# Осколки вечности. Том 2

Тиграна Верес

Звёздный дракон Эдриан Дайлу ждал перерождения своей возлюбленной Мирим три с половиной тысячи лет. Он был уверен, что придётся столкнуться с многими трудностями и непониманием, ведь перед смертью любимая бросила ему в лицо слова ненависти. Эдриан даже представить не мог, с кем именно ему предстоит бороться за право на любовь. Выбирая между собственным счастьем и судьбой всего мира, можно ли сделать правильный выбор?

## Глава 1

― Наш мир был создан столкновением сил порядка и хаоса при участии энергий времени и пространства. При зарождении также была почерпнута и магия некоторых богов Занебесья, поэтому основу мира составляет сила бога мудрости. Если бы в узел не попала частица энергии бога разрушения, основа долгое время сохраняла бы стабильность, но из-за этой частички… Наставник, а зачем нужен бог разрушения, если Занебесье существует для того, чтобы следить за сохранностью миров?

Когда прозвучал этот вопрос, лорд Дайлу наблюдал через окно за парящими над морем чайками и думал не о проблемах мироздания, а о том, что в царстве смертных время течёт слишком медленно. Он и Юнай покинули гору Девяти Ветров уже больше трёх с половиной тысяч лет назад. Знай Эдриан тогда, что для перерождения Мирим потребуются тысячелетия, предпочёл бы отправиться не к смертным, а в Облачное Царство. Там минуло всего десять лет. Новый владыка Тан Роэн многое успел изменить за эти годы и даже вновь открыл портал на острове Яй, чтобы одарённые смертные могли пополнить небесное воинство. Он неоднократно присылал звёздному дракону предложение занять почётную должность наставника в любой из школ для бессмертных, но Эдриан остался среди людей, поскольку был уверен, что Мирим Лаор обретёт новую жизнь где-нибудь здесь или в заповедных землях. Умирая, она сохранила частичку наследственной духовной силы далёкого предка-феникса и принадлежность этой силы к стихии огня, поэтому может родиться либо полукровкой в каком-нибудь королевстве смертных, либо духом-оборотнем в одном из двух кланов, живущих в заповедных лесах. Ну или возродится шестикрылым фениксом в Огненных Пустошах, что тоже весьма вероятно, но лорду Дайлу очень хотелось надеяться, что судьба не сыграет с ним настолько злую шутку хотя бы в этот раз. Раньше хотелось. Теперь же, спустя так много столетий, он уже был согласен и на шестикрылую птицу с врождённой ненавистью к потомку огненного дракона, лишь бы ожидание закончилось побыстрее.

– Для чего нужен бог разрушения? ― рассеянно переспросил Эдриан у своего ученика. ― Понимаешь, Ясар… Как бы это тебе получше объяснить? Миры смертны точно так же, как и люди, просто живут в миллионы раз дольше. А когда они погибают, вся накопленная в них магическая энергия высвобождается. Если этот процесс никак не контролировать, свободная магия может навредить другим мирам. Бог разрушения отвечает за то, чтобы подобное не случалось. Если мир стоит на краю гибели и его уже никак нельзя спасти, бог разрушения жертвует всю свою духовную силу на то, чтобы превратить много разной магии в безвредные чистые потоки энергии хаоса и порядка.

– Жертвует? ― удивился мальчик. ― Насовсем? И умирает?

– Да, ― кивнул лорд Дайлу. ― Миров много, разрушаются они регулярно, поэтому новые боги разрушения в Занебесье появляются чаще других.

– Но если даже боги умирают, то почему простые небожители называются бессмертными? ― задал Ясар следующий вопрос.

– Об этом мы с тобой поговорим завтра, а сейчас вернись к теме урока и продолжай читать с того абзаца, на котором остановился, ― строго приказал Эдриан.

Мальчик обречённо вздохнул и снова придвинул к себе учебник. Будь на то его воля, он с радостью бегал бы по улицам вместе с другими своими ровесниками, но злодейка-судьба обошлась с этим ребёнком очень несправедливо. Ясар родился единственным сыном в бедной семье и в будущем мог бы стать опорой для своих стареющих родителей, если бы не ввязался два года назад в драку с отпрыском знатного рода. Власть имущие подчас бывают хуже злых духов ― в этом Эдриан Дайлу за время своих странствий убедился не раз. Стычка произошла не по вине Ясара, он лишь защищался, но наказали именно его. И не просто наказали ― мальчишку сначала едва ли не до полусмерти выпороли на городской площади в назидание другим беднякам, а потом ему на ногах перерезали сухожилия. Так в Эсмаре даже с самыми отъявленными преступниками обходятся крайне редко. Всего за один синяк на лице благородного юного господина Ясар поплатился возможностью передвигаться самостоятельно.

Лорд Дайлу и его верный бессмертный страж Юнай по случаю оказались гостями столицы спустя два дня после этой жестокой расправы над беспомощным ребёнком. Слухи тогда ещё не успели утихнуть, поэтому найти жилище пострадавшей семьи труда не составило. Когда Эдриан постучал в шаткую дверь убогого дома, убитые горем родители уже оплакивали своего единственного ребёнка. Ясар был при смерти, но ещё не умер, поэтому бессмертные гости сделали для мальчика всё, что было в их силах.

Два года ― вроде бы не такой уж и большой срок, но изменить за это время можно многое. Лорд Дайлу купил одно из самых больших поместий в городе и поселился там. Родителей Ясара он нанял к себе в услужение, а мальчика взялся лечить в меру своих сил полубога и обучать всем наукам, которые может постичь обычный человек. Если бы у этого ребёнка была хоть маленькая частичка духовной силы, то имелась бы и возможность поставить его на ноги, но, увы, Ясар оказался самым что ни на есть простым смертным. Тратя всё свободное время на наставничество и лечение своего неожиданного подопечного, Эдриан одновременно добивался и справедливого возмездия для виновных. Он выдал себя за небожителя, который проходит испытание жизнью в мире смертных, и бесцеремонно заявился во дворец правителя Эсмара с жалобой на беззаконие, творящееся прямо под носом короля. Юнай предупреждал его, что причисление себя к подданным Облачного Царства может вызвать вполне обоснованные вопросы у владыки Роэна. К счастью, владыка хорошо помнил заслуги лорда Дайлу и закрыл глаза на эту маленькую бескорыстную ложь, прислав Эдриану лишь магическое письмо с просьбой не давать смертным никаких обещаний, которые он не сможет сдержать сам. Не прошло и месяца, как справедливость для Ясара была восстановлена ― ответственного за его страдания господина не только освободили от должности во дворце и лишили всех титулов, но и наказали за жестокость и нарушение законов подобным же образом, после чего внезапно обедневшая и лишившаяся влияния семья была выслана из столицы в изгнание.

«Потревожить улей» ― так смертные говорят, когда всего одно действие создаёт очень много шума. Запуганные знатью простолюдины, ранее не решавшиеся жаловаться на притеснения, толпами повалили в поместье к бессмертному господину со своими бедами. Эдриан очень быстро понял, почему небожители предпочитают путешествовать по миру смертных инкогнито или не спускаются сюда вовсе ― несчастных и обиженных слишком много, без вмешательства в дела королевства всем не поможешь. Он и не помогал ― просто объяснял, что для жалоб есть соответствующие инстанции, а отстаивать свои права не стыдно. «Лучше бы бессмертным и дальше не было до нас никакого дела», ― посетовал однажды король Эсмара на значительно осложнившуюся жизнь.

Правитель предпочёл бы, чтобы небожители побыстрее убрались куда-нибудь подальше от его владений, но лорд Дайлу за три с половиной тысячи лет устал путешествовать. Жизнь смертного не так уж и длинна. Ясар ― калека. Эдриан решил оставаться другом и наставником этого мальчика до тех пор, пока есть такая необходимость. Десять, двадцать или шестьдесят лет на это будет потрачено ― не так уж и важно. Всё равно никакой конкретной цели у странствий не было, так хоть кому-то прогулки звёздного дракона по землям людей принесут пользу. Ясар очень умный и любопытный. Знания он схватывает на лету и в своём возрасте уже умеет делать правильные выводы. Из него может получиться очень хороший учёный, каких при королевском дворе не так уж и много. Возможно, когда-нибудь он и сам станет наставником ― в его ситуации лучшую судьбу придумать сложно.

– Учитель! ― снова отвлёк Эдриана от размышлений звонкий детский голос.

– Что?

– Я спросил, почему вы не хотите вылечить меня с помощью духовной силы какого-нибудь зверя из тех, что живут в заповедных землях? ― повторил Ясар то, что пропустил мимо ушей его наставник.

– А ты хотел бы, чтобы тебя убили только ради исцеления кого-то ещё?

Это прозвучало слишком грубо и прямолинейно для ребёнка, но зато честно.

– Но ведь они же просто звери, ― неуверенно пробормотал мальчик.

Он уже не впервые поднимал эту тему. Эсмар на востоке граничит с заповедными землями, и на столичных рынках иногда можно встретить охотников, продающих духовных зверей, хотя охота на таких существ официально запрещена. За свою добычу торговцы запрашивают поистине баснословные суммы золотом и даже устраивают аукционы, подтверждая права на живой товар фальшивыми купчими других королевств. Они платят немалые налоги в казну, поэтому стража с ведома короля закрывает на всё глаза. А за стенами дворца даже есть питомник, в котором низших духовных существ выращивают для продления жизни короля и членов его семьи. Ясар не понимал, почему ему нельзя то, что можно другим.

