Александр Наумов
Хруст солёного попкорна

ТРЕЙЛЕР

Я совсем недавно понял, зачем я поступил на это высшее образование. Сказать, что эта профессия была смыслом моей жизни, – это нагло соврать себе и миру. Меня абсолютно не привлекало большинство тем и занятий, которые нужно было посещать. Меня не радовало то, что я трачу кучу времени на бесполезные и никому не нужные вещи.

Мои родители всегда гордились тем, что смогли поступить сами в универ и окончить его. Но с тех пор многое поменялось. Учитель перестал быть авторитетом и единственным источником знания. Сейчас он конкурирует с интернетом и бесконечно ему проигрывает по своей скорости, гибкости и объемам знаний.

Где справедливость? Мир меняется, а ты в это время вынужден делать то, что тебе не нравится, и доказывать всем за зачёт или пятерку, что ты достоин. Достоин чего? Но ведь это такой бред. Кто меня оценивает? Эти люди даже и на метр не смогли приблизиться ко мне. Они ничего про меня не знают. Но самое пугающее не это. В большинстве этих глаз совсем не горит огонь страсти от того, чем они занимаются. Вот это страшно. Я не хочу однажды проснуться укушенным их бессмысленностью существования. Я хочу по-другому!

Так вот, я понял, зачем поступил в университет. Я это сделал для того, чтоб раз и навсегда осознать, что даже в двадцать лет, когда у тебя, казалось бы, вся жизнь ещё впереди, уже надо искать то, что заставляет твоё сердце биться чаще. Не тратить время попусту, а стремиться туда, где время на часах уснуло. Именно поэтому я принял решение сменить факультет и учебное заведение.

Никто об этом не знает ещё. Ваня точно расстроится. Аленка, скорей всего, тоже. Игорь и Андрей – не факт, близкими мы так и не стали. Маша даже не заметит моего отсутствия. Но а Серега будет ой как рад. Теперь ему никто не будет мешать выстраивать отношения с Аленой.

Родители поддержат, я надеюсь. Я ведь не бросаю свою жизнь в океан с обрыва. Всего лишь навсего меняю профессию с инженера-материаловеда на режиссёра кино. Вот что меня всегда привлекало. Мир кинематографа, создание картинок и образов, которые влияют на зрителей. Уводят тебя за собой, не давая шанса остаться в стороне.

Заходишь в полупустой зал всегда в предвкушении чего-то уникального и нового. Внутри тебя всё трясется от осознания того, что через несколько минут погаснет свет и тебе откроют потайную дверь. Сидишь открыв рот и диву даешься, как режиссёр смог такое сделать. Как придумал такие визуальные эффекты и решения. Как он может так говорить через своих актеров, а те – ему настолько доверять, что и слов лишних не надо. Магия.

Магия кино. Она всегда была в моём сердце. Зрела там и прорастала своими корнями. Я еще не определился, какой жанр хочу снимать. Да ладно. Мне только двадцать. Я еще успею. Главное – решение принято. И теперь у меня есть всего лишь три летних месяца, чтоб всё кардинально поменять.

Проблем с отчислением быть не должно. Сессию я сдал хорошо. По-любому будут уговаривать ещё остаться. Пугать тем, что я принимаю поспешное решение, что кино – это несерьезно.

Люди, а вы серьёзно!? Как может быть несерьезным то, что заставляет биться чаще твоё сердце и миллиарды сердец по всему миру. Кино – это величайшее из искусств. Это талант – погрузить тебя на пару часов в другую реальность и подарить тебе массу впечатлений, эмоций и мурашек по телу.

Интересно, а кто там сверху создал мою историю? Прикольно они там всё придумали. Кто был автором сценария и режиссёром? Могли бы хоть как-то намекнуть, что совсем скоро, пребывая в этих судьбоносных мыслях о смене универа, я встречу ту, которая изменит всю мою жизнь. А затем её потеряю.

Вы верите в мотивационные фразочки, которые часто пишут на стаканчиках с кофе? Меня зовут Кирилл, я только что сдал сессию, окончил второй курс, принял решение поменять свою жизнь, и пришло время наградить себя вкуснейшим капучино, конечно же, с корицей!

Бармен был в хорошем настроении и написал мне на стакане «Самый лучший день!» и нарисовал смайлик.

И вправду он стал таким, потому что не прошло и часа, как я познакомился с Аней. Долгое время мы дружили и она казалась мне немного странной: предпочитала читать книжки с конца, запивать сладкое безе томатным соком и сочетать это несочетаемое с волонтёрством в хосписе.

Но однажды я понял, что мне всё это очень даже нравится и я хочу, чтоб она стала моей девушкой. Только она в этот день не пришла на наш традиционный субботний сеанс в кино. Не ответила на телефон. А затем написала сообщение, что мы больше не сможем увидеться. Никогда!

Что произошло и что я сделал не так? Я должен понять это и вернуть свою Аню.

Хотя я забегаю вперед. Давайте вернёмся в июнь, уже тёплый и в то же время еще так много обещающий. Я иду счастливый и гордый оттого, что всё могу изменить в своей жизни. Кофе слегка обжигает нёбо, но это такие мелочи в сравнении с тем, какие глобальные перемены меня ждут. Я будущий режиссёр. И куда я иду? Ну, конечно же, в кино!

Внимание! Мотор! Начали!

Эпизод 1

– Можно воспользоваться твоим подстаканником?

– Ты сейчас шутишь? – она внимательно посмотрела на него.

– Почему ты так решила?

