Джульетта Янг
Клятвы Теней

Пролог

Альберт Норт сидел за дубовым столом, подперев рукой голову, с поседевшими волосами и медленно листал документы. Все, как всегда. Имена. Одни имена. Сколько еще жизней он должен отнять, чтобы искоренить всю ту тьму, что нависла над миром? Сколькими судьбами он будет еще жертвовать во «благо» высшей цели?

Он силой сжал карандаш, которым зачеркивал тех, кто уже пал от его рук и тот издав тихий хруст, разломился на двое. На его лице засели глубокие морщины, а некогда светящиеся энтузиазмом золотые глаза потухли, оставив лишь тень былого величия. В душе у него бурлила ненависть и злость, подпитываемая горечью предательства, но его осунувшееся лицо не выражало ни одной эмоции. Они лишь мешали. Сеяли смуту в душе, разрывали сердце, делали его мягким и слабым. А как он знал слабость – верный путь к проигрышу. А поэтому, сегодня он в последний раз пожертвует всем, чтобы прекратить череду страха и боли. Только бы у него хватило сил.

– Все готово, Мун Норт, – голос помощника вырвал старика из раздумий. Коренастый мужчина в длинной алой рясе показался из-за двери и кротко кивнул, из-за чего его огромные очки съехали на кончик носа. – Все ждут вас в главном зале.

Пора.

Альберт силой втянул спертый воздух, напитанный старыми пыльными запахами книг и свитками и встал. Его такая же алая ряса, отличающаяся лишь россыпью золотых нитей, расшитых по низу, качнулась в такт шагов, создавая ощущение пролитой на черный мрамор крови. Именно ее он снова собирался пустить.

Темные коридоры храма были холодны как никогда. Звуки тяжелых шагов отдавались по стенам гулкими ударами, проникающими вглубь души. Поворот за поворотом они углублялись все дальше, вниз к самому сердцу храма, служившему опорой и пристанищем для всех заблудших душ.

Все во благо мира.

Он повторял эти слова как мантру, стараясь поверить в искаженную им правду.

Впереди показались большие деревянные двери, украшенные нефритовым камнем в виде головы совы в середине. Двое мужчин, охранявших двери поклонились приближающимся Альберту и его помощнику и отворили их, пропуская в огромный круглый зал.

Все советники, бурно обсуждающие предстоящее “очищение” от грехов, мгновенно замолчали, обратив все свои взгляды на вошедших. Зал, выполненный из белого камня, с золотыми узорами напоминал гробницу. Вдоль стен тянулись высокие постаменты с подсвечниками и зажженными в них уже свечами. В центре стоял широкий алтарь, накрытый алой атласной тканью. С боку от него стоял низкий стол из белого дуба, на котором в особом порядке стоял высокий хрустальный кубок и ритуальный нож лезвие которого было выполнено из чистого серебра. На алтаре лежала молодая девушка. Ее длинные каштановые волосы россыпью спускались по алтарю вниз, руки и ноги прикованы железными цепями. Небесно-голубое платье свисало с исхудавшего бледного тела.

Альберт медленно прошел к алтарю, беря в одну руку нож, в другую кубок. Девушка, казалось, не замечала его. Покрасневшие от долго пролитых слез теперь были сухими и пустыми.

Он слышал, как громко бьется ее сердце, как с ее губ слетают слова единственной молитвы, что она согласилась выучить тогда, еще в далеком прошлом. Кто же знал, что ей придется вот так завершить свой земной путь. Тогда она бы пошла по пути света? Служила ли своему богу? Может тогда она бы не свернула с дороги, не ответила на зов и не носила бы в себе дитя тьмы, способное уничтожить весь мир.

Альберт тяжело вздохнул. Он не знал на эти вопросы ответов. И теперь никогда не узнает. Он быстро оглядел бедняжку и не мог понять, что же изменилось. Что-то стало другим. Мужчина нахмурился и еще раз пробежался по ее телу обеспокоенным взглядом. С каждой секундой тревога нарастала в душе, выкрикивая предупреждения. Лицо быстро меняло цвет с серого на бледный, а ладони стали липкими и скользкими, когда его взгляд зацепился за ее плоский живот.

В глазах потемнело, а в ушах зашумело, словно его огрели по голове. Ледяной ужас сковал его тело, не давая пошевелиться. Вокруг зашептались.

– Где ребенок? – Он вздрогнул от своего незнакомого хриплого голоса. Девушка подняла на него глаза и легкая улыбка тронула ее бледные потрескавшиеся губы. – Что ты наделала!

– У нее прекрасные золотые глаза, совсем как у тебя. – Она шептала. Каждое слово давалось с таким трудом, лоб покрылся испариной, но лицо выражало умиротворение. – Она там, где вы не сможете ее достать. Она с ним. Он позаботиться о ней.

– Глупая девка! Что ты натворила? Ты дала жизнь тьме.

– Нет. Я дала жизнь своей дочери.

Лицо Альберто исказилось. Она и не представляла какую ошибку совершила и что теперь будет, но он знал. Тьма пустила свои корни и теперь медленно разрасталась по всей земле, отравляя ее. Блеснуло лезвие.

– Да простят тебя предки наши. Грехом отпускаю, спи спокойно, дочь моя.

Глава 1

– Чёртова келпи, – я процедила сквозь зубы, когда с болью оторвала ткань новой блузы от кровоточащей раны на предплечье. – Чтоб её рыбы загрызли!

Рукав с треском порвался и полетел под старую немытую раковину, а я с грустью наблюдала, как мои честно заработанные деньги и пытки в двухчасовой очереди медленно опускались на заплёванный кафель. Я бросила в раковину окровавленный ватный диск и судорожно выдохнула, когда боль от настойки перестала пульсировать. Я никак не хотела обращаться к магии. Только не к ней, когда она могла выйти из под контроля. Но раны полученные от келпи, так просто не заживут. Особенно на теле полукровки.

Крепко зажмурившись, я приспустила заслон, удерживающий поток силы. Нить струящаяся от разума к сердцу, натянулась и я сосредоточилась сильнее. Тело начало трясти, пока не почувствовала легкую волну прохладной тьмы, наполняющую вены. Рана стала затягиваться, принося долгожданное облегчение.

Но шрам все же останется.

Короткий выдох разочарования слетел с губ, и я устало оперлась о бортики раковины. Та, под напором издала протяжный стон и, грозясь рухнуть мне на ноги, покачнулась. Я взвизгнула и отпрянула от неё на добрые три шага, и стукнулась спиной о холодную стену. Злость и обида захлестнули разум, и почти сбила с ног. Рана пульсировала, но боль уже отступала, и я могла наконец глубоко вдохнуть. Мне хотелось кричать и бить кулаками, лишь бы выплеснуть всё накопившееся напряжение за последний месяц.

Три смерти на территории людей, три бескровных тела, и ни одной зацепки. А последняя надежда, на которую я уповала, с треском разбилась о треклятые острые зубы маленького монстра, когда я всего лишь спросила о случившемся. И какой демон её укусил? В голове продолжали мелькать обрывки воспоминаний, а рана ныть.

Я же всё просчитала! Всё разузнала, даже смогла найти этот чёртов проход в их логово, чтобы что? Просто оказаться покусанной? Да ещё и с испорченной рубашкой, которую так любила. Чёртова келпи!

Озлобленный рёв вырвался из груди, подобно зверю, и я ударила по стене кулаком. Отдача пришла сразу. Костяшки заныли, а вибрация прошлась по всей руке и болью взорвалась в предплечье.

Растирая ладонь, я прошла к месту, служившему подобием напольной ванны, и включила холодную воду. Из душа потекла грязная ржавая вода. Подавив рвотный позыв от противного запаха, я стянула с себя остатки одежды, и тело мгновенно покрылось мурашками. Ступив на ледяной пол, я подставилась под режущие струи воды и тут же расслабилась, позволив воде унести переживания и тревоги.

Вымывшись, насколько здесь позволяла вода, я завернулась в полотенце, любезно предоставившее мне горничной, и вышла из душа, оставляя на плитке мокрые следы. Вторая комната встретила меня полумраком и перегаром, доносившимся из соседнего номера. Я уже множество раз пожалела, что согласилась на предложение Кая снять номер в этом богом забытом месте, где по его мнению, меньше всего людей. Мысленно представляла роскошный номер с выходом на море, чистый воздух и нормального цвета воду, в широкой белоснежной ванне, где можно было понежиться после трудной работы. Но вот перед глазами был затхлый номер старого мотеля на окраине пересечения дорог. Маленький пластиковый столик, с таким же стулом, грязные окна, которые, по всей видимости, не открывали уже очень давно, старая кровать, накрытая тканевым серым покрывалом и одним-единственным комодом. Как ещё существовал этот мотель, для меня осталось загадкой, как и то, что он построен на месте, где пересекались два мира, один из которых явно не желал быть увиденным.

Откинув нависшие на лицо мокрые пряди каштановых волос, я прошлёпала к столу. На разбросаны бумаги, карты и фотографии всех тех жертв, которые мы смогли найти, падали капли воды с мокрых волос. Я достала из-под завала тонкий листок, на нем от руки нарисованы линии, соединяющиеся в улицы и тайные проходы. Я разложила его поверх остальных, где красными точками отмечены места, где нашли тела погибших людей. Между ними нет никакой связи, их просто убивали. Взяв рядом валяющийся красный маркер, я нанесла на импровизированную самодельную карту новую точку и отступила, разглядывая получившуюся картину. Но ничего так и не смогла увидеть. Я со злостью швырнула листок обратно, и он подобно белой снежинке закружился и упал на пол. Скрипнув зубами, я крепко сжала кулаки и ногти тут же впились в кожу.

«Эмоции – твой главный враг» – прогремели у меня в голове последние сказанные мне слова отца. На следующий день, я сбежала. От воспоминаний по коже пробежался холодок, и я постаралась отогнать непрошеные мысли прочь. В чем-то он оказался прав. Эмоциями я не смогу добиться результата. По крайней мере, не того,которого хотела.

Я села на стул, прикрыв глаза, и стала думать. Хотя, честно признаться, думать мне совсем не хотелось, особенно после этой злосчастной встречи с келпи. Все жертвы – люди, их ничего не связывало, кроме одной маленькой особенности – они все были обескровлены. Либо в городе орудует вампир, что мало вероятно, их попросту не существует, либо злобные волшебники решили воскресить своего предводителя, что невозможно. Ведьмы давно не высовываются, следя за всем происходящим как молчаливые наблюдатели, управляя всем со стороны. А других магов я не знала.

Усмехнувшись, я посмотрела в запотевшее окно. За ним виднелся чёрный лес. Люди давно смирились, что они не одни. Им просто не дали шанса поверить в свое превосходство, когда границы миров пали и в простой смертный мир хлынули бессмертные. Миры столкнулись и вышло, что имеем: бесчинства и ужас, который вселял в смертных волшебный народ, заставил ополчиться на них. Шли многолетние войны, пока стороны не сошлись на мирном договоре и поднятии завесы. А когда всё встало на свои места и пришло смирение, кто-то решил нарушить хрупкое равновесие.

За окном поднялся ветер, трепал ветви деревьев, он наклонял их, выгибал к земле. Одна из таких веток с шумом ударилась в окно, и я вздрогнула от противного скрежета. Люди слишком доверились своим новым соседям, из-за чего стали страдать. Даже пятисотлетний договор стал не помехой для тех, кто хотел навредить. И это жутко раздражало.

Я встала со стула и подошла к окну. Полотенце сползло чуть ниже, оголяя ключицы, влажные волосы коснулись спины, отчего пробежали мурашки. Липкое ощущение тревоги поселилось в груди и когтями скребло органы, пытаясь добраться до само́й глубины. Бросив мимолётный взгляд в окно, я напряглась. Моё зрение и слух определенно превосходит человеческое, как и фейское чутье, которые люди чаще всего называют шестым чувством, и все они, как один твердили: здесь опасность.

Внизу перед самым входом в мотель, я заметила чёрную фигуру, не похожую на обычного человека. Достаточно высокий, худой, с очень короткими чёрными волосами и его голая на руках кожа светилась серебром при свете луны. Он стоял, прислонившись к передней стене почти возле самых дверей. Расслабленная поза, руки скрещены на груди, а одна нога подпирала стену. Он кого-то ждал или, быть может, выжидал. Я не заметила, как придвинулась вплотную к стеклу, медленно вдыхая осевшую пыль на подоконнике. Словно почувствовав, что я смотрю на него, незнакомец поднял голову и я тихо выругавшись, отпрянула. Два черных горящих глаза и едкая ухмылка. Внутри все противно сжалось от нахлынувшего ужаса и воспоминаний.

Один из прихвостней отца, не скрывал своего отвращения ко мне, желал причинить как можно больше боли. И тогда, когда мне было всего десять лет и я впервые познала вкус тьмы.

Всё внутри вопило, чтобы я убиралась отсюда как можно скорее. Но я не могла. Где-то там бродил Кай. Он ещё не вернулся, а значит, оставлять его здесь было бы также безрассудно и опасно. Для него.

Я уже обдумывала план и лихорадочно скидывала все бумаги в дорожную сумку, когда за дверью услышала какой-то шелест. Я напряглась и потянулась рукой к лежащему на краю стола кинжалу. Холодный металл приятно лёг в руку, придавая уверенности, что смогу нанести удар первой и выиграть время.

Дверная ручка затряслась, щелкнула, я напрягла руки, готовясь кинуться вперед. Секунда и хлипкая дверь поддалась, с шумом распахнувшись. Клинок сверкнул в свете тусклой лампы и вошел точно в дверной косяк рядом с головой гостя.

– Какого чёрта ты творишь? – громкий бас сотряс комнату, наполняя запахом хвои и горячей картошки фри. Я судорожно втянула воздух, прикрыв рот ладонью, и от страха широко распахнула свои глаза. В дверях стоял Кай и тихо себе под нос Полный поднос с фастфудом из ближайшей забегаловки раскачивался у него на руках, норовя рухнуть на грязный пол. Все же поймав равновесие, он поднял на меня взгляд и тихо присвистнул. – Если ты планировала так меня соблазнять, то советую в следующий раз встречать в кровати, без оружия… и, желательно, такого отвратительного полотенца. Откуда ты его стащила?

– Придурок, – вырвалось у меня, когда я поняла, в каком положении сейчас нахожусь. Моё лицо моментально нагрелось, и когда я увидела довольную улыбку на лице этого идиота, то уже не могла понять: то ли мне прибить его сразу, то ли заставить помучиться? На мое замешательство он громко расхохотался и прошёл в комнату, закрывая за собой дверь.

Схватив чистую одежду, я вернулась в ванную и быстро переоделась. Комната наполнилась соблазнительными ароматами и заставили меня немного успокоить нервы и даже расслабиться. Химер продолжал стоять у входной двери с подносом. Я гордо прошагала к нему, и выхватив свою порцию манящей еды уселась на кровать. Кай примостился рядом, отчего кровать протяжно заскрипела под нашим весом. Откусив большой кусок от гамбургера, я застонала от нахлынувшего блаженства. Почти сутки без еды сделали своё дело, лишив меня рассудка.

– Что это? – тихо произнёс Кай, дотронувшись до ноющей раны на предплечье. Я вздрогнула и повернулась к нему. В его глазах читалась злость, отчего мне стало не по себе. Стараясь придать этому как можно меньше внимания, я лишь пожала плечами и снова откусила булку. Завтра здесь уже будет лишь бледный шрам, напоминающий о самой глупой и нелепой схватки в жизни.

– Просто неудачно сцепилась с келпи, когда пыталась выяснить, что она знает о жертвах, но та не захотела со мной разговаривать. Порвала мою новую блузку и царапнула. Но всё хорошо, правда. Завтра уже всё заживёт.

Кроме блузки, которая пошла в мусорку после первого же выхода в свет. Обидно. Доев вредную пищу и большими глотками осушив стакан колы, я бросила обёртки в импровизированное мусорное ведро и вытерла тыльной стороной ладони рот, очищая его от крошек.

– С тобой точно всё в порядке? – я редко слышала в его голосе нотки беспокойства, но сейчас Кай находился весь на взводе, готовый вцепиться в глотку любому, кто встанет у него на пути, чтобы защитить меня.

Мне это льстило и иногда забавляло, но в последнее время, его чрезмерная опека сводила с ума.

Стоит только произойти чему-то ужасному или вопиющему, как в его глазах вспыхивает этот чёрный огонь. С самого первого дня, как я попала в дом к химерам. Вечным стражам порядка между фейри и людьми. Голос человечества, борцы за права смертных. Так они описывают свою многолетнюю организацию. Но кто они и как появились, никто не знает. Лишь одно известно наверняка, в них течёт кровь светлых богов, и по силам химеры не уступают даже высшим фейри.

– Да, всё хорошо, правда. Просто небольшое недоразумение. – Ложь. Меня всё это выводило из себя, каждый мой шаг, дающийся так тяжело и всё без толку. Люди погибали от рук монстров. Я тряхнула головой, отгоняя мысли прочь, и улыбнулась. В конечном счёте, каждый день кого-то убивают, да и сами люди порой бывают не лучше монстров. – Что на этот счёт говорит Эббот? Я знаю, ты уже наверняка созванивался с ним.

– Да, звонил. Ничего путного тоже не выяснил. Ему это не нравится. Очень. – Кай опустил взгляд на свой стакан с недопитой газировкой, и хриплый выдох сорвался с его губ. – Он боится за тебя. Все эти смерти связаны с миром фейри. Совет, как ты знаешь не одобряет его политики насчёт союза между расами. Он боится, что…

– Совет потребует отстранить меня от работы или ещё хуже сослать обратно в волшебный мир? – я закончила за него самую гнетущую за последний месяц мысль. Да что там, я сама об этом стала часто думать. И чем больше эти домыслы врезались в сознание, тем дурнее становилось. Он поднял на меня медовые глаза, и я готова поспорить, что увидела в них столько боли и страдания, что сердце невольно сжалось в тугой комок. Нам не следовало становиться напарниками. – Всё хорошо, не переживай, мы что-нибудь придумаем.

Сколько раз уже за это время я произнесла слово «хорошо»? Десять? Сто? Ничего не было хорошо. Никто из моей старой жизни никогда не имел ни малейшего интереса ко мне. Всё, чем я была для них – огромной занозой в их мягких задних точках. Во мне текли две смешанные крови от двух могущественных богов. И что-то подсказывало: ни ведьм, которых не видели уже больше двенадцати лет, ни Совет химер, ни фейри это не устраивало.

Лицо Кая смягчилось, и он одарил меня своей фирменной лучезарной улыбкой, от которого по всему телу растекалось тепло. В такие моменты, когда я сильно уходила в самокопание, он умело вытаскивал меня со дна лишь одной улыбкой.

– Чего? – не выдержав его пристального светящегося взгляда, я натянуто улыбнулась и скорчила ему рожицу. Кай хрипло рассмеялся и покачал головой.

– Так, просто вспомнил, как ты также сидела в своей комнате и рассказывала, какой выдался тяжелый день своему Пуффи и как один из мальчуганов тебя поцеловал.

Это уже было слишком лично! Я тогда почти задушила Кая не вмешайся Эббот. Зрелище было эпичное и…

– Эта игрушка была мамина, и он нравился мне, а ты нагло воспользовался моим положением и решил, что тебе тоже можно…

– Можно, что? – он приблизился ко мне совсем близко, и я забыла, как дышать. Затем он быстро коснулся губами щеки и довольно быстро отпрянул. – Сделать так?

– Дурак!

Маленькая подушка, полетела точно в цель, отчего комнату наполнил громкий смех. Настроение поднялось и у меня, за что я безмерно благодарила Кая.

Когда мы познакомились, он был таким робким, что мне пришлось подходить первой и заводить с ним разговор. Но с каждым годом он становился всё храбрее, пока мы не стали настоящими друзьями.

– Я в порядке, – в сотый раз повторила.

Кай продолжал внимательно всматриваться в моё лицо, словно чувствовал, что я вру. Он знал меня слишком хорошо, чтобы понимать, когда я пытаюсь казаться сильной, а когда мне действительно нужна поддержка. Я попыталась улыбнуться, но это вышло слишком жалко. Лицо друга полыхнуло алым, и я уже приготовилась к длинной тираде о том, насколько я беспечна и что всё это могло стоить мне жизни, и что я вообще никогда не думаю о себе и других, но этого не случилось.

Вместо длинных речей он схватил меня за руку и притянул к себе, отчего моё сердце подпрыгнуло в груди. Его дыхание обожгло мне ухо.

– За дверью кто-то прячется, не делай резких…

Но я уже не слышала его. Направившись к двери, я прикинула, за сколько времени доберусь до торчащего из прохода кинжала и смогу застать незваного гостя врасплох.

Кай крепче схватил меня за руку и снова дёрнул на себя, так, что я повалилась на него. Кровать под нами протяжно скрипнула. Он приставил указательный палец к губам и одними губами попросил молчать.

– Я же просил тебя, не делать резких движений, – прошептал он, обхватывая мою спину руками, прижимая сильней к своей груди. – Я заметил, что за нами следят, как только мы въехали в город. Будь аккуратнее.

Я лишь кивнула в знак согласия. Одним движением я слезла с него, и направилась в сторону двери. На ходу быстро натянула на себя штаны и запасную майку, лежащую в сумке – на всякий случай, и вытащила кинжал, плотно застрявший лезвием в дверном косяке.

За дверью снова послышался тихий шорох,. Кай стоял позади меня и я краем глаза видела, как он достал короткий нож , который всегда носил с собой. Я медленно потянулась к дверной ручке, и металл опалил мне кожу. Стиснув зубы, я выровняла дыхание и резко открыла. За порогом оказалось пусто. Кай ринулся в сторону выхода и скрылся за поворотом, я же осталась в комнате, не понимая до конца, что происходит.

Внизу загромыхало, и воздух сотряс пронизывающий крик. Я сорвалась с места, крепко сжимая в ладони клинок. Ненасытный страх подступал к самому горлу, сдавливая легкие, мешая дышать. Всё тело налилось тяжестью силы, которая требовала высвобождения, но я старалась подавлять её. Тьма никогда не должна вырваться на свет. Только не здесь.

Я слетела со ступенек и завернула за угол узкого обшарпанного коридора, насквозь пропитанного запахом дешевого алкоголя и сигаретами, и очутилась в самой гуще переполоха.

В нос ударил отвратительный запах горящей плоти и крови. Крики со стонами оглушали и рвали чувствительные уши на части, хотелось закрыть их руками и спрятаться от этого ужаса. Густой черный дым, туманом обволакивал маленький холл. Дверь заклинило. Толпа обезумевших от страха людей в истерике билась о стеклянные двери, которые были намертво закрыты.

Я обвела глазами помещение, и прикрыв нос рукой, побежала вдоль пластиковых лунок с красными розами в противоположную сторону от выхода, туда где виднелась выцветшая табличка «запасный выход». Холодный металл раскалил и без того уже травмированную ладонь, и я с протяжным стоном потянула дверь на себя, срывая с петель. Ещё один плюс иметь крепкое фейское тело.

Кто-то закричал. Мужчина. Я успела лишь обернуться на голос, как толпа снесла меня на улицу. Повалившись на спину, я перекатилась в сторону, чтобы не быть затоптанной. Плечо взорвалось болью.

Накаленный до предела воздух сотряс новый крик. На этот раз женский. Я повернула голову в сторону звука и застыла. В столпе огня, охватившего землю, лежала девушка, а над ней навис огромный зверь, похожий на гризли. По коже прошлись мурашки, поднимая волоски на руках. Глаза зверя горели зелёным, а весь он был соткан из тьмы. Вытянутая морда резко уходила в гигантское тело. Чудовище стояло на двух задних лапах и рычало, выпуская на бедняжку вязкую алую слюну. С гигантский острых клыков капала кровь.

Страх не давал пошевелиться, а сердце готовилось выпрыгнуть из груди в любую секунду. Эта тварь не из этого мира, даже не из мира фейри.

Крик стих, и оцепенение сошло. Когда я бросилась со всех ног к лежащей женщине, монстр поднял голову и пристально посмотрел в мою сторону. Внутри что-то колыхнулось, и меня поглотили безумные ощущения. Жажда крови, страх, желание убивать – всё смешалось внутри, заставляя сердце бешено колотится. Эти чувства точно не мои и я с ужасом поняла, что всё это принадлежало монстру.

Рядом просвистела пуля, и я обернулась, чтобы посмотреть на тех бесстрашных, лезущих в бой с демонами. Возле меня находились двое мужчин в чёрной униформе. Местная полиция, которой дозволено вступать в контакт с волшебным народом. Они стреляли из ружей, но пули проходили сквозь монстра, застревая в стволах деревьев или исчезали в листве.

