Александр Курзанцев
Препод 4

© Курзанцев Александр Олегович, 2024

Глава 1

Один переезд равен двум пожарам. Всю мудрость этой поговорки я оценил, собирая в дорогу вещи. И почему раньше считал, что у меня их мало? Было же, вроде, пару мантий да столько же смен белья, а тут, откуда не возьмись, целые сундуки и чемоданы непонятно чего. И главное, ненужного гора, а нужное непонятно куда задевалось.

Известие об отъезде застало миссис Шанс врасплох и пожилая женщина даже чуток всплакнула, сетуя, что такого хорошего жильца у неё никогда не было и теперь уже, наверное, не будет. Мне тоже было немного неловко, но остаться я не мог, по понятным причинам. Всего рассказать я не мог, но она поняла, благо, муж её сам был магом, поэтому слёзы вытерла и пожелала быть осторожнее и найти себе хорошую хозяйку в Тингланде. Она, конечно, имела в виду, квартиры, но вышло слегка двусмысленно и мы немного похихикали. Впрочем, перейдя на серьёзный тон, та посоветовала и с спутницей жизни тоже определиться, потому что вдвоём любые невзгоды преодолевать проще.

“А вчетвером?” – чуть было не ляпнул я, на короткий миг представив себя в гареме из трёх моих близко знакомых дам, но сдержался, нечего шокировать старую вдову.

Да и какой гарем?! Только свяжись и всю оставшуюся жизнь только им и будешь заниматься. Какая магия, какая наука, обо всём забыть придётся. Нет, все три женщины были мне весьма симпатичны, даже Ясула. Но настоящей моей любовью в этом мире оставалась магия.

Из Академии тоже набрался целый сундук барахла. В основном, принесённое ещё тем, прошлым, Локарисом, но кое что добавилось уже при мне. Оглядев три сундука и два плотно набитых чемодана в прихожей дома, только покачал головой.

– Нет, с хомячизмом надо бороться.

И решительно принялся вещи перебирать, оставляя только самое необходимое.

Заглянувшая туда через час миссис Шонс только всплеснула руками, глядя на одиноко стоявший у двери сундук среднего размера у установленный сверху на него небольшой саквояж. Остальное барахло я сдвинул в сторону даже не став закрывать крышки.

– Вольдемарушка, ты что, а это куда?

– Можно бедным раздать, – пожал плечами я, – или просто выкинуть.

– Как выкинуть, как раздать?!

От такого кощунства женщина схватилась за сердце. Коммерческая жилка, как я политкорректно именовал бабкину жадность, никуда не делась, и сейчас, когда я официально от этих вещей отказался, хозяйка квартиры мигом воспылала желанием прибрать бесхозные вещи для последующей реализации. Я противиться не стал и широким жестом предоставил той полную свободу действий, великодушно отказавшись от своей части прибыли. Мне, по большому счёту, особо деньги не были нужны. Королевство меня, по приезду, точно не обидит с обеспечением, а остальное доберём по известной схеме с грантами от заинтересованных организаций и государственных лиц.

В общем, неделя перед отъездом у меня вышла куда как насыщенной. Там же и передача работ по грантам была и какие-никакие промежуточные результаты получить, итоги подвести, расходы подбить, не бросать же всё просто так на Калистратиса. Совесть мне этого не позволяла.

А ещё меня несколько раз пытались похитить.

– Господин маг, господин маг, прошу, помогите, у меня там… – юноша лет пятнадцати, в слегка порванной рубахе, с отчаянием смотрел мне в глаза и дёргал за рукав, настойчиво зовя в темноту переулка.

Но стоило туда с ним зайти, как выражение его лица сменилось на злорадное, а сзади на меня напрыгнули неизвестные, выкручивая руки и прижимая к лицу платок смоченный каким-то составом.

Судя по всему, тот должен был привести меня в бессознательное состояние. Не учли они только, что после божественной амброзии и благословения Воина, на меня подобные слабые яды почти не действуют. Да и руки выкрутить у них не особо получилось. Когда до меня дошло, что они пытаются сделать, шипя мне в ухо напряжённым, с истерическими нотками, голосом, разные угрозы, то зло встряхнулся, заставив двоих молодчиков разлететься в стороны, аки птицы. Не далеко, правда. В узком проулке не разлетаешься и, встретившись со стеной, они тут же сползли по ней наземь, благоразумно не подавая признаков жизни.

Лицо юнца тут же поглупело, стало испуганно-затравленным. Он попытался отступить назад, но я зажёг в ладони файербол и обманчиво ласковым голосом поинтересовался:

– Жить хочешь?

Тот кивнул, нервно сглотнув.

– Кто послал?

– Я не знаю, это всё они, меня только попросили позвать. Пару монет дали. Я бедный сирота, не бейте меня, пожалуйста.

Для натуральности тот пустил одинокую слезу и бухнулся в грязь на колени.

Я поморщился. Играл парень неплохо, но на “Оскар” не тянул.

– Спрошу ещё раз, – я сменил огненный шар на холодное белое марево замораживающего заклинания, – если ответ мне не понравится, буду потихоньку замораживать тебе ноги и отламывать от них по кусочку. Я не садист, меня не возбуждает чужая боль, поэтому ты её не почувствуешь, она придёт только когда спадёт действие заклинания, но видеть, как от твоих ног становится всё меньше и меньше…

– Я согласен, я всё расскажу, только не трогайте, – поспешно заголосил тот, в этот раз в глазах его плескался уже не напускной, а вполне реальный страх.

Спустя пару минут выяснилось, что это залётная бригада похитителей с восточной окраины Империи, которую наняли неизвестные, за весьма хорошие деньги. Парень, с теми двумя молодчиками, были специалистами по деликатным поручениям и давно зарабатывали себе на хлеб тёмными делишками. Толком про заказчика выяснить не удалось, кроме того, что он скрывал своё лицо, платил золотом и был магом. А привезти они меня должны были в приграничный с Ракамакским протекторатом городок.

И тут я бы должен был сразу подумать про потянувших ко мне свои лапы некромантов, не будь у меня Ясулы, но ракамакская шпионка-убийца мне давно сообщила, что туда меня приглашают, но не торопят, а терпеливо ждут, значит, кто-то просто хотел похищение замаскировать, выставив заказчиком Протекторат.

Лёгкое прикосновение к разуму парня и тот заваливается, закатив глаза. Ментальное заклинание, не убивает но гарантированно вырубает не одарённого и стирает последние воспоминания, всё, что было за последние минут пятьдесят. Небольшой подарок, доставшийся вместе с обрывками воспоминаний, который я смог освоить. Вот только применять желательно без свидетелей, а то менталу учат только в военной академии и гражданскому магу её знать совсем не положено.

– Ещё одни.

Стоило мне выйти обратно на улицу, как рядом, словно тень, оказалась моя телохранительница, одетая в простое коричневое платье с накинутым на голову капором.

– Которые? – поинтересовался я, неторопливо двигаясь дальше.

– Пятые, мой господин.

– Я, вроде, только с тремя встречался.

– Две группы пришлось ликвидировать заранее, они могли представлять угрозу.

– А эти нет? – произнёс я с некоторым сарказмом, изогнув бровь.

– Эти дилетанты? Всё что они могут, это воровать купеческих дочек. Решила оставить их вам, чтобы немного развеялись.

– Спасибо, – я прислушался к себе и понял, что лёгкая встряска действительно чуть отвлекла, разгрузив забитую проблемами голову, – и впрямь, полегчало.

Сильвия не врала, по мою душу в городе, на самом деле, объявилось несколько групп наёмников. Известие о моём скором отбытии изрядно поломало им планы и я столкнулся уже с тремя поспешными попытками похищения. Видно было, что они торопятся, потому что сляпаны были все три попытки весьма наспех и по почти одинаковой схеме. В первом случае это была женщина, во втором поддельный нищий, ну а в третьем, – вот этот юноша.

Тут, рядом с нами, резко затормозила карета без опознавательных знаков, откуда высунулась рябая, зло ощерившаяся, морда очередного головореза, а следом за ней показался небольшой арбалет заряженный чем-то сильно фонящим магией.

– Не дёргайся, – прорычал тот, – и полезай внутрь. Будешь паинькой, останешься цел.

– Это ограбление? – уточнил я на всякий случай.

– Нет, налёт, – головорез сплюнул, – кому сказал, лезь.

Выигранного времени хватило, чтобы Ясула незаметно смогла с другой стороны просочиться в карету. Глаза бандита вдруг округлились, а вынырнувшая сзади тонкая женская ручка, цепко схватила его за шею и утянула внутрь вместе с арбалетом. Дверь кареты захлопнулась, что-то внутри пару раз буцкнулось о стенку, заставив экипаж качнуться на рессорах. Затем дверь снова распахнулась и на брусчатку, отряхнув ладони, спрыгнула ракаманка.

– Шестые, – произнесла она спокойно.

Тут кучер, сидевший спереди, на облучке, обернулся, увидев меня, вздрогнул, бросив быстрый взгляд, через маленькое оконце, внутрь, изменился в лице, побледнев, развернулся и принялся заполошно хлестать лошадей вожжами.

Недовольно заржав, те рванули вперёд, унося, мотающийся из стороны в сторону экипаж дальше по улице. С испуганными вскриками, прохожие только и успевали, что отпрыгивать с пути бешеной колесницы.

– Чего он так испугался? – полюбопытствовал я.

– Арбалета в заднице его подельника, – глядя вслед карете, чуть отстранённо произнесла женщина.

– А ты какой стороной его засунула? Рукоятью, или…

– Или, – лаконично ответила женщина и я испытал даже некоторое подобие жалости к преступнику.

– Ладно, будем надеяться, что это были последние, – я пошел дальше, заведя руки за спину, стал неторопливо рассуждать, – итак, я прибываю сначала в Охигбёрн, где дожидаюсь остальных учеников, а оттуда уже все вместе двигаемся в одну из тингландских школ, где разворачиваем, на их базе, факультет продвинутой подготовки. Здесь, можно сказать, все дела завершены, поэтому, на первом же корабле отправляюсь в путь. А что ты?

– Тоже завершаю кое-какие торговые контракты, – коротко отчиталась Ясула, – осталось пару вопросов с частью имущества и домом, но покупатель на них найдётся, дело лишь в цене. А затем, с сыновьями также прибуду в столицу Тингланда.

– На первое время поговорить с кем-то, чтобы вам обеспечили ночлег? – покосился я на женщину.

– Не стоит, – улыбнулась та, – думаю, найдём и так, тем более, это только на первое время. А дальше уже, подыщу что-то основательное. Так, понимаю, ты планируешь надолго на Севере задержаться?

– На пару лет точно, – кивнул я, – есть много вопросов, на которые сначала надо найти ответы.

– Понимаю.

– Да, – спохватился я, – к тебе твои не приходили?

– Встреча осуществлялась, – вновь подтвердила женщина, – отчёт предоставила, как и обсуждали, в нужном для нас виде.

– Недовольства не высказывали?

– Нет, были очень любезны.

– Ну хорошо.

* * *

Отплывал я на следующий день. Был это не фрегат уже, а судно попроще, двухмачтовая бригантина или шхуна, я не слишком хорошо в этом разбирался. Парочка ветродуев потихоньку наполняла паруса ветром, плавно отводя чуть покачивающееся на волнах судно от причала.

Стоя у борта, я провожал взглядом замковые башни, возвышающиеся над крышами домов, а в душе боролись два противоречивых чувства. С одной стороны, я привык к шумным улочкам Анкарна, вечной суете и, полным студентов, коридорам академии. Мне жаль было с этим расставаться. А с другой стороны, я чувствовал, как свободнее начинает дышаться, без вечно давлеющих над головой догматов имперской системы образования. В Тингланде, с новыми силами я собирался полностью погрузиться в обучающий процесс, без оглядки на кого-либо. И где-то внутри зрело убеждение, что, в этот раз, у меня всё должно получиться. Я не бросал всё, с тем, чтобы на новом месте начать всё заново, нет, я открывал для себя новые возможности, исчерпав их на старом.

В конце-концов, что не делается, всё к лучшему. Я постарался себя в этом убедить. Какая разница, академия или школа. Свои работы я смогу вести везде.

Через полчаса Анкарн окончательно скрылся из виду. Ветродуи раскочегарились на всю и судно ходко резало морскую гладь, летя по волнам. Я уже собирался спуститься вниз, в небольшую каморку, где разместил свои вещи, как вдруг послышались чьи-то крики и из под палубы полезли, махая оружием, с десяток матросов.

Среди них оказалось парочку магов, которые, сделав предупредительный залп огненными шарами в воздух, быстро заставили остальных поднять вверх руки. Ветродуи тоже бросили надувать паруса и нерешительно замерли, отчего судно потеряло ход, двигаясь вперёд чисто по инерции.

– Что вы хотите? – насупившись и кося единственным глазом, буркнул капитан.

– Мы захватываем этот корабль! – пафосно произнёс один из магов, – поэтому разворачивайся и плыви в Итонию.

“Ну хоть эти не по мою душу,” – подумал я, с некоторым удивлением разглядывая захватчиков.

Оба мага были весьма молоды, на вид, лет двадцать – двадцать пять, если считать в земных годах. Разница с земными была чуть меньше чем в полтора раза, и в местных это были мужчины от пятнадцати до восемнадцати. В тринадцать местных лет они становились совершеннолетними, в шестнадцать выпускались из академии. Эти, должны были окончить её или только или не позднее пары лет. По идее, мы вполне могли пересекаться в Академии. И одного я, кажется, даже узнал. В голове вспыхнуло воспоминание, как по дороге на экскурсию к санмагикам у меня попытались тиснуть кошелёк. Как раз один из этих молодчиков и пытался, заодно обозвав меня сукой.