– Мы по какой-то дурацкой случайности пришли во вторник на дневной сеанс в кинотеатр. Помимо нас здесь ещё есть пыль на ковролине и парочка бездельников, которые могут себе позволить смотреть кино в начале недели в обед. Я первый раз тебя вижу и не пойму, как ты оказался рядом?

– Купил билет на соседнее кресло.

– Как такое может быть? Полупустой кинотеатр, и ты случайно купил билет рядом со мной.

– А кто сказал, что случайно?! Я это сделал специально. Угощайся! – и он протянул ей стакан с попкорном.

– Солёный?

– Нет. Сладкий.

– Сладкий терпеть не могу.

– А я думал, все девчонки обожают сладкое.

– Наверное, все обожают.

– Хочешь, сгоняю за солёным?

– Я хочу, чтоб ты просто отсел.

– А в чём проблема?

– Получается – в тебе. Я ведь тебя в кино с собой не звала.

– Так давай всё исправим. Меня зовут Кирилл. Я с удовольствием схожу с тобой в кино.

– Прикольный у тебя способ знакомства. Такой впервые встречаю.

– Если честно, я первый раз так знакомлюсь. Обычно как-то стеснялся подойти к незнакомой девушке.

– То есть ты хочешь сказать, что ни разу не знакомился.

– Знакомился, но как-то в общих компаниях. А вот так, чтоб к незнакомке, – это точно в первый раз.

– Выглядит всё так профессионально, что верится с трудом.

– А тебя как зовут?

– Авдотья.

– Как?

– Фрося.

– Не понял. Ты же сказала Авдотья.

– А чего тогда переспрашиваешь?

– Имя просто необычное.

– Какое?

– Ну Авдотья. И Фрося тоже.

– Тебя Кирилл, говоришь, зовут.

– Ага.

– Давай помолчим. Скоро фильм начнётся.

– Нет. Ещё реклама, а затем анонсы. Так как твоё имя?

– Аня.

– Очень приятно познакомиться, – улыбнулся он.

– Хотела бы сказать то же самое.

– Так скажи.

– Не уверена, я же тебя совсем не знаю.

– Но а как же интуиция. Я вот смотрю на человека и практически всегда знаю наперёд, буду я с ним общаться в будущем или нет. У тебя так не срабатывает?

– Вообще срабатывает. Думала, что только у меня.

– Размечталась. Давай проверим твою интуишку. Как я тебе?

– Нагл, напорист и самоуверен.

– Ты сейчас про меня?

– Про тебя в лайт-версии.

– Вообще-то я целеустремлён.

– О, какое заявление!

– Да, сегодня принял решение бросить универ.

– Ну взрослое и основательное такое решение, – съехидничала она.

– Ты подожди, Аня, ведь я ещё не договорил.

– Можешь не успеть, скоро реклама закончится.

– Всё будет, не переживай! Так вот, я бросаю один универ, чтобы поступить в другой.

– Рискованный поступок. Может, сначала стоит поступить, а затем бросать.

– Слушай, ты как моя мама заговорила. Вроде я подсел к молодой и симпатичной девчонке. Не прошла и пара минут, а уже бубнит какая-то тетя.

– Кирилл, а пошёл бы ты.

– Не могу, скоро кино начнётся. Тебе интересно, куда я хочу поступать?

– Такой странноватый вопросик. Ну, конечно же, обычно мне всегда интересно, что мне расскажут те, которых я знать-то и не знала.

– Ладно ты. Прекращай. Я ведь не просто в универ поступаю. Я режиссёром собираюсь стать.

– А почему не сантехником?

– Ты сейчас сравнила. Небо и земля!

– А что плохого в работе сантехника?

– Да ничего плохого, но и ничего хорошего, по крайней мере для меня. Я хочу снимать фильмы и менять жизнь людей.

– Кирилл, а ты знаешь, что для того, чтобы менять жизнь людей и быть им полезным, не обязательно снимать кино. Мне кажется, сантехнику даже чаще рады люди, – рассмеялась она.

– Ты чего такая скучная? Я с тобой своей мечтой делюсь, а ты!

– А я тебя об этом не просила.

– Ну и что. Я увидел в тебе надежного собеседника и друга.

– А почему ты выбрал именно этот фильм? – перевела тему Аня.

– Потому что ты на него пошла.

– То есть ты пришёл сюда, потому что я здесь?

– Ну да.

– А мы раньше встречались?

– Нет. Я впервые тебя увидел сегодня.

– Где?

– За столиком в кафе на первом этаже кинотеатра. Я реально пришёл в кино, но собирался посмотреть другой фильмец. Я даже на него билет купил.

– Ты врешь!

– Серьезно!

– Покажи!

– Вот, смотри! Сейчас, – и он протянул ей билет.

– Неожиданно. О чем твой фильм?

– Ужастик.

– Ну да. Что ещё может выбрать парень: боевик, ужастик или фантастика.

– Не обязательно. Я могу и мелодраму посмотреть, и комедию. А на мультиках так вообще зависаю.

– Реально?

– Да!

– Я тоже, – воскликнула Аня. – Сначала думала, что это немного странновато. Вроде я выросла давно. Даже завидовала родителям, которые ходят на мультики вместе с детьми. Ну понимаешь, у них вроде как есть официальный повод.

– А то, – кивнул ей Кирилл.

– Но знаешь, в чём прикол? Моя двоюродная сестра спалилась мне однажды. Она прилично меня старше. Так вот, она сказала, что почти все родители сами любят смотреть мультфильмы, а дети – это лишь прикрытие. Просто взрослые обожают сами накупить всякой дребедени типа попкорна, соков, чипсов и завалиться в эти уютные и мягкие кресла. Утонуть в них. Провалиться в детство на пару часов, снова стать маленьким по размеру, но очень большим по смелости своих желаний. Чудесное время, когда можно всё. Видишь цель, и нет препятствий. Классно!

