Владимир Петренко
Григорий Тихонов. Путешествие за мечтой

Глава 1: Шум площади Свободы

Солнце, как огромный, раскаленный глаз, следило за жизнью площади Свободы. В воздухе витал запах жареной кукурузы, сладкой ваты и, странным образом, пыли, которая забивалась в ноздри и щекотала горло. Шум был везде: гудки автомобилей, крики торговцев, смех детей, рёв уличных музыкантов. Григорий, шестнадцатилетний парень с мокрыми от пота волосами и усталым взглядом, сидел за своим небольшим ларьком, заваленным газетами и журналы, и пытался продать хотя бы один экземпляр.

– "Купите газету, – бормотал он проходящим мимо людям, но те торопливо отмахивались, не обращая на него внимания.

"Площадь Свободы", – подумал Григорий, с иронией глядя на бурлящий человеческий муравейник. "Свобода" – это была его рабочая площадь, а его жизнь – это жизнь на окраине, где он жил в небольшой, тесной квартире в спальном районе города вместе со своими родителями, младшей сестрой и старшим братом. Комната, которую он делил с семилетней Ириной, была едва достаточной для двоих детей – ее узкие стены громоздились высокими стеллажами, заваленными ветхими книгами и поцарапанными школьными принадлежностями. Старая двухъярусная кровать, упирающаяся в обшарпанный комод, на котором стоял древний телевизор – единственная роскошь в их скромном жилище.

Старший брат Дмитрий сейчас служил в армии, мечтая сбежать хотя бы на время из этой удушающей бедности. Отец Алексей, грузный мужчина под пятьдесят с усталым взглядом, работал сапожником в небольшой мастерской. Мать Анна, хрупкая женщина с нервным взглядом, подрабатывала уборщицей в местной школе. Семья Тихоновых держалась на плаву, но с большим трудом – они постоянно экономили, отказывая себе во многом. И вся эта экономия была неспроста – родители Григория были твердо убеждены, что "достойно и законно разбогатеть в современной мире практически невозможно".

– Видели бы вы этих олигархов на экране? Все они нажились на обмане и беззакониях, – часто ворчала Анна, укоризненно глядя на детей. – Настоящие деньги без грязи и подлости не зарабатываются. Запомните это!

Родители Григория предпочитали жить "по средствам", хоть это и означало постоянные лишения и отказ от мечтаний. Экономия стала мантрой их семейной жизни – от похода в кино до выбора школьной формы для детей.

Сам Григорий втайне мечтал вырваться из этой душной бедности и тусклой серости, сочиняя в старой тетради невероятные истории о далеких волшебных мирах и отважных героях. Иногда он украдкой рисовал картинки, на которых изображал себя известным писателем, трудящимся в просторном светлом кабинете. Но стоило ему поделиться своими амбициями с родителями, как те тут же начинали отговаривать и высмеивать его мечты.

– Писателем? Да кто тебя будет читать? Это все сказки, – отрезала мать, качая головой. – Думай лучше, как помочь семье нормально заработать.

Отец Алексей тоже был неумолим.

– Читай меньше, парень, голову себе не забивай. Нужно думать о реальной жизни, а не строить воздушные замки, – хмурился он, возвращая Григория к суровой действительности.

Семилетняя Ирина, напротив, обожала, когда брат рассказывал ей свои истории. Она с восторгом слушала его рассказы о волшебных странах и отважных героях, воображая себя на их месте. Григорий часто мечтал, что однажды сможет воплотить эти фантазии в жизнь и зарабатывать на этом деньги, помогая семье. Но пока эти мечты оставались для него недостижимыми.

В этот знойный июльский день Григорий, как обычно, сидел за своим маленьким газетным ларьком на оживленной площади Свободы, безуспешно пытаясь продать хоть что-нибудь из газет и журналов, заполнявших прилавок. Уставший от работы, он опустился на гранитный постамент, с которого когда-то возвышалась статуя Свободы.