От краж перешёл к угонам? Растёт. Правда, не в ту сторону.

Остальные, переодетые матросами, что разоружали команду и сгоняли всех на середину палубы, были, похоже, обычными наёмниками.

– А ты, тебе что, отдельное приглашение нужно?!

Ко мне, обратив всеобщее внимание, подошел один из наёмников, бесцеремонно тыкая коротким мечом в простонародье прозываемым – кошкодёр и указывая на общую толпу.

– Мать твою, Локарис?! – охнул, меняясь в лице мой знакомец.

Впрочем, удивлялся он не долго. Очень быстро на лице его вылезла гаденькая и весьма самодовольная улыбочка и он толкнул локтём товарища.

– Помнишь, я тебе рассказывал про мудака, который меня на дипломе завалил? Из-за которого меня со справкой выпнули?

– Из-за этого? – округлил глаза второй.

– Ага, – парень зло оскалился и спрыгнув на палубу, прошипел, – помнишь меня, урод?!

– Неа, – покачал я головой, всё ещё не предпринимая никаких действий.

Несмотря на угрозы оружием и накалившуюся обстановку, ну не было у меня ощущения особой опасности. Чем больше я разглядывал наёмников, тем больше сомневался в их профессионализме. Слишком уж они все были молоды. Да и не чувствовалось в них способности хладнокровно выпустить кому-нибудь кишки. Скорее всего передо мной была обычная банда карманников и воришек. А эта публика на мокруху, обычно, не решается.

– Ты даже не помнишь. Сломал мне жизнь и тут же забыл. Ну ничего, я напомню.

В меня полетел огнешар. Который, впрочем, я без труда отразил. Слабенький, прямо как по учебнику. Это парня только разозлило ещё больше и он запустил ещё один, с тем же нулевым результатом.

– Скажи, – спросил я его, воспользовавшись паузой, – зачем тебе в Итонию?

– Какая тебе… – он выстрелил снова, в этот раз ледышкой, со звоном рассыпавшейся снежинками от встречи с щитом.

Сплюнув, всё-таки ответил:

– Там судят не по диплому, а по твоей силе.

– И ты считаешь, что тебе её хватит?

В этот раз огнешар был больше, но накачивал плетение мой оппонент, противником его назвать, язык не поворачивался, слишком долго. Я без труда создал более мощный щит в ответ.

– Хватит, не сомневайся!

– Тогда предлагаю пари, если вы, вдвоём, сможете продавить мою защиту, – плывём в Итонию. Не сможете, значит в Итонии вам делать нечего, бросаете оружие и отпускаете команду.

– Идёт! – азартно и зло крикнул парень, – Юлыч, помогай! Он обычный препод, вдвоём завалим его.

Уже вдвоём они стали закидывать меня различными заклинаниями. К их чести, они старались не атаковать одной и той же стихией одновременно, пытались применять и заклинания не наносящие прямой урон, но всё это было стандартно, ровно по классике системы обучения. Их действия были для меня открытой книгой, я буквально знал, что они применять ещё когда они только-только рисовали паутину заклинания, не успев напитать её силой.

Я даже с места не двигался, успевая блочить и контрить их одной рукой. На их беду, объём резерва у меня был просто несравним с их, подавляюще несравним.

– Я всё, пустой, – тяжело дыша отвалил этот Юлыч, спустя десяток минут интенсивного колдовства, – Синик, прости.

– Аргх! – с нечленораздельным рыком оставшийся в одиночестве парень ещё попытался несколько раз атаковать, но только без сил свалился на палубу, едва не поймав обморок от магического истощения.

– Нет, ребятки, – резюмировал я, – рано вам в Итонию. Сожрут вас там и не поморщатся.

Видя такое, остальная банда тут же побросала всё колюще-режущее и подняла вверх руки. Капитан тут же кивнул своим и вскоре на середине палубы уже сидели неудачливые захватчики с связанными за спиной руками.

– Господин маг, за борт их? – кровожадно он потёр руки.

– Ну зачем так сразу. Сначала поговорим.

Я подошел к парням, что угрюмо зыркали на меня, привязанные, для верности, ещё и к мачте, присел рядом.

– Ну, рассказывайте.

– Чего тебе рассказывать? – отвернул морду в сторону Синик.

– Как докатились до жизни такой.

Я спрашивал не из праздного любопытства, мне действительно нужно было понимать, что двигало этими молодыми людьми. Да и выбор конечного места назначения был слегка нетривиальным.

Разговор, поначалу, не клеился, но потихоньку удалось кое что из них выудить и картина стала проясняться. Оба мага и Синик, и Юлыч, были изгоями в среде одарённых, не получив дипломы магов. И всё бы ничего, но на то, что им могли предложить, они оба были совершенно не согласны. Непонятные перспективы, ничтожная зарплата, как говориться, без бумажки ты букашка, а с бумажкой, – человек. В нашем случае, маг-специалист. В поисках путей заработка, столкнулись с группой таких же молодых людей, только неодарённых, которые промышляли воровством, вовлеклись, а затем и увлеклись лёгкими деньгами, которые, впрочем, как приходили так и уходили, как вода сквозь пальцы. А хотелось чего-то большего. После долгих обсуждений оба мага со справкой, решили, что в Империи одарённых совершенно не уважают, притесняют и вообще, и надо куда-то валить. Тут они и вспомнили про Итонию, где никто над магами не довлеет и вообще уважают. С чего-то, заодно, решили, что смогут себя показать в местных дуэлях и поднимут, так сказать, бабла. И завертелось. Друзьям, за помощь, они пообещали много денег, которые непременно быстро заработают там и дело встало лишь за кораблём. Дождавшись, когда на одно из судов потребуется команда, прикинулись матросами, дали на лапу портовым и просочились на борт.

Наивностью из их рассуждений так и пёрло, пришлось вдумчиво, объяснять, что мечты и реальный мир несколько друг от друга отличаются.

– Поедете со мной в Тингланд, – решил я, – там любые маги нужны, пристроим вас к делу. Но учтите, там не Империя и народ куда суровей. Поймают на краже, можете до прихода стражи не дожить, прибьют на месте.

Глава 2

Охигбёрн встречал туманом и промозглым ветром. Корабли в бухте, словно бесплотные призраки, выплывали из серого марева размытыми силуэтами, постепенно обретающими чёткость и цвет. Ритмичные удары в гонг разносились по водной глади, да покачивались носу и корме кораблей ярко горевшие фонари.

– Вот и приплыли, – задумчиво произнёс я, вспоминая, как совсем недавно этот берег покидал и теперь, вновь, уже надолго, возвращаюсь.

– Ну и холодрыга, – ёжась, буркнул смурной Синик, кутаясь в свою, не шибко тёплую мантию, – а в Итонии было бы тепло.

– Но ты бы этого не почувствовал, – ответил я, – и вообще, скажите спасибо, что я, в некоторой мере, чувствую свою ответственность за вас. В Империи, да и здесь тоже, захват судна это каторга лет на двадцать.

– Да спасибо, спасибо, – язвительно буркнул Синик снова, замолчал, вжимая голову в плечи и разглядывая показавшиеся береговые укрепления.

В порту ничего не поменялось, стоило нашей шхуне пришвартоваться, как взошедший на борт офицер, принялся сверять бумаги с капитаном. По мне он лишь мазнул ленивым взглядом, не узнавая. Впрочем, я хоть и был широко известным бароном Марнгаузе, оседлавшим ледяного червя, но исключительно в узких кругах подразделений морской пехоты. Остальная общественность обо мне и не подозревала.

– Господин офицер.

Стоило тому закончить с формальностями, как я тут же его перехватил, отрекомендовался:

– Барон Марнгаузе, хороший знакомый графини Вейст.

Услышав о графине, мужчина слегка напрягся, уже внимательней взглянув на меня, но ничего не сказал, ожидая продолжения.

– Вот эти молодые люди, – я показал на неудачливых захватчиков, – находятся, как бы так сказать, некоторым образом, у меня в плену. В будущем, я уверен, они будут добросовестно трудиться на благо Королевства, но пока, до окончательного решения их судьбы, было бы желательно, каким-то образом ограничить их возможности к передвижению.

– В тюрьму, что ли, посадить? – офицер оказался догадлив, но несколько прямолинеен.

– Ну, что-то, как-то, да, – подтвердил я, – ненадолго, на пару-тройку дней.

Служивый задумался, поглядывая на нахохлившихся парней, которых команда судна уже успела выстроить рядком для выпроваживания на берег.

– Содержание стоит денег, – наконец изрёк он, – за счёт казны содержатся только пленные флота Его Величества и местные преступники.

– Понимаю, – кивнул я, – сколько будет стоить содержание дня на три?

– На декаду, – внезапно строго ответил офицер, – я не могу быть уверен, что вы решите свои вопросы за такое малое время.

– Хорошо, – вздохнул я, – сколько будет стоить декада?

Когда весьма приличная сумма в кожанном кошельке перекочевала в руки портового служащего, я с неудовольствие подумал, что пленники это как-то весьма накладно. Может и стоило бы, под шумок, прибить парочку из них. Или вообще всех кроме этих двух магов.

Тут я спохватился и отбросил нехорошие мысли. То ли во мне Локарис заговорил, то ли это был отзвук личности какого-то некроманта чьи воспоминания обосновались глубоко в памяти. Раньше у меня таких кровожадных идей не рождалось.

– Ну всё, замели легавые, – опять подал голос Синик, когда за ними, по жесту офицера, на борт поднялись несколько морпехов с оружием, – ждёт нас теперь дальняя дорога, да казённый дом.

Я поморщился:

– Будь добр, веди себя как маг, а не как мелкий воришка.

Тут я спохватился, что он, собственно, такой и есть, поэтому добавил:

– Три года тебя учили, не для того, чтобы ты окончательно опустился. Здесь, в Тингланде, о тебе судить будут не по диплому, а по реальным делам. Сможешь себя показать, будешь уважаемым человеком. Всё, пора становиться взрослым, а детские эти игры забыть.

– У вас здесь маг? – встрепенулся портовый служака.

– Да, вот эти двое, – показал я на Синика и Юлыча.

– Содержание магов дороже, – безапелляционно заявил тот и я, со вздохом, снова полез за деньгами.

Нет, положительно, пленные это чересчур накладно.

* * *

В этот раз меня никто не встречал, поэтому я получил возможность пройтись по столице Тингланда пешком. А то местные улочки видел-то через окошко кареты, в основном, и только.

Река Студёная делила город на две большие части, левый берег занимали торговые и ремесленные кварталы цеховиков, купцов и зажиточных горожан, а правый, что соединялся с левым четырьмя мостами, был, в основном, заселён знатью и богачами. Там же располагался Королевский дворец, большой, Королевский-же Сад, да и сам район назывался Королевским городом. Доки тоже делились на правую и левую часть, слева были торговые, принимавшие гражданские суда, а справа – королевские для боевого флота.

Я, естественно, оказался в торговой части и по набережной реки, укреплённой и мощёной булыжником, поднимался к мосту на правый берег.

Что первым бросалось в глаза, – сдержанность местных купцов. Никто не бросался на тебя, оглушая рекламными слоганами, не хватал за рукав, пытаясь чуть ли не насильно завести в свою лавку. Разительный контраст с южным имперским городом, каким был Анкарн. Да и сами люди были, спокойнее, что-ли. Продавцы не начинали с порога фальшиво улыбаться, источая заезженные комплименты, скорее сдержанно и ненавязчиво оценивали покупательскую способность.

Одет я был неброско, но по местной моде, хотя лицо моё и выдавало во мне чужака, поэтому особого интереса ни у кого не вызывал. Иногда меня неспешно обгоняли верховые и кареты, и вновь я отметил взаимную вежливость, что-ли, у всех присутствующих на дороге. Пешеходы не бегали как попало по диагоналям или зигзагом на всю ширину дороги, центральная часть, по которой двигались экипажи, почти всегда была свободна. Да и сами улицы были шире, домики не теснились друг к дружке, разделяемые узенькими проулками, стояли вольготно.

Другая страна, другой менталитет. Я это понял ещё в первый приезд, но наблюдение за горожанами те выводы подтвердило.

До замка графини я шёл минут сорок, пройдя мост, затем площадь перед королевским дворцом. Остановившись у ворот, привлёк внимание стоявшего у них морпеха:

– Сообщи, что барон Марнгаузе просит аудиенции у графини.

Поначалу служивый нахмурился, потому что на барона я не тянул никак, да ещё и прибыл один, пешком, без сопровождения. Но, к его чести, не стал гнать меня прочь, а вызвал дежурного офицера.

У того уже лицо было слегка знакомым и он меня тоже узнал, поэтому без промедления провёл внутрь, сообщив, что графиня находится на приёме у короля и к вечеру будет. А пока я могу отдохнуть с дороги и отобедать.

Когда мы уже остановились подле предложенных покоев, офицер нерешительно замер, а затем осторожно спросил:

– Господин барон, прошу прощения за вопрос, но вы действительно укротили и оседлали ледяного червя, катаясь верхом на нём в Мёртвых землях?

Особо о таком я сам не распространялся, но здесь, похоже, солдатская молва разнесла сию невероятную новость. Пришлось признаваться.