– Какая версия. Я об этом даже не думал.

– Знаешь, а я тебе не поверила.

– О чем ты?

– Ну что у тебя есть билет на другой киносеанс.

– Почему?

– Много было случаев моей жизни, когда люди обманывали.

– А ты сама врешь?

– Конечно!

– Анна, как вы можете!?

– А что, я не человек?

– Человек с большой буквы «В»!

– Почему «в»?

– Потому что Врунья.

– Точно, Кирилл с большой буквы «Б».

– Почему «б»?

– Потому что Болван. Тренируй свою интуицию, а то поверишь однажды Ане, а она обманет.

– Не страшно.

– Конечно, это ведь не фильм ужасов. Хотя реальная жизнь бывает и пострашнее.

– Тебе-то откуда знать в твои-то двадцать?

– А с чего ты решил, что мне двадцать?

– Так, примерно ляпнул. Попал!

– В точку.

– Вот видишь, интуиция – моя сила! Так где ты насмотрелась в реальной жизни страшилок?

– Давай ты первый.

– Что я?

– Расскажи, как ты смог купить билет около меня и зачем вообще это сделал? Кстати, покажи билет.

– Я тебе уже показывал.

– Другой. На это фильм.

– Зачем.

– Хочу убедиться, что ты не врёшь.

– Ты так часто про враньё говоришь. У кого что болит…

– Билет показывай!

– Да пожалуйста, – и он гордо протянул ей небольшой клочок бумажки.

– Не может такого быть!

– Что тебя удивляет?

– Ты!

– О как! Спасибо.

– Не в том смысле. Как ты это делаешь?

– Удивляю тебя?

– Покупаешь билет в полупустом зале рядом со мной?

– Легко! Сначала посмотрел, в какой зал ты пошла. Затем подошел к кассе и попросил открыть схему мест. Потом увидел, что занято всего три штуки, причем два из них рядом и одно на самом верху. А дальше купил билет на соседнее кресло. Всё!

– Блин!

– А ты ожидала чего? Что я ношу в себе гены Шерлока Холмса?

– Хотя бы доктора Ватсона, – расхохоталась Аня. – Неромантичный ты совсем, Кирилл. Соврал бы, что сердце тебя ко мне привело.

– Девушкам не вру никогда!

– Угу.

– Серьёзно!

– Отвечай на второй вопрос.

– Какой?

– Зачем ты здесь?

– Увидел тебя грустную за столиком, решил помочь тебе изменить этот день в лучшую сторону.

– Я поражаюсь тебе и твоей самоуверенности. Я специально пришла сегодня на комедию, чтоб она меня рассмешила, а не ты.

– Но комедия закончится через полтора часа, а я могу задержаться в твоей жизни подольше.

– Аккуратнее в своих заявлениях. Тем более таких громких и опрометчивых.

– С чего бы это?

– Ну как минимум с того, что тебе может не понравиться в моей жизни.

– На первый взгляд так не скажешь.

– Ну, конечно, ты ведь гуру интуиции. Я совсем забыла.

– Не гуру, но работаю над собой. Давай, твоя очередь. Где ты встречаешь так много страшного в таком возрасте?

– Я много чего повидала в хосписе.

– А что это такое?

– Ты не слышал ничего про хосписы?

– Нет.

– Кирилл, ты снова меня удивляешь.

– Я могу! – подмигнул ей он.

– Хоспис – медико-социальное учреждение для оказания паллиативной помощи неизлечимым больным (преимущественно онкологическим) в последней стадии заболевания.

– Ты шутишь?

– Отнюдь.

– Подожди. У меня куча вопросов к тебе. Но перед ними просьба. Просвети, что значит «паллиативный»?

– Это такой подход, позволяющий улучшить качество жизни пациентов, столкнувшихся с проблемами, связанными с неизлечимыми заболеваниями, путём облегчения страданий за счёт психосоциальной и духовной поддержки.

– Капец! Зачем тебе всё это в твои-то двадцать лет?

– Мне нравится быть полезной. Я чувствую, то хочу помогать. Вообще «паллиативный» происходит от греческого «плащ». Знаешь, как образ, отражающий суть, временное решение, закрывающее саму проблему, но не решающее её. Тот самый момент, когда лечение болезни уже бессмысленно, но всё ещё есть время, чтобы дать человеку защиту от тягостных проявлений болезни, помочь ему.

– Помочь в чём? – возмущенно проговорил Кирилл. – Помочь умереть?

– Для тебя это будет открытием, но в хосписах не только умирают, в них живут. Просто немного другой жизнью, не той, что ты привык. Своеобразное кино, только здесь можно не успеть дождаться финальных титров.

– Понятно теперь, почему ты такая грустная. Умер кто-то?

– Ещё нет… но скоро.

– Кто?

– Я тебе в следующий раз расскажу, если захочешь.

– Захочу. Даже не сомневайся.

– Отлично. Вроде фильм начинается, – и Аня повернулась в сторону экрана.

Кирилл же продолжил смотреть на неё. Такая нестандартная она была. Красивая. Ну да, можно так сказать. Только. Помимо красоты, была какая-то другая в ней сила. Какой-то был спрятан магнит, который притягивал его. Пока тяжело было понять, в чём секрет. Но помня о том, что притягиваются противоположности, он задумался о том, что есть в ней такого, чего нет в нём. И наоборот.

