидали, что наш разговор затянется.

– Куда я могу сесть? – игнорируя разочарованные стоны, спросила я.

– Запрыгивайте ко мне на кровать, мисс детектив, – насмешливо сказал Лео и похлопал ладонью по клетчатому покрывалу.

Это была уже вторая шпилька, которая достигла цели, заставив меня покраснеть. Да, свидетели и подозреваемые часто пытались сыграть на том, что я молодая женщина, но обычно этот номер не проходил. Не будь за моей спиной Хамфри, я бы с невозмутимым выражением лица плюхнулась на кровать и заставила паршивца вспомнить каждую морщинку на телах его клиенток. Я повернулась к мужчине.

– Я попрошу вас выйти.

Хамфри удивил меня: он не стал возражать, лишь коротко кивнул и произнес:

– Вернусь за вами через час, детектив.

Мужчина вышел и ко мне вернулось мое обычное расположение духа – злобно-веселое.

– Ну что, мальчики, пообщаемся?

Помнили Гай, Лео и Михель много и с удовольствием, в красках, расписывали подробности своих рандеву. Но была одна проблема – сейчас я действовала фактически вслепую. Чтобы увидеть тело Андреа, нужно было подать запрос в окружной морг. Лестер это уже сделал, но в итоге мы угодили в какой-то бюрократический котел, и вот я сижу тут, не представляя, как выглядит убитая.

Я скрупулезно записывала расположение всех родинок, шрамов в надежде на то, что завтра мне все же удастся осмотреть тело и что-то из этого совпадет. Бросила взгляд на часы – пора закругляться. Мне не хотелось, чтобы Хамфри провожал меня, поэтому еще когда он сказал, что зайдет через час, решила уйти пораньше.

Наспех распрощавшись с парнями, которые под конец разговора растеряли свою томность, вышла из комнаты в мрачный коридор. Почему здесь везде так темно? Дорогу я запомнила отлично, поэтому шла достаточно быстро, но странный звук заставил меня замереть на месте. Это был женский стон. Да-да, мы в борделе, детектив Забриски, скажете вы, но что-то в этом стоне, некий оттенок боли, заставил меня напрячься.

Я завертелась на месте, пытаясь определить, откуда идет звук. Вернулась немного назад и прошлась вдоль стены, прижимаясь к ней ухом. Вот оно, снова. И тут стена внезапно оборвалась, и я чуть не упала, провалившись в пустоту. На какой-то миг я даже распрощалась с жизнью, но оказалось, что во мраке коридора я просто не разглядела небольшую нишу. Мои ладони упирались в шершавую стену, а из небольшой щелки лился желтоватый свет.

Я быстро прильнула к отверстию, которое, судя по всему, располагалось на двери, которой уже давно никто не пользовался, и буквально прилипла. В помещении действительно была женщина. Все ее тело опутывали черные полоски то ли ткани, то ли кожи. Она висела на них горизонтально в воздухе и была абсолютно… голой. Ноги девушки были широко разведены и тоже удерживались этими ремнями, а вокруг нее ходил мужчина.

Он был весьма крепкого телосложения и, насколько я могла судить по фигуре, занимался боксом, а значит, это кто-то из аристократов. До пояса мужчина был раздет, а большую часть лица скрывала маска. В руке у него была какая-то плетка с множеством хвостиков на конце. В какой-то момент мужчина замахнулся и ударил женщину прямо по… О боже! Я закрыла рот ладошкой, чтобы не вскрикнуть, но девушка это сделала за меня. Она вся изогнулась, словно просила своего мучителя сделать это еще раз. И я оказалась не права – ни грамма боли в этом стоне не было.

Не знаю, почему я продолжила смотреть, ведь уже через минуту стало очевидно: все, что происходит в том помещении, происходит по обоюдному согласию. Но меня влекло какое-то нездоровое любопытство. Неужели секс может быть таким? Погруженная в свои мысли, не заметила, как мужчина устроился между широко разведенных ног и толкнулся. Женщина громко застонала. В этом звуке было столько наслаждения и сладострастия, что я дернулась назад и зацепилась за какой-то выступ.

Сильная рука обхватила талию, в одно мгновение смещаясь под грудь и не давая упасть. Инстинктивно я ухватилась за эту руку, и теперь мы с Хамфри стояли в обнимку в темной нише. В том, что это хозяин борделя, я ни секунды не сомневалась: тело горело от макушки до пят, а низ живота сладко потянуло. Через тонкую ткань блузки я чувствовала жестковатую шерсть его сюртука.

– Если вы хотели посмотреть, детектив, то в моем заведении для этого есть более удобные места.

Хамфри даже не думал меня отпускать, а его горячий шепот грозился лишить остатков разума.

– Я… Я не хотела. Просто услышала крик и решила проверить, – мой голос звучал прерывисто, как будто я только что гналась за преступником десять кварталов.

– Вам понравилось то, что вы увидели?

Он перехватил меня поудобнее и теперь его большой палец задевал левую грудь. Словно случайно он скользнул выше, небрежным жестом цепляя твердый сосок. Из моей груди вырвался протест, больше похожий на стон. Теперь я вцепилась в его плечо обеими руками.

– Отпустите меня.

В ту же секунду Хамфри отодвинулся, как будто все это действительно было не более чем случайностью.

– Пойдемте, Саша, я вас провожу. Сегодня в нашем заведении особое представление. Вряд ли вам захочется оказаться его невольной зрительницей.