– Да, – кивнул головой в ответ, – было дело, но сразу скажу, я не запрыгивал на него горя желанием заиметь подобного скакуна. Всё получилось случайно. А так, всё правда.

– Простите, что не поверил сразу, – повинился мой сопровождающий, – не верилось, что такое под силу обычному человеку.

– Обычному да, – я вновь многозначительно улыбнулся, не став договаривать.

А офицер сначала сделался задумчивым, а затем, ещё более уважительно склонил голову и попрощался:

– Всего хорошего, господин барон.

– И вам, и вам…

* * *

С грохотом распахнув двери, Селестина влетела в мои покой, застав меня сидящим в кресле с одним из захваченных в Академии учебников. Пользуясь благосклонностью библиотекарши, я прихватил с собой кое что из не рекомендованных изданий двухсотлетней давности, рассудив, что там они всё равно будут бестолку пылиться, а у меня вполне себе пойдут в дело.

Закинув ногу на ногу, я неторопливо листал пособие по маг. анализу, дисциплине вообще исключённой из образовательного процесса и только недовольно цокал языком. То, что я пытался объяснить ученикам самостоятельно, здесь было расписано куда лучше и подробней. Локариса такому уже не учили, и он, как профессор, был не в курсе подобного. И ничего удивительного, потому что подобные вещи мог помнить разве что Калистратис, заставший образование ещё до последней реформы.

А ведь тут была вполне себе доступно описанная система переменных, которая легко позволяла модифицировать заклинания, варьируя их свойства. Да даже объединение силы нескольких заклинаний просчитывалось. Теория магических пределов, теория функций магический переменных, магические производные и магические ряды. Многое из того, что я сейчас, бегло пролистывал, было для меня откровением. Вот это уже, действительно, было областью высшего образования, а не уровнем магического ПТУ который демонстрировала Академия сейчас.

– Вернулся! – довольно произнесла женщина, бросая стянутые с рук перчатки на столик и плюхаясь на кровать.

– А что, были сомнения? – оторвал я взгляд от книги.

Графиня, за несколько недель моего отсутствия, ничуть не изменилась, разве что одета была немного непривычно, в чёрное платье с высоким глухим воротником, вместо привычного мундира.

– Красивое платье, – чуть помедлив, заметил я.

Поморщившись в ответ, та буркнула:

– Дурацкие тряпки, но моему венценосному брату вознамерилось меня выдать замуж. Поэтому сегодня пришлось как дуре на устроенном приёме во дворце изображать девицу на выданье.

Я хмыкнул:

– И как, получилось?

– Да не особо, – пожала плечами графиня, – боюсь, потенциальных женихов я распугала. Брат долго орал, что я это сделала специально.

– Мне думается, что он прав, – я отложил книгу, посмотрел на женщину прямо, – скажи, с чего вдруг встал вопрос с твоим замужеством?

– С того, что братик испугался, что я выйду сама за кого-нибудь не того.

Она смотрела на меня с лёгкой многозначительной улыбкой на губах и я понял, кого не того она имеет в виду.

– Глупости, – произнёс я, поднимаясь с кресла, – зачем мне на тебе жениться? Это же никак не повлияет на преподавание в вашей школе.

– Моего брата, уверяю, такой аргумент не убедит, скорее наоборот, заставит подозревать ещё сильнее, – развеселилась женщина, – в его понимании, я чересчур с тобой сблизилась. Для него ты чужак, чуть ли не обманом втёршийся в доверие к сестре и дочери. На эту тему даже Тания с ним ругалась. Наша тихоня. И я даже не знаю, что короля разозлило больше.

– Вот блин, – недовольно ругнулся я, – нехорошо, когда глава государства так плохо обо мне думает. Может мне с ним самому встретиться и объяснить всё лично?

– Ох, не советую, по крайней мере, сейчас. Попадёшь под горячую руку, никакая магия не спасёт.

– Ладно, – махнул я, чуть раздосадованно, рукой, – но, надеюсь, на планы по преподаванию, это никак не повлияет?

– Нет, – Селестина тоже подскочила с кровати, решительно сообщила, – пойдём.

Но тут же остановилась, оглядела покои, наморщив лоб:

– А где твои вещи?

– Вот, – я показал на саквояж, с которым шел налегке от порта.

– И всё?

– Ещё есть сундук, но я его пока оставил в портовом управлении, потом заберу.

– Вольдемар, ты не исправим. Ладно, пошли.

Заведя меня в свой кабинет, она подвела к стене, одёрнув занавешивающую её портьеру и я увидел большую карту центральной области Тингланда.

Достаточно неплохо исполненная, пусть рисовавший её художник и слегка увлекался, обозначая города красивыми пиктограммами. Я быстро нашёл столицу, а затем, проследив взглядом на восток, на самой границе карты, увидел и Руарин, крепость у перевала в Мёртвые земли.

Карта была не полной, не хватало земель на севере и юге страны, но, похоже, это была самая ключевая и густозаселённая часть королевства.

– Железный лес? – полюбопытствовал я, обратив внимание на большой зелёный массив в левой нижней части карты, недалеко от Охигбёрна.

– Там растёт железное дерево, из которого мы строим корабли, но я другое хотела показать. Смотри, – Селестина показала на верх карты, – видишь Шумящий лес?

– Вижу, – кивнул я.

– Прямо под ним, на реке, деревня, – Тенистая долина.

– Вижу, – снова кивнул я.

– Вот там находится школа магии которую я хотела тебе предложить.

Судя по карте, место это было уединённое. Ближайшим городом было Прилесье по дороге на юг, и, в общем-то, всё. Разве что, в самом правом верхнем углу я увидел странное изображение черепа и подпись, – “Подземелье ведьм”.

– А это ёщё что такое? – удивившись, я показал Селестине.

– Не обращай внимания, – поморщилась та, – мастер, который карту рисовал, своевольничал. Легенда про Шумящий лес ходит, что где-то в нём есть Подземелье ведьм, с несметными сокровищами оставшимися от старой Империи. Нет, что подземелье может быть, я не отрицаю, вон, за Опорным хребтом, чего только нет, да ты и сам был. Но здесь, в Тингланде, за тысячу лет, давно уже всё нашли и разграбили. Но легенда ходит. Причём, находили уже пустующие подземелья там, но на них, ведь не написано, ведьм подземелье это или не ведьм. Табличку при входе не удосужились поставить, вот народ и продолжает грезить богатством.

Женщина хохотнула, вернулась обратно к обсуждению моего будущего места работы.

– А так, в Тенистой сама школа и несколько семей которые ведут хозяйство при школе. Деревня небольшая, жителей едва полсотни наберётся, а остальные, – ученики.

– А сама школа большая? – уточнил я.

– Я не видела сам, врать не буду, но по словам мага который обучался, – большая, четыре этажа.

– А что там с оборудованием для кабинета алхимии и зельеделия? А практический полигон? Опытное поле для занятий ботанологией, лаборатории, есть?

Но графиня только развела беспомощно руками, в ответ на мои вопросы:

– Честно, Вольдемар, даже не подскажу. Но должно быть, я думаю. Как-то же учили там магов до тебя. Правда, там совсем слабые, если уж по честному сказать. Обычно тех, кто дар посильнее имеет, в имперские академии отправляем.

– Хорошо, на месте разберусь, а добираться туда как?

– Можно по дороге, через Вайбир, Хагоу и Прилесье, но проще по морю. Тенистая стоит на реке, там вполне можно на боте вверх по течению пройти.

– Ну, значит, по реке. Как только дождусь своих, там и поплывём.

– Ох, не моряк ты, Вольдемар, не моряк, – поморщилась Селестина, но больше ничего не сказала.

Только задёрнула портьеру обратно, а затем, развернувшись, положила мне ладонь на грудь, сжала, крепко взяв за одежду, притянула к себе.

– Сколько ты ещё в столице пробуешь? – прошептала она, обдав жарким дыханием.

– Да, как всех соберу, с неделю, примерно.

– Жить будешь у меня.

Я посмотрел в глаза женщины, не спрашивающей, но утверждающей, прищурился и уточнил:

– Так значит прав был Его Высочество? Ты это специально?

– Что?

– Отпугнула женихов?

– Может быть, Вольдемар, может быть.

А затем я вновь поддался искушению, погружаясь в пучину страсти. Но срывая с графини платье, всё-равно, немного сожалел, что не успел дочитать учебник по маг. анализу. Там было столько всего интересного.

* * *

Проснувшись утром, я посмотрел на обнявшую подушку женщину рядом, на скомканные простыни, и как попало разбросанные одеяла, вспомнил весьма бурную ночь, и неудержимо зевнул, потянувшись. Получилось громковато, потому что графиня проснулась тоже, приоткрыла один глаз, разглядывая меня, затем выгнулась как кошка и ничуть не стесняясь наготы, поднялась с кровати.

– Скажи честно, – произнёс я, оглядывая поджарое, с тоненькими ниточками шрамов, тело женщины, – ты, ведь, просто меня используешь. Я тебе нужен лишь для удовлетворения страсти. Ты не рассматриваешь меня в мужья, верно?

– Верно, – легко согласилась она, накидывая на плечи тонкий халатик, – но я не сказала бы, что просто использую, мне с тобой хорошо. Когда возможности мужчины совпадают с желаниями женщины, это всегда хорошо. Но в мужья, – нет. Не принимай на свой счёт, это касается всех. Не люблю, когда меня ограничивают, а брак это всегда ограничение. Предпочитаю не связывать себя лишними обязательствами.

– Я так и понял, – подложив под голову руки, задумчиво произнёс я.

– Это тебя беспокоит?

– Знаешь, в общем-то нет, – ответил я, подумав, – мне тоже с тобой хорошо, но для меня на первом месте всегда будет магия, а жена, даже если когда-нибудь появиться, только на втором.

– Как для меня флот, – Селестина улыбнулась, дёрнула за шнурок, звоном колокольчика вызывая слуг, – он, – моя настоящая любовь.

Глава 3

– Где этот профессор, где он, я вас спрашиваю?! – высокий, тучный мужчина, в дорогом халате и чалме, грозно смотрел на упавших перед ним на колени, слуг.

Важно восседая на подушках в большом шатре, обмахиваемый большим веером на длинной рукояти в руках полуголого раба, он гневно раздувал ноздри, выказывая своё неудовольствие.

Рядом, на широком ложе возлежала грудастая наложница, лениво щипая с грозди на стоявшем рядом блюде, виноград.

– Не вели казнить, мурза, – произнёс старший из двух коленопреклонных людей.

Был он сед, глубокие морщины покрывали лицо, но глаза смотрели остро и холодно.

– Мы думали, что проблем не будет, он же простой преподаватель, но буквально везде нас подстерегали неожиданности. Стоило нам тайно проникнуть в Академию, как на нас накинулись две злые как тысяча шайтанов, женщины. Я сам бился с ними и манеру боя имперских разведчиков могу определить с закрытыми глазами. Мы едва смогли уйти. Но Салим-эфенди был ранен в задницу, когда мужественно прикрывал наши спины.

– То есть, бежал последним, – едко хмыкнул хозяин шатра, – ладно, но этот профессор не в академии же живет.

– Мурза, затем мы пытались подкараулить его в доме. Но только мы залезли через крышу к нему в окно, как на нас накинулась злая как две тысячи шайтанов женщина. Я сам бился и с ней, и ухватки ракамакских убийц тоже узнал сразу. Мы смогли уйти и в этот раз, но Абу-эфенди свалился с крыши, когда в темноте поскользнулся на черепице, и сломал обе ноги.

– Ага, а этот бежал первым, от страха под ноги не смотря? Так? – мужчина вновь презрительно скривился.

– Он проверял, не поджидает ли нас засада на обратном пути, – возразил, старик.

Пусть будет так, – вздохнул мурза, – но этот профессор, он же не только в академии и дома бывал, где-то ещё появлялся.

– Вы правы, господин, ещё было поле, на котором этот злодей проводил свои магические опыты. Почти за городом. Казалось, что это самое лучшее место для засады.

– Но-о… – подозрительно протянул мурза, чувствуя недосказанность.

– Но это место оказалось ещё опасней, – понурил старый слуга голову сильней.

– Там оказалась ещё одна женщина, злая как три тысячи шайтанов? – задумчиво предположил хозяин шатра.

– Не женщина, господин, – пшеница.

– Пшеница злая как три тысячи шайтанов?! – удивление мужчины было неподдельным.

– Истинно так. А ещё сумасшедший ветеран имперского легиона, который начал по нам стрелять из какой-то магической палки. Его боевой клич я никогда не забуду.

– Может это был посох? – слово “палка”, мурзу покоробило, веяло от него каким-то простолюдинским невежеством.

– Нет, мой господин, он держал её не как посох, уперев в плечо и торцом наведя на нас, и эта палка производила магию с сильным громом.

– Посох молний? – ещё раз попытался прояснить для себя тот.

– Нет, – терпеливо ответил старик, – молний там не было, был только гром.

– И что же она тогда производила?

– Стреляла солью, господин.

– Так, – мурза помотал головой, пытаясь соединить всё услышанное воедино, – ты утверждаешь, что там была магическая палка, которая издавала гром, но стреляла солью?

– Всё верно.

– Да что за бред ты сейчас несёшь?! – вспылил мужчина, вскочил на ноги, носком сапога пнул слугу в плечо, заставив завалиться назад, – старик, ты выжил из ума. А может, это от страха тебе начало мерещиться всякое?