"Свобода", – усмехнулся Григорий, окидывая взглядом бурлящую человеческую толпу. – "Какая к черту свобода, если я даже не могу позволить себе мечтать?"

– Купите газету, – повторил он, протягивая газету проходящему мимо мужчине. Тот не остановился, отмахнулся рукой.

"Какой день", – подумал Григорий, опускаясь на невысокий гранитный постамент. – Ничего не делается. Все как в болоте. Надо что-то менять…"

Глава 2: Новые возможности

Григорий стоял среди толпы на оживленной площади Свободы, наблюдая за стремительным течением городской жизни вокруг себя. Поток людей, спешащих по своим делам, напоминал Григорию завораживающий кадр из художественного фильма – красочный, динамичный и наполненный энергией.

Сотни горожан торопливо шагали мимо, словно участвуя в безостановочном представлении – деловые мужчины в строгих костюмах с портфелями в руках, молодые женщины в ярких платьях, туристы с фотоаппаратами на шее, студенты с рюкзаками за плечами. Торговцы и официанты открывали свои заведения, создавая атмосферу праздничной суеты. Это был мир, столь отличный от тусклой серости Григорьевой жизни.

В гуще этого динамичного потока Григорий нашел свое призвание – продажу газет. На первый взгляд, эта работа казалась незначительной и рутинной, но для самого Григория она была идеальной. Стоя почти в самом сердце города, в районе, который прежде был ему незнаком, Григорий каждый день соприкасался с новыми лицами, новыми историями.

Он с упоением наблюдал за элегантными бизнес-леди в деловых костюмах и пожилыми джентльменами в строгих костюмах, спешащими по своим важным делам. Ему нравилось перекидываться парой фраз с каждым покупателем, продавая им свежие газеты. Эти короткие, почти мимолетные, знакомства были для него бесценны, словно приоткрывая завесу над миром, столь недоступным для него прежде.

– Как дела, Гриш? Хорошо сегодня позавтракал? – на бегу спрашивала одна из его постоянных клиенток, деловая дама Анжелика Николаевна, забирая из его рук очередной номер.

– Да, хорошо. Отличного вам дня, Анжелика Николаевна! – успевал крикнуть Григорий в ответ, провожая ее взглядом, пока она не исчезла в толпе.

Он знал многих своих покупателей в лицо, запоминал их имена и привычки, хотя, конечно, мог знать о них лишь самое поверхностное – как и любой уличный продавец.

Его работа не была сложной, скорее даже ее можно было назвать несложной подработкой, а не полноценным трудом. В 6.30 утра Григорий приезжал в типографию, где получал три стопки газет по 10 рублей за экземпляр, которые затем продавал по двенадцать рублей. В удачные дни ему удавалось заработать до 3300-3400 рублей за утро, и для него эти деньги были более чем приличными.

Конечно, временами ему приходилось стоять на ветру или под дождем, а порой он едва сводил концы с концами, распродав всего лишь 210-220 газет. Но Григория это не слишком расстраивало. Как он сам говорил, «деньги не самое главное» в его жизни.

Григорий ощущал себя частью совершенно иной реальности, не той, что ожидала его дома. Он наблюдал за хорошо одетыми, уверенными в себе людьми, спешащими в свои уютные офисы и кабинеты. Эти горожане улыбались ему с утра и так же приветливо расставались вечером. Их манера общения завораживала Григория – такая вежливость, культура и, главное, ощущение любви к жизни.

«Деньги портят людей», – часто говорили Григорию родители, однако сейчас, глядя на этих успешных, но при этом доброжелательных прохожих, он невольно усомнился в истинности их слов. Эти люди, казалось, излучали не алчность, а подлинное счастье.

«Что-то здесь не так, как дома», – размышлял Григорий, аккуратно расставляя новые газетные стопки на своем небольшом прилавке и протягивая свежий выпуск очередному прохожему – элегантному мужчине в ярко-синей бабочке и подтяжках такого же цвета.

