Василий Маханенко
Смертник из рода Валевских
(Книга 10. Финал)

Глава 1

«Мой ответ не изменился с прошлого раза, наследник. Мне нечему тебя учить. Тебе нужно посетить другие города древних. Только там ты сможешь найти себе достойного учителя. Координаты локации, где скрыты города, у тебя есть. Отправляйся в путь. Раз ты не желаешь исполнять своё предназначение, так займись обучением. Стань великим и подготовь истинного наследника, что сможет исполнить то, на что у тебя не хватило духа…»

Разговор с интерактивной нейронной сетью шестого поколения не задался. Юрий, как называла себя машина, действительно не стал меня уничтожать за невыполнение его задания. В этом плане Бездна оказалась права – достаточно было собрать всего пять словарей навыка «Писательство», чтобы превратиться из бесполезного мальчика на побегушках, годного только для уничтожения планеты, в просто мальчика на побегушках. Годного на то, чтобы его потомок уничтожил планету. Вариант с тем, чтобы оставить наш мир нетронутым, древний механизм не рассматривал.

Однако и помочь мне нейронная сеть никак не могла – её база данных, как называлась память у таких устройств, оказалась весьма ограничена, поэтому Юрию приходилось постоянно удалять информацию низкого приоритета. Причём чем дольше механизм жил, тем больше информации о жизни древних ему приходилось удалять, заменяя её новыми образами и событиями. «Писательство» имело наименьший из приоритетов – в конце концов, чем-то похожим на этот навык владеют гении, ставшие частью Хаоса и принявшие его силу. За неделю, что прошла с момента уничтожения Волны с обладателем Осквернённой крови, мне пришлось о многом подумать. В том числе и о том, что никаким «слугой» я бы не стал, заполучи новую способность. Наоборот, встал бы в один ряд с теми же самыми гениями древних, что проживали на краю мира. Мог прийти к ним как равный и напроситься в ученики. Всё же они тоже люди. Если мне удалось договориться с белым серафимом Бездны, почему бы не сделать то же самое с предавшими свой мир людьми? С каждым днём идея нравилась мне всё больше, вот только заполучить Осквернённую кровь больше не представлялось возможным – что Инквизитор, что Дознаватель наотрез отказывались со мной общаться без оплаты. Никаких бесплатных советов, предложений или чего-то похожего. Если я хотел что-то от них получить, то должен платить. В моём случае – вновь стать мальчиком на побегушках. Как часто я использую эту фразу. Что-то мне не нравится, что она всё чаще всплывает у меня в сознании. Как бы не произошло привыкание и смирение со своим незавидным статусом. Нет, довольно!

– Ты готов к дальнейшим свершениям, мой погрязший в рутине наставник? – Кималь Саренто ворвался в мой кабинет без стука. Несколько дней ему пришлось основательно поработать с калиманцами, выстраивая удобные нам логистические цепочки, однако вот уже три дня мой ученик слонялся без дела по Кострищу, не зная, куда себя приткнуть. Участвовать в стройке ему не хотелось, лечить людей он не любил, работа с бумагами вызывала зевоту. Даже наши новые гости (младший сын императора и дочь главного эмира Калиманской империи) смогли занять внимание Кималя Саренто всего на сутки. Потом и к ним он утратил всякий интерес, отдав молодых людей вездесущей Элеоноре.

– Смотря к каким, – ответил я, откладывая проект договора на поставку продовольствия. Шурганская империя хитрила, требуя, чтобы документ подписал именно я, а не Элеонора. Возможно, таким образом они пытались обойти мою управляющую, решив, что бумаги я буду рассматривать самостоятельно, но в этом шурганцы явно просчитались. Ко мне не попадал ни один документ без визы Элеоноры. У моей женщины появился целый отдел законников, штудирующих все бумаги вдоль и поперёк, так что ко мне они приходили исчёрканные от и до. Всё, что оставалось, – поставить свою подпись под списком разногласий и отправить гонца нашим партнёрам, предлагая им внести изменения. Кострищ достиг того уровня развития, когда мы могли не бросаться за каждым поставщиком, а тщательно выбирать тех, с кем будем работать.

– К любым! Разве тебе не надоело сидеть на одном месте?

– Странно слышать такие слова от человека, что пятьдесят лет просидел в своей башне, – не удержался я от сарказма. – Вы же покидали магическую академию только по большим праздникам!

– И? Где ответ? Констатацией фактов я могу заниматься и без твоего участия.

– Ответ? Хорошо, нет, мне не надоело сидеть на одном месте. Мне нравится спокойствие днями и бессонница по ночам с моей Наирой.

– Избавь меня от подробностей, – скривился Кималь Саренто. – То есть к Фарафо ты сейчас отправляться не собираешься?

– Хотите со мной? – удивился я. – Готовы рискнуть всем, чтобы вживую увидеть силу второго уровня?

– Не думаю, что Фарафо явится к тебе лично. Бездна, как я понимаю, тоже отправила на разговор с тобой одного из своих вассалов. Человек не в состоянии адекватно воспринимать речь высших сил. Вспомни каменоидов – главная тварь явно выглядела неспособной вести какие-нибудь разумные разговоры. Уверен, с иномирцами была такая же ситуация. Ты мог взаимодействовать с обычными слугами, но не с главарём.

– Прежде чем идти к Фарафо, нужно пройти разлом, что находится возле Чёрной горы. Думаю, будет правильно встречаться с этой силой, показав свою пользу. Полагаю, у туманной твари уходит слишком много сил, чтобы сдерживать эту дырку в земле, если учесть, что на семьдесят первом уровне находится устройство для роста разломов.

– То есть распространение тумана тебя не беспокоит? Ты же понимаешь, что как только исчезнет разлом, в радиусе нескольких сотен километров не останется ничего живого?

– Во-первых, с чего меня вообще должны заботить жизни тёмных, что вечно вставляли мне палки в колёса? Во-вторых, ничего с туманом не произойдёт. Он и так поглотил всю округу. В-третьих, в радиусе трёх сотен километров нет ни одного крупного поселения, так что никто не пострадает. И, в-четвёртых, всегда можно договориться. Если Фарафо хоть наполовину такой же адекватный, как Бездна, то проблем с ним не должно возникнуть.

– Бездне нужны сущности, что отнял у неё Скрон. Поэтому она такая покладистая. У Фарафо никто ничего не забирал. Не уверен, что эта тварь вообще пустит тебя на порог.

– Вот и посмотрим. В любом случае никуда я сейчас отправляться не собираюсь – я жду посланцев от Храма Скрона. Сегодня-завтра мне должны передать устройство для модернизации людей, нужно будет отдать его папе. Да и к отцу Ургу не мешало бы заглянуть и предупредить его о том, что произошло. Хочу увидеть его глаза, когда он узнает, что его планы стать папой разрушены. Если он полагал, что я бедная овечка, готовая безропотно выполнять все его прихоти, то у меня для него неприятные новости.

– Ты всё больше и больше мне нравишься, мой кровожадный наставник, – Кималь Саренто расплылся в улыбке. – Всё же моё присутствие определённо сказывается на тебе положительно.

– Кстати! Очень хорошо, что вы сами ко мне зашли. Я прекрасно понимаю, что лезу не в своё дело и вы вправе не отвечать, но я обещал Наире, что спрошу, так что выбора у меня нет. После того как тёмный Эльор окончательно ушёл к ортодоксам и начал открытую войну не только со светлыми, но даже с тёмными, смысла в браке с Аделиной больше нет. Вы не обязаны выполнять взятые на себя условия. Собственно, моя жена просила узнать, какие у вас планы на Аделину?

– Ты прав, мой попавший в зависимость от жены наставник, что лезешь не в своё дело. – Судя по тому, какая холодная улыбка налезла на лицо Кималя Саренто, затрагивать эту тему ему не хотелось. Однако смущаться я за последнее время разучился окончательно.

– Вот только не нужно строить из себя того, кем вы никогда не были. Как по мне, лучше один раз спросить прямо и получить ответ, чем сотню лет ходить вокруг да около, так ни к чему и не придя в итоге. Отношения с кланом Бартоломео для меня важны. Они сейчас не только лидеры в локации Керукс, но также наши стратегические партнёры. Потому я с Наирой стараюсь держать тесные отношения, чтобы получить пользу в будущем. У нас не так много партнёров среди тёмных, чтобы позволять себе глупость в виде ссоры из-за чьей-то неразделённой любви или непонятных обид.

– Повторюсь, моё присутствие определённо влияет на тебя положительно, – теперь по-доброму ухмыльнулся Кималь Саренто. – Твой вопрос застал меня врасплох – утром я получил письмо от Аделины с тем самым вопросом, что задал мне ты. Моей жене и несостоявшейся ученице крайне интересно, как дальше будут складываться наши отношения.

– Тогда мой вопрос снимается, – произнёс я, чем знатно удивил Кималя Саренто. – Что? Я обещал задать вопрос – я его задал. Привёл мотивацию, почему для меня это важно в том числе. Не хотелось бы, чтобы ваши отношения мешали Кострищу. Но, если процесс идёт, то влезать в него я точно не хочу. Мне бы со своими отношениями разобраться. Наира уже заявила, что ей не очень хочется делить ложе с другой женщиной, Алия твердит о том, что ей нужно в церковь, а отпускать ни одну, ни другую я не хочу.

– Но и двоежёнство у светлых не приветствуется, – на всякий случай напомнил Кималь Саренто.

– Вот и я о том же. Рано или поздно мне придётся сделать выбор в пользу одной из девушек и…

– Давай я тебя перебью, мой запутавшийся наставник, и ещё раз повторю свои слова: у светлых не приветствуется двоежёнство. Будь внимателен к словам.

– Не приветствуется не значит запрещено? – удивился я.

– Разве это не очевидно? Не приветствуется употреблять спиртные напитки, но ведь это не запрещено, верно? Много чего в этом мире не приветствуется, однако мы спокойно это делаем, получая на то одобрение свыше. Либо даём его сами себе.

– Сам себе такого одобрения я дать не смогу. Меня не поймут даже в Кострище.

– Значит, нужно найти того, кто не станет противиться твоему желанию. Например, наши замечательные императрицы. Не думаю, что они откажут двум влюблённым сердцам. Или папа, к которому ты отправишься в самом скором времени. Его святейшество спит и видит, как бы насадить тебя на крючок, за который можно дёргать в случае твоего неповиновения, так что с лёгкостью одобрит брак с Алией, несмотря на Наиру. Я даже могу с ходу обоснование сформулировать, почему тебе такое можно разрешить.

– Наира тёмная, Алия светлая, – догадался я, куда клонит мой хитрый ученик. – В теории может сработать. Во всяком случае, с папой. Дело за малым – обсудить этот вопрос с моими женщинами. Не думаю, что они будут прыгать от восторга от такой идеи.

– Тут всё зависит от того, как ты подготовишься к разговору, – загадочно ухмыльнулся Кималь Саренто. – За отдельную плату готов дать тебе несколько уроков и советов.

– Отдельную плату? Я мало вам плачу?

– Платишь? Ты о чём, мой жадный наставник? Ты мне вообще не платишь!

– Разве Элеонора не выдаёт вам ежемесячное довольствие?

– Конечно нет! Всё из своего кармана, всё сам. Так, глядишь, ты меня и по миру пустишь. Но, если убрать шутки в сторону, к разговору с девочками тебе действительно нужно серьёзно подготовиться. Нахрапом, как ты любишь, не получится. Но не стоит отчаиваться, мой пригорюнившийся наставник! Для этого у тебя есть я! Научу, подскажу и, так и быть, возьму часть забот на себя. Ты же в курсе, что каждой из своих девочек тебе нужно преподнести такой подарок, чтобы у них даже и мысли не возникло тебе перечить? Судя по глазам, мысль возникала, но ни во что конкретное она не облачалась. Вот всегда так: живёшь с человеком, живёшь, а что его интересует и что ему важно, понятия не имеешь. Знаешь, мой чёрствый наставник, это тоже нужно в себе менять. Если ты собираешься уживаться сразу с двумя жёнами, тебе нужно учиться о них заботиться. Нужно относиться к ним так, словно они являются важной частью твоего мира, а не обязательным компонентом, что находится рядом как нечто само собой разумеющееся. Только так ты сможешь избежать конфликта и получить в свои загребущие лапки двух очаровательных женщин. Ой, и не надо смотреть на меня так, словно я лезу не в своё дело. Не я начал этот разговор!

Кималь Саренто в очередной раз показал себя с необычной стороны. Меньше всего в этой жизни я ждал от моего чрезмерно любящего себя ученика разговора по душам о женщинах и том, как правильно с ними общаться. Со мной даже родители на такие темы не очень любили говорить. Считалось, что человек должен постигать таинства отношений самостоятельно, набивая себе шишки. Всё, что отец сделал, – нанял в качестве служанок двух близняшек, что посвятили меня в чудесный мир секса. На этом образование в части отношений было завершено.

– Полагаю, тебе стоит обдумать мои слова, мы вернёмся к ним чуть позже, когда ты получишь согласование двоежёнства у папы и у наших будущих императриц. Кстати! Совершенно вылетело из головы: через три недели нам нужно быть в Турбе на церемонии коронации. Отказ не принимается. Понимаю, что у тебя могут возникнуть определённые сомнения по этому поводу. Всё же твоё предыдущее мероприятие обернулось полнейшим крахом и войной с графом Вяземским, но сейчас времена изменились.

– Разве я хоть словом обмолвился о том, что не собираюсь на коронацию? Пусть теперь хоть кто-то посмеет косо посмотреть в мою сторону или что-то ляпнуть о моей жене. Так что мы обязательно навестим это мероприятие и предстанем перед высшей аристократией Заракской империи в лучшем свете. Однако, мой хитрый ученик, теперь меня действительно стало интересовать, что же вы планируете делать с Аделиной? На мой взгляд, давать советы по отношениям должен тот, кто умеет разруливать эти самые отношения у себя.

– Разве ответ не очевиден? – усмехнулся Кималь Саренто. – Разводиться, конечно, собираюсь. Что же ещё? Ты же не думаешь, что я не знаю о письмах, что некий заштатный барон отправлял моей пока ещё жене? Я прекрасно знаю, что Аделина даже намёка после свадьбы не давала своему избраннику и честно приняла непростую ношу графини Саренто, но мне этого действительно не нужно. Когда доживёшь до восьмидесяти, как я, поймёшь.