– Нет, мой господин, – с обидой ответил тот, – эта соль попала Хаку-эфенди в задницу, которую ему три часа потом пришлось отмачивать в реке.

– Опять задница… Ладно, иблис с ним, но ты говорил ещё про пшеницу.

– Пшеница. Мы бросились в её заросли, рассчитывая укрыться от громовой палки, но оказалось, что в неё вселились шайтаны и она ожила. Мы пытались сражаться, но эти твари повалили нас, отобрали оружие, содрали одежду и нещадно били, чуть не убив. Больше всего, однако, не повезло Кара-эфенди…

– Дай угадаю, в него тоже попали из этой твоей гром-палки? – прищурился мурза.

– Хуже, – скорбно качнул головой слуга, – одна из этих, одержимых шайтаном пшениц, залезла ему в задницу…

– Ха-ха, – развеселился мужчина, – и тут задница, и как я не догадался?

– Господин, – с укором посмотрел на него старик, – Кара-эфенди испытал ужасные мучения, но мужеству его можно было позавидовать. Собравшись с силами, он смог сделать невозможное, – вырвать это страшное растение из земли и вынести с поля. Пусть нам не удалось захватить самого профессора, но мы смогли вывезти то, над чем он работал.

Слуга сдёрнул покрывало с продолговатого предмета рядом и мурза увидел мелкоячеистую клетку в котором, понурив колос, сидела крупная пшеница. Впрочем, оказавшись на свету, она немедленно встрепенулась и принялась яростно бить по клетке.

Наложница вскрикнула и испуганно отпрянула, прячась за спину своего господина.

– Живая?! – мурза, отодвинув на затылок чалму, во все глаза смотрел на невиданное растение, – и как не сдохла по дороге?

– Всё благодаря Кара-эфенди. Пока он бежал, он влезла к нему полностью. Мы пытались её вытащить, но она забиралась лишь глубже. Поэтому Каре пришлось героически везти её в себе. Все две недели он страдал запором, пока магистр Силиф не помог магией извлечь её наружу.

– Мда… – хозяин шатра покачал головой, – это же как надо было прогневить Всадника, чтобы подобное испытать. Надо будет Кару подарок какой или денег дать. А пшеницу эту, магистру отдай на изучение, путь разберётся, что это за зверь такой. И скажи своим, чтобы в следующий раз они подставляли что-то другое, а не свои задницы, иначе я начну плохо о них думать.

* * *

Проснулся я от сдавливающего грудь чувства, в поту и с бешено колотящимся сердцем. Сел на кровати, сбрасывая одеяло, пересохшими губами прошептал короткое заклинание, зажёгшее шарик света над головой.

Тот осветил мои покои в замке Вейст, разогнав темноту, убеждая, что никого постороннего тут нет.

Прикрыв глаза, я принялся глубоко и размеренно дышать, успокаивая взбудораженное выбросом адреналина тело. Сон, это был просто сон.

Хотя, судя по пугающей реалистичности, во сне ко мне пришли очередные воспоминания древних некромантов. Опять тёмный ритуал. Только, в отличии от прошлых подобных воспоминаний, в этом не я его проводил, а его творили надо мной. И меня там убивали. Как эти воспоминания оказались в тёмной сфере? Ответа на это у меня не было. Но кривой нож, которым мне вырезали ребро за ребром, никак не шёл из головы.

Похоже, не все добровольно соглашались на участие в создании тёмного бога.

Тут я снова подумал про Катаклизм, так удачно сработавший раньше времени. Планировали его некроманты для уничтожения богов, а значит, исходя из принципа бритвы Оккама, именно божественное вмешательство, с большей долей вероятности, нарушило им планы.

Что я знаю о пантеоне местных богов?

Всего их девять, – Воин, Всадник, Морской Царь, Дева, Лесовик, Дух Гор, Бражник, Мать и Хозяин.

Уже исходя из имён богов, можно было проследить близость местной религии к раннему политеизму первобытных людей, с некоторыми элементами античного политеизма, когда обожествляли различные природные явления и представляли богов как покровителей того или иного рода человеческой деятельности, с тем лишь уточнением, что, под влиянием, вероятно, магии, все эти боги получили самую настоящую реальную сущность, которую вполне можно было увидеть и почувствовать.

Но, так же, это напоминало названия земных знаков зодиака, Хотя, звёздные аспекты, применявшиеся для расчёта заклинаний, носили другие названия, но тут, стоило учесть, что они, скорее всего, существовали ещё до появления богов, в старой Империи, поэтому никак не учитывали их.

Погасив магический свет, я поднялся, подошел к окну, отдёргива тяжёлые портьеры. Была глубокая ночь, но небо было ясным, и звёзды ярко мерцали, складываясь в привычные созвездия, которые Вольдемар, будучи магом, тщательно заучивал во время своего обучения.

Вот только, чем больше я смотрел на звёзды, тем более неправильными они мне казались. Снова вспыхнула в мозгу картинка неба из подсаженных воспоминаний, неизвестно из скольки летней давности. Знакомые созвездия, хоть и чуть смещённые в сторону, легко узнавались, вот только, звёзд, почему-то, было несколько меньше…

Такого не могло быть, потому что галактика не крутиться вокруг заштатной планетки на её окраине, ни в физическом, ни в метафизическом смыслах. И новые звёзды не вспыхивают на небосводе по чьему-то велению. Но воспоминание ярко отпечаталось в моём мозгу и я мог с уверенностью сказать, что вот той группы звёзд, что сейчас сияла между аспектами Арк и Колесо, раньше, по воспоминаниям некромантов, не было.

Бред, ересь, абсолютнейшая чепуха и профанация для любого, пусть даже шапочно знакомого с астрономией.

Отойдя от окна, я сел на кровать, погрузившись в тягостные раздумья. Не доверять своим глазам я не мог. Память? Всё же, воспоминания были не моими собственными, но я не слышал про возможность воспоминание изменять. Заставить забыть, или вспомнить, методики были, но избирательно стирать отдельные элементы воспоминания, – вот это уже было что-то из разряда невероятного.

Впрочем, возможно, такая магия и существовала. Не мне, с куцым образованием имперской академии, капитально вычищенным и стерильным, судить о том что есть, а чего нет. Но я очень сомневался, что именно эти воспоминания были изменены. Убирать звёзды? Какой смысл? Тот, кто создавал сферу, не обращал внимания на подобные мелочи. Задача их была куда грандиозней и совсем в другой плоскости. А значит, приходится признать, что раньше звёзд было меньше.

Чтобы удостовериться в этом окончательно, мне нужен был звёздный атлас, современный и старый, до Катаклизма. Правда, ни того, ни, тем более, другого, у меня под рукой не было и достать их посреди ночи была та ещё задачка, поэтому я оставил эти вопросы на утро, вновь ложась спать. Повернулся на другой бок, в надежде, что больше непрошенные воспоминания остаток ночи тревожить не будут. Поворочался немного, подтыкая подушку под голову и незаметно уснул.

* * *

Завтракая утром, вдвоём с Селестиной, я уже было хотел поинтересоваться насчёт атласа, как женщина сама, поставив кружку с квасом на стол, вдруг у меня спросила:

– Вольдемар, а что это за пленные у тебя в казематах портового управления почти декаду сидят?

Я как сидел, с кружкой в руке, так и хлопнул ею себе по лбу, с досады.

– Точно! Слушай, совсем забыл, я же их поймал, когда они судно, на котором я плыл, угнать хотели.

– Пираты?! – удивлённо приподняла брови графиня, – так казнить и дело с концом.

– Стоп, стоп, стоп, никого мы казнить не будем, – тут же притормозил я её, – во-первых, там два мага, со справкой, правда, но кое что умеют. Бывшие ученики моей Академии, я им пообещал, что если проявят себя на службе, то будет им почёт и уважение.

– Маги? – Селестина задумчиво кивнула, – маги нужны, вот только пиратов у нас не любят.

– Да какие они пираты, – замахал я рукой, – так, мелкие воришки, в Анкарне мелочь по карманам тырили, а судно хотели захватить, чтобы в лучшую жизнь уплыть. Правда, в Итонию, дурачки собрались.

Графиня, услышав конечную цель их путешествия, хмыкнула:

– Действительно, не слишком умные. Ладно, пойдут с очередной партией в Мёртвые земли, выживут, – молодцы, примем их в королевские маги и без диплома. Не выживут, ну что ж, Север суров.

– Договорились, – кивнул я, – а вот с остальными, честно скажу, не знаю, что делать. Они не маги, просто мелкие жулики. Но все молодые, не закоренелые бандиты. Может тоже куда к делу пристроить?

– Вот дел у меня больше нет, как с имперскими воришками возиться, – чуть неодобрительно произнесла Селестина.

Но я видел, что хмуриться она для проформы. Да и по голосу чувствовалось, что возражает она больше из нежелания слишком быстро соглашаться.

– Дорогая, надежда только на тебя, – проникновенно произнёс я женщине, вызвав, внезапно, лёгкий румянец на её щеках.

– Ну ладно, так и быть, посмотрю, что с ними можно сделать.

– Да, – спохватился я, – слушай, а вы, во время раскопок, древние звёздные атласы не находили? Мне бы что-то до Катаклизма и, задно, новый.

– Это надо спрашивать не у меня, – вытерев губы салфеткой, она позвала, – офицер, ко мне!

Через секунду, в дворцовую гостиную, где был накрыт завтрак, влетел один из Селестининых подчинённых и, грохоча по мраморному полу ботфортами, подскочил, встав по стойке смирно:

– Госпожа адмирал, по вашему приказанию прибыл!

– Проведёшь господина барона к нашим магам, занимающимся изучением находок из Мёртвых земель, в Храмовый район. Скажешь, что я разрешила.

– Есть, госпожа адмирал.

Отпустив офицера лёгким движением ладони, она, чуть испытующе, на меня посмотрела и, после недолгой паузы, добавила:

– Да, ночью приплыли твои студенты, а с ними четыре дамы.

– Четыре? – я сразу понял, о каких дамах речь, разве что слегка озадачило количество, их должно было быть, вроде бы, три.

– Да, – взгляд графини стал слегка ехидным, – с тремя я уже имела честь познакомиться, а вот о четвёртой знаю лишь понаслышке. И хотела спросить, что тебя связывает с бывшим герцогским родом Сильфов?

– А, – заулыбался я, – ты о Ланике, она четвёртая? С её родом, – ничего, а сама она моя помощница, изначально принял адъюнктом в Академию, но тут всё завертелось, поэтому предложил тоже переехать в Тингланд. Она согласилась. Хорошая девушка, умная, любознательная, активная. В меру инициативная, – подумав, – добавил я.

– А ты её помощницей для каких дел, такую активную и инициативную взял?

– Для магических, конечно, – оскорбился я намёку, который недвусмысленно прозвучал из уст моей собеседницы.

– Да-а? А я было подумала…

– И почему вы все так обо мне думаете? – недовольно поинтересовался я, вспомнив почти такую же реакцию Сильвии, ректора Академии, – что я какой-то ловелас, который только и мечтает, что затащить в койку очередную понравившуюся мадам.

– Может потому, что ты такой и есть? Скажи, с кем из оставшейся троицы ты ещё не спал?

Я раскрыл рот и молча его закрыл. Крыть такой аргумент мне было нечем.

– Я их никого не заставлял, они сами ко мне пришли, – только и смог, что буркнуть в ответ, когда пауза чересчур затянулась, а ехидная улыбка Селестины стала до неприличия широкой.

– Разве это что-то меняет? – склонила голову на бок женщина, продолжая меня разглядывать.

– Для меня, – да.

– Ну, ну…

Разговор зашел в тупик, это поняли и я и графиня, поэтому, поднявшись, она бросила салфетку, которой вытирала губы, на стол, произнесла:

– Их разместили на постоялом дворе в Южном районе, это на том берегу. Если хочешь, можешь сначала отправиться к ним, а затем уже в Храмовый.

– Говоришь, ночью приехали… – я быстро прикинул, что с атласами, если они есть, долго не должен провозиться, поэтому махнул рукой, – пусть отоспятся, а я, пока, со своим делом разберусь.

Выйдя из замка во двор, сопровождаемый офицером, я оглянулся, глядя на массивные створки замковых ворот, покачал головой. Второй раз из-за Ланики наблюдаю странную реакцию своих, хм… знакомых дам. Чем же эта выпускница Академии их так задела? Неужели всё дело в том, что она, банально, моложе их на двадцать лет? Неужели они ревнуют к её возрасту? А может они боятся, что та сможет меня очаровать силой своей юности?

Да ну, бред. Я фыркнул, мотнув головой. Впрочем, женщины существа малопонятные. Вернее так, мне как мужчине, – малопонятные. Но даже если мои догадки были верны, на счёт ревности, я не собирался отказываться от помощи Сильф в своей работе. Просто потому, что и так с трудом нашёл подходящую кандидатку. Убедятся, что наши отношения идут исключительно в деловой плоскости и успокоятся.

Под эти успокаивающие мысли, я забрался в поданную карету, а заскочивший следом сопровождающий, через окошко в передней части, приказал:

– Гони в Храм магии.

Глава 4

Храм науки оказался большим прямоугольным зданием с куполом обсерватории наверху. Характерная форма и две изогнутые дугой створки были вполне узнаваемы. Стоял он чуть наособицу, отделённый широкими улицами и полосой земли за металлической оградой от остальных домов храмового района.

Никаких украшательств снаружи я не увидел, да и в целом здание построено в стиле этакого геометрического минимализма. Даже двустворчатые двери были просто глухими прямоугольными, собранными из дерева панелями.