Наконец, тело вновь стало меня слушаться, и я смогла сделать короткий шаг вперед, хотя колени продолжали трястись.

Глазами я искала Кая, но его нигде не было видно. Я поспешила в сторону женщины. Зверь стал отступать, пятясь назад и громко рыча, заглушая все прочие звуки. Наконец, я добралась до безжизненного тела. На боку зияла глубокая рана. Обескровлена. Это было видно по ее неестественному цвету кожи – очень светлая, почти прозрачная, через которую виднелись проступающие вены. Тонкие и пустые. Я услышала скрежет позади себя. Быстро вскочила на ноги и развернулась, но слишком поздно. Грубая широкая рука толкнула меня в сторону, и я, пролетев несколько метров, ударилась о рядом выросшее дерево. Длинные пальцы сжали горло, а на тело налегли всем весом, так что я еле могла дышать.

Я открыла глаза и взглянула в знакомое по ночным кошмарам лицо. Ровные черты, гладкая кожа и пронизывающие голубые глаза. Он скалился в леденящей душу улыбке, обнажая белые зубы.

– Птичка попала в клетку, – его грубый голос заполнил каждую клеточку ужасом. – Ну здравствуй, перелётная, долго же тебя искали.

– Прости, виза закончилась? Или жилье нашлось получше? – я пыталась говорить увернно, чтобы он не понял, как все внутри сжалось от удушающего ужаса. И кажется, он понял.

– Дерзишь? Смотрю манерам тебя так и не научили, да? – он крепче стиснул пальцы, а я лишь могла барахтаться, как рыба, пойманная в сети, но всё ещё непризнающая своего поражения. – Давно не виделись, Ава.

Глава 2

Все попытки выбраться из удушающей хватки с треском провалились. Подняв взгляд я со всей ненавистью и уставилась в лицо фейца – моего кошмара, страха и прошлого. Глупо было надеяться, что я смогу спрятаться от него, особенно там, где каждый день гибли мирные люди из-за таких как он – бессердечных монстров. В нос ударил едкий запах крови и жареной плоти.

– Как тебе мое маленькое представление? – его низкий хриплый голос, стягивал мою душу, как цепи, обжигал и холодил одновременно. – Думала, что сможешь вот так просто сбежать? Хотя должен признать, нервы ты нам пощекотала.

– Где же я так облажалась? – голос дрожал, но я старалась делать вид, что не боюсь его. Выходило чертовски отвратительно. Глаза Ривана стали ярко голубыми, как настоящий лед. – Это ты убил тех людей?

– Тебя надо было как-то выманить, – его улыбка стала шире, отчего по коже прошелся холод. Риван приблизился почти вплотную, так что я ощущала его горячее дыхание. – Ты всегда была слишком озадачена чужими жизнями, и их смерть – отличный мотиватор – Сейчас ты идешь со мной. Твой отец заждался.

– Только через мой труп, – процедила я сквозь зубы, и со всей силы наступила ему на ногу.

Хватка ослабла и я ударила тыльной стороной ладони по сгибу локтя. Риван дернул руку на себя и в этот момент я размахнулась и ударила его в нос своим лбом. Феец отпрянул и оскалился. Злая усмешка расплылась на моем лице.

Его глаза опасно заблестели, он повел челюстью и потёр ушибленную область.

Панические крики людей мешали сконцентрироваться, но я не сводила взгляда с Ривана.

Боковым зрением я заметила новых монстров, что выползали из леса. Они намного крупнее сородича, на каждом блестел рунический знак подчинения. Люди в ужасе разбегались кто куда, пытаясь спрятаться за поваленными деревьями или припаркованными машинами. Во мне медленно начала закипать злость и я почувствовала как сдерживаемая сила умоляла меня дать ей свободу.

Меня отвлек звук хруста веток, и я повернулась на шум. К нам приближался один из призванных, и я крепче схватилась за кинжал . Выпускать силу я не желала – слишком рискованно, а потому защищаться придется одним маленьким клинком.

– Ты можешь это все остановить, – Риван стоял совсем рядом, сложив руки на груди. рыжие волосы трепал поднявшийся ветер, кидая часть прядей ему на широкий лоб. Струйка крови из носа придавала ему дикий, безумный вид. – Идем со мной и никто больше не пострадает.

– Звучит неубедительно, – парировала я, шагнув назад.

Монстры окружали, и куда бы я не побежала, они всё равно догонят меня.

Я стала оглядываться в поисках отступления и тогда заметила Кая с другой стороны, возле горящего мотеля. Он защищал группу людей и никак не мог прорваться в мою сторону.

Все смешалось: дым, огонь, рычание чудовищ – мне казалось, я попала в свой самый жуткий кошмар.

– Ну же, Ава. Или ты хочешь еще больше крови на своих руках? Следующим может стать твой дружок. Мои демоны не прочь полакомиться кровью старых богов.

Сила забурлила с неистовой злостью. Поднявшийся ветер взметнул мои волосы. Кай отбивался от наступавших демонов. И решила бежать к нему, но Риван перегородил дорогу, в руке появился короткий меч. Что же, по хорошему по всей видимости у нас не получится.

В последнюю секунду я метнулась в бок и меч со свистом пронесся возле щеки, едва не задев. Риван развернулся и замахнулся, наши клинки столкнулись с яростным звоном. Звук на мгновение заглушил истошные крики людей. Плечо завибрировало от поступившей отдачи и я сделала шаг назад, вставая в боевую стойку. Ривана это похоже забавляло, для него все это было игрой. Он словно демон, а для таких, боль всегда было наслаждением.

Все внутри сжалось от воспоминаний, которые я отчаянно пыталась избавиться. Они мешали, особенно сейчас, когда Риван наступал на меня, размахивая своим орудием. Удар. И снова я блокировала атаку, но сила, с которой столкнулись лезвия была устрашающей. Он выбил моё оружие из рук и оно со звоном упало на землю.

– Ну же, принцесса, уверен, ты можешь лучше. Где твоя сноровка. Помнится, мы отлично играли в «кошки-мышки», не так ли? Как приятно вновь почувствовать, твою ненависть.

Риван не прекращал наступление. Дым вздымался вверх, к серым от пепла небесам. Сердце колотилось как сумасшедшее, а мысли в панике носились в голове, пытаясь запустить хоть одну извилину, чтобы придумать что делать дальше. Сдаваться не хотелось, умирать тоже.

На лице фейца отразилась самодовольная ухмылка. Он остановился всего в нескольких сантиметрах от меня и приставил к горлу клинок. Острие кольнуло кожу. Глаза Ривана сверкнули и позади меня резко вспыхнул огонь. Я вздрогнула и острие укололо глубже, оставляя после себя тонкую полоску из которой уже начала капать кровь. Взгляд Ривана метнулся к ране. Тело парализовало от ужаса.

– К моему дикому сожалению, мне было велено доставить тебя живой и здоровой, – в голосе Ривана послышались нотки досады. Он провел свободной рукой по волосам, откидывая рыжие пряди. – Будь умницей. Я не хочу вечность гнить в подземелье из-за твоей глупости.

– Пошел ты! – прорычала я, хватая клинок руками. Ладони обожгло волной боли. Тело трясло от подступающей силы, грозившей выплеснуться наружу, как из прорвавшегося крана. Глаза Ривана округлились от удивления. – Передай моему драгоценному папочке, если хочет, чтобы я вернулась, пусть придет сам, а не посылает за мной дворняг!

Сила вырвалась черной вспышкой, не давая возможность вдохнуть. Магия окутала тело, пронизывая его миллионами мелких иголок, вызывая тупые удары боли. Тьма окутала местность и все звуки разом утихли. Я выпустила клинок и рубиновая жидкость потекла по пальцам, медленно окрашивая серую землю в алый.

Как только последняя капля накопленной годами силы выплеснулась наружу, я почувствовала сильную слабость и тяжесть в ногах. Голова закружилась и тошнота подкатила к горлу. Земля покачнулась и я рухнула на колени, упершись руками в сырую землю. Раны стали затягиваться, но силы не спешили возвращаться.

Тяжело дыша, я подняла голову и ужаснулась: все в радиусе нескольких метров было поражено чернотой. Мертвые демоны валялись в неестественных позах, деревья сломаны в щепки и теперь ими можно только топить печки, люди лежали замертво, ужас застыл на их лицах. Все внутри меня похолодело от шока.

– Нет! – в ужасе произнесла я.

Рядом со мной лежал Риван без сознания. Его грудь медленно вздымалась, бледное лицо и рваная рана на груди, а кровь маленькой струйкой стекала на землю. Я приподнялась на руках и проползла к нему. Ноги ватные, а тело кололо от адреналина. Мне нужно было проверить жив ли он, хотя все внутри кричало об обратном. Бежать. Как я всегда делала.

Поднявшись кое-как на ноги, я доковыляла до него, но замерла. Я не могла просто так сделать ему больно.

«Но он делал. И не раз».

Скрипучий голос пронзил мой разум. Да, именно так. Сколько раз он причинял мне боль? Как долго мое тело горело в агонии после наших встреч? Разве это не доказательство того, что я смогла преодолеть свой страх?

Я крепко сжала кулаки и с силой толкнула обидчика носком сапога в живот. Риван застонал и дернул рукой, словно пытаясь дотянуться до моей ноги. Я отскочила от него и однако продолжала внимательно всматриваться в его бледное лицо. Ресницы дрожали, словно он силился открыть глаза и на мгновение мне стало жаль его. Но вся жалость сменилась чувством умиротворения. Я знала, что он выживет, но теперь я была готова дать ему отпор.

Отвернувшись от него, я направилась в сторону, где в последний раз видела Кая. Поднявшийся сильный ветер трепал мои волосы, и я услышала в шорохе листвы свое имя. Но я так и не обернулась назад.

– Помогите, – женщина в рваной одежде и окровавленным лицом схватила меня за руку и потянула на себя. Я не удержалась и сделала шаг, выходя на достаточное количество света, отбрасываемое огнем. Незнакомка взглянула на меня и с криком отпрянула. – Демоническое отродье! Это из-за вас все! Чтоб вы подохли и больше не лезли к людям!

Я втянула воздух и крепко сжала челюсть. Одна часть меня понимала, что не стоит принимать подобные слова близко к сердцу, но каждый раз, остается отвратительное чувство, съедающее изнутри. Отец постарался на славу, чтобы весь вид фейри возненавидели абсолютно везде.

Сзади послышался шорох и я резко развернулась на шум, напрягаясь всем телом.

– Кай!

Разбитое лицо, мокрые от крови и грязные волосы падали на бледное лицо, руки в ссадинах и царапинах.

– Выглядишь паршиво, – я оглядела его и криво усмехнулась, он лишь хмыкнул и убрал оружие. Затем в два шага преодолел разделяющее нас расстояние и сгреб меня в крепкие объятия. Я не сопротивлялась. Я была счастлива осознавать, что с ним все в порядке. – Он нашел меня.

– Я знаю, – хрипло ответил Кай, отстраняясь от меня. – Демоны – его рук дело? Чего он хочет?

Я лишь покачала головой. Трудно было представить, что хотел тот, кто вышвырнул тебя из дома, как какую-то ненужную зверушку. Он искал меня, послал за мной одного из самых опытных убийц при Дворе. За двенадцать лет не было ни единой попытки со стороны отца наладить отношения. Да я и сама не стремилась. Мне не хотелось ничего иметь общего с тираном и убийцей.

Я повернулась в сторону, где лежал без сознания Риван и увидела, что там никого не было. Он сбежал, оставив после себя лишь кровавый след.

– Его найдут, – тихо произнес Кай, проследив за моим взглядом. – Эббот уже здесь, с остальными. Я их видел несколько минут назад.

– Все это моя вина.

В ушах продолжали звенеть крики людей, а мертвые тела бедолаг, которые не успели убежать от волны силы, яростно отпечатались в моем сознания. Я зажмурилась, стараясь отогнать их лица, но я снова и снова видела каждого. – Я не должна высвобождать силу. Не здесь, где люди.

– Успокойся, – бесцветным голосом произнес Кай, обхватывая меня за плечи и разворачивая к себе лицом. Я попыталась сопротивляться, но он был сильнее. Кай подцепил мой подбородок ледяными пальцами и приподнял его, заставляя посмотреть в глаза. Мое сердце бешено колотилось, мне хотелось убежать, провалиться, вернуться в прошлое и все исправить. Но я не могла. – Ты спасла всех, кого смогла. У тебя не было другого выхода. Если бы не применила силу, то всех людей растерзали демоны, и нас тоже. – Его взгляд стал суровым. – Пойми ты наконец, что бы не случилось в прошлом, сейчас к тебе нынешней не имеет никакого отношения. Поняла?

Я кивнула, хотя внутри все кричало от неправильности действий, и тот факт, что я не смогла обуздать силу, не оправдывает меня. Ничто не оправдывает.

– Он стал действовать открыто, – я попыталась перевести разговор в другое русло, чтобы только создать иллюзию, что все признала и поверила. – Но я не понимаю, для чего? Что хочет отец?

– Кай! Ава! – раздалось в нескольких метрах от нас и мы синхронно повернули головы. Нам на встречу шел Эббот – наставник, глава центрального отдела химер и по совместительству человек, который подарил мне шанс на спасение, заменив мне настоящего отца. – Какого демона, тут произошло?

Он поравнялся с нами и его суровый взгляд черных глаз внимательно изучил нас с ног до головы. Эббот был потомком древнего рода, которым старые боги даровали силу, защищать людей, когда исчезли боги, жившие в нашем мире и сотворившие врата между двумя мирами. До того самого момента, когда отец решил, что все люди не заслуживают столь обширных земель.

– Мы нашли убийцу, – голос Кая вырвал меня из воспоминаний. – И он сбежал.

– Как? Пойдем, все расскажите по дороге. Здесь займутся чистильщики.

Мы последовали за Эбботом, вдоль еще горящего мотеля и скорбящих людей. Каждый человек,что видел нас, бросал гневные взгляды.

По дороге Кай рассказал все, начиная с убитых женщин и келпи, заканчивая нападением демонов и отцовским прихвостнем, который почти признался в убийствах. С каждым словом лицо Эббота охватывала тень боли. Я знала о чем он думал, и эти мысли посещали и меня.

Мы добрались до одиноко стоящего нежилого дома, который выставлен на продажу, о чем гласила табличка на газоне и прошли внутрь. Уже стемнело и плотные тучи нависли над городом, скрывая звезды и луну, и оставляя лишь холодную безликую ночь.

Дом оказался небольшим в два этажа и всего по две комнаты на каждом из них. Эббот открыл стеклянные двери и мы вошли в большую обеденную. Мебель осталась от прежних хозяев: два больших стеганых дивана из красной экокожи, стояли друг напротив друга, разделенные низким журнальным столиком из черного дерева; большие в пол окна, все испачканные пылью и грязью; высокий во всю стену книжный шкаф был полностью завален различными книгами.

Я подошла ближе к одной из полок, и мой взгляд зацепился за странную книгу в очень неестественном для смертного мира переплете. Корешок книги из тусклого золота, на котором выгравированы символы темно-синего цвета. Рука непроизвольно потянулась к изданию и подушечки пальцев коснулись переплета. Легкая волна непонятного трепета пронеслась по телу, оставляя еле уловимую дрожь. Я пригляделась к надписи и ахнула, когда поняла, что она написана на древнем языке фейри. Все внутри сжалось, и я трясущимися руками вытащила книгу. Что она здесь делает? Насколько я знала, такие ценные вещи хранятся в великой фейской библиотеке на дальнем острове. чтобы такое издание было в мире людей, да еще и в заброшенном доме?

Эббот и Кай о чем-то оживленно спорили, но я уже их не слушала, моим вниманием завладела книга. Живя при дворе отца, меня обучали тонкостям древних языков, но все же правильно читать я так и не научилась. Я открыла фолиант и и начала просматривать страницу за страницей. Потертые желтые листы из плотной бумаги, серебряными чернилами вручную выведены аккуратные буквы. Надпись, рисунок монстра, надпись, другое изображение монстра. Я листала страницу за страницей – здесь все описание неизвестных мне существ. Я резко вздрогнула и остановилась на странице с изображением тех самых демонов, что напали на город. По коже пробежала дрожь от непонятно откуда возникшего чувства тревоги и страха. Я напрягалась, в попытке прочесть, что про них сказано, но кроме информации, что они создания бездны, ничего не поняла. Мысленно выругавшись, я с громким хлопком закрыла книгу и развернулась к напарникам.

Мужчины молча наблюдали за мной, пока я вышагивала к дивану с толстенным фолиантом в руках. Устало плюхнувшись на диван, я положила книгу на столик. Брови Кая взлетели вверх и он тихо присвистнул.

– Что это? – первым заговорил Эббот, потянувшись к книге рукой, но тут же ее одернул, словно боялся, что она может обжечь. Он нахмурился и взглянул на меня исподлобья. – Я ни разу не видел этот язык.

– И не увидишь, – я улыбнулась одними губами, не сводя взгляд с тома, лежащего на столе. От книги до сих пор веяло стариной и величием. – Это мертвый язык фейри. На нем сейчас почти никто не говорит, даже среди долгожителей. Хотя ему могут еще обучать, но это в основном для травников и тех, кто работает с ядами в мире фейри.

– А ты его знаешь? – воодушевленно спросил Кай, первый из двоих решившийся дотронутся до переплета. Книга тускло засияла. – Сможешь прочесть?

– Я что тебе похожа на ту, которая сидит целыми днями за книгами и изучает мертвые языки? – я подняла одну бровь и скрестив руки на груди, откинулась на спинку дивана. – Нет, дальше алфавита не продвинулась. Отец настоял в детстве на его изучении, но что может запомнить пятилетний ребенок, которому до безумия хотелось ловить водяных демонов с мальчиками.

Я посмотрела на Кая и готова была поклясться, что заметила в его глазах печаль. Он что серьезно расстроился из-за этого? Глубоко вздохнув, я открыла книгу на той самой странице где описывали демонов. Кай и Эббот поддались вперед и оба охнули. Кай указал на картинку и вопросительно посмотрел на меня, я лишь кивнула ему, давая понять, что он мыслит правильно. Если честно, то я не меньше их удивлена этой находке. Кто бы здесь не жил, он определенно побывал в мире фейри и сумел вытащить из библиотеки книгу. И почему-то меня это очень беспокоило.

– Я смогла понять лишь то, что это демоны бездны. Насколько мне известно, они порождения тьмы и жили при Неблагом дворе. Но почти двести лет назад Неблагой двор уничтожили в войне, а проход запечатали. И как они выбрались, я не знаю. Как и то, что им нужно.

Я замолчала, переводя дыхание. Война – единственное, что интересовало отца. Он участвовал в ней, заставлял меня изучать ее историю, так будто от этого зависела моя жизнь. Я не понимала тогда зачем все это надо, но похоже теперь все приобретало совсем другой оборот.

Воцарилась тишина, каждый ушел в свои раздумья, не рискуя прерывать друг друга. Сила продолжала бурлить в венах, напоминая о событиях недавнего прошло. Попытавшись запихнуть силу внутрь себя, я зажмурилась, так сильно, что перед глазами заплясали белые пятна. Мозг отчаянно подсовывал ледяные, полные ненависти и злости голубые глаза Ривана, и его руки сжимающие мое горло. Но тогда перед ним была маленькая, напуганная девочка, которая не знала, как постоять за себя., Так почему же сейчас это воспоминание ужасом проносится по всему моему сознанию? Непонятное ощущение гнетущего удавкой стягивалось вокруг горла.

Прохладная рука легла мне на колено и, вздрогнув, я открыла глаза. Нехорошее предчувствие, трусливым зайцем забилось в угол сознания, возвращая меня в реальность. Кай сидел рядом и рассматривал страницы книги, делая вид, что ничего не происходит.

– Что этим демонам надо? – Эббот первым нарушил идеальную тишину.

Он, наконец, оторвал глаза от страниц старого фолианта и посмотрел на нас. Его серые глаза подернулись пеленой долгих лет, а лицо сильно осунулось, делая его и без того острые черты лица еще четче . Седые волосы разлохматились и небрежно упали ему на усыпанный морщинами лоб.

Я покачала головой. Ответа на этот вопрос я не знала, как и то, что здесь делал Риван. Действительно ли он убил тех людей?

– Ясно одно, нам надо найти этого гада и выбить из него всю правду. – Кай сжал кулаки. – Что он тебе говорил?

– Ничего дельного, – я пожала плечами с равнодушным лицом, только чтобы никто не видел, как меня испугали его слова. – Он приходил по мою душу, от имени отца. Я догадывалась, что когда-нибудь этот день придет и отец сможет меня найти, но не думала, что это будет так скоро. В любом случае, он теперь не вернется к нему с пустыми руками, тем более, зная где я нахожусь. А демоны, наверняка его рук дела. И опять же, как он смог их приручить или найти способ насильно заставить работать на него, тоже не знаю. – Все это вызывает у меня чувство беспомощности и злости.

– Ава, в том, что произошло нет твоей вины, – теперь настала очередь Эббота пытаться заставить меня поверить в ложь. Я сглотнула подступивший ком к горлу и повернулась к окну. – Я не позволю никому снова сделать тебе больно. Ни тогда, как ты стала частью нашей семьи.

Я хмыкнула. Эббот всегда во всем видел только положительное. Даже в самые черные дни, он умел найти свет. Рука невольно потянулась к фолианту и палец пронзила резкая боль. Я ойкнула, и посмотрела вниз, куда уже с подушечки пальца капала рубиновая кровь. Поднеся палец к губам и слизала ее. Стоило металлическому вкусу заполнить меня, как в голову ударило чем-то очень тяжелым. В ушах зазвенело, а грудь пронзила острая боль. Секунду назад я сидела в старом доме, как внезапно оказалась посреди каменной комнаты, больше похожей на старые темницы. Я лежала на холодном полу, а в глазах щипало от слез и противного кислого запаха плесени и сырости.

По мне пробежался электрический ток, когда я поняла, что это вовсе не я, а кто-то другой. Вернее я – в теле этого бедолаги, которого крутило. Агония разрывала его тело на части, то отпуская в мир нескончаемых кошмаров, то силком вырывая в еще больше ужасающую реальность. Я не могла понять, сколько времени прошло, пока новая вспышка боли не взорвалась в его теле и я не услышала крик.

Пронзительный, ужасающий женский крик.

Глава 3

В воздухе витал горький аромат кофе и пряных сладостей. Прикрыла глаза, позволив запаху раствориться во мне. Каждое утро, как ритуал – легкая пробежка до кофейни, бодрящая улыбка бариста и пожелание хорошего дня.

Дверной колокольчик звякнул и я обернулась. Еще один ранний посетитель. Пальцы отбивали такт по гладкой поверхности стола, пока я напряженно вглядывалась в черный экран смартфона. Рядом лежала найденная в доме книга, от которой даже сейчас веяло чем-то неестественным и темным. После того, что произошло я все еще боялась до нее дотрагиваться без надобности, а поэтому решила подождать Кая. Вероятней всего, книга из мира фейри, причем с наложенными на нее чарами. Иначе другого объяснения я не нашла.

В сотый раз за последние часы, я проверила новости. Но и они по-прежнему молчали. Ни единого упоминания о случившемся в том пригороде. Хорошо ли это, мы выясним позже, когда будет подсчитан ущерб от нанесенной мной магией.

Я поежилась от воспоминаний и невольно скосила взгляд на руки. Скрестив пальцы в замок, попыталась унять поступившую внезапно панику. Все чаще силы, что я сдерживала в себе эти годы, начинала выходить из под контроля. В голове до сих пор стояли крики умирающих людей. Кто бы что не говорил, но это я их убила.

– Осторожно, а то скоро дыру в столе прожжешь, если будешь и дальше так пялиться, – голос Кая вырвал меня из задумчивости и я резко подняла голову. Он сел напротив и кивнул в сторону книги. – Нашла что-нибудь?

Я покачала головой и вновь уставилась на книгу, словно та могла в любой момент набросится на меня и сожрать. Нахождение ее в смертном мире, уже было как минимум странным. Эббот знал об этом. И от этого я только злилась. Если так подумать, то он знал о многом и иногда эти знания могли бы спасти наши жизни и не подвергать невинных опасности.

– От Эббота тоже никаких вестей?

– Нет. Ты же знаешь, вся эта формальность занимает много времени.

Формальность.

Для них смерти были лишь одной формальностью, которую следовало бы уладить перед руководством. Отчитаться и пойти дальше заниматься своими делами. Хотя нынешняя ситуация и не выглядела для них типичной, перед тем, как уехать, Эббот сказал, что все уладит. Может ему и удастся это сделать, но я не смогу спать спокойно. Каждый раз закрывая глаза, силуэты погибших выстраивались передо мной.