По мере того, как день близился к полудню, количество людей на улице начинало заметно убывать – большинство горожан уже успели добраться до своих офисов и рабочих мест. Григорий ощутил, что продажи его газет также начинают постепенно снижаться, поэтому решил отправиться в небольшую уютную кофейню, расположенную неподалеку от его газетного киоска.

Зайдя внутрь, Григорий тепло поздоровался с дружелюбным официантом, который, был здесь еще и баристой одновременно.

– Привет, Гриша, тебе как обычно? – с улыбкой спросил он.

– Да, благодарю, – кивнул Григорий в ответ, занимая свое любимое место в уголке, у небольшого белого столика.

Высыпав на столешницу заработанные за утро деньги, Григорий начал методично их пересчитывать, сгребая в отдельные стопки ровные суммы.

«3100, 3200, 3300…» – шептал он себе под нос, аккуратно раскладывая купюры.

Наконец, подведя итог, Григорий констатировал:

– 3360 рублей.

В этот момент официант-бариста принес ему заказанный эспрессо – крохотную чашечку, едва ли достаточную даже для ребенка.

– Вы не обменяете мне мелочь? – застенчиво спросил Григорий, как делал это каждый раз.

– Конечно, мелочь нам очень нужна, – радушно ответил официант-бариста. – Сколько у тебя?

– 3360, и еще сто рублей я должен за кофе, – уточнил Григорий.

– Сейчас принесу, – улыбнулся он, собирая со стола всю мелочь и через несколько минут возвращаясь с бумажными купюрами.

– Спасибо, – поблагодарил Григорий.

– Да брось ты, всегда рады, – махнул рукой официант-бариста.

Григорий с благодарностью принял сдачу, аккуратно пересчитал ее и убрал в карман. Эти суммы были для него сейчас непривычно ощутимы – ведь прежде ему едва хватало даже на самое необходимое.

Отхлебнув глоток крепкого, хотя и маленького, эспрессо, Григорий ощутил, как усталость постепенно отступает. Здесь, в уютной кофейне, вдалеке от бурлящей городской суеты, он чувствовал себя умиротворенно. Это было его своего рода убежище, место, где он мог немного передохнуть и прийти в себя, прежде чем вновь погрузиться в стремительный ритм улицы.

Гриша никогда особо не увлекался кофе – да и где бы он взял деньги на частые походы в кофейню в центре города? Но ему необходимо было пересчитать и обменять заработанные деньги, а делать это на улице вызывало у него некоторый дискомфорт. Кто знает, может, со стороны он будет выглядеть как какой-нибудь бедняк, собирающий милостыню. А еще ему так не хотелось покидать эту теплую, уютную кофейню, где к нему относились так доброжелательно. Здесь он чувствовал себя как дома, таким желанным и комфортным гостем.

Он наслаждался моментом, потягивая ароматный кофе и впитывая в себя уютную атмосферу кофейни. Возможно, это единственное спокойное время в его насыщенном, но местами скучноватом распорядке дня.

Ведь дальше его день был расписан по минутам – школа, уроки, общение с друзьями, помощь матери по дому. А вечером придет отец, усталый и порой даже раздраженный. Начнутся никому не нужные нотации и наставления о том, как правильно жить. Гриша уже заранее морщился, представляя эти монотонные лекции.

Когда родители, соседи и весь их тихий переулок на Чудовой улице уже погружались в сон, Гриша никак не мог уснуть. Его мысли были заняты лишь одним – завтрашним днем, когда он снова отправится почти в самый центр города. Там, в этом пульсирующем сердце мегаполиса, его будто ждет совершенно другая, манящая жизнь.

Возможно, его там помнят, может, даже кто-то специально проведывает в этих редких вылазках? Гриша улыбался, представляя эту картину. Для его родителей и окружающих сегодняшний день ничем не отличался от вчерашнего и завтрашнего. Но только не для самого Гриши. Для него это был особенный момент – еще один закат перед встречей с чем-то новым, неизведанным.

