Андрей Ткачев, Дмитрий Лим
Дворянство. Том 2

Глава 1

Вечерняя смена в кафе затягивалась дольше, чем мне хотелось бы. Учитывая обстоятельства… точнее, учитывая обстановку и нервное напряжение персонала, я держался молодцом. Старался не реагировать на косые взгляды, хотя такие были.

Понимать бы ещё почему? Неужели, кто-то слышал наш разговор с Эдвардом? Или он кому-либо решил озвучить свои подозрения на мой счёт?

Но, на моё удивление, всё закончилось не так благополучно, как хотелось бы. Точнее, я узнал причину этих самых косых взглядов.

Блондин, которого звали Николаем, тот самый парень, лицо которого мне было знакомо как раз своим недовольством в момент моего принятия в их группу, что-то говорил про меня. И это заметил Кактус, который после долгой прогулки по улице, лениво, как и положено коту, грелся на подоконнике под самый закат «вечера».

Я даже не стал спрашивать, где кот был, когда тот вернулся. Но судя по тому, что от него изрядно попахивало, бывший полноценный носитель симбионта рылся в мусорном баке. Или же сражался с ним.

Победил бак, если судить по его виду.

«Ярослав. Скажи, а ты знаешь его?»

Его вопрос в моём сознании застал меня ровно в тот момент, когда я шваброй оттирал пятно на кафеле, которое оставил последний посетитель, решивший, что у нас бар, а не кафе.

Кофе ему не особо понравилось, поэтому он не особо пытался унять свои трясущиеся руки. Понимая, что такие личности здесь постоянно, я лишь в очередной раз выдохнул и потянулся к ведру с водой.

Коту пришлось повторить вопрос ещё раз.

«Ты о ком, Кактус? – я разогнулся, внимательно глядя на кота. – Поясни пожалуйста».

«Блондинчик, чуть выше тебя ростом, у стойки, – кот сощурился, замерев с лапой у морды. – Шепчет что-то, на тебя кивает. Как ты думаешь, ты ему дорогу перешёл в момент, когда появился здесь? Весь такой красивый и героический, или где-то в другом месте?»

Его предположение несколько смутило меня. То ли меня удивил его метод «подлизывания», то ли интонация, с которой он говорил в моём разуме. Однако всё моё внимание было направлено на этого паренька.

Гадая про себя, где я мог его видеть, приметил татуировку у него на шее. И тут же вспомнил.

«Так это же Коля-каратист. Бывал у нас в клубе, правда, набегами по большей части».

«В каком клубе? Очумелые ручки? – Кактус театрально усмехнулся и вернулся к ответственному процессу вымыванию своей мордашки. – Ты мне лучше вот что скажи… что думаешь насчёт слов Лаане? Мне кажется, тебя что-то беспокоит…»

Если бы я всегда мог выстраивать барьер между собой и Мишей-Кактусом, я бы это сделал. Уж больно мне не понравилась его привычка копаться и пытаться уловить ход моего мыслительного потока. Это он и сам понимал, однако пользовался этим практически внаглую. Более того, кот в этом был куда опытнее меня, поэтому я не всегда мог почувствовать его «присутствие».

На шутку его не ответил, но барьер, который меня так выручал, не стал ставить. Как бы делился с ним воспоминаниями, что было гораздо быстрее, чем объяснять всё речью.

Коля пробыл в итоге у нас ровно две недели. До нашего конфликта, когда он пытался вывести меня из равновесия. Подначивал на драку и на конфликт.

В тот раз я уделал его словами. Подчистую. Прошёлся как по его самолюбию, так и по его физической составляющей. Хоть и не был груб. То, что он обиделся, стало ясно всем сразу, только из-за того, что он показал нам слабину и не явился на следующую тренировку. Что и показало несколько другую деталь… я был прав.

Выскочка, которая считает себя выше всех остальных. А на самом деле просто языкастый слабак. Правда, я сказал в тот день несколько иначе, в манере фразочки про Льва Толстого. Впрочем, нельзя было отрицать, что в тот момент парень верно оценил свои шансы в противостоянии со мной и не стал нарываться.

Тем временем обсуждаемый нами Коля почувствовал каким-то нутром взгляд на себе и оскалился, откровенно и с вызовом пялясь на меня. В момент, когда я пошёл выливать ведро в туалете, он направился за мной. Ну, и собственно говоря, пытался меня спровоцировать. В очередной раз, как будто прошлое его ничему не научило.

– Что, Ярослав, это ты на словах был героем, а по факту знал, что мутант и мутузил бедных людей?

Говоря это, он чуть ли не грудь выпячивал от собственной важности.

– Говорил мне о силах, о физике, а сам… тьфу. Двуличный урод.

Вмазать ему? Нет… мысленно представил себе что-то приятное… пушистое и…

Твою же ж…

Захлопал глазами, стараясь сосредоточиться и поставить барьер в сознании. Чтобы я слышал мысли кота… это было слишком странно. Поэтому надо закрываться.

И как только я это сделал, блондин повторил последнее слово о двуличности, думая, что я его с первого раза не услышал.

– Это мне говорит тот, кто хотел, будучи мутантом, подраться с тем, кого он считал обычным человеком? – улыбнулся я в ответ. – Давай, парень, рассказывай сказки детям. Опять же, ты идёшь на конфликт, уверенный в том, что прав? Но подумай сам, тогда ты не знал, что я носитель симбионта, как и ты. И, несмотря на это, пытался устроить показательный бой. А начал бы проигрывать и что? Вытер бы сопли и ушёл в туман? Нет. Ты бы этого не сделал, – покачал я головой. – А когда я тебя задавил по фактам, ты сбежал, поджав хвост. Как самый настоящий ребёнок, которого поймали на хвастовстве. Скажешь, было не так?

– Ты… – его лицо вмиг изменилось. Показались чуть удлинённые клыки, на лице начали проступать жилки, не совсем естественные для человека, а уши заострились. – Ты…

– Выдохни, – я просто оттолкнул его плечом, освобождая себе выход в служебное помещение. – Не стоит здесь красоваться передо мной, мы не враги. А работаем, как я понимаю, теперь в одной организации. Собой займись и своим языком. Хвастунов не любят нигде.

Говоря это, я похлопал его по плечу и пошёл дальше.

В ответ были ругательства, но обращать внимание на них я не стал, мелко это, да и неинтересно. Смена закончилась, а значит, меня ждёт моя уютная квартира и сладкий сон. Правда, нужно было сначала посмотреть, перевёл ли я пять тысяч за смену двери мастеру, а не мошеннику. Всё же из-за работы я не мог проконтролировать процесс смены двери, с другой стороны, ничего ценного у меня дома не было, чтобы из-за этого сильно переживать.

* * *

Поспать удалось не так уж и много как хотелось бы. Меня замучили кошмары, которые, как оказалось, вообще не имели никакой составляющей с «миром». Начиная от сражений верхом на котах против драконоподобных людей с чешуйчатой кожей на пиках, и заканчивая штурмом огромной виселицы, на которой болтались кеды…

Ну… и петли были разноцветные, словно шнурки.

Просыпаясь от всего этого ужаса фантаста, я дал себе обещание, научится закрываться от Кактуса. Ибо подобный бред, как мне казалось, мог проецироваться только из его сознания, а дальше, уже смешиваясь с моими снами, получался подобный хаос. Ну… с чего бы вдруг мне будут сниться шнурки. Верно?

Но череда странностей на этом не закончилась.

Мне стоило помыться и позавтракать в полной тишине, чтобы почуять неладное. А неладное, тем временем, что-то пожирало в кладовке и думало, что я его совершенно не слышу.

Мимолётно глянув новую дверь, точь-в-точь повторяющую старую, я резко открыл дверь кладовой комнаты, чтобы застать Кактуса за непотребством, которое он устроил в квартире.

Кот в излюбленной своей манере дикости животного живущего на улице, скрёб когтями об старую дверь, которую мастер, работающий вечером, убрал в кладовку по моей просьбе. И скрёб так… что уши в трубочку завернуться были готовы.

На все вопросы кот не отвечал. Он просто продолжал своё деяние до тех пор, пока не заточил свои когти до состояния «а-ля, я могу разрезать камень». После этого кровожадно улыбнулся, показывая мне несколько рядов зубов, отчего я невольно передёрнулся, и скользнул мимо меня обратно в коридор. Оставил меня, так скажем, в полном недоумении.

– Скажи мне, пожалуйста… – максимально сдержанно и спокойно я заговорил с ним, как только вернулся на кухню. – Если я сегодня схожу на занятия, ты не решишься поточить что-то ещё об другие вещи? Или же… не попытаешься прогрызть себе выход из квартиры?

– С чего бы вдруг? – удивился Кактус, поднимая голову от блюдца с кормом. – Я же не вандал какой-то!

– Ну-ну… – вздохнув я, покачал головой. Комментировать его ответ не было никаких сил.

Собирался в институт в некотором предвкушающем настроении. Нет, не в позитивном, конечно же, но… Вадим. Мне нужно было с ним поговорить, а он уже продемонстрировал, что почему-то и дальше продолжает держаться за свою привычную жизнь.

Трубку он не брал, хоть я ему всю смену звонил, да и с утра сообщения он не прочитал. Оставалось лишь надеяться на личную встречу. Очень… надеяться.

– Не будет на учёбе, поедешь к нему домой? – прочитал мои мысли кот.

Но отвечать ничего я не стал. Лишь напомнил себе о барьере, который лучше держать вообще на постоянной основе, особенно, когда я думаю о чём-то, что не должно касаться кота. И почему всё так сложно-то?

* * *

Первые две пары прошли в полном бардаке. Вчерашний моросящий дождь очень резко, ночью, сменился на откровенный ливень… а наш ректор очень быстро оказался любителем распределять по своему усмотрению бюджет института.

В конечном итоге моя аудитория, располагающаяся в этом корпусе на последнем, третьем этаже, оказалась с дырявой крышей и с весьма сырым помещением. Поэтому первую пару мы под чутким руководством профессора экономики убирали следы «мошенничества». А вторую пару старались рассесться так, чтобы капли, падающие с потолка, не оказались у нас за шиворотом. От этого мы стали чуть более тесной компанией и не всем такая близость нравилась.

Подруга Вадима, которая, на удивление, присутствовала на занятиях, не тряслась так, как в прошлый раз, будто от лихорадки. И несмотря на то, что Вадима рядом не было, как и в институте, в общем, она была вполне самостоятельной. Если припоминать все слова Василия, полицейского, да и сложить два плюс два, передо мной сидела дикая. И повторюсь, очень странная дикая.

С виду, ну… обычная девушка. Ничем не примечательная. Но вот чутьё говорило, что она была опасной. И эта опасность, как оказалось после, была не единственной.

После второй пары нас погнали в склад-подвал, разбив на несколько групп. В моей группе по счастливой случайности оказалась Аня, блондинка-дикая и ещё двое парней, которых я видел впервые. Ну или просто толком не мог их вспомнить – всё же обучалось в одном здании довольно много студентов.

В моём случае видеть новые лица не было странностью. Наше учебное заведение славилось определённой текучкой, поэтому получить новую партию одногруппников на недолгое время, было, пожалуй, весьма частым событием.

А вот находиться рядом с дикой – немного странновато.

Уже на самом складе, где девушки должны были отыскать новый ковролин в аудиторию, а я и эта двойка новичков достать новые парты, произошёл конфликт. Между парнем, который даже не представился нам, и этой самой блондинкой.

Самого конфликта мы не видели, но хлопанье двери было слышимым для всех, даже пыль полетела от того, как дверь хлопнула. Парень что-то не поделил с ней и, психанув, ушёл, ругаясь себе под нос и оставляя нас в ещё более скромной компании. И тут-то и началось.

Когда Аня и второй новичок вышли из помещения, тесно заставленного мебелью и стеллажами, я одёрнул блондинку. Сделал это грубовато, конечно, но не настолько, чтобы она обратилась в своё… а в кого она должна была обратиться?

– Что тебе? – недовольно буркнула она, выхватывая руку, которую я и не думал удерживать. – Жить надоело?

– Скажи мне вот что, – я закрыл собой единственный выход из помещения. – Это ты напала на мою сестру?

– О чём ты? – она агрессивно осклабилась, но никак не изменилась. – Чего вообще руки распускаешь посреди дня?

– Ты знаешь, о чём я, – сощурился я, расправляя плечи. – Ты и Вадим – дикие. Конкретно ты напала на мою сестру. И именно тебя она описала. А сейчас…

Я только хотел было сказать, что на них начинается охота. И мне нужен Вадим, как ситуация в корне изменилась. Как и сама блондинка.