– Ава, – шепот Кая донесся откуда-то издалека. Его взгляд впивался в меня.. – Я понимаю, такое тяжело пережить, но ты не одна. Больше не одна. Мы все готовы помочь и будем рядом. Просто знай это.

Кай накрыл своей ладонью мою руку и в груди разлилось тепло. От его слов на мгновение стало легче дышать. Я слабо улыбнулась.

– Что будете заказывать? – звонкий голос официантки, заставил нас одновременно поднять головы.

Рыжеволосая девушка миловидной внешности смотрела на Кая с нескрываемым восхищением. Уставившись на эту глупую картину, я даже забыла, что хотела заказать.Но вот Кай с широкой улыбкой делал заказ.

Дальше, как по нелепым романтическим фильмам, которые успела посмотреть в мире людей, официантка уронила ручку, прямо под ноги химера. Кай быстро поднял ее и протянул девушке.

– Вы об…

– Свободна в восемь, – перебила его официантка и лукаво подмигнула.

Девушка убрала выбившийся локон, открывая остроконечное ухо. Я громко фыркнула, но фейри не обратила на это внимание. Она медленно потянулась к Каю и забрала у него ручку.

– Спасибо.

Наконец, она удалилась и Кай повернулся ко мне. Я вопросительно выгнула бровь, но он отмахнулся, давая понять, что обсуждать это не намерен.

Через некоторое время нам принес заказ молодой парень, который как я заметила наблюдал за всей сценой их флирта со стороны и с некоторым пренебрежением поставил перед Каем тарелки с едой.

Парень явно не ровно дышал к этой фейри. Кай, похоже, тоже обратил на это внимание. Мои губы растянулись в улыбке и Кай бросил на меня предупреждающий взгляд.

– Не смей, ничего говорить, – прошипел друг, когда парень удалился. Я примирительно вскинула руки, все же не сдержав смешка. – Предупреждаю.

– И что ты сделаешь? Соблазнишь, как ту бедняжку?

– Никого я не соблазнял, – буркнул Кай, отправляя помидор в рот.

– Хорошо.

Несмотря на все то, что сейчас творилось в душе, настроение немного улучшилось. Однако хватило меня всего на несколько кусков курицы из салата, как я вновь покосилась на черный экран гаджета, думая о новостях, которых не было.

Кое-как закончив с едой, я откинулась на мягкую спинку стула и потянулась к книге, но быстро одернула руку. Вдруг все будет, как тогда? Не выдержав моего метания, Кай схватил книгу и раскрыл ее на первой же странице.

Я невольно вытянула шею, стараясь рассмотреть что там написано. Но с каждым перелистыванием, мой энтузиазм и надежда на то, что там могут быть сокрыты ответы на мучащие нас вопросы улетучивалась. Там и правда, кроме описаний различных существ ничего не было.

– Не может же быть, что это простой сборник по монстрологии! Зачем хранить его?, – Кай нахмурил брови и вновь перелистнул страницу. – Не понимаю.

– Я тоже. Почему тогда сила отозвалась на прикосновение?

Я попыталась вспомнить, что произошло. Но вновь наткнулась на пустоту, словно кто-то вырвал все с корнем. Остался только холод и мрак.

– Может еще раз прикоснешься?

– С ума сошел?! – воскликнула я, но быстро закрыла рот руками. Не хватало, чтобы всякие зеваки услышали нас.

– Кто-то охотится на людей, – тон Кая стал стальным и я поежилась. – Безжалостно их убивает и обескровливает. А потом мы узнаем о неком фейце, который стащил книгу из библиотеки самого верховного короля. Ты разве не хочешь узнать зачем?

Я поджала губы, продолжая прожигать открытую книгу. Я ненавидела, когда Кай оказывался правым. В его словах было столько же любопытство, как и у меня. Соблазн наконец выяснить все взял вверх.

– Только не здесь.

Кай кротко кивнул, и спрятал книгу в своей наплечной сумке. Расплатившись за еду, мы вышли из кафе. Утренняя прохлада окутала нас и я с наслаждением прикрыла глаза, вдыхая сладкий аромат роз, росших около входа.

Город только просыпался и это время мне нравилось больше всего. Затишье. А потом начнется суматоха и бешеный ритм, волной подхватит тебя и унесет вперед.,

– У нас все получится, – заверил друг, беря меня за руку.

Его поддержка была бесценна и я всякий раз радовалась, что рядом есть тот, кто может поддержать. Когда я только появилась на пороге аббатства, Кай стал первым кто заговорил со мной, не боясь силы и острых ушей. Хотя сейчас фейри и люди живут бок о бок, но опыт прошлого все еще сидел на задворках разума, нашептывая людям, что мы еще опасны.

Телефон Кая пискнул, оповещая о новом сообщении. Он достал его и открыл папку с входящими.

«Куда подевался, красавчик? Буду ждать тебя в 20:00 у входа в кафе».

Я хмыкнула и подняв взгляд на Кая, готова была провалиться сквозь землю. На лице химера играла довольная ухмылка. Завидев мое выражение лица, он поспешил придать себе невозмутимый взгляд и спрятать улыбку за суровостью. Но ничего не вышло.

– Это называется, полное нарушение личных прав клиента, – невозмутимо произнесла я и быстрым шагом направилась в сторону машины. Кай поспешил за мной, бормоча под себя что-то нечленораздельное. Его вид все же вызвал у меня легкий трепет. – Будь аккуратнее, такие как она привыкли добиваться цели. Не успеешь и глазом моргнуть, как окажешься у нее между ног.

– Знаешь ведь сама, что у нее ничего не выйдет, – он пожал плечами, догнав меня и идя теперь в одну ногу со мной. – У меня есть отличный оберег против магии фейри.

– И какой же?

Я остановилась около пассажирской двери и сложив руки на груди, с вызовом посмотрела на друга.

– Ты, – произнес Кай, открывая дверцу машины, приглашая меня сесть.

Его слова застали меня врасплох и на мгновения я потеряла дар речи. Переступив с ноги на ногу, я прикусила нижнюю губу, чувствуя как щеки заливаются румянцем.

– Прекрати так говорить, – прошептала я, опустив глаза вниз. Я уставилась на грязный серый асфальт и обреченно выдохнула. – Ты знаешь, что это бесполезно.

– Знаешь, в чем моя суперсила?

– Дай угадаю, в умении подкатывать к девицам-фейри? – я подняла одну бровь и скрестила руки на груди.

Кай обогнул машину и встал напротив. Его светло-карие, почти медовые глаза впивались в мою душу, как острый нож. Упершись о дверцу машины, он гордо задрал голову.

– Я умею ждать.

Дверца машины открылась и я моментально влетела на переднее сиденье. Щеки горели пунцом. Это не правильно. Кай сел следом за мной и молча завел мотор.

Мимо нас мелькали аккуратно подстриженные изгороди и лужайки, звон и грохот открывающихся магазинов и кафе, смешались с гулом появившихся на дороге машин и лаем собак. Кай свернул на второстепенную дорогу, ведущую обратно к тому небольшому поселению, от которого ничего не осталось. Чем ближе мы подъезжали к нему, тем сильней у меня начинало крутить живот.

Колеса загрохотали по засыпанному гравию и машина остановилась. Тонкая стена высоких деревьев тянулась вдоль проселочной дороги, отделяя нас от места ужаса и смерти.

– Здесь, мы попробуем испытать книгу вновь.

Кай, избегая моего взгляда, вылез из машины и пошел вперед. Я поспешила следом. Резкая смена настроение сильно тревожила меня, но я постаралась избавиться от гнетущих мыслей и сосредоточится на нашей сумасшедшей идее.

Химер скинул с себя сумку и достал книгу. Я встала напротив, все еще не решаясь коснуться ее.

– Это может быть опасно, – прошептала я, посматривая на Кая. – Давай ты отойдешь на более безопасное расстояние?

– Неизвестно, что может произойти. Я лучше останусь здесь. Рядом.

Я кивнула и взяла из рук химера книгу. Сначала я ничего не чувствовала . Книга оказалась довольно увесистой и я перехватила ее получше. Повертев в руках я стала задумываться а не привиделось ли это все? Может что-то другое стало катализатором прошлой вспышки?

Шло время но так ничего и не происходило. Я удрученно вздохнула. Бесполезно.

– Странно, – пробормотал Кай, забирая у меня книгу. – Я был уверен, что именно она вызвала у тебя поток силы.

Я лишь пожала плечами и отвернувшись от друга, пнула лежащий на земле камешек. Уверен. Как же! Моя сила была настолько непредсказуема, что я сама не могла в достаточной мере контролировать ее. А поэтому и старались лишний раз не позволять сорваться с цепей, как в том поселении.

– В прошлый раз, ты порезалась о страницы.

Я ошарашено повернулась к химеру и уставилась на него, не понимая, к чему он клонит. Однако по дикому плясу огня в его глазах, поняла. Меня захлестнуло возмущение.

– Ты предлагаешь мне порезать руку и снова коснуться этой треклятой книги?

– Зачем сразу резать, – Кай стушевался, когда я на него злобно зыркнула. – Можно просто маленький легкий прокол пальца.

– Издеваешься?

На этот раз лицо Кая посуровело и все мое возмущение вмиг улетучилось. Он положил в траву книгу и подошел ко мне. От него исходила уверенность, которой я была лишена. Рассветное солнце играло с прядями его волос и мне невольно захотелось притронутся к ним.

В мгновение, я отогнала эти до невозможности неправильные мысли и сосредоточилась на его лице.

– Давай договоримся, если после этой идеи ничего не произойдет, то я от тебя отстану и мы дальше продолжим искать убийцу. А если получился, значит, мы сможем узнать ответы на вопросы.

– Откуда тебе знать, что именно таким способом мы найдем его?

Сама мысль вновь пережить пустоту заставляла сердце бешено колотиться, а живот скручиваться от спазмов. Что-то чуждое, далекое и такое грустное было в этой тьме, что я до сих пор ощущала отголоски. Кай протянул мне небольшой ножик, и, я поколебавшись несколько мгновений, взяла его.

Короткая вспышка острой боли пронзила мой палец и я ойкнула. Из прокола показалась первая капля крови и присев на корточки, я нерешительно коснулась книги.

Секунда. Две. Три. Ничего не происходило и я, с облегчением выдохнула. Что-то тяжелое, словно упало с души и я резко поднялась на ноги.

– Видишь, – ткнув раненым пальцем в сторону книги, я свысока взглянула на Кая. – Теория не сработала. Поехали, нам нужно еще…

Я не смогла договорить. Голова закружилась так резко, что меня дернуло в сторону и если бы не подоспевший на выручку Кай, я бы уже лежала на земле. Острая боль лавой растекалась от пальца вдоль руки. Она распространилась от рук к плечам, а затем со скоростью света, стала опускаться вниз. Тело онемело и я не могла пошевелиться. Холод распространялся по телу, утаскивая мой разум во тьму.

Я открыла глаза и резко села. Холодный ветер ударил в лицо, выбив из легких весь воздух. Яркое солнце ласкало окончившее тело. Со второй попытки, мне удалось встать и я огляделась.

Вокруг меня простиралась равнина, с высокой зеленой травой. Вдалеке виднелась незнакомая мне крепость. Ее черные блестящие стены сверкали в лучах солнца. Неизвестная до этого мне странная тоска поселилась в душе, стоило увидеть, этот дворец. Переставляя ноги, я медленно зашагала в его направлении, но казалось, чем дольше я шла, тем дальше он отдалялся.

Выбившись из сил, я рухнула на землю и закрыла глаза. Если это сон, то я должна как-то проснуться. Вдруг Кай ошибся и вместо ответов, я здесь ничего не найду.

– Дочь Тьмы, – прошептал голос в голове и я резко вскочила на ноги.

Сердце бешено колотилось. Волнение захлестнуло меня и я побрела сама не зная куда. Трава становилась все ниже, пока впереди не показалась обугленная земля. Я замерла всматриваясь на открывшуюся мне картину.

Я находилась на поляне, которую окружали обгоревшие деревья. Здесь воняло смертью и страхом и я машинально закрыла ладонью нос. Под ногами что-то хрустело и я опустила взгляд. Из груди вырвался истошный крик.

Вся поляна была усеяна черными костями, большими и маленькими. Я ступала аккуратно, стараясь не наступать на них, но так или иначе задевала. К горлу подкатила тошнота.

В центре поляны стоял разрушенный алтарь.

Тьма сочилась сквозь трещины, и я отшатнулась, борясь с диким желанием броситься прочь отсюда. Но не могла. Я должна найти хоть что-то!

Ноги, ставшие ватными, не желали идти, но я упорно переставляла их. Звук каблуков по камню разлетелся по округе. Здесь все было мертво.

Я присела около алтаря и коснулась онемевшими пальцам поверхности камня. Холод тут же пробрался внутрь, замораживая кровь. До меня донеслись голоса. Развернувшись я увидела две фигуры, стоявшие поодаль. Одна из них склонилась над чьими-то костями, а другая достала из кармана алого балахона склянку. Когда одна из них отошла, я увидела на земле ярко-красную лужу, проходившую на кровь.

– Ты все сделала? – прошептала одна. Голос не походил на человеческий. Та кивнула. – Хорошо, тогда нам пора. Когда придет время, это место вновь станет местом возрождения.

Земля под ногами закружилась. Видение сменилось. Теперь я находилась в круглом зале. Черные гладкие стены, отбрасывали блики от тусклых факелов, развешанных по кругу. Внутри все взволнованно шумело, тянулось вперед и я подчинилась, не в силах сопротивляться зову. Скользя взглядом по стенам, я заметила изображения. Существа, так походившие на демонов, что разрушали мир смертных, словно живые, смотрели на меня, следили за каждым моим шагом. Поспешив отвернуться от ужасающих и одновременно притягивающих картин я посмотрела вперед. Под куполообразным потолком, сквозь который лился теплый оранжевый свет, находилось небольшое возвышение, походившее на пьедистал. Но мое внимание привлекла шкатулка, сделанная из чистого золота. Она манила меня, шептала.

Охваченная волнением, я протянула руку и коснулась её крышки. Внезапно яркий белый свет озарил пространство, а когда он исчез, на месте шкатулки оказалась корона. Она стояла на хрустальной подставке, сделанной из черного металла. Зубцы короны устремлены вверх острыми пиками.

– Впечатляет, не правда ли? – раздался голос за моей спиной.

Я резко обернулась, но никого не увидела. По моему телу пробежали мурашки. Снова взглянув на корону, я заметила в углу тень. Она была похожа на белое пятно: тусклый серый силуэт, слегка дрожащий, как туман, стоял неподвижно и смотрел на меня черными пустыми глазницами. От ужаса мое тело сковало, а руки стали липкими. Холодный пот стекал по спине, заставляя меня сжиматься еще сильней.

Тень пришла в движение. Когда она пересекла колонну и достигла середины, то превратилась в молодого человека, которого я никогда прежде не видела. Он был высок, широкоплеч и держался с достоинством, как настоящий аристократ. Его фарфоровое лицо, гладкое и безупречное, мерцало в тусклом свете свечей. Он смотрел на меня с любопытством, а его глаза, чёрные, как сама ночь, были холодными и безжизненными.

Он молча подошёл к пьедесталу и коснулся короны. Вокруг него закружились тени, создавая вихрь. Тьма устремилась ко мне, хватая за волосы и царапая кожу. Я пыталась отбиваться, размахивая руками в пустоте. Но затем всё прекратилось.

Открыв глаза, я посмотрела на незнакомца. Он стоял, восхищенно наблюдая, как черный туман колышется вокруг него, покрывая всё вокруг.

– Тебе не стоит бояться, – почти ласково произнес незнакомец. – Наша встреча была лишь вопросом времени.

О нет, я не боялась. Я была в ужасе. От него исходила зловещая аура, тьма, что сочилась из каждой частички его тела кричала, чтобы я держалась подальше. Но вместо того, чтобы убраться отсюда, я стояла и не решаясь заговорить.

– Уверен, у тебя множество вопросов, – так и не дождавшись от меня хоть слова продолжил он. – Я охотно отвечу на каждый из них.

– С чего ты взял, что у меня есть вопросы? – выпалила я и прикусила губу.

Незнакомец вновь провел пальцами вдоль зубчиков короны и та ответила ему тусклым мерцанием.

– Они есть у всех, – он многозадачно взглянул на меня и легкая улыбка тронула его губы. – Ну так, что?

Подавив панику, я сделала шаг в его сторону. Его лицо показалось мне смутно знакомым, стоило подойти ближе.

– Кто ты?

– Бранон.

– Что?

Имя отца резануло по ушам и меня словно огрели чем-то тяжелым. Глаза незнакомца сверкнули, будто сама тьма в них ожила.

– Тебя волновало, кто стоит за убийствами смертных. Мой ответ Бранон – Верховный король фейри, единственный наследник Благого двора.

По коже поползли мурашки. Теперь я прислушавшись к здравому голосу и сделала неуверенных два шага назад. От услышанного, я даже не обратила внимание на последние его слова.

– Ложь. Отец никогда просто так не станет отбирать жизни, каким чудовищем бы не был.

– Ты плохо знаешь его.

Голос незнакомца стал острее ножа. Каждое слово он произносил с нескрываемым презрением. Он подошел ко мне и на его лице отразилась глубокая печаль. Черные глаза горели, словно он прожил не одну сотню лет.

– Кто ты?

– Я тот, кто откроет тебе истину. – Он коснулся моих волос и пропустил прядь сквозь пальцы. – Я тот, кто откроет твои глаза и даст освобождение. Моя милая, – на последнем слове он запнулся, словно хотел что-то еще сказать, но передумал. – Мне очень жаль, что я не могу рассказать тебе правды сейчас. Но у тебя своя дорога, которая неизменно приведет ко мне.

Яркое солнце ударило в глаза и я поспешила прикрыть лицо руками. В голове по-прежнему оставался туман, но на этот раз я помнила все. Голова раскалывалась, будто по ней кто-то постоянно бил. Снова сон? Перед глазами все раскачивалось и легкая белая пелена никак не хотела проходить. Я проморгалась и оглянулась. Вокруг стояла тишина. Неестественная.

Я сжала руки в кулаки и сделала первый шаг, как кто-то схватил меня сзади и дернул.

Я пролетела пару метров, прежде чем моя спина не столкнулась с деревом. Спину пронзила боль и я повалилась ничком в сырую землю. Закашлявшись, поднялась на колени и уставилась вперед. Передо мной возник фейри. Его обезумевшие глаза горели алым, а из рта текла вязкая слюна. Он не был похож на обычного фейри. От него исходил запах гнили и разложения.

С трудом поднялась на ноги и проморгалась, вернув себе зрение. Сила бурлила, готовясь вырваться в любой момент, стоит мне лишь приказать.

Фейри двинулся в мою сторону.

Глава 4

Я перекатилась на бок и тяжело дыша поднялась на трясущиеся ноги. Несмотря на то, что меня тренировали все это время, я усердно бегала по стадиону и отжималась, как все химеры, уже через десять минут я почти выдохлась. Хотя все фейри быстры, он двигался с неимоверной скоростью. Я успевала лишь отскакивать и уворачиваться от его ударов. Он словно хотел меня измотать, лишить силы, чтобы потом прикончить без промедлений.

Увернувшись от очередного удара, я с тихим стоном повалилась к дереву. Жадно хватая ртом воздух, я старалась выровнять бешено бьющееся сердце и хоть составить план на побег. Кай должен быть где-то здесь. Я быстро обвела взглядом место, но не нашла химера. Паника подступала, грозясь сорваться с цепей и заполнить весь мой разум.

Резкий удар пришелся слева и я сдавленно захрипела. Острые когти фейри вонзились в бок, а зловоние из его перекошенного рта обдал мое лицо. Желудок тут же скрутило, грозясь вывернуть все, что я съела с утра. Рваная рана пульсировала, а горячая тягучая кровь уже стекала по коже, унося с собой реальность. Другая рука сдавила мое горло, припечатав голову к стволу.

Где этого химера носит?

Я из последних сил пыталась не использовать силу, но тьма не желала слушать моих протестов. Она неистовым зверем рвалась наружу и я уже не контролировала ее. Черные тени потянулись вдоль деревьев, сгущаясь вокруг, словно плотный туман. Пустота и давящая тоска вновь наполнили сердце и я прикрыла глаза, закусив изнутри щеку. Тьма обвилась вокруг руки и стала подниматься вверх.

Застигнутый врасплох фейри ослабил хватку и метнул беглый взгляд туда, где нити тьмы уже почти касались его. С громким рыком, он вырвал из меня свои когти и отпрянул. Хватавшись за бок, я направила силу в сторону противника и тьма стрелой устремилась в противника. Тяжело дыша, я сделала шаг вперед и выставила руку. Вокруг меня поднялся шквальный ветер, заглушал рычание фейри и я позволила тьме наполнить меня. Все в точности, как тогда, на площади.

Воспоминания, стеной обрушились на меня, заглушая ярость, подпитываемую болью. Желание разрушать и убивать, заполнило всю меня без остатка. Я видела в глазах фейри ужас, наслаждалась его страхом. Теперь я была сильней его.

Внезапно, фейри рухнул на колени и склонился так сильно, что его лоб коснулся сырой земли.

– Это правда, – проскрежетал фейри, а по моему телу пробежали мурашки. – Он все твердил о вашем возвращении, но мы не верили. Клянусь, я не желал причинить вам вред.

Его сбивчивые слова эхом отзывались на задворках разума, пока я пыталась совладать с поступившим шоком. Ветер прекратился и рухнула напротив, все еще борясь за то, чтобы оставаться в сознании. Все же магия, была моим бременем и я не желала ею пользоваться. Даже для собственного исцеления.

– Кто твердил тебе обо мне? – голос хрипел, а во рту появился медный привкус. Это плохой знак. – Кто твой король? Бранон?

Фейри лишь бросил на меня мимолетный взгляд своих обезумевших глаз и его рот изогнулся в отвратительной улыбке.

– Не стоит сравнивать моего короля с этим, выродком – феец скривил рот, – Прошу вас, не противьтесь воли, королю будет горестно осознать, что вы страдаете. Он скоро придет за вами.

Белая пелена застилала все вокруг и я уже не могла удержаться на руках и повалилась на бок. Собрав остатки сил, я позволила магии растечься по венам, лишь для того, чтобы хоть немного убрать ту боль. С ужасом, я поняла, что магия меня не слушает.

Сквозь звон в ушах, я смогла расслышать чьи-то шаги. Они приближались слишком быстро, будто кто-то бежал. Длинная тень накрыла мое лицо и я почувствовала невесомость. Я больше не желала сопротивляться и позволила тьме унести меня в своих объятиях.

***

Сбоку кто-то зашевелился, стоило мне приоткрыть глаза. Тело оказалось ватым и жутко ныло. Слишком много магии было потрачено, что изрядно истощило организм. Перед глазами продолжали плясать белые точки, когда я попыталась привстать. Теплая ладонь коснулась плеча и я вновь оказалась на мягких подушка.

– Не надо, – донесся до меня тихий голос Кая. – Ты слишком много потеряла крови и твоя магия… она не исцеляет тебя.

Чего хотела, того и добилась. Я с трудом повернула голову на голос и встретилась с встревоженным взглядом Кая. На его лице была красная рассекающий почти всю щеку рана.

– Прости, – еле слышно прошептал химер и отвел глаза. – Я старался изо всех сил не подпускать их к тебе.

– Что случилось? – я ужаснулась своему хриплому слабому голосу. Горло все еще жгло, будто я долго кричала. – Я боялась, что ты…

Подступивший кашель прервал мои самые страшные мысли, не дав озвучить их. Кай сел на край кровати и аккуратно убрал волосы со лба.

– В следующий раз, когда я соберусь проверять теории, останови меня, – легка улыбка проскользнула на его лице, но тут же исчезла, сменившись болью. – На мгновение мне показалось, что ты больше не очнешься.

Его плечи опустились и, запрокинув голову вверх, он выдохнул.

– Я не знаю, что произошло, но стоило тебе просто рухнуть на землю, как появились эти чертовы демоны. Они словно пытались отвлечь меня, увести подальше от тебя, – он запнулся и крепко сжал руки в кулаки. На висках проступили вены. – И им это удалось. А когда я вернулся, то ты еле дышала, а под тобой огромная лужа крови.

В его глазах блестела ярость.

– Ты не представляешь, как я перепугался. А когда понял, что ты не исцеляешься, – Кай повернулся ко мне лицом. – Я готов был разорвать любого, кто сделал это с тобой. Кто посмел тронуть тебя.

