Александр Черевков
Цирк моей жизни

ЦИРК МОЕЙ ЖИЗНИ.

Человек хочет жить так, как ему хочется.

Не всегда так получается, как хочется.

ГЛАВА-1. ПЕРВЫЙ РАЗ НА АРЕНЕ.

Часть-1. Работа в цирке.

1. Цирк-шапито.

Всё началось с того, что сильно увлёкся цирком. Поставил целью своей жизни, стать именно артистом цирка. Мы тогда жили в Беслане, рядом с Орджоникидзе столицей Северной Осетии.

Каждый раз, когда в Орджоникидзе приезжал цирк-шапито, у меня всегда было желание пробраться туда, где нет зрителей, а только звери и артисты.

Мои уши постоянно горели, так как меня за уши вытаскивали из цирка. Но, обратно пробирался в цирк. Прятался где-нибудь за домиками и наблюдал за работой цирка.

Знал про цирк все, что мог знать посторонний, который не работает в цирке. Рассказывал своим друзьям разные забавные истории про цирковых артистов и про зверей.

Некоторые истории были придуманы мной, но большую часть историй прочитал в цирковых книгах, которыми был завален наш дом.

Друзья с интересом слушали мои рассказы и толпами ходили в цирк, чтобы собственными глазами увидеть то, что им рассказывал дома, почти каждый день.

Естественно, что тоже смотрел все цирковые программы. Однажды, вовремя репетиции, тихо залез на манеж цирка-шапито. Чуть не угодил под лошадь джигита.

– Тебе, мальчик, жить надоело? – спросил меня, седой джигит. – Лошадь сильно напугал! Сам испугался.

Прямо остолбенел от неожиданной встречи. Передо мной находился артист цирка, известный всем, джигит-наездник, Али бек Кантемиров.

Сидел он на лучшем жеребце цирка, которого знал каждый мальчишка по фильму "Смелые люди". Жеребца звали Буян, под копыта которого едва не угодил.

Вот, теперь, стоял, затаив дыхание, от такой неожиданной встречи. Не знал, как мне поступить в момент встречи.

– Давно хочу стать артистом цирка. – почти шёпотом, сказал, Али беку Кантемирову. – Возьмите меня.

– Для того, чтобы стать артистом цирка, как, ты уже старый. – ответил Али бек Кантемиров. – На лошадь сел раньше, чем научился ходить. Вот так сижу до сих пор. Чтобы стать артистом цирка как те, которые боятся лошади, ты слишком молодой и дохлый. Набери больше на свои кости мяса. Тогда посмотрим на тебя.

Али бек Кантемиров лихо поскакал на Буяне по кругу манежа, а стоял в зрительном зале с разинутым ртом до тех пор, покуда администратор цирка, в очередной раз, не вытащил меня из цирка за ухо на улицу.

С этого дня стал усиленно питаться, чтобы на свои кости больше набрать мяса. Все мои друзья и родственники смеялись над тем, что много кушаю, потому, чтобы набрать вес мяса на свои кости.

Прошло пару лет, прежде чем опять с цирком-шапито приехал Али бек Кантемиров. В первый же день приезда цирка-шапито, пробрался к месту лошадей и спрятался под цирковой реквизит.

Стал ждать своей встречи с Али беком Кантемировым. Как только он появился, сразу вышел из укрытия и сам пошёл к нему на манеж.

– Здравствуй, Али бек! – обратился, к Али беку Кантемирову. – Вот, пришёл, такой, как вы мне сказали.

– Здравствуй, джигит! – удивлённо, сказал Али бек Кантемиров. – Что-то тебя никак не могу вспомнить?

– Два года назад, вы сказали, что надо набрать мяса, чтобы работать в цирке. – напомнил. – Вот, набрал. Прошёлся из стороны в сторону, перед Али беком Кантемировым, демонстрируя свой набранный вес.

– Ты, джигит, меня ни так понял. – улыбаясь, сказал Али бек Кантемиров. – В цирке кости не нужны, но и мешок с дерьмом там тоже не требуется. Теперь свой жир перекачай в мышцы и приезжай к нам в московский цирк. Если понравишься со своими мышцами в цирке, то будешь работать. В цирке места хватит на всех.

Собравшиеся вокруг нас артисты цирка, дружно засмеялись, похлопывая меня по плечу, отправились на манеж репетировать свои трюки. В этот день меня не вытаскивали за уши из цирка-шапито.

Сам вышел оттуда обиженный. Поклялся себе, что обязательно накачаю свои мышцы. Чтобы обратно встретиться с артистами цирка в Москве.

Показать, какой стал здоровый и сильный. Здоровея артистов цирка. Прошло несколько лет с моей последней встречи с Али беком Кантемировым. Ни на один день не забывал сказанные слова Али бека Кантемирова.

Все своё свободное время постоянно качал свои мышцы. Тогда никто не знал Арнольда Шварценеггера, который на целый год младше меня, но меня знали все мои ровесники в Беслане.

Никто из них не смеялся надо мной, что качаю свои мышцы. Каждый ровесник хотел быть моим другом, а враги обходили меня стороной. Благодаря своей мускулатуре сам выбрал место своей службы в Армии. Так как "заказчики" в военкомате Беслана сразу сделали ставку на меня и на моих друзей, которые качали себе мышцы. Мы все сильно выделялись на призывной комиссии. Попал служить в Армию на берег Чёрного моря в Батуми. Мне сразу были созданы все условия, качать мышцы. Но это, ни потому, что имел мускулатуру, а по той причине, что служил в Армии художником и таких, как накаченных, там было всего два-три солдата на весь гарнизон. Поэтому использовал службу в советской армии на благо себе.

2. Московский цирк.

После службы в Армии, продолжил свою заочную учёбу в Московском университете искусств. Экстерном закончил училище фотоэлектронных умножителей и стал работать на военном заводе ФЭУ наладчиком. Совсем не думал о своей цирковой карьере. Как, вдруг, получил письмо из Московского университета искусств, в котором мне предлагали привести свои работы по изобразительному искусству на выставку – "Творчество любителей искусства", которое состоится в ноябре 1970 года, в столице СССР, в Москве. Бросил все свои дела. Первым скорым поездом отправился в Москву, в которой никогда не был.

Встретила меня столица холодным осенним утром 1970 года. Никто толком не мог назвать место нахождения заочного университета искусств. Всюду были приезжие.

Словно весь мир собрался в столице. Впервые в жизни спустился по эскалатору в освещённое подземелье метро, держась от страха за поручни движущейся лестницы.

Меня поразило великолепие московского метро. Стоял, разинув рот от окружающей меня красоты. Постоянно вздрагивал от неожиданно проезжающих с обеих сторон электрических поездов, которые мчались со свистом в разные стороны.

Вокруг меня бегали люди, которым не было до меня дела. Все бежали куда-то по длинному коридору светло-голубого туннеля, в конце которого виден яркий белый свет.

Словно все хотели вырваться из своих житейских проблем и увидеть яркий свет собственной жизни в конце туннеля. Тоже решил устремиться за этой людской толпой, чтобы найти нужный выход из лабиринта своей жизни, которая в последнее время устроила мне столько много тайных проблем и загадок. Вот только на какой поезд в метро надо мне садиться совсем не знал.

– Молодой человек! Вам какую станцию надо? – спросила меня женщина, одетая в форму службы метро.

– Не знаю, как добраться до заочного народного университета искусств. – ответил ей. – Говорят, что он где-то в центре.

– Садитесь на поезд. – сказала женщина. – Выйдите на станции "Детский мир". Где-то там он находится. Точно узнаете на площади у станции "Детский мир".

Поблагодарив женщину, вошёл в указанный поезд. Вцепившись в ближнее кресло, поехал, прислушиваясь к каждому объявлению станций метро. За окном частенько мелькали указатели платформ и станций.

– Станция метро "Детский мир". – услышал, нужную мне станцию и сразу рванул в открытую дверь вагона.

Свежий воздух платформы, станции метро "Детский мир", выхватил меня из душного вагона поезда, туго набитого людьми, и, помчал наверх в незнакомый мне город.

Вышел из метро на улицу "Пушечная". Разглядывая вывески на домах, поплёлся вниз по улице, совершенно не думая ни о чём. С правой стороны прочитал на старом полуподвальном здании вывеску "ЦИДРИ. Центральный дом работников искусств".

"Возможно, что мой университет где-то здесь рядом находится?" – подумал, оглядываясь вокруг. – "Надо у кого-то спросить."

Посмотрел рядом со зданием "ЦИДРИ" несколько вывесок, нужного мне университета искусств не было.

Тогда перевёл взгляд на вывеску соседнего со мной здания и как приятно был удивлён, когда прочитал на голубой вывеске с золотыми буквами – "Союзгосцирк".

Меня словно подхватил какой-то порыв давней мечты. Не прошло и минуты, как бродил по коридорам "Союзгосцирка", читая таблички на дверях, в поисках совершенно неизвестной мне таинственной двери, которая откроет передо мной мир циркового искусства. Куда так страстно рвался все мои детские и юношеские годы. Когда не думал ни о чем другом.

– Молодой человек! Вы кого ищите? – перебил мои мысли, высокий, худощавый мужчина в роговых очках.

– Приехал с Кавказа. – ответил ему. – Ищу джигита Али бека Кантемирова. Он обещал мне работу в цирке.

– Его здесь нет. – ответил мужчина в очках, оценивая меня взглядом. – Он находится на цирковых гастролях в Европе. Меня зовут, Отар Александрович Белоусов. Руководитель иллюзионного аттракциона "Человек-невидимка". Если вас устраивает работа в цирке в качестве ассистента моего аттракциона, то готов вас сейчас принять на работу. Если нет, то тогда ждите возвращения Али бека Кантемирова из-за границы.

– Когда мне скажите выходить на работу? – не раздумывая, спросил, Отара Александровича Белоусова.

– Прямо сейчас. – ответил он. – Только пройдите в отдел кадров "Союзгосцирка". Оформите там свой приём в иллюзионный аттракцион "Человек-невидимка". Извините за любопытство. Что у вас в большом свёртке?

– Это мои работы по изобразительному искусству. – уклончиво, ответил ему. – Их привозил сюда на выставку "Творчество любителей искусства". Теперь это уже неважно. Работаю ассистентом в "Союзгосцирке".

– Похвально! – обрадовался Белоусов, сказанному мной. – Изобразительное искусство в цирке всегда пригодиться. Будешь совмещать работу ассистента аттракциона "Человек-невидимка", а также художника-оформителя в цирке.

Довольный таким началом, тут же отправился оформляться на работу в "Союзгосцирк" ассистентом в иллюзионный аттракцион "Человек-невидимка" под руководством Отара Александровича Белоусова.

Сразу, после "Союзгосцирка", Отар Александрович Белоусов отвёз меня на своей машине "Волга" в Старый цирк Москвы, на Цветном бульваре. Этот цирк мне был известен давно, по рекламе и цирковым афишам.

– Парни, познакомьтесь. Это, Александр! – представил меня, Отар Белоусов. – Он будет работать с нами.

Стал знакомиться с ассистентами аттракциона, а Отар Александрович ушёл с манежа по своим делам.

– Владимир Красильников! – представился, высокий парень. – Самый старший ассистент этого аттракциона.

– Николай Бугров! – так назвал себя, атлетический парень. – Средний ассистент этого самого аттракциона.

– Иван Сечкин! – признался, парень в спортивном трико. – Просто ассистент нашего циркового аттракциона.

– Борис Заморихин! – поклонился, парень с бородкой. – Также ассистент аттракциона "Человек-невидимка".

– Сергей Семяхин! – отчеканил, худощавый парень. – Младший ассистент циркового аттракциона.

– Валерий Гросс! – назвался, самый молодой парень. – Адъютант ассистентов всех рангов аттракциона.

– Шурик и Юрик! – раскланялись, толстый и худой. – Клоуны циркового аттракциона "Человек-невидимка".