– Ты так и будешь на меня пялиться?

– А у тебя что, зрение работает на 360 градусов?

– Тут не надо сверхспособностей, чтоб понять, что ты сверлишь меня взглядом. Кирилл, кино в другой стороне, перед тобой.

– Ладно. А можешь мне пообещать кое-что?

– Это надо сделать прям сейчас? Вообще-то фильм уже вовсю идёт.

– Это быстро.

– Хорошо. Что?

– Аня, давай создадим традицию и будем ходить в кино, к примеру, каждую пятницу.

– В пятницу не могу.

– Можно вечером.

– Нет. Вообще в пятницу не могу. Я должна быть в хосписе в этот день всегда.

– А какой тогда день?

– Ты сейчас спросил так безнадежно, словно у тебя вся неделя состоит только из пятниц.

– Нет. Ну просто как бы конец недели и всё такое.

– Терпеть не могу клише, запомни это.

– Тогда суббота, только давай утро. Самый первый сеанс. Всегда.

– О-о-о! А вот такое предложение подкупает своей новизной. Только как друзья, – сразу предупредила она.

– А это что значит?

– Просто общаемся, обсуждаем фильмы, грызём попкорн, как белки, и никаких ми–ми-ми.

– То есть, если я в процессе нашего общения пойму, что ты мне нравишься как девушка, я должен буду заткнуться, иначе…

– Иначе я не приду к тебе в следующую субботу.

– Жёстко.

– Согласен или нет? Мне точно не нужны никакие романтические отношения.

– Ну хорошо. Я, в принципе, и не планировал.

– Вот и отлично!

– Я просто…

– Кирилл, ну тихо! Кино вовсю уже идёт.

Эпизод 2

Знаете, что я вам скажу, никогда я ещё так долго не ждал субботнего утра. Я вообще не представлял, что время может ТАК растягиваться. Это какое-то испытание вечностью. Надо понимать, что между вторником и субботой всего лишь среда, четверг и пятница, но я сто раз ей позвонил, чтоб подтвердить встречу. Сто раз получил от неё ответ о том, что она придёт. И сто раз засомневался, что это будет так.

Просто хорошо было рядом с ней. Интуитивно хорошо. Спросил бы меня кто-нибудь из вас, что в ней такого, я даже бы не нашел сразу слов в ответ. Наверное, первое из необычного – это то, что она была рыжеволосая. Я ещё не встречал таких огненно-солнечных девчонок. И, конечно же, вся в веснушках.

Их словно рассыпали по коже в преддверии знойного лета, а может, остались с прошлого сезона и кто-то забыл их собрать. Я не знаю. И вообще это неважно. Они просто ей шли, добавляли шарма, или изюминку, или горошинку. Было прикольно, что она именно такая.

Аня напоминала мне лисичку. Маленькая, юркая и с хитрецой. Комедия в тот первый день нашего знакомства оказалась так себе. Я уверен, что вам бы она тоже совсем не понравилась. Какие-то плоские шуточки, местами пошлые и тупые. Я вообще ненавижу такие фильмы. По мне, уж лучше триллер какой-нибудь глянуть, чем такой бред.

Хотя бывают реально стоящие комедии. Когда тебя не заставляют примитивно ржать над глупыми ситуациями, а подают сюжеты из жизни, которые вызывают улыбку и дарят хорошее настроение. Мы с Аней договорились, что будет всё по-честному. Одну субботу выбираю фильм я, другую – она. Так как наше знакомство началось на её сеансе, то эта суббота была моей.

Вам интересно узнать, что я выбрал? Думаю, что да!  Это была экранизация Агаты Кристи – «Убийство в "Восточном экспрессе"». Я зачитывался в школьные годы ее детективами. Любимой была серия про Эркюля Пуаро, но и старушка мисс Марпл часто наводила шороха в моей вечно страстно ищущей логики голове. Извилины скручивались как спагетти на вилке, пока эти герои под чай в файф-о-клок выводили преступников на чистую воду.

У меня два романа-фаворита. И здесь я позорно попал в статистику, ни капли оригинальности. А может, и не всё так плохо, как минимум достойно подтвердил свой отличный читательский вкус. По всем данным, хиты этой писательницы – это «Экспресс» и «Десять»… окончания вроде как сейчас произносить нельзя. Некорректно, что ли, могут обвинить в расизме. Во многих странах поменяли название, я слышал, потомки Кристи дали своё согласие. Теперь роман в Европе называется «Их было десять» или «И никого не стало». Мне всё равно, как бы они его ни назвали, это просто шедевр. Не зря же он входит в сотню лучших детективных романов всех времён.

Такой многоплановый сюжет, такие, на первый взгляд, не поддающиеся логике ходы. Как же автор талантливо играет с читателем, подкидывая ему, как слепому котёнку, свой клубок из тайн и при этом заботливо помогая его распутать.

Детективы сейчас особо не снимают, а вот триллеры очень популярны. Я часто на них хожу. Ну вот про маньяков не люблю от слова совсем. Нет мотива. Мне не интересно. Это ведь так легко – придумать сюжет, в котором убивают просто потому, что у тебя в руках оказался нож. Так и хочется закричать ему: «Лучше бы в твоих руках оказалась твоя же голова».

А когда фильм построен на запутанном сюжете, это прям моё. Люблю вместе с режиссёром искать мотивы, сдаюсь в сети таланта и наслаждаюсь. Двигаюсь по течению его мыслей. Думаю, а как бы я снял тот или иной момент, удивляюсь необычному ходу или ракурсу.