– Почему? – сорвалось с пересохших губ, вопрос, что мучил меня уже давно.

– Ты напоминаешь мне младшую сестру. Не только характером, но и такими же глазами, цвета янтаря, улыбкой, от которой становится спокойно. Я не смог сберечь ее… и не мог повторить ошибку.

Между нами повисло напряжение. Я знала, что у Кая было две сестры. Но если с одной я была знакома, то про вторую никто в этом месте старался не говорить. Я не знаю, что произошло, но видеть боль в его глазах, когда он говорит о ней, чувствовать его смятение и ярость. Невыносимо.

– Тогда почему ты ведешь себя так, словно я для тебя больше, чем просто сестра?

Кай замер. В свете тусклой настольной лампы его и без того бледное лицо приобрело яркий серый оттенок. Он смотрел на меня, словно я сказала, что решила стать горгульей, а не принцессой.

– Я лишь хочу защитить то, что мне дорого, – уклончиво ответил Кай, коснувшись подушечками пальцев моей щеки. – А еще, потому что я невыносимый романтик, надеющийся, что однажды, мне посчастливится услышать заветные слова. Знаю, это не правильно, но ничего не могу с собой поделать.

Это звучало, словно признание, будто он хранил секрет и теперь, рассказав его, освободил душу. Я видела, как он старался быть хорошим другом, даже братом, но каждый его взгляд, кричал о другой любви. О той, которую я не могла ему дать. И от этого осознания становилось паршивей.

– Ты хороший, Кай, но то, что ты просишь, я не могу ответить тем же. Не трать время впустую. Я не хочу рушить то, что мы уже построили.

Ведь я всегда разрушаю то, что мне становится дорогим.

Кай встал с кровати и бросив на меня мимолетный взгляд вышел из комнаты, оставив наедине со своими мыслями. Стены удушающе надвигались на меня, грозя раздавить. Эмоции после пережитого хлынули, подобно урагану, заставляя вновь и вновь вспоминать.

Пустота.

Она никуда не делась, а лишь крепче пустила свои корни в душу. Что-то подсказывало, что дальше будет лишь хуже. Видение о встречи с незнакомцем и ответы, на которые я не желала уже знать. Имя отца колоколом билось о грудь, вороша старые воспоминания. Отец никогда не славился хорошим отношением ко мне, но он был Благим, создателем жизни и света. Он не стал бы просто так убивать. Иначе это очернило бы его душу и тогда всему миру фейри пришел бы конец. Тьма никогда не должна сесть на трон света.

Мне нужно рассказать все Эбботу, быть может он сможет понять и растолковать видение?

– Выходи, – скомандовала я, и из тени от платяного шкафа вышла фигура. – Или ты забыла, что я все еще хорошо слышу?

– Такое забыть сложно, – проворковал женский голос. Дивина. Полумрак делал ее лицо мертвенно бледным и иногда я сомневалась, что она с Каем родственники. – Такое захочешь не забудешь.

– Зачем пришла? Посмотреть не ушла ли на тот свет?

Дивина фыркнула.

Пройдя к тому месту, где еще несколько минут назад сидел Кай, Дивина плюхнулась на кровать и закинула ногу на ногу.

Не смотря на все попытки, нам так и не удалось наладить отношения. Даже просьбы Кая оканчивались едкими замечаниями в мой адрес и пожеланиями идти откуда пришла.

Я откинула одеяло и тело тут же пронзил холод. Сорочка неприятно липла к коже. Съежившись, я резко поднялась и комната покачнулась вместе со мной. Ухватившись за комод, я подавила подкатившую к горлу тошноту и сделала маленький шаг вперед.

– Не советую геройствовать после таких ран.

Я бросила на Дивину гневный взгляд и, проигнорировав ее «заботу», только сильней вцепилась в дерево.

Эта комната, что стала мне домом в последние пять лет, когда Эббот впервые привел сюда, казалась до безобразия неправильной. Я словно была здесь гостем, которого всячески пытались выпроводить, но не знали как это сделать.

Превозмогая головокружение и слабость, я смогла добраться до платяного шкафа и одется. Магия все еще отказывалась слушаться меня, как капризный ребенок, она носилась по венам, разгоняя жар по телу.

– Если пришла злорадствовать, то давай скорее. У меня и без того много дел.

– К примеру решить, как поступить, когда сюда прибудет Альберт?

Я застыла.

– Ты думаешь, что никто тут не догадывается о твоем происхождении? – Дивина поднялась и подошла ко мне. В ее ярких карих глазах, как у Кая, читалось нескрываемое отвращение. – Бедная, маленькая фейри, которую спасли отважные химеры от демонов. Эббот пытался сохранить твою родословную, но, как сама понимаешь, сходства на лицо.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Хочу предупредить. Кай сделает все ради тех, кого любит. И если он пострадает из-за тебя. Клянусь, я самолично вырву твое сердце. И не посмотрю, что ты «голубых» кровей.

В каждом слове сквозила угроза. Я впервые видела ее такой.

– Я тебе не враг, Дивина. И никому здесь. Так что, прошу избавь меня от твоих излишних подозрений.

Дивина хмыкнула и, развернувшись, вылетела из комнаты.

Сердце гулко стучало в висках, а внутри поднимался странный необузданный гнев. Все тело вибрировало, будто кто-то чужой рвался наружу.

Дверь комнаты открылась и я выглянула в пустой коридор. Кабинет Эббота находился этажом ниже и мне предстояло преодолеть крутую лестницу. Стук бешено колотящегося сердца эхом разносился по коридору. Шаг за шагом, я ощущала нарастающую во мне панику и чувствовала, как липкие полосы страха сдавливали грудь, подобно удавке.

Эти коридоры я знала, как свои пять пальцев. Слишком много видели и слышали эти стены из чёрного мрамора и висевшие на стене в главном холле портреты.

Спуск по лестнице оказался хуже пытки. Стараясь игнорировать зудящее чувство тревоги, я свернула вправо и уперлась в большую резную дверь. Меня захлестнули чувства страха и сомнения. А что если все это окажется лишь глупым сном? Видение, которое наталкивало меня на ложный след.

– Ава, – раздался за спиной встревоженный голос.

Я резко одернула руку от дверной ручки, которую так и не решилась открыть и повернулась. На лице Эббота смешались облегчение, тревога и смятение. Он словно был удивлен видеть меня здесь. Под ребрами заныло. В полумраке кожа химера приобрела серый оттенок, между бровями пролегли глубокие морщины. Интересно, сколько Эбботу лет на самом деле? Я знала, что химеры благодаря крови старых богов могли жить гораздо дольше, чем обычный человек. Но вот на сколько?

Легкая улыбка тронула его потрескавшиеся губы и он сделал шаг вперед. Мгновение, и я уже была зажата в его крепких, словно отцовских объятиях. Его широкая ладонь гладила меня по волосам, а подбородок уперся в макушку.

– Я так испугался, – хрипло прошептал Эббот. – Ты почему здесь?

Я высвободилась из объятий и отступила. Его взгляд потускневших зеленых глаз беспокойно блуждал по моему лицу.

– Все хорошо, – заверила я Эббота, и в подтверждение улыбнулась ему. – Я хотела с тобой поговорить.

– Конечно, конечно.

Эббот засуетился и обогнув меня, открыл дверь в кабинет, пропуская меня вперед. Я перешагнула порог и тепло тут же окутало меня. В нос ударил кисловатый аромат цитрусов. Эббот жестом пригласил сесть меня на диван, стоящий напротив массивного стола, заваленного бумагами и папками, а сам сел в кресло. В этой комнате я была чаще, чем в своей, пряталась от посторонних взглядов или приходила сюда, когда по ночам преследовали кошмары. Я знала каждый уголок, каждую картину, висевшую на выкрашенных серой краской стенах. Но сейчас все это казалось таким чужим, давящим.

– Так что ты хотела мне рассказать?

Я подняла голову и заметила, как Эббот внимательно смотрит на меня, а его рука касалась той самой книги. Все внутри сжалось от плохого предчувствия, но я постаралась отбросить все сомнения. Я доверяла Эбботу. Он был моей семьей.

– Мне кажется, я догадываюсь, кто мог убивать людей, – брови химера поползли вверх, образовывая глубокие морщины на лбу. Не став дожидаться, когда он задаст и так очевидный вопрос, продолжила: – Бранон.

Эббот замер. Его реакция была сродни моей: эмоции замелькали на его лице, выражая то неверие, то шок. Он убрал руку от книги и я тихо выдохнула. Соединив пальцы в замок, Эббот положил острый подбородок на руки и его взгляд стал отрешенным.

Секунды сменялись минутами и повисшая тишина стала давить на виски. Я заерзала на диване, чтобы хоть как-то привлечь внимание и осмелилась посмотреть прямо в его глаза.

– Я знаю, звучит все это, как бред сумасшедшего, но просто поверь.

– Ава, – стальным тоном произнес Эббот и я вздрогнула. – Я прекрасно понимаю твою ненависть к нему, но такими обвинениями не бросаются просто так.

Рот в удивлении приоткрылся и меня захлестнуло возмущение. Мою «любовь» к отцу знал здесь каждый, как и то, что я сумела сбежать от него. Истинную причину знал только Эббот. Я не говорила никому, даже Каю.

После коронации, о которой так пекся отец и пробуждении во мне тьмы, вместо света перечеркнули всю мою жизнь. Вместо политики и учебе светским манерам, как это полагается наследникам трона, я провела в заключении, как позор. А потом и вовсе, холод и ненависть ко мне затуманили разум отца. Он считал, что во мне другая личность. Не его дочь. И не дочь его возлюбленной. Раз за разом, он приходил ко мне и пытался искоренить гниль из души, самыми разными способами. А через сотню попыток, на его место пришел другой.

По коже прошелся жар, когда перед глазами появилось воспоминание о бесчувственных глазах и ледяном сердце. Его огонь опалял кожу и заставлял ненавидеть этот мир.

– Ава, – позвал Эббот, и я часто заморгала, возвращая свои мысли в реальность. – Я тебя понимаю и не осуждаю. Однако открыто заявлять о преступлении, без весомых на то доказательств я не могу. Прости.

– Да, конечно, – прохрипела я, борясь с подступающим к горлу комом. Мне нужно сменить тему. – Что насчет той деревни? Его нашли?

Я боялась произносить это имя, словно он мог услышать и ворваться в комнату, вновь опаляя меня своим яростным огнем. Эббот тяжело вздохнул и поднял на меня взгляд, в котором смогла прочесть лишь сочувствие.

– Он исчез, как и демоны, что напали на деревню. Много жителей ранено, есть погибшие, – которые ты, Ава, убила сама. – Пока ты была без сознания, созывался совет. Они требуют суда.

Меня не иначе ударили по голове, потому что вся комната поплыла и, кажется, я даже стала куда-то проваливаться.

– Было бы куда проще, будь ты обычным…фейри, но ты знаешь правила.

– Мне нельзя, – выдавила я, давясь подступающей истерикой. Я с мольбой в глазах, уставилась на него.

Эббот с сочувствием взглянул на меня.

– Я пытался исправить все. Единственный выход…

– Уйти.

Слезы все же хлынули из глаз и я поднялась с дивана. Эббот встал следом за мной и в пару шагов преодолел между нами расстояние. Он обхватил меня за плечи и развернул к себе, так чтобы я могла его видеть.

– Принять его вызов и доказать, что ты не виновата, – усталая улыбка тронула его губы, а глаза потеплели. – После всего что было, ты подумала, что я могу просто взять и сдать тебя Бранону или Альберту? Мы семья, Ава.

Он крепко обнял меня и вся недавняя боль и страх вырвались потоком обжигающих слез. Я не сдерживала рыданий и не обращала внимания на ватные ноги и дрожащее тело. Эббот заботливо, совсем как отец, ждал, когда пройдет моя истерика. Он гладил по волосам, спине, отчего мне стало теплее.

Я не знала сколько прошло времени прежде чем, организм сдался и я не ощутила пустоту. Отстранившись от Эббота, я вытерла заплаканные глаза рукавами кофты и шмыгнула носом.

– Думаю, тебе пора отдохнуть. После такой потери крови, я удивлен, что ты быстро встала на ноги.

Эббот открыл дверь и пропустил меня вперед. Тишина коридора вновь окутала меня.

Мы шагали вперед, минуя двери, что вели в спальни, крутые повороты, в другие части аббатства и наконец спустились по винтовой лестнице вниз. Оттуда доносились взволнованные голоса.

Спустившись по ступенькам, я обвела взглядом открывшийся широкий холл, плавно переходящий в зону отдыха и замерла. На диване, запрокинув ногу на ногу сидел Альберт. Его длинные седые волосы были туго стянуты в низкий хвост, а все лицо и руки покрывали светлые, похожие на шрамы руны. Длинная черная мантия скрывала его худую фигуру. Яркие светло-карие глаза внимательно изучали меня. Рядом со мной встал Эббот.

Позади главы Химер стояли два его соратника, такие же как и он, напыщенные и высокомерные. Их лица светились победным сиянием, а на губы скривились в ухмылках. По спине поползли мурашки.

– Здравствуй, внучка, – его голос был острее ножа, а в словах сквозило отвращение. – Рад видеть тебя в здравии.

Мне захотелось съязвить, но я вовремя прикусила язык. Альберт никогда не считал меня своей родней, да я и не стремилась стать ее частью. Если бы отец не забрал мать в мир фейри и не сделал своей, она была бы жива, а у Альберта были наследники с чистой кровью. Очень давно, когда я спрашивала у отца про мать, он сказал лишь то, что она была его судьбой. И пусть между фейри и химерами натянутые отношения, вопреки суждениям и обычаям, он полюбил. И если волшебный народ принял выбор их короля, то вот Альберт не смирился с потерей единственного ребенка и рождение полукровки.

– Я хотел тебя навестить, но в комнате никого не оказалось.

– Извини, что не выслала приглашение. В следующий раз получишь его первым.

Эббот предостерегающе сжал мое запястье и слегка потянул на себя, заводя за спину. Губы Альберта скривились в ядовитой усмешке и он поднялся на ноги.

– Боюсь, следующего раза уже не будет, – Альберт широкими шагами, преодолел между нами расстояние. Его свита двинулась за ним. – Я очень трепетно отношусь к своей семье, Ава, и несмотря на то, что в твоих жилах течет испорченная кровь, я дарую тебе выбор. Ты соглашаешься и едешь со мной в столицу. Там у тебя будет возможность доказать, что все это лишь случайное стечение обстоятельств. Или.

Альберт приблизился слишком близко. Его сила звенела в моем теле, заглушая остатки собственной. Меня парализовало, а сердце в панике разгоняло кровь. Я знала, что он скажет сейчас.

– Есть те, кто жаждет вернуть тебя назад. И охотно сделает все, чтобы вновь твоя жалкая жизнь была невыносимой.

Я сжала кулаки и дернула руку, вырываясь из хватки Эббота. Ярость захлестнула подобно влетевшему урагану.

– Так что ты выберешь, Ава? – убийственно тихо произнес Альберт, и его светло-карие глаза – единственное наше сходство с ним, потемнели. Я не проронила ни слова. – Приму твое молчание за выбор первого варианта. Все же возвращаться туда, откуда ты с таким трудом сбежала, сломает тебя окончательно. Кем я стану, если позволю единственной внучке и наследнице моего рода потерять свою душу.

– Не поздно ли? – выпалила я, сделав шаг вперед. Меня перестали волновать стоящие позади Альберта приспешники, шикающий на меня Эббот. – Мне не нужна твоя забота или громкие слова о важности семьи. Я не собираюсь становиться твоей пешкой. Если надеешься, что с помощью меня сможешь повлиять на отца, то глубоко заблуждаешься. Он так же, как и ты ненавидит меня. Поэтому избавь меня от этой притворной любви и скажи прямо, что тебе от меня нужно.

– Мне нужна корона.

Холодный металл обжег запястья и я зашипела, дергая руками. За своей яростью и обидой не заметила, как в руках Химера оказались оковы. На месте, где касался сплав, появились багровые рубцы.

– Отведите ее в комнату и проследите, чтобы никто не входил к ней.

Я продолжала гневно смотреть на Альберта, пока один из его верных псов и не схватил меня под руку и не потащил в сторону выхода. Эббот дернулся в мою сторону, но Альберт предостерегающе цокнул. Внутри все сжалось от ужаса и паники.

Глава 5

В последующие несколько дней моя комната стала моей же темницей. За дверью стояли химеры, следя, чтобы я не вытворила, какую глупость или вовсе не сбежала. Три раза в день приносили мне еду и молча, ничего не спрашивая и не отвечая на вопросы, ставили на стол и уходили. За это время я так и не видела ни Эббота, ни Кая.

Чувство безысходности смешалось с яростью и требовало вырваться наружу. Впервые я не знала, что мне делать. У меня не было дома, не было тех, кому я могла спокойно довериться или спрятаться за спиной, зная, что меня защитят. Эти чувства съедали меня изнутри, разрушая душу, кусочек за кусочком. И когда мне казалось, что я, наконец, нашла свой дом, его тут же поспешно у меня отняли.

Перевернувшись с одного бока на другой, я уставилась в открытое настежь окно. Летний знойный ветер проникал внутрь, принося с собой сладкий аромат цветов, что были высажены внизу. Звуки машин смешались с лаем собак и гомоном людей, которые спешили вдоль тротуара, минуя аббатство. Мои окна выходили на оживленный квартал, где с самого утра и до позднего вечера не стихали звуки жизни. За то время, что я прожила здесь, так и не смогла привыкнуть к людскому ритму жизни. Благодаря крови фейри, я была наделена той самой вечностью, о которой так грезили смертные.

И все же, несмотря на то что фейри и люди жили бок о бок, я ощущала отвращение и пренебрежение к волшебному народу. Они сплетались с нитями страха и ужаса, которые внушали им еще со времен, когда фейри утаскивали в свои владения несчастных, делая их своими рабами. Однако насколько все было правдой, я не знала. Лишь то, что великая война, разделившая мир на «до и после» поставила начало для новых, весьма перспективных отношений между двумя народами.

Странные звуки за дверью заставили меня резко подскочить с кровати. Тихие голоса доносились до меня как эхо, но я никак не могла разобрать, о чем те шепчутся. В панике я стала осматривать комнату, ища что-то острое или тяжелое, что могло послужить мне защитой. Но Альберт был предусмотрителен – он убрал все, что могло помочь мне сбежать отсюда.

Замок щелкнул, и за порогом показалась кудрявая макушка. Сердце пропустило удар, когда Кай проскользнул внутрь комнаты, осторожно закрыв за собой дверь. Я продолжала стоять, не веря, что он здесь.

– У нас мало времени, – прошептал Кай, подскочив ко мне. Он схватил меня за руки и потащил к кровати. – Слушай внимательно. Альберт завтра собирается покидать аббатство. С тобой. Но до этого времени у него есть еще дела в городе. Мы сможем воспользоваться моментом и помочь тебе улизнуть отсюда. Эббот просчитал все. Когда покинешь аббатство, тебя будет ждать Дивина…

– Подожди, – я перебила друга. Его слова были бессмыслицей. Я ничего не понимала. – Это звучит слишком хорошо, но только боюсь будет сделать сложно.

– Это уже наша забота. Готовься, вечером, ты покинешь Аббатство.

Я горько усмехнулась и прикрыла глаза. Снова бежать. Снова прятаться. Я была не хуже преступника, которого разыскивают все страны мира. Кай осторожно накрыл своими ладонями мои, словно я могла оттолкнуть его, и сжал пальцы.

– И куда я пойду? Где бы я ни была, он найдет меня. Его люди повсюду. И если ты не заметил, я фейри, а не человек. Слишком выбиваюсь среди общей массы.

– Он не найдет тебя, если ты перейдешь через границу.

Я оцепенела. Кай только что предложил мне вернуться в мир фейри? Я выдернула руки из его ладоней и вскочила на ноги. Кай непонимающе уставился на меня. Его медовые глаза с испугом скользили по лицу. Эббот говорил, что позаботиться о том, чтобы я больше не ступала на эти земли.

– Если я вернусь в мир фейри, там меня найдет отец, – прошептала я, борясь с подступающей истерикой. – Эббот обещал, что я не вернусь туда.

– Ава, никто тебя там не найдет. Даже за завесой есть те, кто готов тебе помочь. Доверься нам.

Я уже доверилась. Пять лет назад, когда позволила спасти себя от монстров, что поджидали за стеной отцовского дворца. Тогда я убегала от него, в надежде, что здесь я смогу найти пристанище. Но оказавшись по другую сторону завесы, я столкнулась с еще большими проблемами: людской ненавистью по отношению к волшебному народу. Неважно кем ты был, фейри или сатиром – тебя встречали с отвращением и злостью. Но не Эббот. Он помог мне, дал кров и позволил жить, как нормальный человек. И теперь моя жизнь снова становилась иллюзией. А мысль о возвращении утаскивала в пучину безысходности.

– Ты не представляешь, что будет, если я пересеку обратно границу.

Кай встал с кровати и подошел ко мне. Его теплая ладонь легла мне на щеку, и я взглянула в его глаза. Меня захлестнули эмоции от той нежности и сочувствия, с которым он на меня смотрел. Его глаза казались ярче меда, а темные крапинки вокруг зрачка походили на мерцание звезд.

– Когда я был ребенком, мама рассказывала нам с сестрами истории о фейри. В ее сказках не было ничего чудесного и доброго. Все, что мы знали о волшебном народе – это, то, что они были злыми и хитрыми. Встретить фейри – обречь себя на смерть. С таким образом мы выросли. Но, когда я увидел тебя, твои страх и боль. Я понял, что вы такие же, как и мы. И если есть шанс прекратить эту холодную войну между двумя народами и зажить без отвращения друг к другу, то никакая завеса нам не будет нужна.

– Ты слишком мало встречал фейри, чтобы делать о нас такие выводы. Мы действительно монстры из сказок, которые рассказывала ваша мать.

Я это знала.

Отстранившись от меня, Кай направился к выходу. На секунду задержавшись, словно хотел что-то сказать, но передумал. Открыв дверь, Кай бросил на меня беглый взгляд и улыбнулся.

– Готовься. Вечером я приду за тобой.

Дверь захлопнулась, оставив меня наедине с разбежавшимися мыслями. Я не понимала радоваться мне или бить тревогу.

Я выглянула в открытое окно и вдохнула жаркий воздух. До вечера оставалось не так много времени. Если они и правда решили меня вывести отсюда, я должна подготовиться.

Солнце медленно клонилось к горизонту, когда я застегнула последнюю пуговицу на теплой кофте. Внутри все сжималось от ожидания и незнания того, что будет дальше. Меня пугала неизвестность. Но еще больше – возвращение «домой».

Дверной замок тихо щелкнул, и я развернулась к двери лицом, инстинктивно коснувшись рукояти кинжала. Дверь с тихим звуком открылась и на пороге показалась Дивина. Я застыла, не зная, как реагировать. На ней было боевое облачение Химер, с перевязью на бедрах и арбалетом за спиной. Русые волосы стянуты в привычную тугую косу, а лицо оставалось непроницаемым.

Дивина оглянулась по сторонам и поманила меня пальцем.

– Альберт забрал с собой Кая, поэтому поведу тебя я, – заметив мое замешательство, пояснила Дивина. – Они выехали чуть больше часа назад. Если не передумала, то советую поторопиться. У нас и так мало времени.

Дивина развернулась ко мне вполоборота и протянула клинок с посеребренной рукоятью. Сердце пропустило удар, когда мои пальцы коснулись металла. Я одним движением прокрутила его в пальцах и убрала на набедренный пояс.

Бедро приятно холодил клинок из фейской стали. Когда Эббот только привел меня сюда, он сразу вручил мне оружие и научил им пользоваться. Это единственный металл, который, соприкасаясь с кожей, не грозил ее раскалить до костей.

– Готова?

Я молча кивнула и, схватив рюкзак, выскочила из комнаты.

В коридоре было подозрительно тихо, словно все разом куда-то делись. Ощущение неправильности разрасталось внутри подобно розе, протыкая меня шипами. Я мчалась вслед за Дивиной и старалась отогнать подальше нахлынувшую на меня панику.

Слишком все просто.

Если это не ловушка, то я буду благодарить праматерь до конца своей полубессмертной жизни за это невероятное везение.

Мы плутали по извилистым коридорам, которых я однозначно не помнила, и выскочили к маленькой крутой лестнице. Сердце бешено колотилось в груди, вторя моим шагам; дыхание давно сбилось.

– Внизу дверь к нашему спасению. Не отставай.