Шурик дал мне длинные цирковые грабли, а Юрик цирковую метлу и оба показали мне на арену цирка.

– Осваивай рабочее место. – хором, сказали они. – С этого начинали все звезды циркового искусства мира.

Сразу не совсем понял, что все это серьёзно или цирковая шутка, которую разыгрывают на всех новых.

– Если это розыгрыш. – сказал им. – То ни салага. Армию отслужил. Если всерьёз, то покажите вы…

– Ну, сер! – раскланявшись, ответили хором клоуны. – Это как вы понимаете, так вы и принимаете наш цирк.

– Тогда покажите, как вы считаете. – отпарировал. – Буду учиться, как вы это знаете, работать в цирке.

Клоуны сострили удивлённые гримасы, взяли у меня свои грабли и метлу, стали мне показывать, на что они способны. Конечно, был удивлён их способностям с метлой и граблями.

Шурик и Юрик стали жонглировать всеми этими реквизитами. Крутить сальто. Ходить колесом. В промежутках между этими трюками, клоуны загребали опилки на манеже и подметали весь барьер.

Ассистенты в это время сидели в зале. Аплодировали удавшимся трюкам и освистывали проколы в работе. Примерно, через десять минут, весь цирковой манеж был готов к работе. Откровенно, был просто искренне удивлён таким способностям клоунов.

– Мне, конечно, ещё далеко до этого. – честно, признался. – Но, обязательно, буду учиться у вас этому.

Так стал работать в цирке. Весь первый день мне рассказывали азы циркового искусства. Знал, что у цирка, как у всех животных, имеются лёгкие, которые называются колосниками.

Они находятся под самым куполом цирка. Состоят колосники из брусков пористой, но очень прочной древесины, которая втягивает в себя всю пыль и грязь манежа, а выделяет из себя чистый воздух.

Колосники, не только лёгкие цирка, но и основная опора всей аппаратуры, которую подвешивают в цирке. Отсутствие колосников не даёт дыхание всему цирку.

Без колосников, также не смогут работать в цирке воздушные гимнасты и канатоходцы. Стандартная высота купола цирка, восемнадцать метров. Есть, конечно, такие цирки, в которых высота купола значительно больше.

Например, в Монте-Карло, который находится в крохотном королевстве Монако, на Лазурном берегу Средиземного моря, на юге, между Францией и Италией.

Так вот, в цирке в Монте-Карло, высота купола шестьдесят метров. Как говорили артисты русского цирка, когда-то работающие там, что артист просто растворяется в этом громадном пространстве. Уходит много материалов на воздушную гимнастику.

Надо аппаратуру перестраивать, подгонять под огромный цирк. Представьте, все это, какие трудности в работе цирка! Теперь мне тут предстояло осваивать все эти цирковые трудности.

Но, оставим эти подробности. Все это можно прочитать в наших домашних книгах о цирке. Вернёмся к тому, что первый день моего пребывания в цирке заканчивался.

Все стали расходиться по своим домам. Кто-то жил у себя дома в Москве, а кто-то в московских гостиницах. Лишь у меня не было никакого места жительства. Даже себе представить не мог, где буду ночевать. Ведь у меня никого в Москва нет.

– Да, дела! – почёсывая затылок, сказал директор цирка, когда узнал мою проблему. – Надо что-то предпринимать. Оставить тебя на ночь в цирке не могу. Придётся куда-то позвонить насчёт места в гостинице.

Мне неизвестно, куда звонил директор. Просто сидел на барьере манежа, разглядывая весь зал цирка.

– Тебя устраивает ночёвка в гостинице "Россия"? – спросил меня, директор, словно знал эту гостиницу.

– Наверно, устраивает? – пожимая плечами, ответил. – Все равно ни одной гостиницы в Москве не знаю.

– Вот и прекрасно! – обрадовался директор, возвращая мне мой паспорт с запиской от цирка. – Пройдёшь через Красную площадь и опрёшься прямо в гостиницу "Россия". С обратной стороны гостиницы есть центральный вход. Обратишься к главному администратору. Отдашь ему записку от цирка и свой паспорт. У тебя там есть забронированное место за счёт цирка в этой гостинице, на одну ночь. Завтра тебе подберём что-нибудь лучше, для твоего жилья на время работы в цирке. Думаю, что найдём тебе постоянное место.

3. Неожиданное знакомство.

Поблагодарил директора цирка и отправился пешком в гостиницу "Россия" на Красную площадь. Мне интересно идти по вечерней Москве, залитой светом неоновых реклам и фонарей. Никогда не был в таком гигантском городе, как Москва.

Самые крупные города Кавказа – Тбилиси, Баку, Ереван, где бывал вовремя своей службы в армии, выглядели значительно меньше Москвы. С каменными громадами зданий и площадей.

Шёл в указанном мне направлении, натыкаясь на прохожих и на столбы фонарей. Так добрался до Красной площади, которая поразила меня великолепием храмов и размером. Особое впечатление на меня произвёл храм Василия Блаженного.

Рядом с ним памятник "Минин и Пожарский". Подсвеченные снизу прожекторами, памятник и храм. Выглядели на площади как величественный макет. Много читал про главную площадь России.

Но читать и видеть, это, ни одно и, то же. Совершенно другое ощущение красоты и пространства, в котором оказался сегодня.

По-своему для себя увидел Москву. В гостинице "Россия" меня приняли с особым вниманием. Прочитали письмо директора цирка. Проверили запись на бронирование.

Затем дали заполнить карточку с подозрительными вопросами: – "Какими языками владеешь?", "Где был за границей?", "По какой статье привлекался?" так далее. Просто ерунда какая-то.

– Не знаю, как вам отвечать на глупые вопросы в анкете? – растерянно, обратился, к администратору.

– Вы, что, с гор спустились что ли? – спросила меня, блондинка в очках. – Такого пустяка не знать в анкете.

– Действительно живу в горах Кавказа. – огрызнулся на вопрос. – Но там таких глупых вопросов никто не задаёт. Так что мне писать в этой графе, которая мне совершенно не знакома? Объясните. Не понимаю ничего.

Администратор взяла у меня заполненную карточку и паспорт, внимательно сверила, словно поступал к ним не на жительство в гостиницу на одну ночь, а на постоянное заключение.

Напротив, подозрительных вопросов поставила прочерк и отдала мне в руки паспорт с ключами от места моего проживания. На брелоке ключей была какая-то странная зашифровка "Ю/10/111". Можно подумать, что это зашифрованный ключ.

– Извините, пожалуйста! – стараясь быть культурным, спросил, администратора. – Что это тут на брелоке?..

– Ну, ты, парень, действительно с гор спустился. – посмотрев на меня поверх очков, ответила блондинка. – Южная сторона. Десятый этаж. Сто одиннадцатый номер. Вот лифт. В нем и езжай на свой этаж с номером "Ю/10/111".

– Нет, уж! лучше пешком пойду наверх. – глупо, отказался. – У нас в горах этих лифтов нет. Всюду ноги.

Все присутствующие захихикали и пальцами закрутили у себя на висках, пытаясь там что-то открыть для себя. Ухмыльнулся этому и стал брать высоту. Конечно, мне приходилось много раз подниматься на вершины Кавказа до трёх тысяч метров над уровнем океана.

Но вот выше пятого этажа не поднимался. Совершил глупость не только в своём решении подниматься без лифта, но и в том, что начал совершать восхождение на десятый этаж в темпе.

Так как на подъёме шестого этажа у меня стали болеть ноги ниже колен. К восьмому этажу моё дыхание спёрло. Совершенно измученный и вспотевший, буквально вполз на свой десятый этаж, который оказался таким длинным, что понял о глупости своего восхождения к этажу. Мне оставалось только найти свой номер комнаты в гостинице и завалиться спать.

– Что это с вами случилось? – растерянно, спросила меня дежурная по этажу. – Вам, доктора надо вызвать?

– Нет! – категорически, отказался. – Никого не надо. Вы покажите направление, где мой номер находится?

Дежурная в страхе посмотрела на мой брелок и указала направление моего движения в номер. Кивком головы поблагодарил даму за услугу. Тяжело перебирая окаменевшими ногами, медленно двинулся к намеченной цели.

Расстояние по длинному коридору преодолел через час. Здание было настолько огромное, что подумывал заночевать в пути, как, вдруг, увидел на двери множество единиц.

Даже за свою учёбу в школе не имел столько неудов, сколько мне поставили в этой гостинице. У меня все плыло перед глазами от усталости и пота.

Поэтому мне померещилось, что на двери номера единиц значительно больше, чем было на моем брелоке. Протёр рукавом глаза и пересчитал все единицы на двери и на своём брелоке от ключей.

Всё было правильно. Количество единиц совпадало. Решительно вставил ключ в дверную скважину и повернул. Но дверь не поддалась. Попытался вторично открыть, но все было бесполезно.

Стал лихорадочно крутить ключ во все стороны, но дверь не поддавалась. Идти обратно к дежурной, у меня не было сил. Дама осталась где-то далеко за поворотом длинного коридора.

Здесь один у двери. Измученный многочисленными попытками проникнуть в номер, опустился на ковровую дорожку и задремал. Прошло какое-то время. Сквозь дремоту услышал звон ключей в замочной скважине.

Открыл глаза и увидел, как горничная открывает мой номер. Буквально вполз следом за ней в свой номер. Женщина сурово посмотрела на мой брелок и брезгливо показала пальцем на заправленную кровать у окна.

– Вот, иносранцы, нажрутся нашей водки, как свиньи. Попасть в свой номер не могут. – пробурчала горничная уходя из номера, когда заменила постель на другой кровати. – Ну, совсем русскую водку пить не умеют.

Горничная ушла. Удивлённо посмотрел по всем сторонам, но никакого иносранца в номере не увидел. Возможно, что горничная меня спутала с иностранцем? Так как был одет совершенно ни так, как одевались москвичи по сезону.

На мне было лёгкое пальто джерси серого цвета, лаковые чёрные туфли и костюм серого цвета из тонкой лавсановой ткани. В общем, сам выглядел серой личностью в прямом и переносном смысле.

Потому, что в это время москвичи ходили уже в зимней одежде. Был одет так, словно от берега Чёрного моря с пляжа вернулся. Купить себе одежду в магазинах Москвы не мог.

Здесь все дорого. Немного придя в себя от подъёма, оглядел номер. В нем были две кровати. Два бельевых шкафа. Две тумбочки, похожие на холодильник. Большой стол.

У стола четыре стула. Маленький телевизор "Рекорд". Всё это стояло тут на большом красном ковре. На потолке большая четырёх рожковая люстра с позолотой.

Освоившись, решил привести себя в порядок и лечь спать. Разобрал свой чешский кожаный портфель с бельём и решил туалетные принадлежности положить в свою тумбочку.

Однако тумбочка действительно была холодильником, в которой находились различные продукты и напитки в шкаликах.

Никогда ещё не жил в гостиницах и поэтому подумал, что кто-то забыл свои продукты в этом номере. На всякий случай заглянул в соседний холодильник.

В нем лежало то же самое. Получается, что это все входит в стоимость номера. Значит это все тут моё. Можно пользоваться продуктами, которые находятся в мине-холодильнике.

Помывшись в ванной, обратно вернулся к своему холодильнику и принялся кушать в нем все то, что мне понравилось на первый взгляд. В шкаликах – водка, коньяк и ликёр.

Ни стал это пить, но все шкалики положил в свой портфель между одеждой, чтобы шкалики не разбились в дороге. Затем принялся съедать все оставшиеся продукты.

Утоляя свой голод за день. После сытного ужина меня потянуло ко сну. Убрал за собой объедки со стола и лёг спать. Вовремя глубокого сна, почувствовал, что кто-то внимательно разглядывает меня.

Открыл глаза. В номере было темно. Слабый свет уличного фонаря едва пробивался в номер сквозь прикрытую занавеску. Огляделся кругом.