Ее лицо вытянулось, челюсть отвисла, а руки, как мне показалось, удлинились. Уж про когти-то и говорить ничего не нужно было – это появилось в первую очередь, как и хвост с шипом за её спиной. Уродливый такой… не совсем естественный.

Я только и успел, что отпрыгнуть в сторону, когда этот шип, направленный в моё лицо, пробил дверь насквозь и благополучно застрял в ней. Ситуация была патовая, что с ней делать, кроме, как убить дикую, показавшую себя, я не представлял. Но на меня давила мораль и какие-то этические соображения. Я же не на улице…

Да и не ночь на дворе, свидетелей много, и куда труп девать? К такому меня точно не готовили. Собственно, меня вообще ни к чему не готовили и приходилось действовать, исходя из собственных решений.

Только вот трупом мог стать я. Все мысли и вопросы пролетели за полсекунды и в следующий момент, когда я сблизился с дикой на расстояние удара, мой кулак влетел ей в ребро. Выбил из блондинки дух с усиленным рвением. Это, правда, помогло ей высвободить хвост из двери, который оказался страннее, чем я предполагал.

Он двигался по её телу самостоятельно. Или же она могла его перемещать… но это же кость, так не может быть?

Или может? На что вообще способны дикие, тем более такие разумные?

Отпрыгивая от очередного удара «шипа», завалился спиной на стеллаж и тут же, отпрыгнул от него, используя полки как точку опоры. Влетел с какой-то удвоенной скоростью в дикую, снося её с ног. Не предугадал только одного… движения хвоста. Потому что он в очередной раз изменил место «дислокации».

И я, сидя на дикой с занесённым над её лицом кулаком, «третьим» глазом почувствовал, что хвост с шипом замахивается мне в затылок. Только и сделать ничего не успел, все было слишком быстро, даже для меня.

Глава 2

Моё чутьё меня спасло в этой ситуации. Я увёл голову в сторону вместе с частью корпуса в тот миг, когда хвост, который целился мне в затылок, с резким звуком разрываемого воздуха выстрелил мне навстречу. Вот только вместо того чтобы остановиться во мне, он пролетел дальше и застрял в изумлённой от происходящего блондинке.

Дикая убила сама себя, пробивая лоб насквозь. Было очень мерзко… очень.

А вот дальше.

Пока меня трясло от переизбытка эмоций и скорости, с которой всё это произошло, открылась дверь склада и что можно было ожидать от новенького? Правильно, ещё одного дикого. Мне прям везёт на этих ребят.

А ведь до этого Кактус диких описывал чуть ли не как животных, а на самом деле они, скорее, походили на носителей симбионтов физического типа, которые по какой-то причине не могли толком контролировать себя.

Возможно, оттуда и пошло это обозначение – «дикие»?

Я просто не успел отреагировать, и удар ноги пришёлся мне в челюсть. И он был чудовищной силы. Меня откинуло метра на три в сторону мебели, что и стало смягчающим обстоятельством.

Этот парень был другим. Не такой развитый, как покойная блондинка с аномальным и живым оружием. Половина тела парня словно вспучилась от мышц, когда вторая оставалась человеческой. Правда, он и говорить-то не мог, что-то бурчал, шипел и издавал лишь утробные звуки.

И в итоге он оказался противником посерьёзней этой странной химеры, которая притворялась обычной студенткой.

Про себя я прозвал его громилой. Ибо таким он и был по своей сути. В момент, когда я вскочил из сломавшейся мебели, стараясь даже не задумываться о травмах, которые получил в момент полёта, наши кулаки встретились. Боль, прострелившая от костяшек пальцев и, словно молния, прошедшая по всей конечности до самого плеча, говорила только об одном…

– Черт! – крикнул я, опуская руку вниз, прихватывая её целой рукой. И в следующий миг меня вновь откинуло обратно в мебель.

Чудовищная сила мутированной части дикого сломала мне лучевую кость травмированной руки. Боль была ужасная, как и само падение. На моё несчастье, мебели, которая хоть как-то могла смягчить падение, под спиной не оказалось. А вот стеллаж с какими-то запчастями, устроило шоковое состояние.

Спасся рывком, от этой лапищи, которая потянулась за мной следом, не давая мне шанса отдышаться. Дикий застрял в обломках стеллажа и из-за своей неповоротливости не мог так просто выбраться из этой «западни», а я же, без сожалений обрушил пятку ему на колено. Раздался звук хруста, что подтверждало, что я своей цели добился, только дикий слишком быстро восстановился от такого удара.

В момент, когда я рванул в сторону выхода, спасаясь от противника, который мне просто не по зубам в таком состоянии, мне в спину прилетел какой-то предмет. До выхода я не добрался, упал лицом в пол прямо перед порогом от острой боли в спине.

– Это что ещё у вас здесь происходит?! – надо мной зазвучал голос Ани. – Ярослав, это…

Я поднял голову в тот момент, когда девушка увидела монстра в трёх метрах от меня.

Больше она ничего не сказала. Я был готов к тому, что она завизжит и бросится наутёк, как это сделала бы любая девушка на её месте, но нет, такого поведения я от своей подруги так и не дождался. Она и звука из себя не выдавила, лишь перешагнула меня навстречу дикому, будто перед ней и не было монстра.

– Аня, стой! – закричал я, поднимаясь, сощурившись от боли, которая мгновенно прострелила моё тело, и пришлось сделать над собой усилие, чтобы снова не упасть на пол. – Он не человек!

– Знаю, – ответила она и…

Я увидел волну. Волну, которая пробежала по её телу. Она начиналась от головы и заканчивалась в ногах. Волн было всего три. И каждая что-то меняла в девушке. Когда прошла третья по счёту, передо мной было два диких. Точнее, тот самый «новенький» и Аня, которая практически в точности повторила форму и саму мутацию.

Вот только в её исполнении эта форма выглядела более совершенной, не было того гротескного перекоса в теле. Наоборот, все смотрелось очень даже гармонично, насколько гармонично может выглядеть жутко перекаченная девушка. И тем не менее, несмотря на общее сходство, чувствовалась качественная разница в этом облике, будто он имел более завершённую форму и дикий сам стремился к такому, но не мог этого повторить.

Не знаю, правда, изменилось ли её лицо, но дальше…

Она просто начала месить противника, не давая тому и шанса, чтобы отступить или закрыться. Эмоции противника можно было понять… увидеть самого себя, но куда более совершенного и сильного. Учитывая слабоумие диких, для него это было слишком шокирующим событием, чем и воспользовалась Аня.

Только дралась она не так, как я. Взвешенно, обдуманно, выискивая уязвимые места в обороне и более того, пользуясь своим изменением так, как будто делала это далеко не первый раз.

Она просто крушила его. Пробивала всё. И блоки, и предметы, которыми дикий пытался закрыться. Она просто пёрла на него, как танк, который невозможно было остановить.

Я встал и, прихрамывая, двинулся за ними вглубь склада, остановившись лишь на миг, чтобы подкрепиться симбионтом блондинки, который, несмотря на смерть носителя, всё ещё был жив, пусть и изрядно ослаб. Удивительное существо, но оставлять его в живых я не собирался, тем более он не был полноценным симбионтом и не мог мне противиться и своей окончательной смертью дал мне чудесное исцеление. Не полноценное, конечно же, но я твёрдо стоял на ногах, и рука почти пришла в норму. Уже неплохо.

Жаль только, что пальцы были сломаны, но зато так сильно не болели. Как будто с момента нанесения травмы прошло несколько часов.

В следующий миг я рванул в сторону шума, и застал весьма странную картину, как два…

Два монстра, сцепились мутированными конечностями, а человеческими, пытаются ухватить друг друга за глотку. Аню я заметил сразу… точнее, сразу понял, кто из этих двух она. Та… самая. Совершенная, если сравнивать их между собой…

Чёрные как смоль ногти машинально появились на кончиках пальцев, я сделал ещё пару шагов вперёд, стараясь подгадать момент, чтобы помочь Ане. В этот момент я даже не задумывался о том, дикая она или мутант, но «выбор» оказался проще…

Придавливая глотку Ани, дикий взревел, а по телу Ани начали проходить уже знакомые мне волны. Мне хватило мгновения ока, чтобы наконец-то атаковать противника, но девушка сама сделала шаг. Топнула человеческой ногой по полу, поднимая странную, звуковую волну, которая стала переломным моментом и дикий на несколько мгновений потерял равновесие. Однако опрокидываясь назад, он потянул за собой противника. И уже будучи на полу, откинул ногой Аню прямо над собой.

Моя подруга детства улетела в стеллаж с мешками цемента головой вперёд.

Дикий и пискнуть не успел, когда моя рука погрузилась в его глотку, впиваясь когтями глубже кожи, проходя через сопротивление чего-то уже не похожего на человеческую кожу. В следующий миг вторая рука легла на его сердце, чтобы в следующий миг от неё отделились чёрные змейки, которые впились в тело противника.

Питался им я, не испытывая сожаления или каких-либо других чувств. И не убирал свои руки, пока не почувствовал отсутствие пульса на глотке. Собственно, одновременно с этим мой симбионт втянул в руку чёрные змейки, которые по своей сути не были змеями, а были его частью, как я понимал.

Из-за того, что никто не собирался меня посвящать во внутренние устройства мира носителей симбионтов, приходилось придумывать всё самому. С другой стороны, благодаря такому незнанию я мог действовать независимо от вложенных носителей традиций, как тот бой между магами, куда вмешиваться другим запрещено. Глупость несусветная, но тогда я как раз прикрылся тем, что не знал о таком правиле.

Закрыл глаза, чувствуя, как восстанавливаются трещины в костях и уходят ссадины и лишь после этого раскрыл глаза и, слегка пошатываясь, встал. Аня, стояла в метре от меня в своём привычном обличье. Пялилась на меня так, словно привидение увидела.

– Ярослав… ты… ты…

– Я такой же, как и ты, – ответил я, пытаясь улыбнуться. – Почему ты не сказа…

Она не дала мне договорить. Топнула ногой, и вновь в месте, где она ударила, появилась незримая волна, которая сбила меня с ног. А потом ещё одна, только на сей раз, она сдвинула меня в сторону выхода.

– Я приберусь, – вдруг резко сказала она. – А ты… убирайся вон. Пока… пока… – мне показалось, словно у неё кислород в лёгких заканчивается. – Пока я тебя не убила.

Видя моё застывшее состояние, она вновь закричала. Правда, более истошно.

– Убирайся!

Пришлось подчиниться.

* * *

Видел бы всё это Кактус, думаю, он был бы в таком же шоковом состоянии, как и я. Казалось бы… я знал её всю жизнь. Мы провели уйму времени вместе, а она… а она то ли дикая, то ли мутант…

«Или же маг? – пронеслось в моей голове, когда я выходил из института, озираясь по сторонам. – Нет. Слишком выходящее за рамки для мага перенимать чужие особенности тела. Может, как и я, девиант?»

Хотя… откуда мне было знать? В этом мире я новичок. А у каждого новичка должен быть учитель. Хоть какой-то, в конце концов.

Мысли об учителе чуть улучшили моё настроение. Ибо представить кота тем самым профессором по новому миру… ну, было действительно смешно. Отчасти. Но именно его я собирался расспросить, как только появлюсь дома. Хватит уже всех этих недомолвок.

Правда, перед этим нужно было сделать кое-что ещё…

Уже будучи на остановке, я достал из сумки телефон. Благо, что саму сумку я не брал с собой на склад, а оставил в аудитории. Смартфон бы точно там не уцелел, а вот звонил я…

– Эдвард Тойвович, добрый день, – вежливо забормотал я, как только закончилась серия гудков и послышался знакомый старческий голос. – Я знаю, что за дикий устроил бойню здесь… в нашем районе.

Лаане даже паузу не взял перед ответом. Словно он и не сомневался в своих догадках.

– Я рад, что ты признаёшься мне в этом так скоро, – зазвучал холодный голос. – Что думаешь делать? Контракт брать? Или объявишь мне имя и место, чтобы это сделали другие?

А вот мне потребовалось время для ответа… немного, правда, но потребовалось.

– Сделаю сам, но мне нужно время. Поймите меня правильно, это…

– Понимаю, – прервал он меня. – У тебя семь дней из отведённых двух недель Василием и кланом магов. Не управишься, увы, это сделают другие. Но если ты будешь медлить… он или она убьют гораздо больше невинных. И всё это будет на твоей совести.

– Не убьёт. Я уже кое-что сделал… так что, я успею.

Вот теперь в ответ раздался смех. Можно было догадаться, что старик в меня не верит, но что-то мне казалось, что это не так. Может быть, он просто был рад моей самонадеянности и смелости, а может, что-то другое. Сложно так сказать наверняка, ведь я его знал слишком мало времени.