В его голосе звучала легкая насмешка, словно на самом деле он считал, что представление мне как раз таки придется по душе. Что ж, после того как мужчина поймал меня за подглядыванием, у него были на то все основания. В молчании я следовала за ним, потом попрощалась одним кивком и быстро сбежала по ступенькам.

Нужно выпить.

## Глава 5

В пабе «Ловкая лисица» было накурено и шумно – как и всегда по пятницам. Обычно я любила поболтать с людьми: выпивка здорово развязывала языки и, будучи благодарным слушателем, можно было узнать много интересного. Но сегодня был не тот день. Я забилась в самый дальний угол и уперлась спиной в стену, чтобы из зала меня точно было не разглядеть.

– Что желает… ой, – Генриетта, пухленькая кудрявая подавальщица захихикала. – Далеко вы сегодня забрались, детектив.

Вместо ответа я махнула рукой, давай понять, что не настроена на беседы. Генриетта дурочкой не была, поэтому тут же перестала улыбаться и сочувственным тоном поинтересовалась:

– Пинту пшеничного, как обычно?

– Угу.

Девушка упорхнула, и я прикрыла глаза, по секундам воспроизводя в голове странную сцену, произошедшую в коридоре. Мне не в чем было обвинить Хамфри. По большому счету он не сделал ничего зазорного – лишь не дал мне упасть. Все эти касания могли оказаться лишь случайностью, на которую я слишком остро отреагировала. Кстати, почему?

Что такого было в этом мужчине, что он выбивал привычную почву у меня из-под ног? Хамфри даже нельзя было назвать красавцем: слишком высокий, жилистый, с жесткими волосами, торчащими в разные стороны, он больше походил на нахохлившегося ворона, чем на соблазнителя. Возможно, это слова Макса о его талантах на этом поприще на меня так подействовали?

Генриетта молча поставила передо мной кружку пива и удалилась, а я попыталась переключиться на дело. Пока у меня на руках была лишь парочка разрозненных фактов, которые к тому же были под сомнением. Ни одного подозреваемого и, что самое смешное, ни одного тела. Я хмыкнула, и в этот момент до уха долетел знакомый голос. Подавив желание проигнорировать его, выглянула из-за угла. Этот человек мне сейчас и нужен, чтобы отвлечься от мыслей о загадочном владельце борделя.

– Макс, – гаркнула на весь зал, заставляя нескольких человек обернуться.

Парень с улыбкой помахал и направился к моему столику.

– Добрый вечер, детектив.

– Привет. Ты один?

– Д-да, – он немного запнулся, тоскливым взглядом окидывая паб. Прости, Макс, но позажимать девиц сегодня не получится.

– Садись, – бескомпромиссным жестом показала на соседний стул, и он со вздохом опустился.

– Саша, ты никогда не отдыхаешь?

На секунду я даже возмутилась.

– Может быть, я тебя пригласила выпить пива и поболтать о…, – я вращала рукой, пытаясь что-нибудь придумать, но в голову, как назло, ничего не лезло. Макс прыснул, и через несколько секунд мы с ним уже весело смеялись.

– Давай так: я расскажу все, что удалось выяснить, а ты допиваешь свое пиво и идешь домой.

Я развела руками, во все глаза глядя на нахала.

– Максимилиан Овермайн, это ваша работа!

– Точно. Работа, Саша. – он показал пальцем на противоположную стену, где висели часы, и мне оставалось лишь раздраженно махнуть на него.

– Черт с тобой. Выкладывай, а потом можешь проворачивать тут свои делишки. Один, без моей унылой персоны за спиной.

– Люди туда ходят непростые, Саша, – едва разговор зашел о работе, Макс сразу подобрался и стал серьезным. – Стать членом клуба практически невозможно.

– Клуба? – я иронично выгнула бровь, но парень лишь покачал головой.

– Да, Саша, клуба. Люди платят большие деньги, чтобы просто иметь возможность туда попасть. Все, что происходит внутри, – он многозначительно посмотрел на меня, – оплачивается отдельно.

– Понятно. Что еще?

– Я узнал пару имен.

– Ты ЧТО?!

– На самом деле даже три имени.

Он перегнулся через стол и бросил взгляд вправо, убеждаясь, что никто нас не подслушивает. Потом начал разминать пальцы и вздыхать, явно наслаждаясь моментом.

– Макс, не беси меня.

– Ладно, ладно. Просто хотел посмаковать. Потом буду ребятам в отделе рассказывать, как добыл важную информацию для самой Саши Забриски.

– Макс! – я начинала терять терпение.

– Короче. Один из самых старых клиентов – Виктор Миннигрим. Он в клубе практически с самого его основания.

– Когда ты говоришь Виктор Миннигрим, ты имеешь в виду…

– Члена парламента, да.

– Продолжай.

– Есть еще молодой парень, Доминик. Его имя тебе, скорее всего, ничего не скажет, а вот имя его папаши – очень даже. Это отпрыск самого герцога Трескони.

– Министра промышленности? – похоже, я так смешно выпучила глаза, что Макс снова хрюкнул от смеха.

– Он самый. И мое любимое открытие. – Макс наклонился еще ниже и поманил меня пальцем. – Женщина.

– Женщина? – в голове сразу же всплыл разговор с Хамфри, когда он упомянул одну из клиенток Дома, которая предпочитает заниматься сексом сразу с несколькими мужчинами.