Режиссёр, как, впрочем, и любой профессионал, проявляется в деталях. Говорят, ещё и дьявол там же. Думаю, что это правда. Экспертность в мелочах, которые изначально незаметны, но чертовски окутывают тебя послевкусием и заставляют помнить о себе очень и очень долго.

Эти три бесконечных дня я времени даром не терял. Во-первых, сообщил куратору нашей группы о своём решении. Поговорил серьёзно с родителями. Они поддержали. Я не сомневался, но всё же страшновато было. Здорово, что они у меня современные получились. Хотя нет. Всё же я у них получился. Но они у меня бомбические, я говорю с ними на одном языке. Бывает, конечно, недопонимание иногда. Как у всех. Но знаете, иногда я с ними ближе, чем с половиной своих сверстников.

Поэтому я им честно так и сказал, что инженерия – это не моё. Меня в кино тянет. Туда, где сердце бешено стучит. Хочу снимать фильмы, которые будут собирать полные залы. Хочу через экран говорить с миром. Хочу достигать вершин в профессии, от которой у меня чешется не то что в одном месте. У меня свербит, зудит, ноет и тело, и душа. Хочу быть режиссёром, и точка.

«Хочешь – будь!» – это всё, что сказал папа. А мама добавила: «Мы верим в тебя, сынок. У тебя всё получится». Говорю же, классные они у меня. Хотя я вижу, что переживают за моё будущее. Но я всё сделаю правильно. Они обязательно придут в кино на мой фильм и будут мной гордиться. Я чувствую, что если любишь своё дело, то успех придёт. Не сразу, но точно придёт. Я сильный и выносливый, особенно если знаю, чего хочу!

Откуда это во мне, не пойму. Наверное, от деда. Он был у меня директором завода. Тяжелые были времена. Тогда я этого не знал, а сейчас всё понимаю. Пришел я к нему как-то на работу, помню, как сейчас, холодрыга в цехах. Зуб на зуб не попадает. Крыша дырявая, снег сверху сыпется. Люди в фуфайках работают, изо рта пар идёт, пропитанный перегаром. Мне всё это так не понравилось.

Дедушка это увидел и спросил меня: «Чего напрягся?» А я ему ответил: «Плохо тут у тебя, холодно и пахнет невкусно». Он меня на руки подхватил, поднёс к своим глазам и произнес сурово так:

– Пахнет невкусно от человека, который сдался. От него даже не пахнет, а воняет гнилью разложившейся личности, как от той селёдки, которую я на ночь не убрал в холодильник. Помнишь, внук?

– Фу!

– Кирюша, я тебе вот что скажу, когда, несмотря ни на что, находишь в себе силы двигаться вперед, то однажды настанет день и, тучи разойдутся, и в дырке, которая сейчас на этой крыше, появится солнце. И это будет начало перемен. Перемен в лучшую сторону. Я верю и знаю это. Именно поэтому я не залатал её ещё.

– Ты шутишь, деда?

– Серьёзно говорю. Хочешь горячей картошки?

– Спрашиваешь. А где её взять?

– Сейчас печь по закалке стали откроем и в ней запечём.

– А вкусно будет?

– Пальчики оближешь.

Картошка и вправду оказалось самой вкусной. Уплетая её, я не догадывался, что мой дед борется из последних сил, чтобы удержать завод на плаву. Что в печах для закалки стали всегда пусто, потому что нет этой самой стали. Что крыша с дыркой не потому, что он ждет солнца, а потому, что не хватает денег на зарплату рабочим и долги растянулись уже до следующей зимы.

Но он справился. Когда я вырос, то спросил его, как ему это удалось. Ответ поразил меня своей лаконичной простотой и вдохновил колоссальным трудом, который ему пришлось проделать.

«Внук, знаешь, успех часто убегал от меня, но я бежал быстрее!» – всё, что он сказал мне тогда, но этого было более чем достаточно.

И теперь, когда в моей жизни случается непогода, я просто тумблер воспоминания кручу посильнее, и солнце светит ярче, и лучи сквозь дыру в крыше поникают в меня и напоминают мне о том, что всё будет хорошо. Только надо помнить, что, когда мне захочется сдаться, мне нужно будет удвоить усилия. Ведь успех любит упорных. У него нет шансов, потому что он устанет однажды убегать, а я продолжу догонять.

Сегодня, кстати, уже суббота, я проснулся в пять утра. Заснуть больше не смог, предвкушая встречу с Аней. А за окном солнце, даже воображать не надо. Уверен, что день будет отличным и фильм должен быть классным. Ну и что, что я знаю сюжет. Там такой актерский состав, это восторг и овации. По отзывам и рейтинг высокий. Обычно я мало к отзывам прислушиваюсь, но тут такое дело, сами понимаете. Первый раз приглашаю девушку в кино. Важно всё сделать правильно.

Что касается актеров, то я часто думаю о том, как режиссёр справляется с ними. Мне кажется, это самая сложная часть его работы. Собрать всех в кучу, сделать так, чтоб они не переругались на предмет того, кто звёзднее. Добиться, чтоб они сделали то, что тебе надо, и в положенный срок. Жесть. Я в этом вопросе прям пасую.

Хотя мне ещё до них как до луны. Сначала надо поступить в институт, окончить его и добиться того, чтобы мне доверили снять фильм хотя бы с начинающими актерами. Кстати, а это тоже очень интересно. Вот так ты, никому не известный «Тарантино», снимаешь никому не известную «Уму Турман», и бабах, вы оба выстреливаете и сразу в десяточку!  Магия. Мистика и волшебство! Обожаю кино и его возможности. И хочу быть по ту сторону экрана.