Лежа у раскрытого окна, Гриша вглядывался в ночное небо, усыпанное миллионами звезд. Скоро ему нужно будет снова закрыть глаза и провалиться в сон, чтобы наутро отправиться в своё маленькое, но такое захватывающее путешествие. Затаив дыхание, он представлял, что его ждет завтра…

Глава 3: Правила успеха

Громкая трель будильника заставила Гришу открыть глаза. Ух ты, сегодня вторник, 27 апреля! Парень резво вскочил с кровати, быстро натянул джинсы и рубашку, проверил, на месте ли деньги – и отправился на кухню. Родители уже сидели за завтраком, младшая сестренка еще спала. Ведь только 6 утра, а отец, как обычно, рано собирался на работу, а мама встала, чтобы приготовить ему еду.

– Опять на свою газетную точку? – вместо приветствия недовольно бросил отец.

– Ага, – лаконично ответил Гриша, открывая холодильник.

– И когда ты, наконец, будешь думать про нормальную работу? Каменщиком, строителем – вот где настоящее дело! А эти твои газеты – просто ерунда какая-то. Ты вообще о своем будущем думаешь? – тут же принялся отчитывать его отец.

"Ну вот, опять начинается", – вздохнул про себя Гриша. Ведь родители давно дали понять, что помогать ему после школы не собираются. Так какое им вообще дело до его планов на будущее? Иногда Грише казалось, что родителям просто нравится отчитывать его и задавать неудобные вопросы, на которые у него нет готовых ответов.

Парень привычно хотел промолчал, понимая, что спорить с отцом себе дороже. Утро явно не задалось, но Гриша собрался с мыслями – скоро ему нужно выдвигаться на свой любимый газетный киоск. Там, в центре города, он чувствовал себя гораздо более свободным и счастливым, чем в этой, порой гнетущей, домашней обстановке.

– Да я сам разберусь, что мне нужно, главное – чтобы на съемное жилье накопить, – вырвалось у Гриши.

– На съемную комнату копить? Ты что, уже во взрослую жизнь рвешься? – тут же вскипел отец. – А помогать нам, значит, не собираешься? Мать, посмотри на него! – обратился он к маме.

Гриша понял, что спокойно позавтракать ему сегодня не удастся.

– Хочешь самостоятельным быть? Ну так покупай себе еду сам, одевайся и живи, где хочешь! Мы тут с утра до ночи горбатимся, чтобы тебя прокормить, а ему все равно! – распалялся отец.

На этих словах Гриша буквально вылетел за дверь, хлопнув ею напоследок. Парень злился, но не на родителей – он был зол на весь мир. Ему казалось, что он родился в какой-то глухой дыре, из которой нет выхода.

Что делать дальше, Гриша не знал. Да и на съемную комнату денег ему от продажи газет явно не хватит. Хоть он и ляпнул такое отцу, но понимал, что от родительского дома пока никуда не денется. Что-то внутри подсказывало ему, что простой побег не решит его проблем. Нужно искать выход, но пока он не видел, как это сделать.

Голова у Гриши шла кругом от всех этих мыслей, когда вдруг он врезался в небольшого пожилого мужчину в клетчатом костюме. Тот не удержался на ногах и упал.

– Ох, простите, пожалуйста, я не специально! – забеспокоился Гриша, подбегая и протягивая руку.

– Ух ты, прямо как под поезд попал, – пошутил пожилой человек, пытаясь подняться.

– Вы не ушиблись? Я так виноват, – продолжал извиняться парень, помогая мужчине встать.

– Ну вот, вышел просто размяться с утра – и чуть не погиб, – снова пошутил незнакомец.

– Правда, простите меня, – не унимался Гриша, все еще расстроенный из-за случившегося.

– Куда же ты так спешил в такую рань? – поинтересовался мужчина, отряхивая брюки.