Никого не было видно. Хотел было закрыть глаза, как, вдруг, услышал сквозь мёртвую тишину в номере чьё-то дыхание. Сел на кровать и тут же стал вглядываться в темноту.

Всё также никого не было видно. Обратно собрался лечь спать, как, неожиданно для себя, увидел в темноте блеск глаз и улыбку белых, как снег зубов.

Так машинально нажал на кнопку настольной лампы и обалдел от неожиданного зрелища. Прямо напротив меня сидел огромный негр. С большими накаченными мышцами.

Мне никогда не доводилось видеть негров. Тем более такого большого и сильного, как негр в гостинице. В темноте он больше был похож на огромную обезьяну, чем на чёрного человека.

– Джон! – протягивая свою огромную лапу, представился негр и стал мне что-то говорить на своём языке.

– А-ле-к-са-н-др! – чуть ли не по буквам, выдавил своё имя, моя рука утонула в клещах чёрного гиганта.

Тут же отдёрнул свою руку обратно. Мы внимательно смотрели друг на друга. Джон, что-то начал мне рассказывать про себя. Из его разговора, кроме слова спорт, ничего не понял. В страхе разглядывая его.

– Водка! – неожиданно, сказал Джон по-русски и достал из своей сумки бутылку водки. – Пить водка будем.

– Хорошо! Будем пить водку. – согласился, тут же пошёл мыть бокалы, которые стояли на столе у графина.

Когда вернулся обратно из ванной, то на столе была шикарная закуска. Такого никогда ни ел. Кусочками нарезана копчёная ветчина. Маленькие баночки с консервами.

Бутылки с разными напитками. Разных форм шоколадки. Завёрнутые булочки. Все выглядело ярко и пестро, словно попал на карнавал или выставку продуктов, где-то в странах Латинской Америки. Даже бутылка русской водки выглядела иначе.

– Мир! Дружба! Америка! Русия! – все то, что мог сказать Джон по-русски, поднимая бокал с русской водкой.

Ни единого слова не знал на его языке. Поэтому кивал головой и поддакивал Джону. Мы выпили по бокалу водки. Джон стал кашлять и задыхаться после выпитой водки, запивая её каким-то напитком из своих бутылок.

Джон налил мне напиток в бокал. Попробовал и тут же едва не выплюнул обратно в бокал, то была сода с солью. Такую гадость мама давала мне тогда, когда у меня болело горло.

Сейчас был вполне здоров и не нуждался в таком лекарстве. Закуска Джона, мне понравилась больше. Усиленно нажимал на ветчину и на консервы в банках.

После хорошей закуски налил в бокалы водки. Джон уже был хмельной. Махнув рукой, как заправский мужик с русской деревни, Джон с лёгкостью опрокинул в себя второй бокал и уже не запивая водку своим напитком, принялся закусывать на мой манер.

Под следующий бокал водки Джон достал из своей сумки все запасы закуски, которые в своём большинстве были дружно съедены. Совершенно ничего не знаю о генах человека.

Но так думаю, что с рождения в человеке заложено что-то в генах. Тому может служить порода. Возможно, что в генах русской породы человека давно заложена стойкость против водки?

Так до встречи с Джоном мог посчитать на пальцах, сколько раз выпил водки за свою прошедшую жизнь. Не очень-то любил выпивать.

Но, несмотря на такую мощь Джона, он после первого бокала был пьян. После второго бокала – сильно пьян.

Когда мы с ним на равных осушили одну бутылку водки, Джон готов. Он не мог ни есть и ни пить. Настолько пьян, что валялся на полу, как тряпка.

У меня, наоборот, пьянка быстро прошла от одной только мысли за то, что споил американца. Теперь мне, возможно, грозит пожизненное заключение, как минимум, а то и вовсе расстрел за пьянку с капиталистом?

Надо было мне принимать какие-то экстренные меры. В гостинице была ночь. Все спали. Возможно, что и дежурные по этажам спали? Но чем могут нам помочь дежурные от перепоя? Лишь вызвать милицию.

– Джон! Душ! – сообразил. – Пойдём в душ, тебе легче будет. Джон! Быстрее пойдём в душ. Голову мыть.

Не знаю, понял меня Джон? Возможно, что душ звучит одинаково на всех языка? Однако, Джон пополз на четырёх мослах в сторону душа. Прямо в своём спортивном трико Джон завалился в ванную.

Стал усиленно поливать на него из душа холодной водой и себя освежил холодной водой. Мне стало легче. После двухчасового душа Джон, постепенно, стал приходить в себя.

Переодевшись в сухую одежду, Джон сидел на своей кровати. Ругал себя на своём языке, стукая кулаком по голове. Сидел напротив и молчал.

Когда солнце своими лучами добралось до храма Василия Блаженного, стал собираться в дорогу. Очень тщательно побрился. Почистил зубы белым порошком.

Сполоснул рот зубным эликсиром. Надел свежую одежду. Попрощался с Джоном. Пошёл к двери с ключами. Джон так и остался сидеть на своей кровати.

– А-ле-к-са-н-др! – также по буквам, как ночью, окликнул меня в стельку пьяный Джон. – Презент! Презент!

Джон показывал мне на стол, заваленный не распакованной закуской, оставшейся с ночной пьянки. Совсем не мог понять, какой ему презент-брезент нужен от меня.

Английский язык не знаю. Пожал плечами и стал ему объяснять, что ничего от него не понимаю, что он от меня хочет. Тогда Джон взял мою сумку и сгрёб в неё все то, что было в упаковке на столе.

После этого понял, что презент на его языке обозначает подарок, а не ткань. Естественно, что не мог уйти от него и не оставить Джону что-то на память.

Но у меня не было ничего ценного в сумке. Один только свёрток с чеканкой и картина, которые привёз на выставку. Мне все равно не суждено было выставлять свои художественные работы.

А так у Джона память будет в Америке. Развернул свёрток и отдал Джону написанную на холсте картину, с видом на вершину горы Казбек из посёлка Казбеги в Грузии. Джон растерянно осмотрел картину. Отрицательно покачал головой.

– Ноу! Ноу! – запротестовал Джон, отказываясь от моего подарка. – Кон-тро-бан-да! Ноу! Ноу! Турма! Ноу!

– Это ни контрабанда. – стал объяснять Джону на словах по-русски и жестами. – Это рисовал. писал картину вершины горы Казбек на Кавказе. Картина совсем новая. Понимаешь, тебе дарю картину. Презент!

После слова "презент" Джон успокоился и показал мне, чтобы оставил на картине свой автограф. У меня не было с собой ничего такого, чем бы можно было ему подписать.

Тогда Джон достал из своей сумки шариковую ручку и подал мне её. На лицевой стороне картины оставил свой автограф и дату. На другой стороне картины написал свой домашний адрес.

Затем написал, что это мой подарок Джону Кэйду. Так он назвал себя. Джон Кэйд оставил мне шариковую авторучку на долгую память. Мы с ним обнялись на прощание, как старые друзья, перед нашим расставанием.

Тут же вышел из номера и спустился на лифте. Вышел из гостиницы "Россия", когда утро было в полном разгаре. У меня сильно болела голова и тошнило.

Это напоминало мне о ночной пьянке. Надо было хорошо на воздухе прогуляться до цирка на Цветном бульваре. Знал это направление и через Красную площадь медленно отправился прямо в цирк.

Когда пришёл в цирк и предъявил у служебного входа своё удостоверение, которое мне выписали вчера в "Союзгосцирке", то меня пропустили в цирк без всяких вопросов.

Тут же прошёл на манеж. Никого из аттракциона "Человек-невидимка" там не было. Манеж был покрыт льдом и на нем катались артисты цирка на льду. Сел в зале и стал смотреть на репетицию артистов цирка на льду, которые выходили по очереди.

– Кого ждёшь? Тебя, как зовут? – спросил меня, блондин с огромными мышцами, силовой жонглёр на льду.

– Александр! – ответил, парню. – Ты не знаешь, когда будет работать аттракцион "Человек-невидимка"?

– Меня зовут, Владимир Маргослепенко. – представил себя парень. – Ты зря сегодня пришёл. В понедельник в цирке выходной. Все отдыхают. Это мы готовим новую программу, вот и работаем тут по выходным дням. Вчера в управлении "Союзгосцирка" должен был быть выходной. Но, отправляли срочно, новую группу на гастроли за границу. Поэтому Белоусов использовал момент работы в "Союзгосцирке" для устройства тебя на работу. Сегодня ты можешь свободно пойти в "Союзгосцирк" прямо к управляющему Бардиани. Он понятливый человек. Сразу устроит тебя в гостиницу или даст деньги на съем квартиры. Если хочешь, то ты можешь с нами жить на квартире у Шуралея. Он старший осветитель цирка, мой друг. За квартиру деньги не надо. Ты принеси ему в коллекцию любую бутылку с напитком, которого у него нет дома. Дальше, живи у Шуралея сколько захочешь. У него огромный барский дом под снос. Все дела у тебя тут быстро наладятся.

– Откуда знаю, какую бутылку надо? – спросил Володю Маргослепенко. – Такие пойдут, а какие нет?

Достал шкалики из своего портфеля. Показал Володе. Он внимательно посмотрел на их этикетки. По выражению лица было видно, что такой набор бутылок подходит ему.

– Где ты взял сувенирный набор шкаликов? – поинтересовался Володя. – Это же дефицит!

В подробной форме рассказал Володе про своё проживание в гостинице "Россия". О своей ночной пьянке с Джоном Кэйдом, которого едва не отправил на тот свет, а после отхаживал до утра от русской пьянки.

– Ты, с самим Джоном Кэйдом пил всю ночь! – возмутился Маргослепенко Володя. – И не взял у него автограф с рекламой?! Да как теперь с тобой разговаривать. По всему белому свету мотаюсь и не могу с ним встретиться, ты с Джоном Кэйдом в одном номере живёшь, водку с ним пьёшь и не мог автограф получить.

– Обожди, минутку! – остановил, Володю Маргослепенко. – Объясни мне, кто этот такой есть Джон Кэйд?

– Ты не знаешь, кто такой Джон Кэйд? – удивлённо, спросил Маргослепенко Володя. – Какой же ты тогда культурист? Если ты не знаешь Джона Кэйда! Это один из лучших культуристов мира. Ты что, с гор спустился?

– Да! С гор спустился! – разозлился на него. – Никакой ни культурист и про Джона Кэйда ничего не знаю. Всё!

Тут же взял свои вещи и направился к выходу из цирка. Маргослепенко Володя догнал меня у выхода.

– Извини, старик! Погорячился. – остановил меня, Маргослепенко Володя. – Не знал, что ты впервые в Москве. Сходи в "Союзгосцирк" за деньгами и приходи сюда. Будешь жить со мной у Шуралея и ходить в Лужники качать банки, которые тебе ещё пригодятся вовремя работы в цирке. Вещи свои ты можешь оставить здесь в цирке, их никто не тронет. Мы сегодня до обеда репетируем в цирке. Успеешь везде побывать.

Оставил свои вещи в зале цирка. Налегке отправился пешком в управление "Союзгосцирк" за деньгами. Дорогу между старым цирком на «Цветном бульваре» и «Союзгосцирком» запомнил хорошо с первого раза, поэтому добрался до конторы быстро.

– Ты где это пропадал? – спросил меня, Отар Александрович Белоусов, как только вошёл в контору. – Директор цирка, Минаев, звонил мне утром домой. Сказал, что ты придёшь в "Союзгосцирк" за своими деньгами.

– Думал, что вы в цирке и отправился туда. – ответил ему. – Меня оттуда направили к вам в контору. Отар Александрович, не буду жить в гостинице. У меня уже есть место снимать квартиру среди друзей цирка.

– Вот и прекрасно! – обрадовался Отар Белоусов. – Так меньше забот будет в бухгалтерии "Союзгосцирк".