Дивина бросилась вниз, я последовала за ней, стараясь не поскользнуться на крутых ступеньках. Повеяло прохладой и сладким ароматом яблок. Впереди показалась металлическая дверь, и Дивина, дернув за ручку, толкнула ее от себя.

Я выбежала на улицу и резко затормозила. Мы оказались на заднем дворе, где мы часто отдыхали от тяжелых будней. Сердце сжалось от нахлынувших воспоминаний, и я не сразу заметила, как в тени притаилась угроза.

Стрела просвистела над головой, и я лишь чудом успела присесть. Острый наконечник вошел в косяк дерева с оглушительным треском. Дивина вытащила свой арбалет и прицелилась в то место, откуда по ее меняю стреляли. Я же последовав за ней, достала кинжал и встала в боевую стойку.

Очередная стрела со свистом пронеслась возле меня, и я отбила ее кинжалом.

– Выходи, трус! – прокричала Дивина и натянула тетиву до щелчка. – Или так и будешь прятаться за деревьями?

В тени кто-то пошевелился, и на свет вышел парень. Я его не знала, но серебряная нашивка на его военном обмундировании говорили о высшем чине. Он прибыл с Альбертом.

Каждый химер имел право продвинуться по карьерной лестнице, как говорили смертные. Некоторые становились советниками, кто-то просто дослужился до высокого звания. Все зависело от того, как хорошо ты в политике и умении убивать демонов. И фейри.

– Альберт все же был прав, – его лицо озарила озлобленная ухмылка. В руках он держал арбалет, нацеленный на меня. – Он сказал, что ты попытаешься сбежать. И тебе в этом помогут. И приказал, предателей убить, а тебя, к сожалению, лишь притащить к нему.

– Для глупой собачки ты оказался слишком умен, – Дивина оскалилась и крепче перехватила свой арбалет. – Уйди с дороги, я не хочу лишать жизни одного из нас.

– Нас?

Хохот разнесся по двору, и у меня поползли мурашки. Он будто тянул время. Его вальяжная поза, небрежно сжимающий оружие, и самоуверенность на лице.

– Это ловушка, – обратилась я к Дивине и сделала короткий шаг к ней.

Плечо прострелило невыносимой болью и, вскрикнув, я пошатнулась. Дрожащей рукой коснулась место боли, и меня пронзил ужас. Ладонь в мгновение стала влажной и липкой. Каждое движение отдавалось нестерпимой пульсацией, а тело с новым вдохом слабело.

– Для тебя, предательница, больше нет нас.

Теперь всё внимание было приковано ко мне. Льдисто-голубые глаза химера проникали в самую душу, словно выискивая внутри то, чего у меня не было. Затем его рот скривился в оскале, и химер двинулся на нас.

Он был быстр и явно сильнее нас. Дивина стреляла из арбалета, но ни одна стрела так и не добралась до намеченной цели. Я видела, как Дивина лихорадочно бегала глазами, ища выход. Химер приблизился к ней на расстоянии всего пары метров, и клинок сверкнул в его руках. Дивина успела выхватить свой и я услышала оглушительный звон сталь о сталь разнесся в голове, заглушая остальные звуки.

Я попятилась, когда сломанный кусок стали, острием вонзился в землю рядом со мной. Они кружили, словно танцевали вальс, такой же красивый и чертовски опасный. Несмотря на то что клинок Дивины был сломан, она умело орудовала им, и на мгновение я немного позавидовала ее мастерству.

Отец никогда не учил меня военному искусству, ссылаясь на то, что рядом со мной всегда будет тот, кто сможет защитить. Частные уроки у капитана, которого я уговорила, медленно, но давали свои плоды. И когда я впервые взяла оружие у Эббота, я поняла, что впредь хочу всегда ощущать тяжесть клинка в ладонях и знать, что смогу сама за себя постоять. Но до умений Дивины мне было еще слишком далеко.

Нащупав свой клинок, я сквозь стиснутые от боли зубы, достала его из-за пояса и крепко сжала рукоять.

Мне следовало что-то придумать, пока Дивина все еще была на ногах. На ее лбу выступили капли пота, а грудь быстро вздымалась от частых вдохов.

Я прикрыла глаза, впервые взывая к своей первозданной силе. Она была мне необходима. Если я сейчас не воспользуюсь ею, то Дивина погибнет. Я не могла этого допустить.

Отбросив все мысли, я сосредоточилась на своих ощущениях. Я слышала, как по венам течет кровь, как бьется сердце, разгоняя алую жидкость по венам. Но я не могла услышать ее. Сила молчала.

Страх сковал мои ноги, а руки заледенели, когда я увидела, как нож летит прямо в грудь Дивине. Я сделала выпад и метнула свой кинжал, в надежде, что это может помочь. Оружие со свистом пронеслось мимо химера и тот дернулся, на мгновение, теряя контроль. Дивина ловко отбила нож и метнулась в его сторону.

Она словно хищница, подошла сзади и нанесла удар. Потерявший бдительность, Химер дернулся и завалился на бок.

– Он? – выпалила я хриплым голосом, подскакивая к Дивине.

– Живой, к сожалению. Идти можешь? – я кивнула. – Пошли. У нас мало времени, Кай будет беспокоиться.

В глазах Дивины промелькнуло беспокойство, но она тут же сделала невозмутимое лицо и побежала вдоль аллеи с яблонями вперед. Я старалась не отставать, но тело становилось ватным и не желало меня слушаться. Рана в плече продолжала пульсировать, и словно с каждым вдохом, пульсация только нарастала.

Мы выскочили на оживленную улицу, где десятки любопытных глаз устремились на нас. Чтобы стать Химером, как и фейри, нужно было родиться с «золотой» кровью. Из-за нежелания людей связывать себя узами с расами, что по их мнению противоречили естественному ходу эволюции, Химер осталось не так много.

Дивина свернула за перекресток, и мы выбежали к входу в городской парк. Зеленые деревья встретили нас непроходимой стеной, словно безмолвные стражи, они не желали пропускать нас.

Плечо нещадно жгло, и я машинально коснулась пальцами раны. Сморщившись от пронзительной боли, я прикусила нижнюю губу, чтобы не закричать. Рука стала медленно неметь, и я запаниковала.

– Мне нужно передохнуть, – прохрипела я, нагоняя Дивину. Девушка окинула меня взглядом и тихо выругалась.

Мы остановились около большой ивы. Пусть и ненадолго, но ветки скрыли меня, когда я прислонилась спиной к толстому стволу дерева. Сердце билось о грудь, ломая ребра и требуя вырваться наружу. Перед глазами плясали черные точки.

– Дело дрянь, – заключила Дивина, а я закатила глаза.

Сморщившись, она разорвала рукав и осмотрела рану. Она не обращала внимания, когда любопытные зеваки, проходя мимо, останавливались и в упор смотрели на нас.

Дивина достала из ножен кинжал и, развернув его рукоятью к ране, подняла медовые глаза.

– Будет больно.

Я фыркнула. Уж больнее от железа к коже не будет, после такой раны. Но прародитель, как я ошиблась.

Металл соприкоснулся с раной, и я со всех сил впилась рукой в плечо Дивины и зажмурившившись, стиснула зубы. Крик рвался из груди, и мне отчаянно хотелось оттолкнуть Химера от себя, только чтобы та перестала причинять мне боль.

Железо ощущалась на коже, как раскаленный огонь. Внутри все отчаянно противилось нахлынувшей боли и жаждало уничтожить угрозу. Тьма обволакивала разум, мешая соображать. Я почти ничего не видела и не слышала, кроме бешено колотящегося сердца.

Сила, что казалась заснула, вновь яростно билась о невидимый барьер. Боясь, что она вновь вырвется из-под контроля, я глубоко вдохнула и попыталась заглушить тьму. На мгновение зрение вернулось, и я уставилась на побледневшее лицо Дивины. Проследив, куда она смотрит я застыла.

Перед нами стояло двое демонов. Походившие на гигантских собак с вытянутыми мордами и дикими алыми глазами. Они притаились в густых кустах и тихо рычали. Я боялась пошевелиться, словно мои движения могли разозлить монстров и они бросятся на нас.

– Твои глаза, – Дивина бросила на меня обеспокоенный взгляд и указала на меня. – Они больше не черные.

Значит, так видится моя сила.

Меня пробрала дрожь, когда один из демонов низко зарычал и сделал пару шагов в нашу сторону.

– Я в порядке, – прошептала, больше даже себе, и я в подтверждение вытащила клинок и крепко сжала его в ладони.

Приняв за зеленый свет мое оружие, демоны ринулись на нас. Я благодарила всех богов, за то, что рядом не оказалось людей.

Я увернулась от прыжка и выкинув руку вверх, попыталась полоснуть демона по брюху. Но промахнулась. Вместо удара я рассекла воздух и полетела кубарем по сухой от жары траве. Плечо заныло, когда я ударилась им о землю.

Демон не терял времени. Развернувшись, как самый обычный дикий зверь, он вновь ринулся в мою сторону. Я поднялась на ноги, и земля заходила кру́гом. Истошный вой врезался в уши, и я машинально накрыла их ладонями. Слух фейри позволял хорошо слышать. Иногда даже очень.

Убедившись, что я дезориентирована, демон кинулся на меня, сбивая с ног. Мы повалились на землю. Тяжелая туша монстра придавила меня, мешая дышать. Я брыкалась, пытаясь сбить эту тварь с себя, но ничего не выходило. Вонь, разившая из его пасти, проникла в нос, и меня затошнило. Вязкая прозрачная слюна капала на щеку и омерзительно стекала к уху.

Впервые за долгое время, я пожалела, что не могу контролировать свою силу.

Рядом кто-то закричал, и демон поднял свою морду. Человек. Как не вовремя! Однако он появился здесь как раз вовремя. Монстр отвлекся на новую, более слабую добычу, и по земле прошла дрожь от его утробного рычания.

Воспользовавшись его замешательством, я нащупала на земле клинок. Острое лезвие вонзилось демону в бок и тот утробно зарычав, повалился на землю. Я успела перекатиться, прежде чем его огромная лапа полоснула то место, где я находилась. Черная кровь брызнула на траву.

Я взглянула туда, где, по моему мнению должна была находиться Дивина и оцепенела. Она боролась с демоном, а позади нее, сжавшись в комок и загнанная в ловушку у обрыва реки сидела девочка. Ее полные ужаса и страха глаза блестели от слез, а желтое платье испачкалось кровью демона.

Дивина отбивалась от монстра, не давая подойти к нему, и я, перехватив кинжал поудобнее, ринулась в их сторону. Я больше не позволю невинным людям страдать. Неважно, откуда взялись эти демоны или кто их прислал, я не допущу кровопролития.

Больше нет.

Я петляла из стороны в сторону, ища удобного момента, чтобы напасть. И когда расстояние между мной и монстром сократилось, я слегка притормозила и прыгнула на демона, вонзая в его твердую спину клинок.

Демон взревел и дернулся, вставая на задние лапы. Ухватившись поудобнее за мех демона, мне все же удалось удержаться на нем.

Мое счастье длилось недолго. Из-за короткой длины лезвия я так и не смогла убить демона. Круто развернувшись, монстр поднялся на задние лапы и дернул спиной. Рука соскользнула, и я полетела вниз. Холодная земля встретила меня новым оглушительным ударом в затылок.

Демон развернулся ко мне и придавил когтистой лапой. Одежда разорвалась, и грудь пронзила боль от воткнутого в нее когтя.

Секунды превратились в минуты, словно все время кто-то нарочно замедлил. Я видела, как ярко-алые одержимые глаза демона горели огнем бездны, как кричали его ненависть и злость, которыми он был наделен. У меня перехватило дыхание от мысли, что эти секунды могут стать последними. Один удар в сердце – и я мертва.

Что-то просвистело надо мной. Демон дернулся, и его алые глаза закатились. Все произошло слишком быстро. Я моргнула, а монстр уже лежал на земле, с зияющей дырой в груди. Горячая черная кровь забрызгала лицо и волосы, но я хотя бы осталась жива.

Сбросив с себя монстра, я повернулась набок, крепче стискивая зубы от боли, и попыталась приподняться. Напротив присела Дивина. Бледная, измученная и вспотевшая, она ощупывала мою рану.

– Яда нет. Заражение, – она поджала губы, и я поняла, что дело берет скверный оборот. – Если ты сейчас не начнешь исцелять себя, то можешь лишиться руки.

Меня передернуло от мысли, что я могу остаться без конечности, но призвать магию я так и не могла. Сила спала как убитая, там где-то в глубине моего сознания.

– Я не могу, – выдавила я, пытаясь подняться. Дивина протянула руку и, приняв ее, я, наконец, смогла встать.

– А жить хочешь? – рявкнула Дивина и вперила в меня озлобленный взгляд. – Эббот не для того рискует своей жизнью, чтобы ты тут просто сдохла, потому что боишься использовать свою силу!

Я оторопела, не зная, что ответить. Да и что могла сказать, если я и вправду была трусиха.

– Всегда стоит использовать магию, кто-то невинный погибает. Я устала быть причиной смерти людям, которые просто хотели спастись от монстров.

Лицо Дивины перекосилось от злости, и она с силой пихнула меня к дереву. От неожиданности я больно впечаталась в ствол и тихий стон вырвался из груди.

– А теперь слушай сюда, неженка, – Дивина уперлась в грудь рукой, не давая мне пошевелиться. В ее глазах плясала ненависть. – Или ты сейчас прекращаешь себя жалеть и делаешь уже, что от тебя требуется, или я самолично прикончу тебя.

В каждом слове слышалась неподдельная угроза, и на мгновение я ей поверила. Но выпустить бушующую во мне тьму оказалось гораздо страшнее.

Рядом хрустнула ветка, и мы синхронно повернули головы на звук. Возле ближайшего к нам дерева стоял еще один демон. Руки заледенели, а сердце ухнуло вниз, когда существо, сузив свои алые глаза, разинул пасть и зарычал. Где-то закричали люди. Воздух сотряс громкий вой сирены, и демон кинулся на нас.

В отличие от предыдущих своих сородичей, этот демон оказался умнее. Он уклонялся от стрел, выпускаемых Дивиной из арбалета, а острые кинжалы не брали его толстый мех. Что-то в поведении этого демона было странным. Он не старался убить, как те существа. Он словно изматывал нас, заставлял потеть и чувствовать слабость.

Земля задрожала, и мы с Дивиной повалились на траву. Где-то послышался звук обвалившегося здания и отчаянные крики людей.

Магия бурлила в венах, а голова наливалась свинцом. В руках покалывало и зудело, требуя вырваться на свободу. Я обернулась и заметила, как демон навис над Дивиной и из его пасти капала слюна.

Секунда – и огромная когтистая лапа полоснула химера по груди. Девушка вскрикнула, но успела увернуться. Если я не решусь использовать магию или не придумаю что-то еще, то она может погибнуть.

Стиснув зубы, я встала на ноги и твердо уперлась ногами в землю. Вскинув вперед руку, я сосредоточилась на демоне и почувствовала моментальный отклик. Тьма быстро поднималась по ногам, обвилась вокруг талии и плавно вспорхнула через грудь к руке. Черные линии тьмы стрелами устремились в демона. Монстр взревел и, пошатнувшись, завалился на тяжело дышащую Дивину.

Приказав силе вновь спрятаться за толстыми прутьями разума, я бросилась к девушке. Ее лицо быстро бледнело, а на лбу выступила испарина. Грудь часто вздымалась от коротких прерывистых вздохов.

Опустившись рядом с ней на колени, я коснулась ее бока, пытаясь развернуть на спину, и сердце пропустило удар, когда пальцы намокли. Ее бок был разорван. Из раны текла кровь, окропляя темно-красным цветом траву. В висках било, словно кто-то затолкнул внутрь колокол.

– Насколько хреново? – прохрипела Дивина, попытавшись встать. Я поджала губы и промолчала. – Понятно. Черт, как больно.

– Тебя надо в лазарет.

– Нет, – ее голос сорвался, и она закашляла. – Это совсем другой демон. Тебе ли не знать, – я знала. Во всяком случае догадывалась. – Яд этого демона не излечить. Он отравляет не только кровь, но и туманит разум.

– О чем ты? – мой голос дрожал. В глазах Дивины промелькнул страх.

– Если не остановить распространения яда, то я стану одной из них.

Меня пробило током. Я начала понимать, к чему она клонит, и отчаянно завертела головой. Я не желала принимать тот факт, что у нее нет способа спастись.

Кровавая рука, химера коснулась моей, и я почувствовала холод стали. Ком душил, а отчаяние захлестывало с невероятной силой.

– Нет, – выдохнула я и бросила кинжал на землю. – Мы найдем другой выход. Ты будешь жить.

– Дура! – выплюнула Дивина и оскалилась. – Я уже не жилец. Сделай, что требуют от тебя правила химер, и уходи.

– Я не стану тебя убивать!

Мой крик заглушили рев демонов. Меня трясло, как при лихорадке, а злость захлестнула волной. Я не собиралась убивать того, кто был дорог другу. Единственную его семью.

Мысли о Кае болью отозвались в сердце, и я сжала кулаки. Я не имела такого права. Я не бог, чтобы вершить правосудие.

Лицо Дивины смягчилось. Она смотрела на меня с пронзительным умоляющим взглядом.

– Если ты этого не сделаешь, то я стану монстром и тебе все равно придется убить меня. Так почему бы не облегчить себе задачу и не сделать это до того, как тьма затуманит мой разум.

– Ты так говоришь, будто совсем не боишься смерти. Я бы сказала, ты ее жаждешь.

Дивина хрипло засмеялась.

– Ты не представляешь, как я боюсь. Но страх, что я стану демоном и убью тех, кого люблю гораздо больше. Поэтому будь добра. Запихни свое поганое чувство вины в задницу и просто сделай то, что нужно.

Она наклонилась и подняла кинжал. Рукоять стала невыносимо тяжелой.

– Скажи брату, что я его люблю.

Мое сердце перестало биться, когда острие кинжала с омерзительным хрустом вошло в плоть химера. Глаза щипало от слез, а из груди рвался крик. Горечь и жгучая злость, смешались, когда обмякшее тело Дивины завалилось на меня. Я еще чувствовала ее слабое дыхание, слышала, как мучительно медленно билось сердце, и видела смерть, что пришла черным туманом, когда ее рука безвольно соскользнула с моего плеча.

Тьма захлестнула меня и выплеснулась из тела подобно урагану, снося все на своем пути. В ушах заложило от поднявшегося шквального ветра, и я рухнула вместе с телом Дивины на землю.

Она не дышала.

Дивина мертва.

– Ава.

Ужас заставил сердце остановиться, а затем вновь пойти.

Глава 6

– Люди всегда считали нас монстрами.

Низкий баритон уже знакомого голоса окутал меня, словно одеяло. Я повернулась на звук и встретилась взглядом с его черными, как беззвездная ночь глазами. Он сидел на ветке дерева и, склонив голову набок, открыто разглядывал меня. Когда его взгляд остановился на моем плече, черты лица стали острыми, а в глазах полыхнул дикий огонь.

Спрыгнув с ветки, он грациозно подошел ко мне. На этот раз я не чувствовала страха перед ним. Наоборот, словно моя душа жаждала с ним встречи и истосковалась по его прикосновениям, теплому взгляду и крепким объятиям. Словно он был моей потерянной семьей.

Он провел пальцами по ране на плече и тихо зарычал.

– Почему не используешь свою силу для лечения? – в его тоне ощущались требовательные нотки. Он будто осуждал меня за такое решение. – Ты же можешь.

– Я не хочу использовать магию.

Незнакомец, явно удивленный моим ответом, опустил руку и сделал пару шагов назад.

– Магия – часть тебя. Смею заметить, что твои силы очень велики. А в таком теле, как твое, чрезмерное подавление магии может привести к непоправимым последствиям, – я фыркнула. – Если ты не будешь пользоваться своей силой, то она завладеет тобой. Или сожрет изнутри.

Я вздрогнула.

Перспектива стать зависимой от неконтролируемой магии или умереть не претила мне. Но сама мысль, что я вновь буду прикасаться к тьме, которая противоречит моему истинному естеству, заставляла сжиматься в калачик.

– Я боюсь, – призналась я, поражаясь тому, как без стеснения и лишних подозрений ведаю все самое личное до сих пор незнакомому мне парню. – Каждый раз страдают люди.

– Такова сущность магии. Она подобна ночи, стремящейся единолично править. Обуздай ее, добавь звезд своей тьме. Иначе мрак погубит тебя.

Его слова проникали в самую глубь души. Что-то странное зашевелилось внутри.

– Почему тебя так волнует мое состояние? – я бросила на незнакомца подозрительный взгляд и скрестила руки на груди. – У меня нет ни одного основания верить тебе. Да, к черту! Я даже не знаю твоего имени.

Незнакомец лишь ухмыльнулся и поднял одну бровь.

– Мое имя ты знаешь, стоит лишь вспомнить. Пока что. Все, что нужно знать, – я на твоей стороне. Как и ты однажды окажешься на моей.

Я приоткрыла рот от удивления и хотела уже возразить, как меня накрыла тьма и я стала падать.

Его имя Киран.

Я продолжала сидеть и сжимать остывшее тело Дивины, не обращая внимания на подошедшего Кая. Слезы застилали глаза, когда я подняла голову.

Кай опустился рядом, и я видела, сколько сил ему пришлось приложить, чтобы скрыть дрожь в руках. Широкая ладонь опустилась на холодный лоб Дивины, и мое сердце сжалось. Его глаза утратили былой блеск и озорство, уступив место тьме. Его затрясло, когда он взглянул на мои руки. Испачканные в крови и сжимающие рукоять кинжала.

Ее кинжал.

– Кай…, – я не попыталась коснуться его руки, но он одернул ее. – Прошу.

Я вложила в просьбу столько мольбы, сколько могла, но он продолжал не обращать на меня внимание. Его плечи содрогались в беззвучном рыдании.

– Прекрасно сработано, Кай.

Голос Альберта обрушился на меня, пытаясь раздавить. Я оглянулась, туда, где стоял Химер, и застыла.

Альберт, облаченный вовсе черное, стоял в окружении двух демонов. Они не трогали его, наоборот, закрывали собой, как щитом.

Кай, не поднимая головы, встал на ноги и отвернулся, чтобы я только не видела его лицо. Я не понимала, что происходит. Внутри бушевало странное предчувствие.

– Кай…

– Она мертва, – Кай больше обращался к Альберту. Его пальцы сжались в кулак. – Вы обещали, что с моей сестрой ничего не произойдет. Но она мертва!

Слова громом разнеслась по парку, растворяясь в очередном рычании демона. Я поднялась следом, не до конца соображая.

– В войне сын мой, без жертв никак. Ты сделал свое дело. Дальше мы обо всем позаботимся.

Наконец, Кай повернул в мою сторону голову, и у меня словно убрали землю из-под ног. В его глазах не было ни намека на тепло. Лишь боль и ненависть. Он сделал робкий шаг в мою сторону, но тут же остановился.

– Что вы собираетесь делать? – Кай продолжал смотреть на меня. Его безжизненные глаза были холодны, как бездна.

– Я же сказал, что дальше не твоя забота, мальчик.

Альберт щелкнул пальцами и словно тени, позади меня очутились демоны. Они рычали и скалились, а когда я попыталась пошевелиться, то один из них повторил мое движение. Меня сковал ужас.

– Кай, – умоляюще протянула я, но химер лишь прикрыл глаза, игнорируя мое унижение. – Где Эббот? Что происходит?

– Твой ненаглядный наставник сидит за решеткой, – обыденным тоном ответил за Кая Альберт, подходя ко мне. – Он даже не был в курсе твоего побега. Как прискорбно. К сожалению, ты не виновата, в том, что случилось. Всего лишь оказалась не в том месте не в то время.

Я вздрогнула, когда сзади кто-то схватил меня за локоть. Конечно, Альберт не мог прийти сюда один. Позади меня стояли его верные псы. Все это время Кай молча наблюдал за всем происходящим, не смея даже произнести ни слова. Внутри забурлил гнев. Он знал. Он обманул меня. Все слова, что были сказаны тогда в комнате.

Тело затрясло. Тошнота подкатила к горлу, а в глазах помутнело от нахлынувшего осознания.

– Ты специально все подстроил? – голос сорвался на крик.

Альберт тихо выдохнул и подошел вплотную ко мне.

– А как же, все, что ты мне говорил?

– Я не отказываюсь от своих слов. У меня не было выбора.

Его голос звучал сухо и безжизненно, но надломлено.

– Да ладно? Что такое тебе предложили, что ты согласился поступиться нашей дружбой?

Кай молчал.

Внезапно рядом раздался голос:

– Закончили? А то у меня еще дела в городе.

Хищная улыбка искривила потресканные губы главы Химер и он, махнув своим подручным, поспешил прочь из пака.

