Светлана Рощина
Сдвинуть небо

Часть первая. Горькие известия

– Мне жаль, но спасти Вас может только трансплантация, – безучастным тоном сообщила врач, глядя на сорокадевятилетнюю пациентку.

– А без трансплантации? – упавшим голосом спросила взрослая дочь несчастной женщины. Девушка сидела рядом с матерью, держа ту за руку.

Врач поджала губы, всем своим видом давая понять, что не хочет отвечать на этот вопрос, но поскольку посетительницы молчаливо ожидали вердикта, решила уклончиво ответить.

– У Вас редкая прогрессирующая атрофия, разрушающая внутреннюю структуру лёгких. В настоящее время подобное заболевание неизлечимо. Разумеется, исследования ведутся, но когда будет результат, сказать сложно.

Лицо пациентки посерело, а её дочь судорожно сглотнула.

– А трансплантация? Она только платная? – с тоской в голосе спросила девушка.

– Отчего же? Можно и бесплатно, но в порядке очереди, – сухо ответила врач.

– Это понятно, – стараясь сдержать эмоции, сказала пациентка. – А как долго ждать?

– Точно сказать не могу, – вновь уклонилась от прямого ответа врач. – Очередь формируется автоматически, после того как данные пациента вносятся в систему. В личном кабинете Вы сможете увидеть приблизительное время ожидания, которое рассчитывается специальным алгоритмом, основанном на статистических данных с учётом количества очередников и их биометрических параметров. Но, повторюсь, время ожидания приблизительное, оно может варьироваться как в одну, так и в другую сторону.

– А исходя из Вашего опыта, – продолжала расспрашивать девушка, – сколько времени обычно уходит на такое ожидание?

– По-разному, – сказала врач. Её лицо вновь осталось непроницаемым. – Кто-то ждёт месяцы, кто-то – годы. Всё очень индивидуально.

– Ясно, – волнуясь за мать, проговорила девушка. – А если платно? Сколько это будет стоить?

– Сумма тоже будет указана в личном кабинете, – невозмутимым тоном произнесла врач, всё ещё не желая давать точный ответ.

– Но хотя бы приблизительно? – продолжала допытываться девушка.

– К сожалению, у меня нет под рукой цифр, но, сами понимаете, сумма немаленькая. Лёгкие – это важный орган, и найти подходящего донора очень непросто.

– Понятно, – произнесла девушка, хотя ей ничего не было понятно.

– Так мне ставить Вас в очередь или у Вас есть возможность сделать операцию платно? Но должна предупредить, что и в этом случае понадобится некоторое время для подбора донора, – спросила врач, положив руки на сенсорную панель своего компьютера. – Разумеется, в этом случае вопрос будет решён в считанные недели.

– Ставьте в очередь, – решительно произнесла женщина, крепче сжимая руку дочери.

– Очень хорошо, – ответила врач, и её пальцы быстренько забегали по панели клавиатуры. – Если вы найдёте необходимую сумму, тотчас сообщите мне или другому врачу по Вашему выбору, чтобы можно было начать подготовку к операции.

Вместо ответа пациентка судорожно сглотнула, а её дочь покачала головой, прокручивая в голове разные способы быстрого заработка, чтобы помочь матери.

Когда мать и дочь вышли из кабинета врача, то растерянно посмотрели друг на друга.

Диагноз Эриде Муциевне Плетнёвой поставили несколько месяцев назад, когда ей внезапно стало плохо прямо на улице. Женщина долго не могла понять, как могла заболеть, ведь она никогда не курила, вела здоровый образ жизни и её наследственность не внушала опасений. Она всю жизнь проработала на фабрике, производящей микрочипы, и это производство не считалось вредным. Но потом выяснилось, что в самом начале своей деятельности для производства микрочипов на фабрике использовались материалы, приводящие к респираторным заболеваниям, и вероятно, именно тогда в организме Эриды Плетнёвой начались необратимые процессы, повлекшие заболевание её лёгких.

Со временем руководство фабрики полностью сменило технологию производства, перейдя на более безопасные материалы. Всем сотрудникам была выплачена солидная денежная компенсация, которую Эрида Муциевна тут же потратила на покупку дома, ведь тогда она прекрасно себя чувствовала и не думала, что её здоровье сильно пострадало. Тем более со временем их фабрику закрыли, а производство было перенесено в другую местность. Но прошли годы, и Эрида Муциевна стала чувствовать себя всё хуже и хуже.

Сначала она, как, пожалуй, и все женщины, списывала свои недомогания на приближающуюся старость, но затем её здоровье стало резко ухудшаться, пока однажды она не оказалась в больнице, и обследование показало, что у неё эмфизема лёгких.

Терапия не помогала, и состояние Эриды Муциевны продолжало ухудшаться. Паника сменилась принятием неизбежного, и женщина решила положиться на судьбу, какое бы будущее она не готовила.

И хотя умом Эрида Плетнёва понимала, что дни её сочтены, но слабая надежда на чудо всё ещё теплилась в глубине её сердца. Разумеется, достать нужную сумму на покупку донорских органов и на оплату операции было нереально. В настоящий момент она сама жила на государственное пособие, так как была не в состоянии работать, а принуждать единственную дочь залезать в кредитную кабалу ради собственного здоровья она бы никогда не посмела. В конце концов, она уже прожила свою жизнь. Вышла замуж, родила и вырастила прекрасную дочь. Почти тридцать лет она честно трудилась по мере сил, платила налоги и исполняла свой социальный долг перед государством, не нарушая ни единого запрета и выполняя все положенные предписания. Ей не в чем было себя упрекнуть, и даже в том, что муж однажды покинул её, уйдя к другой женщине, Эрида не видела своей вины, потому что всегда была достойной супругой. А мужчины по жизни непостоянны, и пытаться всеми силами привязать их к своей юбке – занятие неблагодарное. Главное, что дочь её радовала, а о большем её материнское сердце и не мечтало.

Юстине Плетнёвой было двадцать шесть, и она была доброй и милой девушкой. Из-за того, что денег всё время не хватало, ей пришлось рано пойти работать. Сначала она трудилась официанткой в кафе, затем была библиотекарем и подрабатывала аниматором на детских праздниках. После устроилась помощником ветеринара, и работа ей нравилась. Девушка проявляла такую чуткость и внимание ко всем животным, что Ясон Приамович, пожилой ветеринар, у которого она трудилась, посоветовал ей получить образование и самой стать ветеринаром, чтобы не растерять свой талант, а заодно иметь гарантированный заработок, который никогда не бывает лишним.

Юстина и сама понимала, что образование необходимо, но на обучение у неё не было ни денег, ни времени. Но Ясон Приамович оказался настойчивым и потому каждый день повторял Юстине, что никогда нельзя упускать шанс улучшить свою жизнь и обеспечить будущее, что со временем девушка и сама стала понимать, что должна хотя бы попытаться сделать то, что ей советовали. К тому же можно было учиться на вечернем отделении (что было гораздо дешевле) и продолжать работать. Более того, Ясон Приамович купил на свои деньги учебники и пообещал помочь Юстине в подготовке к поступлению, и в итоге девушка согласилась. Каждую свободную минуту она занималась и так втянулась, что в какой-то момент отчётливо осознала, что вполне сможет совмещать работу и учёбу, и это заставляло её стараться ещё больше.

Но когда матери поставили неутешительный диагноз, Юстина собралась отказаться от своих планов, решив, что сейчас не время для саморазвития, но Эрида Муциевна не позволила. Наоборот, она присоединилась к настойчивости Ясона Приамовича и стала убеждать дочь в том, что в нынешней ситуации тем более стоит задуматься о будущем. У Юстины должна быть денежная профессия, ведь только в этом случае сердце матери будет спокойно за дочь. И все попытки Юстины пожертвовать своим будущим ради помощи матери в настоящем, Эридой Плетнёвой отвергались на корню. Женщина даже позвонила Ясону Приамовичу, чтобы тот со своей стороны помог убедить Юстину в том, что ей не следует отказываться от своих планов, так как это всё равно не поможет излечить Эриду, но зато усугубит её душевные муки за то, что она отнимает жизнь у своей дочери. И Ясон Приамович постарался сделать всё, что от него зависело, чтобы Юстина продолжила подготовку к экзаменам и постаралась сдать их как можно лучше, чтобы порадовать мать. И в итоге всё пошло своим чередом: Эрида Муциевна стала проходить лечение и старалась лишний раз не тревожить дочь своими проблемами, а Юстина продолжала работать и готовиться к экзаменам, чтобы через несколько лет стать дипломированным ветеринаром. И вот теперь, когда всё, казалось бы, если не наладилось, то хотя бы шло привычным путём, слова лечащего врача Эриды Муциевны полностью выбили почву из-под ног и у матери, и у дочери.

– Возможно, очередь не такая уж и большая, – как можно непринуждённее проговорила женщина, обращаясь к дочери. – Несколько месяцев я могу подождать. Даже пару лет, если потребуется.

– Да, – упавшим голосом ответила Юстина, стараясь не разрыдаться. – Всё может быть. Мы же не знаем.

– Конечно! – продолжила приободрять себя и дочь Эрида Муциевна. – Помнишь, врач сказала, что некоторым везёт, и донора находят очень быстро?

– Помню, – быстро вытирая слёзы, чтобы не заметила мать, ответила Юстина. – Тем более что база общая, на всю страну. Если бы речь шла только о нашем городе или даже области, тогда конечно, особо рассчитывать было бы не на что. А так вполне возможно. Страна большая!

– И я о том же! – подхватила идею дочери Эрида Муциевна. – Вот придём домой, зайдём на сайт здравоохранения и всё посмотрим! Вдруг нам и волноваться не о чем?

– Можем и сейчас посмотреть, – сказала Юстина и достала из кармана кофты смартфон.

– Нет! – быстро положила свою руку на руку дочери Эрида Муциевна. – Посмотрим дома! Врач только что внесла мои данные в систему, так что возможно они ещё не загрузились. Или проходят какую-нибудь проверку, – принялась придумывать отговорки женщина.

– Ты права, – не стала спорить Юстина и убрала смартфон обратно. Ей тоже было страшно заходить в личный кабинет матери. Кто знает, что они там увидят?

Мать и дочь добрались до дома, но и там они не торопились проверять личный кабинет Эриды Муциевны. Вместо этого женщина предложила дочери пообедать, и та согласилась.

Разогрев суп, Эрида Муциевна разлила его по тарелкам и сама села за стол. Юстина присела рядом, но едва она взяла в руки ложку, как поняла, что не может есть.

Девушка посмотрела на мать, но и та невидящим взглядом глядела в свою тарелку, словно не понимала, что находится перед ней.

– Может, уже пора? – робко спросила дочь, и мать кивнула.

– Я тоже думаю, стоит проверить. А суп можно будет снова разогреть.

После этого женщины поднялись из-за стола и направились к домашнему компьютеру. Юстина включила его и открыла сайт государственных услуг. Затем Эрида Муциевна по паролю вошла в личный кабинет, после чего с замиранием сердца нажала на вкладку «здравоохранение». Там была изложена вся история её болезни и уже проведённое лечение. В конце было указано, что пациентке рекомендована трансплантация и имелась ссылка, по которой следовало перейти, чтобы в реальном времени узнать номер своей очереди. Но Эрида Муциевна не торопилась это делать. Она с волнением посмотрела на дочь, но увидела в глазах Юстины такой же страх, какой испытывала сама. И чтобы не увеличивать своё волнение и волнение дочери ещё больше, Эрида решительно перешла по ссылке, и тут же на экране появились цифры, от которых ей стало дурно, потому что, согласно им, пациентка Эрида Муциевна Плетнёва была тридцать четыре тысячи восемьсот пятьдесят первой в очереди на трансплантацию лёгких, а примерное время ожидания операции составляло девятнадцать лет и десять месяцев.

– Что? – еле выдохнула Юстина, когда увидела на экране компьютера приговор матери. – Это, наверное, ошибка! Нужно обновить страницу!

Но Эрида Муциевна не двигалась. Её будто парализовало.

Тогда девушка сама нажала на обновление, но появившиеся через некоторое время цифры остались прежними.

– Наверное, здесь должна быть запятая или точка, просто на нашем мониторе не видно! Наверное, ты триста сорок восьмая, или, в крайнем случае, три тысячи четыреста восемьдесят пятая. Не может быть, чтобы очередь была такой длинной! – принялась возмущаться Юстина, но мать совершенно не реагировала на слова дочери. – Какой пациент будет ждать операции почти двадцать лет? Они там совсем не соображают, что ли?

Поскольку Эрида Муциевна продолжала молчать, Юстина сказала:

– Давай позвоним на горячую линию и спросим, что у них случилось с программой? Почему она выдаёт такие сумасшедшие цифры?

И девушка потянулась к своему смартфону, но мать остановила её.

– Не нужно, – слабым голосом произнесла Эрида Муциевна. – Значит, это судьба. Я прожила столько, сколько мне было отмерено. Надо просто принять этот факт.