– Смотри сам, – всё же озвучил своё решение глава кафе. – Я даю добро на самостоятельное решение этой проблемы. Надеюсь, ты сможешь справиться, несмотря на то, что человек тебе близок и ты всё про него знаешь.

В ответ я ничего не смог сказать. Да и не требовалось. Эдвард пожелал мне лишь удачи, а также попросил сообщить, в какой день я буду отсутствовать, чтобы подготовиться к заданию.

Он не стал уточнять, что я имел в виду под фразой «кое-что сделал». А я и не хотел рассказывать, что буквально пару минут назад часть роя этого дикого была убито. Если Вадим и, правда, дикий с мозгами, он поймёт, что за ним охота и высовывать носа из дома его бабушки не будет.

Надеюсь…

* * *

Кактус, выслушивая всё то, что произошло со мной, на удивление ни разу не позволил себе меня перебить. Он акцентировал внимание на деталях лишь после того, как я закончил. Удивился гуляющему хвосту дикой, приговаривая, что это точно ненормальная мутация, хоть и в целом её поведение было аномальным, а когда речь зашла про Аню…

– Она не дикая, – категорично заявил кот, даже махнув хвостом, видимо, для пущей убедительности. – Дикие не могут визуально копировать мутации и формы других носителей симбионта и тем более подстраивать их под себя, – засмеялся он после моего предположения. – Правда, я не уверен, что это именно копирование.

– Маг?!

В ответ опять лишь смех. Как и некоторые не особо приятные слова насчёт моей осведомлённости. Но это я смог парировать тем, что он мало чему меня учит. Поэтому коту пришлось провести короткий ликбез.

– Маги пользуются энергией. К ней относится тот же телекинез, управление самой энергией во всех её проявлениях. Телепатия, контроль стихий, да до банального… – он хлопнул лапой по полу, отчего это всё стало более комично, чем строго, как он хотел. – Сгустками силы в тебя кидаться, которые и проткнуть насквозь могут при должном усердии!

– Ага… – улыбнулся я.

– Что, смешно? – сощурился он, с угрозой на мордашке, поднимаясь на лапы. – Думаешь, это всё смешно, да, Ярослав?

– Ни в коем случае! – замахал руками перед собой, стараясь не слететь со стула. – Тогда кто она, мутант?

– А сам, как думаешь? – кот тут же сел на попу, поджимая под себя хвост. – Ты говорил про ударные волны. К чему они могут относиться.

Мне хватило секунды, чтобы предположить в голове, а затем всё это продублировать с окончательным ответом.

– Сила мага, по идее… а если она меняет оболочку… ну… словно оборотень какой, значит, она и мутант. Но этого быть не может. Значит, она девиант. Верно?!

– Верно, – кивнул Кактус. – Причём довольно сильный девиант. Странно, что я её впервые вижу. И уж тем более, впервые слышу о подобном выверте мутации. Точнее… перевёртышей я повидал за свою жизнь, не особо сильных и серьёзных… но, чтобы полный образ другого существа, да с перестройкой.

– Неужели это настолько сложно?

Ответа не последовало. Да и я сам понял, что прозвучавший вопрос был максимально нелепым. И вернулись мы к нашим баранам… Кактус был весьма недоволен тем, что я так быстро согласился на «задание». Ибо нужно было время подумать, а ещё лучше выбить для себя более серьёзные бонусы за это.

– Учитывая обстоятельства и то, что старик к тебе относится чуть более лучше, чем вся остальная компания наёмников, твоя неудача что может сулить?

– Стану ниже в его глазах. Ну, – замялся я, – в плане силы. Мне кажется, он возлагает на меня большие надежды. Хоть он и сам это упоминал.

– Вот и не стоит делать так, что понизит тебя… в статусе, – пробормотал Кактус, поворачиваясь ко мне спиной. – Давай-ка ты посидишь сегодня дома. Возьми отгул или ещё что, Лаане так и скажи, что собраться с мыслями нужно, а я пока подумаю, что делать с твоим Вадимом и как относится к этой Анне. Мне непонятно только одно, почему она сказала, что убьёт тебя? Как думаешь?

– Если бы я сам знал… – пробурчал себе под нос, просматривая журнал вызовов в своём телефоне. Гадал, так скажем, предупредить по телефону, или просто написать сообщение. Слишком уже неудобно было отпрашиваться.

Глава 3

Эдвард Тойвович, что удивительно, отпустил меня без всяких проблем. Как говорится, дал мне время для решения всех трудностей. Кактус при этом старался мне мешать, по крайней мере, всё очень походило на это. То шнурки найдёт с заведомым финалом этого поиска, то начнёт грызть столешницу… а вечером учудил по полной – отгрыз немалый кусок табурета. Говорил, мол, зубы чешутся.

Попытался дать ему щётку, но тот лишь акцентировал проблему на том, что у него лапки. А мою помощь в чистке зубов и дёсен не принял – захохотал не совсем естественно, я бы сказал (насколько это возможно с говорящим котом) и ушёл с гордо поднятым хвостом драть когтями обои в коридоре.

Глядя на него, я не мог до сих пор поверить, что вот это… четырёхлапое, пушистое и толстое создание, когда-то было по заверениям других одним из сильнейших наёмников. Хотя… если учитывать ширину его пасти, а особенно количество зубов, то вполне похож на жутко опасную тварь как минимум.

В целом, до самого сна он подобной ерундой и занимался, изредка подкидывая идеи насчёт Вадима. Но само решение «явилось» на следующее утро, точнее…

В момент, когда я смотрел третий сон, эдак в четвёртом часу утра мой мобильный телефон начал трезвонить как умалишённый. Не с первого раза, но всё же я поднял трубку, пытаясь отклонить будильник, и не сразу сообразил, что мне на самом деле звонят.

А вот звонила как раз моя цель…

– Яр, ты спишь? – голос рыжего был несколько другим, не таким, как раньше.

Были другие нотки, словно он не просто говорил, но и одновременно рычал, пытаясь сдержаться в этих порывах. А также глотал некоторые окончания, словно ему говорить было тяжело.

– А как сам-то думаешь?! – моментально вспылил я, не задумываясь, что рыбка сама попалась на удочку. Всё же я был чертовски сонным и раздражённым.

Но это сонное состояние мигом улетучилось не без помощи Кактуса. Всё дело в том, что динамик моего телефона был весьма громким. А также, были громкими и мои мысли, так что спящий клубок когтей и зубов мигом открыл глаза, стоило мне подумать о Вадиме.

Вцепился в ногу так, что я зашипел невольно и попытался его стряхнуть. Но то, что он хотел, и так было понятно.

«Не дерзи ему! Растягивай разговор. Узнай, где он, и выясни, как он и в каком состоянии. Не стоит сразу давить на изменения и не вздумай ляпнуть что-то про симбионтов, точнее, про носителей. Ты меня понял?»

Ответом был кивок и продолжение телефонного разговора.

– Что хотел-то? – тут же продолжил я после подсказки Кактуса. – Случилось что?

Ответом была тишина, а затем непонятное бормотание, которое длилось чуть больше минуты. У меня сложилось впечатление, словно я разговаривал с иностранцем или душевнобольным, который и слов-то не знал.

Но это было лишь началом.

– …бргыв… Ярослав, мне нехорошо, – раздалось по ту сторону телефона, спустя несколько секунд отчётливого бреда.

– Что именно? Тебе плохо? Ты заболел? – я слез с кровати. – Вадим, не молчи.

Дальше он отвечал уже более членораздельно, но говорил медленно. Словно осторожно подбирал слова или тщательно пытался их выговорить, пусть и с большими паузами.

– Просто приезжай. Помоги мне. Я боюсь.

– Тебе угрожают? – постарался я добавить в голос побольше тревоги.

Боже… да что я такое говорю? Он монстр. Самый натуральный монстр, которого нужно убить. Но в его голосе было не только чужое, но и что-то родное, в чём я мог зацепиться за старую дружбу. Может…

«От диких есть лекарство? – я повернулся в сторону дверного проёма, где сидел кот и наблюдал за мной. – Можно его вылечить?»

«Не неси чепуху, – тут же отозвался Кактус, демонстрируя свою лапу с когтями. – Лекарство одно – смерть».

– Ты сможешь приехать? – тут же заговорил Вадим, но вполне себе своим голосом и без рыков. Приноровился, что ли? – Я у бабушки ещё живу… нам бы повидаться, может, ты сможешь меня понять…

– Что именно понять? – спросил я, когда пауза затянулась.

– Меня. Нового меня и мою болезнь. Сложно объяснить…

Ответа он не дождался. Пробормотал, опять же, со странным рыком: «Жду тебя», и повесил трубку.

Я смотрел на кота, он смотрел на моё изумлённое лицо. Искра, буря, безумие и полная тишина, которую Кактус первым и нарушил.

– Значит так, Ярослав, – он вернулся в комнату, запрыгнул на кровать и почесал себя за ухом. – Собирайся, приводи себя в порядок и выезжаем. Но вдвоём, понял меня?

– Почему вдвоём? – уточнил я у него.

– Я, по крайней мере, смогу определить, когда у него окончательно под воздействием изменений сорвёт крышу. Его рыки слышал? – в ответ я лишь кивнул. – Умничка. Вот это и есть борьба его организма. Он и так, если я всё правильно услышал, еле-еле контролирует речевой поток. Увы, разумных диких до него я ещё не встречал. Точнее, диких, способных сохранить человечность. Но как показывает практика и если судить по услышанному, он ещё борется.

– Что ты предлагаешь сделать? – тяжело вздохнул я, принимая его слова.

– Убить, – махнул из стороны в сторону хвостом Кактус. – Перед этим можно втереться в доверие, что ты ему поможешь, что ты его понимаешь. Смекаешь?

Меня искренне возмутила его фраза «втереться в доверие». Я ещё нож в спину лучшего друга не… вставлял.

– Лучший друг – лучшему другу рознь. Я вообще не понимаю, как ты можешь так спокойно его жалеть, после всего того, что он сделал. Тебе напомнить твою сестру? – продолжил настаивать на своём кот. – Или, может, ты забыл, что случилось в твоём институте?

– Не стоит, – отмахнулся я, глазами выискивая джинсы и футболку. – Надо будет… сразу убью. А так, я бы хотел с ним поговорить. Возможно, понять.

– Но зачем?! – глаза Кактуса расширились до неузнаваемости. – О чём с ним говорить? Он сам тебя зовёт, и явно не для помощи и пожрать хочется, ибо бабку и папашку он уже загрыз в приступе голода.

– А может, и нет! – воскликнул я. – Может, он действительно борется и сможет побороть свои изменения.

– Ага. Станет мутантом и будет бороться с другими дикими, – искренне засмеялся кот. – А нет, ещё лучше! Он создаст реабилитационный центр для диких. Только вслушайся в эту чепуху! Ярослав, он… он мёртв для тебя как друг. Пойми ты это! С момента его становления диким он больше не тот, кем ты его знал. И чем раньше ты это поймёшь до нашей поездки, тем больше шансов, что это ты его убьёшь, а не он тебя.

Да я и сам понимал всё это. Но золотое правило… точнее, всем известная фраза: «Надежда умирает последней» имела место быть. Учитывая, что Вадим и так из ряда вон исключение в мире диких. Он разумен и старается им быть.

Кактус, правда, совсем не разделял моего мнения. За время пока я собирался и пил кофе, он не один раз упомянул, что разумность Вадима – лишь отклонение от небольшой нормы этих тварей. Но не больше. Итог будет один, он станет сильнее и сожрёт достаточное количество людей, чтобы в район пришла зачистка. И зачистила всех: и правых, и виноватых.

Про эту самую группу зачистки я слышал уже не первый раз. Правда, о самой сути, как и о группе, из которой она состоит, оставалось лишь догадываться. Но Миша… ой, Кактус, напрочь отказался пояснять о ней. Словно одно упоминание о зачистке было для него чем-то болезненным.

Может, попадал под неё? Нет… если бы попал, я так понимаю, его бы среди нас не было, ну и меня, соответственно, тоже. Любопытно, а как бы сложились события и моя жизнь, если бы всего этого не случилось с нами, а Вадим, между делом остался носителем симбионта, хоть и диким.

Сожрал бы меня сразу или оставил на потом?

* * *

Утренние таксисты, особенно в будние дни были не самыми приятными собеседниками. Не то чтобы я прям рвался пообщаться с очередным водителем, но на данный момент мне именно «внимания» для отвлечения не хватало.

После того как некий «Николай», если можно было судить по приложению, вывалил на меня помойное ведро недовольства насчёт кота, он и слова не сказал больше, как мы уселись в автомобиль. Для себя, кстати, я запомнил одну важную вещь, пора покупать переноску. Хоть Кактусу это и не нравилось, но для решения такой мелкой проблемы, как перевозка животного, это нужно было сделать. Тем более проще так, чем тратить кучу времени на переговоры.