– Представляешь? Не только мужчины умеют пуститься во все тяжкие, но и маркиза Лагрэ.

– Лагрэ?! – я вскрикнула и тут же прикрыла рот ладошкой. – Но у нее же есть муж. И он даже не старый.

Макс развел руками, мол, а мне откуда знать – у богатых свои причуды.

– И что ты будешь с этим делать?

Я нахмурилась.

– Пока не знаю, Макс. Спасибо, ты хорошо поработал.

Парень расплылся в широкой улыбке, а я в пару глотков прикончила остатки пива, похлопала коллегу по плечу и покинула «Ловкую лисицу». Покачиваясь в карете извозчика, я думала о том, что легким это дело не будет. Если погибшие девицы все же окажутся связаны с борделем, то вытащить оттуда что-то на свет божий будет очень тяжело. Член парламента, сын министра промышленности и жена владельца судоходной компании. И это только те, о ком Максу удалось разнюхать.

***

Расплатившись с извозчиком, я все в такой же задумчивости поднялась на второй этаж и уже было шагнула к двери, чтобы открыть ее, но замерла в одном шаге. Но полу, рядом со входом в мою небольшую квартирку лежал букет черных ирисов. Я нахмурилась, а рука привычным жестом легла на портупею. В небольшом коридорчике никого не было и во всем доме стояла тишина: соседи давно легли спать. Я медленно потянулась к замочной скважине, вставила ключ и провернула. Перешагнула через букет и толкнула дверь, одновременно доставая револьвер.

Будить соседей, конечно, не хотелось, но если кто-то решил устроить мне западню в собственном доме, пусть будет готов к ответу. В тишине коридора раздался зловещий скрип, и я поморщилась: соседка давно намекала, что было бы неплохо смазать петли. Потянувшись рукой к выключателю, резко его нажала, и комнату озарил тусклый свет. Лампочка под потолком защелкала, разгораясь все ярче. В квартире никого не было.

С облегчением выдохнув, убрала оружие и взяла с порога букет ирисов. Он выглядел прекрасным и зловещим одновременно. Прям как Алистер Хамфри – промелькнуло в мыслях, и я встряхнула головой. Скорее всего, кто-то просто ошибся дверью. Подавив желание отправить букет в мусорную корзину, я налила в высокий бокал воды и попыталась воткнуть в него стебли. Пальцы уперлись в края бумаги. Сжав губы, я развернула небольшой плотный квадрат.

«Саше З.», – было выведено дорогими синими чернилами на развороте.

## Глава 6

Я хмуро смотрела на букет, который рассыпался по бокалу и теперь не выглядел таким красивым. От кого он и что этим хотел сказать отправитель? Я еще раз внимательно осмотрела небольшую квартиру, заглянула в ванную, проверила, закрыты ли окна. Никаких следов присутствия посторонних. Устало опустившись на стул, я некоторое время сидела, глядя в одну точку на полу. Надо было все же идти в отпуск, черт возьми.

К понедельнику завявшие ирисы уже не казались такими зловещими, и в приподнятом настроении я отправилась в отдел. В город наконец пришла весна: солнце пусть и слабо, но пригревало, а вечный туман опускался на улицы только после темноты. Я бодро шлепала по сырой брусчатке, ловя настороженные взгляды прохожих: плащ был расстегнут, и портупея с револьвером болталась на всеобщем обозрении.

До отдела оставался один квартал, когда за спиной я услышала голос Макса.

– Саша!

Судя по всему, парень какое-то время пытался меня догнать и теперь тяжело дышал, упираясь рукой в бедро. Я нахмурилась – он мог просто прийти в мой кабинет.

– Что-то срочное?

– Уфф, – он все пытался перевести дыхание.

– Макс, ты бы занялся своей формой. Выглядишь ни к черту, – усмехнулась.

– Да. Саша, слушай. Там сегодня высокое начальство полощет Лестеру мозги. А я вчера узнал кое-что. Возможно, ты решишь не заходить на работу и сразу отправишься в «Дом лилий».

Бесцеремонно подхватив коллегу под локоть, я утащила его в небольшой переулок.

– Говори.

– Этот Миннигрим был знаком со второй погибшей – Андреа.

Я с сомнением посмотрела на Макса.

– Андреа, конечно, не из бедной семьи, но с Миннигримом они птички разного полета. Ты уверен?

– Практически на сто процентов. Помнишь Дженкинса?

– Репортеришку, который сливает тебе информацию?

– Да. Он видел, как мисс Бишоп и Миннигрим общались у здания парламента. Узнав об убийстве Андреа, Дженкинс решил проявить гражданскую сознательность, – Макс фыркнул и почесал затылок.

Я тоже усмехнулась.

– Сколько ты отдал за то, чтобы его гражданская сознательность проснулась?

– Немного. Пару дней обойдусь без обедов.

– Спасибо, Макс. Без еды тебя не оставлю, – хлопнув парня по спине, я сделала шаг в противоположную от работы сторону. – Скажи Лестеру, что я ушла по делам.

Мы распрощались с Максом, и я снова отправилась туда, куда идти совсем не хотелось. Андреа нашли рядом с борделем, Миннигрим очевидно был с ней знаком, ну или как минимум пересекался. Миннигрим – постоянный клиент «Дома лилий». Может ли это быть совпадением? В любом случае ниточка снова ведет меня к Алистеру Хамфри.