Знаете, у меня иногда так случается, что настигает паника насчет того, как всё запомнить. Ну понимаете, о чем я?!  Когда у тебя так много всего интересного происходит и важного за короткий период, и ты боишься что-то упустить, забыть, не вспомнить. А хочется каждую из этих эмоций законсервировать для особого случая. Так, чтобы вскрывать по баночке, когда совсем тоскливо и муторно, и наслаждаться, причмокивая и смакуя.

У меня есть один друг, которому на тарелку, к примеру, пюрешку положишь и мясо какое-нибудь тушёное. Я вот ем структурно: беру вилкой толчёнку, затем кусочек мяса. А он же всё перемешает в одну кашу, гуляш закатает в картошку и наяривает довольный. Выглядит ужасно, а ему всё равно.

Возьму как я с него пример. Так, наверное, и поступлю с воспоминаниями. За эти два года, что я проучился на инженерном, я собрал их много. Слеплю-ка я это множество в одно очень большое, чтоб потом мне было легче вспоминать.

Наши бесконечные семестры, чертежи, экзамены. Как меня ломало на первом курсе. Это просто кошмар. Было ощущение, что у тебя забрали свободу. Всю без остатка.  Ещё вчера ты школьник с куражным последним звонком и вдруг как в той песне: «Вот и лето прошло – и ты уже студент».

Внутри ты всё ещё балбес и повеса, и тебе хочется всё той же беззаботной и легкой жизни, но ответственность начинает нарастать с каждым днем и так настойчиво тебя придавливать.  Пары становятся длиннее, конспекты превращаются в километры букв и цифр, времени как-то всё меньше и меньше на друзей и подруг.

Я долго сопротивлялся, хотелось всё бросить и сбежать. Наверное, универ в первую очередь и нужен для того, чтобы сформировать в себе организованность, терпение и целеустремлённость. Понятно, что спустя несколько месяцев все адаптировались и стало ещё даже веселее. Школа показалась детским садиком по сравнению со студенческой жизнью.

Уверен, что на режиссёрском будет ещё круче. Я ведь уже опытный студент. Понятно, что придется начинать с чистого листа, знакомиться с преподавателями. Нарабатывать себе имидж. Но это всё дело наживное. Когда знаешь, куда идёшь, путь превращается в удовольствие. И даже препятствия на дороге становятся уже возможностями, потому что радуешься всему, что с тобой происходит. А происходит с тобой твоя мечта.

Это ведь так просто – начать двигаться к себе и в то же время так тяжело. Мысли рациональности тебя бомбардируют со всех сторон, опыт старших поколений призывает к разумности, сомнения точат безумство храбрых, и ты тонешь в болоте предсказуемости. Не знаю, как вы, но я так не хочу.

Хочу по-другому. Чтоб сердце в пятки уходило от предвкушения нового дня. Ещё одного дня как шанса стать хоть на миллиметр, но ближе к своей цели. Естественно, будут откаты и будут падения. Без этого никуда. Но в целом парус уверенности расправляется легче, а компас веры настраивается точнее, когда знаешь, чего ты хочешь. А помогает как раз в этом осознание того, чего ты не хочешь.

Замудрённо получилось? Ну вы же поняли, о чём я!? Разберись с собой в том, что тебе не нравится, и поймешь сразу то, что приносит тебе удовольствие. Как правило, это противоположные вещи. Главное тут – не зависнуть в отрицательных эмоциях, больше акцента и энергии туда, где счастье бурлит пузырьками. Там, где улыбка висит на тебе, снятая с Чеширского Кота.

Выглядишь со стороны полным идиотом. А внутри себя понимаешь, что ты всё делаешь правильно. Поэтому и лыбишь как дурак. Но осуждение отлетает от тебя, как капли дождя – от стекла лобового. Ничего лишнего не липнет, когда ты на своём пути. И люди найдутся нужные, и решения придут правильные. Всё сложится, как самый идеальный пазл. Аж скучно станет.

Блин, мысли мои скачут, как мячик, туда-сюда. Надеюсь, ей понравится мой выбор и она оценит экранизацию Кристи вместе со мной. А вдруг ей не понравится? Ну и что, так бывает. Комедия ведь нам не зашла двоим. Я, между прочим, совсем недавно посмотрел один ролик в инете про коммуникацию и про то, как важно понимать, что общение – это дорога с двойным движением. Если всё время пытаешься выразить только себя, то забываешь о собеседнике и просто теряешь его.

Ключевая мысль там, что нам надо больше разговаривать друг с другом и при этом оставаться постоянно открытым к тому, чтобы воспринять новую информацию и, возможно, даже ту, что тебе не знакома и не нравится. Мудрая природа неспроста же наделила нас двумя ушами и всего одним ртом.

Общение – это ведь искусство. Представьте, у вас в руках свежий кусок глины. Сначала она плотная и твердая. Но стоит вам её немного согреть, она становится мягче, и вот через пару минут глина доверяется вашим рукам, и вы можете делать с ней всё что хотите. Затем, преобразовав её в удобную для вас форму, вы кидаете её своему собеседнику.

Но ведь другой человек – это другая планета, со своим опытом, приоритетами, вкусами и знаниями. И вот ваш глиняный шедевр в руках собеседника меняется, он обогащается теперь и его миром. И в ответ вы ловите абсолютно иной комок глины. Он вновь готов к вашим экспериментам, и в то же время он таит в себе частицы предыдущих рук.