Уловив ход моих мыслей, он, сидя на моих коленях, начал выпускать когти в ноги, как бы… ну, показывал своё мнение на этот счёт, хотя на самом деле думал о другом. Посоветовал мне сдать на права и купить машину, чтобы не было таких проблем. Жаль, что он не понимал сути и ценовой категории этих двух вещей. Для того, кто когда-то назывался Михаилом, эти вещи, похоже, никогда не представляли интереса.

В целом, до самого пригорода, да и до улицы, где стояло три домика, среди которых был тот самый… бабушкин дом моего друга, мы добрались быстро и с ветерком. А вот уже высадив нас, таксист, словно специально забуксовал, дабы я поел как можно больше песка.

Кактус матерился. Громко. В моей голове.

Но проблему с песком в шерсти это не решило, пришлось почёсывать, дабы четырёхлапый наёмник успокоился. Роли особой это не сыграло, и песка в шкуре кота было много, но, по крайней мере, он остыл, и мы двинулись в сторону калитки.

Застыв у забора рядом с полуоткрытыми «воротами», я попытался разглядеть в окнах хоть какой-то признак жизни. Но все четыре окна были плотно занавешены шторами… и, казалось, словно дом давным-давно был мёртв.

Не было дыма из трубы, хотя Агафья Павловна постоянно топила печь, даже летом, хоть и было электричество. Не было постоянного белья и тряпья на сушильных канатах, да и холодно как-то здесь было… нелюдимо, я бы сказал.

Всё же первый шаг был сделан. Шаг в неизвестность и опасность.

Воспользовавшись советом кота, я тут же убрал руки из карманов джинсов, вдруг придётся отмахиваться от обезумевшего Вадима, а также постарался как можно больше посматривать вокруг себя.

Не из-за того, что я мог наступить на капкан или что-то ещё, а найти отклонения от нормы. В чём они проявлялись – я так и не понял, а кот лишь намекал, что диких может быть гораздо больше.

Он в этом ошибался. Слава богу.

Как только моя рука замерла около двери, чтобы постучаться, она открылась. По ту сторону порога стоял мой когда-то лучший друг, на которого было страшно смотреть.

Исхудавший так, что заострились черты лица. Бледный, будто кучу месяцев не выходил из подвала. Глаза красные, словно он только-только проснулся, а руки… они не могли не привлечь внимания. Он и так был долговязым, но сейчас, они были явно длиннее привычного. А желтоватые ногти вот-вот грозились превратиться в когти.

В его лице остался лишь намёк на человека.

Сильно выделялись скулы и чуть выступающий подбородок, намекающий на увеличенное количество зубов. Да и взгляд был недобрым. Отнюдь не добрым.

– Проходи, – Вадим заговори почти сразу, поворачиваясь ко мне спиной. – Чайник сейчас поставлю.

Кот тут же взревел в голове:

«Убей! Прямо сейчас, пока не поздно! Пока он не ждёт!»

Но я этого не сделал, а медленно последовал вслед за Вадимом. Внутри самого дома был сущий бардак. Разбросанные вещи, еда, какая-то битая посуда и бутылки. Так скажем, ласковым и домашним уютом в исполнении руки бабули рыжего тут и не пахло. А она-то точно не позволила бы себе такого.

Что говорило только об одном, её здесь больше нет.

– Извини за бардак, – раздался голос Вадима из кухни. – Бабуля уехала с концами к своим родственникам и оставила тут всё на меня. Как видишь, не особо справляюсь.

На его голос повернул на кухню, где было самое чистое место в доме. Пыли, правда, много. Да и холодильник, в который, я по привычке заглянул, пустовал.

– Вадим… – протянул я, застыв у стола. – Что с тобой произошло?

– Пожалуй… – он повернулся, блеснув недобрым взглядом. – Это будет очень долгая история.

В момент, когда я увидел его взгляд, первое, что пришло мне в голову: пора бить. Сразу в глотку, чтобы не было у рыжего и малейшего шанса меня поранить. Но… всегда было одно «но».

– Ты не поверишь в то, что я тебе сейчас расскажу… – он неожиданно открыто улыбнулся, его глаза, казалось, потухли, и он вновь повернулся ко мне спиной, разливая по чашкам кипяток. – Сразу предупреждаю, история не из самых приятных и реальных, а верить или нет… ну… – Вадим вновь повернулся. – Ярослав, мне, кроме тебя, больше не с кем поделиться этим.

– А с отцом? – я сделал пару шагов назад, нащупав спиной дверной косяк. – Ему нельзя рассказать?

– Папы нет. Больше нет, – ответил он, поворачиваясь обратно к «чаю». – Первым погиб в этой суматохе. И я не про взрыв, как ты понимаешь. Ты это…

Он резко развернулся, да так, что из двух больших чашек выплеснула вода. С такой же резкостью сделал шаг в сторону, поставив чашки на стол, но словно даже не заметил этого, а затем опять заговорил.

– Не бойся. Не трону тебя. Садись и слушай, а этого… – он пальцем показал в сторону моих ног, одновременно потерев нос. И только в этот момент я понял, где Кактус сидел. – Подальше от меня… что-то у меня на кошек аллергия пошла.

Глава 4

Дальнейший разговор пошёл в неожиданно более спокойной обстановке, чем я рассчитывал. Да, пожалуй, изредка, но в Вадиме просыпался рычащий голос, но, в целом, он держался. Хотя Кактус при этом до последнего не успокаивался.

Грозился самостоятельно броситься и откусить ему голову. Я же каждый раз просил его помолчать и следить за происходящим, а не устраивать казнь.

История Вадима не испугала меня только из-за того, что половину сути его рассказа я и так знал, и понимал. А также, потому что я сам изменился. Сильно. Как и моё мировоззрение.

В момент якобы взрыва газа в его доме творился настоящий ад. Вадим по старой привычке полвечера предавался снам, чтобы собраться с мыслями и силами сходить на очередную сходку молодёжи в закрытом «клубе», но у судьбы, как и у существа, которое появился на пороге его дома, были иные планы.

– Я проснулся от криков соседки надо мной. Затем… когда крики прекратились, послышались тяжёлые шаги. Словно надо мной жила не юная красотка весом до пятидесяти килограмм, а старая и вредная тётка, весом в пару центнеров. – Вадим одним глотком выпил половину чая и только после этого продолжил: – Сам понимаешь, всякое бывает, так что я не стал обращать на это внимания. Долго пытался уснуть. Но вслед за соседкой сверху, крики начали доноситься из соседней квартиры. Тут…

Он резко шлёпнул ладонью по столу, а затем принялся мотать головой.

«Убей! – взревел Кактус. – У него приступ!»

Я и подумать ничего не успел, как то, что делал мой друг, резко прекратилось. Вадим несколько раз ударил себя по лбу и продолжил говорить, как ни в чем не бывало. Будто ничего не было и это пугало.

– Не выдержа-а-а-ал, – он рыкнул. – Вскочил и подошёл к входной двери. Узнать, что там происходит, так скажем, по-соседски. В глазок посмотреть. Но увидел я только море крови на кафеле, которая уже просочилась в щель моей двери. Противная такая… тёплая.

– Вадим, – оборвал его я, когда рыжий начал клацать зубами. Большими, кстати, неожиданно желтоватыми и острыми. – Ты в норме?

– Не обращай внимания, – усмехнулся он, хотя его смешок был слишком пугающим. – Это одержимость. Я тебе про неё чуть позже расскажу.

«Одержимость, говорит! Ха! И ещё раз ха! Но забавно, что он это так интерпретировал».

«Кактус, помолчи. Просто следи, чтобы он не бросился на меня. Я разберусь!»

Дальше Вадим продолжил говорить в более спокойной манере. Только вот его слова были… жестокими. Разорванные соседи, непонятная женщина на его пороге, которая одной из четырёх рук смела дверь, словно она была сделана из картона.

Ее убийственное выражение одного-единственного глаза, запах гнили и сила её пальцев. Она ворвалась в его квартиру, сжимая глотку, ровно в тот момент, когда за её спиной появился ещё один человек.

Он каким-то неизвестным Вадиму образом практически мгновенно отрубил половину её конечностей. Правда, это её не убило.

– Понимаешь, у него не было ножа в руке… ну или… как можно было так просто, одним движением отрубить всё это? – он начал улыбаться своей отвратительной улыбкой и принялся покачивать головой. – Или там… бензопила… да! Вот чего не хватало. Против этой твари только с бензопилой выходить.

– Вадим, – оборвал его я. – Ты уверен, что сможешь дальше говорить. Мне кажется, ты…

– Похож на психа? – улыбнулся парень вновь и закачался всем телом, сидя на табурете, так что тот угрожающе зашатался под ним. – Не… это не оно. Ты слушай, Ярослав слушай внимательно!

– Я бы… – не успел договорить.

Рыжий со всей дури ударил кулаком по столу. Я машинально выпустил когти, которые чуть ли не поцарапали мои ноги, но руки из-под стола поднимать не стал и, думаю, хорошо, что Вадим этого не видел, а то неизвестно как он на это отреагировал бы. Напрягся, как и кот.

– Не перебивай, дружище… – он замер, словно пытался сосредоточиться на собственных мыслях. Дальше последовала серия непонятных слов, точнее, случайного набора букв, и Вадим опять заговорил по-человечески. – Они сцепились уже в моей квартире, когда эта… вырвала кусок мяса из моего плеча. Дальше… я потерял сознание, а проснулся в момент, когда что-то надо мной загорелось. Я открыл глаза, увидел ухмылку и один-единственный глаз этой девушки… дальше раздался взрыв.

– Она была ещё жива? А тот человек? – невольно заинтересовался я событиями, которые произошли с моим другом.

– Не знаю. Не видел, – замотал он головой, безумным взглядом смотря по сторонам. – Меня выкинуло из окна вместе с этой тварью. Когда мы упали за забор в кустарник, она уже не дышала. Но и я не мог сдвинуться. Был перелома-а-а-ан, – вновь рыкнул Вадим. – До поры до времени.

– Потом что? – подсказал я, так как он замер на месте и лишь слегка раскачивался, уставившись на холодильник.

– Потом я потерял сознание. Проснулся, когда доедал соседку с первого дома, – Вадим махнул рукой в сторону окна, где виднелся чужой участок. – Потом, пошёл в третий дом. Потом… меня нашёл папа.

Когда он закончил на слове «папа», моё чутьё било в набат об опасности. Рыжий, правда, дёрнулся лишь один раз.

Он рванул на меня, но моей реакции было тоже не занимать. Я отмахнулся от его руки, нырнул в сторону в момент, когда тот уже всем телом перевалился через стол и схватил его за волосы, держа когти на его глотке.

– Не таким я представлял наш разговор, Вадим, не таким.

– Отпусти… я не специально, – всхлипнул он вполне по-человечески. – Этот голос внутри меня… преследует. Заставляет оставлять человечность. Говорит, что с этим можно и нужно жить… он снится мне… я боюсь… боюсь самого себя и того, что я делаю!

После упоминания голоса… именно того, который преследует его во сне, я чуть остыл. Но, отпуская друга, когти при этом не убрал. То, что он увидел, казалось, порадовало его.

– Ты такой же, как и я?! – улыбнулся он во всю пасть, с надеждой смотря на меня. – Тоже одержим демоном?

– О каком, к чёрту, демоне ты говоришь? – раздался голос Кактуса.

Вот тут рыжий действительно удивился. Сел на колени и начал бить себя по щекам, словно не веря в то, что видел и слышал. При этом он не раз ткнул в сторону Кактуса пальцем, повторяя одно и то же. В общем, вёл себя совсем не как здравомыслящий человек.

– Кот! Говорящий кот! Очуметь!

– Захлопнись, дикарь.

– Я не такой, как ты, – я прервал его «радость». – Скажи мне, что стало с моей сестрой и как ты к этому причастен?

Вадим разогнулся. Стараясь не делать резких движений, сделал шаг назад, облокачиваясь на стол, и спросил снова с рычащими нотками в голосе.

– Ты поэтому пришёл сюда? Убить? Отомстить за Катю?!

– Говори! – озлобленно прошипел я.

– Не специально. Вот не поверишь… я не специально. Моё нутро вело меня постоянно в сторону твоего дома. Какой-то… – он опять впал в состояние «избиения» себя, – голос. Он то даёт мне контролировать тело, то оставляет мне только голос. Я не знаю, почему место «свободы», когда мне даровали право выбора, было домом твоих родителей. Ночлежка у коллектора в тридцати метрах стала моим новым домом на какое-то время.

Я понимал о месте, про которое он говорил. Но… мерзость, там же столько грязи и мусора.