– У меня есть жена, ― ответил на его обиженное ворчание лорд Дайлу. ― Она родилась с каплей крови духовного зверя, потом умерла, а сейчас я уже три с половиной тысячи лет жду её возрождения. Я не знаю, кем она возродится. У многих духов-оборотней человеческий облик не всегда проявляется даже к зрелому возрасту. Возможно, что всю свою следующую жизнь она проживёт, например, малым фениксом или лисицей, а потом, после смерти, снова переродится в человека с духовной силой. Но если убить её и отнять духовную силу для твоего исцеления, нового перерождения для неё уже не будет. Понимаешь, о чём я? Даже за духом невзрачного кролика или маленькой птички может быть спрятана душа человека, Ясар. Небожители не просто так воздвигли охранный барьер вокруг заповедных земель. Не все души смертных попадают прямиком в царство мёртвых. Многие из тех, у кого при жизни была унаследованная чистая духовная сила, перерождаются и обретают новую жизнь. Убивать духовных зверей для исцеления или долголетия равно убийству себе подобных.

– Но…

– Я откажусь быть твоим наставником и покину Эсмар, если ты ещё хоть раз заговоришь об этом, ― сухо пригрозил Эдриан.

Его печалило настойчивое желание мальчика исцелиться с помощью чужой духовной силы. За прошедшие три с половиной тысячелетия число духовных созданий в заповедных землях значительно возросло из-за частых войн в королевствах смертных. Шестикрылые фениксы ушли из Огненных Пустошей после того, как последним из них в пламени разрушения переродился глава клана Аан Хуо. Могущественным огненным птицам стало тесно рядом с демонами, поэтому они облюбовали Шаэн. Аан Хуо убил короля Шаэна и занял трон, после чего уничтожил половину смертного населения в своих владениях, чтобы утолить жажду мести за давнюю смерть дочери. Среди убитых фениксами людей было много полукровок с чистой духовной силой, не испорченной человеческим колдовством. Все эти души отправились не в царство мёртвых, а в заповедные земли, где спустя разное время обрели новую форму и жизнь. Второе такое пополнение произошло после того, как граничащее с Шаэном королевство Наим заявило права на спорные земли. Пока фениксы бесчинствовали к западу от Срединного хребта, демоны сталкивали лбами шесть восточных королевств, наращивая своё влияние в мире смертных. Человечество за сотни лет почти постоянных сражений основательно поредело, что пошло на пользу духовным созданиям. Небожители усилили барьер вокруг заповедных земель, чтобы войны не затронули это убежище магических существ. А потом снова всё переменилось. Фениксы угомонились, люди устали воевать, в царстве смертных наконец-то воцарился шаткий мир, но Облачное Царство решило пополнить свою армию новобранцами и открыло врата на острове Яй. Многие смертные воины захотели стать бессмертными, а пропуском на небеса служит только наличие духовной силы. Охота на магических зверей возобновилась. Колдуны за хорошую плату временно ослабляют барьер, чтобы охотники могли войти в заповедные земли и выйти оттуда. Владыка Тан Роэн делает вид, что ничего не замечает, лишь потому, что убийства духовных зверей происходят в интересах Облачного Царства. Небожители не щепетильны в вопросе происхождения духовной силы воина ― для них важны способности. За очень короткий промежуток времени заповедные земли вновь почти опустели. В граничащих с ними королевствах людей охота на духовных зверей запрещена, но границу никто не охраняет. Когда тигрица Кора выросла и окрепла, Эдриан подумывал отпустить её на волю в заповедные леса, но не рискнул так поступить. Позволить ей разгуливать на виду у безжалостных охотников он тоже не решился и связал дух зверя с небольшим медальоном, который постоянно держал при себе. Кора ― фамильяр Мирим. Тигрица сама признала эту девушку своей хозяйкой. Она будет лучшей охраной, когда Мирим переродится, поэтому потерять столь ценного духовного зверя из-за людской жадности и глупости лорд Дайлу не мог. За саму Мирим он тоже опасался, ведь она действительно могла появиться где-нибудь в заповедных землях духом-оборотнем. Ясар ещё слишком юн, чтобы осознать, насколько жестоки его мечты об исцелении. Он всего лишь ребёнок, который хочет ходить. Его можно вылечить, да, но какой ценой? Чью жизнь придётся отнять, чтобы вернуть смертному мальчишке ноги? И сколько потребуется таких невинных жертв? У мальчика совсем нет собственной духовной силы. Любой магический эффект для него будет временным. Убив одного зверя, он будет убивать их снова и снова. Поглотить ядро, чтобы изменить свою духовную суть, Ясар тоже не сможет. Но если он уже задумывается об этом, то со временем робкая надежда может превратиться в навязчивую идею ― как раз это Эдриана и печалило.

Занятия давно закончились. Небо начало темнеть, и отец забрал мальчика в комнаты для прислуги. Время ужина прошло, но у лорда Дайлу не было аппетита. Подобно каменному изваянию он продолжал неподвижно стоять у распахнутого настежь окна в ожидании появления первых вечерних звёзд.

– Ясар снова огорчил вас? ― спросил Юнай, войдя в покои господина.

– Я думаю о бессмертии, ― негромко ответил Эдриан, не отрывая взгляд от неба. ― Когда было создано Облачное Царство, а полубоги от нечего делать вздумали обучать смертных магии, они соединили крупицы своих духовных сил в источнике росы бессмертия. Ты прошёл через испытания на острове Яй и получил в награду каплю такой росы. Скажи, сколько раз ты сожалел об этом?

– Я сожалел лишь о том, что пришлось отказаться от своих целей относительно мира смертных, ― ответил воин. ― Теперь понимаю, насколько наивными были мои мечты, и не жалею ни о чём. Если даже имперская власть не смогла положить конец войнам и жестокости на землях людей, то что смог бы сделать я? Только зря потратил бы время на тщетные попытки что-либо изменить. Людей не переделать. Желание мальчика снова встать на ноги вы отнять тоже не сможете. Он весьма целеустремлённый парень. Подрастёт ещё немного и начнёт слушать не ваши наставления, а своё сердце.

– Поэтому я и задумался о росе бессмертия, ― кивнул звёздный дракон. ― Она сделает Ясара подданным Облачного Царства, но вернёт ему возможность ходить.

– Для начала она его убьёт, ― напомнил Юнай. ― Вы же знаете, как устроено это бессмертие.

– Знаю. Это всего лишь череда смертей и воскрешений, длящаяся до тех пор, пока собственная духовная сила воина не будет утрачена безвозвратно. Сколько раз ты умирал?

– Я не подсчитывал, ― болезненно поморщился бессмертный воин. ― Если вам интересно моё мнение по этому поводу, то я бы на вашем месте сначала посоветовался с владыкой Роэном. Ясар слишком юн и не имеет своей духовной силы. Роса может убить его безвозвратно, но даже если он переживёт посвящение в бессмертные, то навсегда останется ребёнком. В Облачном Царстве есть большой клан целителей. Помнится, его глава с семьёй даже наносили визит во дворец Айлань после вашей свадьбы. Можно попросить совета или помощи и у них тоже.

Эдриан вновь устремил взгляд на вечерное небо, помолчал немного и тяжело вздохнул.

– Не знаю, Юнай. Я хочу помочь этому ребёнку, но в то же время сомневаюсь. Иногда добрые намерения оборачиваются большей бедой, чем бездействие. Обещать что-то ему или его родителям точно не буду, но нужно хотя бы разузнать, есть ли для него шанс исцелиться полностью.

– Поручите это Муну, ― предложил бессмертный воин. ― Он уже три с половиной тысячи лет бездельничает. От радости, что вы о нём вспомнили, точно лопнет.

– Хорошая идея, ― согласился лорд Дайлу и вдруг нахмурился. ― Не пойму, куда подевалась звезда Мирим. Она обычно загорается в числе первых вечерних звёзд.

Юнай тоже подошёл к окну, окинул взором тёмный небосвод и неопределённо хмыкнул. Путеводной звезды, давным-давно зажжённой его господином, действительно не было.

– Сейчас сезон звездопадов. Может, её случайно зацепил бог небесных светил? ― предположил бессмертный воин.

Эдриан внимательно осмотрел свои запястья, обвитые такими же узорными шрамами, какие после свадьбы в заповедном лесу остались на руках его жены, но колец по-прежнему было три. Если бы Мирим обрела новую жизнь, одно кольцо исчезло бы, а путеводная звезда ярко засияла, указывая место перерождения. Увы, ничего подобного пока не произошло, а маленькая тусклая звёздочка почему-то исчезла с небосвода вовсе.

– Не нравится мне это, ― хмуро проворчал лорд Дайлу и отошёл от окна. ― Юнай, я отлучусь ненадолго на гору Девяти Ветров, а ты пока останься здесь за хозяина. Ясару поблажек не делай. Чем больше он будет читать, тем меньше времени у него останется на несбыточные мечты.

– Да, господин, ― кивнул бессмертный воин в знак того, что понял приказ.

Умение не задавать лишних вопросов Эдриан ценил в своём страже едва ли не выше всех остальных достоинств. Если бы Юнай спросил о сроках отсутствия, он не смог бы ответить, поскольку пока сам не понимал причин своей тревоги. Драконье чутьё подсказывало, что нужно срочно вернуться домой ― это единственный ответ, который лорд Дайлу дал бы своему верному стражу. Что-то случилось на горе Девяти Ветров. Зажигая путеводную звезду, Эдриан вложил в неё крошечную частичку духовной силы Мирим. Сделано это было во дворце Айлань, поэтому сердце теперь звало звёздного дракона именно туда. Если звезда погасла, значит, духовная сила в ней иссякла, а это могло означать только одно ― боги не сдержали своё обещание, и дух Мирим спустя три с половиной тысячелетия развеялся полностью.