Дверь борделя оказалась закрыта, и я постучала. Внутри было тихо, а в окнах не мелькали фигуры людей. Оно и понятно – подобные заведения посещали, как правило, в темное время суток.

– Я могу вам помочь, мисс?

Задумавшись, я не сразу заметила, что дверь открылась, и наружу выглянула девушка. Для работницы борделя у нее была очень чистая кожа и невинная улыбка.

– Да, мне нужен господин Хамфри,

Она улыбнулась и распахнула дверь.

– Вы ведь детектив, да? Меня зовут Лизабет, проходите.

Я шагнула внутрь, приклеивая к лицу вежливую улыбку.

– Он внизу? – я показала рукой на знакомый коридор, давая понять, что провожать меня совсем не обязательно.

– А вы правда?..

– Лизабет! – раздался за моей спиной строгий голос, и я резко обернулась.

Сзади стояла высокая темноволосая женщина. Яркое платье с глубоким декольте почему-то выглядело на ней чужеродным. Возможно потому, что оно никак не вязалось с ее цепким взглядом.

– Дейзи!

И именем, – хмыкнула я про себя. Какая уж тут Дейзи, тут целая Маргарита.

– Зачем ты вышла из своей комнаты? – спросила брюнетка, и маленькая кудрявая блондинка как-то сразу поникла.

– Я спустилась вниз и случайно услышала стук в дверь, открыла, а там мисс Забриски, Господин дал четкие указания относительно нее.

Как интересно. Эти двое тоже были достаточно интересными. Что-то в обеих девушках казалось мне неправильным. Почему Лизабет нельзя выходить из своей комнаты? Ее держат взаперти? Она здесь против своей воли? А эта брюнетка с холодным взглядом? Она тут всем заправляет, пока Хамфри плетет свои интриги? Мои вопросы прервал тонкий голосок блондинки.

– Давайте я вас провожу.

– Я сама. Ты можешь идти наверх, Лизабет, – уже мягким, но все равно не терпящим возражений тоном произнесла Дейзи. – Идите за мной, детектив.

Чем ниже мы спускались, тем сильнее колотилось мое сердце. От волнения колени становились мягкими. Единственное, что меня удерживало в тонусе – это волны негатива, которые испускала девица. Я ей определенно не нравилась, хотя в мои прошлые визиты мы точно не пересекались. Еще один вопрос на засыпку.

– Здравствуйте, детектив.

Дейзи, Лизабет и все другие люди моментом вылетели из моей головы, стоило голосу Хамфри разрезать полумрак кабинета. Его высокая фигура отделилась от массивного книжного шкафа и двинулась в мою сторону. Хамфри прошел мимо меня, что-то сказал Дейзи и закрыл дверь. Щелчок замка практически заставил меня подпрыгнуть.

– Что снова привело вас ко мне, Саша?

Хамфри встал за мной настолько близко, что я могла увидеть очертания его тела, скосив глаза вбок. Мужчина втянул воздух, как будто принюхиваясь, и это заставило меня вспыхнуть с головы до ног. Я быстро прошла вперед и развернулась.

– Один из ваших клиентов общался с погибшей за несколько дней до ее гибели.

Хамфри изогнул бровь и показал мне рукой на стул. Я тут же воспользовалась предложением, потому что ноги по-прежнему держали плохо. Мужчина сел напротив и пристально посмотрел на меня.

– Один из моих клиентов?

– Виктор Миннигрим.

Я постаралась произнести это таким тоном, чтобы Хамфри сразу понял – врать бесполезно. Но вместо того чтобы занервничать или попытаться опровергнуть мои слова, Хамфри откинулся на спинку высокого стула.

– И что, Саша, вы хотите от меня?

– Представьте нас друг другу.

Брови Хамфри взлетели вверх, хотя я была готова поклясться, что он ничуть не удивлен моей просьбой. Игнорируя его показное удивление, я продолжила.

– Вы знаете, что мне никогда не достать разрешение на допрос члена парламента. Если только он не будет сидеть над трупом с оружием в руках. А в вашем бор… заведении я смогу поговорить с ним без бюрократических барьеров.

Хамфри ничего не ответил. Его рука потянулась к графину с водой. Зачарованно я наблюдала, как длинные красивые пальцы обхватывают прозрачный бокал. Совершенно не к месту вспомнилось, как эта рука удерживала меня от падения, и я прерывисто вздохнула.

– Ну так что? Вы покажете мне Миннигрима?

– О, вы его уже видели, Саша, – красивые губы Хамфри расплылись в улыбке, такой обольстительной и порочной, что все недостатки его внешности в одно мгновение перестали существовать. А потом до меня дошел смысл его слов.

– Вы хотите сказать, что Виктор Миннигрим – это мужчина, который… которого я…

– За которым вы так бесстыдно подсматривали, детектив, – Хамфри сделал глоток воды.

Я пораженно замолчала. Больше всего на свете мне хотелось оказаться одной и обдумать полученную информацию. У члена парламента были весьма специфические вкусы и я не знала, как далеко они простираются. Та женщина была полностью в его власти. Задумай он сделать с ней что-нибудь, она бы даже не смогла сопротивляться. Чтобы скрыть смущение, я достала из кармана плаща записную книжку и деловито поинтересовалась.

– Как далеко заходит Миннигрим в своих, кхм, играх?