На входе расслабленно стояла пара морпехов с оружием, но, увидев моего сопровождающего, тут же взяли на караул, без слов пропустив внутрь. Толстые створки неторопливо разошлись, а затем плавно сомкнулись за нашими спинами, и мы оказались в прямоугольном тамбуре, где находились ещё двое солдат.

Беспрепятственно пройдя и их, вошли в большой зал, живо напомнивший мне областную библиотеку. Так же тихо, всё заставлено шкафами с книгами и столами, за которыми местные маги что-то вдумчиво изучают.

Здесь морпехов уже не было, но к нам немедленно подошёл один из местных, молодой мужчина, высокий, круглолицый, с выбивающимся на макушке и торчащим вверх, словно антенна, вихром.

– Старший маг храма Автетий, – представился он, строго глядя на офицера, – чем могу помочь?

– По приказу адмирала Ройс поручено оказать содействие барону Марнгаузе в его поисках.

Офицер кивнул на меня, а маг вдруг захлопал ресницами, удивлённо вылупившись.

– Барон Марнгаузе? Постойте, не вы ли участвовали в недавней экспедиции, которая обнаружила башню древних?

– Я, – пришлось кивнуть в ответ, а маг расплылся в улыбке и, схватив меня за руку, принялся активно её трясти.

– Коллега! Ваш вклад в изучение наследия древних неоценим! Как бы я хотел оказаться с вами тогда. Испытать на себе действие древней магии, увидеть Яол из космоса, прогуляться по коридорам их тайного укрытия…

Тут маг вздохнул, растеряв часть энтузиазма, с лёгким укором спросил:

– Действительно было так необходимо его уничтожать?

– Наследие древних впечатляюще, но крайне опасно, – пожал плечами я, – мне бы не хотелось повторения Катаклизма.

– Тут я с вами вынужден согласиться, – серьёзно покивал Автетий, – мы не понимаем природы того, что произошло тысячу лет назад, но чтобы понимать, что характер этого события насквозь магический и как-то связан с древними, не нужно быть магистром.

– Ну, не все о таком задумываются, – улыбнулся я в ответ, – но да, я пришёл к таким же выводам.

– Вы здесь, чтобы поучаствовать в раскрытии этой тайны? – оживился маг, – мы как раз занимаемся оценкой и сортировкой трофеев, добытых в вашей экспедиции. Буквально вчера пришла вторая партия.

– Не совсем, – уклонился я от прямого ответа, – я всё ещё профессор магии и веду обучение своих студентов, теперь вот на базе одной из ваших школ магии, поэтому мне понадобилось кое-что для учебного пособия.

– Школы магии? За что вас сослали в такую дыру? – удивлению Автетия не было предела, и на душе у меня заскребли кошки в лёгком предчувствии намечающихся проблем.

– Ну, я, вроде как, сам захотел, – осторожно ответил ему.

– Да уж, вы не ищете лёгких путей, – с сомнением ответил маг, – но что за учебное пособие вам нужно?

– Звёздный атлас, – ответил я, – как современный, так и древний. Возможно, вам попадались в раскопках?

– Атлас? – мужчина задумался, – так сходу не припомню, но надо посмотреть по каталогам. Дайте мне полчаса.

– Хорошо, – я кивнул, – а пока могу пройтись, посмотреть, над чем вы работаете?

– Да, конечно, – Автетий широким жестом указал на зал, а сам, шурша полами мантии, удалился куда-то за книжные стеллажи.

Повернувшись к молча застывшему рядом сопровождающему, я чуть кивнул:

– Спасибо, дальше я уже сам.

После чего стал с любопытством обходить столы, за которыми маги храма занимались тем, что классифицировали находки, тщательно вписывая каждую в книгу и присваивая ей уникальный номер.

Пялиться, нависая, было не слишком прилично, но больно интересные оказались экспонаты. На некоторые из них реагировала моя память обрывками некромантских воспоминаний.

“Артефакт магический, предположительно бытового назначения. Плетение магия огня. Обнаружено в помещении три. Схема два”, – прочитал я, затем перевёл взгляд на предмет, очень похожий на ручку сковороды. А затем “увидел” его в своей памяти и понял, что передо мной портативный разогреватель, способный нагревать всё в небольшой зоне перед собой в диапазоне от сорока до двухсот градусов, в зависимости от выбора режима. Универсальная, судя по всему, вещь, много где использовавшаяся магами в быту. Управление было выведено на своего рода сенсорные кнопки на ручке, реагировавшие на слабый магический ток, но как маг на них не нажимал, они и ни думали срабатывать. А всё потому, что там стояла банальная защита от детей.

– Можно? – попросил я.

Протянув руку, взял подогреватель из рук опешевшего мага, затем, набрав нужную последовательность, снял блокировку.

– Ух ты! – только и произнёс тот, когда я настроил артефакт на минимальную мощность, и мы почувствовали ток горячего воздуха.

Оставив того восторгаться, пошел дальше, скользя взглядом по корешкам стоявших в шкафах книг. Вот только это оказались не книги, а каталожные списки, пронумерованные и расставленные по категориям. Судя по виду некоторых из них, списки эти начали вести как бы не сразу после Катаклизма, накопив к сегодняшнему моменту сотни, если не тысячи, томов. Вытащив один из первых в своей категории, пожелтевший от времени, с выцветшими до еле видимого состояния чернилами, я вдумчиво полистал описания находок, затем посмотрел на дату.

– Седьмой день первой декады третьей гекаты года двести семьдесят второго… – прочёл я и уважительно покачал головой.

Да, не прямо с Катаклизма, но восемьсот пятьдесят лет записей – солидный срок. И какие же тогда размеры хранилища под такое количество артефактов?

Размышления мои прервал вернувшийся Автетий.

– Барон, пожалуй, я нашел то, что вам может пригодиться. Пойдёмте.

Последовав за ним, я оказался в ещё одном зале, также с шкафами полными книг, только это уже были не списки, а литература древних.

– Ничего запрещённого тут не держим, – быстро сообщил маг, – все книги по магии сдаются в спецхран, а то были попытки воровства.

“Ещё бы, – подумал я, – магия древних – лакомый кусок для любого мага, включая всяких культистов и отступников. А храм, похоже, весьма известное место.”

– А скажите, уважаемый, здесь работают только маги королевства или и имперские тоже? – поинтересовался я на ходу.

– Только королевства, конечно же, – с нотками гордости в голосе поведал Автетий, – но имперским магам дозволяется, с разрешения кого-то из высшего совета, проводить здесь свои изыскания и работать с каталогами и артефактами, при условии, конечно, что они не будут вынесены за пределы храма. Собственно, как вам. Адмирал Ройс – член высшего совета королевства.

Тут мы подошли к нужному месту, и маг с некоторым трудом выложил передо мной толстенную книгу.

– Вот, – довольно он ткнул в неё, – звёздный каталог древних. Здесь весь перечень открытых ими звёзд.

– Ё-моё… – только и смог вымолвить я, оценив на глаз и раскрыв каталог на произвольно странице, покрытой номерами и координатами на небесной сфере звёзд.

Будь я астрономом, может и легко бы разобрался, но я астрономом не был. А того, что имелось в багаже у Локариса… Ну, стыдно сказать, но что в его родной академии, что в академии Анкарна, самый максимум, что давали, это карту звёздных аспектов с описанием их влияния на магию. Без координат, просто атлас с нарисованными созвездиями и их названиями. Считалось, что этого полностью достаточно для дипломированного мага. Мне и самому так казалось. До этого момента. И как мне сравнить картинки современного атласа с сотнями тысяч строк записанных древними звёзд, которые не имели даже названий, только номера?

– А только в таком виде? – с глупой надеждой уточнил я, – а нет в виде атласа?

– Атласа нет, – покачал головой маг, – по крайней мере, я не помню, чтобы находили.

– И как мне теперь сравнить звёздные аспекты? – пробормотал я.

– Аспекты? – тут Автетий заулыбался, – так что вы сразу не сказали. Аспекты у древних всегда классифицировались отдельно.

Перелистнув к началу, он показал на перечень, занимающий всего пару листов:

– Вот, все звёздные аспекты, каждый под своим названием.

Каждое созвездие, оно же аспект, состояло ровно из семи звёзд. Когда оно нарисовано в атласе, каждое своей формы, на это как-то внимание не обращалось, но здесь мне такая закономерность сразу бросилась в глаза. Записи были сделаны в табличном виде. Первый столбец – название аспекта, затем семь строчек с названиями звёзд в составе, потом графы с координатами каждой на небесной сфере.

Что-то царапнуло мой взгляд ещё помимо количества звёзд. Но что, сходу я понять не мог. Перевернул листы, посмотрев на записи остальных объектов. Но там вроде всё было также, название и координаты. Разве что, последняя графа у обычных звёзд исчислялась значениями существенно меньше единицы, а у аспектов была в тысячах.

– Что это за значение? – ткнул я пальцем в значок столбца.

– Это? Список обозначений дан на первом листе.

Я быстро открыл самый первый лист и, найдя нужный значок, прочитал: “звёздный параллакс, исчисляется в угловых секундах”.

И тут меня буквально заклинило. Параллакс – это же видимое смещение. Я хоть и был профаном в таких вопросах, но с подобным понятием сталкивался в прошлой жизни. Звёзды – очень далёкие объекты, поэтому их смещение крайне мало, как понятно из простой тригонометрии, где меньший катет – это физическое смещение точки наблюдения за счёт вращения планеты вокруг своего светила, максимальное расстояние которого достигается за полгода, а больший катет – это расстояние от светила до наблюдаемого объекта.

Но у аспектов он измерялся в тысячах секунд. А три тысячи шестьсот секунд – это целый градус. Вычислить соотношение катетов сходу я не мог, ну не математик я, а историк, но то, что звёзды аспектов находятся на куда более близком расстоянии, чем, в принципе, должны, это я понял. По звёздным меркам они находились буквально рядом, чуть ли не сразу за местной солнечной системой. Но тогда получалось, что это не звёзды. Двадцать один аспект, по семь “звёзд” в каждом, и все в пределах одной системы. Такого не бывает просто потому, что не бывает. Да и видимые размеры у них были бы куда больше.

Словно пыльным мешком трахнутый, вот как можно было описать моё состояние. Я сидел, раскрыв рот. Даже Автетий забеспокоился, спросив:

– Что такое, барон?

– Да нет, ничего, – медленно произнёс я, подобрав челюсть, затем, чуть прищурившись, спросил, – а у вас там, наверху, не обсерватория?

– О, а вы наблюдательны, – заулыбался маг, – всё верно, установили один из артефактов древних для наблюдения за небесными телами.

– А кто занимается этими наблюдениями?

– Наш старый сотрудник, старший маг Ватис, если хотите, можем подняться к нему, он как раз в обсерватории.

– Давайте, заодно уточню пару моментов.

Спустя где-то ещё час, я выходил из храма с очень задумчивым выражением лица. Мою теорию насчёт появления новых объектов на небесной сфере можно было считать почти подтверждённой. Исходя из записей наблюдений обсерватории, новые созвездия, которых не было в доставшемся мне осколке памяти некроманта, тоже были объектами, находящимися куда ближе звёзд. Их параллакс был таким же, как и у звёздных аспектов. Особого внимания им местные исследователи не уделяли, привычно ориентируясь на перечень аспектов, доставшихся от древних, но замеры произвели и в свой каталог внесли. Изучив записи, я насчитал десять групп объектов, только не по семь, а по восемь “звёзд” в каждом, которых не было в каталоге древних.

Напрашивался вывод, что их появление было связано с возникновением в этом мире богов. Но известно лишь девять божественных сущностей, а групп десять… Что это значит, нужно было ещё обдумать. Но одно я понял точно, все эти объекты – совсем не природные образования. И, похоже, напрямую связаны с магией как таковой. Возможно даже, что магия на планете существует именно благодаря им, поэтому влияние аспекта и необходимо учитывать при сотворении заклинания.

Древние это знали, не могли не знать, просто мне таких воспоминаний не досталось, а в академии подобному не учили. Оставался вопрос, а в курсе ли нынешние магистры? По идее должны. Хотя…

* * *

Южный район, как и всё на этом берегу в пределах городских стен, был респектабельной частью деловой половины города. Была уже середина дня, и когда я приехал на постоялый двор, добротный, большой, аж четыре этажа в высоту, вокруг уже бурлила жизнь. Кто-то уезжал, кто-то приезжал, ржали кони, скрипели разгружаемые и загружаемые повозки, в общем, все занимались различными важными и нужными делами.

Обойдя груду чемоданов на земле какой-то важной купеческой четы, я зашёл внутрь и увидел в обеденном зале за одним из столов своих знакомых дам. Все четыре, хм, нет, три женщины и моя помощница Ланика. Называть двадцатилетнюю девушку женщиной у меня рука не поднималась.

Студентов рядом не было, видимо, успели поесть раньше и куда-то свалили.

Атмосфера за столом, судя по всему, оставляла желать лучшего, потому что все уныло ковырялись в тарелках, стараясь не смотреть друг на друга.

– А вот и я, – преувеличенно радостно произнёс, усаживаясь на свободное место рядом, – как доехали?

– Нормально, – ровным голосом произнесла Злотана, бросив на меня нечитаемый взгляд.

– Ну и хорошо, – продолжил улыбаться я, – вы, наверно, уже познакомились, но всё равно хотел бы представить вам своего адъюнкта госпожу Ланику Сильф.