Получив деньги из кассы "Союзгосцирк" отправился гулять по Москве. После репетиций новых трюков в аттракционе "Человек-невидимка", весь коллектив должен был уехать на гастроли в Пермь.

Ассистенты и артисты цирка говорили мне, что даже жители Москвы, работающие в цирке, бывает, что годами не появляются в Москве, находясь в постоянных гастролях в Советском Союзе и за границей. Поэтому мне сейчас хотелось лучше посмотреть Москву.

4. Москва на мой взгляд.

Возможно, что мне не суждено будет когда-то приехать в столицу? Ведь так мечтал, всю свою сознательную жизнь, хоты бы раз побывать в Москве, а тут такой удобный случай, что в цирке в понедельник выходной день.

Гуляй по Москве сколько угодно и наслаждайся красотами столицы. Можно поездить по станциям московского метро, сходить по магазинам и в кино. Купил в газетном киоске две карты, метро и Москвы. С ориентировался на месте по карте и начал своё путешествие по бесконечным улицам и проспектам столицы самого огромного государства на планете Земля. Долгие переходы по эскалаторам из станции в станцию метрополитена, гуляние по площадям и улицам столицы, в конце концов, измотали меня окончательно.

Хотелось кушать и отдыхать. Стал смотреть на витрины, чтобы найти место малость перекусить. На глаза мне попалась небольшая вывеска – кафе и магазин "Дары природы для туристов".

Это мне ближе, чем общепитовские заведения столицы. Сам был в душе дитя природы, который родился в сельской местности и большую часть своей сознательной жизни был на природе – в горах, на море и в лесу Кавказа. Почему сейчас не окунуться туда?

Помещение было разделено не две части. В одной стороне магазин, продавали различные принадлежности быта и дары природы. В другой стороне было кафе, в котором находились продукты питания из даров природы.

Посмотрел на витрину кафе и поразился тем, что стоимости продуктов, представленных на продажу, мог позавидовать любой ресторан столицы.

Был в растерянности. Купить или не купить? Именно так стоял вопрос. После долгого колебания, все-таки решил купить. Взял себе два яичка белой куропатки на один рубль.

Стакан какао за десять копеек, совсем малюсенький кусочек туристического чёрного хлеба за пятьдесят копеек. Поднял весь драгоценный обед на подносе, держа его усиленно двумя руками, отправился за столик в стороне от прохода в кофе.

Чтобы случайно кто-то из посетителей не свалил мой дорогой обед на пол в кафе. Ведь таких дорогих продуктов мне уже больше не суждено никогда где-то покупать.

За рубль шестьдесят мог в столовый общепит купить полный обед с добавками, а тут, мне не на что было смотреть. В совершенно пустом помещении, повернулся спиной к продавцу, подозрительно следящим за моими движениями.

Ложечкой постукал по маленькому яичку белой куропатки. Яичко разбилось, в нем увидел едва покрывшегося пухом маленького цыплёнка.

Мне стало дурно при виде этого трупика, не родившегося цыплёнка. Второе яичко не рискнул разбивать, чтобы не увидеть более ужасающую картину трагедии природы.

Конечно, мне не хотелось потерять больше денег, чем потерянных на яичках. Силком затолкал себе в рот комочек хлеба, который больше был похож на чернильную стиральную резинку, чем на хлеб.

На всякий случай, чтобы хлеб не попытался покинуть место своего заключения в моём желудке, залпом залил это место стаканом прокисшего какао и быстро выскочил на улицу.

Мне совсем не хотелось потерять ещё больше денег за уборку того, что пыталось вырваться из меня наружу. Ни такой богатый.

В полубессознательном состоянии от трагического зрелища в кафе. От бурлящей стихии в моём желудке, медленно поплёлся в сторону Цветного бульвара, постоянно сверяя по карте нахождение своего измученного тела и места моей работы в старом московском цирке.

Только к трём часам дня еле доплёлся до здания цирка, где меня ожидал Володя. Он стоял на Цветном бульваре возле цирка давно.

– Думал, что ты заблудился. – сердито, встретил меня Маргослепенко. – Что с тобой случилось? На тебе лица нет. Деньги ты потерял что ли? Твои документы кто-то украл? Ну, что все же там произошло?

– У меня все на месте. – трагически, ответил. – Это после кафе "Дары природы", началось что-то ужасное.

Стал рассказывать ужасные минуты моего обеда. Володя катался от смеха. У него даже глаза прослезились, когда он смеялся от моего рассказа. Мне было совсем не до смеха. Мне было дурно.

– Это хорошо, что ты вовремя смылся. – вытирая рукавом глаза мокрые от слез, сказал мне мой новый друг. – У тебя могли по червонцу высчитать за цыплят белой куропатки, которых ты обнаружил в купленных яичках. Вот, что касается хлеба, то тут дела обстоят значительно хуже. Ты купил туристический хлеб, который берут в походы, чтобы много ни таскать с собой. Когда на привале обедают, то этот маленький кусочек хлеба кладут в какую-то посуду и парят.

Хлеб вырастает объёмом до этой огромной посуды и его хватает на целую группу туристов. Так вот, сейчас хлеб у тебя в желудке растёт и скоро примет форму твоего желудка. Если ты к этому времени совсем не лопнешь? Так что терпи и жди финала. Возможно, повезёт?

Даже без слов Маргослепенко Володи чувствовал, как у меня в желудке что-то растёт. В этот момент сочувствовал беременным женщинам, которые девять месяцев находятся в таком состоянии, в котором находился в данное время.

Женщины, через свои муки, приводили на свет себе подобных. Что же касается меня, то в таком состоянии ничего не мог произвести, ещё хуже, мог потерять свою жизнь.

Надо было, быстрее принимать какие-то меры моего спасения, так как объем моего с каждой минутой угрожающе рос.

– На эскалатор в метро, ты, конечно не влезешь. – усмехаясь над моей бедой, говорил Маргослепенко Володя. – В такси тебя тоже не запхать. Придётся ехать нам до Комсомольской площади на автобусе с широкими дверями. Если, конечно, сегодня такой автобус будет? Будем надеяться наудачу. Вдруг, нам повезёт.

Мы простояли на остановке автобуса около часа. Наконец, появился нужный автобус и Маргослепенко Володя, буквально впихнул меня в него, так как с большим трудом передвигал ногами и войти в автобус никак не мог.

Живот у меня рос прямо на глазах. Меня сильно тошнило. Перед глазами жёлтые круги.

Из всех отверстий моего тела выходили тухлые запахи прокисшего теста и дрожжей.

Пассажиры сторонились меня, так как рядом со мной стоять было невозможно. По всему было видно, что меня нужно вести в больницу или срочно, вызывать скорую помощь.

Мне становилось очень плохо. Мог погибнуть в автобусе. Автобус привёз нас до «Ленинградского» вокзала. Вовкин друг, Шуралей, жил в переулке Кооперативном за мостом, рядом с высотным зданием, гостиница "Ленинградская".

Идти туда надо было ещё метров семьсот. В таком положении, все равно, что семь километров в болезненном состоянии всего моего тела.

– Принимай гостя! – сказал Володя, когда мы зашли в бывший барский дом. – Он твой тёска.

– Что случилось? – спросил Шуралей, разглядывая меня. – Он, что, на последнем месяце рожать собрался?

Маргослепенко стал рассказывать Шуралею мой случай и через минуту уже двое моих знакомых катались от смеха по полу огромной комнаты бывшего барского дома.

Лишь мне было не до смеха. У меня очень сильно болел живот. Резко начинала подниматься большая температура. Перед глазами все плыло.

– Рядом живёт хороший врач, – сквозь смех, выдавил Шуралей, – его сейчас приведу к нам. Он осмотрит пострадавшего.

Шуралей удалился. Володя пошёл купаться в душ. Там он переоделся в трико и вернулся обратно в комнату. Стал заниматься разминкой своих мышц. Сидел на стуле и долго ждал прихода врача.

Прошло несколько мучительных минут, прежде чем скрипнула старая дверь. В комнату вошёл такой дряхлый старик, который был, возможно, ровесник барского дома?

Старик медленно проковылял в мою сторону. Шуралей плелся следом за стариком, держа в руке врачебный саквояж до советского периода. Доктор сел напротив меня в старое кресло-качалку и ту же минуту мирно заснул, словно он для этого и пришёл.

– Семён Давыдович! – закричал Шуралей, прямо в ухо доктору. – Больной перед вами сидит. Осмотрите его.

– Шурик! Кричать не надо. – вставая с кресла, сказал доктор. – Все прекрасно слышу. Мне только нужно подумать. Такого заболевания в моей практике не было. Здесь скорее гинеколог требуется, чем терапевт.

– Ни женщина перед вами. – улыбаясь, заметил Шуралей. – Парень, который неизвестные продукты съел.

– Во времена моей практики таких продуктов не было. – вспомнил старик, времена своей царской работы.

– Шуралей! Ведь не в психушке и не в доме престарелых. – разозлился. – Кого ты привёл сюда?

– О, молодой человек! – обиженно, выцедил старик. – Высшее сословие дома Романовых лечил и меня никто не обидел. Вам, молодой человек, продукт надо знать, прежде чем его употреблять. Теперь вам, надо ждать.

Семён Давыдович повернулся. Медленно переставляя свои ноги, поплёлся в сторону выхода из комнаты.

– Что мне надо ждать? – удивлённо, спросил, старика, когда он поравнялся с дверями. – Мне больно!

– Когда все у вас переварится. – не поворачиваясь, ответил старик. – Тут вам, медицина бессильна помочь.

– Сколько придётся ждать? – не унимался. – У меня скоро цирковые гастроли в другом городе.

Доктор развёл руками. Не поворачиваясь, выполз из комнаты. Шуралей понёс за ним допотопный саквояж. В недоумении смотрел в сторону ушедших и не знал, что будет со мной до завтра. Вдруг, умру?!

– Не переживай, старина! – смеясь, сказал Володя. – За неделю все рассосётся. Терпи казак. Ну, если тебе не терпится, то пригласи к себе группу туристов. Поделись с ними содержимым своего желудка. Пока терпи.

– Тебе смешно, а у меня завтра серьёзная репетиция. – огрызнулся на него. – Что скажу в цирке? Меня засмеют.

Маргослепенко Володя ухмыльнулся и продолжил разминать свои мышцы. Буханка хлеба в моём животе перестала расти. Чувствовал, как там, в желудке, идёт усиленный процесс варения хлеба.

В животе так сильно бурлило, что было слышно снаружи. Можно было подумать, что где-то стоит кастрюля на печке и в ней варят борщ. Мне ни так больно было в животе.

Высокая температура у меня стала быстро падать, точно так же как она поднималась совсем недавно. Кризис миновал. Мне можно было отвлечь своё внимание от проблемы оглядеться вокруг себя в комнате, в которой было много интересного и не знакомого мне. Комната Шуралея была заклеена цирковыми афишами разных стран мира.

Но больше всего было фотографий накаченных парней, среди которых был и Маргослепенко Владимир, вовремя своих тренировок.

– Скоро этой красоты не будет. – сказал Маргослепенко Володя, обратив внимание на моё любопытство. – В этом доме более двадцати комнат. Всем жильцам дали квартиры. Дом под снос. Шуралею голову постоянно морочат. Не хотят одному давать, целую квартиру. Говорят, что только семейным могут дать. Шуралей два года живёт один в этом громадном доме. Он говорит, что женится тогда, когда ему дадут новую квартиру. Ему обещали в этом году дать квартиру. Шуралей со дня на день ждёт ордер на новую квартиру.

Маргослепенко Володя долго рассказывал мне о прелестях проживания в этом доме. Есть место, где банки себе качать и девочку можно всегда привести. Ни то, что в гостинице, время всегда ограничено.

В любой гостинице Советского Союза, после одиннадцати часов вечера никого нельзя приводить в свой номер. У артистов цирка, в рабочий день, как раз после одиннадцати часов вечера свободное время.