Хамфри сделал еще один глоток, оценивающе разглядывая меня сквозь прозрачную кромку бокала.

– Вы хотите знать, может ли он случайно убить свою партнершу?

– Да.

– Я готов помочь вам, детектив, – Хамфри поставил бокал на стол, а я поморщилась от его тона.

– Но?

– Но с одним условием: вы увидите все своими глазами. А я буду рядом.

Мне пришлось вцепиться в стул обеими руками, чтобы удержать себя на нем. Карандаш, зажатый между пальцами, больно впился в кожу. С одной стороны, посмотреть самой – это отличная возможность увидеть, не теряет ли Миннигрим контроль. Но делать это с Хамфри за спиной? Да я же превращусь в кучку пепла!

– Думаю, я отлично справлюсь и сама.

– Вы сможете оценить, насколько опасны вещи, которые делает Виктор с партнершей? – Улыбка Хамфри была настолько снисходительной, словно я пожаловала к нему не из полиции, а из пансиона благородных девиц. – Что вообще вам известно о том виде секса, который практикует ваш подозреваемый?

Мужчина задавал правильные вопросы: я ни черта не знала о том, что аристократы творят в местах, подобных этому. И вряд ли смогу понять, что что-то идет не так, пока это не произойдет.

– Он не будет нас видеть, детектив, если вы переживаете об этом.

– Это не очень этично.

– Этично? – Хамфри рассмеялся, запрокинув голову. – Вы в борделе, Саша. Здесь нет ничего этичного.

Следующие слова стали для меня своеобразным прыжком в бездну.

– Хорошо. Когда он будет здесь?

Услышав мой ответ, Хамфри сразу перестал смеяться, а его взгляд стал таким хищным, что у меня внутри все сжалось. Как, черт побери, я планирую пережить это, если мое тело пробирает дрожь от одного его присутствия?

– Завтра вечером. Я буду ждать вас к восьми, детектив.

## Глава 7

Я так и не осмелилась спросить про ирисы. От одной лишь мысли, что Хамфри усмехнется и спросит, с чего я решила, что это он, щеки начинали пылать. Кстати, это уже начинало изрядно нервировать. Хамфри ни разу не прокомментировал мой румянец, но уверена, что мужчина заметил, как я на него реагирую. Тогда я впервые задумалась – а не передать ли дело другому человеку.

К тому моменту, как я добралась до отдела, высокое начальство уже укатило, и Лестер сидел в своем кабинете изрядно потрепанный. Увидев меня в проеме, он устало махнул рукой.

– Саша, заходи. У меня как раз для тебя кое-что есть.

Лестер протянул разрешение на осмотр тела в окружном морге.

– Извини, что так долго. В этот раз бюрократы превзошли сами себя.

– Тебе это не кажется странным? – я запихнула бумажку в карман плаща и нахмурилась. – Они, конечно, никогда не отличались расторопностью, но несколько дней, Лестер. Это уже дурно пахнет.

– Согласен, Саша, согласен, – Лестер уронил голову на руки, судя по всему, в сотый раз за день зарываясь пальцами в волосы. – Но у меня связаны руки, ты же понимаешь.

Я хмыкнула. Еще бы мне не понимать. Полиция округа стояла выше городской полиции, вот только честь разгребать все грязные дела почему-то постоянно доставалась нам.

– Ладно.

Не говоря больше ни слова, я покинула кабинет начальника.

Пока круглолицый охранник пытался придраться к каждой букве на разрешении, я отрешенно считала доски под ногами. Не любила бывать во владениях окружной полиции. Здесь даже самая мелкая букашка, вроде этого пузатого охранника, мнит себя пупом земли. Мужчина еще какое-то время тыкал короткими пальцами в бумагу, но в итоге сдался и пропустил.

Спускаясь в подвал, я уже знала, что мне ничего не светит.

– Родственники забрали тело еще три дня назад, детектив, – развел руками высокий лысоватый мужчина.

Я сжала губы, чтобы не сказать пару ласковых – нужно было получить хоть какую-то информацию.

– Могу я взглянуть на результаты вскрытия? Ее и Глории Кэррингтон.

– Конечно. Сейчас все принесу.

Я переводила взгляд с одной папки на другую. Если бы не имена, то можно было подумать, что мне выдели одно и то же дело. Характер травм был абсолютно одинаковый. Андреа и Глории нанесли несколько ножевых ранений. Они не были глубокими – девушки умерли от кровопотери, а не от повреждений внутренних органов. Судя по характеру травм, какое-то время они оставались в сознании. Убийца как будто играл с ними. Мог ли это сделать Виктор Миннигрим? Возможно ли, что высокопоставленный член парламента встречался с обеими девушками в «Доме лилий» и предавался своим странным утехам? Возможно ли, что в какой-то момент все пошло не по плану?

Остаток дня и весь следующий ушел на изучение Виктора Миннигрима. К тому моменту как я оказалась на пороге злополучного борделя, о мужчине я знала больше, чем о собственной матери. Я не поленилась и просмотрела все законопроекты, по которым Миннигрим голосовал. И вот интересный момент – за последние три года он ни разу не поддержал законы, расширяющие права женщин.

Я усиленно перематывала в голове известные мне факты, лишь бы не думать о том, что через несколько минут снова увижу Хамфри.

– Для женщины вы очень пунктуальны, детектив.

Хамфри с улыбкой кивнул, когда я вошла в кабинет.