– Что ты говоришь? – воскликнула Юстина, не поверив услышанному. – Ты предлагаешь сдаться?

– А что нам остаётся? – со слезами на глазах ответила женщина.

– Бороться! Бороться до последнего! А для начала поговорить с оператором и узнать, нет ли в системе ошибки. Ведь если бы очередь была такой огромной, нас бы предупредили! Разве нет?

– Не знаю, – тихо проговорила женщина. – Я ничего не знаю.

– Я тоже не знаю, – решительно заявила Юстина, – но намерена это выяснить!

И девушка принялась набирать номер горячей линии, однако ей долго не удавалось дозвониться. Юстина уже начала терять терпение, но, несмотря на протесты матери, продолжала попытки. И вот после очередного набора номера пошло соединение, однако Юстине ответил не живой человек, а робот, который лишь повторял заложенные в его программу фразы, смысл которых сводился к одному: вся необходимая информация имеется на сайте, а если у вас есть вопросы, необходимо написать в чат технической поддержки, что Юстина и сделала, завершив бесполезный телефонный звонок. Однако и представитель технической поддержки также не помог, так как все его ответы свелись к одному: внимательней читайте информацию на сайте, а если в программе и произошёл сбой, его устранят в ближайшее время.

Вконец обессилев, Юстина отложила в сторону смартфон и отодвинулась от компьютера.

– Я всё равно с этим разберусь! – твёрдо заявила она матери. – Такого не может быть, чтобы трансплантации нужно было ждать так долго! Или у них ошибка или есть способ всё ускорить. Нужно просто это выяснить.

– Конечно, способ есть, – грустным голосом сказала мать. – За деньги. Только у нас их нет.

– Значит, мы их найдём! – решительно заявила Юстина. – Найду подработку, возьму кредит. Думаешь, я позволю тебе умереть?

– Мать не должна вынуждать дочь идти на такие жертвы, – с болью в голосе сказала Эрида. – Это родители должны создавать детям будущее, а не наоборот.

– Мама! – сквозь слёзы проговорила Юстина. – Я не могу, понимаешь, не могу смотреть как ты умираешь! Не могу просто сидеть и ждать!

– А ты и не должна ждать. Ты должна жить своей жизнью. Только так ты поможешь мне пройти через это. Если я буду знать, что с тобой всё в порядке, у тебя есть работа, есть образование, есть будущее, только тогда я смогу уйти со спокойной душой, – чуть слышно сказала мать, стараясь не разрыдаться.

– Даже если ты сможешь, я не смогу! – с надрывом проговорила Юстина. – Я не смогу жить, зная, что не сделала всё, что от меня зависело, чтобы помочь тебе! Поэтому давай попробуем узнать, сколько стоит операция и донорские органы, а потом будем решить, что делать. Может быть, сумма не такая уж и большая.

Эрида Муциевна вздохнула и пожала плечами.

– Давай узнаем, – сказала она без особой надежды, но дочь уже начала действовать.

Юстина вновь принялась внимательно изучать информацию о трансплантации в личном кабинете матери и заметила внизу ссылку для перехода на страницу платных услуг. Перейдя по ссылке, она открыла таблицу, где были указаны все расценки, и от прочитанного ей стало ещё хуже.

А тем временем Эрида Муциевна тоже пододвинулась к компьютеру и увидела то же, что и дочь.

– Таких денег мы не заработаем, – обречённым голосом сказала женщина, отходя от компьютера.

– Ну почему? Можно продать дом, а на оставшуюся сумму взять кредит, – принялась рассуждать Юстина, но Эрида Муциевна отрицательно покачала головой.

– Даже если продать дом, это будет меньше половины нужной суммы. А даже если мы это сделаем, то нужно будет где-то жить и понадобятся деньги на съём жилья. А если нужно будет ещё и гасить кредит, то на что жить? Вряд ли я смогу много работать, а вынуждать тебя работать от зари до зари без выходных и отпусков на протяжении десятилетий – полное безумие. Ты сломаешься, заболеешь или сорвёшься. А это слишком большая цена за то, чтобы я могла ещё некоторое время ходить по этой земле.

– Но мы можем попросить денег. Например, у тёти Аиды, – продолжала предлагать идеи Юстина, вспомнив о сестре матери.

– У Аиды четверо детей. Вряд ли она сможет что-то дать мне. Даже если и выручит, это будет небольшая сумма, – скептически ответила ей мать.

– Всё равно! Нужно попробовать! – не разделяла пессимизма матери Юстина. – А ещё… – тут девушка запнулась, посмотрела на мать, после чего быстро проговорила. – Можно попросить папу.

На лице Эриды появилась горькая усмешка.

– От него и раньше помощи-то не было. Сомневаюсь, чтобы сейчас он вдруг согласился дать денег.

– Так то было раньше! – ухватилась за свою идею Юстина. – Сейчас другое дело! Вряд ли он откажет, когда узнает твой диагноз.

– Я в этом не уверена, – не соглашалась с дочерью Эрида. – Ты была маленькой, когда он ушёл, и плохо его помнишь. Он и раньше не был образцовым семьянином, и теперь, думаю, вряд ли захочет помочь.

– А вдруг он изменился? – продолжала стоять на своём девушка. – Когда мы встречались с ним на каникулах, он не казался мне жадным. Он всегда покупал мороженое и конфеты.

– Мороженое и конфеты недорого стоят, – со вздохом сказала мать. – Да и каникулы бывают нечасто. А когда ты окончила школу и я попросила у него денег, чтобы оплатить твою учёбу, он отказал.

– Правда? – удивилась Юстина. – Ты мне не говорила!

– А зачем? Чтобы испортить твоё отношение к отцу?

– Но я должна была знать! – продолжала настаивать Юстина. – Тогда я могла бы сама его спросить!

– Что спросить, дочка? Почему он вычеркнул нас из своей жизни? Но это случилось уже очень давно, – с грустью произнесла Эрида.

– Всё равно! Он мог бы сказать мне прямо! Объяснить!

– Поверь, он нашёл бы удобную отговорку, которой бы ты поверила, да ещё и защищать его стала. Я этого не хотела. Он сделал свой выбор, когда ушёл от нас.

– Но у него и вправду могли быть причины…

– О чём я и говорила, – со вздохом заметила Эрида и принялась ходить по комнате. – Ты всегда будешь его защищать. По крайней мере, до тех пор, пока он не сделает что-то, что позволит тебе увидеть его истинное лицо.

– В любом случае, сейчас другая ситуация, – не отступалась Юстина. – Одно дело – отказаться оплатить учёбу молодой здоровой дочери, а другое – отказаться помочь жене, пусть даже и бывшей, которая смертельно больна. Эти вещи абсолютно несопоставимы!

– Не для всех, – устало проговорила Эрида и присела на ближайший стул.

– А я попробую! – не успокаивалась Юстина. – Сама ему позвоню! В прошлый раз, помню, мы очень хорошо с ним поговорили. Папа даже предлагал встретиться, но не получилось. А вот сейчас как раз подходящий повод для этого. Позвоню ему, всё расскажу и не сомневаюсь, что он не только захочет помочь, но и примчится сюда со всех ног. Увидишь!

– Что ж, дочка, буду рада ошибиться, – улыбнувшись, сказала Эрида.

– Да! – обрадовавшись такому решению, громко заявила Юстина. – Я позвоню ему и позвоню прямо сейчас!

И девушка вновь взяла в руки смартфон и набрала номер отца, но ответом ей были лишь долгие гудки. Тогда Юстина повторила вызов, но и в этот раз Модест Аркадьевич, отец девушки и бывший муж Эриды Муциевны, не ответил на звонок.

– Наверное, он занят, – с досадой проговорила Юстина, откладывая в сторону телефон. – Но когда он увидит, что я звонила, сразу же перезвонит. Так что подождём.

– Подождём, – вторила ей мать, однако энтузиазм исчез из её голоса.

Сама же Эрида Муциевна набрала номер сестры и, едва сдерживая слёзы, рассказала о своём плачевном положении.

Аида долго сокрушалась и причитала, узнав о состоянии сестры, потом принялась ругать врачей, которые не способны вылечить относительно молодую женщину, а затем сказала, что поговорит с мужем насчёт денег, но, к сожалению, сейчас у него нелёгкие времена, премий совсем не платят, а зарплату частенько задерживают. Они сами еле сводят концы с концами. Но разумеется, для родной сестры ничего не жалко, и если она сможет наскрести хоть какую-нибудь сумму, то непременно отдаст её любимой сестрёнке, чтобы та смогла использовать её на своё лечение. Так завершился разговор двух сестёр, после которого на душе у Эриды стало ещё хуже.

Она знала, что Аида вряд ли поможет ей с деньгами, но надеялась услышать от сестры хотя бы слова поддержки и оптимистичное заверение в том, что всё будет хорошо, нужно лишь верить, и даже предложит какой-нибудь план, но этого не случилось. Аида, как и прежде, думала лишь о себе и собственных чувствах, а также о тех проблемах, которые может повлечь за собой болезнь сестры, но нисколько не думала о том, что может чувствовать сейчас сама Эрида. Каково ей жить, зная, что дни её сочтены, и сохранять при этом бодрое расположение духа перед всеми остальными, тогда как хочется реветь от бессилия и крушить всё, что попадётся под руку.

Но женщина постаралась спрятать эти чувства как можно глубже в своей душе, а дочери сказала, что Аида обещала помочь, но не сейчас, а позднее, да и сумма будет небольшая, но в нынешней ситуации нужно быть благодарной даже за эту мелочь.

Юстина слегка расстроилась, услышав об этом, но девушка всё ещё надеялась на помощь отца и потому с ещё большим нетерпением стала ждать его звонка, пребывая в полной уверенности, что получит от него реальную помощь.

До поздней ночи Юстина ждала, что отец перезвонит, и даже оставила ему сообщение, но Модест Аркадьевич так и не ответил. И лишь на следующий день, когда девушка была на работе и во время обеденного перерыва в очередной раз безо всякой надежды набрала номер отца, то услышала в трубке его голос.

– Папа, – сказала Юстина и радостно вздохнула.

– Дочка! – обрадованно ответил Модест Аркадьевич, будто только и ждал её звонка, хотя в любой момент мог сам набрать её номер. – Не поверишь, но я реально собирался тебе позвонить. Всё думал, думал, выбирал время. Ты ведь, наверное, занята? Работаешь?

– Да, папа, я работаю

– Отлично! Я знал, что ты у меня серьёзная девочка. Глупостями заниматься не станешь, – продолжал хвалить дочь Модест Аркадьевич, впрочем, не сильно интересуясь профилем работы Юстины.

– Папа, – перебивая отца, произнесла Юстина, робко пытаясь перевести разговор на менее радужную тему. – Мама больна.

– Что ж, дочка, мы не молодеем, – без малейшей грусти ответил Модест Аркадьевич, даже не поинтересовавшись диагнозом бывшей жены. – Я вот тоже недавно так простыл! Три недели кашлял. До сих пор немного хриплю. Слышишь?

– Да, – сказала Юстина, хотя не уловила в голосе отца ни единой хриплой ноты, но чтобы убедить дочь, Модест Аркадьевич нарочно покашлял.

– Слышала? В последнее время у меня вообще одни неприятности. Вот заболел. И с работой беда.

– Папа, у мамы эмфизема лёгких. Ей нужна пересадка органов, – вновь перебив отца, сообщила Юстина.

– Да, дочка! Кругом одни проблемы, – сокрушённым голосом ответил Модест Аркадьевич, но по его тону было заметно, что единственный человек, чьи проблемы его действительно волновали, был он сам.

– Папа, нам нужны деньги, – сказала Юстина и замерла в ожидании ответа.

– Ох, дочка, с деньгами совсем худо, – продолжая сокрушаться, проговорил отец. – Меня же уволили! Не хотел говорить, но раз уж ты сама спросила.

– Уволили? – удивившись неприятной новости, переспросила Юстина, пытаясь принять очередное крушение надежд.

– Да, дочка, уволили. Не подхожу я им. Старый стал, – принялся жаловаться отец. – Вот заболел, а лекарства купить не на что. Потому и болел долго, что нечем было лечиться.

– А жена твоя? Что ж она тебе лекарств не купила?

– Жена… – тяжело вздыхая, произнёс Модест Аркадьевич. – Жена, дочка, сбежала. Как только меня уволили, так вещички собрала и сбежала. Не нужен я ей без денег!

– Мне жаль, папа, – посочувствовала отцу Юстина, хотя его проблемы были не такими уж печальными, как у матери.

– Раз уж ты позвонила и у тебя есть работа, не одолжишь отцу немного деньжат, а? – неожиданно попросил Модест Аркадьевич. – На первое время. А потом подзаработаю и всё верну! Мне тут приятель халтурку обещал, так что деньги у меня будут.

Юстина подумала, что ослышалась.

– Папа, маме нужны деньги на операцию! Она умирает!

– Все мы когда-нибудь умрём, – без тени сострадания произнёс Модест Аркадьевич.