Как им жить? Жизнь у артистов цирка как у цыган в табор, постоянно на колёсах в дороге по всему земному шарику.

– Ты чего на старика накричал? – придрался ко мне Шуралей, как только вошёл в комнату. – Он очень хороший доктор. Имеет учёную степень. По его книгам и сейчас учатся в мединститутах. Ты зря обидел старика.

– Ну, извини! Погорячился. – стал оправдываться. – В таком положении был. Сейчас, вот, мне легче стало.

– Ладно! – остыл Шуралей. – Сейчас будем ужинать. Ой! Извини! Совсем забыл. Тебе это совсем не грозит.

Владимир и Шуралей дружно засмеялись. Не выдержал и тоже стал смеяться, выпуская звуки с запахом со всех отверстий своего тела. Шуралей открыл все имеющиеся в комнате двери и окна, чтобы проветрить мои запахи и звуки. Когда в комнате наступило нормальное состояние воздуха, то подвинул ближе к окну старинное кресло-качалку.

Усевшись поудобнее, стал листать московские журналы и газеты, которые лежали у окна на подоконнике. Надо было постепенно прийти в себя.

В это время мои новые друзья накрыли на стол и принялись за свой ужин. Меня тошнило при мысли о вкусной пище. Увлёкся журналами, чтобы как-то отвлечься от своих мыслей.

– Между прочим, – сказал Маргослепенко Володя, – читал в журнале "Здоровье", что красное вино очень полезно к пищеварению. Так что, в твоём положении, следует выпить бокал этого мускатного красного вина.

Маргослепенко Володя налил полный бокал мускатного вина и принёс мне. Вино было терпкое на вкус, но слабое на градусы.

После моей ночной пьянки с Джоном Кэйдом, в гостинице "Россия", вино было просто виноградный сок, который приятно растёкся по всему моему телу, ослабил напряжение в мышцах, которые были длительное время натянуты от стрессового состояния в течение дня. Мне сразу стало на много легче.

– Вот и хорошо! – радостно, сказал Шуралей, когда увидел, как в лучшую сторону стало меняться моё лицо. – Теперь нам можно отправляться на отдых. Чтобы ты нас не отравил за ночь своими газами, мы тебя поселим вместе с креслом-качалкой в соседнюю комнату. Там ты хорошо отдохнёшь. Все! Мы завтра работаем!

Меня поселили в просторную комнату без мебели. Укрыли шерстяным пледом, и сразу уснул. Но спать мне долго не пришлось. У меня в животе начался вальс кишок.

Каждые пять минут бегал в туалет. Думал, что из меня вылезет не только эта туристическая булка, но и все кишки. Не успевал надеть штаны, чтобы добраться до своей комнаты, как у меня вновь схватывало живот.

Опять спешил опорожняться. От моего дерьма весь переулок вонял. Мои друзья плотно прикрыли окна и двери в своей комнате, чтобы не задохнуться от удушливого запаха, который зловонно распространялся по всему дому.

Сам не сидел в кресле-качалке, а стоял, высунув голову из окна, чтобы глотнуть свежего воздуха. Не хотелось умереть от вони. К утру состояние моего тела и духа улучшилось.

Мне даже показалось, что сильно похудел и стал похож на балерину с комариным весом, которая порхает в театре балета ни столько от своих прыжков, сколько от сквозняков, которые пытаются сдуть балерину со сцены из-за её лёгкого веса. Благодаря поддержке её партнёра, балерине удаётся остаться на сцене. Вот и, опасаясь утром улететь со сквозняком из комнаты, прикрыл плотнее окно и лёг спать. Мне нужно было хорошо выспаться и отдохнуть до утра нового дня.

– Подъем! – услышал, голос Маргослепенко. – Быстро! Шесть часов утра! Побежали в цирк!!

– Нет, уж! Спасибо! – отказался. – Лучше позже поеду автобусом прямо к цирку до Цветного бульвара.

– Хорошо! – согласился Володя. – Там встретимся через час и позавтракаем в нашем кафе.

Маргослепенко убежал в спортивном трико, по первому снегу, выпавшему на московские улицы. Несколько минут полежал в своём кресле-качалке, но вскоре понял, что спать больше не смогу, так как после вальса кишок, начался марш моего желудка, который был пустой и требовал много пищи.

Надо было ехать в цирк, чтобы попасть на предложенный Володей завтрак. Есть страшно хотелось. Пошёл в комнату, где ночевали Шуралей и Маргослепенко Володя.

Шуралей лежал на своей кровати, укутавшись с головой в тёплое шерстяное одеяло. Возле кровати стоял планшет с ватманом, на котором крупными буквами было написано "Не тронь!".

Посмотрел на будильник, он был заведён на восемь часов. Было около семи часов утра. Стол и холодильник оказались пустыми. В бутылке было грамм сто красного вина.

Чтобы зря ни пачкать стакан, выпил остаток вина прямо через горлышко бутылки. Прихватил с собой документы, прикрыл тихо дверь и вышел из дома.

Мне надо было ехать в цирк на Цветном бульваре. На улице приятно ощущался привкус первого снега. Воздух вокруг чист и наполнен запахом пришедшей осени.

Снег слегка кружил и звёздочки-снежинки падали на моё лицо, где тут же таяли и стекали по моим щекам, словно слезы в память о прошедшем лете, где осталась моя жизнь на Кавказе.

С этим первым московским снегом у меня начиналась новая жизнь в цирке. Мне совершенно неизвестно было, как сложатся в цирке моя жизнь и работа.

Возможно, что они будут долгими и прочными, как Москва или быстро растают, как эти первые снежинки на моём лице? Лишь капризная девица-судьба могла определить поток всей моей жизни. Как моя судьба покажет, так и будет.

Жизнь помчится вперёд или повернётся обратно к исходу. Откуда началась моя самостоятельная жизнь взрослого человека, который окунулся в новую жизнь. Дождавшись переполненного автобуса, втиснулся в него и тут же опустил в коробочку свои медяки, демонстративно отрывая талон за проезд, под строгим контролем пассажиров автобуса.

"Икарус-гармошка" дёрнулся и словно кишка в моём животе, начал болтаться по Садовому кольцу Москвы, при каждой остановке сжимаясь и разжимаясь, пока автобус не доехал до Цветного бульвара недалеко от старого цирка.

Там "Икарус-гармошка" выплюнул меня, облегчённо вздохнув своим двигателем, отправился дальше развозить москвичей и гостей. Перешёл под мостом в сторону Цветного бульвара и отправился к зданию старого цирка.

5. Удачный розыгрыш.

Володя, после долгой пробежки, разминал мышцы. Видимо он ждал кого-то или собирался бегать по Цветному бульвару. Прежде чем пойти на манеж работать со своим цирковым номером.

– Ты вовремя успел. – сказал мне, Маргослепенко, как только подошёл к цирку. – Пока наши все тут не собрались, пойдём в кафе. Через несколько минут кушать в кафе не пробьёшься. Весь цирк будет в нем.

Маленькое кафе находилось метров сто от здания цирка. Мы зашли в кафе и заняли столик ближе у окна.

– Вам также? – спросила Володю, молоденькая официантка. – Ваш друг, что кушать будет?

– Молочное в двух экземплярах. – заказал Маргослепенко. – Кувшин куриного бульона на двоих.

Официантке понадобилось с подносом сделать несколько ходок, чтобы накрыть весь стол., конечно, любитель покушать, особенно на халяву.

Но, чтобы столько! Разве можно было нам все это съесть?! Мне даже трудно было пересчитать все молочные продукты, которыми полностью закрыли наш стол.

Раньше даже не знал, что такое разнообразие продуктов можно изготовить из одного молока. Круглыми глазами удивлённо рассматривал пищу на нашем столе.

Однако принялся уплетать все подряд без всякого разбора. Когда зал кафе наполнился посетителями, мы заканчивали кушать. Мой живот округлился.

Напоследок, Маргослепенко достал из своей сумки четырёхгранную бутылку с изображением культуриста на этикетке. Затем налил из бутылки в свою столовую ложку какую-то мутную жидкость и выпил.

Запил жидкость стаканом куриного бульона. После чего, Володя, предложил мне выпить эту жидкость, которая по вкусу напоминала человеческую кровь, а по цвету и состоянию, жидкость больше походила на детский насморк. Выпил эту гадость, тут же запил её куриным бульоном прямо из кувшина.

Наливать куриный бульон в стакан, не было времени. Так как мог вырвать эту гадость обратно вместе со своим завтраком. Мне было жалко деньги, которые он заплатил за массу съеденных нами продуктов в молочном кафе. Выскочил из кофе следом за Володей в сторону старого цирка.

– Что за гадость ты мне сейчас давал за столом из гранёной бутылки? – спросил, когда мы вышли из кафе.

– Это же протеин! – удивлённо, ответил Володя. – Почти все культуристы мира протеин употребляют. Не знал, что ты не пил никогда протеин. Протеин изготовляют из человеческой крови. Он содержит, почти, восемьдесят процентов чистого белка. Заменяет больше килограмма жирного мяса. Протеин используют медики дистрофикам. Спортсмены и культуристы к быстрому набору своего веса. Чтобы затем вес перекачать в мышцы. Если ты протеин пил впервые, то будет плохо тебе. Придётся усиленно качать мышцы, до того момента, пока пройдёт действие протеина. Иначе, у тебя, может быть, быстрое ожирение сердца? Ты умрёшь, примерно, через сутки. Так что не забывай про это и сегодня весь день усиленно качай свои мышцы.

Володя все это говорил с таким серьёзным видом, что у меня, от страха, по спине стали бегать мурашки. Мне даже показалось, что все моё сердце медленно заплывает толстым слоем жира.

Маргослепенко уехал с артистами цирка на льду на стадион в Лужники, чтобы там проводить репетицию на ледяной спортивной арене столицы.

Остался со своим аттракционом репетировать новые номера "Человека-невидимки". Сегодня до вечера наш день. Руководитель аттракциона хотел видеть все, что могут его ассистенты. Отар Белоусов, гонял нас день по манежу с реквизитом, как лошадей на скачках.

– В цирке, особенно в иллюзии, нужен темп. – сказал Отар Александрович Белоусов. – Чтобы зрители видели фокус работы, а не обман собственного зрения. Тогда будет успех в работе. Почёт среди зрителей.

Мы старались, как можно лучше, отшлифовывать свои движения в работе. Парни едва не валились с ног. Целый день таскал все самое тяжёлое и ещё в паузах разминал свои мышцы.

Возможно, это все было от протеина или от моего самовнушения, но у меня был такой прилив сил, что никак не мог остановиться?

Целый день качал свои мышцы и находился в движении. Боялся, что моё сердце ожиреет, умру к утру, так и не достигнув цели в цирковом искусстве.

Представляю, какие гадости думали обо мне мои напарники. Очевидно, они считали, что выскочка и стараюсь себя показать лучше всех перед руководителем аттракциона, Отарам Александровичем Белоусовым. Но у меня на этот счёт не было никаких мыслей.

Просто хотел жить. Постоянно ругал себя за вторую оплошность с продуктами. Не нужно было мне пить протеин. Когда репетиция аттракциона закончилась.

Мы распрощались до завтрашнего дня, не поехал обратно на транспорте до трёх вокзалов, которые находятся на Комсомольской площади, а побежал туда домой пешком по Садовому кольцу.

Вид у меня был далеко не спортивный. Бежал не по стадиону, а по многомиллионной Москве, которая кишела людьми.

Поэтому, в пути моего следования, меня несколько раз останавливали милиционеры, которым каждый раз приходилось предъявлять документы и объяснять им, что у меня выбран такой метод передвижения по Москве.

Ничего другого не мог придумать в своё оправдание, иначе бы они меня засмеяли. Решили бы, что в конец свихнувшейся сотрудник цирка. До позднего вечера был в постоянном движении и в разминках.