– Прости.

Внутри что-то оборвалось. Пустота сменила бушующий гнев, и я кинула последний взгляд на друга. Бывшего друга. Слова Дивины набатом стучали в голове, повторяя раз за разом, как мантру: «…он сделает все ради семьи». Сделает все. Даже предаст.

Мне казалось, что сердце перестало стучать, а все звуки разом утратили громкость. Осталась лишь я и зияющая дыра в душе.

Каждый шаг давался мне с трудом. Кто-то отчаянно тянул на дно бездонного моря, пытаясь утопить в отчаянии, и я не сопротивлялась. Мне хотелось исчезнуть, стереть все воспоминания, словно ничего и не было. Но, как по иронии судьбы я помнила все.

Я не сопротивлялась, когда Альберт вывел меня из парка, а на моих запястьях вновь оказались оковы. Мне было все равно, когда дверь машины открылась и меня затолкали внутрь, как какую-то преступницу. Хотя, быть может, я и была ею.

***

Металлическая дверь с лязгом закрылась, оставив меня в маленьком помещении без окон. Здесь воняло сыростью и табаком. Холод от стен пробирал до костей.

– Я буду признателен, Ава, если мы с тобой придем к компромиссу раньше, чем остынет мой кофе.

Альберт поставил кружку на импровизированный стол, стоящий в углу комнаты и уселся на стул, запрокинув ногу на ногу. Под его глазами залегли тяжелые тени, а в руках он крутил проржавевший кулон. Я продолжала стоять, обхватив себя руками, и внимательно следить за каждым его действиям. У меня не было желания разговаривать с ним, а уж тем более иметь дел.

– Понятно. Придется задержаться.

Альберт поднялся на ноги, а я инстинктивно попятилась. Лицо химера было ледяным, словно он собирался забить скотину.

– Где корона?

Я вздрогнула. Его голос прорвался в мой мозг, вызывая в нем странные ви́дения. Паника захлестнула разум и, упершись о стену спиной, я схватилась за голову.

Призрачные пальцы перебирали нити воспоминаний, как картотеку, выискивая нужный документ. Грудь сдавило от нахлынувших воспоминаний.

Я находилась в такой же самой комнате, но только сделана она была из другого материала. Передо мной лицо моего отца. Бесчувственный взгляд блуждал по моему лицу, когда огонь обжигал мои руки. Боль стала неотъемлемой частью меня.

Затем картина сменилась на другую, где я уже сидела в комнате, а напротив, стоял жрец. Он касался костлявыми пальцами моих висков, а я сквозь слезы умоляла отца прекратить эти мучения.

Земля перевернулась, и я оказалась в тронном зале. Огромные черное дерево тянуло свои ветви, а я упивалась тьмой, что сочилась из меня.

Я вскрикнула, когда ощущение присутствия покинуло мой разум и обессиленная рухнула на пол.

Меня трясло. Слабость окутала тело и не давало нормально пошевелиться.

Альберт присел возле меня, и его пальцы, обхватив мой подбородок, подняли мою голову. Он всматривался в меня, словно искал ответы, на вопросы и никак не мог найти.

– Я надеялся будет проще, – с наигранным сочувствием произнес Альберт. – Но раз, ты не хочешь показывать, где находится корона, значит, я буду медленно, по крупицам вытягивать из твоей памяти все, что там сокрыто, пока не отыщу нужное мне.

– Не надо, прошу.

Я умоляла его, в надежде, что хоть какая-то его часть вспомнит – я все-таки его кровь. Его семья.

– Видишь ли, Ава, корона должна быть уничтожена. Как и весь твой вид.

Звякнула дверь.

– Моя семья погибла от рук твоих сородичей. Моя дочь предала меня, связав себя узами с этой тварью. Грязная кровь, что в твоих жилах, обрекла весь мой род на вымирание. Но если я найду корону, я смогу уничтожить то, что так противоречит всему сущему.

Я хрипло засмеялась. Бросив на Альберта взгляд, я увидела в тени застывшего Кая.

«Люди всегда считали нас монстрами».

Верно.

– Но и вы ошибка природы. Вас не должно быть. Боги не видят, кого сотворили. И ты мне еще будешь говорить о чистоте вида. Ты эгоист, посчитавший свои амбиции выше счастья дочери и всех людей.

Звук пощечины разлетелся по комнате. Щека горела огнем, а из глаз хлынули слезы. Ярость смешалась с ненавистью, готовая вот-вот вырваться из меня. Я стиснула зубы и подавила крик отчаяния. Не позволю им видеть свою боль.

– Не смей говорить о ней, – прорычал Альберт и жестом подозвал к себе Кая. – Пора заканчивать с этим спектаклем. В последний раз спрашиваю, где корона?

– Не знаю.

Я поднялась на ноги и уставилась озлобленным взглядом на Химер. Я ощущала, как тьма тянулась ко мне из углов, стараясь защитить. И впервые я не противилась. Кожа зудела, когда магия всколыхнула воздух и коснулась меня. Разум помнит о тех чувствах, которые наполняли мое тело и сознание. Я помнила вкус своей магии.

– Видишь ли, дорогая внучка, – на последнем слове его лицо перекосило. – В день твоего рождения эти выродки спрятали в твоей памяти очень важную информацию о местонахождении короны. И теперь ты должна ее вспомнить и рассказать мне.

– Я ничего тебе не должна. И уж тем более говорить, где находится то, что может меня убить.

Альберт застыл, когда я резко вскинула руку и первые языки тьмы отозвались на мой молчаливый зов. Вокруг его шеи образовалась петля, которая с каждым моим шагом сжимала его горло. Альберт хрипел и пытался дать отпор своей магией. Но я была в несколько раз сильней.

Кай ринулся к нам. В его глазах полыхал огонь. К магии Альберта добавилась магия Кая. Грудь снова сдавило от осознания, что все, что говорил и делал Кай, было ложью.

Я противилась натиску, возведя перед собой теневую стену. Плечо вновь взорвалось от резкой боли и ахнув, я ослабила хватку. Альберт зашелся в глухом кашле, в то время как на меня надвигался Кай. Сейчас он казался выше, грознее, и полностью лишенный каких-либо эмоций. В его руках находился арбалет, с натянутой серебряной стрелой.

– Прошу, прекрати сопротивляться, – голос Кая стал тише. – Просто скажи, что он хочет знать и…

– И что? – перебила я. Силы медленно покидали меня, как и кровь, которая рубиновыми каплями падала на пол. – Даруешь мне быструю и безболезненную смерть? Как другим, которых вы убивали?

– Они все преступники.

– Но и я тоже.

Тьма рассеялась, и я обессиленно уронила руку. Даже с накопленной внутри яростью и жаждой выбраться отсюда, я не смогла противостоять их силе.

Альберт выпрямился, но я продолжала чувствовать его силу. Его когти впились в разум, царапая воспоминания и заставляя меня, корчится от боли. Тьма, подпитываемая моей злостью, билась о преграды, которые возводил Химер.

Сила древних богов, что текла в их венах, делала Химер почти такими же сильными, как и фейри или даже демонов.

Картинка за картинкой, мелькали воспоминания, вновь возвращая меня в прошлое.

Я резко открыла глаза и оказалась посреди леса. Черные стволы деревьев, острыми пиками тянулись к серому небу. Грохот и крики, сливающиеся с утробными рычаниями демонов, проникли под кожу. Я не решалась моргнуть, наблюдая, как посреди поляны на каменном возвышении выстроились тринадцать фигур. Все женщины. Тьма и холод хлестали по веткам, склоняли их к черной земле и накаляли воздух. Я чувствовала привкус магии.

Меня охватила паника. Я видела, как на середину поляны двое мужчин в боевом обмундировании, вытолкали девушку, как она плакала и отчаянно умоляла остановиться. Все они были обычными людьми.

Время остановилось.

Небо рассекла молния и рядом громыхнуло. Шквальный ветер взвыл, вторя крикам невинной.

Тринадцать женщин встали полукругом и что-то тихо бормотали на неизвестном мне языке. В меня проникла магия. Настолько древняя, что мне захотелось рухнуть на колени.

Сердце пропустило удар, когда двое с силой опустили девушку, а на свет, падающий от трех факелов, в руках молчаливой стражи, вышел Альберт. Затаив дыхание я смотрела, не смея моргнуть, как он вытаскивает из кармана балахона кинжал и приставляет его к горлу несчастной. Она извивалась, кричала и умоляла пощадить.

Всего на секунду его рука дрогнула, но потом острое лезвие полоснуло кожу девушки. Она вскрикнула и тут же повалилась набок. Ее глаза потухли, словно задутая свеча.

Чья-то крепкая ладонь схватила меня за запястье и потянула назад. Я закричала, но никто в округе не слышал.

Тьма рассеялась, и я вновь сидела на холодном каменном полу. Слезы текли, не переставая, капая на руки и пол. После очередного «проникновения», все мои внутренности словно кто-то стянул в комок и стал подбрасывать. Тошнота подкатила к горлу и закашлялась, подавляя рвотный позыв.

Такое уже случалось. Раньше. Когда в мой разум проникал отец. Он, как и Альберт, был уверен, что в моих воспоминаниях сокрыта тайна к всемогущему артефакту. День за днем, он приходил в мою комнату и вел по коридору, наполненному придворными, словно я позор. А потом, после долгих часов истязаний, в роли палача выступил его верный страж. С тех пор как во мне проснулась тьма, я перестала жить.

Голос Альберта прорвался сквозь звон в ушах:

– Твои воспоминания. Их кто-то оборвал.

Пот щипал глаза, и я с трудом подняла голову, чтобы со всей злостью и ненавистью взглянуть на того, кто был одной со мной крови. Быть может, тогда я смогу показать ему всю свою храбрость.

Альберт смотрел сквозь меня. Его взгляд был затуманен, словно он мысленно был не здесь. Затем он перевел на меня взор и покачал головой, явно раздосадованный.

– К твоему счастью, дорогая Ава, мне придется придумать другой способ вытащить из тебя воспоминания. Новое проникновение может разрушить твой и без того хрупкий ментальный мир.

Всего на секунду, Альберт остановился около двери, словно желая что-то сказать, но резко передумал и вышел за дверь. Кай последовал за ним.

***

– Поешь.

Звон тарелки эхом разнесся по пустой комнате. Я лишь сильней подтянула онемевшие ноги к груди и уперлась лбом в колени. Слабость давила на тело, грозя опрокинуть его на холодный пол. Все, что я сейчас желала больше всего на свете – спрятаться в черном углу, чтобы никто не смог достать.

Рядом зашуршала ткань, и легкий ветер коснулся кожи. Кай присел рядом и убрал с лица прилипшую прядь волос.

– Ты должна поесть, иначе даже твое фейское тело не выдержит, – я молчала. – Хватит упрямиться.

– Катись в бездну!

Я подняла голову и оскалилась. Все, на что хватило сил – отпихнуть его руку с протянутой ко мне ложкой. Густая каша упала ему на ботинок.

Голова закружилась, когда я попыталась встать, и тут же вновь рухнула на пол. Спина коснулась ледяной стены, вызывая мурашки. Гнев подстегивал желания кинуться на него и расцарапать его лицо, впиться ногтями. Но я могла лишь качаясь, подняться на ноги и сделать пару шагов в противоположную от него сторону.

Кай со скоростью зверя вскочил на ноги и ринулся ко мне. Схватив под локоть, химер резко развернул меня к себе и вдавил в стену. Я ахнула, когда от удара из легких вырвался весь воздух.

– Пусти, – я заорала и попыталась пихнуть его в грудь. Но его хватка была сильней. Тени колыхнулись, но так и не вышли из углов. – Я ненавижу тебя! Пусти!

– Прекрати орать, всех поднимешь на ноги.

Кай зажал мой рот рукой. Он крепко стиснул зубы, когда я прикусила его палец, но руку не убрал.

– Хватит, – его голос стал требовательным. – Я пытаюсь тебе помочь.

Я замерла.

Мне что послышалось?

Кай аккуратно убрал руку, сомневаясь, не стану ли я вновь кричать. Пара капель крови упали на пол. Его грудь тяжело вздымалась, а ноздри раздувались при каждом глубоком выдохе.

– Умница. А теперь слушай сюда. Если хочешь выжить, ты должна делать все, что скажет этот полоумный старик. А иначе он просто сожжет тебя изнутри.

– Черта с два, я буду его слушать. Мне хватило за свою жизнь. Наслушалась.

Кай выругался.

– Ты как маленький ребенок.

Химер отпустил меня, и я, лишившись опоры, качнулась на трясущихся ногах. Он сжал и разжал кулаки, продолжая прожигать меня свирепым взглядом.

Больше я не собиралась вестись на его громкие речи о моей безопасности.

– Убирайся, – в горло будто насыпали песка. Я хрипела и кашляла.

– Ты выслушаешь меня и сделаешь все так, как скажу. Иначе завтра может не наступить для тебя.

Он говорил убийственно спокойно, словно был уверен в каждом сказанном им слове. Мне хотелось рассмеяться ему в лицо, но внезапный порыв тепла окутал мое сознание. Я взглянула на Кая, который безотрывно наблюдал за моими эмоциями.

– Катись в бездну, – процедила и комнату сотрясла магия.

Тьма хлестнула из меня острыми кинжалами, норовя проткнуть Кая насквозь. Химер лишь слегка дернулся вбок, и моя сила рассеялась под его натиском. Невидимые оковы сцепили мое ядро и потянули по нитям, паутиной расползающиеся по всему телу.

– Это ты виноват в смерти Дивины! Из-за твоего предательства ее убили демоны!

Слезы обжигали глаза, а эмоции наконец-то смогли найти выход. Меня трясло от подступившей истерики.

– Все эти годы я верила, что наконец судьба улыбнулась и я нашла семью. Нашла лучшего друга.

Лицо Кая скривилось.

Игнорируя мои крики, он подошел почти вплотную.

– Все сказала?

От его безразличия голова пошла кругом, и я с шумом втянула воздух. Легкие обожгло, словно на них высыпали раскаленные угли. Злость требовательно держала меня в сознании, и когда что-то острое вонзилось в очаг моих сил я вскрикнула и осела на пол.

Кай впервые применил ко мне свои силы. Я со всех сил хваталась за край бездны, куда меня утягивала магия. Я не желала вновь оказаться беспомощной. Разум взорвался от нахлынувшей магии, порождая во мне ненавистные воспоминания.

Ухватившись за голову, я впилась в кожу ногтями, силясь вырвать призрачные руки из разума.

– Ненавижу, – прошептала я, то проваливаясь в темноту, то, вновь возвращаясь в ужас реальности.

Что-то теплое, знакомое и такое желанное потянулось ко мне, и я ухватилась за это, как за спасательный канат.

– Прости.

Дыхание Кая обожгло ухо, и я провалилась в черноту.

Глава 7

– Советую сказать по-хорошему. Где эта клятая корона?

Альберт был на взводе. После последней нашей встречи миновало несколько дней. Химер сидел напротив меня на стуле, закинув ногу на ногу, и нервно отбивал дробь по колену.

В глазах все еще темнело, а голова продолжала кружиться, когда я попыталась подняться с пола и хотя бы сесть. Во рту пересохло, будто я находилась в пустыне.

Альберт поднялся со своего места и приблизился ближе. Он возвышался надо мной, будто палач, готовившийся исполнить казнь. На его пальце сверкнуло кольцо.

– Ты испытываешь мое терпение, – процедил химер и больно схватил за подбородок, заставляя посмотреть в его глаза.

– Я не знаю, где она находится.

Голос хрипел, и каждое слово давалась с невыносимым трудом. Я действительно не знала, где эта проклятая корона. Для нас – она всего лишь миф.

В голове всплыл недавний сон. Я видела пещеру и незнакомца, который указал на древнюю шкатулку. По коже пробежали мурашки, но я отогнала мысли, что это и может быть то самое место, которое нужно Альберту.

Каждый в мире фейри знает о вековой бойне, что унесла жизнь двух дворов. А всему была виной корона, сотворенная из тьмы и звезд – наследие Двора Тьмы. Корона, что даровала своему хозяину силу и возможность прикасаться к смерти. Это была не просто война. Геноцид. За власть и господство. Перестали существовать два огромных Двора.

– Я не намерен долго здесь торчать. Говори.

– Тогда, может, стоило сразу меня в темницу, или куда вы там бросаете фейри, что неугодны?

Альберт вздохнул и устало прикрыл глаза.

– Дерзишь. Твой язык доведет до гильотины.

– Как старомодно, – я скривила нос и фыркнула. – Не проще ли просто сразу в сердце нож? И вообще, стоило ли весь этот спектакль устраивать. Давать ложный выбор, чтобы потом так подло забрать его? И этот чертов побег. Дивина знала о твоем плане?

Химер открыл глаза и, слегка наклонившись, подался вперёд.

– Эта предательница получила по заслугам. К тому же, видишь ли, внучка, существуют протоколы, которые я не имею права нарушить. Но…

– Если я, находясь под подозрением, сбегу, то это подтвердит мою виновность и откроет тебе руки.

Глаза блеснули, и его сухие губы скривились в омерзительной улыбке.

– Ты отвратителен.

Во мне начал закипать гнев, когда я поняла весь смысл сказанного.

Дивина.

Это из-за него она погибла. Девушка действительно желала мне помочь, но погибла из-за амбиций своего главы. Если бы не он, то она была бы жива!

Я стиснула зубы и вскинула подбородок. Наши взгляды встретились, но ничего кроме льда и чистой ненависти, я в них не увидела. Ему чуждо было сожаление. Лишь свои желания и цели.

– Вы, химеры, ничем не отличаетесь от нас, – процедила я. – Такие же алчные и готовые идти по головам. Вы не ставите жизни и желания других важнее собственной. Для вас смерть – лишь очередная галочка в документах. Жаль я это поняла слишком поздно.

– Твоего мнения на наш счет, никто не спрашивал. К тому же, мы выявили предателей. Поэтому не считаю их смерти потерей.

Альберт встал со стула и подошел ко мне. Только сейчас я смогла разобрать, валяющуюся неподалеку дорожную сумку. Альберт потянулся к ней и, пошарив рукой, достал книгу.

В голове тут же стало тихо.

– Вижу ты уже знакома с ней, – Альберт потряс фолиантом перед лицом и швырнул его рядом со мной. – Как думаешь, что это?

– Учебник по демонологии? – я усмехнулась, но, кажется, Химеру не понравилась моя шутка. – Нет? Тогда может, поварская книга? Я слышала человеческие мужчины прекрасно готовят.

– Твой сарказм здесь неуместен.

Я стиснула челюсть и попыталась подняться. Если Кай рассказал ему о том, как работает эта книга, то боюсь, меня ждет вновь порез пальца. Или горла.

– Видишь ли, Ава, это древний дневник, хранящий в себе знания с начала времен. Расы демонов, мироустройство – вся подноготная вашего мира. Как позвать богов или открыть врата бездны. Ценный экземпляр. Удивительно, что открывается он исключительно от одной крови. Черной.

– К чему ты клонишь?

Альберт достал из-за пояса короткий нож и направил острие в мою грудь.

– К тому, что ты никакая не благая. Удивительно, но как в тебе появилась эта сила и кровь.

Альберт коснулся ледяными пальцами моего подбородка и с силой сжал его, заставляя сильней поднять голову.

– Моя дочь не могла родить такое отродье.

Гнев захлестнул безудержной волной, и я ощутила, как сила отозвалась на мою злость. Он волной поднялся из глубин души и с силой врезался в ментальный щит, пытаясь его пробить.

– Давай проверим? Может, с этой штукой, – он потряс передо мной книгой. – Ты вспомнишь, где ведьмы спрятали корону.

Я не успела среагировать, как Альберт уже полоснул по запястью кинжалом и кровь струей потекла на книгу. Руку обдало огнем, а разум помутнел. Я слабо соображала, но, кажется, стала кричать и пытаться вырваться из удушающей тьмы, что затаскивала меня в свою обитель.

В голове мелькали образы. Ритуал. Странные женщины в алых балахонах, но больше я не видела. Туман стелился по земле и стремительно поднимался. Шквальный ветер свистел в ушах. Страх ледяными языками касался затылка, опускаясь ниже, оставляя после себя отвращение, смешанное с отчаянием.

А затем все исчезало.

Я лежала на полу, а рядом валялась книга. Альберта нигде не было, и я не понимала, что произошло.

Спустя несколько неудачных попыток, я все же, скрипя зубами, смогла подняться. Но лишь на колени. Выпрямившись, я обвела взглядом комнату. Она показалась мне странной. Угнетающая тишина, неестественные оттенки, словно нарисованные стены и полы. Холод.

Внезапно мой взгляд зацепился за темный угол, в тени которого находился силуэт. Высокий, черный, скрытый туманом, не давший мне разглядеть тень получше.

Тьма колыхнулась и приблизилась. Взвизгнув, я отпрянула и рухнула на землю, ударяясь о копчик. Тень остановилась.

– Не бойся. Я пришел помочь.

Незнакомый голос эхом проник в мой мозг. Я замерла.

Я стала озираться по сторонам в поисках источника голоса. Тень подёрнулась и вновь двинулась в мою сторону. С каждым движением силуэт становился все четче, обретая очертания человека. Длинный черный балахон, накинутый глубокий капюшон. Незнакомец был высок и широкоплеч. От него веяло могуществом.

Он остановился в нескольких метрах от меня и присел на корточки. Я заглянула под его капюшон и увидела тускло горящие глаза, бледно-фиолетового оттенка. Серебряные пряди падали ему на лицо, выбиваясь из-под капюшона.

– Ты ранена.

Я часто заморгала. Мозг отказывался понимать реальность это или все же я свихнулась. Незнакомец подсел ближе и осторожно протянул руку, касаясь моего плеча. Я вздрогнула, но не отстранилась. Замерев на месте, как змея, я внимательно следила за его движениями.

– Это глупо, – его голос был сдержанным, хотя я слышала, как проскальзывают нотки злости. – Если не лечить, может пойти заражение.

– Кто ты?

– Друг.

– Врешь.

Незнакомец поднял на меня острый взгляд и легкая полуулыбка тронула его губы.

– Ты бесцеремонно ворвалась в мой разум, когда переживала, что-то страшное. Я тебе помог, но ты не переставала звать меня. Мне стало интересно и я последовал на твой голос.

– Я тебя не звала.

Прошептала я, все, еще не понимая кто, находится передо мной. Его пальцы застыли на ране, и он поднял на меня взгляд. Легкое замешательство тенью проскользнуло по лицу, но незнакомец тут же вернул прежнее выражение лица: серьезное, без тени злости.

– Осознанно да. Но я слышал твой крик, мольбу о помощи. И пришел.

– Зачем?

Незнакомец отстранился и слегка наклонил голову задумавшись.

– Разве, чтобы помочь, нужна причина?

Легкая улыбка тронула его губы, когда он одним движением откинул капюшон. Я шумно выдохнула, когда я увидела его. Каждая черта его острого лица, словно высечена из фарфора, пронзительные фиолетовые глаза, с темно-синим кольцом вокруг зрачка, обрамлены густыми черными ресницами; бледная кожа; через прядь белоснежных волос проглядывались острые концы ушей. Фейри. Его лицо показалось мне ужасно знакомым, хотя я знала, что вижу мужчину впервые.

– Потерпи, будет немного больно.

Он дотронулся до плеча, и легкая волна тепла стала окутывать мое плечо. Рана вспыхнула огнем, и я дернулась, пытаясь вырваться из-под его руки. Незнакомец лишь сильнее сжал плечо и не дал мне пошевелиться. Тепло распространялось от плеча, обволакивая рану, проникая внутрь. Я почувствовала, как магия проникала внутрь тела, наполняла меня. Голова начала кружиться от притока чужой силы.

– Ты ведь настоящий? – заплетающимся от резкой слабости прошептала я, пытаясь удержаться в сознании. – Но как ты…

– Если бы я действительно был здесь, то твоих драгоценных химер уже не было б в живых.

Я непонимающе уставилась на фейца. Если он был не здесь, тогда как?..

Боль стихла, и я скосила взгляд на рану. Ее не было, даже шрама.

– Как ты это сделал? Я не понимаю.

У меня в голове царил полный хаос. Мысли одна за одной мелькали, не давая ухватиться хоть за какую-нибудь. Понять, что происходит.

– Я отвечу на все интересующие тебя вопросы. Когда встретимся в следующий раз.

Мне хотелось узнать, когда же этот раз наступит, но перед глазами все поплыло, и я ахнула, когда пол под ногами пошел кругом.

Закрыв глаза, я погрузилась во тьму.