– Но она умирает прямо сейчас! – в отчаянии воскликнула Юстина, поражённая бесчувственностью отца.

– Что ж, дочка, так бывает. Кто-то уходит раньше, кто-то позже. Вот сейчас настал черёд твоей матери.

– Папа, но её ещё можно спасти! Просто нужны деньги! – продолжала девушка пытаться достучаться до отца.

– Но я же сказал: я на мели! Самому кто бы деньжат подкинул!

– Но у тебя есть машина, дом, – принялась предлагать Юстина. – Машину можно продать, дом заложить. Вот и будет деньги!

– Проснулась! Если бы всё так просто решалось, стал бы я просить у тебя? – язвительно произнёс Модест Аркадьевич. – Машина жены, а дом за долги скоро заберут. Официально я нищий. Что я могу продать? Свои штаны?

– Папа, но что-то нужно делать! Мы должны спасти маму!

– Я не могу ей помочь, – ответил Модест Аркадьевич. – Пусть у других просит. У неё же должны быть друзья. Пусть они ей помогают. И помнится, у неё была сестра. Что она у сестры не попросила?

– Она попросила, – ответила Юстина. – Но у тёти Аиды сейчас нет денег. Она обещала потом помочь.

– Вот! – обрадовался Модест Аркадьевич. – Это правильно! Сёстры должны помогать друг другу.

– Папа, но это будет небольшая сумма. Её не хватит, чтобы оплатить операцию и донорские органы.

– Всё равно, – стоял на своём отец. – Начало положено. Да и ты работаешь. Эрида тоже могла бы подзаработать. В конце концов, это ей нужна операция, а не мне.

– Папа, ты даже не представляешь, о какой сумме идёт речь! Такие деньги быстро не заработаешь, – с горечью проговорила Юстина.

– Но ведь операция и не завтра, верно? И даже не в следующем месяце, – отказывался увидеть очевидное непутёвый муж. – Поработаете годик-другой, сэкономите, немного займёте, вот и будут деньги на операцию!

– У мамы может не быть этих двух лет! Да и работать она уже не может, – грустно возразила Юстина, понимая, что отец просто не хочет им помогать.

– Что ж, дочка, у каждого своя судьба. И если черёд твоей матери уже подошёл, то я, слава Богу, ещё жив и здоров. Поэтому не могла бы ты прямо сейчас выручить своего старика? Мне и нужно-то буквально на первое время! А там я снова начну работать. Мне обещали, я же говорил.

Юстина тяжело вздохнула.

– Мне пора, папа. Перерыв заканчивается.

– Так что, дочка, поможешь отцу? – продолжал просить деньги Модест Аркадьевич. – Может, встретимся вечерком, и ты мне передашь?

– Вечером я занята, – сдержанно ответила Юстина.

– А как насчёт завтрашнего дня? Завтра мы могли бы встретиться и куда-нибудь сходить вместе. Как раньше, помнишь?

– Я и завтра занята, – резко проговорила девушка. – Прощай, папа!

– Ну так я позвоню тебе насчёт денег, ладно? Напомню, – не желал понимать намёков отец. – На днях позвоню. Выберешь минутку для встречи. В конце концов, я и на работу могу к тебе приехать. Ты где сейчас работаешь?

– В ветеринарной клинике, – не стала врать Юстина.

– Да ты врач! – поразился приятной новости Модест Аркадьевич.

– Я всего лишь помощник ветеринара, – скромно ответила Юстина, чтобы сбить спесь с отца.

– Всё равно! Важный человек! И деньги, наверное, хорошие платят?

– Нет, папа, платят очень мало, поэтому я собиралась пойти учиться.

– О-о, какие у тебя планы! Так ты точно сможешь много заработать! Вот и будет мне помощь в старости! Не зря дочку вырастил!

От этих слов Юстине захотелось закричать и высказать отцу кое-что очень обидное, но она сдержалась.

– Мне пора, папа. Меня уже зовут, – только и сказала она.

– Конечно-конечно, доченька! Ты важный человек на хорошей работе. Иди, деточка. Я потом тебе позвоню.

Тут Юстина не выдержала и нажала на кнопку сброса звонка.

Всё было ещё хуже, чем Юстина думала. Мало того что отец не желал им помогать, так он ещё и сам рассчитывал на её помощь! Отлично устроился! Всю жизнь жил, не напрягаясь, не став нормальным мужем и отцом, а теперь, когда на горизонте замаячила старость, решил стрясти плоды с тех деревьев, которые не растил и за которыми никогда не ухаживал. А ведь мама предупреждала, что он за человек! Но Юстина, по молодости да по наивности, не верила, а точнее, не хотела замечать очевидного. И возможно, ещё долго не замечала бы, если бы не внезапное несчастье с матерью. Модест Аркадьевич с такой лёгкостью отказался помочь, что Юстине стало не по себе. Как можно отказать близкому человеку в такой ситуации? Она бы точно не смогла. Сняла бы с себя последнюю рубаху, залезла бы в долги и работала бы до седьмого пота, но достала бы нужную сумму денег. Она и сейчас собиралась так поступить, хотя мать запретила даже думать об этом. Но Юстина планировала нарушить этот запрет.

И в этот момент Юстина отчётливо ощутила, как сильно ей не хватает рядом близкого человека. Нет, не мамы, а скорее верной подруги или сестры. Такой, чтобы с ней можно было поделиться любым секретом, любой проблемой, и быть уверенной, что тебя выслушают, поймут и поддержат. Хотя бы морально.

Юстина всегда хотела иметь сестру, но к сожалению, она была единственным ребёнком как у матери, так и у отца. Хотя практически всё её знакомые и одноклассники имели братьев и сестёр, а всё потому, что в их стране на законодательном уровне были запрещены аборты. Поэтому практически каждая здоровая беременность заканчивалась рождением ребёнка. Если же женщина не желала оставлять ребёнка себе, она могла без каких-либо правовых и моральных последствий отказаться от малыша в родильном доме, отдав его на попечение государства, или же оставив в бэби-боксе, если решение было принято уже после выписки из роддома. Но обычно молодые женщины, особенно замужние, оставляли всех детей себе, а после рождения двух-трёх малышей проходили процедуру стерилизации, что благополучно закрывало для них вопрос нежелательной беременности. Однако Эрида Муциевна стерилизацию не делала, и Юстина очень надеялась, что однажды у неё появится братик или сестричка. И лучше эта была бы сестричка, которая стала бы для Юстины лучшей подругой. Но Эрида Муциевна пробыла в браке совсем недолго и после ухода мужа больше не вступала в отношения с мужчинами. И хотя в детстве Юстина очень просила маму подарить ей сестричку, Эрида Муциевна с сожалением объясняла дочери, что не сможет в одиночку вырастить ещё одного ребёнка, а хороший мужчина ей пока не встретился.

Даже когда Юстина выросла, она продолжала мечтать о сестрёнке. Мысленно она разговаривала со своей будущей сестрой, делилась с ней своими переживаниями и ждала встречи с малышкой. Юстина до последнего надеялась, что мать сможет устроить свою личную жизнь и родит ещё одного ребёнка, но с каждым годом эти надежды таяли как апрельский снег. А когда мама заболела, стало ясно, что этим мечтам не суждено сбыться. Юстина очень переживала за маму, и мечты о сестре постепенно стали покидать её. И лишь иногда, когда случалась какая-нибудь неприятность и на Юстину накатывала волна отчаяния, она вновь испытывала сожаление о том, что является единственным ребёнком, который вынужден в одиночку тащить на себе все невзгоды этого мира.

Вернувшись на своё рабочее место, девушка всё ещё пребывала в глубокой задумчивости и потому медленней обычного реагировала на любые просьбы Ясона Приамовича, и мужчина заметил это.

– Голубушка, что случилось? В последнее время ты сама не своя, – деликатно поинтересовался он, и Юстина не выдержала.

Она расплакалась, после чего рассказала боссу всё, что так волновало её.

Ясон Приамович знал, что мама Юстины больна и проходит лечение, но то, что её ситуация настолько безнадёжна, он и не подозревал.

– Мне очень жаль твою маму, – искренне сказал он и нежно коснулся головы Юстины, чтобы погладить. – Бедная девочка! Сколько на тебя свалилось!

– Я так рассчитывала, что папа поможет, – сквозь слёзы проговорила Юстина. – Была уверена, что он, узнав, как всё плохо, немедленно приедет к нам. Я, конечно, не думала, что у него есть вся нужная маме сумма, но я надеялась, что он сделает хоть что-то! Или, по крайней мере, пообещает сделать. Как тётя Аида. Но он не только ничего не сделал, он ещё и у меня денег попросил. Представляете? У меня! Это отец должен помогать дочери, а не наоборот! Собственно, он и раньше ничего для нас с мамой не делал. Так что нечего удивляться. Но почему-то я была уверена, что сейчас, именно сейчас, когда он нам с мамой так нужен, в нём проснётся совесть и он покажет себя настоящим мужчиной! Но ему будто всё равно. Всё равно, что мама умирает!

Тут Юстина всхлипнула, а Ясон Приамович снова погладил девочку по голове.

– Думаю, ему и в самом деле всё равно, – продолжила говорить Юстина. – Именно поэтому мне сейчас так плохо. Потому что знаю: никто нам не поможет, и мама умрёт.

– Не хочу сильно обнадёживать, – заговорил тогда Ясон Приамович, – ситуация и в самом деле крайне непростая. Но я всё же врач, хоть и для животных. И в медицинских кругах у меня есть кое-какие знакомства. И потому я постараюсь что-нибудь разузнать про трансплантацию лёгких и есть ли способ ускорить очередь или, хотя бы снизить стоимость операции. Советую твоей маме тоже поработать в этом направлении. Вдруг у неё имеются какие-то льготы? Пусть обратится в социальную службу. Они изучат её документы и скажут, на что она может рассчитывать. Опускать руки рано! Ещё есть время предпринять некоторые шаги и спасти маму!

Выслушав Ясона Приамовича, Юстина воспрянула духом. Значит, не всё потеряно. Значит, шанс ещё есть. И просветлённым взглядом девушка посмотрела на Ясона Приамовича.

– Другое дело! С этой минуты никаких упаднических мыслей! Настрой самый оптимистичный! Уверен, маме и так нелегко, поэтому нужно не только помогать ей с решением финансовых проблем, но и стать источником позитивных эмоций. Это в любом случае поможет выздоровлению, как врач говорю!

Юстина улыбнулась.

– Этой улыбки я и ждал, – улыбнувшись в ответ, сказал Ясон Приамович. – А теперь за работу! Наши подопечные и так слишком заждались.

И успокоившись, Юстина направилась в приёмную, чтобы пригласить следующего пушистого пациента, которому требовалась помощь доктора. А уже вечером девушка передала матери и разговор с отцом, и совет Ясона Приамовича.

– Я не удивлена, – усталым голосом проговорила Эрида, когда дочь поведала ей о словах отца. – Честно говоря, я бы удивилась, если бы Модест захотел помочь или хотя бы позвонил мне, чтобы сказать пару слов поддержки.

Тут женщина тяжело вздохнула, и было видно, что ей всё равно было больно услышать такое от бывшего мужа. Но когда Юстина передала ей слова Ясона Приамовича и настоятельно велела сходить в органы социальной защиты, Эрида Муциевна согласилась.

– Ты права, дочка. И начальник твой прав. Я всю жизнь честно трудилась, и возможно, имею какие-то льготы, о которых пока не знаю. Нужно выяснить это! И если это действительно так, то значит, мы ещё можем побороться.

– Конечно, мама! – воодушевившись, согласилась дочь. – Сделай то, что велел Ясон Приамович, ведь мы ничего не знаем о своих правах! И вообще, было бы неплохо сходить на консультацию к адвокату. Вдруг есть закон, который поможет тебе?

– Ох, дочка, адвокаты денег стоят! А у меня их нет. Давай сначала я схожу в соцзащиту и послушаю, что там скажут. А дальше посмотрим.

– Да, мама. И подождём, что узнает Ясон Приамович. Всё же он опытный врач и знающий человек, и у него должно быть много знакомых в медицинских кругах. Вдруг среди них найдётся даже тот, который решает эти вопросы? Представляешь, как было бы здорово, если бы он взял и поставил тебя в начало очереди? – неожиданно размечталась Юстина.

Эрида улыбнулась.

– Это было бы просто замечательно, – не стала она разочаровывать дочь.

С высоты прожитых лет Эрида Муциевна видела гораздо больше, чем юная Юстина. Женщина уже не верила в чудеса, но совет Ясона Приамовича о посещении органов социальной защиты показался ей действительно здравым. И почему она раньше об этом не подумала? В любом случае стоило попытаться узнать об имевшихся у неё льготах, и потому Эрида Муциевна трепетно обняла дочь и так ласково на неё посмотрела, что Юстина вмиг успокоилась. Все волнения последних дней улетучились, и девушка вновь ощутила себя беззаботным ребёнком, которому не страшны никакие проблемы, потому что рядом есть мама, которая легко избавит тебя от них.