Когда к полночи домой явились мои друзья, то пошёл, принял душ. Ничего не говоря, завалился спать в своё кресло-качалку. Друзья тоже ничего ни стали спрашивать у меня, последовали моему примеру.

Улеглись спать по своим выбранным местам. Утро нового дня, было проклято мной. Уж, лучше бы не просыпался. У меня ныло все тело.

Не мог двигать руками и ногами. Едва шевелил головой. Состояние тела такое, будто меня через мясорубку пропустили. О моём виде говорить было нечего. Просто живой труп и все. Лицо у меня распухло и руки тоже.

– Что с тобой на этот раз случилось? – удивлённо спросил Маргослепенко. – Что ты употреблял?

– Ничего не употреблял. – едва двигая челюстями, выдавил. – После твоего протеина целый день качал свои мышцы, чтобы моё сердце не покрылось жиром, и не умер от ожирения. Ты сам мне это сказал…

– Вот парень даёт! – хватаясь за живот, стал смеяться Володя. – Ты что, приколы принимаешь всерьёз? просто так сказал, без всякого умысла. Никак не думал, что ты все принимаешь всерьёз.

Друзья весело стали смеяться над моим состоянием, показывая на меня пальцами. Тоже не выдержал и стал смеяться над своей глупостью, которая стоила мне бесполезного переживания и боли во всем теле.

– Ничего страшного с тобой не произошло. – продолжая смеяться, успокоил меня, Володя Маргослепенко. – У тебя обычная крепотура после перекачки мышц. Такое бывает со всеми культуристами, когда накачивают себе мышцы, которые крепнут. Отсюда и название "крепотура". Тебе надо отдохнут немного после качки своих мышц и мышцы тогда перестанут болеть. Затем, постепенно, вернуться к своим занятиям со штангой.

Утром Володя Маргослепенко вновь побежал к цирку один. Пораньше поехал на автобусе, чтобы меня не давили вынужденные попутчики в переполненном транспорте, который вскоре был набит людьми. На этот раз пришлось ждать Володю у цирка. Мы пошли завтракать в то же кафе.

– Сегодня буду платить за наш завтрак. – сказал ему. – Не люблю быть зависимым перед кем бы, то не было.

– Хорошо! Плати. – согласился Володя Маргослепенко. – Тоже такого мнения. От других не зависеть.

Когда стол был обратно также накрыт, мы принялись его очищать. Маргослепенко ел быстро. Но мне понадобились большие усилия, чтобы кушать.

С большим трудом подносил ко рту руку с ложкой и с таким же трудом убирал ложку обратно к столу. Со сторону на меня было жалко и смешно смотреть.

Завтрак продолжался долго. Володя не выдержал. Ушёл на тренировки со своими партнёрами по цирку. Не дождавшись окончания моего завтрака.

Отказался от его протеина и остался завтракать до конца. У меня было много времени до репетиции нашего аттракциона. К тому же, хотел сильно кушать, после вчерашнего голода из-за протеина и усиленной качки мышц за весь день. Так что наелся до предела.

– Видно, что ты вчера сильно перестарался. – заметил Отар Александрович, смотря на меня, как едва передвигаю своё тело. – Сегодня ты смотри внимательно из зала за работой наших ассистентов и хорошо запоминай все движения вовремя трюков в номерах. Больше усиленно не работай. Делай работу, как парни.

Репетиция продолжалась весь день. Когда мои мышцы перестали ныть, тоже стал шлифовать свою работу над трюками, которые мне доверили в аттракционе.

Белоусов похвально отнёсся к моему участию в дальнейшей работе вовремя репетиции номеров аттракциона. Объяснял мне каждое движение в работе.

После репетиции нашего аттракциона не ушёл домой, а решил остаться смотреть новую программу цирка. За дни проживания в Москве ни разу не смотрел программу выступления цирковых артистов.

– Иди в осветительную. – предложил Шуралей. – Отсюда будет хорошо видно манеж и всю работу артистов.

Поднялся в осветительную и уселся на стул рядом с Шуралеем у свободного окошка, откуда хорошо было видно не только артистов, но и большую часть зала.

Прозвучали фанфары и началось цирковое представление. В первом отделении выступали различные небольшие номера.

Там были: – жонглёр Александр Кисс, Ольхавиковы с собачками, клоуны Шурик и Юрик, воздушные гимнастки сестры Кох, жокеи-наездники на лошадях Запашные, канатоходцы Волжанские и многие-многие другие цирковые номера, которых видел в цирке-шапито на Кавказе.

Были другие номера артистов цирка, которых увидел впервые. Во втором отделении выступали укротители зверей Дуровы. На манеж цирка вышли Юрий и Владимир Дуровы.

Вместе с Юрием была обезьяна шимпанзе, которая уставилась куда-то в одну точку в зрительном зале и никак не хотела работать. Посмотрел в ту сторону, куда смотрела обезьяна.

Увидел в зале негра, который, очень, был похож на эту обезьяну. Возможно, что шимпанзе приняла его за своего родственника и хотела с ним познакомиться?

Это поняли все зрители и артисты цирка. По залу тихо прокатился смех. Смущённый негр покинул цирк, а шимпанзе силой вывели из манежа.

Вместо обезьяны на манеж вышел маленький слонёнок весь в шерсти, как мамонт. Слонёнок был больше похож на мамонтёнка, рисунки, которых видел в своих учебниках. Тут сразу было видно, что далёкими предками слонов были мамонты.

– Сейчас перед вами выступит новое поколение артистов цирка, дрессировщиков Дуровых. – торжественно объявил в микрофон Владимир Дуров. – Юрий Дуров! Со своим мохнатым другом артистом цирка Гошей!

Юрий Дуров и слонёнок Гоша стали кланяться во все стороны. Вдруг, в цирке, совсем неожиданно, погас свет. Несколько секунд тишина. Затем шум сидений и ног в зрительном зале.

Свет также неожиданно включился, как только что неожиданно погас. Внизу половина зрительного зала пустая. Зрители дрожат от страха на верхних рядах.

В манеже цирка стоят удивлённые артисты Юрий и Владимир Дуровы. Между ними стоит лохматый артист Гоша, который спокойно машет хоботом. Зрители в испуге боятся спуститься вниз.

– Родился на манеже. – удивлённо, сказал Владимир Дуров. – Вырос среди слонов и других животных цирка. Но никогда не видел, чтобы слоны гонялись по ступеням за зрителями цирка. Гоша всего лишь ребёнок.

Зрители тревожно засмеялись и стали медленно спускаться вниз, на свои места, купленные в зале цирка.

– Что-то произошло со светом. – сказал Шуралей. – Сейчас мы работаем на автономном свете нашего цирка. До окончания второго отделения оставалось всего несколько минут. Решил пораньше выйти из цирка.

– Тебя подожду внизу. – сказал, Шуралею. – Пойду выпью кружку пива и домой куплю что-нибудь поесть.

Когда вышел из цирка, то увидел рядом с цирком машины пожарной и скорой помощи, а также наряды милиции. Пожарные машины были на виду. Посчитал, машин двенадцать штук.

Здание цирка номер двенадцать. Ширина, манежа также двенадцать. Такой же номер на автобусе и троллейбусе, которые останавливаются возле цирка.

Вполне возможно, что такое совпадение в цифрах послужило в дальнейшем создать коллектив клоунады "Везде двенадцать"? Но тогда вечером у цирка было не до представления. Было что-то странное с цирком. На очередные съёмки фильма о цирке совсем не похоже.

"Все же что-то случилось с цирком?" – подумал сам. – "Иначе, зачем тогда устраивать такой парад машин?"

Из цирка вышел главный режиссёр со старинной кинокамерой и поговорив что-то с офицером пожарной команды, стал усиленно крутить ручку кинокамеры, которая ужасно зажужжала. В это время цирковое представление закончилось. Из цирка стали выходить зрители, разглядывая различные автомобили скорой помощи.

– Пожар! – истерически закричала пожилая дама, когда увидела пожарных, скорую помощь и милицию.

– Дура! – громко, закричал, Марк Местечкин главный режиссёр цирка, наводя на даму кинокамеру. – Это кино снимают о цирке.

Истеричка поправила на себе одежду, порисовалась перед камерой и пошла в направлении остановки автобуса. Зрители стали спокойно выходить из здания цирка, рисуясь перед трещащей кинокамерой, которую постоянно накручивал директор цирка и наводил на зрителей цирка, которые старались угодить в историю.

– Фу! Наконец-то! – тяжело вздохнул Местечкин, отдавая кинокамеру клоуну Шурику. – Хорошо, что твой реквизит работал. Представляю! Сколько бы было трупов, только из-за одной истерички, которая запаниковала.

В это время никого из зрителей цирка не было рядом. Последние служебные машины пожарной охраны, милиции и скорой помощи, покинули пределы цирка. Площадь рядом со старым цирком скоро опустела.

– Что случилось в цирке? – спросил, Шуралея, когда мы направились к автобусу. – Ведь это ни кино?

– На колосниках стояли бочки с царского времени. – ответил Шуралей. – Они загорелись от замыкания старых электрических проводов. Пришлось цирк переводить на автономное освещение. Завтра у меня в цирке будет много работы. Приедут электрики, они будут менять всю проводку. Репетиции в цирке отменили. Перед самой остановкой нас догнал Володя Маргослепенко. Мы вошли на свой автобус и отправились домой. В это время была ночь, народу мало, но мы, ни стали садиться на свободные места.

Остался у заднего стекла автобуса, а Володя с Шуралеем прошли немного вперёд. На следующей остановке вошло несколько человек. Среди них был мужчина высокого роста с большой роскошной бородой и мощного телосложения. Мужчина остановился рядом со мной.

Вдруг строго посмотрел на меня сверху вниз. Зловещим взглядом угрожающе оценил всю мою внешность. Засучил рукава и резко наклонился ко мне.

– Сэр! У тебя осталось одно мгновение на размышление. – громко, сказал он. – Иначе, ты умрёшь.

Вполне естественно, что умирать мне совсем не хотелось. Но что делать не знал. У меня перехватило дыхание.

Только жадно глотал воздух, как утопающий перед своей смертью в воде, которая течёт в горло.

– Парень! Отстань от нашего друга. – сказал Володя Маргослепенко и резко крутанул кисть руки у мужика.

Мужчина удивлённо посмотрел на нас и рухнул на пол. Едва не придавил меня к стене своим телом.

– Ты, возможно, мужчине кисть сломал? – сказал Шуралей. – Нам надо быстрее вызвать скорую помощь.

В это время автобус остановился. Мы втроём с большим трудом вытащили мужчину на тротуар. Шуралей из телефонной будки вызвал скорую помощь.

Объяснил им, что случилось. Вместе с машиной скорой помощи приехала и машина милиции. Ничего нам, не объясняя, милиционеры затолкали нас в свою машину и поехали следом за машиной скорой помощи в ближайшую больницу.

В приёмной палате больницы у пострадавшего определили вывих кисти правой руки. Доктор зафиксировал руку на своё место и тут же наложил на кисть руки гипс.

Мужчину привели в чувства. Он открыл глаза. Растерянно посмотрел на нас и на милиционеров.

Кисло чему-то улыбнулся. После левой руки поправил свою причёску, разгладил бороду.

– Этих парней отпустите. – сказал мужчина, милиционерам. – Они ни в чем не виноваты. Сам артист кино и театра. Отрабатывал свою новую роль в кино. Мне нужно было быстро войти в роль. Извините, пожалуйста.

– Представляю, что было бы со мной, – возмущённо, сказал, – если бы ты там вошёл в свою роль!

Мужчина извинился перед нами. Милиционеры отвезли нас на Комсомольскую площадь к трём вокзалам, так как общественный транспорт по Москве не ходил. На улице везде шёл нудный дождь со снегом.