На слове “госпожу” графиню стало корёжить, но она сдержалась, хоть я и заметил мелькнувшую гримасу презрения на лице. Видимо, по её понятиям, на госпожу девушка не тянула. Хотя, быть может, дело всё было в особом положении семьи Сильф. Злотана-то, была верной подданной имперской короны. В отличие от неё, Алиса с Ясулой восприняли мои слова внешне спокойно. Но Ботлер всё же спросила:

– А поопытней никого не нашлось?

– Считаешь, что мне нужно поопытней? – изогнул бровь в некотором удивлении я.

– Считаю, – ответила она, выдержав мой взгляд.

– А мы точно про учебный процесс сейчас говорим? – уточнил я, нахмурившись.

– Пожалуй, я уже наелась, – произнесла Ланика, поднялась с места, улыбнулась мне, чуть кивнув, и удалилась куда-то вверх по лестнице, наверное, к себе.

Я с укором посмотрел на потупивших взор дам.

– Ну вот, обидели девушку.

– Обидишь её, – буркнула графиня, – знаю я таких молодых да ранних. Палец в рот не клади.

Я вздохнул, и что теперь с этим делать? И ведь не признаются, что ревнуют к молодой из-за её возраста, найдут тысячу других причин. И ладно бы я действительно что-то такое планировал, но мне нужна была именно что помощница, а не любовница. Как им это объяснить? К тому же, есть ещё Селестина.

“А соберу ка я их вместе, – подумал я, – и сразу расставим все точки над “ё”.

– Поехали, – решительно произнёс, поднимаясь с лавки.

– Куда?

– Во дворец нашей общей знакомой, графини Вейст.

* * *

На моё счастье, Селестина была на месте и готова нас принять.

Стоило дверям гостиной закрыться, оставив нас одних, как я, ткнув замершим дамам в сторону диванчиков с креслами, произнёс:

– Присаживайтесь, разговор будет долгим.

В ответ на приподнятую бровь Селестины, что с интересом наблюдала за нами, удобно устроившись на ещё одном кресле, спросил, впрочем, произнеся это скорее утвердительным тоном:

– Я покомандую немного?

– Да, пожалуйста, – не стала мешать мне хозяйка дворца, отчасти сама заинтригованная таким поведением.

Безошибочно определив бар, я подошел к серванту, дёрнул на себя мелодично зазвеневшую дверцу, достал бутылку вина, бокалы, всучил каждой в руки. Откупорив бутылку, распределил поровну между всеми, пустую тару сунув под невысокий столик, в моём мире прозываемый журнальным.

– А ты?

– А себе я чего-нибудь покрепче возьму, – ответил я Селестине, выуживая из бара гранёный стакан и бутылку водки.

Наполнил почти до краёв, а затем, не отходя от серванта, залпом махнул, вливая всё в себя. Меньшее после божественной амброзии меня тупо не брало, а на сухую я такой разговор вести не очень-то хотел.

– Пейте, – строго приказал я, дождался, когда женщины осушат свои бокалы, после чего откупорил вторую бутылку.

Ударная доза спирта смогла слегка пробить противоядовый барьер, и я почувствовал расходящееся по венам тепло. Не став присаживаться, оглядел ещё раз всех присутствующих, после чего произнёс:

– Итак, я собрал вас всех здесь, чтобы раз и навсегда решить вопрос, связанный с отношениями между мной и вами.

Селестина хмыкнула, Злотана напряглась, Алиса прищурилась, а Ясула чуть ехидно улыбнулась.

– Вольдемар, – внезапно, чуть покраснев, произнесла графиня Честер, – ты прости меня за несдержанность, я понимаю, что вела себя недостойно благородной дамы. В конце-концов, если эта Сильф тебе нужна, чтобы сбрасывать напряжение…

– Тьфу! – не выдержал я, разозлившись, – далась вам она. Вот клянусь, что у меня и в мыслях не было с ней чем-то, кроме работы, заниматься. Когда уже вы поймёте, что молодые и неопытные девочки меня не возбуждают? Что мне нравятся такие как вы, сочные, зрелые, искусные в любви, знающие что хотят, с которыми можно не только трахаться, но и выпить, и поговорить.

– С такими как мы? – зацепилась за фразу Алиса, – у тебя был ещё кто-то, кроме нас?

Я слегка смутился, затем ответил:

– Ну было, в Академии. С Сильвией и Рагырдой.

– Это ректор и проректор понтийка? – Селестина расхохоталась, – ну да, достойные дамы.

Оглядев остальных женщин, графиня-адмирал изрекла:

– Пожалуй, я склонна Вольдемару верить. Это девица нам точно не соперница.

– О чём я и толковал, – кивнув той, я продолжил, – но это не главное. Я сейчас хочу раз и навсегда прояснить некоторые моменты.

Набулькав ещё стакан, также закинул в себя, а то первую партию организм успешно поборол, и меня начало отпускать.

– Во-первых, сразу говорю, я совершенно не годен для семейной жизни. По крайней мере на следующие двадцать-тридцать лет. Я слишком занят преподавательской деятельностью и своими изысканиями, чтобы иметь возможность уделять внимание семье. Надеюсь, это понятно?

Женщины дружно кивнули, и я принялся закреплять успех.

– А во-вторых, сами подумайте, нужен ли вам муж, который появляется раз в несколько дней. Тем более, все вы самостоятельные, привыкшие сами управлять своей жизнью. Брак будет для вас только обузой.

– И что ты предлагаешь?

– Оставить всё как есть, – заявил я.

Все переглянулись и дружно кивнули.

И тут я подумал, а так ли уж кардинально вопрос решил?

Глава 5

Сборы были суматошными, как, собственно, и всегда. Благо, пятнадцать отправившихся за мной студентов, после практики в Тингланде, уже не лезли куда ни поподя и не встревали в разборки со стражей. Особенно те, кто оставался в Охигбёрне, а не уехал со мной в Мёртвые земли. Они, кстати, дико завидовали уехавшим, с горящими глазами слушали про наши приключения там. Но не судьба, как говорится.

А на фразу одного из студентов:

– Вот бы и нам что-то такое!

Ответил только:

– Сплюнь!

Суеверно постучав по дереву.

Мы грузились в порту Охигбёрна на достаточно крупный бот. Почему-то в прошлой жизни бот мне представлялся чем-то едва большим обычной лодки, но, как оказалось, это было вполне себе судно длиной метров двадцать пять шириной в семь, с одной мачтой, тремя косыми и одним прямым парусом.

Такой, на мой взгляд, странный набор объяснялся наличием на борту только одного не слишком сильного “ветродуя”, поэтому часть времени судно ходило просто под обычным ветром.

Назывался бот “Лакриса”. Когда-то окрашенные борта давно потёрлись, доски палубы от долгого драяния щётками украсились характерными глубокими бороздами, да и всё остальное на борту явно многое повидало на своём веку. Но в остальном претензий к нашему транспорту у меня не было.

Бот чуть покачивался у пирса, скрипел переброшенный на его борт трап, по которому грузчики заносили сундуки и тюки с грузом. Мучимый подозрениями, я, на всякий случай, задавив жабу, раскошелился на кое-какое алхимическое оборудование и материалы, а также различные магические приборы, необходимые для учёбы. Больно уж странной казалась мне реакция всех встреченных магов. С другой стороны, я себя успокаивал, ну не может же быть так всё плохо. Как обычно преувеличивают.

– Ребята и девчата, не стоим, заходим на борт, – я махнул рукой студентам, кучкующимся на пристани возле трапа, затем повернулся к Ланике, – ты проверила, всё занесли?

– Всё – твёрдо кивнула та головой, открыживая последнюю позицию в списке, который держала перед собой.

Затем помедлила, посмотрев на меня своими васильковыми глазами, и уточнила:

– Профессор, а вы уверены, что есть смысл это тащить с собой? Тут же самое элементарное оборудование.

– Лучше перебдеть, чем недобдеть, – ответил я ей, не став делиться грызущими меня смутными сомнениями, – в конце концов, к уже существующему контингенту учеников школы прибавятся и наши полтора десятка студентов, а я не уверен, что имеющиеся у них фонды покроют это количество.

Девушка кивнула вновь, но задержалась, продолжая молча на меня смотреть.

– Что-то ещё? – спросил я.

Но Ланика только покачала головой и с задумчивым видом пошла на борт следом за опасливо проходящими по трапу студентами.

– Господин барон, господин барон! – догнал меня торопливый возглас, когда я уже сам собирался покинуть пирс.

Обернувшись, я увидел, как ко мне, отдуваясь, бежит, а вернее, мелко семенит пузатый, невысокого роста мужчина. Судя по одеждам, он был каким-то чиновником королевского двора не самого крупного пошиба.

– Да? – я остановил на полдороги занесённую на трап ногу, опустил обратно на пирс.

– Вы забыли, – мужчина подбежал ко мне, тяжело дыша, как после марафона, протянул какой-то кругляш.

– Что это? – я повертел в руках довольно увесистую пластину с изображением медвежьей головы.

– Знак учителя, конечно, – пузан достал веер, усиленно им обмахиваясь, – носить на левой стороне груди.

– Ну ладно, – пожал я плечами, – ещё что-то?

– Нет, хотя… – мужчина помялся, затем достал тощий кошель, – это жалование за следующий месяц. Авансом, но имейте ввиду, вам придётся отработать весь месяц, если сбежите раньше, автоматически попадёте в должники короны, а это каторга, независимо от размера долга.

– Эм, и с каких пор такие меры? – поинтересовался я, вновь чуя одним местом грядущие неприятности.

– С тех, как предыдущие три учителя сбежали, не отработав и месяца.

“И на что же я подписался? – мелькнула в голове мысль, – это что ещё за школа такая?”

– Ладно, давайте сюда, – решительно забрал я деньги, – не сбегу я за месяц, можете быть уверены.

* * *

Двигались мы вдоль побережья, гонимые лениво надувающим парус ветродуем, делавшим, на мой взгляд, свою работу из рук вон плохо. Единственный прямой парус едва пузырился, таща нашу посудину с какой-то черепашьей скоростью. Плавание наше грозило затянуться надолго, поэтому, вытерпев пару часов подобного издевательства, я засучил рукава и, отодвинув ветродуя, направил руки на парус, готовясь выдать нормальное заклинание воздуха.

– Стойте, барон! – запоздало прокричал капитан, но заклинание уже сорвалось с кончиков пальцев, заставив парус резко, со щелчком, похожим на выстрел, развернуться во всю свою немаленькую площадь.

Вот только держался он таким недолго. Секунду максимум. А затем, разорванный вдоль и поперёк, просто разлетелся лоскутами, усеяв ими палубу и водную гладь вокруг корабля.

Глядя на белые, кружащиеся в воздухе обрывки, капитан только горестно всхлипнул и зло на меня набычился.

– Я оплачу, – скрепя сердце, ответил я, мысленно подсчитывая, какую брешь в кошельке пробьёт эта незапланированная трата.

– Да что толку от денег! – взорвался, тряся бородой, тот, – у меня запасного нету, хотел как раз после фрахта взять. А теперь что? Где мы его возьмём в чистом море?

Я оглядел горизонт, но нигде, как назло, не было ни одного паруса.

– Может на этих? – осторожно показал пальцем на оставшиеся косые.

– Придётся, – мрачно ответил капитан и шумно высморкался за борт.

Отогнав меня, чтобы я и эти не порвал, он поставил у борта ветродуя, который начал потихоньку сбоку поддувать в паруса, и мы, наконец, стронулись с места. Вот только скорость, и так до этого невысокая, упала ещё вдвое. Относительно маячившего по правому борту берега, казалось, что мы вообще стоим на месте.

Меня такое, понятное дело, не устроило, и я принялся думать, как повысить скорость судна. Впрочем, решение лежало на поверхности. Корабль окружает две среды: воздух и вода. Если мы не можем использовать одну, значит надо обратиться к другой.

Собрав студентов, я обрисовал задачу, пообещав отметить лучшее решение каким-нибудь ценным подарком.

Дружно покивав головами, мои пятнадцать архаровцев засели на корме, принявшись что-то бурно обсуждать, то и дело свешиваясь за борт и разглядывая слегка пенящуюся за судном воду.

Капитан подозрительно косился, но я делал лицо кирпичом и, заложив руки за спину, демонстративно разглядывал носящихся на головами чаек.

Затем от группы отделилась Силлана, бочком-бочком подобралась ко мне и зашептала:

– Профессор, мы тут придумали. Кольцевой поток с двух сторон забирает воду спереди судна, огибает и, завернув, толкает в корму.

– Неплохо, – также шёпотом ответил я, – действуйте.

Неладное капитан почуял не сразу, хитрое заклинание разряжало воду перед носом судна, отводя двумя потоками за корму, поэтому ускорялись, почти не создавая бурунов на разрезаемой килем водной глади. Только когда набегающим ветром косые паруса начало выгибать в обратную сторону, а ветродуй удивлённо опустил руки, не понимая, что такое происходит, хозяин судна понял, что дело нечисто. Правда, не понял причины, сыпя непонятными морскими терминами, а может просто ругаясь по своему. Ну а я наслаждался бьющим в лицо ветром и стремительно меняющейся береговой линией.

Правда, когда ветер превратился почти в шквал, улыбаться стало не очень удобно, а капитан, наконец, держась за поручень, подобрался ко мне.

– Барон, опять ваши штучки?!

– Мы просто помогаем доплыть быстрее, и заметьте, совершенно не трогаем ваши паруса.