– Почти ста пятидесяти, – поправил я, заставив лицо Кималя Саренто превратиться в маску. – Вы же не думали, что я не знаю о вашем истинном возрасте? Как и о том, с какого перепуга вы выглядите на сорок лет? Меня, конечно, удивляют ваши попытки скрыть правду, но я давно понял: Кималь Саренто по-другому не может. Так что даже внимания не обращаю.

– Тем не менее это не отменяет того, что настало время продуктивной работы, – мой ученик быстро собрался и сделал вид, что ничего особенного не произошло.

– Господин, служители Храма Скрона ожидают вас у портала. – В дверь постучали, и вошёл мой секретарь. Элеонора настояла, чтобы у меня появился свой личный помощник, что будет заниматься всей волокитой, и, вынужден признаться, управляющая оказалась права. Единая точка входа, аккумулирующая в себе все информационные потоки, всего за неделю показала себя с лучшей стороны.

– Вот и ответ, мой торопливый ученик, – не удержался я от сарказма. – Всё должно происходить вовремя. В том числе и продуктивная работа. Идём, посмотрим на чудо механоидной техники.

Первый умудрился удивить. Когда он заявил, что устройство для модернизации людей является стационарным и необходимы доработки, чтобы сделать его мобильным, я полагал, что где-то существует огромный ангар, куда загоняют людей и пропускают их через механизмы, а доработка заключается в том, чтобы превратить этот ангар в, скажем, повозку. Тоже большую, но на колёсиках и способную перемещаться в пространстве. Реальность же оказалась куда интересней.

– Первый передаёт этот дар Кострищу и напоминает, что настало время исполнять свои обещания. Карина Фарди способна удерживать Скрона уже в течение двадцати пяти минут, и с каждым прожитым днём этот срок будет только увеличиваться. По прогнозам, пройдёт не больше полугода, прежде чем сосуд окончательно себя осознает и будет способен подчинять дарованную силу. Вы знаете, что произойдёт дальше.

Только сейчас я заметил небольшой чемоданчик, что держал туманный служитель. Он поставил его перед собой и нажал на кнопку активации. Единственную кнопку. Чемоданчик раскрылся, словно зонтик, он превратился в двухметровую полую прозрачную колбу с дверцей. Казалось, что стенки и дверца были сделаны из стекла, что повергло меня в изумление – даже не знал, что оно может складываться таким образом. Туманный служитель Храма Скрона указал на панель управления:

– Здесь задаются основные параметры модернизации. Устройство работает на дориме, что добывается с разломов выше пятнадцатого уровня. Инструкция, как пользоваться механизмом, как его настраивать и заряжать, прилагается. Храм Скрона полностью выполнил свои обязательства и желает того же от Кострища. Через полгода наши договорённости будут нереальны – Карина Фарди заявит о себе как о новой силе.

– Не думаю, что открытая площадка телепорта является правильным местом, где такие вещи имеет смысл обсуждать, – остановил я туманного служителя. – Договорённости в силе. Бездна уже дала добро, осталось встретиться с Фарафо.

– Храм Скрона полагается на вас, эрцгерцог Валевский. Чтобы вернуть механизму исходный вид, нажмите кнопку активации.

Тёмный продемонстрировал, где она находится, и «зонтик» схлопнулся, вновь превратившись в небольшой чемоданчик. Не говоря больше ни слова, туманный служитель развернулся и отправился во всё ещё активный портал. Минотавр молча сопроводил взглядом гостя и деактивировал мерцающую пелену, как только необходимость в ней исчезла. Первый выполнил свою часть соглашения, дело за мной.

– Теперь к папе за благословением? – Кималь Саренто кивнул на чемодан.

– Ни в коем случае! – поразился я словам ученика. – Только после того, как получу от него книгу! Как показывает практика, если я кому-то что-то отдаю до того, как получу оплату за свои труды, этой самой оплаты мне не видать как своих ушей. Так что дождусь словаря, что его святейшество каким-то хитрым способом должен забрать у отца Урга, и только потом передам ему чемоданчик.

– В мире никому нельзя верить, – понимающе поддакнул Кималь Саренто. – Если верховный епископ упрётся и папа не сможет изъять книгу, придётся отдавать чемодан отцу Ургу. Правильное решение. Отнесу чемоданчик в сокровищницу. Негоже ему лежать прямо на улице.

Кималь Саренто явно что-то задумал – слишком быстро он схватил устройство. Зная ученика, можно было предположить, что он хочет протестировать механизм на каком-нибудь подвернувшемся смертнике. Либо, как вариант, на Злом Инженере. Мой бывший наставник перебрался в Кострищ, где занялся подготовкой диверсионной группы. Народ тренировался с утра до вечера, пытаясь соответствовать высоким требованиям бывшего тёмного. Мне довелось присутствовать на одной такой тренировке. От того, как хмурый серый измывался над взрослыми мужиками, волосы на затылке начинали шевелиться. Тот детский сад, через который пришлось пройти мне, да и Карине Фарди, чего греха таить, близко не лежал с настоящими нагрузками. Даже сейчас, получив кучу усилителей и значительно превосходя Злого Инженера в скорости и силе, я не был уверен, что смогу его победить без магии. Видимо, каждому своё в этом мире.

Кималь Саренто ушёл, я же воплотил одну заранее подготовленную строчку из навыка «Писательство», открывая рядом с собой красный портал. Прежде чем двигаться дальше, нужно получить механизм для ускоренного роста разломов. Плюс показать Фарафо, что мы на его стороне и готовы к сотрудничеству. Мне же нужно как-то устанавливать контакт с огромной грудой плоти?

Туман окутал меня с ног до головы, но на этот раз я был к этому готов. Отправленные Наирой верховные обращённые не смогли добраться до цели – туман уничтожил их значительно раньше, и им пришлось открывать портал там, где была такая возможность. Если верить карте, то до разлома нужно пройти несколько десятков километров, что было мне только на руку. Я заранее освободил нематериальный рюкзак, оставив в нём только еду и воду на будущее покорение разлома. Всё остальное пространство предназначалось для костяной брони, которой я собрался забить свой рюкзак под завязку. Нужно сформировать ещё несколько полных мифриловых доспехов. Моей диверсионной группе пригодится. Такими людьми, как Злой Инженер, не разбрасываются.

В радиусе ста метров от меня не осталось ни одного подвижного порождения Фарафо. Твари замерли, попав под действие усли двадцать пятого уровня. Я оказался прав, сразу включив максимальный уровень. Близость к разлому семьдесят первого уровня, что ещё недавно был заражённым, сделала своё дело – твари стали относиться к тьме более терпимо.

Кристаллы развития, камни на огранку, костяная броня, несколько неидентифицированных артефактов – я настолько медленно двигался в сторону разлома, что у меня начали закрадываться сомнения, что я вообще успею туда попасть до конца ночи. Которая, к слову, ещё даже не началась. Однако и бросать своё загребущее дело не собирался – всё, что добывалось в тумане Фарафо, носило статус «уникально». Что говорить, если в какой-то момент мне попалось устройство древних, похожее на книгу! Пришлось тратить ежедневный лимит на идентификацию артефактов, чтобы выяснить приятную новость: устройство действительно являлось артефактом прошлой эпохи. Книга, что само собой разумеется, была заблокирована, но у меня имелся целый защитник, который с лёгкостью подберёт правильную последовательность кнопок. Собственно, из-за артефактов я и двигался максимально медленно, пытаясь рассмотреть мерцание в окружающем меня тумане. Когда очередной сержант взорвался, пройдённый участок на какое-то время полностью очистился от тумана. Пришлось возвращаться на землю, что не видела солнца почти тысячу лет, и я не пожалел об этом, словно попав на поле мерцающих артефактов. Да, большая их часть была материалами для производства, но попалось и несколько золотых рецептов и фигурок, явно имеющих некую ценность. Всё это следовало изучить, оценить и по возможности продать подороже.

Кималь Саренто даже спрашивать не стал, куда я отправился. Мой ученик прекрасно умел делать правильные выводы и лишний раз не беспокоил. Хотя его забота порой раздражала. Я не понимал, почему этот ушлый лис так ко мне относится. Наверняка ему что-то от меня нужно, но что конкретно – непонятно. Вечной жизни, которая была при мастере Мераме, со мной точно не выйдет.

– Так и знала, Валевский, что ты явишься сюда!

Голос, услышать который я никак не ожидал, раздался практически на самом закате. Ошмётки сержанта только что разлетелись по всей округе, так что мне пришлось прятаться за костяной бронёй, чтобы не измазаться в плоти порождения Фарафо. Видимо, именно этим моментом и воспользовался гость, сумев подобраться ко мне столь близко. В нескольких десятках метров от меня стояла пышущая нездоровой силой Карина Фарди. Девушка изменилась. Стала ещё страшнее – тёмный туман теперь исходил не только из глаз, но даже из рук. Тёмные провалы глаз, несмотря на расстояние, пронзали меня насквозь. Было крайне неприятно. И, что я заметил сразу, мой усли двадцать пятого уровня совершенно не действовал на сосуд Скрона. Карина Фарди стала идеальным покорителем разломов.

– Тебя предупреждали, Валевский. Сунешься в земли тёмных – пеняй на себя. Ты не послушал разумного совета. Начал мутить воду. Подбил тёмного на предательство. Пирамида обязательно понесёт заслуженное наказание, но вначале я разделаюсь с тобой, прыткий червячок. Ты никогда не встретишься с Фарафо. Знаешь почему? Потому что ты сейчас умрёшь!

С этими словами Карина Фарди выпустила силу Скрона, и окружающее пространство накрыла смерть…

Глава 2

Двадцать пять минут. Мне нужно продержаться всего двадцать пять минут, потом будет легче!

– Стой, Валевский! – орала Карина Фарди. – Прими смерть как мужчина!

Хотелось бы ответить что-то колкое и неприятное, но возможности такой у меня не оставалось – всё внимание было сосредоточено на том, чтобы не растянуться на земле после очередного «Рывка». Туман, чтоб ему было пусто, скрывал все неровности и камни, разбросанные по округе, так что любое неправильное движение могло привести к летальному исходу.

Как только Карина Фарди объявила о том, что мне светит только смерть, я уже нёсся прочь на «Рывках», как можно дальше уходя от безумной девки. Ввязываться в рукопашную или, не приведи Свет, в магический поединок у меня не было ни малейшего желания. Мало того, имелось чёткое понимание, что открыть портал и сбежать не получится – на это нужны драгоценные секунды, коих у меня элементарно нет. Момент, когда аура Скрона накрыла окружающее пространство, застал меня в полёте. Хватило всего мгновения, пока я летел, чтобы тело превратилось в кровавую капусту. Не знаю, существуют ли вообще кровавые капусты, но в тот момент я ощущал себя именно так. Меня словно разобрали на мелкие части. Даже Осквернённая кровь действовала более щадяще. Здесь же удар был такой силы, что внутри разорвались все вены и сердце. Каким образом мне удалось использовать «Лечение», сказать не могу. Момента приземления я не помню. Мир на мгновение ушёл во тьму, чтобы вернуться ослепительной вспышкой – организм восстановился. Тело само понесло меня дальше, без участия сознания. Даже подсознание кричало о том, что нужно убираться отсюда как можно дальше.

Вот только убраться оказалось не так просто. Вместо того чтобы опешить от моей прыти и замереть на месте, Карина Фарди бросилась за мной. Опытным путём я давно установил, что максимальное расстояние, на которое может закинуть меня «Рывок», – пятьдесят метров. Далее пауза в несколько мгновений, и способность вновь становится доступной. То есть за секунду я могу преодолеть сотню метров без особых проблем или последствий для организма. Всегда полагал, что «Рывок» являлся весьма ультимативной способностью, способной унести меня прочь от любой неприятности.

Вот только Карине Фарди об этом забыли сказать, поэтому безумный сосуд Скрона двигался за мной с неотвратимостью цунами и скоростью молнии. Каким-то невероятным образом она умудрялась значительно превосходить меня в скорости, хотя, как я понял, прыжки не использовала. Даже не бегала. Она просто быстро перемещалась из одной точки в другую без использования телепортов. Окружающее пространство рядом с Фарди взрывалось и очищалось от тумана, так что довольно быстро мне удалось определить радиус действия смертоносной тьмы – не больше двадцати пяти метров. По метру за каждую минуту, которую Фарди могла удерживать в себе силу твари с первой орбиты.

Но столь незначительное расстояние совершенно никак мне не помогало, ибо, как уже было сказано, перемещалась Карина с немыслимой скоростью. После очередного «Рывка» я оказался на самой границе её способности и буквально в последний момент успел убраться. Не прямо, как двигался всё это время, – в сторону. Карина Фарди полетела дальше, наивно полагая, что я двигаюсь по прямой, и мне удалось услышать её разъярённый крик. Сосуд Скрона явился на место моего потенциального перемещения раньше, чем туда отнёс бы меня «Рывок», но меня там не оказалось.

– Ты всё равно сдохнешь, Валевский!

– Только после тебя, – пробурчал я, начав петлять как заяц. Двигаться по прямой, как показала практика, весьма опасно.

Через пару минут стало понятно, что до окончания действия ауры Скрона я могу не дотянуть. Несколько раз только чудо спасало меня от встречи с Фарди. Этот монстр был чудовищно быстр и непостижимым образом начал меня предсказывать. Не успевал я выбрать направление следующего прыжка, как Карина уже летела в ту сторону. Приходилось проявлять чудеса ловкости и в последний момент менять вектор прыжка. Пусть совсем немного, но этого пока хватало, чтобы не попасть в зону действия смертельной ауры. Неприятно, но я оказался прав: у меня просто физически не хватало времени, чтобы активировать портал. После нескольких едва не ставших фатальными попыток я бросил это дело. Сейчас меня может спасти только скорость и время. Двадцать пять минут… Интересно, сколько уже прошло? Кажется, что мы с Фарди играем в кошки-мышки вечность.