– Что-то тут с тобой ни так? – сказал мне, Шуралей. – Таких происшествий в моей жизни не было никогда, какие произошли с тобой за несколько дней. После твоего посещения загорелся старый цирк. Сегодня утром горела совершенно новая гостиница "Россия", в ней были человеческие жертвы. Это все те места, которые посетил ты. Интересно, что будет завтра с моим домом? Может быть, что мой дом тоже сгорит из-за тебя?

– Ну, это слишком! – возмущённо, заявил ему. – Будто до меня в Москве ничего не происходило. В 1812 году Москва полностью сгорела. Это, что, тоже была моя вина? Ишь, что придумал! Плетёшь всякую ерунду.

– Хватит вам базарить! – остановил спор Маргослепенко. – Нам всем завтра рано утром вставать.

Мы прекратили свой спор и разбрелись спать по своим местам. На часах второй час ночи. Вставать нам в шесть часов утра. Шуралей завёл свой огромный будильник на шесть часов утра и сразу выключил свет.

В доме было много кроватей, диванов, соф и других мест сна, оставленных прежними жильцами дома. Но мне очень понравилось спать в кресле-качалке.

Она была огромной, сплетённой из веточек древесины. В кресле-качалке спал, как в подвесном гамаке. Кресло-качалка слегка покачивалась в течение всей ночи.

Мне казалось, будто плыву плавно в облаках. Таким образом, отдыхали моя душа и тело, от сильного перенапряжения за день. Решил, что теперь буду постоянно спать в кресле-качалке каждый день.

На следующее утро Шуралей первым автобусом отправился в цирк ремонтировать электрическую проводку. Мы с Володей вместе побежали в спортивном трико по Садовому кольцу в старый цирк на Цветном бульваре.

Снег и дождь к утру прекратились. Москва была напоен свежим воздухом. Обычно, Володя Маргослепенко бегал к цирку через центр города, но после дождя и снега, всюду была грязь и потоки воды.

В то время, как Садовое кольцо было чистым. Вот мы и решили бежать к старому цирку по Садовому кольцу. Тем более что у нас было много времени в запасе.

Шуралей сказал нам, что из-за ремонта электропроводки, начало наших репетиций перенесли на десять часов утра. Нам спешить некуда. Этот день прошёл у меня без приключений. Репетиции аттракциона "Человек-невидимка" не состоялись из-за ремонта электропроводки.

Белоусов попросил Бардиани, управляющего "Союзгосцирком", перенести гастроли в Пермь на ещё одну неделю, чтобы мы могли за эти дни закончить полностью репетицию новых трюков и номеров иллюзионного аттракциона "Человек-невидимка".

Согласие на отсрочку гастролей мы получили и с большим усилием принялись репетировать в аттракционе всю новую программу. Мне лично надо было хорошо оттачивать свои номера в работе иллюзионного аттракциона "Человек-невидимка".

Отар Александрович Белоусов имел серьёзные намерения на мою работу в его аттракционе.

Так сказал мне Красильников Володя, старший ассистент, когда подробно объяснял мне все тонкости моей работы в аттракционе.

6. Любовная паутина.

Тем временем, дела в Москве у меня наладились. В свободное от работы время ходил со своими друзьями на тренировки в Лужники качать мышцы. Знакомился с Москвой и москвичками.

В один из таких дней познакомился возле цирка с девушкой по имени Лена. Мы разговорились.

Лена была студенткой Московского государственного института международных отношений (МГИМО).

В совершенстве владела двумя иностранными языками. Из нашей короткой беседы у цирка, мне стало известно, что Лена живёт с папой и мамой в одном из четырнадцати самых высоких домов Москвы, со шпилем на крыше.

Сказал, что плохо знаю Москву. Лена пообещала мне, что покажет и расскажет о Москве, столице нашей Родины. После обеда в субботу и в последний воскресный день в Москве перед гастролями в Перми, у меня было свободное время.

Мы договорились с Леной встретиться в субботу, в пять часов вечера у "Ленинградского" вокзала. Рассказал друзьям о своём знакомстве. Друзья всю субботу разыгрывали меня.

В шутку объясняли, как вести себя с москвичками. Чувствовал себя с друзьями раскованно, ни так как было в первый день моего пребывания в Москве. Поэтому не оставался перед ними в долгу и отвечал шутками.

Пришёл к "Ленинградскому" вокзалу минут на десять раньше. Уже смеркалось. Но мы договорились с Леной, что буду стоять у фонаря рядом с переходом в метро.

Туда и пришёл. Время шло быстро. Рядом мелькали автобусы, троллейбусы и такси. Мчались куда-то машины различных марок. Никому не было дела до меня. Только, как дурак, торчал под этим фонарём. Мне уже самому стало противно, что такой наивный человек.

Поверил у цирка какой-то смазливой девчонки. Рядом чёрная машина "Чайка" остановилась. Водитель подозрительно разглядывает меня.

«Наверно, ждёт приезда какого-то министра из Ленинграда? Везёт людям!» – подумал сам.

Наконец терпение моё лопнуло. Решил пойти просто погулять по проспекту "Карла Маркса". Придётся мне самому знакомиться с Москвой. Не возвращаться же мне обратно к своим друзьям.

– Саша! Это ты? – услышал, голос с заднего сидения машины "Чайка", когда проходил рядом, то была Лена. – Десять минут тебя жду. Думала, что ты не придёшь. Извини, что тебя сразу не узнала?

Водитель машины "Чайка" открыл заднюю дверцу и жестом руки пригласил меня сесть туда. Возможно, что Лена действительно меня не узнала при свете фонаря?

Тем более что был одет совсем по-другому. Откровенно говоря, тоже сразу не узнал Лену. Возле цирка она выглядела гораздо проще, чем сейчас.

Но все равно мне показалось, что Лена меня узнала сразу у фонаря. Видимо, это она с подружками обсуждала меня на расстоянии и испытывала моё терпение.

Куда бы ни пошёл сейчас, они б меня все равно позвали к себе. Вероятно, им было интересно разыгрывать такого провинциала? Тем более, что выглядел перед ними пещерным человеком. В такой одежде в такую осеннюю погоду, не были одеты гости и москвичи.

– Саша! Знакомься! Это мои подруги. – сказала Лена, когда сел в автомобиль "Чайка" рядом с девицами.

Девицы протягивали свои изнеженные ручки и называли свои имена. Каждый раз называл себя, совершено не задумываясь, запомнить их имена.

У меня завтра последний день в Москве. Возможно, что больше никогда мне не придётся быть в этом городе? Поэтому знакомства эти с девчатами мне ни к чему.

– Москву тебе покажу завтра днём. – сказала Лена. – Сейчас поедем к моей подруге Эльвире на девичник.

– Ну, все-таки не девица! – возразил, пытаясь выйти из машины. – Что мне там делать одному?

– То, что делают мужики с дамами. – хором, засмеялись девицы, втягивая меня обратно в машину.

"Чайка" плавно набрала скорость. Мы помчались по вечерним улицам столицы куда-то за город.

– Чтобы ты по дороге не выскочил из машины, – сказала блондинка с большим вырезом на груди, – мы сейчас тебя обложим своими телами со всех сторон. Тебе будет хорошо и нам тоже. Думаю, что ты не против.

Блондинка стала перелазить через меня и Лену к дверце машины. Натыкаясь пышными грудями в мои губы. Как бы случайно попадая своими руками в мою ширинку.

Следом, через меня, последовала другая подруга, стараясь возбудить меня своим прикосновением к запретным местам. Мне было как-то не по себе.

Оказался зажат с двух сторон между девиц. Вместе с сидящими двумя девицами возле водителя, рядом со мной вдобавок четыре.

Всего шесть девиц, и водитель, мчались куда-то за город. Водитель сидел на своём месте, как памятник на постаменте, совершенно не реагируя на обстановку в салоне машины.

Возможно, что он привык к данной обстановке или боялся потерять своё рабочее место, поэтому не обращал никакого внимания на сидящих рядом девиц, которые уже своим видом старались привлечь к себе мужчин?

За городом, петляя по асфальтовой лесной дороге, между хвойных деревьев, мы подъехали к роскошной даче, вокруг которой был сплошной берёзовый лес и дальше никаких дачных построек.

Прямо дикий край. Ворота дачи широко открыли двое парней в форме охраны с автоматами и со злыми собаками на поводках.

– Леночка! Какая ты молодец, что приехала! – завизжала девица из дома, когда мы въехали в глубину двора дачи. – Рада, что ты сдержала своё слово. Спасибо тебе за столь ценный подарок. Ой, что сейчас будет!

Девицы выбрались из машины и окружив меня со всех сторон, повели во внутрь дома. Парни у ворот с собаками и водитель машины остались на улице.

Вошёл в внутрь дома и обомлел. В доме действительно не было ни одного мужчины. За огромным столом там сидели лишь наряженные девчонки и все.

– Эльвира! – протягивая свою изнеженную ручку, сказала хозяйка. – Ты сегодня мой талисман перед свадьбой. Будешь выполнять все мои пожелания и капризы. Завтра тебя верну обратно Леночке. Наслаждайся!

Эльвира уже была под градусом. Ни стал с ней спорить. Тем более что выбраться из дачи в Москву не мог без помощи этих девиц. Фактически, сам стал заложником этого девичника, на который необдуманно согласился приехать. Можно было не садиться в машину "Чайка" и не было бы сейчас никаких проблем. Девицы посадили меня в огромное кресло. Эльвира, в роскошном вечернем платье, с разрезами всюду, где только можно было придумать, залезла ко мне на колени и приказала налить всем в бокалы шампанского.

К моему счастью, на девичнике не было крепких напитков. Что касается шампанского, то от него сильно не хмелею. Тем более что при такой шикарной закуске, как на столе девичника, мог пить шампанское, словно компот вовремя обычного завтрака и ужина. В эту ночь быть пьяным мне совсем не грозило.

– У меня есть идея. – сползая с моих колен, сказала Эльвира. – Мой талисман будет нашим шахом на ночь.

Покачиваясь из стороны в сторону, Эльвира пошла в другую комнату и потащила меня за собой. То была большая спальня с огромной кроватью и зеркалами. Эльвира открыла шкаф, заполненный разной одеждой.

– Сейчас не собираюсь с тобой трахаться. – сказала Эльвира. – Одевайся, как арабских шах и выходи туда.

Благо, что со мной в этот день не было документов. Мне не требовалось думать о документах. Мне друзья посоветовали не брать с собой документы. Все моё богатство на этот день, десять рублей в кармане.

Не рискуя ничего потерять, стал копаться в шикарной одежде шкафа, но ничего не мог подобрать. Тогда Эльвира сама достала шёлковый мужской халат, расшитый золотом.

Сняла с меня до плавок всю одежду. Натянула на меня халат. Обвязала пояс женским шёлковым платком. Сложила бюстгальтер чашечками друг, получилась чалма.

В таком театральном виде Эльвира оставила меня одного в комнате, а в друга женский бюстгальтер. Взгромоздила его мне на голову. Обвязала голову шёлковым платком сама ушла в зал к подругам.

– Его величество! Шахиншах арабский! Алекс первый! – громко, объявила Эльвира. – Входите! Вас ждут!

Выступил величаво, как подобает истинному шаху. По приказу Эльвиры, все девицы пали ниц к моим ногам. Осторожно, чтобы не наступить на девиц, прошёл к своему креслу. Сел в кресло, как истинный шах.

– Поднимитесь, красавицы, с пола! – повелительно, сказал, девчатам. – Займите свои места в этом храме!

Девицы расселись по своим местам. Мы продолжили театральное представление на девичнике Эльвиры. Мы продолжили пить шампанское и развлекаться.

Танцевал с подругами Эльвиры, которых она объявила моими наложницами. Мне приходилось выполнять капризы Эльвиры. Был шахиншахом, девицы выполняли мои приказы.

Мне не хотелось быть букой, поэтому подыгрывал девчонкам. Тут, вдруг, Эльвира вспоминала, что, её талисман и от меня требовалось выполнять её пожелание, выпить с кем-нибудь на брудершафт, с затяжным поцелуем возбуждая меня. Дальше, больше. Страсти разгулявшихся девиц. Их пожелания вырастали с каждым выпитым бокалом шампанского вина.