– Первую ночь, как я ушёл от бабушки, провёл именно там. Утром меня разбудила компания пьяных мальчишек. К несчастью для них, голод, который просыпался вместе с одержимостью, не давал мне право выбора. Я сожрал троих. Блондинку почему-то оставил, хотя она пахла очень аппетитно.

– Почему-то? – улыбнулся я. – А если честно? Как она стала такой, как и ты?

– Откуда ты это знаешь?! – искренне удивился он. – Я её не слышу со вчерашнего дня. Словно с ней что-то случилось.

Вот тут вновь включился Кактус.

– Что ты несёшь? Что ты там можешь слышать, а, дикий?!

– Забавный котик, – Вадим вновь сел на колени. – Знаешь… тебя бы я съел.

Кактус искренне возмутился, зашипел, поднял хвост и начал им нервно вилять из стороны в сторону. А затем и вовсе ушёл за мои ноги. Защитничек…

История оказалась весьма занимательной. Сам голос ему и приказал оставить остальных в живых. Девицу он… вроде как полюбил, и она стала последним, живым экспериментом. Сам Вадим не понимал, как так получилось, но она стала чем-то по типу самки для него. Остальные не выжили после частичного поглощения сердца.

Всех подробностей он не сказал, но выжила сильнейшая. Дальше подсказывала интуиция выживания, а не голос. Он выхаживал её, оборонял. Чутьё, проснувшееся в нём во время этой «одержимости» требовало увеличения популяции, но голос говорил, что они размножаются иначе.

Через пару дней он увидел Катю. Случайно, по его заверениям, не думая о том, что она чья-то сестра или что-то подобное. Просто дал команду укусить своей спутнице.

– Я тебя… – нахмурился я, делая шаг вперёд.

– Она жива?

– Жива! – рванул я вперёд, сжимая глотку Вадима, который не успел среагировать на мои действия. – Ты не представляешь, что мне пришлось пережить и на что мне пришлось пойти, чтобы найти ей лекарство!

Вот это и стало ключевым словом. Лекарство.

Вадим поник, обхватил мою руку своими и едва слышно попросил убить его. Просьбу бы я выполнил, если бы не почувствовал странное желание внутри себя. Голода. Словно симбионт внутри меня требовал еды.

Это спасло рыжего.

Я в раздражении отпустил его. Хоть кот и возмущался, говорил, мол, не стоит с ним так сближаться, я сел на корточки напротив друга и, взглянув ему в глаза, спросил:

– Лекарство от ваших укусов есть. Однако оно не вылечит такого, как ты. Полноценного дикого.

– Я одержимый! – воскликнул Вадим, но не дёрнулся в попытке защититься от возможного удара.

– Называй, как хочешь. Но… мне кажется, я могу тебе помочь, – тяжело вздохнув, произнёс я.

Кактус зашипел ровно в тот же миг, как прочёл мою мысль. Но ограничился лишь этим звуком.

– Почему ты мне не сказал, что мы похожи? – жалобно заскулил Вадим, меняя пластинку. – У тебя есть сила… серьёзная, раз я тебя на уровне инстинктов боюсь… а ты… ты…

– Тебе помочь или нет? – перебил его нытьё, вставая в полный рост. – Либо да, либо нет.

– Убьёшь? – рыжий тут же поднял голову, пожирая меня взглядом. – Убей!

– Можно и иначе…

Вадим, в целом, не сопротивлялся. Я попросил его лечь на пол, сам встал над ним и одним махом, разорвал грязную футболку на груди. Когда мои пальцы впились в кожу в том месте, где билось его сердце, он вскрикнул. Спустя мгновение, когда пошёл процесс питания, все изменилось.

Даже Кактус, который вообще твердил одно и то же насчёт смерти этого дикого, я чувствовал, как он с некоторым удивлением наблюдал за картиной происходящего. Даже неохотно переселил себя и приблизился, вопросительно пялясь то на мою руку, то на Вадима.

А мой друг менялся одновременно с тем, как работали мои чёрные змейки, пожирая что-то из его организма.

Его кожа меняла цвет, уходила та неестественная бледность, которая оттолкнула меня в первые мгновения, а лицо улучшилось, становясь более человеческим. Однако вместе с этим я начинал испытывать странную тошноту… словно в горле ком образовался, который мешал естественным процессам. Раньше такого не происходило…

В момент, когда я понял, что уже не могу себя сдерживать, отнял руку от груди. Вскочил и отошёл на пару шагов назад. При этом старался резко не двигаться, так как меня слегка мутило после произошедшего.

Вадим долго приходил в себя. Медленно раскачивался… вставал и снова падал на пол.

Мы просидели на кухне ещё несколько часов, пока он не заговорил. Речь была более естественной, чем ранее, а повадки и рыки почти прекратились. Но после второй попытки «поесть» его, ничего не вышло. Меня вновь начало мутить, причём гораздо сильнее, а кот, который решился комментировать сие излечение, предположил, что мне нужен перерыв.

В какой-то момент Вадим не вытерпел. Вспылил. За что получил сильную затрещину от меня. И на наше с Кактусом удивление, не стал пытаться напасть на нас, а сжался в уголке комнаты и начал поскуливать. Просить, чтобы я рассчитывал силу… вот тут мы и ох… удивились.

* * *

«Как ты думаешь, – мы сидели в такси, направляясь в сторону кафе. – Я смогу его окончательно излечить?»

Кактус, которого сама идея оставить дикого в живых хотя бы на время, не радовала, не с первого раза решился заговорить со мной. Если бы он мог физически это провернуть, он бы его убил. Но это были лишь слова.

«Не знаю. Посмотрим, – недовольно буркнул он. – Сам процесс странный, как и твоё питание».

Пусть он и ворчал, но я видел, что ему подобное действительно любопытно, иначе мы бы так просто не покинул место обитания моего друга.

«Ты такого никогда не видел?» – заинтересовано посмотрел я на кота.

«Нет. И предположить не мог, что так можно делать. Боюсь, и не один я буду такого же мнения. Но подумай… стоил ли говорить об этом Эдварду и его компании. Тебя не то чтобы не поймут…»

Он не стал додумывать свою мысль, хоть я и просил больше подробностей.

Сошлись лишь на том, что стоит попробовать ещё раз. Но если Вадим пойдёт убивать… то моя вина и бла-бла-бла. Я и сам понимал груз ответственности за Вадима. И за своё решение. Но если я могу вернуть его человечность, убить паразитирующего дикого симбионта внутри его тела, то почему бы и нет? Игра стоит свеч…

«Тебе не хватает хладнокровности как наёмнику, – с мрачными интонациями в голосе заговорил вновь кот, когда мы подъехали к кафе. – Это тебя рано или поздно погубит».

Глава 5

Вечерняя смена в нашем славном заведении была слишком утомительной даже для меня. Учитывая количество людей, которые, словно бурная река, то и дело просачивались в двери нашего кафе, я серьёзно призадумался насчёт собственного бизнеса в будущем. А ведь до этого я думал, что это место лишь прикрытие, а оно оказалось очень даже популярным в нашем городе.

Ведь на самом деле, насколько всё это просто: взять готовую франшизу, найти местечко с большим количеством «проходов» обычных зевак, и бац! У тебя появляются постоянные клиенты, а также начинает увеличиваться оборот средств. Франшиза окупит себя через пару месяцев, а дальше пойдёт чистая прибыль.

«Думал бы ты о чём-нибудь более полезном, Ярослав, – тут же в голове раздался ворчливый голос Кактуса. – О каком бизнесе может идти речь, если ты наёмник. А?»

«Да я так… между делом, – ответил я, облокачиваясь на стойку, чтобы получить поднос с новым кофе для посетителей. – Сам же понимаю, что не до этого будет. А помечтать… ну, почему бы и нет?»

«Ага. Мечтатель нашёлся, – кот, которого я давно потерял из виду, прыгнул на барную стойку. – С Вадимом что решил?»

«Всё просто. Пробуем вылечить, раз уж что-то у меня в этом направлении получается. Время нам дали, так что… – я повернул голову вправо, посмотрел в эти зелёные глаза и подобрал поднос. – Время покажет. Возможно, у нас всё получится».

– Ну-ка! – зазвучал звонкий голосок Елены. – Убери своего усатого со стойки! Он вообще неизвестно где ползал!

Кактус попытался сделать вид, что он не услышал эту короткостриженую брюнетку, за что тут же получил пачкой салфеток по морде. Тут удивился даже я. Но, как показала практика, в Михаиле гораздо больше преобладает именно кот, а не бывший наёмник. Повадки и привычки сделали своё дело.

Он дал такого дёру, что я неловко улыбнулся, наблюдая за этим. Кот затормозил буквально около самого выхода из кафе, обернулся и тут же в мой мозг пришла его запоздалая мысль.

«А чего это я рванул так?!»

Тут я уже не выдержал и прыснул от смеха. За что тоже получил салфетками по голове.

– Не отвлекайся. Работай, Ярослав, солнце ещё высоко! – тут же строго добавила Лена.

Бурчать по поводу её фразы, которая относилась к неграм в ещё лохматые годы, я не стал. Поджал губы, подхватил поднос с чашками и подошёл к столику, где меня ждала небольшая группа подростков.

Глядя на них в момент, когда расставлял чашки по «списку», тут же вспомнил про свою сестру. Конечно, гости никак не были похожи на Катю, да и возрастом они были гораздо старше, но почему-то именно эта компания напомнила мне о ней. Хотя за сегодняшний вечер было уйма подростков.

Отпрашиваться у Виктории решился лишь через час, когда сам понимал, что не откажет. И посетителей стало в разы меньше, и дверной колокольчик почти не звенел. Так что…

Её ответ я предугадал и в следующую минуту накинул на плечи куртку, вытащил из кармана телефон и вышел на улицу. Как-то не хотелось, чтобы наш разговор кто-либо другой слышал.

Номер сестры стоял в избранных контактах, так что даже мучиться поиском в моей огромной, телефонной книге не пришлось.

Как только мой палец коснулся иконки вызова, раздалось всего три гудка, и сестрица тут же ответила. Словно всегда ждала моего звонка.

– Ярик, привет! – раздался по ту сторону трубки голос Кати. – А я-то думала, когда ещё созвонимся или увидимся!

– Привет, мелкая, – с улыбкой на лице ответил я. – Прости. Учёба, ещё и работа появилась ко всему прочему, так что как-то не было особо лишнего времени, чтобы заглянуть к тебе.

В ответ посыпались странные вопросы. А кто к ней приходил, а что за чудо-лекарство мы ей дали? И что за странный врач приходил со мной ещё тогда?

Остановить следующий список вопросов, более… так скажем, бытовых или семейных, было крайне сложно. Тем более что я понимал один фактор.

Последняя группа вопросов была конкретно под манеру матери. Странно только, что она мне их не озвучила и не написала, как это делала раньше.

В общем и целом все вопросы с упоминанием паразитов… ой, симбионтов, я чуть ли не проигнорировал, отвечая в общих красках, без какого-либо упоминания о более вышестоящих, в отличие от людей, существах. А вот по бытовому плану…

– Катюш… – после пяти минут режима «вопрос-ответ» я уже не выдержал. – Мне работать, вообще-то, надо. Отпустишь брата?

– Ой, кстати, а где ты работаешь? – тут же спросила она.

– В кафе, – ответил я и тут же из-за угла кафе выглянула Виктория, которая одними губами сказала мне, что пора бы возвращаться и я излишне задержался.

Так что рассказать, где именно, я уже не успел. Мы весьма тепло попрощались, а я же сделал себе в голове «зарубку». Стоит позвонить и поговорить с мамой. Уж больно странно это всё.

Сначала она обманывала насчёт деталей того, что произошло с сестрой, затем не показывалась, а сейчас, видимо, не хочет со мной разговаривать. Почему? Не знаю.

* * *

Под самое завершение рабочего дня, в момент, когда я почти полностью вытер ряд столов, закреплённых за мной, ко мне подошёл сначала Виктор, а затем уже и Лаане. Причём в момент, когда заговорил Виктор, а затем уже и глава наёмников, я кое-что для себя отметил.

Виктор пришёл, чтобы сообщить мне о том, что меня хотят назначить в тренировочный лагерь. Точнее, в подвал под кафе.

Да-да-да. В местном заведении, оказывается, есть подвал, в котором есть уйма места для тренировок, причём не обычных, а с учётом наших способностей. Пока не увижу, то, скорее всего, и не пойму, о чём шла речь.

А вот появление Эдварда, который озвучил точно такую же информацию, заставило Виктора скривить лицо. Я же понял его небольшую особенность, которая определённо давила на него.