Ночь окончательно вступила в свои права. Чёрная гора, что, казалось, впитывала в себя свет звёзд, ещё больше способствовала тому, что окружающий мир погрузился во тьму. Она была не абсолютной, но достаточной для того, чтобы ошибиться и выбрать неправильное направление. Фарди, казалось, вообще не заметила исчезновения света. Как носилась за мной, так и продолжила бегать-летать, нарушая все мыслимые и немыслимые законы физики. Живые существа без магии не умеют передвигаться с такой скоростью. Почему без магии? Да потому что у любого нормального существа давно должна была закончиться мана. Если бы не мой «Праксис», случилась бы беда – просто чтобы выпить эликсир на ману, тоже требовалось время.

Однако не на всех тьма действовала положительно. Я без светового кристалла вообще ничего не видел. Прыгал на чистую удачу, надеясь на то, что там, куда мне посчастливилось направить свою способность, окажется твёрдая поверхность, лишённая камней или ям. Какое-то время везло, но мне прекрасно было известно, что это не сможет продолжаться вечно. Так и случилось. После очередного использования «Рывка» я врезался в камень и едва не потерял сознание. Перед глазами заплясали звёздочки, где-то сбоку послышался радостный возглас Фарди, заметившей в этой непроглядной тьме мой прокол, и тогда я совершил то, чего, собственно, никогда бы в нормальном состоянии не сделал. Я задрал голову и использовал «Рывок», уносясь подальше от взбесившегося сосуда Скрона.

Способность честно подкинула меня на пятьдесят метров в воздух, и тут же дух захватило, когда я начал падать обратно. Вначале медленно, но с каждым мгновением всё больше и больше набирая скорость. Где-то внизу послышался очередной раздражённый вопль Карины Фарди, так что у меня просто не было иного выбора, кроме как использовать «Рывок» ещё раз. Чёрная скала действительно впитывала в себя весь свет, так что единственное, что я сейчас видел, – это тусклые точки далёких звёзд. И вновь, достигнув высшей точки, я начал падать. Решив дать себе несколько секунд, чтобы спуститься, я использовал способность перемещения ещё раз, подбрасывая себя на пятьдесят метров в воздух.

Работало. Поразительно, но это работало! Я летал вверх-вниз, внизу орала взбешённая Фарди, не имея возможности последовать за мной, а время действия сосуда Скрона неумолимо приближалось к своему финалу. Дошло до того, что я даже умудрился дотронуться до головы, активируя световой кристалл Гурфанов. Пространство озарилось светом, и я выкрутил яркость на максимум, в животе всё сжалось, и я едва не позабыл о том, что нужно пользоваться «Рывком» каждые две секунды. Я взлетел не просто высоко, Скрон раздери меня, а невероятно высоко! Свет едва доставал до земли, где орала Фарди, активно размахивая руками. Видимо, пыталась взлететь. Вот только из летающих людей сегодня был только Валевский. Пусть и так странно летающий.

На десятом или двадцатом подъёме (я со счёта сбился практически сразу) мне наконец-то хватило духу осмотреться. Камень, в который я врезался где-то внизу, оказался не чем иным, как Чёрной горой, вертикально уходящей куда-то в небеса. По какой-то причине Карина Фарди не подходила близко к горе, держась в нескольких десятках метров. Собственно, именно по этой причине она меня не преследовала. В том, что девушка сможет забраться даже по вертикальной голой скале, у меня сомнений не было. На тренировках со Злым Инженером мы ползали по поверхностям с отрицательным углом наклона. Но раз орущий благим матом сосуд Скрона не подходит к Чёрной горе, значит, есть на то какие-то веские причины. Какие? Ответ, на мой взгляд, вполне очевиден – Фарафо. Сила второй орбиты не желает видеть в своих чертогах того, кто ещё даже не стал силой.

– Ты всё равно сдохнешь, Валевский! – Наконец Карина устала ждать меня на одном месте. – Я открываю на тебя охоту! Теперь, куда бы ты ни пошёл, везде буду я! Умрёшь не только ты, но также и все, кто тебе дорог! Слышишь, урод?! Все, кто хоть как-то с тобой связан, будут уничтожены! И начну я с клана Бартоломео!

Фарди прекратила орать и замерла на одном месте. Высматривать, что там творится с её тьмой, мне не хотелось, так что я устремил взгляд вверх, пытаясь найти удобную площадку для приземления. Мне срочно нужно было поговорить с Кималем Саренто – он должен использовать силу Дознавателя, чего бы нам это ни стоило. Нужно защитить тёмных. Всё же мальчик на побегушках, видимо, у меня в крови. Жертвовать кланом Бартоломео у меня права нет. Слишком они выгодны Кострищу. Придётся договариваться с Хаосом, чего делать крайне не хотелось.

«Рывок» уносил меня всё выше и выше. Я больше не ждал, пока гравитация отнесёт меня ближе к земле. Как только способность становилась доступна, тут же взлетал выше. Вот только никаких площадок не было – сплошная голая отвесная стена из чёрного камня. Начали закрадываться опасения, что так я вообще ничего не найду, однако я отмёл их в сторону – в любом случае у Чёрной горы есть вершина, и за неё можно будет зацепиться. Мне требовалось всего несколько мгновений, чтобы активировать портал в Кострищ и начать работу по ограничению Фарди. Безумная девка окончательно сошла с ума, решив, что в этом мире она является карающей дланью. Что она может делать всё, что ей заблагорассудится. Нужно напомнить ей, кто на самом деле управляет нашей планетой.

Даже не могу сказать, сколько потребовалось «Рывков», чтобы добраться до небольшого утёса. Да, внезапно на высоте чуть ли не в километр появилась относительно пологая площадка, на которую можно было запрыгнуть и хоть мгновение передохнуть, перед тем как сбегать в Кострищ. Постоянные полёты вымотали меня похлеще тренировок. Видимо, способность не предназначалась для вертикального перемещения и в том виде, в котором ею решил воспользоваться я, отрицательно влияла на организм. Тело безудержно дрожало, и даже несколько «Лечений», что я вкатил в себя, не помогали.

Грохнувшись на площадку, я несколько минут просто лежал, пытаясь восстановить дыхание. Голова кружилась, из носа шла кровь, общее состояние ухудшалось с каждой секундой, но ничего поделать со своим состоянием не получалось – мои лечебные способности оказались бесполезны. Запоздало пришло понимание, в чём причина моего не самого хорошего состояния – Чёрная гора. Фарафо, что сидит здесь, наверняка имеет некую ауру, что негативно влияет на всё живое. Недаром же Карина Фарди не могла подойти к скале. Если вспоминать моё первое путешествие в Бездну, тогда я умудрился заполучить себе самоцвет Бездны, что позволил мне игнорировать влияние белого серафима. Видимо, здесь ситуация аналогичная: нужен некий предмет, что позволит мне не сдохнуть. Раз так, нужно отсюда убираться. В таком состоянии делать на Чёрной горе нечего. Собрав последние силы, я на остатках разума активировал портал в Кострищ. Всё, на сегодня приключений достаточно. Теперь нужно неделю отлежаться в кровати под бдительным присмотром Наиры и Алии.

– Тебе не стоит уходить, человек, – послышался чей-то голос. Повернув голову, так как вскочить у меня возможности не было, я увидел висящего в воздухе Туманника – лишённое глаз лицо, зубастый рот, четыре многосуставные руки, способные поворачиваться в разные стороны, одежда из тумана, что висела лоскутами и закрывала неприятное белое тело. Внешность Туманника никогда мне не нравилась. Было в ней что-то чужеродное. Нечеловеческое.

– Я сдохну под этой аурой, – прохрипел я, переворачиваясь набок. Меня ждал очередной геройский поступок – преодолеть полметра до портала. Вот только у Туманника были иные планы:

– Используй этот камень. – В мою сторону небрежно швырнули какой-то сверкающий фиолетовым светом булыжник, исписанный символами. Причём швырнули настолько удачно, что, прокатившись по камням, он оказался в моей раскрытой ладони. Пальцы автоматически сжались, хватая добычу, и перед глазами тут же появилось сообщение:

Плоть Фарафо. Неидентифицированный предмет.

Мне не оставалось ничего другого, как провести идентификацию и посмотреть на свойства подарка:

Плоть Фарафо. Описание: интегрируется в ячейку модели развития. Доступные свойства: позволяет игнорировать влияние Туманника, позволяет адаптироваться к ауре Фарафо.

Свободных ячеек в модели развития у меня не было, так что пришлось спешно вытаскивать один из кристаллов и интегрировать в себя Плоть Фарафо. Название, конечно, жутковатое, а сам камень оказался весьма скуп на дополнительные свойства. Если брать самоцвет Бездны, то он позволял мне избегать горения, а также увеличивал урон за каждый инкрустированный самоцвет, здесь же только игнорирование влияния Фарафо. Учитывая, что модель развития изначально относилась к туманному монстру, можно было бы быть чуточку щедрее.

Тем не менее, несмотря на моё откровенное разочарование в подарке, он оказался весьма кстати – с меня словно огромный груз стащили. Стало легче дышать, в голове прояснилось, прекратилось кровотечение из носа. Несколько «Лечений» и вовсе превратили меня в здорового человека. Мне даже на ноги удалось подняться без каких-либо шатаний.

– Ты привёл к Чёрной горе сосуд Скрона, – Туманник многозначительно кивнул в сторону обрыва. Там, где-то далеко внизу, находилась Карина Фарди, ожидая, когда я спущусь. Или она уже сдохла и отправилась на перерождение? Неприятно, что Скрон даровал ей вечную жизнь. Тяжело сражаться с теми, кто постоянно возвращается.

Мне стало настолько хорошо, что даже появилась возможность пройтись по Туманнику «Анализом», вот только ничего интересного способность не показала. Самая обыденная модель развития, которую можно встретить практически у любого человека. Ни тайных способностей, ни усилителей, ничего уникального. Каким же образом он летает? Природная особенность? Туманник на арене тоже летал, но чем дольше я общаюсь с текущим представителем Фарафо, тем больше замечаю разницу между ним и привычной мне тварью. Они были похожи, несомненно, но в этой похожести имелись и разительные отличия, делающие каждую тварь уникальной. Передо мной стоял не тот Туманник, что встречал меня на арене в сплошном ничто. Однако следовало ответить, так что я лишь пожал плечами:

– У меня не было выбора. Сосуд желал меня уничтожить, и пришлось импровизировать.

– Текущий сосуд показывает удивительный результат. Всего за месяц он смог удерживать в себе Скрона на двадцать семь минут без потери личности. Это поразительно. Достойно того, чтобы этим заинтересовались высшие силы. Мне известно, что Хаос располагается в твоём городе, человек. На тебе печать обоих ипостасей Хаоса. Почему же они не останавливают сосуд Скрона? Он утратил связь с реальностью и способен разрушить тот хрупкий баланс, который накрыл нашу планету.

– Текущий баланс – миф. Странно, что всеведущее существо об этом не знает. Именно поэтому я здесь. Чтобы восстановить баланс.

– Каким же образом ты хочешь это сделать? – в безжизненном голосе Туманника появился интерес. – Иномирцы и каменоиды изгнаны из мира. Чтобы система стабилизировалась и оружие древних не сработало, необходимо либо уменьшить количество сил третьей орбиты до четырёх, либо добавить ещё две силы, способные заместить собой убывших. Отголосок механоида и Карина Фарди являются теми, кто желает заполучить эту роль.

– Хаос чётко определил свою позицию: он не допустит сосуд Скрона в качестве одной из сил. Сейчас он не в состоянии устранять проблемы самостоятельно – все силы направлены на то, чтобы удержать бомбу древних в стабильном состоянии. Два способа, что были озвучены, действительно сработают, вот только система всё ещё будет находиться в крайне подвешенном состоянии. Есть другой путь, что я недавно предложил Хаосу и который он одобрил.

– Создание новой силы второй орбиты, – Туманник вновь продемонстрировал своё всеведенье. Даже удивительно, откуда засевшая в Чёрной горе тварь всё знает о нашем мире?

– Я общался с белым серафимом. Бездна согласна отдать часть своей силы, чтобы породить новое существо второй орбиты. Хаос обещал выполнить её требования, о которых я ничего не знаю. Однако Бездна не пойдёт на эту сделку в одностороннем порядке. Только вместе с Фарафо. Планета может стать стабильной только в одном случае: если обе силы второй орбиты согласятся отдать часть своих сил новому существу. Первому, которого ты назвал отголоском механоида.

– Ты желаешь, чтобы я отдал кому-то часть своей силы? – Туманник вновь позволил себе небольшую эмоцию. – Человек, ты утратил связь с реальностью!

– Вот только не нужно на меня давить. Я здесь выступаю в качестве глашатая Хаоса. Он является гарантом того, что Фарафо получит значительную компенсацию за то, что пойдёт навстречу планете. Не со мной нужно торговаться – с ними. Не меня нужно называть безумцем – Хаос. Со своей стороны могу лишь сказать, что идея не лишена смысла и в качестве жеста доброй воли я избавлю тебя от назойливой занозы, что воткнулась в основание Чёрной горы и терзает тебя вот уже тысячу лет. Я уничтожу разлом семьдесят первого уровня.

– Уничтожишь разлом? Ты? – Туманник даже подлетел ко мне ближе. – Обычный человек, что едва не сдох от простой ауры горы?

– Ты прекрасно знаешь, что я покоритель разломов. Да, мой максимум весьма далёк от текущего разлома, но на то он и является самым глубоким из всех, что породила Бездна. Не знаю, сколько у меня уйдёт времени на то, чтобы закрыть, – неделя, две, может, месяц или даже два. Но факт остаётся фактом: я сделаю это в самое ближайшее время. Для этого у меня есть все необходимые ресурсы.

– А также сосуд Скрона, что отправится вслед за тобой, как только ты вступишь в разлом. Сбежать оттуда ты не сможешь, даже используя магию древних. Ты готов к этому? В отличие от тебя, Карина Фарди уже адаптирована к тьме сотого уровня. Единственное, что будет её задерживать, – тёмные твари разлома. Ты готов к смерти, человек?

– Портал древних не работает в разломах? – Новость была не самой радостной, однако и не такой, чтобы я посыпал голову пеплом. – Ничего страшного – отправлюсь в гости к Бездне.

– Выход оттуда будет в той же самой точке, из которой ты отправишься к моему врагу. Сосуд Скрона будет тебя ждать.