– Сейчас объявляю коронный номер! – громогласно, объявила Эльвира. – Мы все наложницы шахиншаха Алекса первого! Сейчас сделаю фантики на ваши имена и положу их в сосуд его Величества. Чей фантик вытащит шахиншах, с той наложницей будет спать в эту ночь. Возможно, что со всеми наложницами сразу?

Посмотрел на Лену. Она только развела руками в знак подчинения. На лицах девиц было полное согласие подчиниться страстной забаве. У меня не было никакого выбора.

За окном вооружённая охрана с собаками и холодная ночь в начале зимы. До города далеко. Все мы грешники, конечно, был не против поразвлечься с любой из этих девиц, но только ни в такой обстановке, где все последствия могли обернуться против меня.

Ведь никто не знал, что на уме у Эльвиры. Даже не знал, кто эти девицы и, кто у них родители. По всему было видно, что они незамужние. Ни у кого из них не было на пальце обручального кольца, которое незачем скрывать перед подругами на девичнике.

Но у меня был один выбор – развлекать девиц до самого утра. Лишь бы не оставили меня на продолжительное время, тогда мои планы рухнули. Эльвира принесла из кухни огромный фарфоровый кувшин.

Побросала в него скрученные бумажки и подала мне. Тщательно перемешал бумажки в кувшине и вытащил первый по павший мне в руки фантик.

– Она себя звала! – объявила Эльвира, медленно разворачивая бумажку, все затаили дыхание. – Татьяна!

Эльвира торжественно показала в левой руке написанную бумажку, а правой рукой показала на черноволосую девицу среднего роста. Посмотрел на Лену. В этот момент у Лены был вид ревнивой жены.

Татьяна в тот же момент стала медленно снимать с себя всю одежду, направляясь обнажённой в спальню. Как только Татьяна, обнажённая скрылась за дверью, Эльвира подошла к моему креслу.

Медленно расстегнула на мне халат. Сняла с меня все до плавок. Медленно засунула свою руку в плавки, массажируя мой член.

– Шахиншах полностью созрел! – торжественно, объявила Эльвира, вытаскивая из плавок торчащий член.

Возбуждённые девицы истерически закричали, готовые в момент распластаться под меня. Эльвира, едва сдерживая свою страсть перед тем, что она только что держала в своих руках, повела меня в комнату.

Там, подвела к Татьяне, лежащей обнажённой в кровати. Дрожащими руками, Эльвира сняла с меня плавки, повернула к себе лицом и толкнула спиной на кровать.

В то же мгновение задрала своё платье, под которым ничего не было, стала коленями на кровать и резко села на мой член. Почувствовал, как мой член вошёл в неё.

Эльвира, закусила губы, чтобы не вскрикнуть. С силой схватилась обеими руками за простыни, прижавшись ко мне так, чтобы член весь вошёл в неё.

Удерживала меня так до тех пор, пока не ослаб. Мой член обвис, как кишка, потеряв свою силу и напряжение. Эльвира почувствовала мою слабость. В тот же момент спрыгнула с кровати.

Вытерла свою промежность простыню, опустила платье и выскочила в зал к подругам, плотно прикрыв за собой дверь. Посмотрел на Татьяну. Она спала голой и ничего не видела.

– Поздравляю! – завопила Эльвира в зале. – Оплодотворение наложницы состоялось! Ждите наследника!

Девицы завизжали от радости и в потолок полетели пробки из бутылок шампанского вина. Остался лежать в кровати рядом со спящей Татьяной, которая, может быть, не спала?

Вполне возможно, что Эльвира с ней договорилась заранее? Что же касается фантиков, то, скорее всего, там только имя Татьяны записано. Все остальное спектакль. Думаю, что этим не закончиться.

Эльвира придумает что-то новое и так дальше. Не ошибся, когда вернулся в зал за стол к девицам.

Вскоре Эльвира без фантиков объявила, что настал час её любви и она удаляется с шахиншахом в любовное ложе его Величества, чтобы насладиться страстью любви, которая дана самой природой, чтобы наслаждать мужчину и женщину в любое время суток.

Во мне появилась такая злость к Эльвире, за то, что она распоряжается моими чувствами, как своей собственностью. Решил наказать эту развратную девицу и в кровати пытался сделать ей больно.

Задирал ей ноги, как можно сильнее и резкими толчками засовывал ей в промежность свой член, как можно дальше. Эльвира не скрывала эмоции боли и полового наслаждения.

Она кричала по дикому, извивалась подомной и пыталась меня укусить, чтобы сделать мне больно.

Но уклонялся от её укусов, продолжая, фактически, насиловать эту развратную девицу, доводя её до бессознательного состояния движением своего члена в ней.

Однако, кто из нас кого больше насиловал, это трудно было определить, так как у меня после случки с Эльвирой болели все кости, и головка члена горела так, словно тёрся своим членом об наждачную бумагу, а не о промежность Эльвиры.

После такого секса ни на что не был способен. Еле двигал своими ногами. Мне надо было использовать момент наслаждения Эльвиры и выбраться из этой любовной паутины, а то она придумает затею, в которой могу пострадать. Осторожно встал с кровати. Надел всю свою одежду и чинно вышел из комнаты в зал. Следом за мной измученная и довольная вышла Эльвира, хозяйка банкета.

– Алекс первый сильно устал, от брачной ночи. – измученным голосом, объявил, и, посмотрел в глаза Эльвиры. – Шахиншаху надо отбыть в свои апартаменты. Завтра у него служебные дела. Приём гостей Востока.

Все девицы переглянулись между собой. Возможно, что они никак не ожидали такого исхода этого вечера?

– Мы все проводим достойно, его Величество! – устало, объявила Эльвира, после продолжительной паузы.

Эльвира показала рукой в мою сторону и девицы стали по очереди подходить ко мне с поцелуями, щупая меня за ширинку и поздравляя с удачным зачатьем будущих наследников. После всех подошла Эльвира. Засунула в плавки какую-то бумажку. Страстно поцеловала в губы. Напоследок до боли прижала мой член.

– Ну, ты и прохвост! – угрожающе, шепнула Эльвира, мне на ухо. – Мы с тобой ещё встретимся. Паршивец!

– Девочки! Оставайтесь! – воспользовавшись моментом, сказала Лена, подругам, которых она привезла на девичник. – Провожу Алекса первого в его апартаменты и тут же вернусь за вами. Эльвира! Спасибо тебе!

Мы с Леной вышли на улицу. Эльвира последовала за нами и показала охранникам у ворот, чтобы нас выпустили из дачи. Быстро залез в машину "Чайка". Лена чмокнула Эльвиру в щеку и последовала за мной.

Когда мы подъезжали к открытым воротом, то охранники с завистью смотрели на нас. Облегчённо вздохнул, едва машина выбралась из лабиринта дачных улочек и по трассе устремилась к Москве.

– Сейчас едем к нам. – сказала Лена. – Ты мой должник. До понедельника ты будешь со мной. Это так хочу!

Ни стал возражать. Возможно, что Лена поняла о случившемся в спальне. Крики Эльвиры слышали все на девичнике? Действительно был её должником за то, что она меня вытянула из любовной паутины, в которую сама привела. Неизвестно, чем все закончилось, если бы Лена сейчас меня не увезла оттуда. В Москве подъехали к высокому зданию со шпилем. Она включила яркий свет в салоне машины и своим носовым платочком оттёрла с моего лица губную помаду, которая была на мне от поцелуев девиц.

Затем мы вышли из "Чайки". Направились в подъезд высотного здания с огромными дверями. С табличкой на фасаде здания "Кудринская площадь дом-1".

– Добрый вечер, Борис Иванович! – сказала Лена, вахтеру, который с трудом открыл массивную дверь подъезда. – Хорошей вам работы у нас сегодня ночью.

Старик, кланяясь Лене, как госпоже, пробурчал свои взаимные приветствия. Мы прошли в фойе, пол которого украшен в стиле флорентийской мозаики. Стены и потолок по контуру отделаны изящной резьбой с позолотой.

По всему было видно, что в таком доме люди простые не живут. Слишком дорогое удовольствие платить за содержание такого дома, где красиво как в церковном храме.

– Завтра ты все будешь разглядывать у нас в доме. – сказала Лена. – Вызвала лифт. Пойдём быстрее. Если перехватят лифт, то будем долго ждать возврат.

Лифт был настолько просторный, что в него могли свободно поместиться с десяток человек. Лена нажала на кнопку одиннадцатого этажа. Мы поехали вверх, быстро набирая скорость, как в космическом корабле.

"Мне прямо везёт в Москве на единицы." – подумал сам. – "Сейчас квартира Лены будет под этим номером."

Номер квартиры оказался другим. Не успел разглядеть на двери табличку с номером квартиры и фамилией, как Лена втащила меня в просторную прихожую, которую открыла женщина в фартуке и кокошнике, очень похожая на гувернантку из какой-то известной мне картины. Сразу было видно, что она здесь служит.

– Настя! Пожалуйста! Помоги Александру разобраться. – сказала Лена, женщине, – а то скоро описаюсь.

Лена сбросила с себя плащ и туфли. Босиком побежала куда-то в сторону по коридору. Настя, без единого слова, помогла мне снять лёгкое пальто и поставила передо мной тапочки.

Когда снял с себя свои лаковые туфли, которые жали мне до невозможности, то понял, что такое есть полное блаженство. Мои ноги буквально растаяли в просторных пуховых тапочках.

Осторожно двинулся в них из прихожей к массивной двери, за которой оказался огромный зал, больше похожий на кабинет министра, нежели на квартиру. Весь зал заполнен дорогой мебелью с книжными шкафами и полками, письменным столом у большого шкафа, забитого книгами.

Кожаный диван и два кожаных кресла. В середине зала большой стол со стульями. На стенках в промежутках между шкафами настенные лампы-бра.

В середине зала свисает хрустальная люстра. На паркетном полу огромный ковёр. Все в зале имеет цвет красного дерева.

Белый потолок с позолотой и белый просвет между шкафами, немного осветляют весь зал.

Не считая большой люстры. Увлечённый интерьером зала, сразу не заметил мужчину, сидящего в кожаном кресле с газетой в руках при свете настольной лампы, тусклый свет которой освещал лишь страницы газеты "Вечерняя Москва".

– Проходите, молодой человек, не стесняйтесь. – приветливо, сказал мужчина, поднимаясь навстречу мне из своего кресла. – Будьте нашим гостем. Меня зовут, Пётр Степанович. Молодой человек, как вас зовут?

– Очень приятно! – растерянно, ответил. – Рад познакомиться. Меня зовут, Александр. Можно Саша.

Мы пожали друг другу руки. Пётр Степанович пригласил меня сесть на диван. Сам сел рядом в своё кресло. Буквально провалился в мягком диване и едва удержался, чтобы не вскочить из него обратно.

В это время в зал вошла Лена из прихожей, а из комнаты вышла женщина в шёлковом халате. По её лицу было видно, что мама Лены, то есть, хозяйка шикарной квартиры. Лена и мама, обе подошли к большому столу.

– Вижу, вы с папой познакомились. – сказала Лена. – Это моя мама, Вера Васильевна. Познакомьтесь!

– Очень приятно! – шаблонно, ответил ей. – Меня зовут Александр! Вы сильно похожи с Леной, как одно лицо.

– Нам это все люди говорят, – заметила Лена. – При каждой совместной встречи с моей мамой напоминают.

– Леночка, а что вы так рано вернулись? – спросила дочь, Вера Васильевна. – Что с девичником не вышло?

– Девичник нормально прошёл. – ответила Лена. – У Саши завтра последний день перед первыми гастролями. Ему надо хорошо отдыхать перед поездкой. Ему завтра покажу интересные места в нашем городе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.