Тут капитан не выдержал окончательно, схватил меня за грудки:

– Да ты что, не чувствуешь, какой встречный поток, ещё чуть-чуть и…

Тут совсем рядом затрещало, я рефлекторно присел вместе с капитаном, а мимо нас пролетела, чудом никого не сшибив, переломившаяся у основания мачта. Словно живая, она махала нам на прощание обрывками верёвок и парусов, пока с плеском не рухнула в воду далеко позади.

– Поздно… – прошептал побелевшими губами мужчина и сел на палубу, – последняя мачта.

– Тоже замены нет? – на всякий случай уточнил я и, получив равнодушный кивок, попытался его утешить, – я её тоже компенсирую. Ну поймите, не могу я так долго ползти. Мы же неделю добираться будем. А с нашей помощью суток хватит, как на месте окажемся. Мне ждать так долго нельзя, у меня ведь учёба, опыты, эксперименты.

Я старался объяснить, как мог, капитану свои мотивы. Тот посидел с минуту, рассеяно гуляя взглядом по палубе, а затем, махнув рукой, буркнул:

– А, делайте, что хотите, барон.

Устало поднялся, доковылял к спуску под палубу, где находилась капитанская каюта. На всякий случай проследовав за ним, я осторожно заглянул в приоткрытую дверь и увидел, как он достал полную бутыль рому откуда-то из настенного шкафчика, уселся за стол, откупорил, раскрутил в руке, а затем, опрокинув в горло, влил в себя всё залпом.

– Епть! – только и успел выдохнуть я, как рука безвольно опала, выронив покатившуюся по полу бутыль, а голова мужчины со стуком впечаталась в столешницу, – помер что-ли?

Я быстро забежал следом, с тревогой касаясь капитанской шей, но тут послышался молодецкий храп, и я понял, что он просто спит. Целая бутыль крепкого алкоголя сработала как мгновенное снотворное, напрочь выведя из строя капитана на эти самые сутки, что нам предстояло плыть.

“Лихо он уклонился от проблемы, – подумал я, – а с другой стороны, хорошо: и нам мешать не будет и нервы свои сбережёт”.

Больше нас ничего не сдерживало, оставшаяся команда лишь боязливо поглядывала, не зная, чем заняться, и я, установив очерёдность поддерживающих заклинание студентов, нашёл первого помощника, поставив ему задачу дать знать, когда следует повернуть в нужную нам реку. По прямой-то мы летели любо-дорого, как имперский корвет, но с поворотом выходили сложности. Из-за особенности формирования движущего судно потока, перо руля было напрочь бесполезно, и маневрировать нужно было, как на танке из моего мира, гусеницами, замедляя поток то с одной, то с другой стороны.

Несколько раз по пути нам попадались другие корабли тингландцев, но, завидя нашу лысую, без мачт и парусов, посудину, которая рассекая морскую гладь почти без брызг, мало что не летела, их команды только с разинутыми ртами провожали нас долгим взглядом, не решаясь даже окликнуть.

К вечеру мы добрались до устья реки, сбросив скорость, плавно завернули и вновь стали набирать ход, поднимаясь против течения.

– Господин, – робко тронул меня за рукав старпом, – темнеет, на реке мели, можем наскочить на такой-то скорости.

Доля правды в его словах была, но мне жуть не хотелось растягивать удовольствие сверх положенного, поэтому, кивнув, я расположил на носу нескольких студентов, приказав освещать реку перед лодкой.

– Ничего, – подбодрил я зевающих и хмуро кутающихся в тёплую одежду парней, – всего-то сутки не поспать, ерунда, зато потом, на новом месте, сразу и заснёте, как убитые.

Сам же взял на себя роль капитана и, вглядываясь в подсвеченную мощными светляками тёмную толщу воды, то и дело командовал:

– Левее!

– Правее!

– Снова левее!

В эти моменты приходилось крепко держаться за борта нашей посудины, потому что та, как норовистый конь, начинала рыскать из стороны в сторону, грозя сбросить нас в воду.

Но всему рано или поздно приходит конец. Пришел он и нашему путешествию. Когда забрезжил рассвет, мы уже подплывали к небольшой группке домиков, прилепившихся к реке с узеньким мостиком, перекинутым между обоими берегами, и старпом грустно сообщил:

– Ваша милость, вот она Тенистая Долина.

– А что так невесело? – я хлопнул его по плечу, – всё, нас высадите и пойдёте домой.

Причалив, я тут же проверил количество студентов по головам. Затем споро, с помощью команды, стащили всю нашу поклажу на берег, сложив кучкой сундуки и чемоданы, включая два алхимических стола и один стол для зачарования. Я их тоже пересчитал, а затем снова пересчитал студентов, только уже на берегу. Не хватало ещё забыть кого-нибудь на судне, прикорнувшего на минутку в уголке. Но нет, все были на месте и я мысленно выдохнул, полдела сделано.

Оставался только старпом, продолжавший мяться неподалёку. Я вздохнул. Компенсация. За мачту и паруса. А куда деваться? Нехотя я полез за кошельком.

Но тут утреннюю тишину разорвал треск и стон ломающегося дерева, раздался чей-то истошный крик “Полундра!”, и бот стал как-то странно крениться на правый борт. По палубе забегали и засуетились люди, суматошно прыгая на берег. Старпом изменился в лице.

– Капитан! – бросаясь обратно.

Ну а я, застыв с мешочком монет, медленно убрал его обратно. За целый корабль расплатиться этого было явно мало.

– Не выдержали давления, – авторитетно заявил кто-то из моих, – пока держали заклинанием, держалось, как убрали – всё, перестало держаться.

– Логично, – буркнул я, не поворачиваясь.

Тут на берег спрыгнул старпом на пару с ещё одним матросом, таща не протрезвевшего до конца капитана, и бот плавно завалился на бок, с бульканьем уйдя под воду. Не сильно глубоко, я видел в метре от поверхности его деревянный борт, но утешало это мало.

– Мой корабль, что с моим кораблём? – заплетающимся языком произнёс капитан, кое-как, с посторонней помощью, встав на ноги.

– Он утонул, – непривычно кратко ответил я.

Ну а что тут ещё скажешь.

Мне за такое вовек было не расплатиться, хоть всем карманы выверни, но тут пришла в голову светлая идея. И я, быстро вытащив чистый лист бумаги, накидал письмо Селестине с просьбой капитану бота “Лакриса” выделить средства на покупку нового судна, взамен утраченного в путешествии. На всякий случай пометил, что утрата произошла вследствие испытаний нового магического двигателя. Довольный вручил капитану.

Ему, понятное дело, хотелось живых денег сейчас, но понимал, что столько я не отдам, поэтому грустно забрал бумагу и повёл команду пешком по дороге, что шла от Тенистой к Прилесью. Идти им долго, конечно, но всё, что мог, я сделал.

Ну а мы, разобрав вещи, пошли по тропе на холм, где располагалась сама школа.

* * *

– Это она?!

Я обернулся на девушек, увидел задрожавшие губы Альтины, почти готовой расплакаться, вздохнул и хмуро ответил:

– По всей видимости, да.

То, что возвышалось перед нами, ничем иным, как бараком, я назвать не мог. Пусть в три этажа, но барак. И прилепившаяся сбоку башенка на этаж выше. Всё это из почерневшего от времени дерева, с оконными проёмами, закрытыми грубыми ставнями.

Тут дверь барака распахнулась, выпуская наружу сутулую фигуру в ватнике, семейных трусах и валенках на босу ногу, что, ёжась от утреннего холода, быстро оббежала барак, и заперлась в стоящей чуть на отшибе такой же потемневшей деревянной будке. Ошибиться в её назначении было нельзя.

– Туалет типа сортир, – пробормотал я, – эм и жо. Ну что за жо…

Глава 6

Дверь сортира распахнулась, вновь явив нам позёвывающего ученика. Судя по молодому лицу, на преподавателя он не тянул. Потянувшись, он раскрыл зажмуренные глаза и встретился взглядом с нами. Наступила немая пауза.

– Ох ё! – только и вымолвил он, запахивая ватник, и поскакал обратно к бараку. Распахнув дверь, заорал куда-то в глубину:

– Приехали!

После чего скрылся внутри.

Я переглянулся со студентами, затем спросил у нашей принцессы:

– Тания, а ты знала, что оно тут вот так?

– Нет, профессор, – замотала та головой, сама во все глаза глядя на открывшуюся действительность.

– И почему я не удивлён?

Спустя минут пять, пока мы стояли, продолжая разглядывать наше новое место обитания, из двери барака показался десяток учеников, всё в тех же ватниках, валенках и ещё штанах, живо напомнив серостью одежд и отчётливой казённостью каких-то заключённых. Мы разглядывали их, а они нас.

– Кхым, – кашлянул я, понимая, что разговор начинать придётся мне, – здравствуйте, ученики, я новый преподаватель школы, профессор Локарис.

– Ух ты, профессор!

– Настоящий?!

– Ничего себе!

Послышались удивлённые возгласы, и я вымученно улыбнулся, дела тут, похоже, были ещё хуже чем я себе представлял.

– А где другие преподаватели школы?

Но на мой вопрос ученики только недоумённо переглянулись, затем один, выглядящий постарше, ответил:

– Нет других, преподаватель один, теперь это вы. А старый неделю назад уехал.

У меня начал непроизвольно дёргаться глаз.

“Ну, Селестина… – я медленно закипал внутри, – ну, я тебе припомню”.

Хотя, конечно, злиться надо было больше на себя самого. Я же сам напросился в их школу. Но кто же знал, что это не школа, а непойми что. Я даже какого-то подходящего сравнения не мог найти тому, что увидел.

– Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения. Да, познакомьтесь, это студенты второго курса академии, с этого момента они тоже будут учиться здесь.

– Ух ты, академские!

Школьники с жадностью уставились на моих спутников. Я же в свою очередь принялся разглядывать их самих. Их действительно было десять, но если по началу мне показалось, что это все парни, то сейчас я понял, что ошибся, среди них были и две представительницы прекрасного пола, в силу одинаковой одежды почти неотличимые от своих товарищей.

– Всё, – прервал я вновь наступившую неловкую паузу, – давайте вовнутрь, что ли. Посмотрим, как вы тут живёте.

Но внутри оказалось ничуть не лучше чем снаружи. Первый этаж был разделён на два больших зала, первый, как объяснили мне, был, собственно, помещением для занятий, что было понятно по примитивно сколоченной кафедре и партам с лавками, а второй – столовой с большим камином и двумя длинными столами. Кухни не было, но местные объяснили, что готовкой занимается тётя Сарах, которая живёт у реки, она и приносит еду три раза в день.

Камин был сложен из грубо подогнанных камней и являлся единственным источником тепла на всё здание. Под моим задумчивым взглядом, подойдя к крупной поленнице, один из учеников тут же подкинул дровишек. И никаких магических светильников. Только под потолком висела странная люстра, словно собранная из рогов животных и утыканная огрызками свечей.

Я только качал головой, натыкаясь на очередные свидетельства местной бытовой отсталости. И это школа магии…

Там же, в столовой, сбоку у стены была лестница на второй этаж. На нём и на третьем располагались жилые комнатки для учеников. Ну хотя бы там они были индивидуальные, не общий барак на двадцать – тридцать кроватей, как я по началу боялся. Не фонтан, конечно, узкие пеналы с окошком в торце, из мебели имевшие лишь кровать, тумбочку и сундук с покатой крышкой для вещей. Ни стола, ни шкафов не было, да и не влезли бы они туда, стоит признать.

Парни жили на втором, а девушки на третьем, так было до меня, я одобрил подобное разделение и дальше, свободных комнат вполне для этого хватало. Оставив студентов и примкнувшую к ним Ланику заселяться, рассудив, что справятся без меня, я пошёл проверять башню, предназначенную для преподавателя.

Та была пристроена к торцевой стене с камином и тоже использовала его каменную трубу для обогрева. Правда, чтобы войти туда, мне пришлось обойти здание снаружи, потому что изнутри почему-то входа не оказалось.

Пока обходил, наткнулся ещё на один домик, поменьше, спрятавшийся за зданием школы. Сначала думал, что это какой-то сарай, но заглянув, понял, что это баня. Достаточно большая и, вероятно, регулярно используемая. Ну правильно, ванных-то тут нет, где ещё мыться?

Вход в преподавательскую был заперт неожиданно на магический замок, но стоило поднести выданную бляху, как тот немедленно открылся, впуская меня внутрь.

Правда, первое, на что я наткнулся, войдя, это на кучу пустых бутылок из под вина и большой лист бумаги, пришпиленный к стене. На нём неровно крупными буквами было написано:

“Умрут надежды и мечты,

И ночь сольётся с днём.

Все чаяния мои пусты,

Я заливаю их вином”.

– Поэт, однако, – покачал я головой.

Отодвинув с пути бутылки, прошёл по лестнице на второй этаж. Стол, шкаф с книгами, лавка у стены. Видимо, кабинет. Заглянул на третий – кровать, тумбочка, платяной шкаф. Понятно, спальня. На четвёртом обнаружился алхимический стол и заклинательная сфера по-видимому для личных изысканий, а значит такое же, но для школьников, я закупил не зря.

Спустившись вновь на третий, я осмотрелся ещё раз и нашёл под кроватью ночной горшок. Брезгливо толкнул ногой от себя. Нет, первым делом надо было решать с нормальной канализацией, не дело это бегать в будку на улице и ночью с горшками возиться.