## Глава 2

Муну не баловал своего хозяина ежедневными отчётами и присылал магические сообщения лишь при необходимости. Последнее Эдриан получил несколько дней назад. В нём говорилось, что владыка демонов Лерой Нитаэн в очередной раз справлялся о том, скоро ли господин намерен вернуться домой. В ответном послании лорд Дайлу, как обычно, сообщил, что пока не намерен возвращаться. Он и предположить не мог, что вскоре после этой короткой переписки обнаружит дворец Айлань сожжённым до основания. Вход в подземные залы тоже пострадал, но хотя бы остался запечатанным магией. Ни слуг, ни кого-либо из стражи найти не удалось, как и их останков. На магический призыв никто не откликнулся. Спустившись в подземелья, Эдриан первым делом тщательно проверил состояние святилища, печать богов в котором на протяжений многих тысячелетий удерживала пламя разрушения в границах Огненных Пустошей, не позволяя губительной силе распространяться по миру. Печать значительно истощилась, но пока ещё работала в полную силу, а вот в другой закрытой пещере Эдриана ждал неприятный сюрприз ― кто-то проник туда в обход защитной магии и украл артефакт, наполненный духовной силой последнего первородного огненного дракона. Поскольку разрушить барьер, созданный полубогом, мог только тот, кто обладает равноценной силой, подозрения сразу же пали на владыку демонов.

– Впустите его! ― приказал Лерой Нитаэн своим воинам после того, как лорд Дайлу без приглашения и предупреждения заявился на порог его дворца в Огненных Пустошах и в ярости покалечил половину стражников.

Разговор получился коротким, но содержательным. Выяснилось, что владыка демонов неоднократно интересовался возвращением хозяина дворца Айлань лишь потому, что был обеспокоен настойчивым интересом шестикрылых фениксов к горе Девяти Ветров. После того, как все огненные птицы переродились в пламени разрушения, их сила увеличилась стократ, но стала зависимой от Пустошей. Теперь члены этого клана слабеют по мере отдаления от места перерождения. Пока фениксы оставались в Пустошах, глава клана Аан Хуо не единожды пытался пробиться в недра горы Девяти Ветров через тот вход, где находится портал, ведущий в Облачное Царство. Мощи его маленькой пернатой армии не хватило бы для того, чтобы разрушить печать богини Айлань, а портал боги закрыли навсегда в тот день, когда за недобрые намерения был свергнут с престола и наказан бывший небесный владыка Даэ Нитаэн. Не понимая целей фениксов, повелитель демонов счёл необходимым сообщить богам об их странных попытках вломиться в пещеры горы Девяти Ветров. Боги не стали тратить время на выяснение причин и просто отняли у клана огненных птиц право жить в Пустошах. Фениксы ушли не сами ― их выгнали. Шаэн расположен к Огненным Пустошам ближе других королевств, поэтому ему и не посчастливилось стать новым пристанищем для могущественных духовных созданий.

– Они иногда с моего согласия приходят сюда, потому что зависимы от силы пламени разрушения. В последний свой визит несколько дней назад лорд Хуо ненавязчиво намекнул на то, что ты отсутствуешь уже очень долго, поэтому я и потревожил вопросом твоих слуг, ― объяснял владыка демонов своему рассерженному гостю. ― Мне не нужна ни твоя гора, ни твой дворец. Своих владений хватает. Из-за стычек с фениксами я половину войска растерял. Их собственная духовная сила после перерождения стала ничем не хуже той, которую мы вкладываем в магическое оружие. Любая из этих птиц одним щелчком пальцев способна навсегда разрушить дух бессмертного или демона. Представляешь, что может сотворить целый клан? Ты был в Шаэне после того, как они туда переселились? От большинства городов только пепелища остались. Если ищешь виновных в том, что твой дом сгорел, смотри в ту сторону, а не сюда. Демоны Огненных Пустошей никогда не враждовали с тобой, Дайлу. У меня нет ни причин, ни интереса соваться на твою территорию. Если бы я хотел добраться до Облачного Царства, то уже давно сделал бы это другим способом, потому что понимаю важность печати твоей матери.

Лерой Нитаэн и раньше ничего не знал о спящем духе отца Эдриана, давным-давно поверженного в бою Ааном Хуо. После разговора с ним лорд Дайлу уверился в том, что для Лероя Нитаэна эта тайна по сей день остаётся сокрытой. А вот главе клана шестикрылых фениксов была известна истина ― Эдриан сам рассказал ему об этом, когда просил осмотреть Мирим. Перерождённые в пламени Пустошей фениксы действительно могли сжечь дворец Айлань вместе со всеми его обитателями, но им не удалось бы сломать магический барьер в пещерах. Это сделал либо полубог, либо бог ― других вариантов нет.

Следующие два дня Эдриан провёл в подземельях горы Девяти Ветров, пытаясь нащупать хотя бы слабенький магический след тех, кто устроил бесчинства в его владениях. В недрах горы и даже на вершине сильно ощущалось присутствие стихии огня, но никакого следа незваных гостей обнаружить так и не удалось. Лорду Дайлу пришлось отправиться в Облачное Царство, чтобы поискать ответы там.

– Мне доложили о том, что на горе Девяти Ветров был мощный всплеск огненной магии и пожар, но никто из небожителей точно не имеет к этому отношения, ― сообщил ему небесный владыка Тан Роэн. ― Я, если честно, предположил, что ты чем-то разгневал бога огня. Попробуй спросить у него.

Поскольку других вариантов всё равно не осталось, Эдриан вернулся в святилище под горой и воспользовался советом владыки. Ждать, когда бог огня снизойдёт до ответа на вежливый призыв, пришлось ещё два дня, но ожидание было вознаграждено сторицей.

– Отец?! ― изумлённо уставился звёздный дракон на появившееся перед ним божество. ― Как ты… Ты теперь бог огня? Но…

– Я об этом не просил, ― прозвучало в ответ. ― Видимо, во всех существующих мирах просто не нашлось более подходящей кандидатуры на роль нового бога. Прежнего уже нет. Теперь когда-нибудь и мне тоже придётся принести себя в жертву не только этому миру, а всему мирозданию. Прости, но я не сразу смог обуздать божественную силу. Она едва не разрушила мой собственный дух, а уж о том, что сотворила с нашим домом, даже вспоминать не хочется. Но я собрал остатки духовных сил всех, кого нечаянно уничтожил, и отправил их на перерождение. Бессмертные будут помнить, что они служат тебе, а остальные… Надеюсь, ты был не слишком сильно привязан к своим слугам?

– Только к одному. Его звали Муну, ― растерянно ответил Эдриан, не без труда смиряясь с новыми обстоятельствами своей жизни. ― Я теперь даже не знаю, обнять тебя должен после стольких тысячелетий разлуки или поклониться.

Бог огня сам шагнул к нему и обнял. Должно быть, божественная сила ещё не успела убить в нём все простые человеческие чувства, поскольку в крепких объятиях лорд Дайлу почувствовал прежнюю отцовскую любовь.

– Я рад снова тебя видеть, сын, ― негромко произнёс бывший огненный дракон, неожиданно для самого себя возродившийся богом.

Эдриан наконец-то нашёл ответы на все свои вопросы. Никто не похищал дух его отца. Дворец Айлань был сожжён огнём божественной силы, а не фениксами. А путеводная звезда Мирим погасла из-за того, что новый бог нечаянно уничтожил всю магию, связанную с вершиной горы Девяти Ветров. Отцу и сыну было о чём поговорить спустя больше тринадцати тысяч лет после расставания. Пока огненный дракон спал и восстанавливал утраченные силы, в мире многое изменилось. Он не скучал по богине Айлань, с которой прежде был связан лишь узами брака, но не любовью, зато тосковал по Эдриану. Узнав о том, что его сын ждёт перерождения жены, бог огня вспомнил и о своей истинной любви. Она была огненным драконом, как и он. Ещё до того, как полубоги со всеми своими потомками ушли в Облачное Царство, люди поймали и убили ту драконицу.

– Если она и правда предназначена тебе судьбой, то не нужны никакие путеводные звёзды. Сердце само укажет путь, когда придёт время. Моё болит уже много сотен тысяч лет, но я всё ещё не умер от душевных страданий, поэтому продолжаю верить, что Лиин может вернуться.

– Но ты же теперь бог, ― напомнил отцу Эдриан. ― Все прежние чувства должны угаснуть.

– Должны, ― согласился бог огня. ― Они угаснут, а надежда останется. Мы не сможем снова быть вместе, но мне хватит и знания, что Лиин жива. Я подумаю, что можно сделать для твоей Мирим. Для смертной она что-то слишком долго не может переродиться. Так не должно быть. И если получится, я избавлю её дух от родственной связи с фениксами. Нехорошо, что судьба выбрала для тебя такую пару. Попробуем это исправить. А от шестикрылых птиц держись подальше, я сам с ними разберусь. Никогда бы не подумал, что им достанет ума смешивать свою силу с пламенем Пустошей. В этот раз Аан Хуо точно не будет рад новой встрече со мной.

Отец и сын провели вместе не один час и были бы рады оставаться вместе подольше, но у богов много обязанностей. Эдриану тоже нужно было возвращаться в королевство Эсмар, где его наверняка уже заждался юный ученик. Другого дома теперь всё равно нет. На восстановление дворца Айлань потребуется много времени и сил, но желания заниматься этим у лорда Дайлу не имелось ― на вершине горы Девяти Ветров всё равно больше никто не живёт, а сам он возвращаться туда пока не намерен. На прощание отец пообещал ему скорую встречу. «Моя божественная сила только навредит твоему ученику, но я ведь не единственный бог Занебесья. Сам до сих пор удивляюсь тому, как там всё устроено. Жди меня с ответом для мальчика в следующее новолуние. Не призывай, я сам приду», ― так он сказал, после чего ещё раз крепко обнял сына и исчез.