– Я продаю газеты в центре города, мне нужно успеть в типографию за последним тиражом и на площадь к 7 утра, – пояснил Гриша.

– Неплохое занятие, – заинтересованно произнес старичок. – Тебе нравится этим заниматься?

И тут Гриша словно впервые осознал, что ему и в самом деле очень нравится его работа. Не просто продавать газеты, а именно общаться с теми людьми, которые покупают их по дороге на работу.

– Знаете, мне действительно нравятся люди, которые с утра идут и покупают газету, – неожиданно для себя признался парень.

Только сейчас Гриша по-настоящему осознал, почему же он с такой радостью бежит за газетами. Дело было не просто в самом процессе продаж – ему нравились эти люди, спешащие с утра за свежей прессой в центр города. Они будто принадлежали к другому, отличному от его жизни миру.

– Ты бы хотел жить среди них? – проницательно спросил Федор Петрович, отряхивая брюки.

– Конечно, разве можно этого не желать? – с грустью ответил Гриша.

– Меня зовут Федор Петрович, – пожилой мужчина протянул руку, и парень крепко ее пожал.

– А я – Гриша.

– Я тебя помню еще совсем маленьким, – Федор Петрович показал рукой, какого роста был когда-то Гриша. – Я редко кому даю советы, но с такими молодыми людьми, как ты, хочу поделиться кое-чем. Твои родители, конечно, скажут, что таких, как я, слушать не стоит. Но ты уже взрослый, Гриша, и решать, кого слушать – твое дело. Так вот, если ты чего-то очень сильно хочешь, запомни:

– Никто не подарит тебе твою мечту, потому что никто не знает, чего именно ты хочешь. Дай всему миру, Вселенной понять, как сильно ты чего-то желаешь. И когда жизнь предоставит тебе шанс, не раздумывай – просто бери его!

Пожилой мужчина пожал Гришину руку, дав понять, что никакого ответа не ждет, и неспешно пошел дальше по своим делам.

Парень какое-то время смотрел вслед Федору Петровичу, осмысливая сказанные им слова.

"Никто не подарит тебе мечту, потому что никто не знает, чего ты хочешь. Покажи миру, как сильно ты стремишься к чему-то – и тогда у тебя появится шанс. А его нужно будет обязательно использовать", – крутилось в голове у Гриши.

Он старался запомнить эти ценные наставления. Не каждый день на него с такой силой обрушивался чужой жизненный опыт. Всю дорогу до автобуса, на котором Гриша ехал к типографии, он размышлял над услышанным. А кому вообще нужен обычный продавец газет? Кто поможет ему воплотить мечты в реальность?

Но парень чувствовал, как внутри вспыхивает огонек надежды. Он еще не знал, как именно заявить о своих стремлениях всему миру, но точно понимал – нужно попытаться. Сидя в автобусе, Гриша твердо решил, что сегодня начнет действовать.

Возле типографии уже толпились такие же подростки, как и Гриша. Кто-то лежал, будто загорая под весенним солнцем, кто-то оживленно переговаривался, а некоторые просто терпеливо ждали, пока им выдадут пачки свежих газет.

– Привет, Гриша! – поприветствовал его знакомый по имени Марк, живущий через пару домов на их тихой улице. Обычный парень из такой же бедной семьи, как и сам Гриша.

Марк был немного ниже ростом, одетый в явно маловатые брюки и рубашку, которую обычно носил под свитером. Несмотря на явно не новую одежду, он, пожалуй, выглядел аккуратнее всех соседских ребят с Чудовой улицы.

– Привет, – задумчиво отозвался Гриша.

– Чего такой хмурый сегодня? – улыбаясь, поинтересовался Марк, сидя на ступеньках, ведущих к заднему входу в типографию.

– Родители уже достали. Даже позавтракать не дали, – с грустью ответил Гриша.

– Да, с нашими родителями бесполезно разговаривать, – понимающе кивнул Марк. – Мой отец вообще как чужой человек. Я уже с вечера себе бутерброды делаю, чтобы утро не начиналось с конфликтов, – и парень достал из рюкзака свернутый в бумагу сверток с едой. – На, угощайся!