Прошло несколько дней. Юстина продолжала ходить на работу и штудировать экзаменационные материалы, а её мама посетила местные органы социальной защиты, подала все необходимые документы на рассмотрение и ждала ответа на свой запрос. И вот пришёл ответ. Эрида Муциевна прочла несколько строчек на официальном бланке, который вручил ей равнодушный чиновник, и сердце женщины горестно заколотилось. В ответе было сказано, что гражданка Эрида Муциевна Плетнёва не относится ни к одной из льготных категорий, и потому не может претендовать на внеочередную операцию по трансплантации лёгких.

В отчаянии женщина вновь пошла на приём и, еле сдерживая рыдания, обратилась к сотруднику в окне консультаций с вопросом: что же ей делать дальше? И молодой мужчина, который, видимо, ещё не успел окончательно зачерстветь на своей службе, доверительно шепнул Эриде Муциевне, что если бы у неё была хоть какая-нибудь правительственная или ведомственная награда, например, медаль или орден, то её дело приняло бы совсем другой оборот.

– Нет ли у Вас возможности получить такую награду? – доверительным шёпотом спросил женщину молодой человек.

– Откуда? – расстроенным голосом ответила Эрида.

– Но Вы долгое время работали на одном предприятии. Обычно в таких случаях работников поощряют за выслугу лет и преданность своему делу.

– Может быть, – пожала плечами Эрида Муциевна. – Только фабрика, на которой я проработала почти тридцать лет, закрылась, а производство было перенесено в другой регион.

– Конечно, это печально, но Вы могли бы направить запрос на новый адрес этой фабрики. Изложите ситуацию, перечислите свои заслуги. Возможно, они пойдут Вам навстречу, – предложил молодой чиновник.

– Вы сами-то в это верите? – с грустью в голосе спросила Эрида Муциевна. – Сомневаюсь, что моё письмо вообще прочтут.

– А Вы попробуйте! Что Вы теряете? – настойчиво повторил молодой мужчина, и в какой-то момент Эрида Плетнёва и сама поверила, что это выход. Разве мало она трудилась? Разве её трудовая биография не настолько безупречна, что её нельзя поощрить какой-нибудь скромной медалью? И она поблагодарила чиновника и пошла домой, чтобы в тишине обдумать то, что следует написать в таком письме.

Дома Эрида собралась с мыслями, положила перед собой листок бумаги, взяла в руки авторучку и принялась писать. Она подробно описала всю свою биографию, включая замужество и рождение дочери. Так же честно поведала о том, когда начала свою трудовую деятельность и на каких должностях трудилась. Затем указала про сокращение на производстве и редкое заболевание, которое у неё обнаружили. Вкратце упомянула о своём бедственном финансовом положении, после чего попросила рассмотреть вопрос о том, не может ли она претендовать на какую-нибудь награду, так как это очень помогло бы ей встать на льготную очередь на операцию по пересадке донорских органов. Закончив писать, Эрида перечитала написанное и осталась вполне довольна. Она подумала о том, что будь она сама на месте чиновника, распределяющего награды, то непременно подписала бы это прошение, чтобы спасти жизнь человека, так верно и преданно трудившегося на протяжении долгого времени, к тому же ещё и достойного гражданина своей страны.

Эрида хотела сразу же отправить это письмо, но решила, что стоит показать его дочери, чтобы та свежим взглядом оценила эпистолярный стиль матери, а заодно и высказала своё мнение о целесообразности самого обращения. Однако когда Юстина вернулась домой, и Эрида Муциевна принялась рассказывать ей о своих новостях, девушка повела себя слишком рассеяно, и матери пришлось по нескольку раз всё пересказывать.

– Что случилось, дочка? Мне кажется, ты совсем меня не слушаешь, – удивлённо заключила женщина, когда Юстина в очередной раз не ответила на какой-то её вопрос.

– Нет, мама, я тебя слушаю, – всё ещё пребывая в своих мыслях, задумчиво проговорила Юстина.

– И что я сказала? – решила проверить дочь Эрида.

– Ты рассказала, что ходила в органы социальной защиты и там встретила приятного молодого человека, – вспоминая услышанное, ответила Юстина.

– Так и есть, – убедившись, что дочь всё же её слушала, ответила женщина. – Так ты прочтёшь письмо, которое я написала?

– Какое письмо? – удивлённо спросила Юстина, посмотрев на мать.

– Я же тебе только что рассказала! Письмо на прежнюю мою работу. А точнее, на то предприятие, которое теперь занимается производством микрочипов.

– И зачем ты им написала? – ещё сильнее удивившись, спросила Юстина.

– А сказала, что слушаешь, – по-доброму улыбнувшись, ответила мать, после чего снова пересказала о том, что если бы у неё была хоть одна награда, то вопрос с операцией решился бы намного быстрее.

– Попробуй, – без энтузиазма ответила Юстина, всё ещё пребывая где-то в облаках.

– И ты не станешь меня отговаривать? – в свою очередь удивилась мать. – Я была уверена, что ты не поддержишь меня.

– Почему? – автоматически произнесла Юстина, хотя в её голосе не было и намёка на желание получить ответ.

– Не знаю, – пожала плечами Эрида. – Из духа противоречия, например.

– А зачем мне противоречить? Идея-то хорошая.

– Да? – подняв брови, произнесла Эрида. – Какая-то ты чересчур покладистая сегодня! Впрочем, для девочки это хорошо. Покладистых девушек всегда охотней берут замуж.

– Вообще-то мне пока не до замужества, – оживившись, проговорила Юстина. – Сама же хочешь, чтобы я училась!

– Очень хочу! Даже не представляешь, насколько сильно хочу! – решительно заявила Эрида. – С престижным образованием у тебя всегда будет работа и приличный заработок. А это очень важно, даже когда у тебя есть муж.

– Что с тобой сегодня? – меняя тему, спросила Юстина. – Не иначе как решила сосватать меня за того чиновника, с которым сегодня общалась?

– Почему бы нет? – вдохновившись неожиданной идеей, произнесла женщина. – Очень приятный молодой человек. При должности. И так любезно говорил со мной. Может, в следующий раз вместе пойдём туда?

– Мама! – воскликнула Юстина. – Я пока не хочу замуж! Давай сначала сделаем тебе операцию, а уже потом будем думать обо всём остальном.

– Ты знаешь, дочка, я только сегодня поверила, что всё может получиться. Этот молодой человек своими словами словно вдохнул в меня жизнь. Я ведь и вправду могу получить орден или медаль, и тогда… Ох! – мечтательно произнесла Эрида. – Неужели всё это станет правдой? Мне не нужно будет умирать и я проживу ещё лет двадцать или даже тридцать, выдам тебя замуж, увижу внуков… Как это будет прекрасно, доченька!

– Конечно, ты будешь жить и проживёшь не двадцать и не тридцать, а целых сорок лет! Да, сорок! – убеждённо произнесла Юстина, подхватив настрой матери. – Ты ещё сама можешь выйти замуж! Почему бы нет?

– Замуж? Мне? Ты шутишь? – смеясь, проговорила женщина. – Я своё уже отжила. Если я и буду жить дальше, то только ради тебя и твоих детей.

– Нечего себя в старушки записывать! – одёрнула её девушка. – Молода ты ещё для внуков!

И Эрида не стала спорить, лишь обняла дочь. Счастливая улыбка была на лице женщины.

– Ты даже не представляешь, как я люблю тебя! – сказала она дочери.

– И я тебя, – ответила Юстина, стараясь скрыть непрошенную грусть, которая весь день томила её.

А грустила Юстина вот почему.

Ещё днём, во время небольшого окна, которое образовалось в расписании Ясона Приамовича из-за того что один из клиентов перенёс своё посещение на более позднее время, пожилой ветеринар попросил Юстину составить ему компанию и попить вместе чаю. Девушка, разумеется, согласилась, но сразу поняла, что Ясон Приамович неспроста позвал её чаёвничать посреди рабочего дня. Так и оказалось.

– Я кое-что выяснил по твоему вопросу, девочка моя, – неспешно произнёс Ясон Приамович, пряча взгляд на дне своей кружки. – Помочь твоей маме можно, только нужно будет приложить некоторые усилия.

– Я готова к любым трудностям! – мигом отрапортовала Юстина, так как реально была готова практически на всё, чтобы спасти маму.

– Ты угадала, – не поднимая глаз, продолжил говорить Ясон Приамович. – И в самом деле трудиться придётся тебе, хотя, видит Бог, я не хотел бы, чтобы ты соглашалась на это.

– Что же это такое? – опешивши, спросила Юстина. – Надеюсь, ничего незаконного или аморального? На такое я точно не пойду!

– Нет, конечно! – поспешил успокоить девушку Ясон Приамович. – Подобное я бы тебе не предложил. Это официальная работа, белая зарплата и хорошие льготы.

– Тогда я согласна! – тут же выпалили Юстина.

– Не хотелось бы мне тебя отпускать, – с сожалением произнёс Ясон Приамович и отечески посмотрел на девушку. – Мы с тобой так хорошо сработались. Ты планировала учиться. А потом, после диплома, я бы оставил эту клинику тебе.

– О-о! – потрясённо произнесла Юстина, и её сердечко забилось часто-часто. Она и предположить не могла, что пожилой ветеринар так привязался к ней. Вот бы её отец был так щедр!

– Тогда, может, мне и не стоит никуда уходить? Через несколько лет я сама стану ветеринаром и смогу взять любой кредит, который потребуется, чтобы оплатить маме операцию, – воодушевлённо проговорила девушка.

– Боюсь, к тому времени операцию делать будет уже поздно, – с тоской в голосе ответил Ясон Приамович. Было видно, что ему стоило немалых трудов говорить правду.

– Да, конечно, – грустно произнесла Юстина, не желая прощаться с такой блестящей перспективой, которую прочил ей наставник.

– Мне и в самом деле очень жаль предлагать тебе уйти, но это реальный шанс спасти твою маму.

– Правда? Её реально спасти? – изумлённо проговорила Юстина, и все её сомнения тут же улетучились.

– Да, – скорбным голосом подтвердил Ясон Приамович.

– Тогда я согласна на любую работу! Тем более что потом, когда мама выздоровеет, я смогу опять вернуться сюда. Пойду учиться и стану ветеринаром, как планировала, ведь так? – воодушевлённо произнесла Юстина, и Ясон Приамович кивнул в ответ.

– Я всегда приму тебя обратно, если ты решишь вернуться, – подтвердил пожилой мужчина, и девушка радостно улыбнулась.

– Так что это за работа? – с энтузиазмом спросила она.

– Это работа на фабрике, где производят клонов, используемых в качестве доноров. Так называемая «ферма», – мрачным голосом сообщил Ясон Приамович, и улыбка моментально слетела с лица девушки.

– Так это правда? Такое место существует? – потрясённо произнесла она.

– Да, – кивнул Ясон Приамович. – Это производство закрытое, попасть туда очень и очень сложно. Каждый кандидат проходит строгий многоступенчатый отбор. Да и сама работа, скажу прямо, не для каждого.

При этих словах разочарование появилось в глазах Юстины.

– Тогда меня туда не возьмут!

– Возьмут. Если захочешь, – без тени сомнения в голосе ответил пожилой ветеринар.

– Но как? Если там так строго отбирают сотрудников, то есть ли у меня шансы? – с тревогой спросила Юстина.

– Я же говорил: у меня есть знакомства в медицинских кругах, – напомнил девушке Ясон Приамович. – Разумеется, заставить этих людей принять тебя к ним на работу я не могу. Но я могу порекомендовать твою кандидатуру тем, кто имеет право решать подобные вопросы. А за остальным, полагаю, дело не станет. Им требуются старательные, ответственные и морально устойчивые сотрудники с безупречным прошлым. Как раз такие, как ты. Ещё они проверяют наличие криминального прошлого у близких родственников. Но я уверен, что для тебя это тоже не будет проблемой.

– Всё верно, – кивнула Юстина. – В этом плане бояться нечего.

– Уверен, ты им понравишься, – заверил девушку Ясон Приамович.

– Я надеюсь, – неловко улыбнулась Юстина.

Она заметила, что несмотря на оптимистичные заверения в том, что с её будущей работой всё сложится удачно, Ясон Приамович что-то утаивал.

– Вы что-то недоговариваете, – осторожно поинтересовалась она у своего работодателя. – Там есть какой-то подвох?

– Как сказать, – неопределённо проговорил мужчина. – С одной стороны, для твоей мамы это был бы очень большой плюс, потому что членам семьи сотрудника фермы предоставляется приоритетное право на операцию по трансплантации любых органов. Причём стоимость донорских органов для них в два раза ниже, чем для остальных пациентов.

– О-о! – не сдержала радости Юстина.

– Более того, если у сотрудника нет необходимой суммы, то ему предоставляется беспроцентная ссуда на всю сумму.

– Это просто праздник какой-то! – вновь восхитилась Юстина.