Для меня общение – это бесконечный кусочек глины, который меняется от каждого нового соприкосновения с чувствами тех, с кем мы ведём диалог. Оно постоянно обретает новые формы, ощущения и оттенки. Оно постоянно перетекает в новый опыт.

А теперь представьте, что вы кинули очередной кусочек глины кому-то, а он решил его удержать у себя. Мнёт в своих руках, меняет форму, а вам не возвращает. Всё, поток закончился, интерес потерян, контакт ушёл.

Кстати, а вы слышали, что ученые обозначили новый тип современных людей – амбиверт. Это те, кто находятся посередине между интровертами и экстравертами. То есть это человек, который может получить удовольствие как от шумной компании, так и в одиночестве читая книгу под пледом, с чашкой горячего какао, стремительно топящего зефирки ко дну. Адаптивные люди.

Знаете, я среди их числа. Я могу влиться в большую компанию, но не буду лезть на пьедестал и делать всё, чтоб на меня обратили внимание. Я предпочитаю прислушиваться к чувствам и эмоциям людей. Аккуратно их касаться, чтоб не нарушить тонкую оболочку индивидуальности.

С Аней было точно так же, когда она сказала, что не готова пока продолжать делиться опытом про хосписы, я с уважением это принял. Хотя для меня эта история дикая. Она ведь молодая девчонка, чего там прозябает. Понятно, хочет помочь. Но ведь каждый день видеть умирающих людей, слушать их крики отчаянья и стоны безнадеги, видеть их опустошённые глаза – это реально похлеще будет любого фильма ужасов. Зачем ей всё это? Непонятно.

Ну сегодня увидимся, и она обещала всё рассказать. Может, я услышу что-то такое, что поменяет мои взгляды на всё это. Хотя вряд ли. Не подумайте, что я такой плохой. Я люблю помогать и иногда даже это делаю. Могу на субботник прийти или бабушке какой-нибудь помочь. Даже мелочь, бывает, кидаю на улице, если в моём студенческом кармане что-то задержалось. Но чтоб добровольно пойти к смертельно больным людям и с ними там нянчиться, это даже в фантастическом кино я бы не придумал.

Я вас сразу предупреждал, что Аня странноватая. Пообщаемся и посмотрим, что будет дальше.

Эпизод 3

– Аня, привет! Ты сегодня чего такая уставшая? Все нормально?

– А вообще нормально так начинать всего лишь нашу вторую встречу?

– А что я такого сказал?

– Кирилл, мне очень приятно слышать, что я выгляжу так себе.

– Я за тебя переживаю. Мне не всё равно, что происходит в жизни моих друзей, – он сделал большой акцент на последнем слове. А у тебя был опыт такой, что ты дружила с парнем без всякого там?

– Нет.

– И у меня такого не было ни с одной девчонкой. А вообще это возможно?

– А я откуда знаю!? – посмотрела на него Аня.

– Давай порассуждаем об этом. Интересно ведь.

– Ну давай.

– Вот смотри, для меня, к примеру, очень важно, чтоб с близким человеком было о чём поговорить. Ещё я люблю, когда от общения весело. То есть когда много шутишь и смеешься. А тебе что нравится?

– Мне, в принципе, всё то же самое, но ещё я люблю с близким человеком помолчать. Вот мне прям уютно, когда не надо занимать паузы болтовней. Просто быть в себе и знать, что рядом тот, кто принимает тебя такой.

– Слушай, ну потупить я тоже люблю.

– Это даже не про потупить, хотя иногда так тоже делаю. Это скорей про внутренний монолог, про разговор с самой собой. Но ты так доверяешься тому, кто рядом, что можешь расслабленно болтать внутри себя и не бояться, что тебя услышат. Понимаешь?

– Ну как тебе сказать. Не совсем. Как это, если ты молчишь, то тебя никто и не услышит. Вроде всё логично.

– Это да, но иногда твои чувства и эмоции могут быть громче любых слов. И ты либо сонастроен и понимаешь это, либо ты груб и безразличен. Мне вообще тяжело это сейчас разложить на слова. Вот скажи, тебе комфортно быть рядом с человеком, когда он молчит?

– Просто сидит и молчит?

– Да.

– Я подумаю, что он того. Зачем мы тогда встретились, если нам не о чем поговорить?

– А может, ему есть что тебе сказать. Только сейчас, именно в этот момент, он или она не готов. Или его внутренний монолог настолько сильнее внешнего, что он не может справиться с собой.

– Какой-то сумасшедший тип получается. Хочешь помолчать, сделай это где-нибудь там, а затем встречайся со мной. Аня, ну что ты так на меня смотришь? Ну что, я не прав?

– Кирилл, я не дочка судьи, чтоб решать, кто прав, а кто нет. Ты меня спросил, что я думаю по этому поводу, я ответила. К тому же мы начали про дружбу между мужчиной и женщиной, а ушли куда-то в сторону.

– Это да. Просто хочется поподробнее покопаться в теме, которую ты сейчас подняла.

– Мы же не слышим сейчас друг друга.

– Чего у тебя всё так кардинально? Я пытаюсь понять твои мысли. Ладно, если не хочешь, проехали. Скажи лучше мне, у тебя был такой опыт, что ты сначала дружила, а затем влюбилась?

– Нет. Мне всего двадцать. Я, в принципе, не так много влюблялась.

– Прикольно. Я сейчас вспомнил своего другана Ваньку, вот у него всё по классике. Я уже имена его девушек даже не запоминаю. И не поверишь, каждый раз всё по любви, да по большущей. И, конечно, вечной. Мне кажется, что он уже сам поверил в то, что заливает в ушки девчонкам.

– И они ему верят?

