Алина Дягилева
Плохие родители

– Кир!

Кир обернулся на мамин голос, продолжая вертеть в руках только что найденную им в сарае старую машинку, всю заржавелую и без одного колеса.

– Что, мам?

– Ты еще не проголодался? Не хочешь пообедать? Уже почти 2 часа.

– Нет, мам, еще не хочу!

– Ладно, скажи, как проголодаешься, я подогрею пиццу.

На маме старые дырявые джинсы, белая футболка, которая, впрочем, уже серая от пыльных коробок, которые она таскает все утро. Стоя на крыльце, она приставила руку ко лбу и смотрит против солнца на двор и на Кира во дворе. С удовольствием вдыхает пахнущий травой воздух и улыбается.

– Хорошо тут, правда?

Кир кивнул и улыбнулся ей в ответ.

Еще немного полюбовавшись видом, мама вернулась к папе в дом, чтобы продолжить отмывать застарелую пыль с полов, стен и полок в их новом доме.

Кир отправился обратно в сарай. В сумраке деревянных стен царил сказочный бардак. Ящики с углем, дрова – видимо, раньше дом отапливался с помощью печки и котла, но папа Кира еще до переезда заказал установку газового отопления – это дешевле и экологичнее, сказал он. И мороки меньше.

Они переехали в этот дом только сегодня утром. Сначала приехали они сами на своей машине, а через полчаса подкатил грузовик с их вещами, и двое бодрых грузчиков выгрузили, наверное, тонну коробок на газон перед домом. Сейчас этот коробочный городок был примерно наполовину разобран – все утро папа, как заведенный, бегал туда-сюда, занося эти коробки в дом.

Кир все это время изучал сарай, набитый артефактами, оставшимися от прошлых хозяев. Он даже не заметил, как пролетело время. На траве перед сараем лежало несколько вещей, которые Кир намеревался реанимировать: потрепанный плюшевый медведь, трехколесных грузовик, книжка сказок с вырванными страницами, кукла без ноги, которая, как ни странно, все еще говорила «мама», когда ее переворачивали на спину, и что-то похожее на ловец снов, весь спутанный и в паутине.

Медленно бредя вдоль стены сарая, Кир вдруг наткнулся на что-то, что привлекло его внимание. Маленькая соломенная куколка, размером с его ладонь, даже чуть меньше. Ее явно сделал ребенок – не очень аккуратно, потому что солома торчит неровными пучками, но видно, что старательно. На куколке наряд из кусочка цветастой материи, лица нет, но есть платок на голове и руки из веточек. К голове куколки приделана веревочка в форме петли, чтобы ее можно было куда-то вешать.

Кир разглядывал куклу, пытаясь представить себе ребенка, который ее сделал. Зачем он ее сделал? Кукла не была симпатичной, трудно представить, чтобы кто-то ею играл. И все-таки кто-то очень старался – платье куклы было перетянуто кусочком тонкого кожаного шнурка в виде пояса, а веточки рук были покрашены какой-то краской в белый цвет.

Кир задумчиво вертел куклу в руках, разглядывая со всех сторон. Что-то она ему напоминает? Где-то он уже видел подобные игрушки? Он вдруг ощутил странное покалывание в пальцах, вслед за которым пришло необъяснимое чувство тревоги. Он почувствовал, что его руки едва заметно дрожат. И тут он вспомнил – обереги. Бабушка, которая живет в далекой деревне, показывала ему такие, она делала их сама в детстве. Куклы-обереги призваны защищать своих владельцев от дурного глаза, злых духов и прочих напастей. Эта кукла вполне может быть оберегом, у нее даже есть петелька, чтобы повесить, например, над дверью.

Кир поежился от странного, неприятного ощущения. Это вроде бы и не страх, но что-то очень похожее. Он оглянулся, не понимая, откуда пришло это чувство. В сарае как будто стало темнее, или ему кажется? Резко захотелось выйти на свет, но тут его взгляд упал на маленькую деревянную шкатулку, присыпанную опилками и соломой. Оглядевшись зачем-то по сторонам, словно какой-нибудь воришка, он присел и взял в руки шкатулку. Почему-то ее страшно открывать. Неужели уже вечер? Почему так темно? Или все-таки кажется?