В святилище под горой Девяти Ветров снова стало пусто и тихо. Эдриан провёл там ещё некоторое время, чтобы прийти в себя после неожиданной встречи с отцом, а потом вернулся в своё поместье в Эсмаре, где огорошил новостями своего верного стража. Дворец Айлань сожжён дотла, Муну мёртв, а огненный дракон Дайлу переродился в нового бога огня ― такие известия сложно принять сразу. В этот день у Ясара не было занятий, потому что оба его наставника закрылись в хозяйских покоях и напились вина до беспамятства. Проснувшись на следующее утро, Эдриан обнаружил, что рисунок ожогов на его запястьях изменился ― одно кольцо исчезло. Мирим наконец-то вернулась в этот мир. «Всё-таки иногда к лучшему, если богам есть до тебя хоть какое-то дело», ― подумал лорд Дайлу. Вслух поблагодарил отца и улыбнулся, чего не делал с тех пор, как больше трёх с половиной тысяч лет назад сложил погребальный костёр для своей истинной любви.

## Глава 3

У всего имеется цена, и вмешательство богов в человеческие судьбы не является исключением из этого правила. За возможность снова передвигаться самостоятельно Ясару пришлось поплатиться своими мечтами. Отец Эдриана сдержал своё обещание ― он нашёл способ поставить мальчика на ноги без использования духовной силы магических зверей или росы бессмертия. В назначенный день в большое поместье лорда Дайлу в Эсмаре из Занебесья спустились два бога, а не один ― бог огня привёл с собой низшее божество, покровительствующее целителям во всех существующих мирах. Конечно же, личности гостей Эдриан предпочёл оставить в секрете, чтобы не привлекать к своему жилищу ещё больше ненужного внимания. Он представил богов небожителями, согласившимися позаботиться о несправедливо пострадавшем простом смертном мальчишке. Бог целительных сил осмотрел Ясара и сказал:

– Я могу помочь тебе, мальчик, но эта услуга будет стоить очень дорого. После моего вмешательства ты никогда не сможешь поднять меч или пустить стрелу точно в цель. Любое оружие в твоих руках будет превращаться в бесполезный хлам. Ты не станешь воином, но в обмен на эту жертву обретёшь возможность стать величайшим целителем вашего мира. Даже небожители будут обращаться к тебе за советом, поскольку их знания не безграничны. Подумай хорошенько, готов ли ты принять такое изменение в своей судьбе, потому что обратного пути уже не будет.

Ясар мечтал быть доблестным воином даже после того, как стал калекой. Из-за отсутствия духовной силы он не прошёл бы испытания на острове Яй и не попал бы в Облачное Царство, но защита своего королевства и живущих в нём людей тоже почётны. Служба в королевской гвардии была для Ясара пределом мечтаний, поэтому условия бога целительства поставили мальчика в тупик. Зачем лечиться, если воином всё равно не стать? Десятилетнему ребёнку сложно правильно оценивать перспективы, а советы взрослых подчас кажутся глупыми и неправильными.

– Дай ему время всё обдумать и не настаивай на том, что считаешь верным. Пусть он сам примет решение, чтобы этот был только его выбор, ― посоветовал бог огня сыну.

Думал Ясар долго, поскольку был сильно обижен на несправедливость судьбы. Есть ведь и другой способ. Можно исцелиться силами духовных зверей. Их всё равно убивают, так почему же нужно обязательно жертвовать своими планами на будущее? Эдриан устал давать ему одни и те же объяснения. Если бы однажды в их очередной спор не вмешался Юнай, неизвестно, сколько бы ещё продолжалось это противостояние разных точек зрения на одни и те же ценности. Бессмертный воин решил проблему просто ― он привёл в поместье одинокую старушку, в жилах которой текла испорченная человеческой магией кровь оборотня. Эта женщина не подходила на роль источника чистого ядра духовной силы, но она могла превращаться в маленькую безвредную змейку. Именно в таком виде Юнай её и принёс. Выпустил на стол перед Ясаром, вложил в руку мальчика нож и предложил убить духовного зверя. Ясар некоторое время сомневался, а когда всё же поднял руку для смертоносного удара, змея обернулась старушкой.

– Сердце находится вот здесь, ― указал Юнай точку на груди женщины. ― Убить нужно с первого удара, чтобы не потерять ядро духовной силы. Ну же, чего застыл? Бей сильнее. Это одно и то же существо. Если убьёшь её, то с помощью магии сможешь на пару месяцев встать на ноги. Потом убьёшь кого-нибудь ещё. И ещё.

Этого оказалось достаточно, чтобы Ясар оставил мысли об исцелении духовной силой магических созданий. Рождённый с добрым сердцем, он не был способен на убийство, хотя и задумывался об этом неоднократно. Эдриан извинился перед старушкой и предложил ей оставаться в его поместье в качестве гостьи сколько угодно, но женщина отказалась, потому что у неё имелись свои планы на остаток жизни. Она приняла в оплату за услугу мешочек с золотыми монетами и ушла, а после её ухода Юнай объяснил мальчику, что воин ― это не только красивые доспехи и звание. Воин ― это оружие в руке правителя. У оружия не может быть своей воли. Если хозяин прикажет убить даже невинного и слабого, воину придётся подчиниться. А позже, в мирное время, в памяти будут постоянно воскресать лица тех, чьи жизни отняты твоей рукой.

– Я в твоём возрасте тоже мечтал стать воином, а когда стал им, очень быстро захотел вернуться к простой жизни крестьянина. Никто не вправе сделать подобный выбор за тебя, Ясар. Мы можем лишь рассказать о собственном опыте. Ты сам должен решить, хочешь отнимать чужие жизни или спасать их. Калечить или исцелять.

– Но кто научит меня быть лекарем? Вы? ― спросил мальчик, наконец-то приняв решение, которое ждали от него взрослые.

– Ты будешь учиться в королевской академии, ― уверенно пообещал ему Эдриан. ― Когда освоишь основы, я подыщу для тебя наставника в клане бессмертных целителей.

– В Облачном Царстве?

– Да.

– Но если я отправлюсь туда, кто позаботится о маме и папе?

Обсуждение перспектив пошло в правильном направлении, и лорду Дайлу осталось только развеять последние сомнения мальчишки относительно его будущего. Позже, вечером того же дня, Юнай сказал, что после поступления Ясара в королевскую академию Эсмара его господин наконец-то сможет начать поиски Мирим. Эдриан в ответ на эти слова тяжело вздохнул и печально улыбнулся.

– Мне не нужно её искать, потому что я уже знаю, где она.

– Знаете? ― удивился бессмертный воин. ― Вы же ни на минуту не покидали поместье и даже ни разу не заговаривали о поисках. Когда вы успели всё узнать?

– Мой отец позаботился о Мирим в меру своего понимания наших с ней отношений, ― ответил лорд Дайлу. ― Её дух в прежней жизни был очень сильно искалечен магией, поэтому она и не могла переродиться так долго. К тому же кровным наследием Мирим была связана с низшими фениксами. Теперь же духовная сила моей истинной любви принадлежит чистой стихии огня. Понимаешь, что это значит?

– Чистая стихия огня? ― переспросил Юнай и нахмурился. ― Она же есть только у первородных духовных зверей вроде вашего отца или старика Динтина Хуо и не наследуется.

– А ещё она есть у леди Аннелии Фай, ― напомнил Эдриан. ― Потомки полубогов наследуют чистую духовную силу одного из своих родителей.

– Мирим родилась в династии Фай? ― изумился воин. ― Она наследница силы прежнего бога огня?

– Забавно, да? ― криво усмехнулся звёздный дракон. ― Помнишь, я говорил, что она умерла со словами ненависти на устах? Теперь её и правда научат ненавидеть меня всем сердцем.

– Думаете, леди Аннелия всё ещё злится на вас за ту давнюю историю? Прошло уже очень много времени. Она должна была докопаться до истины и понять, что вашей вины в смерти её сына нет.

– Она мать, ― ответил на это Эдриан. ― Даже если и знает правду, то всё равно будет меня винить. Бездействие иногда влечёт за собой не менее ужасные последствия, чем действие. У меня тогда была возможность спасти Сьюда, но я не сделал ровным счётом ничего. Прощения от этой полубогини я никогда не дождусь, как и разрешения на отношения с её дочерью. Даже пытаться не буду.

– Но если госпожа Мирим родилась с такими же отметинами на руках, как и у вас…

– Леди Фай выяснит их происхождение и будет требовать у богов расторжения нашего брака, ― закончил Эдриан фразу за друга. ― Не хочу предполагать, что будет, когда она обнаружит, что место её отца в Занебесье теперь занимает мой отец. У этой женщины стойкая неприязнь к родовому имени Дайлу. Ей плевать, огненный дракон он или бог. Не удивлюсь, если Аннелия обвинит его ещё и в незаконном получении божественной силы. С неё станется.