Мысленно она уже согласилась на эту работу и готова была трудиться там столько, сколько потребуется.

– Но с другой стороны, – нахмурившись, проговорил Ясон Приамович, – эта работа требует определённой психологической выдержки. Не каждый с этим справится.

– Вы уже говорили про моральную устойчивость. Я помню!

– Это другое, – медленно произнёс Ясон Приамович. – Ты же раньше не видела клонов?

– Разве что в фильмах, – усмехнувшись, сказала Юстина.

– Настоящих клонов вообще мало кто видел, – через паузу произнёс Ясон Приамович. – Вроде бы все о них знают, но видеть почти никому не доводилось.

– А зачем? – не поняла девушка мысли Ясона Приамовича. – Как я понимаю, настоящий клон – это нечто вроде биомассы? Результат генной инженерии. У клонов, наверное, мозга-то нет. Ведь мозг не пересаживают, верно? По факту, это куклы. Или я не права?

– К сожалению, всё не так просто, – вздохнув, ответил мужчина. – Реальные клоны очень напоминают людей.

– Может быть, – нисколько не смутилась Юстина. – Точнее, ничего удивительного. Клоны и должны быть похожи на людей, ведь иначе они не смогут быть донорами. Разумеется, они должны иметь точно такие же органы, как и люди. За исключением, мозга, конечно.

– В этом-то и проблема. Клоны настолько похожи на людей, что могут вызвать некий психологический дисбаланс у тех, кто вынужден с ними работать. Клоны могут пробудить ложное чувство сострадания к собственной сущности у чрезмерно восприимчивых людей. А это недопустимо.

– Поняла, – кивнула в ответ Юстина. – Это как в нашей с Вами работе. Например, когда приносят животных на стерилизацию. Человеку без его согласия такую операцию никогда не сделают, а хозяева животных могут решать такие вопросы за своих питомцев.

– В общем-то, да, – не стал спорить Ясон Приамович. – Не самая удачная аналогия, но в целом именно это я и хотел до тебя донести.

– Я всё уяснила, – спокойным голосом ответила Юстина. – Значит, только это Вас беспокоит или есть что-то ещё?

– Нет, только это.

– Тогда я согласна, – в очередной раз повторила Юстина, но Ясон Приамович покачал головой.

– Пока ты будешь там, многое может произойти. Эта работа может изменить тебя. Подумай, готова ли ты к этому?

– А как быстро маме смогут сделать операцию, если я устроюсь туда? – напоследок решила уточнить Юстина.

– Насколько я слышал, больше пары лет в очереди никто не стоял. А некоторым счастливцам операцию делали уже через несколько месяцев, – сообщил Ясон Приамович.

– Ого! Тогда и думать нечего! Я согласна! – снова повторила Юстина, а её начальник, вздохнув, сказал:

– Тогда я поговорю насчёт тебя. Но настоятельно советую ещё раз всё тщательно обдумать. Поговори с мамой. Выслушай её мнение. Хорошо?

– Конечно! Разве я могла бы сделать это тайком от неё? – удивлённо пожала плечами Юстина.

– Я не об этом, – возразил Ясон Приамович. – Не хочу, чтобы ты ставила её перед фактом, когда всё уже будет решено. Пусть она тоже знает, на что тебе придётся пойти, чтобы спасти ей жизнь.

– Разве тут может быть другое решение? – не поняла Юстина.

– Другое решение есть всегда. Только вот готова ли ты его принять? – хмуро произнёс Ясон Приамович. – К тому же, – внезапно вспомнив, проговорил он, – твоя мама уже узнала насчёт своих льгот? Или она ещё никуда не ходила?

– Нет-нет, она сразу же отправила запрос, как Вы советовали, – мигом подтвердила Юстина. – Но ответ ещё не пришёл.

– Тогда советую подождать ответа, – твёрдо заявил Ясон Приамович. – Давай поступим так. Когда твоя мама получит ответ, и если он будет отрицательным, то я поговорю со своими знакомыми насчёт твоей кандидатуры для работы на ферме. Не будем бежать впереди паровоза. Согласна?

Юстина кивнула.

– Значит, договорились, – заключил Ясон Приамович, и в этот момент зазвонил колокольчик у входной двери, возвещавший, что пришёл новый пациент. Пора было возвращаться к работе.

Так завершилась беседа Ясона Приамовича с Юстиной, и теперь все мысли девушки были лишь о новой работе, о которой она имела лишь туманное представление. Однако этот факт её нисколько не смущал, а наоборот, лишь подогревал интерес. Да ещё и шанс вовремя сделать матери операцию, являлся неоспоримым доводом в пользу того, чтобы не раздумывая соглашаться на эту работу. И только одно омрачало радостное воодушевление Юстины: мысль о том, что Ясон Приамович планировал сделать её своей преемницей.

Противоречивые чувства бушевали в душе Юстины. Да, она была страшно польщена тем, что такой солидный врач и прекрасный человек выбрал именно её в качестве продолжателя своего дела. И хотя у него нет своих детей, но есть племянники и племянницы, а также куча других знакомых, которые гораздо ближе ему, и которых он знает гораздо дольше. И было бы логичным, если бы клинику он оставил кому-то из них или же, в крайней случае, продал другому хорошему ветеринару. Но он решил всё оставить ей, Юстине Плетнёвой, скромной девушке из небогатой семьи, у которой пока что нет даже соответствующего образования. И наша героиня резонно считала, что Ясон Приамович хотел сделать это не за её красивые глаза, а за добрый нрав и деловые качества, которые она успела проявить, пока работала с ним. И это не только радовало Юстину, но и сильно повышало её самооценку, что очень важно, когда приходится самой везде пробивать себе дорогу. И Юстина ни за что не отказалась бы от такого заманчивого предложения, если бы на другой чаше весов не стояла жизнь матери. Именно поэтому нашей героине было безумно горько отпускать от себя эту пленительную мечту.

Был и ещё момент, который пока что не сильно, но всё же тревожил Юстину. Та загадочность, с которой Ясон Приамович упоминал о предстоящей работе на ферме. Он явно что-то не договаривал, и это смущало Юстину.

Возможно, что и сам Ясон Приамович толком не знал о том, что там происходит. Может быть, он что-то слышал от своих многочисленных знакомых, и это ему не понравилось. А возможно, он просто искал повод отговорить Юстину от предстоящей работы. Но в таком случае он мог бы вообще промолчать о ней. Но он сказал. Почему? Что же такого таинственного скрывают на фабрике клонов?

И Юстина решила, по возможности, выяснить это, изучив всю доступную информацию, имеющуюся в сети. И если там будет что-то подозрительное, то ещё раз всё внимательно обдумать, а уже потом принимать окончательное решение насчёт работы. А вечером, когда Эрида Муциевна рассказала дочери о посещении местного отделения социальной защиты и о совете чиновника по поводу награды, что было воспринято матерью как руководство к действию, Юстина подумала, что это может быть выходом, и если таким образом мама сможет попасть в льготную очередь на операцию, то обо всём остальном можно пока не думать. Юстина продолжит жить своей жизнью, сдаст экзамены, получит образование и через несколько лет с благодарностью примет от Ясона Приамовича бразды правления ветеринарной клиникой. Жизнь пойдёт своим чередом, и можно будет подумать о замужестве и о детях.

Отличные мысли!

На следующий день Юстина пересказала Ясону Приамовичу о планах матери, а также о том, что собирается подождать с принятием окончательного решения по поводу новой работы.

По лицу Ясона Приамовича было заметно, что он не сильно-то разделяет оптимизм Эриды Муциевны в отношении прошения о награде, но вслух не стал высказывать свои опасения.

– Разумеется, попробовать стоит, – без энтузиазма произнёс он. – Значит, пока откладываем мысли о новой работе?

Юстина согласно кивнула.

– Что ж, подождём, – ответил Ясон Приамович, после чего начал приём нового пациента.

Пару недель мать и дочь жили в радостном предвкушении приятных перемен. Юстина настолько воодушевилась, что даже забыла о своём намерении собрать сведения о пресловутой фабрике клонов, о которой говорил Ясон Приамович. Девушка вернулась к своим прежним планам и с энтузиазмом посвящала каждую свободную минуту подготовке к вступительным экзаменам, мечтая о том, что к тридцати годам станет хозяйкой ветеринарной клиники. Юстина мысленно уже примерила на себя этот образ и осталась довольна результатом. С ещё большей заботой и нежностью девушка обращалась со своими пушистыми и не очень пушистыми клиентами. Хозяева животных в благодарность стали оставлять больше положительных отзывов о клинике, что способствовало увеличению популярности этого лечебного заведения.

– С каждым днём убеждаюсь, что не ошибся, решив выбрать тебя своей преемницей, – сказал как-то вечером Ясон Приамович, а Юстина лишь скромно зарделась. Она ещё не научилась с достоинством принимать заслуженные комплименты.

Всё шло как нельзя лучше. Даже Эрида Муциевна, на фоне приятных волнений в ожидании ответа от бывшего работодателя стала чувствовать себя гораздо лучше. У неё улучшился сон, и она с воодушевлением стала мечтать о будущем.

– Знаешь, дочка, – как-то за ужином сказала Эрида, – я тут нашла себе работу.

Услышав такое, девушка не смогла сдержать удивления.

– Мама! Не рано ли тебе думать о работе? Сначала выздоровей!

– Но я же не прямо сейчас собираюсь выходить! – задорно улыбнувшись, проговорила женщина. – Я сегодня встретила давнюю знакомую. Она работает в швейном ателье. Мы разговорились, и она сказала, что одна из их сотрудниц забеременела, и начальница велела начать искать ей замену на время декретного отпуска. И я подумала, что к тому времени мне уже сделают операцию, и я смогу там работать. Как ты считаешь?

– Не уверена, что операцию сделают так скоро, – с сомнением сказала Юстина, но Эрида Муциевна была явно не в том настроении, чтобы выслушивать возражения.

– Так и ей не завтра рожать! – уверенно заявила женщина. – Впереди ещё почти полгода. За это время, я думаю, мне и медаль вручат, и на льготную очередь поставят, и операцию проведут. Времени достаточно!

– А реабилитация после операции? Забыла? На это тоже нужно время! – принялась приводить новые доводы Юстина.

– Какая ты скучная! – по-детски насупившись, сказала Эрида. – Реабилитация, время! Я и сама знаю! А ещё знаю, что могут возникнуть проволочки с получением награды и постановкой на очередь. Но помечтать я могу? После этого письма я будто снова жить начала! Ты, может, удивишься, но я реально сейчас верю, что смогу выздороветь! Понятия не имею, откуда взялась эта вера, но я это чувствую! Чувствую, что у меня есть будущее! Прямо как в молодости!

– Конечно, у тебя есть будущее, – не собиралась спорить Юстина. – Я тоже это знаю, как и ты. Просто не уверена, что твоё лечение и выздоровление займёт всего полгода. Боюсь, что времени потребуется чуть больше. Год или даже два.

– На самом деле, два – это тоже неплохо, – продолжала воодушевлённо мечтать Эрида. – Думаю, два года я выдержу. Просто эта работа в ателье показалась мне такой заманчивой, что захотелось, чтобы всё прошло быстрее. Хочется скорей ощутить себя полноценным человеком, который сам может работать и зарабатывать, а не сидеть на шее у взрослой дочери и не ходить каждый месяц за государственным пособием, чтобы не умереть с голоду. Это так унизительно, понимаешь?

– Понимаю, мама! Но всё не так плохо. Рано или поздно ты выздоровеешь и снова устроишься на работу. А пока у тебя есть пособие. Я даю тебе деньги, потому что тоже живу здесь. Продукты, которые ты покупаешь, я тоже ем. Так что никакой благотворительности нет.

– Всё равно неловко. Сейчас ты могла бы жить своей жизнью. Могла бы жить с парнем. А вместо этого нянчишься со мной, – с горечью произнесла Эрида.

– Это временно. Пока ты не выздоровеешь, – твёрдым голосом повторила Юстина.

– Да! – вновь вспомнила о своих мечтах Эрида. – Скоро я выздоровею! Вот только дождусь письма с ответом. А может, они и медаль по почте пришлют, как ты думаешь? Такое возможно?

– Сомневаюсь, – рассмеялась в ответ Юстина.

– Ты права. Кто же будет отправлять по почте такую ценную вещь? Вдруг она по пути затеряется? А ведь у меня каждый день на счету!

– Не волнуйся, по почте никто твою медаль не отправит, – успокаивающим тоном проговорила Юстина. – Пришлют уведомление, что необходимо явиться туда-то в такое-то время. И уже там ты получишь свою награду.

– Да, – тут же согласилась Эрида. – Но ты же пойдёшь со мной, правда? Даже если нужно будет отпроситься с работы, ты это сделаешь, не так ли? Ради меня? Я не хочу получать награду одна!

– Хорошо-хорошо! – улыбаясь, ответила Юстина. – Думаю, ради такого случая Ясон Приамович не только отпустит меня пораньше с работы, но и даст выходной.