– Этот разлом семьдесят первого уровня. Если я адаптируюсь к такой глубине, то обвешаюсь кольцами на блокировку влияния тьмы и сбегу. Разница между мной и сосудом будет всего в двадцать девять уровней. Это уже не так смертельно, как мне кажется.

– Ты не понимаешь, человек. Каждый новый уровень пройти сложнее, чем предыдущий. Порой на порядок. Чтобы тебе адаптироваться под сотый, уйдёт не один год нахождения в разломе. Это при условии, что ты не будешь вылезать из него и всё время будешь заливать себя соответствующим лечением. Кольца, полученные от метаморфа, тебе не помогут. Их уровень слишком слаб для того, чтобы справиться.

– Если кольца метаморфа слабы, значит, есть нечто такое, что поможет, верно? – То, что говорил представитель Фарафо, мне категорически не нравилось. По всем параметрам выходило, что разлом семьдесят первого уровня пройти я не смогу, а если начну строить сотый, Карина Фарди заявится ко мне в гости и прикончит.

– Нет, человек, нет волшебной пилюли, что поможет тебе ускоренно адаптироваться к тьме. Единственная возможность – ты можешь стать новым сосудом Скрона. Принять в себя сущность первой орбиты, отдаться ему целиком, телом и душой. Только в этом случае ты получишь мгновенный иммунитет к тьме. Любые остальные способы завязаны на то, чтобы терпеть и изменять своё тело, подстраивая его под новые невзгоды. Даже если ты весь обвешаешься кольцами и полностью адаптируешься к семьдесят первому уровню, сам, без каких-либо костылей, всё равно тебя разорвёт абсолютная аура сотого уровня. Ты недавно испытал на себе всю её силу. Тебе удалось выжить, но второго такого шанса сосуд Скрона не даст.

– Если всё так плохо, почему же ты до сих пор со мной разговариваешь? Для чего остановил? Ты же знал, для чего я сюда явился. Знал, что я собираюсь уничтожать мешающий твоей горе портал.

– Фарафо не всеведущ. Ему недоступны деяния Хаоса – они находятся за пределами его сил. Ему тяжело получить доступ к деяниям Света и Скрона. Силы первой орбиты тщательно хранят свои секреты.

– Однако недостаточно хорошо, – догадался я. – Существует способ заблокировать разлом. Нет, это не поможет. Фарди будет ждать меня на выходе – внутри разлома порталы древних не сработают. Значит, есть какой-то способ заблокировать не только сам разлом, но и окружающие его земли.

– Отрадно видеть правильные мысли. Да, такой способ есть. Как только ты вступишь в разлом семьдесят первого уровня, об этом станет известно сосуду Скрона. Он явится, для того чтобы тебя уничтожить. Однако есть возможность его остановить.

– Как? – с замиранием сердца спросил я.

– Не так быстро, человек. Для начала мне нужно выяснить у Хаоса, что он может предложить мне за безумную идею по восстановлению равновесия в мире, и согласовать своё участие. Только после этого мы с тобой сможем приступить ко второй части наших переговоров. К той части, в которой ты будешь платить за мои ответы.

– В чём заключается плата? – Слова Туманника напрягали. – Золото? Сущности? Ресурсы?

– Кому в этом мире нужны материальные блага, человек? – провозгласил Туманник. – Ты заплатишь стандартную цену, которую дают все, кто желает что-то узнать у Фарафо. Ты пройдёшь арену. Все сорок волн. Только в этом случае ты узнаешь, каким образом обезопасить себя от посягательств сосуда Скрона и пройти разломы без его присутствия.

– Но ведь ты сам заинтересован в том, чтобы исчез разлом семьдесят первого уровня! – эмоционально воскликнул я.

– Исчезновение разлома будет одним из моих условий к Хаосу. У них не будет иного выбора, кроме как согласиться его уничтожить. В этом мире прямо сейчас не так много существ, способных это сделать. Точнее, всего одно – ты. Так что силы Хаоса просто поставят тебе задачу и обяжут её выполнять. Желаешь ты того или нет. Баланс сил в мире важнее жизни одного отдельно взятого человека, особенно когда и Фарафо, и Бездна находятся на стадии договорённости. Твоё участие в этом процессе уже не требуется. Тобой вполне можно пожертвовать. Тебе в любом случае придётся идти в этот разлом, так что я ничего не теряю.

– Я могу умереть на арене.

– В таком случае Хаос найдёт мне нового покорителя. Просто это займёт чуть больше времени. Мне известны все люди, способные активировать тёмное зеркало. Ты не уникален, человек. Тебе просто повезло оказаться в нужное время в нужном месте и правильно воспользоваться ситуацией. Умрёшь ты – придут другие. Я ждал тысячу лет, подожду ещё.

– Почему именно арена? В чём её смысл?

– Пройди все сорок волн, и ты получишь ответ на этот вопрос, человек. Сейчас уходи. Фарафо нужно встретиться с Хаосом и обсудить будущее этого мира. Готовься к арене. Ты вступишь на неё ровно через две недели.

Глава 3

– Собственно, главный вопрос – что делать?

Экстренное заседание в Кострище состоялось спустя тридцать минут после моего возвращения, несмотря на глубокую ночь. Заспанное руководство города собралось в моём кабинете, но уже спустя десять минут сон у всех как рукой сняло. Кроме разве что Кималя Саренто. Мой ученик как клевал носом, так и продолжил сидеть с закрытыми глазами, невзирая на тему собрания.

– Её нужно остановить! Нельзя, чтобы она уничтожила мой клан! – Наиру переполняли эмоции. Девушка готова была собственными руками разорвать наглую дуру, вздумавшую угрожать её родным.

– Нужно обращаться к Дознавателю! – предложила Элеонора. – Да, существа Хаоса могут потребовать слишком большую плату, но так мы сможем защитить партнёров. На клан Бартоломео слишком много завязано. У нас нет права закрывать глаза на то, что собралась делать Фарди.

– Разве мы что-то можем сделать? – Алия тоже не осталась в стороне. – Даже Макс не смог с ней совладать. Граф Саренто, хватит спать! У нас проблема, а вы ведёте себя так, словно ничего не происходит!

– Происходит? – Кималь Саренто открыл глаза. – Позвольте уточнить, господа, а чего вы все так переполошились? Разве произошло нечто страшное? Непоправимое? Из того, что мой насмерть перепугавшийся наставник рассказал, можно сделать только один вывод: Фарафо крайне неприятная и вредная сущность, любящая вешать лапшу на юные и наивные уши.

– Хотелось бы чуть больше деталей в столь увлекательной речи, – нахмурилась Элеонора. – Ты услышал что-то такое, чего не услышали мы?

– Ох, молодость! Скажи мне, великая управляющая автономного города, кем является Карина Фарди? Кроме того, что она сосуд Скрона, этот факт мы не берём.

– Человек, – осторожно ответила Элеонора, не понимая, куда клонил Кималь Саренто. Тот жестом призвал продолжать, и управляющая начала генерировать описания: – Обезумевшая девушка, дорвавшаяся до силы. Та, кто считает, что весь мир лежит у неё под ногами.

– Не нужно описывать её характер, мы все и так знаем о стервозности юной Фарди. Факты, Элеонора. Нужны голые факты. Кто такая Карина Фарди?

– Двадцатилетняя девушка. Наследница рода Фарди. Обладательница нескольких десятков усилителей, которые в неё запихивали с самого детства. Это сделало её сильной, быстрой, опасной. Студентка магической академии Заракской империи…

– Наконец-то! – Кималь Саренто даже облегчённо вздохнул. – Студентка магической академии. Пусть она и тренировалась под руководством Злого Инженера, но основу просто так не изменить – она маг. И воспитывалась с детства как маг. Теперь главный вопрос, уже всем – как сражаются с магами? Разве с ними сходятся в рукопашную, как это пытался сделать мой наивный ученик?

– Их уничтожают издали стальными болтами из арбалетов, – задумчиво произнесла Элеонора. – Я не думаю, что сосуд Скрона можно уничтожить простой сталью.

– Тварь Хаоса, что воплотили наши замечательные Инквизитор и Дознаватель, можно было уничтожить простой сталью. Любую силу, что находится в нашем мире, можно уничтожить сталью, даже самого Скрона. С чего вдруг сосуд, что ещё даже не вошёл в полную силу, внезапно стал исключением? Радиус смертоносной ауры Карины Фарди составляет двадцать семь метров. Напомните мне, какое прицельное расстояние у боевого арбалета?

– Сто двадцать метров, – ответила Наира.

– Допустим, только допустим, Карина Фарди обладает какой-то защитной аурой, что с лёгкостью отклонит болт. Возможно, два и даже десять. Но одиннадцатый, двадцатый, да хоть сотый, не сумеет. Клан Бартоломео в состоянии защитить себя сам. Как и мы, явись Фарди к стенам Кострища. Нужно только к этому подготовиться и заранее понимать, что ввязываться в рукопашную с этой жутью не стоит.

– Хотите сказать, что я мог не беспокоиться, а просто пристрелить её из вирмы?

– Вирма, скорее всего, не сработает. Как ни крути, этот металл является творением Бездны. Силы второй орбиты. Фарди у нас более высокоуровневая сущность, против неё нужно использовать то, что изобрели ещё древние. Либо меня.

На последнем предложении Кималь Саренто расплылся в довольной ухмылке.

– Магия пятьдесят третьего уровня, вышедшая из подчинения Света. Да, это может сработать, – понимающе кивнула Элеонора, чем вызвала удивлённые взгляды Алии и Наиры. В отличие от управляющей, обладающей полным доступом к нашим параметрам, девушки не знали, насколько силён Кималь Саренто.

– Мало того, – продолжил Кималь Саренто. – То, что творил мой испугавшийся до беспамятства наставник, вообще ни в одни ворота не лезет. Вот скажи мне, великий боец, почему против твари Хаоса, существа нулевой орбиты, ты выступил с лёгкостью и сумел победить, а против простой девочки, которая даже наполовину не такая сильная, как ты, сплоховал? Куда попрятались твои победоносные столы? Почему ты решил, что бегать от сосуда Скрона куда приятней, чем заключить её в непроницаемый куб?

– Для «Писательства» требуется источник ресурсов. Создавать что-то вещественное из тумана я не умею.

– О чём это говорит? – не сдавался Кималь Саренто. Мужчина явно решил отыграться за то, что его подняли посреди ночи. – О том, что тебе необходимо постоянно таскать с собой некий запас материала, из которого можно в экстренных ситуациях формировать то, что тебе нужно. Почему ты об этом не позаботился?

– Потому что я раньше с таким не сталкивался! – вспылил я.

– Это называется зашоренность сознания, мой разгневанный наставник. Меня давно удивлял тот факт, что ты с лёгкостью готов сражаться с кем угодно, но как только речь заходит о Карине Фарди, что обещала тебя прикончить, становишься полнейшим размазнёй. Да, сейчас ты не сможешь её убить – у меня большие сомнения, что сосуд Скрона реально убить сталью. Остановить и отправить на перерождение – да, но окончательно ликвидировать, скорее всего, нет. Для этого и необходим ближний бой. Нужно вырвать её сущность.

– Разве мифрил сможет пробить её тело?

– Почему нет? Прекращай думать о ней как о непобедимом монстре, что собрался терроризировать всю планету. Если бы это было именно так, Карина Фарди уже давно сидела бы на троне Керукса и повелевала отправить в нашу сторону все войска тёмных. Но она этого почему-то не делает. Неужели настолько любит светлых, что не желает им гибели? Нет! Потому что не может! Потому что даже с Первым она не может совладать. Он будет наказан, он заплатит за своё предательство… Сплошные понты, на которые могут купиться только самые недалёкие люди. Ну и мой наивный наставник, конечно же.

– Хорошо, допустим, ты прав, – задумчиво произнесла Элеонора. – С сосудом Скрона можно справиться сталью. Почему ты решил, что Фарафо нас обманывает?

– Потому что ему это выгодно! Вместо того чтобы чётко назвать способ сохранения разлома, он начал городить какие-то конструкции о смысле бытия! Пройди сорок волн, если не сможешь, то найду нового покорителя, могу подождать ещё… Не может он ждать, иначе не стал бы дарить моему притихшему и начавшему что-то понимать в этой жизни наставнику частичку своей плоти. Понятия не имею, каким образом эта тварь узнаёт информацию о нашем мире, но она прекрасно знала о том, что Хаос желает сформировать силу второй орбиты. Вот и выторговывала себе более выгодные условия, попутно запугивая моего наивного наставника.

– Всё это, конечно, хорошо, но каким образом можно обеспечить безопасность разлома возле Чёрной горы? Арбалетчиков туда не посадишь: порождения тумана их сожрут за считаные минуты.

– Кажется, я поняла, – подала голос Алия. – С помощью «Писательства» ты можешь создать защитный купол, скрыв вход в разлом. Если у купола будет достаточная толщина, то Карина не сможет его пробить. Во всяком случае, ей придётся сильно постараться, чтобы это сделать. Потратить на это непозволительно огромное количество времени. К тому моменту как она пробьёт твою защиту, если вообще сможет это сделать, ты закончишь с разломом и встретишь её во всеоружии. К примеру, своими столами. Воткнёшь четыре ножки ей в дурную голову, и дело с концом. Посмотрим, как тварь с заёмной силой первой орбиты сможет выжить, получив магией древних.

– Держись своих женщин, мой удачливый наставник. – Кималь Саренто уважительно посмотрел на Алию, заставив её смутиться. – Коли у самого мозгов не хватает, пользуйся помощью тех, кто умеет мыслить. Карина Фарди не так страшна, как ты себе нафантазировал. Не забывай: она претендует всего лишь на силу третьей орбиты. Сколько мы их таких уничтожали? Уже и не сосчитать! Надеюсь, на этом всё? Можно отправляться спать? Или у нас ещё какие-то срочные и важные дела есть?

Судя по тому, как расслабились остальные, слова Кималя Саренто возымели действие. Действительно, чего бояться сосуда Скрона, если чисто теоретически его можно остановить банальным арбалетом?

– Я отправлюсь в клан. – Наира поднялась первой. – Нужно предупредить родных, что им угрожает безумная барышня.