Если бы Мирим возродилась шестикрылым фениксом, то причина ненавидеть лорда Дайлу для неё была бы обоснованной ― у этих птиц и огненных драконов вражда и соперничество в крови. А с династией Фай всё намного сложнее. Леди Аннелия ― дочь прежнего бога огня от смертной женщины и глава клана. Первый её брак долгое время оставался бесплодным, поэтому она без сожалений расторгла его и вступила в новый союз с отпрыском династии, начало которой было положено богом богатства и процветания. Теперь, когда Тан Роэн стал владыкой Облачного Царства, клан Фай занимает особое положение среди небожителей, поскольку состоит в родственных отношениях с правителем. В новом брачном союзе у леди Фай родился только один сын, унаследовавший духовную силу не матери, а отца. Наследие бога процветания на поле боя бесполезно, поэтому Сьюд и не должен был оказаться в гуще последнего сражения небожителей с демонами, но парню так хотелось показать себя отважным воином, что он пренебрёг наказом матери оставаться дома. Эдриан тогда принял истинный облик зверя и бился одновременно с несколькими противниками, поэтому не сразу заметил, что рядом с ним неумело размахивает копьём неопытный воин. Сьюд обучался боевым искусствам, но безуспешно. Судьба избрала для него другое будущее, а самовлюблённый дурачок добровольно обрёк себя на верную смерть. Поначалу лорд Дайлу пытался защитить его, но сам начал сдавать позиции и сосредоточился на уничтожении врага. Сын леди Фай случайно подвернулся ему под руку, когда один из демонов магией отразил очередной удар звёздного дракона. Эдриан просто неудачно распределил силу. Отражённая энергия оглушила Сьюда, поэтому следующая атака противника для сына полубогини оказалась смертельной. Он был убил магическим оружием, выкованным в пламени Огненных пустошей. Смерть от такого клинка даже для полубога необратима и исключает перерождение, поскольку дух разрушается полностью. Эдриан Дайлу не убивал Сьюда Фай, но косвенно стал причиной его гибели. Это случилось спустя несколько дней после того, как шестикрылый феникс Аан Хуо сразил огненного дракона, поэтому отец Эдриана и не знал ничего о личной неприязни главы династии Фай к его сыну. Если бы знал, наверняка выбрал бы для возрождения Мирим более подходящую семью, но теперь уже слишком поздно думать и говорить об этом.

– Если госпожа Мирим теперь дочь полубогини, то она истинно бессмертна, ― заметил Юнай. ― Вы же с ума сойдёте за сотни тысяч лет разлуки с ней.

– Её зовут Тиэль, ― уточнил лорд Дайлу. ― Тиэль Фай. Мирим Лаор больше нет. Она уже не вспомнит свою прошлую жизнь. Нам лучше никогда не встречаться. Если для кого-то эта насмешка судьбы и должна обернуться душевными муками, то пусть боль неразделённой любви коснётся только меня. Я выдержу.

– А если леди Фай когда-нибудь вздумает выдать госпожу замуж?

Эдриан почувствовал, как его сердце болезненно сжалось, но вопрос был резонным. Он ведь наполовину дракон, а драконы ни с кем не делятся своей истинной любовью. В Облачном Царстве брачные союзы заключаются только ради какой-нибудь выгоды и не имеют к взаимным чувствам ни малейшего отношения, но это не отменяет супружеских обязанностей. За прошедшие три с половиной тысячелетия лорд Дайлу привык к постоянно нарастающему чувству утраты и глубокой тоски, а ревность ― это ведь совсем иное. Сможет ли он смириться с тем, что предназначенная ему судьбой женщина будет принадлежать кому-то другому?

– Она только что родилась, ― ответил звёздный дракон верному стражу. ― Брачного возраста достигнет не раньше, чем через сто лет по меркам Облачного Царства. Здесь за это время минет тридцать шесть с половиной тысячелетий. Думаю, этого времени мне вполне хватит, чтобы найти какой-нибудь выход. Если станет совсем невыносимо, вернусь на гору Девяти Ветров, запрусь там в подземелье и буду спать до тех пор, пока Мирим не переродится снова. Наш мир обречён, Юнай. Когда-нибудь пламя разрушения подточит его основу окончательно. Сотни тысяч лет на это потребуется или миллионы, но рано или поздно богам надоест жертвовать собой во имя нашего спасения. Всё это исчезнет и потеряет смысл, а мы переродимся в каком-нибудь другом мире с новыми планами на будущее. Я подожду.

– Это ваша последняя жизнь. Вы уже не сможете переродиться, ― не без горечи напомнил ему Юнай.

– Ты прав лишь отчасти, ― возразил Эдриан. ― Да, это моя последняя жизнь, но я ею уже пожертвовал, когда боги разделили отпущенный мне срок на перерождения для Мирим и связали наши судьбы. Пока не закончатся три её жизни, я не смогу умереть, как бы сильно мне этого ни хотелось. А её дух не развеется окончательно до тех пор, пока не выйдут все три срока. Даже если этот мир исчезнет, для нас двоих ещё будет шанс на счастье. Согласись, щедрость богов порой бывает поистине безграничной.

– Звучит ужасающе, ― поморщился бессмертный воин. ― Даже не знаю, что на это ответить.

Звёздному дракону и не нужен был ответ. Он просто хотел побыстрее закрыть болезненную тему и занять свои мысли чем-нибудь более насущным и полезным. Например, можно было подумать о том, чем они с Юнаем станут заниматься, когда Ясар исцелится и отправится на обучение в королевскую академию. В последнее время Эдриан всё чаще размышлял о том, что Облачное Царство плохо защищает заповедные земли от алчности людей. Было бы неплохо перебраться туда и взвалить на свои плечи заботу о духовных созданиях. Поставить новый надёжный барьер, добиться мира между враждующими между собой кланами духов-оборотней и навести хоть какой-то порядок. Можно даже стать там правителем, если этого будут требовать обстоятельства. Снежный дракон охраняет лишь портал в Облачное Царство, ему нет дела до жизни других зверей. Люди обнаглели уже до такой степени, что не боятся забираться в самое сердце заповедных лесов. Если так будет продолжаться и дальше, очень скоро их неуёмная жадность дотянется и до Зеркального озера, а это весьма нежелательно. Воды озера созданы богом времени. Нельзя допустить, чтобы хотя бы капля ценной влаги оттуда попала в руки колдунов, потому что человеческая магия даже благую силу способна превратить в разрушительное оружие. При желании найти для себя интересное занятие на ближайшие несколько сотен тысяч лет можно без особых усилий, а Эдриан желал этого всем сердцем ― чем меньше времени у него останется на мысли о Мирим, тем лучше. Забыть её он не сможет, но хотя бы не испортит ей и эту жизнь тоже.

## Глава 4

Последний огненный дракон Дайлу выбрал для себя жилищем гору Девяти Ветров ещё в те незапамятные времена, когда мир был единым. Позже, создавая Облачное Царство, боги зацепили своей силой и часть его владений тоже, поэтому за границей облаков на вершине горы в разных местах время тоже начало течь по-разному. Дракон жил в глубоких пещерах и никому не мешал. Тогда он ещё не обладал способностью принимать человеческий облик. Соглашаясь служить небожителям и охранять портал в Огненные Пустоши, он тоже оставался всего лишь драконом. Возможность обращаться в человека ему подарила богиня Айлань, но обитатели Облачного Царства видели его в этом обличье лишь единожды ― на торжественной и невероятно пышной церемонии сочетания богини и огненного дракона законным браком. Незадолго до этого события на вершине горы Девяти Ветров был выстроен роскошный дворец, а древний духовный зверь Дайлу получил высокий титул лорда. Для него это всё не было благом или даже собственным выбором ― так пожелали боги, а он просто не мог им возразить. После свадьбы огненный дракон регулярно превращался в человека лишь для того, чтобы разделить с богиней небесных светил брачное ложе. Этого он тоже не желал и не просил, поскольку не любил свою жену. Но сына дракон Дайлу с первого взгляда полюбил всей своей огненной драконьей душой. С тех пор он принимал человеческий облик только для Эдриана, потому что так им было проще общаться.

Немудрено, что леди Фай забыла, как выглядит старый лорд Дайлу ― она ведь видела его всего один раз, причём не один десяток тысяч лет назад. Надменности этой полубогине и раньше было не занимать, а брак с потомком нового владыки Облачного Царства сделали её характер и вовсе несносным. Кланяться богам она, к счастью, не разучилась, хотя нынешний бог огня не удивился бы и таким изменениям. Зато леди Аннелия была очень сильно удивлена, когда вместо отца на её магию призыва откликнулся незнакомец.

– Кто вы? ― спросила она, склонившись в приветственном поклоне. ― Я обращалась к богу огня. Простите, если ошиблась в заклинании.

– Ты не ошиблась, ― прозвучало в ответ. ― Бог огня Фай развеял свой дух для спасения одного из миров. Теперь его место среди верховных богов Занебесья занимаю я. Зачем ты меня призвала?

– Значит, моего отца больше нет… ― спокойно приняла этот печальный факт леди Фай. ― Я хотела спросить его мнения об отметинах на руках моей дочери. Тиэль родилась со странными метками на запястьях, и никто в Облачном Царстве не знает, как их истолковать. Не хотелось бы считать это проклятием или дурным знамением.

– Это не проклятие и не знамение, ― невозмутимо ответил ей бог огня. ― Метки на руках Тиэль оставил твой отец, когда в прошлой её жизни соединял узами брака две судьбы. Она была смертной девушкой, но супруг обменял долгий срок своей последней жизни на три перерождения для истинной возлюбленной. Я лишь немного помог с её первым перерождением. Не волнуйся, с твоей единственной дочерью всё в полном порядке.

– То есть Тиэль с рождения помолвлена с кем-то? ― нахмурилась полубогиня.

– Я бы сказал, что она уже замужем, ― последовало уточнение.

– И за кем же?