Не выдержав этого странного навалившегося на него напряжения, Кир схватил куклу-оберег, шкатулку и выбежал на улицу. Там по-прежнему ярко светило солнце, все, как обычно.

На улице он сел на траву и некоторое время просто дышал. Наконец, почувствовал, что неведомо откуда взявшийся страх, который выгнал его из сарая, постепенно отступил. «Что за ерунда», – подумал он сам себе и открыл шкатулку.

Внутри был слой пыли, под которым скрывалось несколько вещиц. Кир аккуратно достал их по одной. Нательный крестик на веревочке, маленький и слегка погнутый, из какого-то простого металла. Темно-зеленый круглый камешек с яркой светлой полосой посередине. Очень красивый и приятный на ощупь. Кир покатал его между пальцами, вспоминая, как он называется. Точно, кошачий глаз. Он снова вспомнил свою напичканную историями бабушку. У нее висел амулет с кошачьим глазом над входной дверью. Она говорила, что этот камень защищает от врагов, от бед и от смерти.

Кир отложил камень и достал последний предмет из шкатулки. Это был сложенный вчетверо листок бумаги, пыльный и помятый. Кир осторожно, чтобы не порвать, развернул его. Внутри был рисунок простым карандашом. Точнее, наверное, сначала там был рисунок, но сверху он был тщательно зачеркан все тем же карандашом так, что нельзя было разглядеть, что было нарисовано. Кто-то очень долго и старательно давил на карандаш, стараясь зарисовать предыдущее изображение. Рядом с этим черным пятном детской рукой было написано несколько раз одно и то же слово: «МАМОЧКА».

Кир нахмурился и задумался. Еще раз оглядел все найденные предметы, потом сложил в ряд на траве кошачий глаз, соломенную куклу-оберег, крестик на веревочке, выудил из кучи ловец снов и аккуратно разгладил листок с рисунком. Оперся подбородком на колено и стал смотреть на свои находки. «Чего же он так боялся?», – подумал Кир.

Тут с крыльца снова раздался голос мамы.

– Кир, мы с папой садимся есть пиццу! Пойдешь с нами?

Кир резко обернулся, словно его выдернули из какого-то подвешенного состояния, несколько секунд поморгал глазами, вспоминая, где он и что происходит, а потом ответил:

– Да, мам, иду!

Он быстро сложил рисунок, камешек и крестик обратно в шкатулку, туда же запихал куклу-оберег, сунул шкатулку в карман и побежал к дому.

Родители уже сидели за столом в кухне, на тарелках были разложены куски пиццы, его любимой, с колбасой. Кир быстро вымыл руки и уселся за стол. Мама пододвинула ему тарелку и стакан с молоком.

– Ну, как раскопки в сарае? – спросил папа. – Нашел что-нибудь интересное?

Кир пожал плечами, жуя огромный кусок пиццы.

– Кое-что, – уклончиво ответил он.

Дожевав, он спросил:

– А кто тут жил до нас? Я нашел старые детские игрушки.

Мама, пододвигая ему второй кусок, ответила:

– Вроде бы раньше тут жила семья с детьми, но давно, лет десять назад или около того. Человек, у которого мы купили этот дом, как будто их родственник, сказал, что дом стоял пустой уже несколько лет. Сам он в нем не жил, ему дом достался по наследству.

– Понятно, – промычал Кир с полным ртом.

После обеда родители вернулись к своим делам. Оба выглядели очень довольными. Папа все время что-то напевал, а мама то и дело улыбалась своим мыслям. Кир был рад за родителей. Они так давно мечтали о переезде в свой загородный дом, чтобы можно было наслаждаться жизнью вдали от города. Ему в целом было все равно, где жить, их старая квартира ему тоже нравилась, но и этот новый дом, такой большой, двухэтажный, с собственным двором, ему тоже пришелся по душе.