– Я с тобой, – произнёс Кималь Саренто, чем вызвал всеобщее удивление. – Да ладно вам, неужели непонятно? С вероятностью девяносто девять процентов в ближайшие два дня Карина явится в поместье клана Бартоломео, снедаемая желанием как можно скорей поквитаться с теми, кто в своё время приютил моего шустрого наставника. Стальные болты, конечно, хорошо и надёжно, но подстраховаться всегда полезно. Хочу своими глазами посмотреть на то, как наша великая героиня, возомнившая себя чуть ли не богом, будет сражаться против магии высокого уровня. К тому же давно стоило даровать Аделине свободу. Пусть строит своё счастье. Не каждому дано найти свою половинку, тем более если эта половинка принадлежит противоположной стороне конфликта. Таких, как мой счастливый ученик и его прекраснейшая жена, единицы в целом мире. Одна просьба, мой чрезмерно прыткий наставник: пока я отлучусь в клан Бартоломео, не наломай дров. Просто посиди в Кострище, полечи людей, проинформируй папу, что механизм по модернизации уже у тебя, пусть поторопится с книгой. Займись, кстати, развитием. Попробуй найти проблему в своих творениях. В общем, делай что хочешь, но из города ни ногой. Твои выезды чреваты проблемами, которые приходится решать всем миром.

– Полностью согласна. – Алия подсела ко мне ближе, чего не было уже несколько недель. – До тех пор, пока ты не вернёшься, я присмотрю за ним.

Наира сверкнула глазами, но промолчала. На этом экстренное собрание закончилось. Даже поразительно, насколько порой у страха глаза велики. То, что я воспринимал как проблему планетарного масштаба, другие видят как мелкую неприятность, устраняемую вполне стандартными средствами. Даже стыдно, что я поддался панике и не опробовал на Фарди магию древних. Кажется, мне нужно отвыкать от прошлого и воспринимать действительность с позиции силы.

Наира и Кималь Саренто сразу ушли в портал, а Алия отправилась вместе со мной. Забравшись под одеяло, под которым ещё недавно лежала моя жена, Алия поёжилась из-за ночной прохлады и улыбнулась.

– Так и будешь стоять словно истукан? Ложись, до утра ещё долго.

– Тебя давно здесь не было. – Я прилёг рядом, не понимая, как реагировать на столь странное преображение Алии.

– Как же я здесь появлюсь, когда место занято Наирой?

– Ты исчезла задолго до того, как она появилась, – напомнил я.

– Макс, какой смысл говорить о том, что было? Предлагаю подумать о том, что будет. Скоро родится наш ребёнок, и мне придётся делать непростой выбор.

– Разве ты его ещё не сделала? Не хочу, чтобы ты уходила обратно в церковь Света. Ты нужна мне.

– Инквизитор запретил наши отношения. К тому же у тебя уже есть красивая жена. Зачем тебе нужна ещё и я? Мешаться под ногами и постоянно напоминать о нашей несостоявшейся свадьбе?

– Я собираюсь отправиться к папе и просить у него благословения на двоежёнство. Затем проделаю то же самое с нашими императрицами, как только они сядут на трон. Мне плевать на то, что думает Инквизитор и как он отреагирует на неповиновение. Я хочу, чтобы ты была моей женой. Официальной.

– Двоежёнство? – Брови Алии взлетели вверх. – Макс, это запрещено!

– Ты можешь назвать указ, который это запрещает? Положение? Хоть какой-то регламентирующий документ, в котором сказано, что в Заракской империи запрещено иметь двух жён? Можешь, конечно, поискать, но такого нет. Как нет и других ограничений. Двоежёнство не приветствуется, но не запрещено. Скажи, ты станешь моей женой?

– Макс, я…

– У нас на троне две императрицы. Такого тоже никогда не было, но вот воплотилось. Алия, ты нужна мне. Без тебя мне действительно плохо. Понятия не имею, как отнесётся Наира к тому, что я возьму тебя второй женой, но и отпустить тебя я не могу. Потому что без тебя нет меня. И не будет.

– Разведись с Наирой, – предложила Алия. – Если тебе нужна я, зачем она?

– Потому что я уже не обычный смертник Максимилиан Валевский, что покорял разломы и сердце своего контролёра. Я – эрцгерцог единственного в мире автономного города, официально признанного церковью Света как точка взаимодействия с тёмными. Они нужны нам, хотим мы этого или нет. У меня нет права отказаться от Наиры. От нашего союза зависит Кострищ. Ведь именно тёмные его строят. Но и от тебя отказываться я не могу. Потому что ты всё, что у меня есть. Та, кто была рядом со мной с самого первого момента и ради меня пошла на костёр. Та, кто носит моего ребёнка. Та, которую я люблю.

– Но и Наиру ты любишь. Макс, я видела, как ты на неё смотришь. Не просто как на обузу, навязанную тёмными. Она дорога тебе. Тебе вместе с ней хорошо. Макс, я не хочу вам мешать. Двоежёнство недаром запрещено, хоть ты и утверждаешь обратное. Оно невозможно по своей сути.

Потихоньку я начал закипать. Баранья упёртость Алии бесила. Кималь Саренто был тысячу раз прав, заявляя, что к такому разговору нужно заранее готовиться и нахрапом здесь не взять. Вот только обратного пути у меня уже нет: тема поднята и требует какой-то финализации. Что ж, будем финализировать.

– Алия, повторю ещё раз, ты нужна мне. Я хочу, чтобы ты была моей женой. Ради этого я изменю все законы этого мира, если потребуется. Перепишу их так, чтобы никто даже подумать что-то плохое о нас не смел. Ты не будешь мешать ни мне, ни Наире. Ты будешь моей единственной светлой женой, она будет единственной тёмной. Если вдруг возникнет ещё какой-нибудь цвет, зелёный, у меня появится ещё одна жена – единственная зелёная. Кострищ объединяет два мира, значит, и у его правителя должно быть две жены. Это единственное логичное решение. Или ты хочешь сказать, что Кострищ должен стать тёмным? Ведь и Наира, и я – тёмные.

– Ты светлый! – сразу запротестовала Алия.

– Скажи это Инквизитору, что каждым своим словом повергает меня на пол. Да, у меня есть особенность: я могу становиться как тёмным, так и светлым, в зависимости от того, есть у меня «Золотистый купол защиты» или нет. Но это не значит, что во главе Кострища должна находиться тёмная. Или светлая. Что одна, что другая будут негативно восприняты противоположной стороной. Вспомни, во что превратилось посещение Наирой поместья Вяземских? Войной, что едва не обернулась катастрофой для города. Но и тебя в Храм Скрона я взять не смогу. Там тебя не примут. Поэтому главе Кострища необходимо две жены. Как тёмная, так и светлая. Скрон бы его побрал, это жуткое слово «баланс», но сейчас оно как нельзя лучше отражает действительность. Мне в любом случае придётся брать светлую жену, но я хочу, чтобы ею стала та, которую я люблю. Чтобы ею стала ты.

– С этой стороны я на этот вопрос не смотрела, – задумалась Алия. Судя по лицу, девушка была ошеломлена моим напором и разыгранной импровизацией. Уверен, Кималь Саренто смог бы всё разрулить ещё в самом начале разговора, но я был несказанно рад, что сумел повернуть такую щекотливую тему в нужное для себя русло. То, что Алия задумалась, говорило о многом. Девушка внутренне была согласна с моими доводами, но с бараньей упёртостью, которой славилась моя надсмотрщица, сопротивлялась необходимости признать очевидное.

– Как же мы будем уживаться с Наирой? – после долгой паузы спросила Алия. – Делить с тобой постель по графику?

– Давай решим этот вопрос сразу после того, как я получу одобрение папы и наших императриц, согласна? Сядем втроём: ты, я, Наира – и решим, как будем жить дальше. Ты нужна мне. Она нужна мне. Вы обе нужны Кострищу. Что-нибудь да придумаем. Первый раз, что ли, ломать устоявшуюся систему?

– Мне нужно подумать. – Алия плотней закуталась в одеяло и устремила взгляд куда-то в бесконечность. – Погаси свет, пожалуйста. Нужно поспать, завтра у тебя тяжёлый день – в больнице скопилось много пациентов. Думаю, их деньги Кострищу не помешают. Что касается твоего предложения… Да, мне нужно подумать.

Погасив свет и улёгшись рядом с Алией, я обнял её и практически сразу провалился в сон. Уже засыпая, я вспомнил, что даже не снял мифриловый доспех, что мимикрировал в мою кожу, но подниматься и стаскивать с себя защиту было уже лень. Всё равно секс мне пока не светит.

Весь следующий день я просидел в лечебнице, принимая пациентов. Заракцы, шургане, калиманцы, тёмные – мне приходилось лечить всех. Молва о том, что в Кострище творят настоящее чудо, возвращая утраченные конечности, давно разошлась по всему свету. Многие люди приходили ко мне вообще без денег. Всё, чем они могли оплатить восстановление конечностей или избавление от неизлечимых болезней, – работой на благо города. Её, к слову, было немало: тёмным строителям постоянно требовалась дешёвая рабочая сила, способная подносить материалы. Элеонора полностью избавила меня от процесса оплаты и договоров с народом – ко мне в кабинет попадали только те, кто прошёл строгий отбор доверенных людей моей управляющей. Кто заплатил весьма крупную сумму или заключил контракт на отработку. От года до пяти лет, в зависимости от степени повреждения. Мои помощники даже градацию болезней и увечий умудрились создать, словно от этого что-то зависело. Для меня было без разницы, использовать «Лечение» на человеке, у которого просто болит зуб или у которого тёмные твари оторвали все конечности. Что там, что там результат был одинаков. Как и расход маны – благодаря «Праксису» я забыл о любых ограничениях. Хотя нет, лукавлю. Конечности за одно использование «Лечения» не восстанавливались. Требовалось до десяти использований способности, чтобы даровать человеку чудо. Но суть от этого не менялась – мне это ничего не стоило, поэтому градация была мне непонятна. Но раз люди были готовы платить, значит, они приняли правила игры. Кто я такой, чтобы их менять?

– Что и требовалось доказать! – Вечером в Кострищ вернулся довольный, как объевшийся кот, Кималь Саренто и, растолкав толпу народа, вломился ко мне в кабинет. – Всё, мой трудолюбивый наставник, заканчивай – на сегодня хватит. Продолжишь завтра. Сегодня у нас праздник! Даже два!

– Ты сейчас о чём? – Монотонная работа бесила, так что я был только рад вломившемуся ученику. Чем не повод сбежать от нудных обязанностей и нескольких минут благодарностей, которыми награждали меня все вылечившиеся?

– Как о чём? Разве не понятно? С сегодняшнего дня твой любимый и единственный ученик официально в разводе! Седрик Джоде расторг наш брак, Храм Скрона с лёгкостью подтвердил решение главы клана, так что я стал свободен, аки сокол в чистом небе. Чем не повод выпить бутылку прекрасного вина, что хранится в верхнем ящике твоего стола?

– Это, как я понимаю, первый повод. Что по поводу второго?

– Карина Фарди не обманула наши ожидания и явилась-таки к поместью клана Бартоломео. Представляешь, насколько эта бедная девочка предсказуема? Даже жаль её. Такая наивная.

– Арбалеты? – Я даже дышать перестал, желая поскорей услышать ответ.

– Потребовалось двадцать два выстрела, чтобы пробить её защиту. Я даже начал сомневаться, что сработает, но бойцы клана Бартоломео знают своё дело. Двадцать второй болт впечатался прямиком в лоб нашему сосуду Скрона и отправил его в гости к своему господину. Ты бы видел лицо Карины в этот момент. В нём было столько разочарования и детской обиды, что, повторюсь, даже жалко её стало. Она-то считала себя могучей и непобедимой грозой этого мира, а сдохла от простых людей. Ладно, не совсем простых – всё же верховные обращённые достаточно серьёзные бойцы, но суть от этого не меняется. Всё, что наша девонька смогла сделать, – выжечь всю зелень на небольшом участке земли, по которому шла к поместью.

– Вы же понимаете, что к следующему походу она подготовится?

– Естественно. Как понимает это и Седрик Джоде. Глава клана Бартоломео достаточно разумный человек, мой сомневающийся наставник. Он прекрасно осознаёт, что происходит, и надеется на то, что ты успеешь завершить свои дела раньше, чем взбешённая Фарди навредит их клану. Да и вообще всему миру. Всё, заканчивай. Мне не терпится выпить вина. Кстати, поговорил с Наирой и объяснил ей ситуацию по двоежёнству. Девочка всё поняла и согласна, что Алия в качестве светлой жены будет идеальной кандидаткой. Осталось поговорить с нашей служительницей, и можно будет выдвигаться к папе за благословением.

– Мы с Алией вчера обо всём договорились, – признался я, боясь, что Кималь Саренто может навредить, не имея всей информации. – Она обещала подумать, но в целом согласна.

– Тогда у нас есть третий повод выпить, мой рисковый наставник! – Кималь Саренто хлопнул меня по плечу, отчего я знатно покачнулся. Удар был таким, что даже мифриловый доспех не сумел погасить всю инерцию. Не будь доспеха, меня бы и прибить можно было таким дружеским хлопком!

– Господин, к вам посланник папы. – В кабинет, где я принимал пациентов, вбежал мой помощник. – Говорит, у него есть для вас какой-то свёрток, что его святейшество приказал вручить лично в руки. И ещё… Церковники привезли машины! Много машин! Защитник уже ими занимается.

– Да мы так сегодня сопьёмся! – воскликнул Кималь Саренто, но резко умолк, ибо в кабинет вошёл ещё один человек. Мой помощник поклонился ему, после чего пояснил:

– Господин, я попросил посланника папы подождать, но у меня нет права его остановить…

– Всё нормально, Рихард, можешь не переживать. Ты свободен.

Мой помощник исчез, а представитель церкви Света уселся на одно из гостевых кресел и, по-стариковски покряхтев, произнёс:

– Граф Саренто, вы что-то говорили про выпивку? Признаться, я бы сейчас не отказался от вашего известного на весь светлый мир вина. Заодно послушал бы историю о том, как два жулика обвели верховного епископа Заракской империи вокруг пальца, сдав его с потрохами папе.

– Отец Ург, какая неожиданная и приятная встреча, – произнёс я, так как пауза начала затягиваться.