– Потому что в первую очередь я детектив, а потом уже женщина, – рявкнула я грубовато, чувствуя, как звенят от напряжения нервы.

– Как скажете, Саша.

То, каким тоном он это произнес, буквально кричало о том, что он ни на секунду мне не поверил. За годы работы в полиции я привыкла сталкиваться с шовинистами.

– Вы сомневаетесь в моих профессиональных качествах, Хамфри? – я нахмурилась, следя за мужчиной, который вышел из-за стола.

Он подошел так близко, что у меня осталось лишь два выхода: отступить или смотреть на него снизу вверх. Я вскинула голову, глядя на Хамфри с вызовом, которого совершенно не ощущала. Все силы уходили на то, чтобы перед глазами не расплывалось от запаха лимона, согретого его кожей.

– Ни капли. Я лишь думаю, что женское начало в вас не менее сильно. Я вижу вашу суть даже через этот дурацкий плащ.

Хамфри склонил голову, пробегая взглядом по моей одежде, а потом его ладони нырнули под плащ и легли на плечи.

– Что вы?!.

Я попыталась дернуться, но ладони Хамфри огладили плечи и скользнули вниз, к лопаткам. Вместо того чтобы увеличить дистанцию, я оказалась еще ближе к нему. Хамфри не сводил с меня насмешливого взгляда, пока я пыталась дышать ровно и не выдать себя. Большие пальцы подцепили плащ и он медленно потянул его вниз.

– Всего лишь помогаю вам снять плащ, Саша. Снова.

Снова. Точно. Только в прошлый раз я стояла к нему спиной, а теперь на лице ощущалось его горячее дыхание. Когда верхняя часть плаща оказалась в районе локтей, Хамфри немного наклонился вперед, и его нос коснулся моего уха. Я вздрогнула, а он резко скрутил плащ таким образом, что мои локти оказались плотно прижаты к туловищу. Я испуганно ахнула, когда оказалась впечатана в твердую грудь.

– Вы очень вкусно пахнете, детектив. Этот запах сводит на нет всю вашу маскировку.

Он провел носом от уха к виску и легко коснулся его губами. Глаза закрылись сами собой, и я пошатнулась. Хамфри же сдернул наконец с моих плеч плащ и отошел в сторону, чтобы повесить его. Я резко потерла лицо ладонями, пытаясь сбросить наваждение. Да что со мной?!

Бросив плащ на вешалку, мужчина повернулся и как ни в чем не бывало спросил:

– Миннигрим уже здесь. Вы готовы?

Конечно нет!

– Да. Конечно, – я откашлялась, не зная, куда деть глаза.

– Тогда пойдемте. Хочу, чтобы вы увидели все от начала до конца.

Хамфри говорил таким непринужденным тоном, что мне в очередной раз начало казаться, будто я все придумала, будто не было ни легкого поцелуя, ни этого лишающего чувств объятия. Я не понимала этого мужчину. Хамфри в прямом смысле слова сводил меня с ума. Мы вышли из его кабинета, и он свернул направо. Я озадаченно нахмурилась.

– Простите, но…

– Саша, неужели вы думаете, что мы будем подглядывать за членом парламента через случайную дырку в стене? – он усмехнулся и бросил на меня взгляд через плечо.

Меня же от одного воспоминания о той неловкой сцене бросило в жар. Я едва не застонала от отчаяния – зачем я вообще на это согласилась? Нужно было не тушеваться, как девица из приходской школы, а надавить на Хамфри, В конце концов, мы тут не в игры играем, произошло преступление! Я так распалилась, что к тому моменту, как мужчина распахнул передо мной дверь, готова была вцепиться ему в глотку.

Широким шагом влетела в помещение и… практически сразу уперлась в противоположную стену. Места здесь было так мало, что его хватило лишь на одно кресло. Оно стояло посередине комнатушки. Я растерянно заозиралась, а Хамфри подхватил меня под локоть и усадил в кресло.

– Боюсь, это помещение рассчитано на одного. Я постою здесь.

Мужчина устроился за креслом, положив ладони на спинку. Надо ли говорить, что у меня от такого соседства в голове зашумело? Я попыталась сдвинуться на самый край кресла и как можно ровнее проговорила:

– Тогда не смею вас задерживать. Просто покажите, как это работает, – я ткнула пальцем в пурпурный занавес, – и можете идти.

За спиной раздалось многозначительное хмыканье. Хамфри наклонился к самому моему уху, и мне пришлось упереться пятками в пол, чтобы не вскочить с кресла.

– Мне начинает казаться, детектив, что вы меня стесняетесь.

Так, с этим пора заканчивать. Я все же вскочила с кресла и повернулась к Хамфри.

– Я не стесняюсь вас, но не буду скрывать, что сама ситуация заставляет меня ощущать некоторый… дискомфорт. Вы не можете не понимать, что само предложение наблюдать в вашей компании за чьим-то соитием – возмутительно.

Сложив руки на груди, я сверлила Хамфри своим самым строгим взглядом. Мне не хотелось, чтобы хозяин борделя считал, будто может развлекаться за мой счет. В глазах мужчины мелькнуло что-то, похожее на уважение.

– Саша, поверьте, я не пытался поставить вас в неудобное положение. Все это, – он обвел рукой комнату, – лишь ради расследования.

Тут я кое-что вспомнила и без промедления бросилась к выходу.