Особых друзей в городе у него не осталось – в школу он не ходил, учился дома онлайн. Конечно, он ходил на какие-то кружки и секции, на шахматы, например, но из-за природной стеснительности завести друзей ему так и не удалось. Поэтому у Кира не было повода грустить из-за переезда – все, что ему было нужно, переехало вместе с ним: мама, папа, компьютер, игрушки, книги, велосипед.

Вымыв посуду, Кир снова отправился во двор, чтобы собрать остатки своих находок и решить, что с ними делать.

Когда он подошел к куче возле сарая, то вдруг заметил на дороге прямо за их калиткой группку ребят примерно его возраста – двух мальчиков и двух девочек. Он с любопытством посмотрел на них, но, когда они заметили его, быстро отвел глаза, сел на корточки и сделал вид, что с интересом копается в куче старых вещей.

Дети тем временем замедлили и без того прогулочный шаг и тоже стали разглядывать его. Он слышал, как они о чем-то переговаривались, но не мог разобрать слов. Кажется, они остановились. Кир почувствовал, как щеки и уши залились краской, и разозлился на себя за это. Он продолжал бесцельно перебирать вещи, пытаясь понять, ушли дети или нет. Их голосов больше не было слышно. Наверное, ушли. Кир осторожно поднял голову.

Дети стояли возле калитки. Высокий мальчик постарше него оперся на забор и смотрел прямо на Кира. Рядом мальчик помладше смущенно мялся и глядел в сторону, делая вид, что оглядывает окрестности. Старшая из девочек, высокая, в длинной футболке-балахоне, смотрела в упор на их дом, в глазах у нее как будто бы читались злость или отвращение. Или страх? Вторая девчонка, очень похожая на нее, возможно, младшая сестра, заинтересованно посмотрела Кира и попыталась улыбнуться. У нее вышло плохо. Улыбка получилась какая-то кривая и безжизненная.

Кир встал, теребя в руках что-то взятое из кучи. Опустив глаза, он понял, что это кукла. Он скорее бросил ее на землю. Кукла упала и заорала «МАМА!».

– Привет, – сказала, наконец, высокая девочка.

– Привет, – ответил Кир, заново заливаясь краской.

– Я Марго, это моя сестра Вики, а это Марк и Александр.

– Я Кир.

– Вы только что сюда переехали? Марк говорит, что видел, как утром сюда приезжал грузовик с вещами.

Кир кивнул. Теперь уже все четверо ребят молча смотрели на него. Что-то странное и неуловимое было в их глазах. Удивление? Сочувствие? Презрение? Потому что он покраснел как рак?

Кир нервно засунул руки в карманы.

– Да, сегодня переехали, – ответил он, оглядываясь на дом, словно желая убедиться, действительно ли они сюда переехали. Дом стоял, где и был.

Дети тоже проследили за его взглядом и теперь смотрели, не отрываясь, на окна второго этажа, где у них были спальни. Спальни Кира и родителей находились рядом, окна обеих комнат выходили во двор.

И снова что-то непонятное промелькнуло во взглядах детей, устремленных на окна дома. Интерес? Любопытство? Тревога? Страх?

– Твоя комната наверху, да? Рядом с родительской спальней? – неожиданно спросила Марго.

Кир ошалело посмотрел на нее. Что за вопрос? Он взглянул на остальных, те как будто напряженно ждали его ответа. Ему захотелось уйти поскорее в дом. Ребята ему не понравились – какие-то странные. Полуживые как будто. Говорят медленно. Двигаются, как в замедленной съемке. Бледные. Словно сейчас разом упадут в обморок. И вопрос этот странный. Он пытался придумать, как бы поскорее закончить этот разговор.

– Я еще не знаю, – соврал он. – Мы еще не договорились, кто где будет спать.

Он стал быстро собирать игрушки.

– Мне пора, – сказал, наконец, он, ухватив в охапку сразу всю кучу.

– Подожди! – вдруг крикнул высокий мальчик, Марк. И, обернувшись к Марго, сказал ей:

– Ну?!