– Да! Это будет правильно! – удовлетворённым тоном сказала Эрида. – А потом мы накроем праздничный стол и пригласим его к нам в гости, чтобы вместе отметить такое торжественное событие. Думаешь, он придёт, если мы позовём его?

– Конечно, придёт, – ответила Юстина, чтобы поддержать мать.

На самом деле девушка и понятия не имела, захочет ли Ясон Приамович прийти к ним, да и вообще, в отличие от матери, у неё ещё оставались сомнения, что всё пройдёт так гладко, но оптимизм Эриды Муциевны был так заразителен, что в какой-то момент Юстина и сама поверила, что все их проблемы разрешатся очень скоро и самым благополучным образом.

А потом ещё несколько вечеров подряд Эрида Муциевна снова возвращалась к этой теме и каждый раз её планы, а также меню праздничного стола, становились всё более подробными и масштабными, что вызывало у Юстины лишь улыбку и умиление. Но девушка была рада, что мать пребывает в хорошем настроении, и пока этого было вполне достаточно.

Но вот пришёл ответ на запрос Эриды Плетнёвой. Женщина специально дождалась вечера и, когда дочь пришла с работы, показала ей конверт, после чего с замиранием сердца сказала:

– Ну что? Откроем?

Юстина с нетерпением кивнула.

– Не нужно было меня ждать, – сказала девушка.

– Мне было страшно это делать одной, – призналась мать. – Вдруг там плохие вести?

– Это неважно! Даже если там отказ, нужно это узнать.

– А ты думаешь, они могли отказать? – в волнении проговорила женщина, но дочь, хотя и сама нервничала не меньше матери, постаралась скрыть своё беспокойство.

– Будем надеяться, что они этого не сделали. Открывай уже, а то скоро и мне врач понадобится!

И Эрида слегка дрожащими руками вскрыла конверт, достала оттуда письмо и принялась читать.

Юстина смотрела на мать и пыталась понять по её лицу, что написано в письме, но Эрида Муциевна лишь медленно шевелила губами и не поднимала на дочь глаз. В итоге Юстина не выдержала и, подойдя к матери вплотную, тоже принялась читать письмо.

Там был отказ.

– Что-то я не поняла, доченька, – продолжая дрожать от волнения, обратилась к Юстине мать. – Это, наверное, предварительный ответ? Как-то мутно написано.

– Нет, мама, это окончательный ответ, – нахмурившись, произнесла дочь.

Девушка почувствовала, как её сердце упало, а все мечты и планы, которые она так тщательно лелеяла и которые рассчитывала реализовать в ближайшем будущем, с грохотом полетели в тар-тарары.

– Но что это значит? – принялась расспрашивать дочь Эрида. – Они тут пишут, что обращение рассмотрено, перечисляют мои заслуги и всю трудовую деятельность, а потом твердят про какие-то правовые основания, которых нет. Что за основания? Это я должна их найти?

– Нет, мама, не ты, – упавшим голосом сказала Юстина. –

Это они должны их найти, но не находят.

– Так пусть поищут! Я и так всю работу за них сделала! У них там что, лишней медали нет?

– Я думаю, всё у них есть. Просто они не хотят ничего делать, – грустно сказала Юстина.

– Но неужели они не понимают, как это важно для меня! Жизненно важно! – перестала сдерживать эмоции Эрида. – Я ведь прошу у них медаль не для того, чтобы на параде красоваться! Она нужна мне, чтобы успеть сделать операцию, пока я ещё жива. А потом пусть забирают медаль обратно, если хотят. Может быть, стоит им написать об этом?

– Вряд ли это поможет, – с горечью произнесла Юстина.

– А вдруг? – с надеждой спросила Эрида. – Наверное, я плохо написала. Нужно попробовать ещё раз. В этот раз я больше напишу про свой диагноз и какое место я занимаю в списке очередников. Объясню им, что я чисто физически не смогу ждать операции почти двадцать лет. Это же они должны понять?

– Да всё они поняли, мама! – повышая голос, чтобы мать наконец-то её услышала, произнесла Юстина. – И про операцию, и про тебя. Просто им всё равно.

– Как это всё равно? Жива я или вот-вот умру? Это им всё равно?

Но Юстина ничего не сказала, лишь поджала губы.

– Я в это не верю! Я сама поеду к ним и всё расскажу! – решительно заявила Эрида, бросая письмо на стол.

– Ты зря потратишь время и силы, – усталым голосом сказал Юстина. – И деньги. Они уже всё решили. Это ясно.

– Так что ты предлагаешь? Сидеть и ждать двадцать лет? Или девятнадцать, если повезёт? – с обидой проговорила бедная женщина. – У меня нет столько времени! Или ты забыла?

– Не забыла, – мрачным тоном ответила Юстина. – Есть и другой вариант.

– Какой? – сквозь подступающие слёзы спросила Эрида.

– Ясон Приамович мне кое-что предложил.

– Неужели что-то неприличное? – мгновенно придя в себя, спросила Эрида. – Такой порядочный мужчина! Вот не ожидала!

– Мама! – с укором воскликнула Юстина. – Как ты могла такое подумать? Тем более про Ясона Приамовича! Ему сколько лет? Лет семьдесят? В таком возрасте уже все мужчины ведут себя прилично.

– Не скажи, – покачала головой мать. – Мужчины тоже разными бывают. Но Ясон Приамович мне сразу понравился. Такой приятный и обходительный. Поэтому я за тебя никогда и не волновалась. С таким начальником можно вообще ни о чём не беспокоиться.

– Так и есть, – подтвердила Юстина. – Ясон Приамович мне как отец. Или даже как дедушка.

– Значит, я в нём не ошиблась, – услышав хорошие вести, сказала Эрида.

– Конечно, не ошиблась. Ясон Приамович – идеальный руководитель. И я бы ни за что не ушла бы из его клиники, но он предложил мне один вариант, который, я думаю, стоит принять.

– Какой вариант? – с лёгкой подозрительностью спросила женщина.

– Ясон Приамович сказал, что можно устроиться работать на фабрику, где делают клонов, которых используют в качестве доноров человеческих органов.

Услышав это, Эрида замерла. Её глаза округлились, и некоторое время она с испугом смотрела на дочь и, лишь немного придя в себя, сказала:

– Я даже не знаю что сказать. Но, по-моему, работать там очень страшно.

– Но кто-то же там работает! Значит, всё не так плохо, – попыталась поспорить дочь.

– На скотобойнях народ тоже работает и на комбинатах по переработке мусора. А некоторые даже в морге. Но я бы точно не смогла.

– А тебя никто и не заставляет, – бесстрастно ответила Юстина.

– Но ты – тоже я! Ты – мой ребёнок! Моё продолжение! Если я никогда бы не решилась на подобную работу, то и ты, я думаю, не сможешь. Я вообще не понимаю, как они могут спать по ночам.

– Это просто работа! – возразила матери Юстина.

– Бесспорно! Это работа. Но для кого-то другого. Не для нас с тобой, – продолжала переубеждать дочь Эрида.

– А ты знаешь, какие преимущества даст работа на такой фабрике? – привела новый аргумент девушка.

– Откуда ж я могу знать? – снова округлив глаза, сказала Эрида.

– А я тебе скажу! – с вызовом ответила Юстина. – Льготную очередь на трансплантацию! Для тебя! И ещё льготную цену на необходимые органы!

– Да у нас и на льготную цену денег нет, – вздохнув, отметила Эрида.

– А для этих целей сотрудникам выдают беспроцентный кредит! – привела очередной довод в пользу новой работы Юстина.

– Беспроцентный кредит? – медленно повторила Эрида и задумалась.

– Об этом я и говорю! Такие шоколадные условия! Грех отказываться!

– А я могу пойти туда работать? Вместо тебя? – тут же спросила Эрида.

– А зачем тебе туда идти? – не поняла Юстина.

– Если уж кто-то и должен будет через всё это пройти, то пусть это буду я.

– Боюсь, тебя туда не возьмут. Ты же больна!

– И что? – преспокойно заявила Эрида. – Как сотруднику они дадут мне кредит, сделают операцию вне очереди, и я продолжу у них работать, пока не отдам кредит. Все будут довольны.

– Боюсь, что это так не работает, – отрицательно покачала головой Юстина. – Вдруг они не сразу дают кредит? Может быть, нужно отработать какое-то время. А как ты будешь работать в таком состоянии? Если тебе станет плохо? Ты потеряешь сознание или твоё состояние ухудшится от того, что тебе придётся каждый день трудиться с утра до ночи? Об этом ты не подумала?

– Всё равно! – ухватилась за свою мысль Эрида. – Тебе там не место! А я как-нибудь справлюсь.

– Ты же понимаешь, что тебя никто не примет? В смысле, не работу, – нахмурившись, сказала Юстина.

– Ну почему? Я же не такая старая!

– Дело не в возрасте, а в самочувствии, – продолжила свою мысль Юстина.

– А я накрашусь! Сделаю причёску! Выпью кофе, наконец! Чтобы цвет лица появился, – настойчиво заявила Эрида. – Они не догадаются, что я больна. А когда узнают, будет поздно. Нужно будет выдавать кредит или я их засужу!

– Понимаешь, мама, такие организации не берут людей с улицы. Ясон Приамович сказал, что порекомендует меня своим знакомым, но даже те знакомые не решают, взять меня или нет. Нужно будет пройти ряд проверок, сдать тесты. Возможно, будут и медицинские тесты. Неужели ты думаешь, что можно скрыть твой диагноз?

– Но я же не начальником пойду туда устраиваться! – стояла на своём Эрида. – Могу и уборщицей. Как я поняла из твоих слов, там неважно кем работать, чтобы получить льготы. Главное – быть сотрудником. А для уборщицы, надо думать, и требования ниже.

– Знаешь, мама, я думаю, там и уборщиц хорошо проверяют.

– Но я же могу попробовать? – не желала сдаваться женщина. – Давай сделаем так. Сначала я попробую туда устроиться, а если мне откажут, то пойдёшь ты.

Юстина вздохнула.

– Плохая идея! Мало того, что мы потеряем время, мы можем вообще упустить эту возможность. Вот представь себе, – принялась рассуждать Юстина. – Ты приходишь к ним и просишь принять тебя на должность уборщицы. Они соглашаются и назначают тебе тесты, а заодно проводят в отношении тебя проверку. Выявляют твою болезнь и отказывают. На все эти манипуляции уходит какое-то время. Месяц или два. Затем к ним отправляюсь я. Прохожу всё по новой. А твои данные в базе у них уже есть. И они сразу сообразят, что я не просто так пришла к ним работать, а мне нужно вылечить маму. А для них это лишние расходы. Одно дело, когда действующий сотрудник просит у них кредит и требует льгот для внезапно заболевшего члена семьи, а другое дело, когда они заранее знают, что определённый кандидат идёт к ним на работу, чтобы требовать денег и льгот. Это разные вещи! Они мне откажут ещё на этапе проверки. И тогда у нас вообще не останется никаких шансов.

– Но они всё равно узнают, что я больна, когда будут проверять тебя! – в отчаянии произнесла Эрида.

– Они будут проверять лишь твою благонадёжность и наличие криминального прошлого. А также папы. А медицинские тесты буду сдавать только я.

– Ты уверена?

– Нет, конечно, – честно призналась Юстина. – Откуда я могу знать наверняка? Я пока ещё там не работаю. Просто на их месте я бы делала именно так. К тому же Ясон Приамович вряд ли порекомендовал бы мне этот путь, если бы знал, что ничего не выйдет.

– Да, Ясон Приамович – человек знающий, – тут же согласилась мать. – Если уж он сам тебе это предложил, может, всё не так безнадёжно.

– Вот именно! – сказала Юстина, и в тот момент она ощутила, как все её страхи по поводу новой работы просто испарились. Девушка и сама поверила тем словам, которые говорила матери.

Да, она потратит несколько лет на эту работу, но зато спасёт жизнь матери. Да и сама работа в таком месте может открыть для неё новые карьерные перспективы. Так зачем же паниковать раньше времени и сокрушаться о том, что будет упущено? И как бы то ни было, Юстина в принципе не сможет жить дальше, зная, что позволила матери умереть, хотя могла спасти.

Да, решено. Юстина согласится на эту работу, а там будет видно.

– Давай я соглашусь на эту работу, – подводя итог своим мыслям, сказала вслух девушка, обращаясь к матери, – заполню анкету, начну проходить тесты и разные проверки, и посмотрим, что будет. Вдруг меня не возьмут? Или мы сможем найти другой путь, чтобы поставить тебя на льготную очередь? Или у нас появятся деньги, чтобы оплатить операцию? Тогда я сразу же откажусь от этой работы.

– Откуда у нас появятся деньги? – невольно улыбнувшись, спросила Эрида. – Разве что выиграем в лотерею… Только вот у нас нет денег даже на лотерейный билет!

– Это тоже один из вариантов, – не стала спорить Юстина. – Вообще-то я имела в виду тётю Аиду и папу.