– Карандаш! Забыла его в плаще, – даже не пытаясь скрыть ликования, вскрикнула я, но дорогу мне преградила рука Хамфри.

– Он у меня.

Хозяин борделя небрежно протянул мне огрызок угольного карандаша. Я выдернула предмет из его пальцев и с невозмутимым видом плюхнулась обратно в кресло. Раскрыла записную книжку на новой странице и покрутила карандашом в воздухе.

– Может, тогда уже приступим к делу?

– Как скажете, детектив, – Хамфри подошел к стене, дернул за веревку, и я испуганно ахнула. В первую секунду мне показалось, что между двумя помещениями есть узкий проход, в который зачем-то вставили кусок тусклого стекла. Но Хамфри тут же развернулся и пояснил:

– Это специальное зеркало. Мы будем видеть происходящее в той комнате, а они нас – нет. Впрочем, если вам захочется, детектив, зеркало можно развернуть, – он потянулся к небольшому рычажку, и я подпрыгнула.

– Не надо! Я поняла. Поняла.

Еще не хватало, чтобы Миннигрим увидел меня. Хамфри кивнул и встал за мной. Я хотела попросить его отойти подальше, но меня нервировало даже нахождение в одном здании с этим мужчиной.

– Дурацкая затея, – вздохнув, я приподнялась с кресла, полная решимости все это прекратить.

В ту же секунду на плечи легли сильные руки. Осторожно надавив, Хамфри вернул меня на место.

– Смотрите, Саша.

## Глава 8

Старательно игнорируя тепло его ладоней, проникающее под тонкую ткань блузки, я устремила взгляд в зеркало. Девушку я узнала сразу, несмотря на причудливый наряд и маску, которая скрывала половину лица. Это была Трикси, которая провожала меня в кабинет Хамфри в самый первый день. Она мило улыбалась мужчине, который стоял, властно обхватив ее лицо руками. Миннигрим что-то тихо говорил ей, а она согласно кивала. Я нахмурилась.

– Что он говорит ей? – глупо было надеяться, что Хамфри умеет читать по губам, но мужчина удивил меня.

– Виктор рассказывает Трикси, что будет делать с ней и как остановить процесс, если она почувствует, что больше не может этого выносить.

– И он остановится? – я выгнула бровь, с сомнением посмотрев на парочку.

– Виктор не садист, детектив. Он доминант.

Я фыркнула, давая понять, что не вижу принципиальной разницы, но в следующую секунду устыдилась своей реакции. Как детективу мне важна каждая деталь. Просто в этой тесной комнате, с Хамфри за спиной так легко забыть, что я на работе.

– Вы очень сильно упростите суть его сексуальных предпочтений, если сведете все к насилию и боли, – продолжил Хамфри, а я как послушная ученица сделала пару заметок в свой блокнот.

– Но так или иначе, ему это нравится. А это значит, что в один прекрасный день он может перешагнуть грань.

– Но ведь нам интересно не будущее время, а прошедшее, детектив. Ведь так? Никто не может судить человека за преступление, которого он еще не совершил.

– А вы совершали когда-нибудь преступления?

Если я и рассчитывала подловить Хамфри неожиданным вопросом, то он явно на эту подначку не купился. Мужчина рассмеялся и слегка сжал пальцы на моих плечах – я так и не попросила его убрать руки.

– Я хозяин самого известного в городе борделя, детектив. Конечно, я СОВЕРШАЛ преступления, но ни одно из них не должно вас тревожить.

– Меня тревожат все без исключения преступления.

– Вам нужно научиться расслабляться, детектив.

Горячие ладони медленно пришли в движение, чуть сильнее надавливая на окаменевшие мышцы. Это не влезало уже ни в какие рамки, но руки Хамфри творили какое-то чудо. Сильные пальцы проложили себе дорогу от плеча к затылку, и моя голова обессиленно упала на грудь.

– Прекратите, – сделала я робкую попытку остановить совершенно неподобающие прикосновения, но Хамфри лишь сильнее надавил ребром ладони на какое-то чувствительное местечко. Я не смогла сдержать тихий стон блаженства.

– Миннигрим и Трикси пока разогреваются, поэтому я могу немного позаботиться о вас, – невозмутимо произнес Хамфри.

Краем глаза я улавливала какое-то движение в зеркале, но сил поднять голову не было. Отпуск. Вот почему мне нужно было идти в отпуск вместо того, чтобы влезать в это дело. Тогда бы я нашла в себе силы и скинула руки Хамфри со своих плеч.

Когда мое тело окончательно размякло, мужчина обеими руками обхватил мою шею и приподнял голову. У самого уха раздался его тихий голос.

– Смотрите, Саша. Как думаете, что Трикси испытывает в этот момент?

Картинка перед глазами была размазанной, и мне с трудом удалось сфокусировать взгляд. Трикси лежала на коленях у Миннигрима с задранной к самой голове юбкой, а мужчина наносил ритмичные удары ладонью по ее попке. Я втянула воздух, резко приходя в себя.

– Он делает ей больно! – я выпрямилась в кресле, пытаясь встать, на Хамфри без труда удержал меня на месте.

– Смотрите дальше, детектив.

Шлепки периодически сменялись поглаживаниями, и я наконец обратила внимание, что Трикси выгибает спину таким образом, словно жаждет этих грубых прикосновений. Даже отсюда мне было видно, что ее зад пылает от резких шлепков. В какой-то момент Миннигрим сдернул подол с ее головы, и я едва не ахнула: блаженство на лице Трикси сложно было спутать с чем-то еще.