Громкий лязг замка заставил резко открыть глаза. Я села на полу и оглянулась. Все та же камера, но теперь без незнакомого фейца. Я слышала, как за дверью кто-то разговаривал, звуки шарканья ног и тихий смех. Сон? Вновь видение?

Я посмотрела на плечо и меня прошибло током. Раны не было, а рукав по-прежнему разодран и свисал.

Значит, не привиделось?

Несмотря на мое состояние, я чувствовала себя гораздо лучше. Неужели он действительно передал часть сил мне?

Перед глазами вновь появилось лицо незнакомца. Его глаза. То, как, он смотрел, вел себя. Все это мне что-то напоминало, но как бы я ни старалась влезть в воспоминания, я ничего не находила. Странное, чуждое мне ощущение потери поселилось во мне.

Отогнав прочь непрошенные мысли, я попыталась встать. Удалось мне это с четвертого раза. Колени все еще тряслись, а голова шла кругом, когда я делала неуверенные шаги вдоль стены, держась за гладкий камень, чтобы только не упасть.

Добравшись до двери, дернула ручку, но та оказалась заперта. Тихо выругавшись, я приложилась лбом к дереву и прикрыла глаза.

Мне нужно выбираться отсюда. Иначе следующую встречу с Альбертом я действительно могу не пережить. Куда идти тоже не знала. В мире людей, кроме химер, я никого не знала, да и в своем мире тоже. Если вернусь домой, то отец тут же меня поймает.

Усмехнувшись своему жалкому положению, я уже готова была сдаться, как замок щелкнул и я чуть ли не вывалилась в коридор. Руки и колени обожгло от удара о ледяной пол.

– Какого?

Очередное ругательство сорвалось с губ. Я поднялась на ноги и огляделась. Никого в коридоре не было, однако я точно слышала голоса. Осторожно ступая по коридору, я постоянно крутила головой и мысленно молилась, чтобы никого не встретить.

Это место я не знала. Даже где оно находилось и куда вообще притащил меня Альберт. Мне все еще казалось, что это дурной сон. Кошмар, от которого никак не проснуться.

Я резко остановилась. В нос ударил отвратительный жженый запах и низ живота скрутило. Руки дрожали, и, чтобы хоть как-то остановить этот тремор, я схватилась за кофту. Закрутив головой, я стала выглядывать источник запаха. Такого уже знакомого и ужасающего. Но никого вокруг не было. Тишина плотно осела на стенах и грозила раздавить меня, как какую-то муху.

Не став дожидаться, когда за мной придет он, я бросилась вперед, надеясь, что именно этот путь выведет меня на свободу.

Я бежала, не обращая ни на что внимание, пока не выбилась из сил. Остановившись, я устало прислонилась к стене, глубоко дыша. Дыхание – сбито, сердце колотилось как сумасшедшее, а выхода все не было видно.

Внезапный звук шагов заставил вздрогнуть и обернуться. Меня прошибло, когда я увидела вдалеке приближающуюся фигуру.

Кай.

Мое сердце вновь затрепетало, а в душе поселилась слабая надежда, что он поможет. Вдруг все, что он говорил, лишь для отвода глаз?

Я выпрямилась, но руку так и не убрала со стены, боясь, что в любую секунду могу потерять равновесие. Кай шел, не спеша, черный доспех химер, ярко выделялся среди серых камней. Я шумно втянула воздух, когда увидела в его руках арбалет.

– Так и знал, что найду тебя здесь.

Его стальной тон пронзил сердце как кинжал. Волосы зачесаны назад, из-за чего его лоб казался шире, а глаза больше.

– Почему ты всегда все усложняешь?

– Я? – мой голос сорвался на крик. – Не я обманывала все пять лет, не я притворялась другом, чтобы потом всадить нож в спину, буквально!

Лицо Кая скривилось.

– Мы это уже обсуждали, кажется. У меня есть веские причины ненавидеть весь твой вид и тебя тоже.

Я застыла. Последний тлеющий уголек надежды на то, что он притворяется рассыпался пеплом. Я замахала головой, не веря услышанному. Грудь сдавило от вновь нахлынувших чувств горечи и предательства.

– Почему?

– А ты не в курсе? – Кай сделал шаг в мою сторону и вскинул арбалет. Стрела с металлическим наконечником была нацелена мне в грудь. – Десять лет назад. Пышный прием во дворце твоего отца. Не помнишь? Тогда впервые, после подписания мира, химеры ступили на ваши земли. Дипломатия – так это называл твой отец, когда всаживал нож в представителей людей. А мне даже не дали с ней попрощаться.

Кай замолчал. Его слова стали тихими, он почти шептал, а руки дрожали.

Я помнила тот день. Крики, звуки стали и металлический запах крови, въевшийся в стены дворца. Ужас алой пеленой стелился по коридорам и внутреннему двору.

– А потом я увидел тебя и подумал, может, ты не такая. Твои глаза, полные страха и боли, бледное худое лицо и ожоги, – Кай вновь крепко сжал арбалет. – Но я ошибся, когда увидел, с какой ненавистью вонзила кинжал в ее грудь. Твои черные глаза кричали о наслаждении. И после всего этого ты спрашиваешь, почему я так веду себя?

Я не верила своим ушам. Мне резко стало холодно и жарко одновременно, в голове стало пусто, словно все мысли разом разбежались.

Нет. Он не лгал. Я бы это почувствовала. В его глазах только лед. Я сделала робкий шаг в его сторону, желая объяснить, что все совсем не так. Это было ее последним желанием, иначе…

– Кай, – прошептала я, делая новый шаг вперед. – Выслушай меня.

– Нет. У тебя есть всего несколько минут, чтобы решить: или ты возвращаешься и говоришь Альберту, где корона, или эта стрела прекратит твою жалкую жизнь.

– Что он тебе пообещал?

– Тебя это не касается. Твое решение?

Я стиснула зубы. Взгляд зацепился за наконечник, который смотрел, словно змея, готовая кинуться в атаку. Металл сразу не убьет, если только не попасть прямо в сердце. И все же…

Я не верила, что после всего Кай сможет выстрелить. Как бы он зол ни был, мне нужно ему все объяснить. То, что он видел был мираж. Демоны, они ее ранили, и если бы я не вонзила в нее кинжал.

– Она была под ядом демона, который портил разум. Я не могла поступить иначе.

– Да неужели? – прошипел Кай, поправляя тетиву. – У моих родителей тоже был яд? Поэтому твой папаша убил их?

– Он не убивал. Он пытался защитить их. Благая сила исключает возможность контролировать тьму. Это природа магии.

– Но в тебе есть тьма. Я ее видел. И ты еще смеешь лгать, что это не позволено природой магии?

Его голос все же сорвался на крик. Я вздрогнула и проглотила удушающий ком. Глаза Кая блестели, но руки по-прежнему крепко сжимали дерево.

– Прошу, то, что ты видел – мираж.

– Ложь!

Кай прикрыл глаза и глубоко вдохнул, возвращая себе самообладание. Его тело было напряжено, ноги широко расставлены. Мне казалось тронь его, и он лопнет, как тетива, на его же оружии.

– Пожалуйста, Кай.

– Хватит! Неважно, что ты сейчас скажешь и как еще будешь лгать, чтобы попытаться доказать свою невиновность. Это не изменит того факта, что твои руки в ее крови. Смерть моей сестры – полностью твоя вина.

Щелчок.

Острая боль пронзила угол моего уха. Стрела пронеслась совсем близко, вонзившись в стену. В голове зашумело, а дыхание сбилось, когда Кай одним ловким движением вложил в арбалет новую стрелу и прицелился.

– Я так понимаю, ты выбрала второй вариант. Запомни, я не промахиваюсь. Никогда.

Новый звук механизма и грудь опалило огнем. Меня качнуло и я, сделав пару шагов назад, уперлась в стену. Дышать было невозможно. Каждая новая попытка вспыхивала в груди адской, невыносимой болью. Уши закладывало.

Холод медленно проникал под одежду, вызывая дрожь и мурашки. Меня словно окунули в ледяную воду, а затем вытащили и заставили стоять на морозе не двигаясь. Ноги стали ватными, но я пыталась во что бы то ни стало держаться. Упасть сейчас, означало проиграть. Но слабость, окутавшая тело, кричала об обратном. Мысли спутались в один громадный неразборчивый клубок.

Он выстрелил.

Я не поняла, когда Кай успел подойти ко мне. Его до невозможности тяжелая рука легла мне на плечо и сдавила, принося новую волну боли.

Стрела торчала точно из груди, однако сердце было не затронуто. Я все еще оставалась живой.

– Запомни, – шепот казался громче, чем крик. – Если наши пути еще раз пересекутся, то клянусь, следующая стрела вонзится точно в твое гнилое и черное сердце.

Кай отступил, и я все же опустилась по стене на пол. Тьма обволакивала меня, а белая пелена мешала четко видеть.

Мне казалось, или я действительно умирала. Легкое, совсем невесомое касание легло мне на плечи, окутывая тело приятным теплом. Я словно парила, была легче пера и даже летела.

Терпкий, но одновременно сладковато-древесный запах сандала проник в нос, возвращая меня в реальность.

Тело выгнулось дугой, а пальцы вцепились во что-то мягкое. Слабый стон сорвался с губ, и я стиснула зубы, чтобы только не закричать. Грудь жгло. Металл делал свое дело. Он отправлял мою кровь, как яд, выжигая все внутри.

– Борись.

Тихий голос проник в подсознание, и я ухватилась за него, как за спасительную соломинку. Крепко сжала руки, не выпуская, нить, что служила канатом, и стала карабкаться вверх. Каждое новое движение давалось труднее предыдущего. Ладони саднило, а тело казалось все тяжелее.

Я устала. Так устала, что проще отпустить. Зачем бороться за жизнь, которая причиняет всем неудобства?

– Я не смогу помочь, если ты не желаешь помогать сама себе. Борись.

Пф-ф.

Что за пафосные речи?

Я хмыкнула и открыла глаза. Руки все еще крепко сжимали тонкую, тускло светящуюся теплым оранжевым светом нить.

Подтянулась, поменяла руки, вновь подтянулась.

С каждой новой попыткой добраться до верха, где все должно закончиться, я уже начала отчаиваться. Может, я все-таки умерла и это своего рода пытка? Моя плата за все, что я сделала плохого в этом мире? За жизни, которые погубила?

Еще раз. Другой.

Рука соскользнула, и я стала падать.

***

Распахнув глаза, я резко села. К горлу тут же подкатила тошнота, а голова закружилась. Мне пришлось зажмуриться и стиснуть зубы, не желудок перестало крутить и грозить вывернуться наизнанку. Я вцепилась в холодные ткани и меня словно прошибло током. Вокруг царил полумрак. Паника подступила к горлу, и я часто задышала, не в силах сконцентрироваться.

В голове раз за разом прокручивала события, но не могла вспомнить ничего, кроме торчащей из груди стрелы.

Я резко коснулась ладонями того места, куда попала стрела, но ничего не обнаружила. Опустила голову и, нахмурив брови, пыталась отыскать отвратительную рваную рану и возможно саму стрелу. Но вместо этого я обнаружила, что нахожусь в ночной сорочке, а вдоль груди тянется еле заметная розовая полоса. Лоб покрыла испарина, а слабость навалилась с новой силой.

Секунды шли за секундой, когда я, наконец, оторвала взгляд от груди и подняла голову. Глаза уже стали привыкать к темноте, и я смогла разглядеть, где нахожусь. На темницу или комнату, в которой меня держал Альберт, это место не было похожим. Огромное панорамное окно, почти во всю боковую стену с распахнутыми тяжелыми портьерами, пропускали тусклый желтый свет луны. Широкий платяной шкаф с затейливым резным узором. В углу находился деревянный табурет, на котором стояло металлический тазик с водой. Треск поленьев в камине нарушал плотную тишину. Я повернула голову и уперлась в низкую тумбу, на которой стоял прозрачный графин с водой и высокий стакан.

Если это не аббатство и не темница, то где я нахожусь?

Игнорируя поступившую вновь тошноту и головокружение, я опустила босые ноги и замерла. Кожа коснулась мягкой ворсистой поверхности, утопая в ней, как в зыбучих песках. Ковер темно-синего оттенка, на всю длину широкой кровати, на которой я лежала был теплый. Оперевшись о тумбу, я встала и качнулась вместе с полом. С трудом переставляя ноги, я зашагала в сторону двери. Мне нужно было понять где я нахожусь.

Придерживаясь за бортики кровати, я остановилась и напряглась, когда услышала, как дернулась дверная ручка. В панике стала оглядывать помещение, в поисках хоть чего-нибудь, что могло послужить мне защитой. Или оружием.

Взгляд упал на свечу, стоявшую на выступе камина, в металлическом подсвечнике. Адреналин уже бил в ушах, притупляя все болевые ощущения. Я мчалась к камину, путаясь в ногах, но мне было все равно. Сердце бешено стучало о ребра, подгоняя меня.

Ручка дернулась еще раз, и я обхватила холодный подсвечник и бросилась к двери. В конце концов, замок поддался на упорные нажимы на ручку, и дверь аккуратно приоткрылась. Замахнувшись подсвечником, я бросилась на незнакомца, который вошел в комнату.

Удар не дошел до цели. Мою руку перехватили и вывернули запястье, так что я, вскрикнув от боли, выронила свое единственное оружие. Подсвечник с глухим стуком упал на пол, а я подняла взгляд на того, кто продолжал держать мою руку.

– И это твоя благодарность, за спасение? – надменный тон окутал меня, прорываясь сквозь купол звона в ушах. – Могла бы просто сказать спасибо, а не кидаться с подсвечниками.

Я покачнулась. Незнакомец, что помог мне в темнице Альберта, и сейчас – один и тот же фейри. Я смотрела в его холодные и надменные глаза, которые в которых плясал необузданный гнев.

Он злился? На меня?

Нахмурившись, я уже хотела ему ответить, но колени подкосились, и я стала падать.

Крепкие руки ловко подхватили меня под локти, и я ощутила невесомость. Он поднял меня и понес обратно к кровати. Сознание заволакивал туман, и, наверное, я стала брыкаться или кричать, потому что он сильней стиснул меня в объятиях и я уткнулась в его грудь лицом. Страх овладевал мной, как паразит, стремится отравить организм.

Я погрузилась в беспокойную дремоту, когда голова вновь коснулась мягких подушек.

Глава 8

Я вновь оказалась в ловушке. Заперта. Эта клетка давит, сжимает своими тисками, норовя расплющить. Вдох. Выдох.

Тьма терзала меня, кромсала на куски, заставляла вновь и вновь переживать те страшные моменты, случившиеся в его Дворе.

Перепуганные лица придворных, отвращение и неверие в глазах отца, когда Древо, что служило всем символом жизни, связывая наш фэйский мир и мать-прародитель стало мертвым. Из-за меня.

Чьи-то холодные шершавые руки выдернули меня из очередного кошмара. Я распахнула глаза. Руки машинально потянулись вперед, и пальцы сомкнулись на тонкой шее. Кто-то закричал. Зрение никак не желало восстанавливаться.

Все в порядке.

Голос звучал отдаленно, словно эхо, и я замерла.

Вот так. Отпусти.

Качнула головой, прогоняя наваждение, и сильней стиснула пальцы. Если это был единственный способ вырваться отсюда, то я сделаю все возможное.

Отпусти.

Голос был совсем рядом. Он щекотал мне шею, опьянял и заставлял слушать его. Страх медленно отступал, а паника рассеивалась подобно туману. Черная пелена спадала с глаз, и я начала различать едва уловимые силуэты. Сначала это было просто пятно. Ничем не примечательной, блеклой точкой. Затем я увидела очертания, походившие на силуэт. Первым проявились большие круглые глаза, наполненные слезами и страхом. Глубокие, небесно-голубые, такие искренние и чистые, обрамлены густыми черными ресницами. Худое и бледное лицо с острыми чертами, впалые щеки. Ее губы дрожали, она еле сдерживала крик.

– Отпусти, – прошептал голос над моим ухом.

– Прочь из моей головы, – прошипела я и резко разжала пальцы.

Девушка закашлялась и отпрянула от кровати, на которой я лежала, едва ли не снеся тазик с водой, стоящий у изголовья.

Я перевела взгляд в сторону и увидела его. Феец сидел в кресле, закинув одну ногу на другую и сложив руки в замок, внимательно следил за каждым моим движением. Его серебряные волосы, волнами падали на широкий лоб и касались густых черных бровей. Губы плотно сжаты, а в глазах искрился тусклый фиолетовый свет, похожий на сотню искр – признак, что он пользуется магией.

– Я сказала, прочь из моей головы.

Легкая улыбка тронула его губы, и он моргнул. Цвет глаз принял глубокий, как самое беззвездное небо, темно-фиолетовый оттенок. И все та же светлая каемка вокруг зрачка. Девушка в страхе переводила взгляд то на меня, то не него, явно сбитая с толку и не понимающая, что делать.

– Я смотрю у тебя уже привычка, сначала нападать, а потом выяснять кто перед тобой.

Я села в кровати, все еще еле держась, чтобы не рухнуть обратно, и вперила в него ненавистный взгляд. Я не собиралась кланяться в ноги или тут же бросаться с благодарностями на шею.

– Эффект самосохранение, – прохрипела я, все так же не сводя взгляда с незнакомца. – Прошлое научило не доверять никому.

– Понятно. Учту.

Каждую букву он растягивал так, словно не верил ни единому моему слову. И был же прав. Я все-таки доверилась. Однажды. И вот к чему это все привело.

Новая волна обиды и отчаяния захлестнули меня, открывая старые раны и тревожа уснувшие воспоминания. Я впервые доверилась и обожглась так сильно, что эти раны теперь будут зудеть всю мою жизнь. А как известно, даже полукровки живут немало лет.

Из обрушившихся воспоминаний меня выдернула девушка, которая все еще еле заметно дрожа подошла ближе ко мне. Ее простое в пол платье и забранные в высокий пучок пшеничные волосы, говорили о ее невысоком статусе здесь. Одарив ее самой снисходительной улыбкой, я подметила, что ее торчащие уши были круглой формы.

– Человек… – вырвалось у меня, и однако мой возглас никого не смутил. Девушка наклонила вниз голову и присела в низком реверансе, а затем взяла с тумбы стакан и графин.

– Катрин, – улыбка тронула ее губы, и девушка протянула мне стакан. Я осталась сидеть неподвижно.

Девушка поджала губы и поспешно отставила стакан назад на комод. Ее непонимающий взгляд метался от незнакомца ко мне, и я видела, как она боялась.

– Позволь представить тебе Катрин, – учтиво произнес фейри, поднимаясь с кресла. Он был высок. Я бы сказала даже. В каждом его движении чувствовалась угроза и сила. – Она будет помогать тебе. Если возникнут вопросы, то можешь смело обращаться к ней. Ну же, не хмурься. Здесь тебя никто не тронет.

– А ты?

Мой вопрос заставил его замереть. Он удивленно вскинул брови, явно сбитый с толку. Затем его лицо расслабилось, и он приблизился к кровати. Я продолжала сидеть неподвижно, наблюдая за каждым его движением. Что-то в нем было неправильно. Но я никак не могла разобрать, что именно.

– Все зависит только от тебя, принцесса.

Наши взгляды встретились и по мне пробежали мурашки от того, как он смотрел. Глубоко, словно в самую душу, выглядывая в ней тьму, что кричала об опасности. Я была здесь в опасности.

– Знаешь, кто я? – вложила в свой вопрос все силы, только чтобы не выдать страх в голосе.

Он ухмыльнулся.

– Здесь все о тебе знают. И поверь, никто из них не разделяет моего решения оставлять тебя не закованной, а в худшем случае не передать тебя ему.

Я часто задышала. В ушах забарабанил пульс. Тьма всколыхнулась, поддаваясь на мою импульсивность, и я заметила, как тени стали сползаться по полу к месту, где стоял этот чертов наглец.

– Так давай, чего ждать? – прорычала я, стискивая крепче зубы. – Думаю он будет очень щедр на такую преданность.

Чертов феец!

– Еще успею. И мой тебе совет: будь аккуратна в своих словах и действиях. Кто знает, до каких бездн они могут тебя довести.

Тени кинулись на надменного фейри и обвили его ноги и тело. Я пыталась сдерживать силу, но она выходила из меня, как из прорванного крана. Уши заложило от напора, и я уловила еле слышимый крик. Но мне было все равно. В те минуты, когда мое сознание полностью подчинялось той ярости, я была словно наполненной. Как если бы, наконец, нашла часть себя. Это опьяняло. Как сладкий дурман, в котором хочешь находиться и не возвращаться в реальность, где ждет лишь боль предательства.

Моя тьма столкнулась с невидимой преградой, и это заставило меня замереть. Чья-то сила удерживала тьму, не давая ей разлететься на мириады звезд и поглотить все, что здесь есть. Напротив этот кто-то поглощал тьму, высвобождая меня от напряжения и страха.

Неизвестная мне сила тянула мою тьму к себе, как магнит, и я не противилась. Отдавала каждую частичку себя, каждый раз делая новый глубокий вдох.

Когда мне показалось, что я была полностью опустошена, мир передо мной вновь заиграл разноцветными красками. Я видела спальню, насмерть перепуганную Катрин, вжавшуюся в стену, и незнакомца. Его глаза сверкали, а вокруг рук и ног плясали тени. Они не причиняли ему вред, наоборот, они будто радовались его присутствию.

– Что, бездна, ты творишь?

Голос сорвался на крик, и я хотела уже сама лично кинуться на него и врезать по его наглому лицу, но внезапно ощутила слабость.

– Помогаю не сойти с ума от сдерживания силы внутри твоего тела.

Его тон был обыденным, будто он каждый день такое делал – помогал. Феец выпрямился и окинул меня долгим изучающим взглядом. Заметив мое замешательство, он поспешил добавить:

– Ты слишком долго сдерживала магию, что может повлечь за собой не очень радужные последствия. Я лишь помог выплеснуть часть из них. Все, что говорил – провокация. И должен признать, не думал, что эти темы будут для тебя слишком, – он на мгновение замолчал, обдумывая слова. – Личными.

– Теперь знаешь и надеюсь, впредь будешь обходителен и не задевать меня этими темами. И вообще, я до сих пор не могу понять…

– Дом.

– Что?

– Это место – мой дом, – феец слегка улыбнулся, и его взгляд потеплел. – И ах да, я не чертов феец. Мое имя Ксан. Буду примерно благодарен, если ее высочество соизволит называть меня по имени.

Я опешила от его наглости, и мое лицо зарделось, когда поняла, что он вновь был в моей голове.

– Ну же, не злись. Я не умею читать мысли, если тебя это тревожит. Просто все написано на твоем очаровательном личике.

– Чертов хам! – крикнула я, пытаясь отыскать на кровати, что потяжелее и запустить в его надменную физиономию. – Прошу меня извинить, но я устала после вашей провокационной помощи, чертов феец Ксан, и желаю отдохнуть.

Ксан цыкнул и покачал головой. Однако мою просьбу или… волю, он все же решил исполнить и, развернувшись, направился в сторону двери. Напоследок он обернулся и взглянул на меня. На секунду в его глазах промелькнуло что-то отдаленно похожее на снисходительность. Но всего секунда и его лицо вновь обрело беспристрастный вид.

– Отдыхайте, принцесса, а потом я вам все расскажу.

Он вышел, оставив меня наедине с перепуганной и бледной Катрин, которая по-прежнему не понимала, что делать.

– Ваше Высочество, я проверю готовность купели, вы верно желаете привести себя в порядок и…

– Все, что я желаю – убраться отсюда.

Катрин удивленно застыла, глядя на меня в упор. Она была молода, однако ее учтивость и поведение говорили о том, что она по меньшей мере не первый десяток живет при дворце. Девушка поспешно схватила кувшин и вновь присев в реверансе, выскочила из комнаты. Дверь захлопнулась, погрузив меня в пучину одиночества.

Превозмогая головокружение и тошноту, я спустила ноги с кровати и их тут же коснулся длинный мягкий ворс ковра. Я встала с кровати, и передвигая ватные ноги, двинулась к окну. Плотные зеленые портьеры были хорошо задернуты, не пропуская свет из широкого окна. Одним движением, я отдернула штору и уставилась вперед.

Все было покрыто плотным туманом. Как бы ни старалась вглядеться и рассмотреть, что находится снаружи, кроме серости и черных теней, было ничего не видно. Я скрипнула зубами от досады и отвернулась от окна. Плечи опустились и из груди вырвался тихий всхлип.