Гриша присел рядом с Марком и достал из бумажного пакета один из бутербродов – два ломтика хлеба с тонкими кусочками колбасы и сыра. Он откусил почти половину и принялся неспешно жевать, пока Марк просто наслаждался весенним солнцем, будто ничто в этом мире не могло его сейчас взволновать.

– Марк, а какие у тебя планы на будущее? – неожиданно спросил Гриша.

– Планы на будущее? – даже не открывая глаз, переспросил Марк. – Ого, ты с утра сразу такие серьезные вопросы задаешь. Понимаешь, Гриша, у таких, как мы, редко бывают какие-то грандиозные планы. Тут уж как получится выкрутиться. Ведь нам, парням с нашей улицы, всегда нужно быть настороже – мало ли, вдруг мимо дома проедет фургон с мороженым! – Марк с усмешкой посмотрел на друга. – Если ничего не делать, то что нам, по-твоему, светит? Работать на стройке? Чинить водопровод? Чужие ботинки чинить? Извини, Гриша, но это не для меня.

– А что же тогда для тебя, Марк? – спросил Гриша, практически доедая последний кусочек бутерброда.

– Я не знаю, чем именно хочу заниматься, – задумчиво ответил Марк, открывая глаза и чуть наклоняясь ближе к другу. – Но точно знаю, чем точно заниматься не собираюсь.

– У тебя хоть какой-то план есть? – заинтересовался Гриша.

– Да, план у меня есть, – серьезно сказал Марк. – Он заключается в том, чтобы заниматься чем угодно, но только не тем, чего я совершенно не хочу.

– Забирайте газеты! – в этот момент раздался громкий возглас работника типографии, который вытаскивал на ступеньки очередную партию свежих тиражей.

– Спасибо за бутерброд, Марк! – поблагодарил Гриша, начиная собирать свои пачки газет и доставая деньги.

– Гриша, погоди! – остановил его друг. – Я ведь ничего толком не видел в этой жизни, кроме вот этой типографии и нашей улицы. Но я точно знаю, чего не хочу. Я не знаю, куда мне идти, но знаю, куда точно не пойду. Ведь то, что мы видели с тобой с детства, – это своего рода ориентир, Гриша. Маяк, предупреждающий: "Не ходи сюда, эта жизнь тебе не нужна!"

Эти слова Марка будто отозвались эхом в голове Гриши. Он давно мечтал услышать такое от кого-нибудь.

Друг подмигнул ему с понимающей улыбкой и пожал руку. Гриша, подхватив свои газеты, поспешил туда, почти в самый центр города…

Приехав на площадь значительно раньше обычного, Гриша окинул взглядом окружающий город и, казалось, даже сделал глубокий вдох. Вокруг кипела жизнь: тысячи кофеен, магазинчиков, сновали взад-вперед спешащие люди – словом, город был наполнен энергией.

Гриша занял свое привычное место и приветственно помахал рукой продавцу цветов на противоположной стороне площади, который как раз менял вывеску на двери своего магазинчика. На самом деле Гриша плохо ориентировался в этой части города и знал название "Площадь Свободы" лишь потому, что это была название остановки, на которой он всегда выходил.

За все время, что Гриша работал здесь продавцом газет, он ни разу не разговаривал с этим цветочником – они просто обменивались приветственными жестами каждое утро. Площадь была просто слишком большой, чтобы перекрикиваться, да и поводов покупать цветы у Гриши никогда не возникало. Поэтому каждое утро они просто дружелюбно здоровались, глядя друг на друга через всю площадь.

В целом этот день не отличался ничем особенным от обычных – разве что случай с пожилым мужчиной, которого он случайно сбил, да разговор с Марком. Но помимо этого, включая даже очередные утренние крики отца, все было совершенно рядовым.