– Тётя Аида и папа, – медленно повторила Эрида и с грустью посмотрела на дочь. – Ты же знаешь, у них нет такой суммы. А даже если бы и была, сомневаюсь, что они отдали бы её мне.

– Ну почему ты так говоришь? – недоверчиво спросила Юстина. Втайне она продолжала надеяться, что отец всё же проявит сознательность и каким-то образом поможет бывшей жене.

– Потому что знаю, – с ещё большей грустью сказала Эрида. – В горе каждый сам за себя. – Но увидев, как побелело лицо дочери, женщина поспешила добавить. – Но я уверена, что тебе повезёт больше, и ты не будешь знать таких бед. Ты свяжешь свою жизнь с таким человеком, который, если понадобится, свернёт ради тебя горы. Матери рожают детей для того, чтобы те жили лучше родителей. Поэтому я всё же не хочу, чтобы ты шла на эту работу. Даже ради меня.

– Но она хорошо оплачивается! Там у меня зарплата будет гораздо больше, чем сейчас, – напомнила матери Юстина.

– Но ты же будешь отдавать её, чтобы погасить кредит!

– Но ты тоже сможешь работать, забыла? Ты сама говорила, что хочешь вернуться на работу, и что подруга приглашала тебя в ателье! – напомнила Юстина. – То есть ты сама сможешь гасить этот кредит, а я пойду учиться.

– Верно! – обрадовалась этой идее мать. – Я ведь так и планировала!

– Вот мы и договорились! – довольным голосом проговорила Юстина, наконец-то переубедив мать.

– Так ещё ладно, – вздохнув, сказала Эрида. – Получается, ты проработаешь там всего год, а может, и того меньше.

В итоге женщина успокоилась, как и её дочь. Разговор закончился. А Юстина, уйдя к себе в комнату, решила всё же навести справки о своей будущей работе, для чего взяла в руки смартфон и вошла в сеть.

Она забила в поисковике слова «клоны», «фабрика», «ферма» и «трансплантология», и первым полученным результатом была ссылка на официальный сайт фермы, которая именовалась как «Медицинский центр «Восстановление организма, его органов и тканей»». И Юстина зашла на этот сайт.

На первой же странице был снимок фасада шикарного медицинского корпуса, в котором и располагался фабрика по производству клонов. Были фото руководителей и учредителей этого медицинского заведения. На других страницах сайта имелись ссылки на законодательство, разрешающее использование клонов для медицинских целей, и разные научные статьи, доказывающие несомненное преимущество подобной деятельности для спасения человеческих жизней. Собственно, этим официальный сайт фермы и ограничивался. Никаких фотоснимков внутри фермы, а также изображений клонов или их органов не было. Также не было информации о вакансиях и контактов отдела кадров. Неудивительно, что, если бы не Ясон Приамович, Юстина и не подумала бы туда устроиться. Тем более что на сайте не было никаких сведений о льготах для сотрудников фермы.

Затем Юстина решила поискать в сети ещё что-нибудь о ферме, но, сколько бы не пыталась, ничего не находила. Максимум, что ей высвечивалось, так это лишь упоминание о том, что ферма существует и функционирует, помогая людям обрести новые органы. Никаких отзывов бывших пациентов или сотрудников фермы не было вообще. И это было странно. Неужели деятельность фермы настолько засекречена, что ни единая живая душа не рискнула рассказать о ней?

Это немного испугало Юстину, но она вспомнила, что Ясон Приамович говорил о чём-то подобном. Например, о придирчивости к выбору персонала фермы. И Юстина подумала, что это может быть связано с какими-то медицинскими ноу-хау, используемыми в работе фермы, и потому составляющими коммерческую тайну. Тогда это всё объясняло. И Юстина вновь напомнила себе, что такой замечательный человек как Ясон Приамович не стал бы отправлять её в заведомо опасное место. Этот аргумент окончательно убедил её, и девушка выключила смартфон и отправилась спать, тем более что уже давно перевалило за полночь, и нужно было выспаться перед следующим рабочим днём.

На следующий день Юстина сообщила Ясону Приамовичу о своём решении, а заодно поведала о неудачах матери в попытке получить награду.

– Понимаю. На твоём месте я бы поступил так же, – угрюмо произнёс Ясон Приамович, но больше ничего не добавил.

– И что мне теперь делать? – спросила тогда Юстина.

– Я поговорю со своим знакомым и сообщу тебе, – сказал Ясон Приамович, после чего тут же приступил к работе, всем своим видом давая понять, что не желает больше обсуждать эту тему.

Было очевидно, что пожилой ветеринар, как и Юстина, до последнего надеялся, что найдётся другой путь, чтобы спасти её маму. Но иного пути не было, поэтому и обсуждать то, что было уже решено, не имело смысла.

Весь этот день, а также следующий, Ясон Приамович и Юстина работали и общались так, словно их ничего не тяготило. Лишь через два дня в разговоре мужчина сам поднял тему, волновавшую их обоих.

– Так, девочка. Ты записана на собеседование в ближайший понедельник. Я позволил себе указать твоё имя и телефон в кадровом агентстве, занимающимся подбором персонала для фермы. Поэтому все инструкции тебе вышлют. На понедельник можешь взять выходной. И надеюсь, всё пройдёт отлично.

– Спасибо, Ясон Приамович. Даже не знаю, как Вас и благодарить. Вы так много делаете для меня и для мамы! – расчувствовавшись, произнесла Юстина.

– Не благодари! – принялся останавливать изъявление чувств девушки пожилой мужчина. – Наверное, я должен был сделать больше, но не уверен, что это будет правильно. Единственное, что могу сказать, так это то, что в любой момент ты можешь вернуться, и я буду рад принять тебя обратно.

Вечером Юстина рассказала матери о предстоящем собеседовании.

– Ох, а тебе и надеть-то нечего! – сокрушённо проговорила женщина и мигом направилась к платяному шкафу, открыла его и принялась придирчиво осматривать его немногочисленное содержимое. – Я бы своё тебе отдала, но у меня тоже нет ничего подходящего.

– Не страшно. Надену что-нибудь, – спокойно ответила Юстина.

– Нет, дочка, так не пойдёт! Такое солидное место, там будут на всё смотреть. И в первую очередь, как ты одета.

– Если бы я шла устраиваться на руководящую должность, то конечно, – стала спорить Юстина. – Тогда они не только бы одежду, всю меня осмотрели бы! И туфли, и причёску. Думаю, даже зубы проверили бы. А я иду туда каким-нибудь помощником помощника. Может, уборщицей. Поэтому вряд ли их будет интересовать мой гардероб.

– А вдруг Ясон Приамович дал тебе такую блестящую характеристику, что они сразу назначат тебя на приличную должность? Менеджером, например, – мечтательно произнесла Эрида Муциевна.

– Вряд ли там есть менеджеры. Это же производство клонов! Там, наверное, только лаборанты да уборщики. Ну и повара, конечно. Только поваром без образования не возьмут.

– Уверена, так и есть. Но, может быть, тебе всё же предложат чистенькую работу? Оформлять документы, общаться с клиентами…

– Да, – задумавшись над словами матери, медленно проговорила Юстина. – Такое вполне возможно.

– А чтобы это случилось, ты должна показать себя! – настойчиво произнесла мать. – Не успела тебе сказать: тётя Аида перевела мне немного денег. Поэтому в субботу пойдём по магазинам и присмотрим тебе подходящий наряд.

– Мама! Это деньги на лекарства! Тётя Аида дала их тебе не для того, чтобы мы тут же спустили их на новый костюм!

– Может быть, – капризно проговорила Эрида. – Но я отлично себя чувствую, и со спокойной совестью могу потратить эти деньги на свою дочь!

– Но они понадобятся тебе, когда… – тут Юстина запнулась, подбирая подходящее слово, – когда я буду на ферме.

– И что? Ты же не в тюрьму собираешься! – невозмутимо проговорила женщина.

– Но возможно, какое-то время у меня не будет выходных. Как я поняла, там вахтовый метод работы.

– Но телефон у тебя-то не отберут! Будем созваниваться каждый день. И если мне не будет хватать на лекарства, я скажу, – мигом предложила мать.

– В принципе, да, – согласилась Юстина.

– Вот и договорились, – довольным тоном отметила Эрида, и уже в субботу мать и дочь отправились в торговый центр за покупками.

Идти в секонд-хэнд или в иной бюджетный магазин Эрида Муциевна категорически не хотела, поэтому она повела дочь в первый же бутик модной женской одежды и попросила симпатичную девушку-консультанта подобрать Юстине красивый деловой костюм.

– В понедельник у дочки важное собеседование, – доверительным тоном поведала женщина девушке-консультанту.

– Понимаю, – ответила девушка и тотчас подобрала для Юстины великолепный деловой костюм с юбкой-карандаш. Вдобавок к нему была подобрана ослепительно белая блузка.

Взглянув на это великолепие, Эрида с восхищением кивнула.

– То, что надо, – сказала она, а Юстина направилась в примерочную кабинку. А когда Юстина вышла из примерочной в новом костюме, глаза Эриды вспыхнули от восторга, и женщина ахнула.

– Ты такая красивая, доченька! – сказала она и, не глядя на цену, добавила. – Мы берём!

Летящей походкой девушка-консультант метнулась к Юстине и хотела помочь той разоблачиться, чтобы сразу отнести вещи на кассу, но Юстина не торопилась. Она посмотрела на ценник, после чего решительно посмотрела на мать.

– Это очень дорого! – сказала Юстина, обращаясь к матери.

– Ох, доченька, хорошие вещи всегда стоят дорого, – возразила Эрида, но Юстина покачала головой.

– Сама посмотри! – показала она ценник матери, и женщина подошла ближе, взглянула на цифры, после чего её лицо мигом помрачнело.

– О-о! – расстроено произнесла Эрида, а затем с тоской посмотрела на девушку-консультанта. – Боюсь, мне не хватит.

Лёгкое беспокойство промелькнуло во взгляде торгового работника, но через мгновение её лицо снова прояснилось.

– Такой юной девушке на собеседование можно прийти и без жакета, – бодрым голосом сообщила она покупательницам, после чего помогла Юстине снять жакет. – Сами посмотрите!

В белой блузке и тёмно-серой юбке, которые отлично сидели на точёной фигуре Юстины, наша героиня выглядела действительно великолепно.

– А если вы оформите у нас дисконтную карту, то сможете получить трёхпроцентную скидку уже на первую покупку, – принялась раздавать бонусы предприимчивая девушка-продавец.

Мать и дочь переглянулись.

– Почему бы нет? – хитро улыбнувшись, сказала Эрида, после чего добавила. – Вы не посчитаете, сколько будет за блузку и юбку?

– Конечно! – ослепительно улыбнувшись, ответила обаятельная продавщица и направилась к кассе, где, быстренько произведя подсчёты, назвала полученную сумму.

– Столько у нас есть! – обрадовалась Эрида и поспешила оплатить покупки.

А когда мать и дочь выходили из торгового центра, Юстина сказала:

– Не стоило так тратиться! Я нашла бы, что надеть.

– Но мне так хотелось побаловать тебя! – смущённо улыбнувшись, ответила Эрида. – Нам и так приходится во всём себе отказывать. Я, наверное, очень виновата перед тобой, потому что не смогла дать тебе всё то, что должна была.

– Ни в чём ты не виновата! – принялась переубеждать мать Юстина. – Не говори глупостей!

– Всё равно! Мать должны баловать своего ребёнка. Хотя бы иногда, – с оттенком грусти произнесла Эрида.

– Но я уже не ребёнок, – поспешила сообщить Юстина.

– Ребёнок, – с лаской посмотрев на дочь, ответила Эрида. – И всегда им будешь.

– Ну хватит! – смутившись от нахлынувших чувств, громко произнесла Юстина. – Пойдём уже домой, а то на нас люди оглядываются!

На самом деле никто не присматривался к нашим героиням. Народ входил и выходил из торгового центра, не обращая внимания на других покупателей. Но Юстине не терпелось вернуться домой, так как она боялась, что мать может расплакаться или, того хуже, начнёт обнимать и целовать её прямо на людях, а это уж было бы совсем некстати. И потому девушка ускорила шаг по направлению к автобусной остановке. Матери невольно пришлось последовать за ней. А после возвращения домой Эрида вновь заставила Юстину примерить обновки.

– Жаль, что на туфли не хватило, – с восхищением глядя на дочь, сказала женщина.

– У меня есть туфли, – возразила Юстина.

– Хотелось бы новенькие!

– Мама! Какая разница? – отходя от зеркала, чтобы переодеться в домашнюю одежду, сказала Юстина.

– Всё-таки хотелось бы новенькое! Представляешь, как бы они посмотрели на тебя, когда ты зашла бы к ним в новых туфлях?

– Уверена, что на туфли они посмотрели бы в последнюю очередь. Если бы вообще посмотрели, – скептично заметила Юстина.