– Она связана судьбой со звёздным драконом Эдрианом Дайлу. Ты должна его знать.

Судя по реакции полубогини на эти слова, она не просто знала, кто такой Эдриан Дайлу, но и питала к нему не слишком добрые чувства. Красивое лицо леди Фай сильно побледнело и вытянулось, а сама она положила руку на сердце и покачнулась, что вызвало приступ суетливой паники у присутствовавшей в покоях служанки.

– Выйди! ― гневно рявкнула на обеспокоенную девушку госпожа, не без труда справившись с бурей эмоций, не свойственных небожителям.

– Мне показалось, или ты чем-то недовольна? ― нисколько не удивился бог огня.

– Недовольна? ― прошипела в ответ леди Фай, злобно сверкая глазами. ― Этот драконий ублюдок Дайлу убил моего сына, а теперь хочет отнять ещё дочь?

Гостя из Занебесья если такая наглость и шокировала, то он ничем этого не выказал. Разве что слегка приподнял одну бровь, демонстрируя заинтересованность.

– Драконий ублюдок? ― переспросил он. ― Насколько я помню, он такой же первый потомок бога, как и ты. По крови и духовной силе он даже значимее и выше тебя, поскольку вторым твоим родителем была простая смертная женщина. Вряд ли уместно называть его ублюдком. На твоём месте я был бы поосторожнее со словами. Говоришь, он убил твоего сына? Как это произошло?

Леди Фай пустилась в долгие и весьма красочные объяснения, а отец Эдриана Дайлу внимательно её слушал и глубоко сожалел о том, что выбрал матерью для возлюбленной своего сына именно эту женщину. О том, насколько неудачен этот выбор, ему поведал при последней встрече сам Эдриан. Увы, духу чистой огненной стихии больше негде было переродиться, если не считать клана шестикрылых фениксов. Нехорошо получилось, но теперь уже ничего не изменишь. Когда полубогиня в отчаянии рухнула на колени и начала молить о разрыве уз, связывающих лорда Дайлу и её дочь, богу огня осталось только спросить:

– Ты хочешь пойти против воли высших богов, связавших эти судьбы?

– Да! ― выкрикнула леди Фай в ответ, заливаясь слезами. ― Пусть небеса покарают меня, но я не отдам Тиэль этому чудовищу! Она моя единственная дочь и наследница!

– Не отдашь, ведь разрыв связи лишит её права и на эту жизнь, и на две оставшиеся. Твоя дочь умрёт без последующего перерождения. Ты готова заплатить за свою беспричинную ненависть такую цену? Подумай ещё раз. Хорошенько подумай. Можешь обратиться со своими жалобами к другим богам, но они ответят тебе то же самое. Только ты можешь решить, растить это дитя или убить в угоду своей глупости. Я не буду ждать ответа. Если считаешь, что безвозвратная гибель для твоего ребёнка будет лучше шанса на долгую и счастливую жизнь, убей дочь своими руками. Способ тебе известен.

Бог огня вернулся в Занебесье раздосадованным, но с твёрдой уверенностью, что Аннелия Фай не причинит вреда избраннице Эдриана. У этой полубогини нет других детей, зато у её супруга есть наследники от наложниц. Тиэль Фай ― единственный ребёнок династии, рождённый с чистой духовной силой огненной стихии. Возможно, когда-нибудь в будущем у Аннелии появятся и другие наследники огненного духа, но до тех пор Тиэль будет оставаться величайшей ценностью династии Фай. Девочку будут холить и лелеять, к чему мать приложит максимум усилий. Это хорошо для малышки, но плохо для её наречённого. Из-за ошибки отца Эдриану теперь придётся страдать.


* * *

Леди Фай мерила широкими шагами кабинет своего супруга, шелестя пышными юбками длинного платья и сотрясая воздух бесчисленными бранными словами.

– Я убью его! ― гневно изрекла она, остановившись перед большим письменным столом.

– Не сможешь, ― невозмутимо ответил ей муж, не отрывая взгляд от книги, которую держал в руке. ― Он такой же полубог, как и ты. Добровольно сводить счёты с жизнью по твоему желанию Эдриан Дайлу вряд ли станет, а если ты используешь против него разрушающее божественный дух оружие демонов, то тем самым подпишешь смертный приговор и себе тоже. Успокойся. И перестань шуметь, ты мне читать мешаешь. Подумай лучше о том, как при следующей встрече будешь извиняться перед богом огня за то, что сегодня назвала его сына ублюдком. На его месте я бы подобное никому с рук не спустил. Не понимаю, почему он не испепелил тебя на месте за такую наглость.

Леди Аннелия ответила супругу надменно-презрительным взглядом и покинула его кабинет, поскольку придумала гениальный способ решить внезапно назревшую проблему. Она не вернулась в свои покои, а отправилась в гости к дальней родственнице ― смотрительнице хранилища артефактов, славящейся прескверным характером и потому живущей в уединении.

– Ками, мне нужны чешуя ледяного змея, тысячелетний цветок безвременника и что-нибудь, что поможет отыскать того, кто скрыл суть своей духовной силы, ― заявила леди Фай с порога, не тратя время на приветствие и прочие любезности. ― И ещё вот что. Никто не должен знать о том, что именно я у тебя просила. Никаких записей не делай.

– Что ты опять задумала? ― сердито поинтересовалась хранительница артефактов.

– Ничего такого, о чём небожителям или богам стоило бы волноваться, ― ничуть не солгала госпожа Аннелия.

Её замысел и правда не мог навредить кому-либо из обитателей Облачного Царства, а богов он и вовсе никак не касался. Леди Фай всего лишь намеревалась защитить свою единственную дочь от того, кого считала врагом. С помощью чешуи ледяного змея и цветка безвременника можно создать живое отражение любого существа ― не совсем точную копию, но если подойти к делу с умом и старанием, то разницу не заметят даже верховные боги. Метки на руках малышки Тиэль прочно связаны с её духовной и жизненной силой. Для того, чтобы перенести их на двойника, заботливой матери всего-то и нужно было выбрать подходящего по возрасту оборотня и поменять духовные силы младенцев, используя магию чешуи древнего змея. Цветок безвременника поможет сохранить девочкам собственную внешность и обеспечит двойнику достаточную продолжительность жизни. А чтобы окончательно запутать Эдриана Дайлу, леди Фай вознамерилась ненадолго отправить настоящую Тиэль в мир смертных ― с духовной силой простого оборотня дочка быстро повзрослеет, после чего её можно будет вернуть обратно в Облачное Царство и приставить служанкой к подделке. Когда звёздный дракон начнёт предъявлять права на невесту, он получит совсем не то, чего желает. Останется только подстроить случайную смерть двойника и незаметно спрятать освобождённую духовную силу дочки в каком-нибудь артефакте, чтобы никто ни о чём не догадался. Ну или руками этой подделки убить ненавистного выродка Дайлу ― тоже интересный вариант. Что же до настоящей Тиэль, то её время возглавить династию Фай придёт ещё очень нескоро. Побудет для начала прислугой и ученицей при матери. Можно будет после фальшивого траура и приёмной дочерью её назвать, но это точно не в обозримом будущем. Ещё рано думать о проблемах, которые могут возникнуть через сотни или тысячи лет, а начинать действовать нужно уже сейчас.

Взяв у хранительницы артефактов всё, что просила, леди Фай вернулась к себе в комнаты и отправила своего доверенного слугу Харта в заповедные земли за новорожденным духовным зверем с силой стихии воды, а не огня, и не способным самостоятельно обращаться в человека ― так будет проще спрятать правду и обмануть звёздного дракона. Заодно Харту было велено с помощью поискового артефакта отыскать в землях смертных Эдриана Дайлу. Слуга получил приказ только ненавязчиво выяснить, где живёт и чем занимается сын богини Айлань ― это было необходимо для того, чтобы выбрать для малютки Тиэль безопасное место в мире людей подальше от назначенной ей богами судьбы.

Ждать известий и младенца для подмены пришлось не слишком долго, потому что на небесах время течёт гораздо быстрее, чем на земле. Харт отсутствовал всего несколько часов, после чего вернулся с крошечным слепым детёнышем мраморной кошки и информацией о том, что Эдриан Дайлу обосновался в людском королевстве Эсмар и всецело посвятил себя обучению смертного мальчика-калеки разным наукам.

– Эсмар граничит с заповедными землями, ― вспомнила леди Фай географию мира смертных. ― Это на востоке континента. Значит, нам нужен запад.

– К западу от Срединного хребта сейчас все земли находятся под властью клана шестикрылых фениксов, ― сообщил слуга.

– Вот и замечательно, ― обрадовалась полубогиня. ― Если Дайлу ушёл так далеко на восток, значит, не хочет ввязываться в стычки с теми, кому ненавистен по своей природе. Это мне подходит.

Ещё часом позже, успешно проведя магическую подмену духовных сил детей и наделив котёнка способностью принимать человеческий облик, она лично нанесла визит главе клана шестикрылых огненных птиц Аану Хуо и попросила его позаботиться о звере, выбранном в качестве прислуги для наследницы династии Фай.

– Впервые вижу оборотня мраморной кошки, ― высказал своё недоумение лорд Хуо.

Леди Фай солгала ему ― сказала, что кошку-мать убили охотники ради духовной силы, а котёнка где-то случайно подобрал один из юношей, пришедший в Облачное Царство для того, чтобы стать бессмертным воином.

– Это я наделила её способностью обращаться в человека. Если эта малютка смогла проделать столь долгий путь в царство небожителей, значит, ей суждено жить среди нас, ― пафосно изрекла полубогиня. ― Я лишь хочу, чтобы этот ребёнок вырос побыстрее. Заберу девочку отсюда через двадцать лет, когда она достаточно повзрослеет, чтобы стать личной служанкой для моей дочери. Пусть пока растёт у вас среди прислуги и потихоньку учится покорности.