Да, он правая рука этого человека… кхм, носителя симбионта, но он вечно второй. И даже если Лаане этого не понимал, он, в любом случае, только что своим действием «щёлкнул» своего помощника по его самолюбию.

– В общем, так, Ярослав, – слово вновь взял Виктор. – Тебе, как многообещающему носителю симбионта, просто нужно тренироваться. Твои физические особенности тоже пригодятся в будущем, но…

– Мы должны понимать, – тут же перебил его босс. – Что из тебя можно слепить и куда тебя можно продвигать дальше. Тем более что на тебе висит немалый груз ответственности. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я.

Я коротко кивнул в ответ на его слова и покосился на Виктора. Судя по его выражению лица, Лаане никому ничего не рассказал. От этого становится только лучше. Однако его вновь перебили, и он был крайне этим недоволен.

Начал перебивать сам.

– Бой, который ты провёл в паре со Светланой, показывает твою неосведомлённость внутренним правилам этого мира. Нашего мира. Но перед тем как дать тебе талмуд или начать читать лекции, нам нужно, чтобы ты мог выжить. Какая бы ситуация ни случилась, чтобы ты смог постоять за себя и не оказаться в списке жертв. В крайнем случае, успеть сбежать от противника заведомо сильнее себя. Понимаешь, о чём я?

– Понимаю, – сухо ответил я. – Чтобы на задании я не подвёл напарника, если он будет. Но не проще ли… это… о ваших правилах рассказать? А потом уже всё остальное?

– Думаю, – начал Эдвард, вновь «затыкая» рот помощнику, – Виктор вполне сможет совместить тренировку и теорию. Ведь так?

«Лицо со шрамами» повернулось в сторону высокого помощника. Старик ещё раз повторил вопрос Виктору, и лишь после того, когда тот выдавил из себя жалкое: «Да», откланялся и ушёл по своим делам в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Спрашивать наёмника насчёт их соревновательного режима с Тойвовичем я не стал. Нечего будить спящий вулкан, как говорится. А вот Виктора, очевидно, аж трясло от негодования. Поэтому на мой вопрос: «А когда мы начнём тренировку», он ответил лишь после пятого повторения.

Растворился в своих мыслях мужчина.

В подвал мы пошли спустя четверть часа, как только я закончил с уборкой и привёл себя в порядок. Только вот пошёл в подвал я не один. За мной увязалась Елена, которая заявила, что подлечит, если что-то пойдёт не так (при этом ещё глянула так многообещающе, будто её помощь мне по-любому потребуется), а также две официантки – Аня и Маша. Те, что и поймали меня тогда в парке, где мы все и познакомились.

Подвальная тренировочная площадка представляла собой весьма нескромную комнату. Квадратов двадцать, не меньше, и это только по свету, который был лишь в самом начале комнаты и не мог полностью разогнать темноту в этом помещении.

Но, как оказалось, я был не прав. Виктор чуть прошёл вперёд, растворился в темноте и спустя пару секунд прозвучал щелчок. Загорелся более яркий, белый свет, который слегка ослепил меня.

Но затем…

Это место сложно было назвать тренировочной площадкой. Точнее, тем местом, где тренировался я.

Голые бетонные стены с какими-то кусками арматуры, торчащими со всех сторон. Бетонный пол, устланный пылью и бетонной крошкой, а также полностью зеркальный потолок. Причудливо, конечно, но… зачем? Да и как они вообще смогли подобную стройку провернуть в черте города?

– Длина комнаты сорок метров, – зазвучал деловой голос Виктора. – Ширина… пятнадцать, не меньше. Рассчитывай это расстояние, чтобы не повредить стены, договорились?

Просьба была несколько странной, как мне казалось, но в ответ я лишь кивнул. Чуть прошёл вперёд, озираясь по сторонам, мало ли чего не заметил, а когда подошёл к наёмнику, тот скомандовал девушкам за моей спиной.

– Маша, Аня и Лена, прошу вас, принесите инвентарь.

Я обернулся к девушкам и чуть было не присвистнул от удивления. Услышав команду, официантки тут же подошли к ближайшей стене, где, нажимая на эти самые арматуры, подкрашенные белым цветом, открыли тайный проход.

Туда я уже не сунулся, но на всякий случай запомнил, на какие именно арматурины они нажимали. Ибо металла там было куча, да и мало ли когда пригодится подобное знание.

Лена, между делом, никак не отреагировала на просьбу Виктора. Откровенно говоря, зевала, придирчиво рассматривая собственные ногти. Наёмник оставил это без внимания.

Спустя пару секунд, я пошёл на подмогу девушкам, но, оказалось, зря. Что Аня, что Маша были носителями симбионта физического типа, и силы в них было немерено. Большие, пыльные боксёрские мешки они тащили за собой охапками, словно те не весили и килограмма. А вот уже цепи, которые, противно задевая пол, издавали ужасный для моих ушей, звук, явно не могли весить так мало, как хотелось бы.

Гадал недолго. Сам все понял, не задавая глупых вопросов. Они сильные. И точка.

– Нет. Это всё не то… – Виктор как-то раздражённо махнул рукой в сторону той самой тайной комнаты. – Мне нужно быть чуть медленнее, чтобы Ярослава не пришибить ненароком.

Девушкам это, конечно, не понравилось, но перечить они ему не стали. Потащили всё обратно. Спустя несколько минут, Маша и Аня вернулись лишь со странным мешком, который оказался обычным свинцовым бронежилетом, защищавшим от радиации. По крайней мере, именно такие ассоциации вспылили у меня, когда я его увидел.

– Значит, так, – Виктор заговорил ровно в тот миг, как нужный для его тренировки, инвентарь, лежал возле его ног. – Правило номер один, которое останется с тобой до конца жизни.

Он как-то кривовато улыбнулся, расстегнул и снял с себя пиджак, протягивая его Ане. Следом эту самую свинцовую защиту, они накинули на его плечи и застегнули. И как только последняя фастекс-застёжка защёлкнулась, мужчина резко дёрнулся.

Его скорость по моим меркам была чудовищной. Виктор словно растворился прямо передо мной и нанёс удар в голову, от которого было невозможно увернуться. Я попросту не ожидал такой скорости и самого нападения как такового.

Удар ладонью пришёлся прямо по уху, отчего в голове зазвенело так, словно меня поезд сбил. В следующий миг, когда моя рука ещё не успела даже коснуться звенящего уха, удар пришёлся с другой стороны, и звон лишь усилился.

– …бей первым… – раздался его голос сквозь звон. Только от этого мне легче не стало. Ну вот совсем.

Виктор застыл в трёх метрах от меня, завёл руки за спину и вопросительно смотрел на меня, словно ждал какой-то определённой реакции на произошедшее. Но её не последовало. Он просто оглушил меня.

– Ярослав? – голос мужчины начал «проявляться» лишь спустя пару минут, когда я уже и не надеялся, что за этим звоном в ушах что-то услышал. – Ты всё понял?

– Ничего я не понял, – озлобленно ответил я. – Толку говорить, когда твой собеседник не слышит ничего?

– А ты сам не понимаешь? Ну, что я мог сказать?

Я опасливо покосился на наёмника, ожидая нового нападения, которое, возможно, будет сопровождаться словами. И, пожав плечами, предположил:

– Бей… всегда бить первым?

– И не только это! – радостно улыбнулся Виктор. – Догадливый какой. Я ещё кое-что сказал.

В следующий миг он сорвался с места так, что я его моментально потерял из виду.

Глава 6

Последующий удар в ухо я в этот раз предугадал. Вывернулся и сделал это с некоторым остервенением и непроизвольно вырвавшимся рыком, чем удивил Виктора. Помимо того, что я увернулся от удара, отмахнулся левой рукой от последующего замаха, я также ответил крюком вполоборота корпуса, который выбил из лёгких наёмника весь воздух, я замахнулся повторно. Но противника уже не было в той стороне, откуда пришёлся удар.

Виктор опять замер в трёх метрах от меня и вопросительно ощупывал свою грудь. Я же… замер, понимая, что только что, получается, пробил бронежилет и просто до этого об этом не думал.

Я не отбил себе руку?! Какого чёрта?!

Это невозможно… Там же свинца килограмм на тридцать, не меньше… Как так-то?

Нет, конечно, мои физические возможности явно вышли за пределы человеческих, но не настолько же. Или же нет?

– Любопытно, – раздался его голос. – Если я удвою скорость, ты справишься?

– Занимательная тренировка, – ответил я, даже не думая расслабляться. – Бьём без предупреждения о начале тренировки? Да?

– Это относится к первому правилу. Итак… – Виктор улыбнулся, поправляя бронежилет на груди. – Обобщим первое правило наёмника, которое поможет в твоём выживании. Никогда недооценивай своего противника, а также всегда бей первым. Не стоит строить из себя джентльмена, даже если твой противник будет противоположного пола.

Я хотел было ляпнуть, мол, с этим проблем нет, в пример та же дикая из института, но вовремя придержал язык за зубами. Никто про этот случай не знает. Даже Лаане. Тем более тогда пришлось бы рассказывать про Аню, а тут я совсем не уверен, что это стоит доносить до этих людей. По крайней мере, не раньше, как я поговорю со своей старой подругой.

– Это правило выживания плавно вытекает в один из перечней Кодекса, – продолжил он. – Запрещено нарушать дуэль двух носителей симбионтов магического типа.

– И как это связано? – удивился я. – Что я вообще должен делать в такой ситуации?

– Свод всех правил нашего Кодекса выучить невозможно за короткий срок. В нём слишком много тонкостей, о которых одновременно и бессмысленно, и между тем полезно знать. Для тебя есть не так уж и много правил, которых ты должен придерживаться, так как ты официальный наёмник.

После этих слов он растворился прямо передо мной и ударил из-за спины. Не знаю, как я узнал, откуда именно он ударит, но всё, что я успел сделать, это пригнуться. Виктор ударил воздух в том месте, где только что была моя голова. В следующий миг я на полусогнутых ногах прыгнул вперёд, спасая свою пятую точку от очевидного для этой ситуации пинка. Что весьма сильно удивило моего спарринг-партнёра.

– Любопытно, – повторился он. – Итак. Одно из правил Кодекса, которое относится как ко всем носителям симбионтов, а также и к наёмникам, гласит…

Я встать не успел после своего прыжка, как удар пришёлся с правой стороны. Носок ботинка Виктора попал точно в печень, отчего моё чутьё взревело. Я в мгновение ока преобразовал ногти в когти и с животной ловкостью вскочил на ноги. Виктора нигде не было.

Голос наёмника зазвучал прямо надо мной.

– Любая деятельность носителя симбионта не имеет права угрожать жизни обычного человека. Это правило чаще всего нарушают, и в случае, если всё заходит слишком далеко, созывается высший совет.

Виктор упал на меня сверху. Стараясь даже не гадать, каким образом он держался на зеркальной поверхности, я сделал три быстрых шага назад ещё в момент, когда он договаривал это правило.

Не прогадал. Мужчина рухнул на пол, приземлился на четвереньки и разогнулся. Но тут ситуация несколько изменилась.

Сокращая дистанцию всего за один шаг, на который я и секунды не потратил, мой кулак был направлен именно в его печень. Так скажем, в отместку. Я ожидал чего угодно, но никак не…

– Ах ты ж… – вырвалось из наёмника, когда мой кулак жесточайшим образом попал в направленное мною место.

– Опять пробил? – удивился я, делая на всякий случай шаг назад. – Это что же за липовый бронежилет у тебя?!

– Сам ты липовый, – ответил он, улыбаясь чуть кривовато.

Мужчина опять растворился в воздухе и обрушил на меня серию ударов.

Его кулаки мелькали со всех сторон, а сам наёмник превратился в одно размытое пятно, которое появлялось со всех возможных сторон. Его скорость поражала меня, но вот то, что я знал и понимал, откуда и что «прилетит», удивляло не меньше. Жаль только, я попросту не успевал за его скоростью. В скором времени сдерживать эти удары стало просто невозможно. Но, главное я видел! Я знал с какого-то… х… знал, куда он будет бить! Просто недоставало реакции тела, чтобы успевать за всем.

Не знаю, сколько длилась эта серия бесчисленных атак, и сколько времени я оборонялся, но всё закончилось так же неожиданно, как и началось. Виктор растворился в воздухе и появился ровно у входа, где стояла Лена и официантки.

Мне он ничего не сказал. Сбросил на пол бронежилет перед ногами официанток, немного грубовато, на мой взгляд, выхватил из рук удивлённой Марии свой пиджак, коротко кивнул Елене, рукой небрежно указав на меня, и вышел из помещения.