Тут снизу кто-то постучал и я, спустившись, встретил замерших на пороге студентов.

– Профессор, ваши вещи.

– Спасибо, Бари, – кивнул я парню, забирая сундук с чемоданом, – а вот это оборудование не сюда, а в класс. Где-нибудь в уголке поставьте пока.

Проводив их, ещё раз оглядел доставшееся хозяйство и нахмурился. Не знаю, почему здесь всё было организованно так, и никто до меня не подумал это исправить, но на мне этот бардак закончится. Не будь я барон Локарис-Марнгаузе, профессор магии и магистр Ордена паладинов.

Снова с ребятами мы встретились через полчаса в столовой. Когда я зашёл, то увидел, что все уже ждут, рассевшись по двум столам, и внимательно смотрят друг на друга.

– Ну, здравствуйте ещё раз, – я улыбнулся школьникам, разглядывая их более внимательно.

Не знаю как по возрасту, но внешне тингландцы ничуть не уступали моим студентам, наоборот, парни были ощутимо крепче, широкоплечие, с массивными кулаками. Да и две представительницы прекрасного пола тоже от них не отставали. Сидевшие на них сарафаны подчёркивали крупную грудь, а русые волосы были сплетены в тугую, в руку толщиной, косу. Да, в таких руках не посох мага, а меч и щит, а то и молот боевой смотрелись бы куда органичней.

– Ланика, – я нашел взглядом помощницу, подозвал, – подойди.

– Итак, с этого дня в школе магии Тенистая долина я, профессор Локарис, буду осуществлять ваше обучение. Это мой адъюнкт, – магэса Сильф, которая будет помогать с учебным процессом, её распоряжения имеют для вас ту же силу, что и мои, – говорил я в основном для местных, потому что студенты академии это и так понимали.

– Простите, профессор, а мы будем обучаться вместе? – подняв руку, спросил один из тингландцев.

– Ваше имя?

– Брорн.

Я чуть кивнул.

– Нет, Брорн, хоть я и не в курсе уровня ваших знаний, но рискну предположить, что он отличается от уровня студентов второго курса, поэтому вы также будете заниматься отдельно. Хотя я постараюсь ваш уровень поднять до как можно более близкого состояния.

Кто-то из студентов фыркнул, и я тут же неодобрительно посмотрел в их сторону.

– Господа, если кто-то решил, что уже всё знает и умеет, то я с удовольствием этого несомненно талантливого без пяти минут мага отпущу для самостоятельного изучения дисциплин. Потом, в конце семестра, сдадите мне экзамен, и всё. Если получится, конечно.

Желающих не было, поэтому я вновь посмотрел на школьников:

– Не переживайте, сделаем из вас магов, не хуже других.

– Вряд-ли, профессор, – вдруг произнёс Брорн, – у нас очень мало магических сил. Нам все это говорят.

Я тоже слышал, что школы – это для совсем уж слабаков, но мне не верилось, что всё так плохо, поэтому, секунду подумав, я произнёс:

– Ланика, возьми студентов, сядьте в соседнем классе. У них со второго курса сопромаг начинается, сможешь вводное занятие провести? Держи учебник, вот отсюда общую часть.

– Хорошо, профессор, – кивнула та, принимая книгу из моих рук, – я проведу.

Дождавшись, когда она со студентами скроется за дверью, я вновь обратился к школьникам:

– Итак, давайте проверим, что у вас там с силами. Начнём с сотворения базовых заклинаний.

И вот тут меня ждал он – самый настоящий облом. Потому что парень, оказывается, совсем не шутил. У них действительно было очень мало магии. Внутренний резерв был микроскопическим, если не сказать больше. Какое там заклинание огня, максимум, на который их хватало, это небольшой огонёк в ладошке на несколько секунд. И так не только с огнём. Правда, получше было с заклинаниями, направленными на себя, но про что-то бытовое, полезное стоило забыть раз и навсегда.

– И откуда вы только такие вышли? – изумлённо пробормотал я, впервые столкнувшись с такой аномалией.

– Мы из горных общин, – ответила одна из двух девушек, которую звали Гудрун.

– Горцы? – я вспомнил, что мне про них рассказывала Селестина, – это вас королевство на учёбу забрало?

Если честно, то особого смысла чему-то обучать этих юношей и девушек я тоже не видел. Не потому, что у меня руки опустились, а потому что с таким малым резервом из них даже санмагиков подготовить было нельзя. Они почти ничем не отличались от обычного человека, их магический резерв был скорее насмешкой над магией. Их стало даже немного жаль. И я понял, почему учителя здесь не задерживались. Смысл их учить? Даже если они разберутся в теории, в практику они не смогут её преобразовать никогда. Скорее уж им надо было бы поискать место среди обычных людей, чем вот так.

– Нет, – хмуро вклинился Брорн, – из-за магического дара нас выгнали из общины.

– Выгнали?

История школьников, очень неохотно рассказанная мне, оказалась ещё более дикой, чем я думал. Горские общин были закрытым обществом, со своими правилами и укладом и даже отношением к магии. Магию горцы не любили и к магам относились настороженно, а своих с даром и вовсе изгоняли. По местным поверьям горцы считали, что в Катаклизме повинны маги, и магия приближает новый Катаклизм. И объяснять им, что дар у этих юношей и девушек практически отсутствует, было бесполезно. Вот и организовало королевство школы для бедняг, резко оставшихся без поддержки общины. После стандартного, а вернее формального, обучения их пристраивали куда-нибудь во флот, и на этом роль школы заканчивалась.

Я почувствовал лёгкий укол совести. Сидящие передо мной школьники были не виноваты в том, что оказались здесь. Формально дар у них был, а значит обучить их были обязаны. Вот только обучать их надо было как-то по-другому. Для них нужна была своя, особая программа, которую, правда, необходимо было ещё придумать.

– Всё мне с вами ясно, – произнёс я, сделав пометки в журнале, – будем работать. То есть учиться.

– Вы не откажетесь от нас? – недоверчиво уточнил Брорн.

– Нет, – я улыбнулся, – конечно, нет. То, что вы не можете колдовать полноценно, совершенно не означает, что вы ничего не можете. И вот как раз этим, выяснением, что вы можете, мы и займёмся. Но сначала мы улучшим бытовые условия в нашей школе. И вообще, теперь это будет не школа, а магический колледж “Теневая долина”.

Ещё раз обдумав пришедшую в голову мысль, я довольно осклабился:

– Мы изменим тут всё.

* * *

Легко сказать – изменим всё, но я решил подойти к делу основательно. У меня тут как-никак рабочая сила в числе пятнадцати студентов и десяти бывших школьников, последних из которых можно смело использовать как физическую силу. Все парни умели работать с деревом, поэтому первой задачей я поставил строительство внутренних туалетов. Да, никаких уличных будок, комфорт и санитария. Пара студентов у меня как раз практику в санмагиках проходили, их я заставил наладить систему удаления отходов со всех этажей, по две кабинки для каждого пола и ещё отдельную кабинку для себя в пристройке.

Стройматериал мы взяли в ближайшем леске, с помощью магии заготовили и откалибровали брус и доски, а наши горцы споро из него собрали отхожие места внутри, чуть ли не быстрее сработав топорами, чем остальные магией. Всё как положено, с лавочкой для спокойных дум и дыркой посередине.

Затем чуть ниже по склону холма отрыли большую, такую основательную выгребную яму, куда вывели трассы сброса отходов, а затем сверху её закрыли, упрочнив борта и крышку из части вынутой земли.

Но это был только первый этап. Вторым я вознамерился обеспечить всё здание теплом и светом. После чего посадил студентов клепать магические светильники. На самом деле дело не хитрое. Нужен только артефактный аккумулятор, и для обычного светильника вполне подошли куски камня, на который мы наткнулись, копая выгребную яму. Обтесав гранит примерно до размера кулака, получившуюся основу вставляли в простой деревянный держак, а затем внедряли внутрь паутину заклинания “Свет” и запитывали маной. Объем выходил небольшой, до разрядки должно было пройти не больше недели, но это уже было что-то. Трёх десятков таких светильников хватило, чтобы обеспечить приемлемое освещение всего здания.

Ну а тепло я решил гонять от камина по кругу, сделав для воздуха небольшие проницаемые окошки в стенах, по трассам, сходным с водопроводными.

Видя получившиеся изменения, горцы только ходили да качали головами, не веря, что такое возможно. А в самый разгар работ ко мне пришла делегация из деревни.

– Никак учитель новый?! – поинтересовался убелённый сединами старец, опиравшийся на узловатый посох и, чуть прищурившись, меня разглядывающий.

Одет он был в лёгкий тулуп, валенки, с классическим треухом на голове. А за ним следом выстроилось ещё с десяток селян, с любопытством оглядывающих затеянную нами стройку.

– Он самый, отец, он самый, – кивнул я, – профессор магии, барон Локарис-Марнгаузе.

– Ешкин кот! – только и крякнул старец, – цельный профессор, да ещё и барон. Ты смотри, нашим недорослям-то какого учителя привезли. Неужто взаправду чему учить решили? Ваша милость, вы уж не серчайте, что вас не встретили как подобает. Видать рано вы прибыли, мы только сейчас спохватились.

– Не страшно, – махнул я рукой, – вы-то сами кем будете?

– Ух, господин профессор, вы ко мне как к благородному, на вы, – покачал головой старец, – староста я местный, дед Вадрон, следить, значится, за школой поставлен.

– Уборка территории, готовка, стирка и прочее – это, я так понимаю, за вами?

– Всё так, ваша милость, – покивал старец, – только я смотрю, учеников что-то прибавилось.

– Да, со мной ещё пятнадцать приехало и моя помощница, – улыбнулся я.

– Ох тыж, и как такую ораву прокормить-то? – запричитала какая-то бабка, видимо, та самая кухарка, но дед её оборвал:

– Не голоси, разберёмся, господин профессор, сразу видно, настоящий маг, придумает чего.

– Придумаю, – кивнул я, – обязательно придумаю.

Глава 7

Не сказать, что здание преобразилось с нашим вмешательством, оно всё также выглядело, как барак для заключённых, но жить и учиться в нём стало куда удобней.

Что до учебного процесса, то я решил так и оставить две учебные группы в новообразованном колледже: “А” из бывших студентов академии и “Б” из местных горцев.

Проблема была только в том, что класс был один. В перспективе необходимо было сделать пристройку к зданию, где добавить помещение под ещё один класс. Либо туда перенести столовую, а класс сделать в комнате с камином. Пока, собственно, так и поделили, Ланика давала теорию прилежно записывающим за ней местным, а я в соседнем классе работал со студентами по новой теме.

– Профессор, – меня обступили девушки, стоило только войти в класс.

– Да, что случилось? – я внимательно оглядел взволнованные лица, – какие-то проблемы?

Девушки замялись, переглянулись, не решаясь начать, наконец, Силлана, как староста, произнесла первой:

– Профессор, а мы здесь весь учебный год проведём, вот в этой деревне?

И тут я понял, что их так взволновало. Мне самому как-то такое в голову не приходило, что привыкшие к городу и тем благам, что он даёт, местные условия студенты воспримут, как ссылку или каторгу. Это для меня магия – всё, и больше особо ничего не нужно, а для них без привычных развлечений, гулянок, шумных сборищ и городской суеты тут скоро жизнь адом покажется.

Похоже, проведя ночь на новом месте, они это прочувствовали в полной мере. И теперь пытались услышать от меня хоть какое-то опровержение. Что не всё так плохо, как они себе напридумывали.

Вот только всё и правда было так плохо. Вот только говорить им этого нельзя было категорически. Иначе через пару месяцев все студенты сбегут, одни горцы останутся, они-то привычные.

– Нет, конечно, – как можно уверенней ответил я, – во-первых, тут не так далеко Прилесье, крупный районный центр, куда мы обязательно выберемся, и каникулы никто не отменял, да и тут мы много чего интересного сможем организовать.

– Правда?

– Правда-правда. Это только по началу будет казаться, что вас заслали в беспросветную глушь. Но на самом деле с магией можно в любом месте отлично устроиться. Через месяц вы это место даже не узнаете.

Вроде успокоил. Но стоило девочкам отойти, как подошли мальчики.

– Бари, Авсан, Маршуш, Тар, – поприветствовал я неразлучную четвёрку. За время, проведённое дома, они успели вновь сдружиться. Всё-таки совместно пройденные испытания, они сближают. Да и причина их разлада осталась в столице королевства. Я имел в виду их матерей.

– Профессор, мы тут спросить хотели, – замялся Бари.

На него это было непохоже, всегда такой решительный малый и вдруг мнётся, как девочки перед этим.

– Я тебя не узнаю, где тот резкий и дерзкий парень, что не побоялся разрушить тёмный ритуал на базе древних? Давай, говори прямо, что хотел, – подбодрил я его.

– Может мы вам поможем в ваших исследованиях?

Спросил и смотрит с опаской, словно я, услышав такое, тут же разозлюсь и начну их гнать ссаными тряпками. Изумлённо на них воззрившись, я расхохотался.

– И только? Конечно, можно, я даже буду рад. Давайте так, пару дней мы определимся с программой подготовки, дорешаем бытовые вопросы и тогда уже обстоятельно поговорим по исследовательским программам. Согласны?

– Да, – кивнули все четверо.

Пройдя к доске, я дождался, когда все рассядутся, опёрся о заскрипевшую, рассохшуюся от старости кафедру, мысленно пометив, заменить и её, и произнёс:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.