Паника и непонимание, где я нахожусь терзали душу и забивали голову ненужными мыслями. Это определенно был мир за завесой. Здесь всюду сквозило магией и чарами. И если это не очередная уловка отца, то я не знаю, что мне делать и как вести себя дальше. Как говорит этот чертов феец, что помогает мне бескорыстно, то явно блефует. Я не могла ощущать лжет он или нет, этот дар мне не достался от отца. Однако я видела по его глазам, что он определенно чего-то хотел от меня.

Я бросила взгляд на закрытую деревянную дверь. Попытка не пытка. Найду его и прямо в лоб спрошу.

Огибая кровать, я прошла к двери и со всей силы дернула ее. На пороге меня ждала стража. Две высоких , одетых в синие с золотом доспехи и держащие в руках копья.

Они развернулись на мой шум и перегородили дорогу.

– Прошу извинить, но вам не велено выходить из покоев, пока Его Высочество не даст согласие.

Басистый голос одного из стражника вибрацией прошелся по коже. Его угольно-черные глаза проникали в самую душу, заставляя вспоминать все грехи. Я поежилась, но с усилием воли осталась стоять на месте.

– Я собиралась его найти.

– Он сам к вам придет. Нам велено охранять вас.

Я нахмурилась. Спорить было бесполезно, они явно сейчас выигрывали и по силе, и по количеству. Моя магия дремала глубоко во мне, а ноги еле держали тело, бросится в драку сейчас, я и пяти минут не выстою с ними.

Но мне нужно было отсюда вырваться. Я не желала вновь оказаться пленной, в мире, из которого бежала со всех ног. Мелкий озноб пробил меня, когда я начала осознавать, что я снова пленная.

Дрожащей рукой закрыла дверь и, шаркая, добралась до края кровати. Оперевшись о высокий край, я стала глубоко дышать, чтобы угомонить бушующие внутри меня панику и страх.

Я должна отсюда выбраться. Убежать прочь. Скрыться.

Трусиха.

Я усмехнулась своему внутреннему разуму, и жгучие слезы подступили к глазам.

– Ваше Высочество, с вами все в порядке?

Голос Катрин вывел меня из удручающих мыслей, и я повернула голову. Служанка стояла в дверях, крепко сжимая стопку чистой одежды и махровых полотенец. Ее хмурый взгляд бегал по мне, словно пыталась понять готова ли я броситься на нее или рухнуть на пол.

– Все нормально.

Легкая улыбка тронула ее тонкие губы, и она неуверенно вошла в комнату. Я продолжала наблюдать за ней, а в голове медленно созревал план, как я могу выбраться отсюда.

– Я пришла сообщить, что купель готова и вам приготовили новую одежду. Если позволите, я помогу вам принять ванну и сопровожу вас в трапезную, если, конечно, не желаете поужинать здесь.

– Конечно, спасибо.

На моем лице появилась самая милая улыбка из всех, что я умела изображать. Завидев мой настрой, Катрин приободрилась и выпрямилась. Она прошмыгнула в сторону, к дальней стене, где находилась дверь. Послышался звук плеска воды, и в нос ударил запах трав, перемешанных с цитрусом. У меня скрутило живот.

Через некоторое время из проема показалась Катрин. Она робко подошла ко мне и протянула руку. Я не стала отказываться и приняла помощь. Мне необходимо заручиться ее доверием. Может она поможет выбраться из комнаты.

Мы прошли в купальню, которая оказалась вдвое больше обычной ванной в аббатстве и гораздо роскошней. Огромный сводчатый потолок украшали резные узоры, стены и пол, выложенные из белого камня. Посередине комнаты стояла широкая ванна, доверху наполненная горячей водой. Плотный пар клубами вздымался вверх, наполняя купальню жаром и влажным воздухом.

– Мне помочь вам или вы сами разденетесь?

Катрин еле заметно теребила юбку и кусала нижнюю губу, однако поднять взгляд так и не решилась.

Я опустила взгляд на себя и судорожно выдохнула, когда увидела изрезанную кофту, в которой я убегала из аббатства, грязная, ставшая вместо белой грязно-серого цвета и с огромным алым смазанным пятном на груди. Рваная по краям дырка открывала голую кожу с длинным алым шрамом. Рука машинально коснулась его и меня словно ударили током.

Непрошеные воспоминания лезли в голову, вновь заставляя переживать ужас предательства и гнева. Частое дыхание огнем отдавалось там, где стучало сердце.

Сглатывая подступивший к горлу, ком, я стянула с себя кофту и бросила на пол. Следом полетели штаны и, игнорируя холод и озноб, я забралась в ванную. Горячая вода ошпарила ноющие мышцы, и я сжалась, пытаясь укрыться от внезапной боли.

Катрин помогла смыть запекшуюся кровь и грязь, и уже через час я ощущала себя немного лучше.

– А нет ничего более… – я запнулась, рассматривая платья разных фасонов и цветов, что успела разложить служанка на кровати. – Практичного?

– Практичного? – переспросила Катрин, покосившись на одежду. – Что вы имеете в виду под этим словом?

– Штанов? Кофты?

– Здесь немного другие правила, вы ведь помните.

– Я прекрасно помню и знаю, какие устанавливаются правила. Но я отвыкла носить то, что может мешать мне, скажем…

Я запнулась, и без того большие глаза Катрин расширились еще больше, став похожими на бездонные ямы.

– Сбежать?

Катрин замотала головой и тяжело выдохнула. Она еще раз скосила взгляд на наряды, а затем на меня.

Нахмурившись, я прикрыла глаза и сильней укуталась в одно из тех самых махровых полотенец, что принесла девушка. Неужели все настолько плохо, что каждый может здесь обитатель может видеть мои намерения? Если я ей совру, она вряд ли поверит и тем более что упустит из виду.

Кожа покрылась мурашками от неизвестно откуда взявшегося сквозняка, и я бросила короткий взгляд на окно.

– Были бы силы, уже давно сбежала, – глаза в глаза, и вот Катрин уже внимает всему, что я ей говорю. Может, потом, я буду жалеть, но сейчас, я должна выбраться отсюда. – Мне действительно не комфортно в этих нарядах. И все.

Катрин тяжело выдохнула и повернулась к шкафу. Среди еще горы таких же пышных платьев она таки смогла выудить длинную тунику и штаны, явно предназначенные для верховой езды. Девушка неуверенно протянула одежду мне и присела в реверансе.

– Это все, что есть. Так вы намерены отправится в трапезную? Я попрошу тогда предупредить поваров и слуг, чтобы накрыли и на вас.

Я молча кивнула и дождавшись, когда она выйдет, стала переодеваться. Одежда была великовата, но я сумела ее подогнать под себя, более чем настолько, чтобы удобно было в случае чего отбиваться от врагов.

Которыми, скорее всего, кишит этот дом.

Я отогнала назойливый голос разума и, вытащив волосы из-под туники, наконец, замерла. Я не представляла, где нахожусь и что это за место. Одним словом «безопасность» меня нетрудно было убедить остаться. За окном по-прежнему находился туман и все такой же густой и непроглядный. С улицы веяло холодом и смертью, словно это место уже давно было мертво.

Меня передернуло от легкого ужаса, застучавшего в затылке, и пока мне не стало совсем дурно, решила испытать удачу.

Подойдя к двери, распахнула ее, и вновь две пары глаз стражников встретили меня суровостью и непоколебимостью. Расправив плечи, я вздернула подбородок и как можно спокойней произнесла:

– Проведите меня к вашему правителю.

Я не знала, послушают ли они меня или вновь скажут, что я должна ждать его здесь, но попытаться стоило.

– Простите, Ваше Высочество, но наш ответ будет прежним.

Попытаться стоило.

Я раздраженно скрипнула зубами и вперила яростный взгляд в фейцев. Но их словно не заботило, кто стоял перед ними. Они безоговорочно выполняли приказ своего короля. Или кто он там им был.

Они закрыли дверь перед носом. Во мне поднимался гнев. Он яростным зверем рвал свою клетку, требуя немедленного высвобождения.

Я навернула уже третий круг, пытаясь придумать, как обхитрить стражу и выбраться из комнаты. В закрытое окно что-то ударилось, и я подпрыгнула от неожиданности. Повернувшись на звук, мне в голову тут же пришла самая идиотская идея.

Широкими шагами, я прошла через всю комнату и остановилась около окна. Раздвинув сильнее шторы, я оглядела раму и чуть не завизжала, когда увидела небольшую ручку. Дернув ее, я потянула на себя, и окно открылось. В лицо ударил влажный воздух, и на мгновение я не смогла сделать вдоха. Выглянув наружу, я смогла различить еле уловимые очертания построек и шпилей, торчащих из тумана. Руки опустились на широкий подоконник, и я сильнее высунулась.

– Не советую этого делать, если не решила покончить жизнь самоубийством.

Громкий мелодичный голос заставил меня дернуться, и я чуть было действительно не полетела вниз. Развернувшись на пятках, я взглянула на того, кто помешал воплотить план побега.

Передо мной стояла высокая фейка, ее бледная кожа переливалась подобно звездам в тусклом свете камина, длинные серебряные волосы ниспадали на ровную спину. Но больше всего меня поразили ее глаза. Глубокие, познавшие горе и предательство. Цвета они были такими же, как у Ксана – темно-фиолетовые.

Заметив мое замешательство, она улыбнулась и прошла в комнату. Одарив оценивающим взглядом меня, незнакомка прицокнула и покачала головой.

– Ты находишься на самом верхнем этаже, даже не будь тумана, одно неверное движение и легко можно сорваться вниз. Как знаешь, даже магия не помогает с переломанной шеей.

– Я и не собиралась ничего подобного делать.

Мой ответ девушку не устроил. Она подошла вплотную, и ее рука слегка дрогнула, словно она хотела коснуться меня, но затем передумала.

– Прекрасно. Значит, ты согласна будешь выслушать нас.

– Нас?

– Мой братишка в последнее время много о тебе твердил. Бьюсь об заклад, что он, наконец, успокоился, вернув тебя сюда.

– Не понимаю, – все ее слова казались настоящим бредом. Зачем меня куда-то вновь возвращать. Если только не передать отцу. Хотя и этот план я не исключала. – Я лишь хочу спокойно жить.

– Знаю, – ее голос стал тихий, словно она извинялась и мне это совсем не понравилось. – Скоро ты все поймешь. Если дашь нам шанс.

– А если не захочу понимать? Вы похитители меня.

– Спасли.

– Держите неизвестно где. Ничего не рассказываете и ведете себя так, словно для вас это обычное дело.

Во мне начал закипать гнев. Голова гудела от нескончаемых вопросов, на которые «спасители» явно не спешили давать ответы.

Руки сжались в кулаки, и я отошла в сторону от фейки. Она следила за каждым моим движением, словно я могла куда-то дается. Меня это злило. Неведение. Ощущение, словно тебя водят за нос и не желают говорить всей правды.

– Для чего я тут? И что это за место?

– Я тебе все расскажу. Обязательно. Но для начала ты должна согласиться выслушать нас. И обещать, что не станешь сразу отказываться.

Я горько рассмеялась.

– А у меня есть выбор? Мне кажется, вы уже решили все за меня.

– Просто дай нам шанс, – фейка лучезарно улыбнулась и протянула мне изящную белую руку. – Давай начнем с самого начала. Здравствуй, Ава. Мое имя Айша. Я сестра-близнец Ксана.

Глава 9

Я шла по выжженной земле, и каждый раз, когда мои ботинки касались сухой травы, я вздрагивала. Холод пробирался под рукава туники, заставляя меня ёжиться и растирать ладони. Айша шла впереди. Ее серебряные волосы струились по спине. Она гордо держала голову, не обращая внимания на придворных, которые низко кланялись ей. За всё это время она не произнесла ни слова.

Все мои мысли были заняты предстоящим разговором, от которого я не ждала ничего хорошего. У меня было всего два варианта расклада действий: первый – они будут тянуть время, говоря о важности дела, для которого меня спасли, а сами ждать прихода воинов отца. Или сразу ведут в ловушку. Ни один, ни другой расклад не предвещал для меня спасения.

Сама мысль, что я вновь на землях фейри, да еще и в неизвестном месте приводила меня в ужас.

Кожу обожгло, будто по ней вновь провели раскаленным лезвием ножа, а затем огонь коснулся пульсирующих ран. Я стиснула зубы и завертела головой, словно ища источник моей боли. Неподалеку стояла толпа фейри. Все девушки, они весело о чем-то разговаривали и смеялись, прикрыв своими белоснежными руками рты.

Волоски на шее встали дыбом, и я резко развернулась, быстро скользя взглядом по сухим деревьям. Жуткое ощущение, словно за тобой кто-то следит зашевелилось в груди, всколыхнув бурю паники. Запах гари ударил в нос, и я сморщилась. Также воняло, когда Риван покидал темницу.

От воспоминаний мороз прошелся по коже и сжалась еще сильнее. Готова была поклясться, что я до сих пор ощущала его мерзкое дыхание у себя на коже, как и пронзительный взгляд голубых глаз.

– Все в порядке? – голос Айши вывел меня из мыслей, и я повернула голову в сторону девушки. Она внимательно наблюдала за мной, словно я маленький ребенок, способный нашкодить в любой момент.

– Нормально, просто все еще ощущаю слабость, – я не врала. Я действительно чувствовала себя неважно, но причины на это были совсем не те, о которых можно подумать. Айша одобрительно кивнула, и ее взгляд впервые с минуты нашего знакомства смягчился.

– Не удивительно. Ксан вытащил тебя с того света. Буквально, – она слегка запнулась и наклонила голову вбок, словно размышляя говорить ли дальше или промолчать. – Ты скоро придешь в норму. Дай своей силе исцелить себя. То, с какими ранами ты сюда попала и как противилась исцелению. Я не думала, что есть такие люди, которые отказываются жить и всеми силами пытаются остаться в мире мертвых.

Это должно было меня удивить, ведь я не помнила ничего, что происходило в тот момент. Я видела лишь прекрасное поле, усеянное васильками. Моими любимыми цветами. Удивительно, но я даже не помнила, когда и почему полюбила цветы и, увидев их, мне захотелось навсегда остаться в этом мире, где не было боли и страха. В груди кольнуло, как что-то невидимое заставило меня опомниться.

Я тряхнула головой, игнорируя эти ощущения, и пожала плечами.

– Тогда я действительно желала умереть. И я была в ярости, когда поняла, что мне помешали.

Айша замерла, будто мои слова испугали ее. Тень растерянности и смятения коснулись лица фейки, но спустя секунду, она вновь выглядела как безэмоциональный, холодный человек. Между нами заискрилось, будто мы давние соперники, хотя видели друг друга впервые. Хотя. На мгновение мне показалось, что я ее уже где-то встречала. Раньше. Много лет назад. Быть может, она даже посещала приемы отца, и я смогла ее там заметить, прячась за огромными колоннами.

– Что это за место?

– Скоро узнаешь, – улыбка тронула ее лицо, и напряжение, витающее между нами, начало медленно исчезать. – Идем.

Она взяла меня под руку и потащила по тропинке вперед к виднеющемуся впереди куполообразному зданию. На первый взгляд это выглядело будто обычный купол, построенный посреди пустыни. Когда я ступила на песок, распространившийся от края дороги и на все четыре стороны вперед, меня словно прошибло током. Холод заползал под одежду, заставляя кровь стыть в жилах. Айша упорно вела меня вперед, пресекая любую попытку спросить о том, почему это место мертвое.

Внезапно Айша остановилась и резко развернулась ко мне. Фейка схватила меня за руки и крепко сжала. Переминаясь с ноги на ногу, Айша прикусила нижнюю губу и посмотрела на меня. Взгляд потеплел.

– Послушай, – она запиналась, словно сомневалась говорить мне или нет. Я нахмурилась. – Хочу тебя предостеречь немного. Это насчет Ксана. Он иногда бывает слишком напористым. Но все, что он делает, – ради нас. Брат многим пожертвовал, чтобы защитить этот Двор.

Я лишь кивнула, вспоминая нашу первую встречу. Айша улыбнулась и повела меня дальше.

Мы забрались на холм, что далось мне с трудом, и я замерла, пораженная красотой и величием постройки. Купол был сделан из множества мелких стеклышек, соединенных между собой странной фиолетовой нитью. И если бы сейчас вместо серых туч, грозящих нам нескончаемым дождем, было солнце, то конструкция переливалась бы как огромный драгоценный камень.

Рядом с зеркальной двустворчатой дверью росли толстые лозы неизвестных мне растений. Они обвивали весь нижний ярус и плавно переходили к центру купола. Ярко-красные дикие розы органично вплетались в эти лозы, добавляя некой суровости своими длинными шипами. Уже отсюда пахло сладким запахом цветом, и это кружило мне голову.

Я шагала медленно, наслаждаясь ароматом и красотой. Подойдя к двери, Айша толкнула их внутрь, и они распахнулись, открывая мне вид на палисадник. Такие места, скорее всего, и называют раем. Огромные растения, разных видов, переплетались друг с другом, образуя проходы и тупики. Цветы всех красок, форм и размеров, встречали своими запахами и очарованием. Воздух здесь был влажным. Он проник мне в нос, даруя возможность вдохнуть весь спектр ароматов полной грудью. Впервые за долгое время, я ощутила себя спокойной, и мне хотелось здесь остаться. Навсегда.

Я прошла следом за Айшей, стараясь не касаться растений, зная, что они это не любят, но руки так тянулись к земле. Ощутить единение с природой, почувствовать жизнь. Дать эту жизнь.

Я остановилась. Эти мысли не на шутку испугали меня. Ощущая, как по венам бежит кровь, а сердце бешено стучит, в предвкушении дотронутся до рыхлой почвы, у меня загудело в ушах. Но что, если опять, вместо жизни я очерню эту землю? Как с тем деревом? Нет. Нельзя. Моя сила – разрушать, даже если душа требует исцелить.

Прикусив губу, я тряхнула головой и вновь сделала шаг и замерла, так и оставив в воздухе ногу. Краем глаза я заметила под густой листвой какого-то огромного цветка, до боли знакомые мне лепестки. Сглотнув подступивший к горлу, ком, я присела на корточки и стала раздвигать листву, чтобы проверить себя.

Резко прикрыв рот ладонью, я тихо всхлипнула, смотря на голубые и синие лепестки васильков. Слезы навернулись на глаза, и я дотронулась дрожащими пальцами до цветка. Влажный от конденсата лепесток закрутился и почернел. Я охнула и отдернула руку. Точно. Мне нельзя касаться живых, когда нахожусь в таком состоянии.

Спиной я ощутила, как ко мне подошла Айша. Присев на корточки рядом со мной, она дотронулась до лепестков, и они словно затрепетали.

– Они прекрасны, – это не был вопрос, однако все же кивнула. – Удивительно, но эти цветы все же смогли здесь прижиться. Несмотря на отсутствие нормальных климатических условий. Они не сдались.

– Да, – прошептала я, воскрешая в голове воспоминания, которые так отчаянно пыталась скрыть в глубине души.

Я помнила, как отец рассказывал, что эти цветы любила мама, как они росли у нее возле окна. Ее трепет, когда она касалась их и вдыхала его аромат. Хоть мои воспоминания о матери и не настоящие, я знаю каждую ее мысль, каждое желание. Эту возможность получила, когда в очередной раз забрела не в то крыло и отперла запретную дверь.

– Тебе они дороги? – глаза Айши подозрительно сверкнули, словно она знала что-то, чего не знала я. Нахмурив брови, я бросила на фейку непонимающий взгляд, на что она лишь тихо рассмеялась, прикрыв губы кулачком. Ее смех отразился от стекол переливом, внезапно наполнив мою грудь неизвестным теплом. – Ты просто так на них смотришь, будто увидела что-то ценное.

Так и было. Васильки росли в моей комнате, на могиле матери, а еще… каждый раз, когда мне было плохо, я находила этот цветок на кровати. Я никогда не, знала кто это был, а спрашивать у слуг оказалось бесполезно. Они кроме светских слухов ничего не знали. Но, конечно, я не стала об этом говорить Айше и лишь слабо улыбнулась. Но, похоже, она не поверила в искренность моих слов, однако дальше расспрашивать не стала. За что я была благодарна ей.

– Хорошо, это твое дело, выпытывать не буду. Удивительно, что они прижились после того, что сделал здесь Верховный король. Уничтожил эту землю, спалив ее дотла.

Айша на мгновение замолчала. В ее глазах нет ни тени жалости, ни сожаления. Что же, я уже привыкла, когда со мной обращаются как с чем-то второсортным. «Яблоко от яблоньки» – эта фраза была выучена еще в пять лет, когда я впервые лишила жизни маленького птенца, пытаясь вернуть его в гнездо. Сотни взглядов были тогда устремлены в мою сторону, перешептывания и ужас, исходящий от них навсегда, впитался в кожу.

– Извини, я не хотела так выражаться. Как никак, он твой отец, – но в ее голосе ни капли раскаяния. И меня не должны задевать такие слова. Уже. Однако укол боли тронул сердце, и я скривилась, опустив голову так, чтобы не видно было моего лица.

– Все нормально, я привыкла.

Прозвучало немного резче, чем хотела бы, но мы не подруги и не сестры, чтобы терпеть такое отношение к себе. Засунув свою обиду поглубже, я стиснула зубы и поднялась на ноги. Айша последовала за мной. Ее образ напоминал ледяную королеву. Быть может, она ею и являлась, но выяснять это я не горела желанием. Она поправила складки своего платья, откинула серебряные пряди назад и поманила рукой, следовать за ней. Я поплелась следом.

Мы миновали еще куст голубых роз и колокольчиков – этот цвет, видимо, был ее любимым. Сквозь заросли крупных цветов я заметила еще одну небольшую стеклянную дверь. Айша аккуратно толкнула ее и пропустила вперед.

Это место по размерам было почти таким же, как и сам сад, но все же отличался. Тонированные темно-синие окна, за которыми виднелась пустыня, синие шторы, висевшие по бокам и захваченные держателем для штор в виде голубой розы. Вдоль стен стояли высокие напольные цветы, похожие на папоротники и фикусов. В середине стоял небольшой, круглый стол из белого дерева. Два дивана, расставленных по разные стороны от стола.

Айша прошла следом и тут же уселась на диван и потянулась рукой к хрустальному графину, в котором была красная жидкость, и налила в бокал. Сделав глоток, она откинула голову назад, и легкая улыбка появилась на ее бледном лице. Мягкий свет, излучаемый от потолочных ламп, бросал тени на ее лицо, делая его острее.

– Смотрю тебе понравился мой сад, – горячее дыхание опалило мне ухо, и я подскочила на месте, взвизгнув от испуга. Скрипя зубами, развернулась и бросила хмурый взгляд на Ксана.

Принц довольно хмыкнул и скользнул мимо меня явно наслаждался моей реакцией. Он прошел к Айше и выхватил из ее рук бокал и одним глотком осушил его. Фейка бросила на него гневный взгляд, но промолчала.

– Не стой столбом, принцесса. Нам предстоит долгий разговор, иди садись,– он указал на диван рядом с собой. Я проигнорировала его жест и, не обращая внимания на его удивленный взгляд, села рядом с Айшей. Ксан ухмыльнулся, крутя пальцами бокал. – Мне кажется, у тебя за это время накопилось слишком много вопросов. Я буду рад ответить на каждый.

Много вопросов? Он, что смеется? Да их гораздо больше, чем просто много. Я не понимала, для чего он притащил меня сюда, вылечил и до сих пор не объяснил причину. Но теперь я начинала нервничать. Его «долгий разговор» обещал быть непростым, и я это ясно видела по выражению лица, которое мгновенно стало серьезным, стоило мне сесть.

– Хочешь? – Ксан протянул еще один бокал, наполненный почти доверху. Я покачала головой.

– Ты хотел поговорить. Я тебя слушаю.

Принц смерил меня взглядом, полным осуждения, словно я предала его, и поставил бокал на стол. Засучив рукава до локтя, он сложил в замок ладони и упер в них подбородок. Взгляд фиолетовых глаз неотрывно исследовал мое лицо. На мгновение мне стало не по себе и я заерзала на диване, вцепившись вспотевшими от волнения руками в края туники. Однако я выдержала его взгляд.

– Прежде чем мы перейдем к главной теме нашего разговора, я хочу знать, как ты себя чувствуешь.

Я несколько раз моргнула, прежде чем поняла, что он имеет в виду. Правильно. Он не дал моей душе уйти в другой мир, спас от демонов и, возможно, от возмездия химер. От последнего в желудке неприятно скрутило, и тупая боль растеклась на плече, напоминая о событиях недавнего прошлого. Я сглотнула подступивший ком и посмотрела ему в глаза. Казалось, в них плясали тени, словно отзываясь на его силу, моя магия загудела в венах. Сбросив кратковременное оцепенение, я тряхнула головой, возвращаясь в реальность, и прокашлялась.