Гриша расставил пачки газет рядом с собой и, открыв одну, прочитал главный заголовок на первой странице: "МЭР ГОРОДА ПОЙМАН НА ВЗЯТКЕ! НАЧАТО РАССЛЕДОВАНИЕ!"

Нельзя сказать, что Гриша слишком увлекался новостями, но ему нужно было ознакомиться хотя бы с главными событиями, чтобы затем громко прокричать:

– 27 апреля! Мэр города пойман на взятке! Читайте в сегодняшнем номере!

Эта новость была довольно выигрышной для Гриши – люди сразу начали проявлять интерес и покупать газеты. Можно даже сказать, что успех его маленького бизнеса зависел от подобных ярких заголовков. Чем громче и скандальнее была новость, тем больше он мог заработать за утренние часы.

Продавая газеты, Гриша действовал почти автоматически – считал сдачу, не особо задумываясь, и отдавал ее покупателям. Но при этом внимательно разглядывал проходящих мимо людей, стараясь запомнить каждую деталь. Вот подъехал белый форд, из которого вышел мужчина в ярко-зеленых носках. Вот спешит девушка с горячим кофе в руках. А за столиком сидят двое и заказывают себе салат и чай.

Гриша пытался удержать в памяти все эти краски жизни, ведь они были чуть ли не единственным разнообразием в его довольно серые будни.

"Я хочу этой жизни!" – пронеслось в его голове. – "Но кто мне ее даст? И как все узнают, чего я на самом деле хочу?"

Он вспомнил слова Федора Петровича, того самого пожилого мужчины, которого он сегодня чуть не сбил: "Дай понять Вселенной, чего ты желаешь по-настоящему. И когда жизнь предоставит тебе шанс, не упусти его!"

– Я хочу этой жизни! – произнес Гриша вслух, хотя вокруг стоял такой шум и было столько людей, что, казалось, никто его не услышит.

– Чего именно ты хочешь? – вдруг обратился к нему один из проходящих мимо мужчин, доставая газету из пачки Гриши и отсчитывая ровно двенадцать рублей.

Гриша вздрогнул от неожиданности. Но терять ему было нечего – ведь когда ты работаешь продавцом газет в самом центре города, можно ли испытывать еще большее смущение?

Парень решил ответить, тем более мужчина явно ждал его реакции. Гриша присмотрелся к незнакомцу – на вид лет 30, с идеально уложенной прической, в ярко-бирюзовом галстуке, начищенной до блеска обуви. И вдруг в голове Гриши пронеслись картинки его обычной жизни – уставшие, грязные и сердитые лица родственников и знакомых.

– Этой жизни! – почти в отчаянии выкрикнул он. – Этой жизни!

Мужчина улыбнулся, похлопал Гришу по плечу, свернул газету в трубочку, а потом сделал следующий загадочный жест – направил два пальца себе в глаза, а затем в глаза Гриши и подмигнул.

– Тогда смотри в оба! – сказал он и быстрым шагом направился к своей машине. Открыв заднюю дверь, он на миг задержал взгляд на Грише, а потом сел и уехал.

Что-то определенно происходило в жизни Гриши, но он пока еще не мог до конца осознать, что именно. Казалось, вокруг него разворачивалась некая глобальная картина, смысл которой ему еще только предстояло понять.

Что-то начало меняться, но Гриша пока не понимал, что именно.

Со стороны он выглядел как типичный беспризорник, стоящий на Площади Свободы и наблюдающий, как вокруг него бегут сотни спешащих людей. А высоко над ним всё так же красовался огромный рекламный баннер компании "Старт Интертеймент" – на этот раз на нём был изображен фокусник в ярко-фиолетовом галстуке-бабочке, доставающий из шляпы кролика. Ниже горела надпись: "ВОЗЬМИ ЖИЗНЬ В СВОИ РУКИ! СТАРТ ИНТЕРТЕЙМЕНТ. ЗВОНИТЕ 777-303-59-59".

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.