* * *

– Он просто испытывал тебя, – Лена сидела напротив меня за столиком в кафе, в котором мы работали, потягивая через соломинку глясе, будто ничего и не было. – Это норма для новичков вроде тебя. Виктор и Виктория это проделывают с каждым. Правда, я ещё не видела, чтобы он только-только появившегося новичка так быстро лупил. Точнее…

Брюнетка покосилась на дальний столик, за которым сидел Виктор, Виктория и Эдвард, обсуждающие между собой что-то, и вновь вернулась всем вниманием ко мне.

– Точнее, что не все его удары проходят. Как ты умудрялся парировать? У тебя же, насколько я знаю, не было никакой подготовки или же была?

– Если бы я сам знал, – буркнул я, заглядывая в собственную чашку, в которой и намёка от кофе не осталось. – Я не понял только одного, что за странные правила, почему их так мало, и о каком Кодексе он говорил?

– О-о-о, Ярослав… – она как-то странно протянула моё имя, и я не мог не посмотреть в её глаза.

Странно, что естественную красоту девушки я так поздно для себя отметил. Тонкая линия губ, лёгкий румянец, который идеально сочетался с её голубыми глазами. Небольшая родинка над губой с правой стороны подчёркивала их, придавая некий шарм. Аккуратный носик с маленьким пирсингом на правом крыле и…

Татуировка. Её невозможно было заметить невооружённым глазом, а она была. Три тонкие линии красного цвета, которые шли пунктиром от центра её губ.

– Кодекс, в понимании современного человека – некий свод правил. Но не только правила в нём написаны…

– А что ещё? – оживился я.

– Сама книга представляет собой талмуд из кожи какого-то животного. Мерзко, да, но высшие решили сделать его именно таким.

– Надеюсь, не из человеческой? – вяло улыбнулся я.

– Нет. Это не Некрономикон, – рассмеялась Лена. – Но и он вроде как существует.

Уж об этой книге, пожалуй, слышали все, кто читал хоть что-то из фантастики и фэнтези, а тем более те, кто играл в компьютерные игры. Поэтому её слова меня несказанно удивили… очень, удивили.

– Насколько мне известно, в нынешнем Кодексе больше трёхсот страниц. Из которых лишь четверть относится к правилам. Ну и, конечно, его могут дополнять со временем.

– А остальное? – заинтересованно посмотрел я на неё.

– Остальное чуть позже. Правила разбиваются на несколько групп и подгрупп. Большую часть никому из нас и знать не нужно, – легкомысленно пожала плечами Лена.

– Тогда… – перебил её я. – Для чего их так много? Что за группы?

Моя попытка перебить лишь разозлила Лену. Она скуксила своё миловидное личико, зыркнула на меня недобрым взглядом и приложила палец к губам.

– Существует три группы носителей симбионтов, – принялась терпеливо объяснять она. – Мутанты, маги и девианты. Третьим, хоть они и являются редкостью, и большая часть носителей даже не в курсе, что они среди нас, тоже отведена отдельная страница из свода правил. Вот к этим самым типам три разные группы правил: как правильно жить, питаться и охотиться. В общей сложности каждый тип носителей имеет разную социальную структуру, и для таких структур, групп, кланов, родов и прочего… название не суть важно – есть свои правила.

– Как правильно жить среди людей, которые не должны быть о нас в курсе и прочее? – догадался я.

– Именно. Есть ещё, правда, дикие. Но они враг номер один для каждого из нас. И убийство этих тварей является единым пунктом для любого типа носителя симбионтов. Уяснил?

– Ага, – протянул я, поглядывая на стол троицы «боссов». – То есть получается, мне не нужно знать, что твердят правила для магов и для девиантов.

– Сказал тот, кто питался моей магией! – захохотала Лена. – Нет, Ярослав. Ознакомиться придётся со всеми группами и их правилами. Дело в другом… не всё тебе пригодится в жизни, только и всего. Но это и как с обычными законами людей.

Я недовольно покачал головой. Хоть и понимал, для чего мне знания чужих правил, уставов и законов, но что-то мальчишеское в глубине души противилось этим знаниям.

– Вторая часть книги относится к типам и подтипам симбионтов, – меж тем продолжила говорить девушка.

Вот это было уже поинтереснее. Она знала много, но всё это обобщила до простого. У двух, так скажем, рас, мутантов и магов, есть свои классы. То есть, разновидности сил, тип и свойства. Большая часть «серой» массы имеют похожие навыки и особенности, но есть и редкие типы, типа того же Виктора.

– Виктор… как бы правильно сказать… самый…

– Самая быстрая рука на диком западе, – перебил её я с улыбкой.

Чтобы понять суть моего «перебивания», Лене потребовалось чуть меньше десяти секунд. Но наградой был звонкий смех.

– Не перебивай. Пожалуйста, – заулыбалась она, с трудом удерживаясь от нового приступа смеха. – Он Флешер. Мутант скорости. Во время активации его сил тело… так скажем, сбрасывает лишний вес в мышцы ног. Его ускорение… как бы тебе правильно сказать. Знаешь, африканца, который является самым быстрым человеком на земле?

– Болтон? Вроде… – не очень уверенно ответил я.

– Именно. Так вот. Виктор быстрее его где-то в десять раз. Его тип мутации весьма редкий, и если я не ошибаюсь, на всём свете лишь с десяток подобных мутантов. Разумеется, среди тех, кто заявил о себе официально, – хмыкнула Лена. – Есть похожий класс… «ловкачи». Они двигаются медленнее Виктора, но лишний вес сбрасывают не только в ноги. Они усиливают мышцы по всему телу, и делают это за доли секунды. Являются весьма неприятными противниками. Удары, конечно, не такие сильные, но попасть по ним практически невозможно. Я сталкивалась лишь с одним, и то по заказу наёмников.

– Если Виктор такой быстрый, почему он сразу меня не догнал тогда, когда они обнаружили меня? – спросил я и тут же сам себе ответил. – Черт, понял. Проверял меня, да?

– В точку, – ухмыльнулась Лиза. – Примерно понимаешь, о чём я сказала?

Ответом был короткий кивок. Информация, конечно, любопытная, но больше свода правил меня интересовали именно типы магов и мутантов. Если действительно будет возможность посмотреть этот «бестиарий», то я бы им воспользовался.

– А ты, Лен, – заговорил я, как только из прозрачной чашки мага, зазвучали хлюпающие звуки, – маг какого класса?

Мой вопрос её несколько смутил. Не знаю, правда, почему. Но ответила почти сразу.

– Я тоже своего рода редкость. У меня два дара, не связанных логически. Я… как бы тебе попроще сказать… в нашей природе всего четыре типа магов. Стихийный – управление стихиями, силовой – управление кровью… пси – в основном телекинез, но возможны и другие проявления пси, ну и духовный – близкое к шаманизму, в него входит внушение, контроль людей, изменение памяти.

– Это, конечно, интересно… – я вопросительно посмотрел на красавицу. – Но ты не ответила на мой вопрос.

– Я что-то по типу пси и шамана. Умею вытеснять чужеродную энергию из тела человека или носителя симбионта. Такого же мага, как и я… я не знаю. И никогда о нём не слышала. Но об этом лучше никому не рассказывать. Все думают, что я лекарь, и просто лечу физическое тело, но ведь это не так… я вижу болезнь и разрушение внутри организма, я воспринимаю её как… что-то чёрное, чужое этому организму…

– Скверну, да? – без улыбки спросил я.

– Можно и так. И я могу вытягивать её, как кофе через соломинку. Трачу, при этом не только собственные силы, но и силы своего накопителя. Правда, в случае с тобой…

Наш разговор прервали покашливанием около нашего столика. Когда мы говорили с Леной, то перешли почти на полушёпот, нагнувшись над столами. И появление гостей рядом с нами попросту не заметили.

Одновременно подняли головы и уставились на безэмоциональное лицо Лаане.

– Ярослав, нам нужно с тобой поговорить.

Его голос не был холодным или строгим. Но, почему-то мне показалось, что разговор не приведёт ни к чему хорошему.

Глава 7

Эдвард Тойвович, Виктор и Виктория сели за столик дальше того места, где сидели до этого. Стоило моей пятой точке опустить на мягкий диванчик, как к столу подбежала Маша и, после короткого кивка «босса», убежала за новой порцией кофе.

– Ярослав, – начал говорить Лаане, – твоим первым спарринг-партнёром стал Виктор не просто так. Он – носитель редкого дара, думаю, Лена тебе уже о нём рассказала.

Говоря это, он покоился на брюнетку через четыре столика от нас. Но ответа на вопрос он не требовал. Продолжил дальше:

– Во время твоей первой победы над диким, ребята заметили у тебя странную особенность. Ты… как бы правильно сказать… слишком быстро адаптируешься к своему противнику. И делаешь это не физически, а с помощью своего симбионта, – посмотрел он на меня взглядом, в котором я ничего не мог прочесть, мужчина словно сканировал меня в этот момент.

Я в корне не понимал, к чему он ведёт. Тем более что я не понимал, где это и когда я адаптировался.

– В бою с Виктором тебе хватило первой серии ударов твоего партнёра по спаррингу, чтобы несколько изменить особенности своего тела. Это определённо дар и дар, который ты пока не контролируешь. И он не то чтобы редкий… таких, как ты, просто нет в природе. По крайней мере, ни я, никто из моих знакомых таких ещё не встречал, а это, поверь, говорит о многом. Но… возможно, это сказываются именно особенности Аляева.

– И в чём заключается его суть? – спросил я, когда Лаане замолк. – Ну, адаптацию можно по-разному понимать, если честно. А Кактус как-то не особо распространялся о своих способностях.

– Пока мы это полноценно не проверим, увы, я не смогу дать тебе правильный ответ. Но могу лишь догадываться… каким бы сильным ни был твой противник, твои особенности всё равно выровняют твой шанс на выживание или на победу. Это навык выживания с одной стороны, а с другой, память симбионта Михаила. Он помнит подобного противника и предугадывает его, читает… только вот твоё тело пока не может справиться с его скоростью мышления. Тебе нужно развивать силу и своё… слияние с симбионтом. Что было в случае с Виктором, ты помнишь?

Виктор натянул на себя самодовольную улыбку. Он покосился на меня, но говорить, а точнее, подсказывать не стал. Мне же потребовалось чуть больше минуты, чтобы вспомнить этот короткий «отрезок» поединка и сделать хоть какие-то выводы.

– Я сам стал быстрее. После первых ударов ускорился, предвидел почти каждую атаку, потому что они стали для меня более предсказуемыми, ну и…

– Именно! – воскликнул Лаане, щёлкнув пальцами, показывая весьма несвойственную ему эмоцию, как мне казалось. – Ты изменился. Стал сильнее и ловчее. Бьюсь об заклад, если ты встретишь на своём пути ловкача, тебе будет не так сложно привыкнуть к их стилю ведения боя, после Виктора. А он, повторюсь, редкий носитель подобного типа. Аляев сражался с Виктором, правда, давно, ещё до его пика способностей. Поэтому… да. Ты смог перенять память симбионта!

Я понимал всё, что он говорит, но не понимал, для чего они меня позвали. Уж явно не для того, чтобы сказать мне, какой я особенный и такой хороший. И чутьё меня не подвело.

Как только Маша принесла нашей скромной компании по чашке ароматного кофе, разговор ушёл совершенно в другое русло.

– В том, что ты особенный носитель, я и не сомневался, – скромно начал говорить Эдвард, переходя к основной части разговора. – А это говорит нам только об одном. Тебя стоит тренировать гораздо серьёзнее, чем остальных. По совершенно иной методике. Сейчас… – он повернулся к Виктории и Виктору. – Я открою небольшую тайну нашего новичка. Но учтите, об этом знать кому-либо другому нельзя. Если кто-то из вас позволит навлечь на юношу проблемы из-за своего языка, пеняйте на себя.

После слов «пеняйте на себя», парочка изменилась в лице. Побледнели, глаза выпучили, а затем начали слишком учащённо кивать. Видимо, для них его слова действительно были столь весомыми. Даже интересно, каким образом этот одноглазый старик подобного добился.

– Ярослав – девиант. Сильный. Очень сильный, – строго посмотрел хозяин кафе на своих подчинённых. – И тренировки ему нужно устраивать не только против мутантов, но и против магов. Не знаю, много ли он сможет усвоить в бою против мага, но это лишь усилит его. А убийственно опасный наёмник, вы сами знаете, на вес золота в нашем мире. Если мы сможем поднять его до высшего класса убийцы, мы получим сильнейшего соратника, который, разумеется, будет помнить, кому он обязан таким возвышением. Точнее… мы будем развивать его и давать ему «воспоминания». Чтобы симбионт включал это всё в разум Ярослава и сливался с ним дальше. Он… станет чем-то запредельно сильным.