Леди Фай пыталась показать, что этой просьбой оказывает шестикрылым фениксам честь, но Аан Хуо понял всё иначе. Он счёл визит наследницы божественной силы проявлением благосклонности и покровительства. Если полубогиня доверяет клану шестикрылых фениксов столь ответственную задачу, значит, одобряет их действия на землях смертных. На прощание она ещё и предупредила о том, что в Занебесье произошли небольшие изменения, и бывший огненный дракон Дайлу стал новым богом огня. «Боги лишены чувств, поэтому Дайлу вряд ли станет мстить за то, что вы оборвали его предыдущую жизнь, но всё же примите это к сведению и будьте осторожны», ― сказала леди Фай. В далёком прошлом именно она вступилась за фениксов перед богами, когда речь шла о землях для клана в Огненных Пустошах. Такая забота со стороны равнодушных ко всему небожителей дорогого стоит. Раздувшись от гордости и чувства собственной значимости, Аан Хуо не заметил подвох. Он принял на себя заботу о крошечной девочке с духовной силой мраморной кошки и пообещал вырастить из малютки покорную, исполнительную и образованную служанку для юной леди Тиэль Фай.

В Облачном Царстве никто не заметил кратковременную отлучку полубогини огненных сил в земли смертных. О том, что в колыбели принцессы династии Фай плачет не настоящая наследница, а всего лишь дикий котёнок с её духовной силой, тоже никто не догадался. У леди Аннелии всё получилось именно так, как она и задумала ― поддельная дочь с отметинами на руках осталась во владениях небожителей, а настоящая следующие двадцать человеческих лет проведёт вдали от дома. За это время на небесах минет всего двадцать дней, после чего Тиэль можно будет вернуть домой и снова держать при себе. Эдриан Дайлу и его папаша-бог останутся с носом. Такую магию не распознать даже богам. А раз так, то и волноваться о судьбе дочери больше не нужно. Теперь можно подумать и о том, как избавиться от ненавистного выродка Дайлу, чтобы поставить в этой неприятной истории с навязанным браком жирную точку.

## Глава 5

В королевскую академию Эсмара не принимают всех подряд. Существуют вступительные испытания, раскрывающие способности будущих учеников к тем или иным наукам, и Ясар с треском провалил первый же экзамен. Он так и не смог смириться с тем, что воином ему не стать. После того, как бог целительства выполнил своё обещание относительно возвращения способности ходить, мальчик долго огорчал обоих своих наставников попытками добиться хоть каких-нибудь результатов в военном искусстве, но преуспеть в этом у него вполне предсказуемо не получилось. Ясар, как и было предсказано, не мог поднять меч, поскольку сила его рук была использована для спасения ног. С остальными видами оружия дело обстояло точно так же. И не только с оружием ― руки мальчишки стали почти бесполезными и в хозяйстве тоже. Он мог нарезать хлеб или почистить овощи, но был не в силах поднять ведро с водой или наколоть дров. Это его угнетало. Жалоб и сожалений получилось больше, чем благодарности, поэтому Эдриану и Юнаю пришлось потратить ещё почти два года на то, чтобы наставить своего подопечного на правильный путь. К знаниям после исцеления Ясар потерял интерес почти полностью. На занятиях зевал, большую часть информации пропускал мимо ушей, потому и провалился на вступительном экзамене. «Я только зря трачу на тебя своё время», ― огорчился Эдриан и на несколько месяцев прекратил обучение. А потом у Ясара заболела мать. Тяжело заболела. На просьбы мальчика вылечить её лорд Дайлу отвечал отказом, объясняя это тем, что бессмертные воины не обладают достаточными навыками лечения смертных, которые Ясар мог бы получить в академии. Он солгал, конечно же, но парнишку беспокойство о здоровье матери всё-таки вразумило. Хороший лекарь для больной женщины был приглашён в поместье Эдриана только после того, как Ясар сам взялся за учебники. Это было жестоко, да, но его мама втайне от сына сама настояла на таком развитии событий. Если бы дело дошло до крайности, Юнай и Эдриан не позволили бы ей умереть, но, к счастью, всё разрешилось быстро и благополучно.

Ясар наконец-то получил жетон ученика королевской академии в возрасте четырнадцати лет ― спустя почти четыре года после того, как снова встал на ноги. Бог целительных сил изначально наделил его недюжинными способностями к лекарскому делу и даже уникальными знаниями, которым суждено было раскрыться только в процессе обучения. Следующие десять лет Эдриан Дайлу не без гордости наблюдал за тем, как обиженный на несправедливость судьбы мальчишка постепенно превращается в целителя, известного своими редкими умениями не только на весь Эсмар, но и в других королевствах. По окончании академии Ясару уже не требовались наставники из числа небожителей ― божественный целительский дар раскрылся полностью и без посторонней помощи. Что же до отсутствия силы в руках, то эта проблема была решена наймом нескольких бойких помощников.

В двадцать четыре года молодой целитель ещё не решался брать себе учеников, хотя вполне мог открыть собственную школу. Эдриан неоднократно намекал ему на то, что наставничество может приносить неплохой доход, но Ясар сомневался в своих способностях учителя. Его переубедила Нисса ― юная и весьма предприимчивая сиротка, ставшая пациенткой молодого лекаря после драки с городскими стражниками, а год спустя вступившая с ним в законный брачный союз.

Из Ясара и Ниссы получилась очень красивая пара. А главное ― взаимно любящая. До их свадьбы Эдриан всеми доступными способами подавлял в себе нежеланную сердечную тоску, но жизнь рядом с влюблёнными стала для него жесточайшей из пыток.

– Уходите? ― расстроился Ясар, услышав от наставника о решении покинуть Эсмар. ― Но почему?

– Срок моего испытания в мире смертных подходит к концу, ― солгал лорд Дайлу. ― Тебе уже двадцать восемь лет, Ясар. Ты сам уже наставник, поэтому больше не нуждаешься в моей помощи. Школа и так уже принадлежит тебе, а дарственную на поместье я сделаю. Считай этот дом моим подарком по случаю рождения твоего первенца.

– Но он ещё не родился, ― возразил молодой доктор. ― Неужели вы не можете подождать ещё хотя бы месяц? Останьтесь.

– Не могу. Я и так пробыл рядом с тобой слишком долго, а мне до возвращения в Облачное Царство ещё нужно многое успеть.

Эдриан пообещал по возможности когда-нибудь навестить своего выросшего и возмужавшего ученика. Он привык к этому мальчишке и даже испытывал к нему что-то вроде отцовских чувств. Расставаться было тяжело, а остаться ― невыносимо больно.

– И куда мы теперь? ― спросил Юнай, когда с затянувшимся прощанием было покончено, а столица Эсмара осталась далеко за спиной.

– В заповедные земли, ― ответил ему лорд Дайлу. ― Я давно уже размышлял об этом. Хочу положить конец охоте на духовных зверей.

– Но владыка Роэн объявил заповедные земли частью Облачного Царства ещё до того, как распорядился вновь открыть врата на острове Яй, ― напомнил бессмертный воин. ― Мне кажется, он будет против того, что вы начнёте хозяйничать в его владениях.

– Духовные звери поддерживают магией весь этот мир, а Тан Роэн превратил их дом в огромный питомник для своей армии, ― заявил на это Эдриан. ― К тому же он попустительствует убийству магических созданий простыми смертными. Если так будет продолжаться и дальше, ничем хорошим это не закончится. Это во-первых. А во-вторых, вновь открыв портал на острове Яй, владыка Роэн лишил защиты изумрудного дракона. Если шестикрылые фениксы захотят попробовать свои силы в битве с древнейшими живыми существами этого мира, они начнут именно с острова Яй. Насколько я понимаю, Облачному Царству нет дела до того, что эти птицы вытворяют на землях людей. Изумрудного дракона им тоже наверняка простят, потому что он ни разу не перерождался, а у него в запасе ещё одиннадцать жизней. Я хочу защитить снежного дракона в заповедных землях, потому что он будет следующей жертвой этого безумия.

– Но разве ваш отец не обещал, что разберётся с шестикрылыми фениксами? ― нахмурился Юнай.

– Он обещал это ещё до того, как растерял свою человечность, ― не без горечи в голосе ответил лорд Дайлу. ― Сейчас он такой же равнодушный ко всему бог, как и остальные жители Занебесья. Пока фениксы не пытаются разрушить основу этого мира, у богов нет к ним интереса.

– То есть вы планируете в одиночку вразумить небесного владыку и приструнить клан Аана Хуо? ― недоверчиво уточнил бессмертный воин.

– Почему в одиночку? ― удивился Эдриан. ― У меня есть ты. А в заповедных землях ещё остались кланы разумных существ, которые тоже жаждут мира и справедливости. Магии там в разы больше, чем на горе Девяти Ветров, а я вроде бы пока ещё полубог, поэтому не считаю свои замыслы невыполнимыми или самоубийственными. Заповедные леса всегда считались царством духов, у них просто правителя не было. Теперь будет.

– Звучит амбициозно, ― уважительно похвалил Юнай планы своего господина. ― Не думал, что когда-нибудь у вас появится желание стать владыкой собственного царства.

– У меня нет желания становиться владыкой, ― возразил лорд Дайлу. ― Я просто хочу помочь своим сородичам, потому что не только полубог, но ещё и наполовину дракон. Власть мне не нужна, но без неё, к сожалению, навести порядок невозможно.