– Видите, Саша, – тут же произнес Хамфри, одновременно надавливая на правую сторону шею и запрокидывая мою голову набок. – Иногда вещи совсем не те, чем кажутся.

Происходящее в другой комнате набирало обороты, и я уже была готова согласиться с любым утверждением мужчины за спиной. Но желание разобраться во всем перевешивало чувство стыда, поэтому я продолжала смотреть. Виктор тем временем грубовато раздвинул бедра Трикси, спуская к коленям нижнее белье. Мое сердце забилось быстрее, а щеки стали такого же цвета, как задница работницы борделя.

Миннигрим начал ласкать девушку пальцами, одновременно вздергивая ее голову за волосы. Даже отсюда был слышен ее протяжный стон. Рука Виктора двигалась все быстрее, заставляя Трикси исступленно кусать губы, а я практически перестала дышать.

– Вам не нужно ничего записывать, детектив?

Если Хамфри хотел доказать, что полностью владеет собой, то у него ничего не получилось. Я слышала его учащенное дыхание за спиной, а умелые руки все сильнее сдавливали мышцы.

– У меня хорошая память, господин Хамфри. Например, я отлично помню, что пару минут назад вы стояли чуть дальше.

Руки на моих плечах на секунду замерли, а потом мужчина тихо засмеялся и сделал полшага назад, переставая обдавать мою спину теплом своего тела.

– Туше, детектив.

Мне бы хотелось думать, что на этом мои пытки закончатся, но они только начинались. Миннигрим уже освободил Трикси от одежды и теперь подводил ее в грубо сколоченной деревянной скамье. Девушка без колебаний легла на нее, раздвигая ноги и закидывая их на специальные подпорки. Виктор захлопнул оковы на ее лодыжках, после чего переместился и проделал то же самое с руками. Теперь Трикси была полностью обездвижена. Минигримм что-то сказал ей, взял в руки кожаную плетку и устроилась у нее между ног.

Скамья была развернута под таким углом, что из этой комнаты происходящее было видно во всех деталях. Я опустила глаза, пообещав себе не смотреть, но не выдержала и трех секунд. Внушительная эрекция Миннигрима притягивала взгляд, и я невольно облизнула губы, когда он вошел в девушку. Я ожидала услышать стон Трикси или даже крик, но за зеркалом была тишина.

– Виктор приказал ей молчать. В противном случае Трикси ждет наказание, – пояснил Хамфри, угадав причину моего смятения.

– Как сильно он может наказать ее? – спросила я, тяжело сглотнув.

– Не сильнее, чем она может вынести.

Вскоре из-за зеркала раздался приглушенный стон – Трикси не выдержала. Миннигрим тут же пустил в ход плетку, без жалости охаживая грудь и бока девушки. Обеими руками я вцепилась в подлокотники кресла, в любую минуту готовая броситься ей на помощь, но Трикси и не думала замолкать. Она уже не просто стонала, а подначивала Миннигрима.

– Ах! Глубже, мой господин! Пожалуйста, прошу вас!

В любой другой ситуации я бы поморщилась от того, насколько пошло звучали подобные выкрики, но сейчас мои чувства были далеки от этого. Руки Хамфри сменили положение. Одна его ладонь опустилась к лопаткам, а другая обосновалась над грудью. Теперь глухие удары моего сердца уже не были для него тайной.

Не знаю, сколько времени продолжалась эта пытка. Миннигрим, как, впрочем, и Хамфри так и не перешел черту. И то и другое заставляло меня чувствовать какое-то совершенно иррациональное сожаление.

В конце Виктор отвязал Трикси, помог ей умыться и одеться. Подобная забота, особенно от человека с репутацией Минигримма, выглядела странной. Или мне хотелось так думать. Я раздраженно повела плечами.

– Вы могли его предупредить.

Я скептически смотрела на сцену, разворачивающуюся перед моими глазами. Трикси выглядела замученной, но при этом всецело довольной. Было ли это обычным поведением Миннигрима или я стала свидетельницей некоего фарса?

– И зачем мне это делать? – в голосе Хамфри слышалась улыбка. Я в ответ пожала плечами.

– Не знаю. Возможно, вы соучастники.

Однажды мы полгода гонялись за преступником, который, как оказалось, действовал с двумя сообщниками. Они и сделали его таким неуловимым для полиции. Хамфри задумчиво провел пальцами по моему плечу, смахивая невидимую соринку.

– И вы так просто сидите со мной в одной комнате? Вы очень смелая женщина, Саша.

– Я работаю в полиции, – фыркнула в ответ.

На самом деле я отдавала себе отчет, что действовала во многом безрассудно. Меня как магнитом тянуло к этому мужчине, несмотря на сомнительную репутацию и роль одного из подозреваемых. Не знаю, что в нем было такого, но мне больше не хотелось смеяться над описанием, которое в свое время дал Хамфри Макс.

– А я думаю, детектив, вас просто разбирает любопытство. Вы нащупали границы того, что кажется вам позволительным, и теперь пытаетесь выяснить, а что там, за этой границей.

Мне не понравились слова Хамфри, Возможно, потому что он оказался ближе к истине, чем я могла признаться сама себе. Резковатым движением я запихнула карандаш в записную книжку и поднялась с кресла.