Виктор и Виктория смотрели на меня с раскрытыми от удивления ртами. Тойвович решил, что информацию о неразглашении стоит повторить. Ну а его слова о возложенных на меня обязательствах… я всегда понимал, что ничего бесплатно не бывает. Надо лишь понимать, насколько всё это будет критично для меня в дальнейшем, но, разумеется, никто не будет давать мне ответов на эти вопросы.

Лишь после того, как парочка закивала в очередной раз, старик продолжил:

– Магов поблизости у нас нет. Учитывая нашу группу, мы владеем только двумя наёмниками магического типа. Лена и Светлана. Боюсь, после боя Светланы и первой цели Ярослава, он и сам прекрасно понял, что она ему не годится в противники. Так?

Он вопросительно уставился на меня, дожидаясь кивка. Но я не просто кивнул, я ответил:

– Я бы не сказал, что она по каким-то меркам слабая, если честно, – начал я. – Просто их бой мне… показался больше постановочным. Словно они пытались показать, чья визуализация ветра более совершенная… а по факту…

Я замолк. Стараясь правильно подобрать слова.

– Ну же! – воскликнула Виктория чуть громче обычного.

– По факту. Они всё равно сильные. В самом начале, когда они начали своё шоу, меня просто сбило с ног. Понимаете? Словно я и не восьмидесятикилограммовый парень, а так… пушинка.

– Магия разная бывает, – улыбнулась Виктория на этих словах, но больше ничего не сказала.

– Думаю, если бы они не устраивали показательные приёмы или… как там это у них называется, то бой был бы быстрым. Это как выстрелить из пистолета.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Эдвард Тойвович.

– Убить сразу, а не показывать, кто что умеет и может.

Наступила тишина, которую нарушил Лаане через пару минут.

– Понимаешь, Ярослав… – мужчина со шрамами по всему лицу изобразил подобие улыбки, – такие сражения… бои между магами и есть их суть. Показуха и только. Есть, конечно, настоящие, как мы называем их между собой – боевые представители этой братии, с весьма серьёзными способностями, которые стараются убить как можно быстрее, а не показать себя ради эффекта, который они производят.

– Света как раз из таких? Показушник?

Ответом был кивок.

– Да и Лена наша… не является боевым магом. Поэтому… – он вдруг оживился и посмотрел на парочку наёмников. – Как вы смотрите на то, чтобы выставить нашего юношу на бои групп наёмников? – спросил старик, посмотрев в первую очередь на своих подчинённых.

Его заявление повергло всех в шок. Меня, конечно, в первую очередь. О каких это боях он говорит, а? А если кто-то узнает, кто я такой…

А если перегну палку? Нет, конечно, как я уже понял, носители симбионтов, благодаря, собственно, последним, весьма крепкие ребята, но и тут получается, каждый получает что-то своё и не факт, что все изменения пошли в хорошую защиту. Потом разбираться с проблемами, если я вдруг кого-то сильно покалечу, не хотелось бы. Да и там явно будут те, кто уж точно знают, как использовать свои способности на максимум, а не как я, который толком не понимает, на что он способен.

В подобном непонятном состоянии я провёл ещё четверть часа, пока Лаане и его спутники, точнее, помощники, пытались донести до меня основную мысль. И также суть этих самых боёв.

Среди групп наёмников, которые по большей части главенствовали на нейтральных территориях, было нормой попробовать силу среди себе подобных. То есть получалось, что лидеры этих, так скажем, гильдий, не то, чтобы науськивали друг на друга наёмников из своих и чужих рядов, а пробовали их силы. Для того чтобы в дальнейшем переманить на свою сторону более сильного «игрока». Наёмники – это всё же не семья, а объединение людей под руководством одного человека и они были вольны выбирать себе другой отряд, если им там предлагали лучшие условия.

В моём случае, никто из присутствующих не сомневался, что я откажусь от подобного приглашения, если буду постоянно побеждать и получу новые договоры на работу. Они знают мою тайну. И, хоть в Кодексе уже вписывались особенности девиантов, для них место…

В исследовательской лаборатории. Всё-таки. Они тоже, как и дикие, отклонение от общей нормы. И это все хотели изучить, но, как я понимаю, при этом преследуя совершенно разные цели.

– Группы девиантов существуют, в этом я уверен на все сто процентов, – заговорил Виктор. – Они скрываются от глаз остальных, кто-то даже… находится среди нас, как ты, и играет в свои шпионские игры, – он покосился на Лаане, но тот промолчал. – Сидят в наших гильдиях и выполняют рутинную работу. Я не думаю, что в ближайшее время ваше существование легализуют на уровне Кодекса. Слишком много в нём уже закреплённых традиций, которые мало кто хочет изменять. Поэтому тебе нет смысла уходить от тех, кто бережно относится к твоей тайне.

Ага… бережно. Ты только что об этом узнал от нашего начальника. И если бы не страх перед ним, ты бы…

Тут же на мои мысли откликнулся Кактус, сидевший где-то в районе фикуса в горшке у входа в кафе. Пришлось моментально выстраивать мысленный блок, чтобы этот товарищ не подслушивал меня.

– Поэтому выставление тебя на бой против способных наёмников в подобной манере, как это было у вас с Виктором, вполне себе норма, – продолжил Тойвович. – Тем более как таковой победы там не требуется, пусть и будет приветствоваться, разумеется. Мы будем преследовать только одну цель – поставить тебя против более сильного противника или против наёмника с особым даром. И если ты вспомнишь его… или каким-то образом, без воспоминаний симбионта сможешь его победить… будет проще. По крайней мере, сможешь предугадать его возможные действия, исходя уже из собственного опыта.

Странно. Если припоминать слова Кактуса, то среди магов и мутантов очевидные… распри. Или к наёмникам это не особо относится?!

Этот же вопрос я и задал Эдварду. Тот покосился на меня как… на приземлённого, но сказал, что мои знания слишком… скудные. Дворянство не такое, каким я его представляю. Мы – высшие существа, способные пойти на компромисс.

– Дворянство, – буркнул я, наконец делая глоток из чашки. – Но… мы же разные! А вы говорите про открытое сотрудничество с другим типом носителей…

– Ярослав. Маги и мутанты – те же яйца, только в профиль. Откуда ты вообще взял, что мы враждуем? Подсказал кто?!

Вот тут-то до меня кое-что дошло. Михаил Аляев, а ныне Кактус, преподнёс мне весьма неверную информацию. Не было и нет никакой войны и особо кровавых отношений между магами и мутантами.

Они живут бок о бок и постоянно взаимодействуют друг с другом, пусть и не всегда это мирное сосуществование. А уж главам стай и аристократии вообще невыгодно, чтобы кто-то отбивал чью-то территорию, или захватывал власть в чужих регионах – это для каждой группы новые проблемы и, как я понимаю, далеко не всегда такие группы даже на своей территории успевают всё контролировать. Будь всё иначе, то и нейтральных территорий просто бы не было.

Нет, конечно, стычки случаются на фоне принадлежности к типу, но это лишь стычки. Нет такой ругани и недоверия друг к другу, как я думал изначально.

У мутантов свои фермы, у аристократов подобие своих. И все они происходят от двух высших. Точка.

– То есть, на территории магов могут спокойно гулять другие мутанты?

Я тщательно вспомнил, что мне говорил Кактус и… как-то мне всё это начинало не нравиться. Слишком очевидно становилось, что он специально смещал акценты так, как было выгодно одному ему. Не очень приятное открытие, пусть я и подозревал подобное.

– Конечно. Все носители симбионтов в момент, когда находятся в человеческой форме и не нарушают внутренний устав, являются обычными людьми. Как ты запретишь маленькому ребёнку-мутанту, который получил симбионта, по сути, по наследству, играть на детских площадках садика в другом микрорайоне, когда в его «месте» просто нет полноценного набора в группу? Именно! Никак, – заговорила Виктория. – Мы существуем бок о бок долгое время и, если раньше ещё были попытки перехватить территорию, то сейчас это просто бессмысленно. У каждого своя территория, свои законы и свой заработок. Менять менталитет других… нас физически не так много, как кажется. И начать контролировать новую территорию с её уникальными проблемами просто неблагоразумно!

До меня не могло дойти только одно… да, она, безусловно, права, и об этом я мог и сам догадаться. Но зачем Кактус врал мне? Вроде бы мы связаны с ним и весьма крепко, а доверительные отношения рушатся на глазах…

Поговорить с ним об этом? Пожалуй, нет… время покажет, но отныне я буду тщательно проверять всю информацию, которую он мне выдаёт. А то, кто знает, куда меня заведёт этот хвостатый манипулятор.

– Бывают оспариваемые границы территорий, – продолжил за помощницу Лаане. – Куда уж без этого. Но это было всегда. Под него попадает, до банального, магазин, площадка или целый дом. На этом всё. Никаких войн, никаких акций и попыток свергнуть действующую власть. А вот как раз между своими весьма часто бывают попытки поглотить лидера и получить под свою власть большее количество представителей своего вида. Это редко, но бывает. У магов, впрочем, всегда то же самое, что и у мутантов.

Добавить было нечего. Я просто молчал, хлопая глазами, слушая всё это.

– На то мы и считаемся дворянами, – разговор Тойвовича подошёл к концу. – Перед тем как сделать ход, думаем наперёд, во что это выльется и что из этого будет хорошего или плохого. Тем более нас не так много как хотелось бы и при желании всех носителей симбионтов можно устранить, пусть и рискнувший сделать это умоется кровью. Именно поэтому все разборки происходят без внимания обычных людей и только между собой. Отсюда есть такие территории, как наша. Нейтральная. Кусок полноценной общины, который физически не проконтролировать сверх нормы. И именно так появились лидеры гильдий. Мы тот же закон и порядок, как и любая глава стаи или клана. И на наши территории никто не позарится.

– А как же охота на мага на территории другого клана? Приходил полицейский, помните? Выдавал нам разрешение на это.

– Это другое, Ярослав, – покачала головой Виктория. – Это всё относится к наёмникам и к боевым единицам. Ты как раз таким являешься. У нас очень чёткое разделение классов. Ты, как и многие наёмники, носители симбионта второго класса. Обычный житель, имеющий лишь малую часть наших способностей, а именно, слабого симбионта. Его силы лишь чуть-чуть отличаются от человеческих, и как ты ему запретишь гулять по городу или попросту жить? Никак. Они не носят угрозы и по большей части являются жертвами.

По поводу «классов» носителей я услышал почти сразу, после короткого объяснения разницы в расслоении общества. Информация, на самом деле, не особо полезная для меня, но она ответила на многие вопросы. Это хоть как-то прояснило открывшуюся мне картину мира.

Только вот закончился наш вечер очень печально. По всем меркам возможного.

Глава 8

Я и Кактус шли в сторону дома. Кот хоть и пытался меня разговорить на тему того, о чём со мной разговаривали лидер и его прихвостни, а его постоянно отгоняли, чтобы он не мог подслушивать, но я был неумолим. Да и делиться с ним как-то не очень хотелось. Хоть я и понимал, что в любом случае придётся сделать это.

Мысли насчёт его вранья сбились в кучу, как и мысли о собственной маме. Спрашивать его, как говорят в народе «в лоб», не было смысла. Врал же он не просто так. И явно рассчитывал на то, что я не поинтересуюсь правдивостью информации у кого-то другого. Хотя…

Кактус, судя по его изначальному поведению, не думал, что я найду таких же носителей симбионтов, как и я, и думал, что развиваться я буду самостоятельно. Поэтому о том, какую на самом деле цель он преследует, увы, я узнаю чуть позже. А пока…

Когда до моего подъезда оставалось всего каких-то пару шагов, мы попали в череду быстро происходящих событий. Во-первых, проход в наш подъезд был перекрыт ещё метрах в десяти от самого подъезда. Во-вторых, вокруг было слишком людно, шумно и стояло аж несколько машин полиции и скорой помощи, что само по себе настораживало.

У самого подъезда, где стояла большая толпа соседей и зевак, была какая-то шумиха, разумеется, помимо той, что создавала сама эта толпа. И лишь после того, как я протолкнулся вперёд, смог разглядеть причину такой суматохи.

На ступеньках, ведущих в подъезд, лежало тело, накрытое белой простынёй. Чуть поодаль от неё лежало что-то ещё в количестве двух штук. Тоже прикрытое простынями. В дом было не зайти, поэтому я, как и толпа остальных, попросту ждали. Либо информации, либо когда нас запустят. Ну, имеется в виду, меня и соседей по подъезду.

Но каково было моё удивление, когда спустя четверть часа меня по плечу похлопал Эдвард Тойвович, в сопровождении Виктории. Попросил отойти в сторону и ждать. Спустя ещё пару минут, как парочка скользнула под оградительную ленту, за мной пришла Виктория и пригласила пройти за ней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.