– Макс, давай оставим все эти расшаркивания на потом. Признаю, этот раунд за вами, но игра под названием «жизнь» не закончилась, а потому у меня ещё будет шанс отыграться. Так что приглашайте меня туда, где наливают вкусное вино, и рассказывайте, что у вас за поводы и, куда же без этого, каким образом вы меня обыграли?

– Друг мой, ты не поверишь, – Кималь Саренто наконец пришёл в себя. – Не мы такие. Жизнь такая! Тебя сам папа слил, мы тут ни при чём.

– Вот теперь мне точно нужны подробности и вино. – Взгляд отца Урга стал похож на сталь, что способна разрезать любое препятствие. – Кто?

– Это предстоит выяснить тебе самому. Имён нам не называли. Но факт остаётся фактом: тебя сливают твои же. Хватит работать, мой трудолюбивый наставник. Пора двигать в твой кабинет и удовлетворять любопытство верховного епископа. Отец Ург, вы же принесли книгу? Папа заверял, что мы непременно её получим. Вот только никогда бы не подумал, что получим мы её из ваших рук.

Отец Ург промолчал, но я не сомневался: этот человек обязательно отомстит. Мерзко, опасно и наверняка так, что я трижды пожалею, что не прикончил его здесь и сейчас, пока была такая возможность. Но это проблемы будущего меня. Сейчас же остаётся только улыбаться и наслаждаться победой папы – отцу Ургу напомнили о том, где его место. Порой даже чужие победы приносят удовольствие, так что Кималь Саренто прав: нет повода не выпить! Сегодня в Кострище праздник!

Глава 4

Удар! Копьё рассыпалось в каменную пыль, а меня накрыла очередная волна мути. Несколько «Лечений» смогли восстановить нормальное состояние, но каждая неудачная попытка разобраться со своими проблемами делала меня всё несчастней и несчастней. Не то! Всё не то! Я бездарность, дорвавшаяся до чужой силы и не способная ни на что иное, кроме как кидаться столами в противника! При этом даже стандартные столы при разрушении сказывались на моём состоянии не с лучшей стороны. Всё было против меня.

– Так, Валевский, собрался и продолжил работать! – только что не проорал я сам себе, поднимаясь с пола. Испытательный полигон знатно пострадал от моих атак: в стенах появились глубокие дыры в местах удара копий или ножек столов. Каменная кладка оказалась неспособной противостоять магии древних. Пришлось формировать стену из кирпичей, созданных «Писательством». Так и здесь не обошлось без головоломки – после очередного удара копья несколько кирпичей треснули и рассыпались каменной крошкой. Я приготовился к «откату», но его не было! По какой-то причине «Писательство» решило, что кирпичное творение достойно того, чтобы считаться идеальным, даже когда я разрушил ещё десяток кирпичей. В то время как несколько копий и столов, сломанных о стену, всячески демонстрировали мою несостоятельность как специалиста в древней магии.

Что же я делаю не так?

Ещё несколько неудачных попыток заставили меня сесть, чтобы хоть так сохранять вертикальное положение. Хотелось лечь на пол и забыть обо всём, как о страшном сне. Вот только права такого у меня не было: если я не пойму, в чём моя проблема, то к битве с Фарди вновь буду не готов. Что само по себе уже преступление. Позади раздалось деликатное покашливание – мой вездесущий помощник напомнил о своём присутствии:

– Господин, еда подана. Прикажете доставить её сюда или пройдёте в столовую?

– Давай сюда. Можно без столов. Их, как видишь, здесь и так много.

– Да, господин. Если позволите, мы всё же принесём мебель. Ваши столы созданы из камня, обедать за такими не самая лучшая идея. Они слишком холодные. Безжизненные. Всё же стол – это предмет из дерева, редко из металла, но никогда из камня. Есть за таким не пристало эрцгерцогу великого города.

– Хорошо, тащи сюда стол, – согласился я, хотя мысли уже витали совершенно в другой плоскости. Перед глазами вновь находилась строка, формирующая стол, и я крутил её вдоль и поперёк, пытаясь понять, что меня так зацепило в словах помощника. Стол должен быть из дерева. Редко из металла. Никогда из камня и тем более из земли, как я его строил во время битвы с тварями Хаоса. Вот кирпич – да, может быть из камня. Из дерева его сделать можно, конечно, но результат будет не таким. Так, ещё раз: стол из дерева, кирпич из камня, копьё… копьё из металла и дерева, а не только из металла, как я делал это раньше! Что, если преобразование пространства, созданное древними, имеет свои ограничения в материале изготовления и, если ты используешь неправильный материал, наступает откат? Когда само пространство даёт тебе знать, что ты совершаешь неправильную вещь?

Кроме самой строки вызова, никаких других пояснений у стола не было. Словно древние по умолчанию понимали, из чего необходимо проектировать предметы. Словно они обучались этому… А ведь это мысль! Что, если смысл обучения заключается не в том, как правильно формулировать свои слова, а в типе используемого материала? Тогда сразу вопрос: можно ли схитрить?

– Мне нужен кубический метр дерева и несколько слитков чистой стали, – попросил я помощника и, пока он бегал выполнять моё поручение, начал медленно пережёвывать принесённую еду, мыслями витая в навыке «Писательство». Возьмём моё несчастное копьё. Что, если в формирующую его строку сразу внести изменения, связанные с материалом, из которого нужно изготавливать? Например, добавить условия «наконечник, изготовить, сталь, древко, изготовить, дерево». Это сильно ограничит меня в части свободы действий – не везде можно найти нужные материалы. Значит, нужно таскать их в инвентаре и при необходимости использовать. Нужна проверка!

Результат превзошёл все ожидания. Когда я сформировал копьё по новым условиям, на меня словно прозрение какое-то снизошло – оружие получилось идеальным! Именно таким, каким я его изначально и задумывал. Первая каменная стена не устояла под напором моего нового оружия, однако вторая всё же сумела разрушить прочность, и копьё разлетелось на мелкие осколки. Тело непроизвольно сжалось, готовясь к боли, но разум чётко понимал: никаких последствий не будет. Так и произошло – уничтожение оружия никак на меня не повлияло. Отправив помощника прочь, я уселся прямо на пол, продолжая возиться с предложением вызова – в процессе тестирования у меня появилось ещё несколько идей, которые я тут же хотел опробовать. Кажется, я потихоньку начал понимать, какой смысл древние закладывали в своё преобразование пространства.

– Что-то ты тут совсем засиделся, мой трудолюбивый наставник. – Кималь Саренто пришёл через пару часов. К этому моменту я окончательно закончил работу с копьём и приступил к формированию защиты на вход в разлом. Мне требовался десятиметровый купол, способный противостоять атаке взбесившейся Фарди. То есть не только прочный, но и непроницаемый, имеющий возможность задерживать влияние Скрона. Моего ученика заинтересовал созданный тестовый купол, и, кивнув на него, он спросил:

– Насколько прочный? Откат будет?

– Не должен. Секунду, сейчас последние изменения внесу, нужно будет протестировать. Предлагаю вам разрушить моё творение. Справитесь за минуту – с меня желание. Не справитесь – с вас ящик вина, произведённого в поместье Саренто. Кажется, вполне достойный спор.

– Можно использовать любые доступные способы? – заинтересовался Кималь Саренто, с любопытством глядя, как прочная конструкция осыпается мелкой пылью, но тут же формируется в правильные каменные блоки.

– Любые, – подтвердил я. – Задача – уничтожить купол за минуту. Хоть головой о него бейтесь, если поможет.

– Ты слишком высокого мнения о своих наработках, мой мнительный наставник. Готовься выполнять моё желание, юнец! Сейчас ты познаешь истинную силу Кималя Саренто!

Последние предложения мой ученик буквально выкрикнул, нагоняя страха. Вот только он был не Карина Фарди. На подколки Кималя Саренто я уже давно не реагировал. Добавив небольшое условие в предложение по формированию купола, я положил на пол кусок пирога, что остался после обеда, и последовательно активировал четыре фразы. Одно формировало основу, другое отвечало за крепость, третье за непроницаемость, четвёртое сцепляло все блоки в единое целое. Вновь накатило ощущение качественной работы – казалось, что купол даже засиял синим светом. Но, учитывая, что Кималь Саренто никак на это не отреагировал, показалось только мне.

– Готовы? Ваша минута пошла!

Две ветвистых молнии сорвались с рук Кималя Саренто и врезались в моё творение. Запахло озоном. Купол скрылся под яркими вспышками бегающих по нему молний, и я искренне начал опасаться за своё творение. Маг не стал мелочиться и сразу ударил сильнейшей своей способностью. Он вкладывал в удар все доступные силы и даже в какой-то момент убрал одну молнию, чтобы восполнить запас маны.

– Время! – прокричал я, как только таймер обратного отсчёта добрался до нуля. Молнии ещё какое-то время вырывались из рук Кималя Саренто, но вскоре он угомонился. Купол стоял на месте. Нет, не стоял – плавал в озере расплавленного камня, практически мгновенно застывшего, как только исчезла безумная энергия.

– Всё ещё целый, – многозначительно заметил Кималь Саренто. – Почему?

– Потому что идеальный? – предположил я и деактивировал своё творение. Оно осыпалось мелкой пылью на пол, и тут раздался заливистый хохот моего ученика. От пирога, что я разместил под куполом, не осталось даже пепла – энергия, что использовал Кималь Саренто, расплавила пол не только рядом с куполом, но и внутри. Купол выдержал, вот только выжить под ним было бы невозможно.

– Кажется, что-то не было учтено, – задумчиво произнёс я. – Ничего, под бокал великолепного вина обязательно разберусь, как исключить влияние внешних условий на внутреннее содержимое.

– Это ты так намекаешь, что я тебе ящик вина должен? Не пойдёт, мой хитрый наставник, – ты сформировал всего лишь метровый купол. Под таким явно не спрячешь вход в разлом. Хочешь выиграть в споре – делай нормальную конструкцию, а не это лилипутское нечто.

Судя по недовольству, Кималя Саренто бесило, что он не смог справиться с моим творением, вот и порол полную чушь. Хотя, признаюсь, некая доля правды в его словах была: на метровый купол требуется гораздо меньше материалов, он получается компактным и крепким. Будет ли всё это работать на десятиметровом колпаке, которым я планирую закрыть проход в разлом, – огромный вопрос. Достав специальный колокольчик, я позвал помощника.

– Мне нужны камни – кубометра три, не меньше.

– Да, господин, сейчас доставят.

Кималь Саренто молча смотрел на слуг, что таскали камни на полигон, я же в очередной раз попробовал изменить конструкцию. Как можно не допустить внешнего влияния на содержимое? Мало того, во время атаки Кималя Саренто мой купол шатался, словно лодочка в бушующем море. Он, конечно, плавал в расплавившихся камнях, но это навело меня на мысль, что моё творение хоть и прочное, но достаточно лёгкое. Карина Фарди не станет его уничтожать – с её силой она просто подойдёт и поднимет один из краёв, после чего проникнет внутрь. Увеличение массы купола не поможет: сосуд Скрона обладает достаточной силой, чтобы поднять хоть слона. Сделать якоря, что воткнуть глубоко в землю? Вариант, но как в таком случае обезопасить содержимое от яростной атаки? Нужно думать. Время ещё есть…

– Готовы? Начинайте! – После того как слуги натаскали камней, я построил десятиметровый купол вокруг ещё одного блюда. Не живого же человека внутрь сажать? Кималь Саренто не стал заставлять просить себя дважды и вновь принялся заливать моё творение из «Цепной молнии» пятьдесят третьего уровня. Вот только на этот раз сразу что-то пошло не по его плану – камни вокруг огромной конструкции не желали греться. Десятиметровый купол поглощал энергию, распределяя её по своей огромной площади. Прошла минута, две, пять. Кималь Саренто атаковал без устали, постоянно используя эликсиры на ману, но результата это не приносило: купол держался.

– Довольно! – прокричал я, останавливая вакханалию. Полигон мог не выдержать столь яростной атаки и разрушиться. Где я потом буду свои тесты проводить? Убедившись, что молнии исчезли, я рассыпал мелкой крошкой купол и не смог сдержать радостного возгласа – блюдо стояло целым. Да, засыпанное пылью, но нетронутое и не поджаренное. Теперь, если добавить якоря, что должны метров на пять войти в землю, ни одна Карина Фарди не сможет взломать мою защиту.

– Уел, – согласился мой ученик, но тут же пошёл искать слабые места: – Что по поводу подкопа? Если нельзя сломать, можно пробраться внутрь и так.

– Да, думал об этом – нужно будет сделать некое подобие пола. И длинные штыри в землю, чтобы конструкцию нельзя было поднять.

– Доделывай, и будем тестировать на воздухе. Пригласим Злого Инженера. Он мастер по проникновению в различные замкнутые пространства. Если и он не сумеет этого сделать, можешь смело отправляться в разлом. Сколько тебе нужно времени, чтобы изменить предложение на правильное?

– Так не терпится от меня избавиться? – усмехнулся я.

– Мой пытающийся в колкости наставник, всё дело в том, что у нас с тобой совершенно нет времени на раскачку. Не забывай: меньше чем через две недели коронация. К этому моменту разлом семьдесят первого уровня нужно пройти. Или у тебя на него другие планы? Желаешь потрудиться на арене Туманника? Уже готов пройти сорок волн?

– Если честно, хочется понять, для чего Фарафо нужны эти волны. Ему же не просто так хочется сражаться с претендентами на вопросы? Не просто так он выставил сорок волн как средство оплаты за помощь в блокировании Карины Фарди.

– Ответ на самом деле прост, мой пытающийся гадать наставник. Причина столь непонятного поведения Фарафо заключается в том, что он прекрасно понимает, что человек не в состоянии пройти все волны. Никак. Ты чудом дополз до тридцатой и сломался. Дальше – ещё сложнее. Двух Фарафо тебе не победить без Осквернённой крови. Её у тебя нет, Фарафо это прекрасно известно. Поэтому он сейчас ставит тебе заведомо невыполнимое условие, чтобы затем начать торговлю на своих правилах. Чтобы ты согласился, едва услышав какое-то иное предложение, в котором нужно просто делиться ресурсами. Это же классика переговоров с сильными мира сего.

– А если бы я прошёл сорок волн?