– Да, жаль, что не хватило денег, – словно не слыша дочь, продолжала сокрушаться Эрида. – Но ничего! Я натру твои туфельки воском, и они будут как новые. Если сильно не приглядываться, они и вправду сойдут за новые.

Юстина хотела поспорить с матерью, но передумала. В конце концов, это нормально, когда мать старается помочь дочери выглядеть лучше, чтобы та могла получить хорошую работу. А вот если бы матери было всё равно, что надето на дочери, то именно это и стало бы поводом для беспокойства. Поэтому девушка лишь поблагодарила маму за заботу, после чего переоделась, повесила обновки в шкаф и направилась в кухню, чтобы пообедать вместе с любящей матерью.

В понедельник Юстина проснулась ещё затемно. Сначала она пыталась снова уснуть, но ей это не удалось. Поворочавшись некоторое время в постели, девушка поднялась с кровати и на цыпочках пошла в ванную, а когда вышла оттуда, столкнулась нос к носу с матерью.

– Мне тоже не спится, – призналась Эрида дочери. – Пыталась уснуть, но не смогла.

– Ты не спала всю ночь? – удивилась Юстина.

Женщина кивнула.

– Пойду поставлю чайник и приготовлю завтрак. А ты полежи! – сказала она дочери, но Юстина покачала головой.

– Не могу! Лучше поеду пораньше.

– Может, это и правильно, – не стала спорить Эрида. – Лучше приехать заранее, чем опоздать, – и она пошла в кухню, а Юстина отправилась к себе в комнату, чтобы начать сборы.

Собравшись и позавтракав, девушка обняла мать (Эрида от всей души пожелала ей удачи), вышла из дома и направилась к автобусной остановке. Ехать предстояло долго.

Сменив два автобуса, Юстина добралась до места. Собеседование было назначено на полдень, и девушка едва успела. Мысленно она обрадовалась, что вышла так рано, потому что иначе могла опоздать.

Собеседование должно было проходить не на самой ферме, а в одном из областных офисов Медицинского центра «Восстановление организма, его органов и тканей». Офис располагался в многоэтажном здании современного бизнес-центра на сорок восьмом этаже. На посту охраны на Юстину уже был оформлен пропуск, и, показав паспорт, она прошла внутрь.

Девушка думала, что кроме неё будет ещё множество претендентов, однако в нужный ей офис других посетителей не было. Постучавшись, Юстина вошла.

В небольшом офисном помещении за широким столом сидела женщина-рекрутер. Женщина была одних лет с матерью Юстины, но выглядела несоизмеримо лучше. Отлично подобранный по фигуре костюм в стиле Шанель, строгая причёска и неброский макияж сразу же выдавали в ней женщину, которая не только хорошо зарабатывает, но и с умом тратит свои деньги. Лёгкая зависть кольнула сердце Юстины, и девушка пообещала себе, что однажды тоже станет такой. Но уже в следующую секунду наша героиня напомнила себе, зачем она здесь, и потому прогнала прочь ненужные мысли и представилась даме за столом.

– Вы пунктуальны, – отметила женщина, предлагая Юстине присесть напротив. – Резюме захватили?

– Да, – ответила Юстина, и вынула из своего рюкзачка заготовленный листок бумаги.

Раньше ей не приходилось составлять резюме, потому что на предыдущих работах этого не требовалось. Но Ясон Приамович предупредил её, что в этот раз резюме понадобится, и даже подсказал, как его составить. Однако Юстина всё равно нервничала, потому что сомневалась, правильно ли всё сделала. Но даже если она где-то и ошиблась, дама-рекрутер вида не подала. Женщина внимательно прочитала написанное, после чего спросила:

– Почему Вы хотите у нас работать?

– Последние два года я работаю в области медицины, – принялась объяснять Юстина. – И мне нравится это направление. Я хотела бы и дальше работать в этой сфере, но ещё не определилась с тем, какая именно область медицины для меня предпочтительней. Поэтому я решила расширить сферу своих знаний и набрать больше опыта по медицинской части, прежде чем окончательно определить, какой именно профессии хотела бы себя посвятить. И в перспективе я хотела бы пойти учиться по выбранной специальности.

– Что ж, у меня для Вас хорошие новости. У нашего Медицинского центра имеется стипендиальная программа для молодых сотрудников. И если Вы сможете проявить себя и попасть в эту программу, то Ваше обучение будет оплачено нашим Центром. Но разумеется, впоследствии мы ждём от выпускников желания и дальше работать в наших рядах, – сообщила дама-рекрутер.

– Правда? Я не знала, – честно призналась Юстина. – На Вашем сайте ничего подобного не было.

– Мы не афишируем свои преференции, – невозмутимо ответила сотрудница центра. – Мы заинтересованы в тех сотрудниках и специалистах, которые идут к нам по велению души, а не ради льгот и бонусов, которые даёт эта работа.

Услышав эти слова, Юстина ощутила укол в сердце, а кровь медленно стала отливать от лица девушки. Но Юстина постаралась сдержаться и не подать виду, что её смутило услышанное. В конце концов, она делает это не ради собственной выгоды, а для того чтобы спасти жизнь матери, а это совсем другое дело.

– В сети о вас нет почти никакой информации, – чтобы скрыть неловкость, произнесла наша героиня.

– Это намеренная стратегия, – не отводя от Юстины пристального взгляда, сказала рекрутер. – Мы предпочитаем соискателей, которые сами нас находят.

На эту фразу Юстина не знала, что сказать. На секунду она опустила взгляд, но тут же снова подняла, чтобы её смущение не было превратно истолковано. А между тем сотрудница Центра вновь взяла инициативу на себя.

– Заполните, пожалуйста, небольшую анкету, после чего можете быть свободны. Если Ваша кандидатура нас заинтересует, Вам сообщат.

– То есть никаких тестов проходить не надо? – удивилась Юстина.

– Я же сказала: Вам всё сообщат, – бесстрастным голосом проговорила рекрутер. – Анкета Вам будет выслана на электронную почту.

– Понятно, – ещё более смутившись, ответила Юстина. – До свидания!

– До свидания, – проговорила сотрудница Центра, и уже в следующую секунду перевела свой взгляд на экран компьютера, всем своим видом давая понять, что разговор окончен.

Юстина вышла из офиса и направилась к диванчику в холле сорок восьмого этажа. Девушка не знала, что и думать. С одной стороны, ей казалось, что она всё сделала правильно, не сболтнула лишнего и одновременно постаралась показать себя достойным кандидатом, но с другой стороны, Юстина не заметила ничего, что подтвердило бы, что её действия возымели нужный эффект. В любом случае, пока следовало заполнить анкету, и Юстина достала смартфон, проверила почту и увидела там новое письмо, в котором был приложен бланк анкеты. Решив побыстрее всё сделать, девушка скачала бланк и тут же принялась отвечать на предложенные вопросы.

Кроме стандартных вопросов о дате и месте рождения, семейном положении, образовании и предыдущих местах работы, в анкете следовало указать данные о родителях: их полные имена, даты и места рождения и адреса нынешнего проживания.

Также в анкете были вопросы о характере соискателя: его сильные и слабые стороны, способность работы в команде, уважение к корпоративной политике. Юстина честно ответила на все вопросы и отправила заполненную анкету по обратному адресу. Затем она со спокойной душой поехала домой.

Вернувшись, девушка вкратце поведала матери о том, как прошло собеседование.

– И это всё? – удивилась Эрида. – Больше ничего проходить не надо?

– Не знаю. Думаю, мне позвонят, если я прошла. Или пришлют письмо на электронную почту.

– А когда сообщат, не сказали?

Юстина отрицательно покачала головой.

– Лучше бы они так и не позвонили, – высказала вслух своё желание Эрида, но увидев, каким недовольным стало лицо дочери, добавила. – Тогда я попыталась бы сама к ним устроиться. Пришла бы и сразу заявила, что прошусь на самую низшую должность. В этом случае они бы вряд ли отказали.

– Давай подождём, – перебила Юстина маму. – Ясон Приамович говорил, что будет проверка. Они должны убедиться, что я их ни в чём не обманываю, а вы с папой не являетесь беглыми преступниками. А после этого меня пригласят.

– Опять ждать! – со вздохом проговорила Эрида. – Порой мне кажется, я всю жизнь чего-то жду и даже сама не знаю чего.

– А какой у нас выбор? – возразила ей Юстина.

– В том-то и беда, что никакого, – снова вздохнула мать.

Женщина обняла дочь и велела ей пораньше идти спать, а сама ещё долго сидела за кухонным столом, размышляя о своей жизни. И никто не видел, как горько она плакала, осознавая своё бессилие перед свалившимися бедами.

А через неделю на телефон Юстины пришло сообщение, что её приглашают пройти медицинское обследование.

Узнав, что первый шаг пройден, девушка так обрадовалась, что тут же сообщила об этом матери и поспешила отпроситься у начальника.

– Я постараюсь пройти всё как можно быстрее, чтобы Вам не пришлось здесь справляться со всем одному, – сказала она Ясону Приамовичу, но тот лишь покачал головой.

– Можешь не торопиться, – невесёлым тоном произнёс он. – Делай всё, что потребуется.

– Нет-нет! Надолго я Вас здесь не брошу! Ведь ещё неизвестно, примут ли меня, – опешив от такой щедрости, стала возражать Юстина.

– Я уже начал искать тебе замену, – вздохнув, проговорил Ясон Приамович, и Юстина ощутила очередной укол в сердце. – Ты же понимаешь, я должен думать о клинике.

– Понимаю, – упавшим голосом ответила Юстина.

– Тебя никто не выгоняет, – продолжил говорить Ясон Приамович. – Это будет лишь небольшая стажировка для временного работника, поэтому если с работой на ферме ничего не получится, место останется за тобой.

– Да, ясно, – поникшим тоном сказала Юстина. – Клиника должна продолжать работать.

– Вот именно, – ответил Ясон Приамович. – Рад, что ты понимаешь.

После этого Ясон Приамович вновь переключился на работу. Юстина последовала его примеру, однако заставить себя не думать о том, что она может потерять после ухода на ферму, она не могла.

Вечером накануне медицинского обследования и психологического тестирования Эрида Муциевна сказала дочери:

– Я уже отутюжила твою новую юбку и блузку и воском натёрла туфельки. Завтра ты будешь там самая красивая!

– Вообще-то я хотела ехать в другой одежде, – ответила Юстина.

– Почему? Нужно сразу показать им, что ты серьёзная девочка! Первое впечатление самое важное!

– Мама, там будут одни врачи! Им плевать, в чём я приеду! Всё равно заставят раздеться.

– Но ты же не голая к ним пойдёшь?

– Не уверена, – усмехнувшись, сказала Юстина.

– Как это? – удивилась Эрида. – Тебе что-то сказали?

– Ничего мне не говорили! Я просто так ляпнула, чтобы подколоть тебя!

– Не шути так! – схватившись за сердце, произнесла женщина. – А то я уже нехорошее думать стала. Вдруг они и тебя на органы захотят пустить?

– Мама! Придумаешь тоже! Разве людей пускают на органы? Для этого и создают клонов, чтобы людей никто не трогал!

– Не скажи! Я тут читала, что и сейчас некоторые люди, чтобы заработать, продают свои органы. Не в нашей стране, конечно, но в других странах такое очень даже бывает. А у нас такое возможно, если только человек сам пожертвует орган для своего родственника.

– Вот! – убеждённо произнесла Юстина. – Человек должен сам пожертвовать! Добровольно! Против воли никто его органы изымать не будет!

– Всё равно как-то неприятно, – поморщившись, сказала Эрида. – Продавать свои органы, будто они у тебя лишние.

– Но я-то не собираюсь ничего продавать! – рассмеялась Юстина. – За меня не беспокойся!

– Знаю. Раньше об этом я вообще не думала, а сейчас, когда ты собираешься устраиваться на работу в такое страшное место, всё время думаю. Сплю, а мне кошмары снятся, будто туда специально людей заманивают, чтобы пустить на органы, – с тревогой поведала Эрида.

– Я думаю, это оттого, что ты перестала принимать свои таблетки. Вот у тебя сон и нарушился.

– Не из-за этого, дочка, – в волнении сказала Эрида. – Что-то неспокойно мне.

– Опять? Мы с тобой уже сто раз всё обсудили!

– Да я понимаю, – вновь прикладывая руки к сердцу, сказала Эрида. – Но ничего не могу с собой поделать.

– Всё будет хорошо! – по слогам произнесла Юстина и обняла мать.

– Значит, завтра ты всё же наденешь обновку? – возвращаясь к тому, с чего начался разговор с дочерью, спросила Эрида. – Так хочется, чтобы все видели, какая ты у меня красавица!

– Надену, – чтобы не расстраивать мать, ответила Юстина, хотя ей вовсе не улыбалось ходить на каблуках и в офисной одежде весь следующий день.

Медицинское обследование и психологическое тестирование, как и в прошлый раз, должно было проходить в областном центре, но по другому адресу, поэтому Юстине пришлось снова рано подняться, быстренько собраться и пуститься в путь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.