За прошедшие годы он очень хорошо всё обдумал. В заповедных землях каждый сам по себе, взаимопомощь есть только в кланах разумных духов-оборотней или в стаях низших духовных зверей. Единства как такового нет. Снежный дракон охраняет портал в Облачное царство и Зеркальное озеро ― других интересов у этого древнего зверя не имеется. Для избавления от угрозы нападения со стороны людей достаточно всего лишь сплотить большие и сильные кланы для защиты слабых созданий и одиночек. Не усилить магический барьер, а полностью перестроить его с использованием энергии самих заповедных земель. Так небожители больше не смогут контролировать границы царства духов и допускать туда кровожадных охотников. Да, небесному владыке такое вмешательство вряд ли придётся по вкусу, но у Облачного Царства нет никаких прав на заповедные леса. Даже если Тан Роэн и объявил эти земли своими, ему придётся доказать своё право владеть ими, потому что в глазах правителя все подданные должны быть равны. Если полубог не способен защитить тех, за кого взял ответственность, то кому такой владыка нужен?


* * *

– Сьюи, глупая ты девчонка! Я велел тебе нарвать спелых слив, а это что?

– Спелые сливы.

Девушка подняла с земли корзинку и торопливо собрала в неё рассыпавшиеся по земле плоды. Этой ночью господин явно плохо выспался и теперь был не в духе, о чём свидетельствовали его покрасневшие глаза и нервно подрагивающая борода. Обычно прародитель клана шестикрылых фениксов Динтин Хуо проявлял к своей воспитаннице терпение и доброту, но время от времени его возраст всё же давал о себе знать такими вот приступами бессонницы и неизменно следующим за ними недовольством.

– Выбрось эту гадость и нарви мне сладких и сочных спелых слив! ― потребовал старик, гневно сдвинув косматые седые брови.

– Да куда же ещё спелее?! ― возмутилась Сьюи, снова бросив корзинку на землю. ― Если вы уверены, что дикие сливы могут быть слаще и сочнее этих, то идите и рвите их сами!

Морщинистое лицо древнего феникса начало медленно покрываться красными пятнами, ноздри раздулись, а от щуплого тела ощутимо повеяло жаром. Это не сулило непокорной служанке ничего хорошего. Ей бы упасть на колени и молить о прощении или броситься обратно в чащу за новой порцией спелых фруктов, но девушка всё утро лазала по колючим деревьям и зарослям, чтобы выполнить поручение господина, и устала настолько, что готова была лечь на землю и не шевелиться до самого вечера. К тому же она порвала свою одежду и сильно поцарапала руки и ноги. Даже на правой щеке имелось несколько глубоких царапин, а сердитый феникс не обратил на это никакого внимания.

– Ты… ― яростно сверкая глазами начал он, но закончить фразу не успел, поскольку на поляне перед его скромным жилищем появились незваные гости.

Во дворце короля Шаэна Аана Хуо Сьюи доводилось видеть разных мужчин, но не настолько красивых. Гостей было двое, но девушка с первого взгляда определила, кто из них кому приходится господином ― когда смысл твоей жизни заключается исключительно в служении знатным особам, подобные навыки вырабатываются сами собой. Молодой и невероятно привлекательный парень ― точно господин. У него и осанка королевская и взгляд прямой. А тот, что пострашнее и весь в шрамах ― однозначно слуга. Или страж. Такие при виде господ всегда опускают взгляд.

– Сын огненного дракона Дайлу и богини Айлань приветствует шестикрылого феникса Динтина Хуо! ― произнёс молодой господин громким приятным голосом.

– Не прибедняйся, ― сердито фыркнул старик. ― Теперь ты сын бога огня. Думаешь, я настолько одичал здесь, что ничего не знаю?

– Ни в коем случае, ― вежливо возразил гость. ― Я просто привык называть вещи своими именами. Моим отцом был именно огненный дракон, а тот факт, что теперь он возвысился до бога, лично для меня ничего не меняет. Я принёс вам шелковицу, лорд Динтин.

Старый феникс недоверчиво сощурился и уточнил:

– Белую? Из Наима? Собранную по утренней росе? И мои потомки не оторвали тебе голову за то, что ты вторгся в их владения? Не верю!

– Ваши потомки сожгли все тутовые сады в Наиме, поэтому плоды из Файтахара, ― сообщил молодой господин. ― Но они белые и собраны по утренней росе, как вы любите.

– Так и знал, что если день не задался с самого утра, то хороших новостей не дождёшься и до вечера. Даже не хочу знать, зачем сын двух богов пожаловал ко мне на этот раз, ― насупился лорд Динтин, но подношение принял.

«Дайлу… Айлань… Кажется, при дворе короля Аана говорили, что лорд Дайлу наш враг», ― пыталась Сьюи вспомнить, что слышала в Шаэне об этом молодом человеке. Шестикрылые фениксы ненавидят огненных драконов ― это девушка усвоила ещё в детстве, но причин ей никто не объяснял. Король Аан Хуо лично убил огненного дракона Дайлу ― это она тоже знала. А вот о том, что огненный дракон воскрес и стал богом, слышала впервые. Да и не интересовалась никогда такими деталями, потому что у прислуги нет времени на праздную болтовню. А теперь вот ей представилась редкая возможность собственными глазами увидеть сына дракона и богини. Если рассказать об этом кому-нибудь во дворце ― обзавидуются. Небожители не каждый день радуют смертных своим появлением. За восемнадцать лет жизни со Сьюи такое произошло впервые, поэтому она и стояла посреди поляны с раскрытым ртом, бесцеремонно разглядывая важных гостей лорда Динтина.

– Лично к вам у меня никаких дел нет, ― ответил старику молодой господин. ― Я шёл к Зеркальному озеру, а по пути вспомнил о вас и о том, что вы любите шелковицу. Это просто визит вежливости, не более. Простите, если отвлёк вас от каких-то важных дел.

– Да какие здесь могут быть важные дела? ― проворчал старый феникс, скрюченными пальцами перебирая ягоды в небольшом туеске. ― Ни дел, ни новостей. Охотников с границ гоняю и оборотня вот непокорного воспитываю по просьбе Аана, а так… Сью, ты бы хоть поклонилась, несносное дитя. Всё-таки перед тобой полубог.

Он хмуро посмотрел в сторону Сьюи, и гости наконец-то обратили на неё своё внимание. Во взгляде человека со шрамами не мелькнуло и тени интереса, а молодой господин вдруг нахмурился.

– Мраморная кошка? ― спросил он у лорда Динтина. ― У этих созданий нет способности к обращению, но и человеческой магии я тоже не чувствую. Небожители начали превращать духовных зверей в оборотней? С чего бы?

– А разве только люди имеют право на такую магию? ― возмущённо поинтересовалась Сьюи и сразу же пожалела о своей несдержанности, поскольку феникс слабым ударом своей энергии швырнул её на землю прямо под ноги гостя.

– Совершенно невоспитанный ребёнок, ― посетовал старик, сокрушённо покачав головой. ― Прости её за эту выходку, Дайлу. Аан прислал эту глупую кошку сюда в надежде, что хотя бы я смогу обуздать её нрав, но с тех пор, как Сью здесь появилась, у меня, кажется, только седин прибавилось. Я накажу её позже, если не возражаешь.

– Не нужно никого наказывать. Кошки своевольны по своей природе, искоренить это в них невозможно никаким воспитанием, ― ответил молодой господин.

Он наклонился, чтобы помочь девушке подняться на ноги. Из-за его ворота выскользнул медальон на кожаном шнурке, а в следующий миг между ними из ниоткуда возник большой белый тигр и мягким ударом широченных лап снова опрокинул Сьюи на землю.

– Кора! Ты что творишь?! ― прикрикнул на зверя хозяин, но крупная полосатая кошка только фыркнула сердито в его сторону, после чего распласталась на траве рядом с девушкой и с довольным урчанием принялась вылизывать лицо своей беспомощной жертвы жёстким шершавым языком.

## Глава 6

Прошло уже четыре дня с тех пор, как жилище Динтина Хуо под раскидистыми ветвями краснолистного клёна осталось позади, а лорд Дайлу за это время не произнёс и двух полных фраз. На вопросы своего стража он отвечал лаконично, постоянно хмурился, а по ночам с задумчивым видом сидел у костра и смотрел на свои запястья.

– Господин, я не умею читать мысли. Скажите, что вас тревожит? Могу я чем-нибудь помочь? ― не выдержал Юнай изменений в настроении звёздного дракона.

– Я и сам не знаю, что именно меня тревожит, ― признался Эдриан.

– Если вас беспокоит неожиданный интерес Коры к девчонке-оборотню, так это объяснимо. Они обе кошки с одинаковой стихией духовной силы. Кора слишком долго оставалась вдали от сородичей, а теперь почувствовала родственную душу. Я, например, нисколько не удивлён, что тигрица захотела остаться с новым другом, а не с вами.

– А я? ― спросил лорд Дайлу, устремив на бессмертного воина усталый взгляд. ― Я что почувствовал? Эта девушка Сьюи не выходит у меня из головы. Вспоминаю её испуганный взгляд и хочу, чтобы она смотрела на меня иначе. Вот здесь всё трепещет, хотя так не должно быть.

Он постучал себя кулаком по груди, вздохнул и подбросил дров в костёр.

– Этому тоже есть объяснение, ― проявил понимание Юнай. ― Когда вы последний раз были с женщиной? Четыре тысячелетия назад? Больше? Даже полубогам длительное воздержание не идёт на пользу, хотя все почему-то думают, что небожители свободны от естественных потребностей.