– Тогда почёт тебе и награда. Фарафо умоется, но ничего критичного для него не произойдёт: он увидит способ прохождения и в следующий раз скорректирует свои порождения таким образом, чтобы ты или кто-то другой не смогли воспользоваться таким способом. Так что наш туманный друг будет в выигрыше в любом случае.

Оставалось только вздохнуть: всё же мне ещё далеко до умения выстраивать такие правильные умозаключения на основе двух-трёх событий. Усевшись, я закопался в «Писательстве», приделывая к своему куполу фиксаторы и защиту от подкопа. Это получилось достаточно легко: когда есть готовая конструкция, приделать что-то дополнительное к ней много труда не требует. Единственное, что меня раздражало в навыке, – необходимость постоянно вытаскивать из нематериального рюкзака материалы. В какой-то момент я психанул и указал в качестве источника моё личное хранилище. Спрятав стальные прутья, которые использовал для усиления каменной конструкции, я воплотил новую версию купола и сразу же об этом пожалел. Он создался – проблем с тем, чтобы использовать материалы нематериального рюкзака не возникло. Вот только из-за того, что отныне у купола имелись пятиметровые ножки, они подняли верхнюю часть на уровень потолка и, как оказалось, ещё чуть выше. Тут же посыпались камни разрушаемого потолка, что-то начало хрустеть, трещать, по потолку пошли трещины, и, прежде чем огромные каменные блоки рухнули на пол, я успел убраться из помещения «Рывком». Позади оглушительно грохнуло, и в Кострище на одно здание стало меньше – мой полигон, что был предназначен для тайной проверки опаснейших способностей, не выдержал нагрузки и разрушился, погребая под собой мою конструкцию.

На шум сбежались люди. Что-то кричали, размахивали руками. Мне оставалось только улыбаться, наблюдая за верхушкой созданного купола, что поднимался из руин. Конструкция устояла под обвалом камней, показывая, что я недаром потратил сегодня целый день.

– Макс, как так-то?! – Элеонора прибежала лично, чтобы своими глазами оценить масштаб трагедии. Управляющая искренне считала, что полигон является вершиной её творчества: трёхметровые стены способны были выдержать любую известную и неизвестную магическую атаку. Но не магию древних.

– Случайно, – вздохнул я. – Мне нужен Злой Инженер и его бригада. Нужно кое-куда проникнуть.

– Куда? – заинтересовалась Элеонора. Всё, что касалось тайных вылазок, она курировала лично, не доверяя это ни одному из своих помощников.

– Туда. – Я развеял созданный купол, вызывая ещё одну волну грохота и пыли, и тут же создал новую конструкцию, накрыв ею один из ближайших кустов. – Задача простая: под куполом находится куст. Его нужно уничтожить любым доступным способом. Под словом «любым» я подразумеваю вообще всё, что есть в его арсенале. Если что-то потребуется – нужно докупить.

– Что шумим, а драки нет? – Кималь Саренто тоже присоединился к нам. Увидев разрушенный полигон, он только усмехнулся: – Всё, тайные тренировки закончились? Скажи мне, мой привносящий в этот мир хаос наставник, этот купол уже модернизирован так, как я просил?

– Под ним куст, – повторил я. – Задача – уничтожить куст. Любыми средствами. Время не ограничено. Ставки делать будем?

Окружающие нас люди услышали слово «ставки» и обезумели. Не прошло и десяти минут, пока бегали за Злым Инженером, как коэффициент на то, что он разломает эту хлипкую конструкцию, опустился до одного к двум. При этом ставки на то, что купол выстоит и с кустом ничего не произойдёт, принимались один к десяти. Видимо, в меня народ вообще не верил. Либо слишком верил в Злого Инженера.

Вскоре пришёл мой бывший наставник. Пришёл не один – вся его личная гвардия, включая сына калиманского императора, тоже прибыла. Поучаствовать в народной забаве «обломай эрцгерцога» желали все. О том, что буквально полчаса назад было уничтожено одно из зданий города, уже никто не вспоминал. Всех интересовал только один вопрос: справится ли злющий серый с поставленной задачей. Кималь Саренто ввёл в курс дела Злого Инженера и отошёл в сторону. Якобы чтобы не мешать, но я-то прекрасно знал, что он отошёл, чтобы ненароком ему не предложили принять участие в уничтожении ни в чём не повинного кустика. Мой хитрый ученик уже осознал, что его магия против моей конструкции бесполезна, и не хотел терять лицо перед народом. Хотя было бы перед кем терять…

Тридцать минут потребовалось Злому Инженеру, чтобы сознаться в собственном бессилии. Дошло до того, что зрители позабыли о том, что они зрители, и ринулись помогать воинам, пытаясь сделать подкоп, сдвинуть купол с места, проломить его поварёшкой. Несмотря на надвигающуюся тьму, все веселились. Ещё бы: глава города настолько сильный маг, что его магию никто не может победить. Как тут не радоваться, что в своё время принял правильное решение и остался в Кострище? Когда я развеял купол, куст остался целым. Да, он лежал на земле, так как днище моего купола подрезало ему ствол – я не предусмотрел, что нужен проход. Тем не менее такая мелочь меня не беспокоила: нужно внести всего несколько исправлений, и результат будет идеальным. Развлекающийся народ не сумел не только подкопаться, но даже и сдвинуть мою конструкцию с места.

Я был готов к походу в разлом!

Посмотрев на собравшихся, что радостно обнимались друг с другом, я внезапно понял, что людям не хватает банальной радости. Какого-то обычного человеческого счастья, когда можно веселиться, не думая о тяжёлой работе или о том, что в твоём городе сидят страшные тёмные. Или что его осадила целая армия.

– Элеонора, можно тебя? – Я пробрался к управляющей, что тоже стояла в странной задумчивости, глядя на людей. Сейчас они забыли о том, где светлые, где тёмные. Они просто были жителями Кострища, не сумевшими проломить конструкцию своего главы.

– Народу нужен праздник, – внезапно произнесла управляющая, опередив мои мысли.

– Кнут и пряник у них уже есть, – поддакнул невесть каким образом подкравшийся к нам Кималь Саренто. – Нужны зрелища.

– Собственно, об этом я и хотел с тобой поговорить. Нужно вводить праздники.

– Свет великий, какие праздники, мой торопливый наставник? – Кималь Саренто даже скривился, словно проглотил что-то кислое. – Элеонора, ты же не станешь слушать своего начальника и обратишь своё внимание на глас разума в моём лице? Нам не нужны праздники. Их в Заракской империи и без того много. Что нам действительно нужно – это собственная арена! Сражения, цирк, театральные представления, городские мероприятия – да много чего можно творить на арене. Даже удивительно, что её нет в строительных планах города.

– Согласна. Арена на несколько десятков тысяч мест решит проблему массовых мероприятий. Примерно об этом я и думала. Но до арены далеко, развлекать людей нужно уже сейчас. Завтра же утром отправлю гонцов в Турб, Аль-Хорезм и Ольро, чтобы пригласить в Кострищ бродячих музыкантов, комедиантов, арлекинов и прочую шалупонь.

– Элеонора! – картинно воскликнул Кималь Саренто.

– Я уже сорок лет Элеонора! Шалупонь она и в Калиманской империи шалупонь! Бесполезные, разлагающие народ, умеющие только веселить толпу и ничего больше – как можно серьёзно относиться к тем, кто выбрал судьбу шута?

– Боюсь нарваться на грубость, уважаемая управляющая, но тебе стоит избавляться от привычек покорителя разломов. Понимаю, что восемь лет просто так не проходят, но лицедеи и шуты тоже являются важной частью общества. Без них, как ни крути, управлять толпой достаточно тяжело. Ибо люди по своей природе слабы и делают всё, что в их силах, лишь бы не переработать. Сейчас Кострищ собран как никогда. У нас стройка, внешние проблемы, но стоит надавить на народ ещё сильнее, он начнёт ломаться. Отдых так же важен, как и работа.

– Я прекрасно это понимаю! – огрызнулась Элеонора. – Просто… Они бесполезны, Кималь! Паразиты успешного общества! Причём чем успешней общество, тем эти сволочи ведут себя развязней, пытаясь вытворить нечто такое, чего раньше не было. К нам во дворец лет двадцать назад приходила одна такая труппа. Знаешь, что они учудили? Рисовали задницей! Народ хохотал так, словно ничего более весёлого в жизни своей не видел. Но это же бред. Полный бред, помноженный на безумие! Однако тот художник на полном серьёзе требовал, чтобы его творения вешали в главные залы дворцов, дабы люди могли насладиться высоким искусством. Так что не нужно мне говорить о том, что я чего-то не понимаю в развлечениях. Я не понимаю того, почему всякий бред нравится толпе. И это меня несказанно бесит.

Управляющая умолкла, продолжая смотреть на веселящихся людей. Я лишь вздохнул, понимая, что что-то говорить в текущей ситуации лишнее. Тем не менее кое-что сказать я был обязан. То, чего от меня ждал, кажется, весь мир:

– Я пошёл в разлом. Еда-вода есть, когда вернусь, не знаю. Постараюсь успеть к коронации, но обещать не могу.

– Не так быстро, мой торопливый наставник. Прежде чем надолго исчезать, тебе нужно решить два вопроса. Папа и жёны. Одному ты должен чемоданчик, с другими нужно обсудить дальнейшую жизнь. Нельзя оставлять эти вопросы на будущее.

– Жёны? – удивилась Элеонора.

– О, ты же ещё не в курсе, – улыбнулся Кималь Саренто. – Сейчас я тебе расскажу такое, по сравнению с чем все артисты этого мира являются скучными паиньками, неспособными на уникальное творчество. Вот, значит, что удумал наш великий эрцгерцог…

Глава 5

Непроницаемый купол накрыл вход в разлом, отгораживая меня от внешнего мира. Нагрянула абсолютная тьма, но я не спешил включать световой кристалл. Кажется, я дошёл до состояния, когда мне нужна пауза. Время, чтобы обдумать всё, что со мной произошло, и определиться, как теперь с этим всем жить. Улёгшись на землю, я закрыл глаза, заново прогоняя в голове три судьбоносные встречи. Первая состоялась сегодня днём с папой, вторая – с моими жёнами, третья – с Инквизитором. Да, теперь уже жёнами: я получил разрешение его святейшества на мой брак со светлой Алией, не разрывая при этом отношения с тёмной Наирой. Папа даже умудрился меня удивить, заявив, что он сам подумывал о том, что мне нужна светлая жена, но ещё не знал, как подойти к этому вопросу. То, что я озаботился им сам, да ещё и планировал связать свою жизнь с матерью Алией, ставленницей церкви Света, несказанно его порадовало.

Договорившись с папой и заверив наши соглашения крепким рукопожатием, я отправился в Кострищ. Оказалось, мои женщины не стали ждать моего возвращения и сами обо всём договорились. Меня прижали к стенке и просто давили фактами, как теперь мы будем жить. Чётные ночи я провожу с Алией, нечётные с Наирой. Никаких совместных ночей. Любые решения касательно отношений принимаются только коллегиально, никаких обязаловок или внезапностей. Когда я в городе, обязан проводить минимум по часу с каждой из жён. Встречу можно объединить, но в таком случае и время объединяется. Каждая из жён имеет право на двухмесячный отпуск, чтобы побыть одной или с семьёй. Также я должен не забывать, вернее, обязан вспомнить о таких немаловажных вещах, как подарки и цветы. Обе девушки, оказывается, были крайне недовольны тем фактом, что за всё время я подарил им только один комплект украшений. Тот, что украл у ночной гильдии. Хорошие мужья, как мне было сказано, обязаны заботиться о своих жёнах и обеспечивать их всем необходимым. Ну и по мелочи: все выходы в свет в Кострище только втроём, Алия справа, Наира слева. К тёмным я езжу с Наирой, к светлым с Алией. Причём стараюсь не ездить вообще никуда. Все, кому что-то от меня нужно, обязаны приехать к нам самостоятельно. И, что поразило меня больше всего, библиотека. Обязательное требование обеих жён. В Кострище должна появиться библиотека, в которой они собираются преподавать письменность и языки (как светлый, так и тёмный), математику и прочие важные науки. Что Наира, что Алия не видели себя в качестве действующих руководителей города, но заботиться о детях, воспитывать в них доброе и светлое – это всегда пожалуйста. На уступки мои женщины не шли, друг друга всячески поддерживали, и, чтобы не раздувать конфликт, мне пришлось согласиться с их требованиями.

Третья, но едва ли не первая по значимости встреча закончилась буквально несколько десятков минут назад. Разговор с Инквизитором, ради которого пришлось убирать «Золотистый купол защиты». Существо Хаоса явно имело на меня какой-то зуб. Стоило мне озвучить своё желание взять Алию в жёны, оно тут же включило агрессию: и накажет, и убьёт, и разрушит, и вообще, даже дышать в сторону Алии мне нельзя. Зря он так. После того как мне пришлось согласиться с ультиматумом моих жён, терять особо уже было нечего – я пошёл в ответную агрессию. Хаос желает баланса? Пусть сам его и формирует, Кострищ умывает руки! Хаос желает, чтобы человек выступил посредником между ним, Бездной и Фарафо? Пусть ищет другого, если не позволяет этому человеку наслаждаться своей скоротечной жизнью. Или у Хаоса есть какие-то планы на Алию? Желает посадить её на белоснежный трон церкви Света? Нет? Тогда в чём причина отказа? Только из-за того, что может? В общем, поорали мы знатно. Вернее, орал я, Инквизитор играл роль непроницаемой скалы, с лёгкостью отбивающей любые нападки. В конце концов я не выдержал и, осознавая бесполезность дальнейшего разговора, просто заявил, что возьму Алию в жёны сразу, как только закрою разлом семьдесят первого уровня. Будет на то согласие Инквизитора, не будет – мне без разницы. Я не собираюсь спрашивать каждого встречного о том, что мне, эрцгерцогу единственного в мире автономного города, делать. Инквизитор продолжал оглашать страшные кары, что ниспадут на голову ослушников, но я его не слушал – активировал телепорт прямо напротив существа Хаоса и, не говоря больше ни слова, ушёл из Кострища. Надоели! Пусть только попробуют мне что-то запретить! Привлеку его святейшество, и всё равно будет так, как нужно мне!