Та злобно посмотрела на него и покачала головой. Двое других детей с тревогой на лицах наблюдали за этой немногословной перепалкой.

Марк и Марго уставились друг на друга, только что дырки друг в друге глазами не прожгли.

– Мы говорили об этом, надо рассказать! Так будет правильно.

Марго помотала головой.

– Нет, это глупо, еще рано!

Марго пыталась шипеть и говорить тихо, но Кир слышал каждое слово, потому что они стояли совсем рядом с ним. Ему стало откровенно не по себе. Он начал пятиться к дому. Марк заметил это и жестом попросил его подождать. Снова повернулся к Марго, которую уже заметно трясло.

– Когда, по-твоему, пора?!

– Ну, не раньше, чем через неделю! Не бывает так рано! Он не поверит все равно, решит, что мы сумасшедшие! Расскажет родителям, те расскажут нашим! И тогда сам знаешь, что будет! – она тоже раскраснелась, как Кир. – Точнее, не знаешь, – неожиданно тихо добавила она, словно из нее выпустили воздух.

Двое младших детей молчали, переводя взгляды с Кира на Марго и Марка. Кир решил, что с него хватит. Ребята или не в себе, или решили как следует испугать новенького, устроить ему что-то вроде посвящения. Нет, спасибо.

– Мне пора, – повторил он, – пока, – и, развернувшись, побежал к дому.

– Погоди! – снова крикнул ему Марк, но Кир не остановился.

Тогда тот крикнул ему:

– Еще увидимся!

Кир влетел на крыльцо, забежал в дом и закрыл дверь. Какая дичь. Зачем так себя вести?

Потом он пошел в свою комнату, вывалил свои артефакты на пол, и оглядел свои новые владения. Коробки, коробки. Кровать, шкафы, письменный стол. Полки для книг.

Из всех находок больше всего ему нравился плюшевый медведь. Он постирал его под краном и положил сушиться на батарею. Куклу тоже отмыл, очень осторожно, стараясь, чтобы вода не попала в механизм – позже он решил разобрать ее и посмотреть, как она устроена. Может быть, получится использовать механизм для каких-нибудь своих задумок. С книжки он бережно стер пыль и положил ее возле кровати – возможно, почитает перед сном.

Грузовик при ближайшем рассмотрении уже не показался ему такими интересными, поэтому он просто сполоснул его под краном и отложил пока в сторону, решив, что разберется с ним позже. Немного подумав, запихнул его ногой под кровать.

Со шкатулки он тоже стер пыль и аккуратно поставил ее на подоконник. Остался ловец снов. Кир вымыл его с мылом, стараясь не оторвать ни одной ниточки, ни одного перышка, ни одной бусинки. Подождал, пока стечет вода, а потом стал ходить по комнате, думая, куда его повесить. Заметил гвоздик повыше окна, приставил стул и повесил туда. Теперь ловец снов свисал на фоне окна и отбрасывал на пол замысловатую тень.

Кир сел на кровать и удовлетворенно оглядел комнату. Можно браться за коробки.

Разбор вещей занял гораздо больше времени, чем он думал. К семи часам вечера Кир справился только с половиной вещей. Когда мама с папой зашли посмотреть, как у него дела, он сидел в окружении кучи книг, на кровати валялась его зимняя одежда.

– Пошли ужинать?

Кир отложил книгу в стопку и встал. Устало обвел комнату глазами.

– Придется завтра заканчивать, сегодня уже не могу.

Мама потрепала его по голове:

– Да уж, нам тоже на завтра работы хватит. Я приготовила твою любимую запеканку, хорошо, что мы купили продукты по дороге!

Вечер в новом доме прошел просто отлично, он ничем не отличался от их обычных вечеров в городе – они ели мамину запеканку, смотрели фильм, а потом немного поиграли в карты. Около десяти все начали зевать.

Ванная комната была одна, на втором этаже, напротив спален. Приняв душ, Кир отправился в свою комнату готовить место для первого ночлега на новом месте. Мама уже убрала завалы одежды с кровати в шкаф, застелила ему новое постельное белье и зажгла прикроватную лампу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.