Эмоции улеглись, и я наконец поднялся на ноги. До открытия разлома оставались считаные минуты, так что я гадал, появится метаморф или нет? С одной стороны, недавно здесь находилась Карина Фарди, и она должна была прикончить опасную тварь пятнадцатого уровня. Он ей на один зубок. С другой стороны, вечный туман, окутавший эти земли, мог вынудить метаморфа оставаться под землёй и не вылезать без необходимости. Очень хотелось надеяться на то, что второй вариант имеет право на жизнь: всё же время возрождения метаморфа составляет семь дней. У меня оставалось всего одно неидентифицированное кольцо и амулет, которые пойдут на адаптацию к изнанке и выверту, что бы эти понятия ни означали. Гниль, что начиналась на двадцать пятом уровне, в полном мифриловом доспехе не страшна. Да и защита у меня от неё есть, так что до сорокового уровня, когда и начнётся непонятная изнанка, я должен добраться без особых проблем. Разве что каждые пять уровней нужно усли в стальные коробочки запихивать. Как показывает практика, штука полезная. На шестидесятом уровне начнётся выверт, ещё одно усложнение, и, пусть к этому разлому это не применимо, на восемьдесят пятом я встречу скверну. По словам Бездны, скверна является вершиной её творчества. Она способна уничтожить практически любой материальный предмет, так что последние пятнадцать уровней сотого разлома мне придётся идти голым. Разложить мифриловую броню скверне не составит никакого труда.

На всякий случай проверив, что мой купол достаточно устойчив и не собирается пропадать из-за действий одной безумной особы, я вошёл в разлом. Отличия от тех дырок в земле, что мне уже приходилось покорять, бросились в глаза сразу: освещение было не синим, а каким-то грязно-зелёным. Все кристаллы разлома оказались покрыты какой-то неприятной субстанцией, похожей на плесень. Так как эта плесень была везде, я соскрёб её с ближайшего ко мне кристалла. Под ней обнаружился стандартный синий камень, но плесень тут же начала заращивать прореху. Мало того, тот небольшой кусочек, что оказался у меня на пальце, попробовал разрастись и покрыть собой уже всего меня. Мифриловая броня не позволяла, из-за чего эта грязно-зелёная гадость легко соскальзывала. Посмотрев на ноги, я увидел аналогичную картину: ступни утопали в плесени, что старательно пыталась захватить меня в свои объятья. Всё выглядело так, словно плесень была живой и желала сожрать попавшего в её лапы человека. Вот только возможности такой у неё не было: плоть Фарафо надёжно меня защищала.

В первой пещере из тёмных тварей имелась только парочка рапсов, что спрятались на потолке, так что я смело пошёл дальше. Тёмное зеркало давно висело на своём законном месте, так что особых проблем я не ожидал. Во всяком случае, не на первых…

Твою же Скрона душу Света мать!

У меня чуть сердце не разорвалось, когда с потолка на меня прыгнула чудовищно искажённая тварь. Возможно, я бы мог назвать его рапсом, вот только язык не поворачивался это сделать. Пока разум боялся, тело реагировало и одним ловким ударом выдернуло из летящего на меня монстра сущность.

Получена сущность рапса изнанки 1-го уровня разлома.

На пол рухнуло мёртвое тело, и грязно-зелёная плесень тут же принялась его поглощать. Я слишком долго стоял и смотрел на новое чудовище, не в силах бороться за свою добычу, чтобы лучше её рассмотреть. Если это рапс, то я Карина Фарди! Что такое рапс? Это небольшое существо со среднюю собаку, имеющее похожее на подушку тело, а также четыре лапки с тремя суставами и цепкими пальцами, позволяющими твари чувствовать себя на потолке как на полу. Глаз у чудовища не было, зато имелся огромный рот, наполненный акульими зубами в несколько рядов. Когда-то моим первым трофеем из разлома стал именно зуб рапса, которого мне удалось прикончить копьём. Но это описание рапса. Красивого и привычного. Тварь, что на меня прыгнула, походила на… Ни на что она не походила. Казалось, какой-то безумный мясник взял огромный тупой топор и основательно прошёлся по рапсу, выворачивая его наизнанку. Каким образом это существо жило, я не понимал. Обнажённые кости, что не пробивались обычной сталью, куча органов, висящих на жилах или мясе, куча шипов и зубов там, где им даже смысла не было находиться. Тварь выглядела жутко и при этом совершенно не походила на лёгкую добычу. Даже несмотря на то, что большая часть внутренних органов размещалась снаружи.

Зелёная плесень закончила поглощать тело, и холмик быстро опал. Через несколько секунд от убитого монстра не осталось ни единого следа. Я соскрёб плесень, чтобы в этом убедиться. Исчезли даже прочные кости. Зелёная зараза продолжала тщетные попытки пробить мою защиту, так что пришло время небольшого эксперимента. Всё равно смысла скрываться больше нет: тёмное зеркало оказалось бесполезным против твари изнанки.

«Лечебная аура» под «Усилителем» заполнила пространство, а я приготовился к сражению. Ограничивать ауру не стал, выставив максимальный радиус. Всё равно в другие пещеры ауры не проходят – проверено неоднократно. Разлом дёрнулся так, словно в нём произошло землетрясение. Причём не самое слабое. Кажется, я даже услышал далёкий рёв боли. Пещера наполнилась привычным синим светом – от грязно-зелёной плесени не осталось ни следа. Но что самое поразительное – рапсы изнанки не думали на меня нападать, несмотря на светлую ауру. Даже когда я встал под одним из них, тварь продолжила висеть на потолке и всячески делала вид, что происходящее её совершенно не волнует. Подпрыгнув, я вонзил перчатку в тварь, желая проверить, жива она вообще или нет. Судя по тому, что мне досталась ещё одна сущность, а также куча различных материалов для алхимии, эта гадость была жива. Но по какой-то причине даже не думала на меня нападать. Словно «Лечебная аура» не только на неё не действовала, но и меня скрывала.

Кажется, я начал догадываться, что такое изнанка и с чем её едят. Всё, что я знал раньше о разломах, с этой изнанкой повернулось на сто восемьдесят градусов. Тёмное зеркало больше не прячет, а наоборот – вызывает агрессию. «Лечение» и «Лечебная аура» больше не травмирует тварей, а успокаивает и позволяет скрыться. При этом ещё существует какая-то грязно-зелёная плесень, что заполонила собой всё доступное пространство. Плесень не трогала тварей разлома и сгорала от «Лечебной ауры». Я ничего не упустил? Если это творение выверта, то одной плесенью дело не обойдётся.

На самом деле странно. Формально заражённых разломов больше не существует, поэтому границы между различными механиками разлома должны быть чёткими. Мне уже доводилось проходить разлом тридцатого уровня – до двадцать пятого уровня в нём не было даже намёка на гниль, что появляется позже. В этом же разломе сразу присутствуют все механики, какие только можно будет здесь встретить. Рапс принадлежит первым двадцати пяти уровням, белый туман, на который я только сейчас обратил внимание, относится к гнили, вывернутое состояние рапса – изнанка, а грязно-зелёная плесень – выверт. Для заражённых разломов это было нормой, но явно не для обычного творения Бездны. Хотя… Технически этот разлом когда-то был заражённым. Может, после того как иномирцы ушли из мира, здесь просто ещё ничего не успело прийти в норму? Проклятье! Опять много вопросов, мало ответов. Всё то, что я ненавижу больше всего на свете! Может, наведаться к Бездне в гости? Она наверняка знает, что здесь происходит. Нет, ещё рано. Нужно больше вводных данных.

Поднявшись на ноги, я двинулся дальше. Смысла сидеть на месте и думать о смысле бытия не было никакого. Даже если здесь всё перемешалось из-за того, что Фарафо всячески пытается остановить развитие разлома, мне всё равно нужно добраться до Хозяина как можно быстрее. Разлом сам себя не пройдёт.

Вот только сюрпризы продолжились практически сразу. Когда я вошёл во вторую пещеру и «Лечебной аурой» очистил её от грязно-зелёной плесени, вызывав ещё одно землетрясение, на меня бросились четверо кронов. Обычных кронов! Без каких-либо приписок «изнанка». Но, чтобы я не расслаблялся, кроме стандартной четвёрки кронов, в пещере находилась и группа кронов изнанки. Этих тварей я сразу узнал по их отвратительному внешнему виду. Они-то на меня никак не реагировали, продолжая молчаливо стоять в сторонке. Даже агрессивное поведение своих нормальных сородичей проигнорировали.

Мне же игнорировать нападение никак было нельзя. Да, четверо кронов первого уровня не смогут мне навредить, но позволять им грызть доспехи нельзя. Пришлось тратить время на то, чтобы прикончить зубастые копии собак, затем освободить пещеру от кронов изнанки и, в очередной раз усевшись на полу, загрустить.

Кажется, у меня возникли временные неприятности. Проблема заключалась в том, что независимо от того, какую ауру я включу – тёмную или светлую, – какая-то часть тварей тут же бросится на меня с желанием сожрать. В принципе, не проблема, благодаря мифриловой броне я чувствовал себя вполне защищённым, но скорость продвижения из-за такой особенности разлома уменьшится до минимума. Словно мне довелось работать в составе обычной группы, которой приходится чистить пещеру за пещерой, чтобы не оставлять за собой тёмных тварей.

Ладно, есть ещё один способ, который я собирался проверить на практике. У меня в запасе имелся «Призрак» двадцатого уровня, усиленный несколькими важными камнями поддержки. Благодаря этому камню мне удалось забраться в гости к папе, так что я был уверен в его качестве и надёжности. Почему бы не использовать его в разломе, тем более что из-за грязно-зелёной плесени здесь повсюду тени? Нужно проверить.

«Лечебная аура» отключалась, и в пещеру тут же начала заползать плесень. «Анализ» ничего о ней не говорил, словно её вообще не существовало, тем не менее эта гадость вела себя так, словно ею управляло живое существо. Крайне голодное и злое живое существо. Я активировал камень маскировки и отправился в третью пещеру. На этот раз плесень вела себя странно. Когда я на неё наступал, она не бросалась сразу наверх, желая поглотить внезапного гостя, а бурлила возле моих ног, словно кипячёная смола. Тварь не понимала, куда ей нужно прыгать и где расти. Такое ощущение, что у неё даже глаза были! Плесень чувствовала, что по ней кто-то ходит, но не видела, где конкретно. Вот и бурлила в надежде, что сможет зацепиться за невидимку. Не будь у меня мифриловой брони, так бы и произошло. Этот разлом старательно оберегал все свои тайны и был готов к любому типу покорителей. Тёмным, светлым, невидимым. К чему он точно не был готов – что все три типа окажутся объединены в одном человеке, имеющем при себе полный доспех из плоти Фарафо. Туманные твари рулят!

Кроны и рапсы, как обычные, так и изнаночные, не обращали на меня внимания. «Призрак» для них имел слишком высокий уровень. Оставив чудовищ живыми, я начал проходить пещеру за пещерой, выискивая спуск на второй уровень. Вроде как пошло! Конечно, на двадцатом уровне наступит момент, когда мой камень окажется бесполезным – твари двадцатого уровня будут меня видеть, но до этого уровня ещё добраться нужно.

Как в воду глядел! Когда я добрался до спуска, на какое-то время завис, оценивая неожиданное препятствие:

Плюх выверта. Существо 1-го уровня разлома.

Прохода не было. Вернее, он был, но его скрывала под собой огромная грязно-зелёная бурлящая масса, издали похожая на мой купол. Плюх генерировал плесень и заполонял ею весь уровень. Ни рта, ни глаз, ни каких-либо конечностей у этого существа не было. Правда, «Анализ» подсказал, что с большой долей вероятности (потому что с плюхами кто-то встречался ранее, но не с плюхами выверта) у этого существа имеется сразу три сердца. Совсем как у метаморфа. Значит, удар должен быть молниеносным – сразу двумя руками, чтобы гарантированно удалить две из трёх сущностей. Затем наступит очередь плюха атаковать, и моя задача – выжить.

Стоп! Почему я вновь думаю с позиции бойца ближнего боя? Уже доказано, что тварь выверта негативно относится к «Лечебной ауре». В этом она похожа на существ, что я встречал на арене Туманника. Для чего мне влезать в рукопашную, если можно отойти подальше и заняться тем, что я умею едва ли не лучше всех в этом мире? Лечить!

Откладывать в долгий ящик свою великолепную идею не стал. Отойдя подальше, я даже вытянул руки в сторону твари, хотя для меня это давно перестало быть необходимым, и активировал сразу два «Лечения». Разлом в очередной раз дёрнулся, и на этот раз я понимал, в чём причина такого поведения: плюх был крайне возмущён моим подлым и коварным ударом. Вместо того чтобы войти с ним в рукопашную, я подкрался и напал со спины. Если у этой твари вообще есть спина.

Тварь бесновалась. Она дёргалась, издавала неприятный высокий вой, из-за которого мой доспех даже временно отключил внешние звуки, то вырастала на несколько метров, то опадала практически до самого пола. Я не спешил использовать ещё «Лечений»: хотелось посмотреть на реакцию. Спустя тридцать секунд вся плесень втянулась обратно в плюха, очищая уровень разлома, и тварь начала странно пульсировать, с каждым мгновением всё больше и больше расширяясь. Мне уже доводилось видеть похожее в своей практике: сержанты Фарафо, перед тем как сдохнуть, обязательно взрывались, разнося остатки своего костяного доспеха по округе. Этакая бомба последнего шанса. Так и здесь. В какой-то момент дёрганья плюха достигли критической точки, и он взорвался, разбрасывая свою плоть по пещере. «Золотистый купол защиты» задержал основную массу, не позволяя добраться до тела, а зелёный туман, что перемешался с туманом гнили, заблокировал мифриловый доспех. Синие кристаллы, на которые попала плоть плюха, начали плавиться, словно на них вылили целое ведро сильной кислоты. Мне оставалось лишь сглотнуть: любой человек, что явился бы на этот уровень в стандартной стальной броне, только что обязательно бы сдох от отравления. Я настолько привык к тому, что синие кристаллы являются неизменной частью разлома, что даже не полагал, что с ними можно взаимодействовать и как-то им вредить. Плюх выверта даровал мне новую информацию, и не скажу, что я этому был рад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.