– Ты не представляешь. Да. Причем половина из них – сокурсницы или студентки параллельных факультетов. Я поражаюсь этой наивности. Каждая считает, что до неё всё было ошибкой и сейчас будет по-настоящему.

– Смешно. Я бы так не смогла. Для меня важно быть особенной для своего молодого человека. Чтоб он не просто мной заменил кого-то, а для начала узнал меня получше.

– Получается замкнутый круг, – резюмировал Кирилл.

– Почему это?

– Ну чтобы узнать, надо сначала подружиться. Надо много поболтать о том и о сём. А ты так не готова.

– Слушай, а что ты пристал. Я как будто кровью подписываю себе приговор.

– Ты когда-нибудь вообще влюблялась?

– Как тебе сказать.

– Скажи как есть. Вот у меня был такой случай в школе. Вроде ничего не предвещало, но в один день как током шибануло, и всё. Смотрю на одноклассницу, она вроде такая же, как была вчера, но только не для меня. Думаю о ней, мечтаю, придумываю себе всякое приятное и запретное.

– Ты ей сказал о своих чувствах?

– Нет. Представляешь, не смог. Я реально несколько раз собирался это сделать, даже пару раз порывался, но как-то всё не повод был. Она отличница, такая вся серьезная и неприступная.

– Ты так сказал, будто отличницы не могут любить. Может, они это делают на пять с плюсом!

– Ха! Классная шутка. Может, и так. Только я был троечником в те времена. Знаешь, она такая правильная, а я такой не подходящий ей совсем. Понятно, что я всё придумал. Понятно, что затрусил. Хотя сейчас думаю, что всё к лучшему. Видел её недавно и не понимаю, что со мной тогда было. Абсолютно не моего типажа девчонка. Но в то время прям химия какая-то, не мог спать ночами.

– Ну ты даёшь! – воскликнула Аня.

– Хотя, знаешь, один раз я всё же набрался смелости и позвал её на день рождения к моему другу. Она, конечно же, отказалась. Я, конечно же, сто раз на себя поругался, какой я идиот и придурок.

– Ну почему? Ты же решился, а это главное!

– Только что-то осадочек от отказа остался. Я вообще вот думаю, что любовь – это болезнь. Ею наказывают.

– Кирилл, но это полный бред!

– Не согласен. Посуди сама. В итоге всё равно все расстанутся и будут слезы и претензии.

– Знаешь, это не объяснение. В итоге всё равно все умрут, так что, теперь не жить?

– Аня, это вообще разные вещи.

– А мне кажется, очень даже похожие. Всегда неприятно наступать туда, где болит. Но если этого не делать, то как получать новый опыт? Ведь он приходит всегда через преодоление.

– Скажи мне ещё, что жизнь – это боль.

– Отчасти.

– Аня, мне за тебя страшно становится. Ты этого всего в своих хосписах насмотрелась. Ты как вообще туда попала?

– Шла, шла и попала, – отшутилась она.

– Я серьезно.

– Как? Друзья дали что-то почитать или рассказали. Я не помню уже.

– Друзья, называется.

– Но это ведь был мой выбор – идти туда волонтёром или нет. Друзья здесь ни при чём. К тому же я в любой момент могу перестать этим заниматься.

– Так перестань!

– Не хочу! Мне нравится.

– А что там может нравиться? Мне кажется, это деятельность больше для людей, которые в возрасте. Им особо нечего уже терять.

– Кирилл, ты так сейчас смешно и по-детски рассуждаешь.

– Я не ребёнок! – возмутился он.

– Но ведёшь себя как самый настоящий малыш. Возраст вообще условен. По-твоему, если человек перешёл определенную черту, то он не должен и не может чего-то хотеть. Он не хочет улыбаться с утра. Не хочет отражаться в глазах любимых. Не хочет мечтать? Он что, просто должен свой остаток жизни сложить в пакет с надписью «жалкое существование» и ждать, пока кто-то снесёт его к мусорке?

– Чего ты прям завелась?

– И какая разница, сколько мне лет? – продолжила она действительно на взводе. Если я чувствую, что могу быть полезна в этом деле, если мне подсказывает сердце, что там моё место, я иду и делаю это.

– Но ведь это реально морально тяжело. Я не прав?

– Прав. Катастрофически тяжело и морально, и физически. Иногда мне требуется несколько дней, чтобы прийти в себя и отлежаться. Ещё тяжелее, когда привязываешься к кому-то из постояльцев хосписа. Это просто запрет. Я себе много раз уже говорила, чтоб так не делала. Но я не могу. Они все такие остро нуждающиеся в тепле, поддержке, заботе, что просто невозможно им помогать и не стать ближе.

– Слушай, но хирурги ведь как-то научились кромсать ножами народ и спокойно после этого, без слез наворачивать котлетку с макаронами в перерывах между операциями.

– Я так не могу. Поэтому и никогда бы не смогла быть врачом.

– Но а кто-то может. Мы все разные.

– С этим я полностью согласна.

– Так к кому ты привязалась сейчас?

– Это женщина.

– Кто она?

– А что тебя конкретно интересует?

– Сколько ей лет. Почему она попала в хоспис. Где ее семья? Как ее зовут? Чем она занимается или… – и он замер на пару секунд… – наверное, правильнее сказать – занималась?

– Кирилл, да пойми ты, что люди в больницах – это не то же самое, что люди в моргах. Они живые! Слышишь! Они хотят любви. Они хотят тепла! Они хотят знать, что на них не всё равно! Они хотят там мало. Но они знают, как много это мало теперь стоит. И уж точно чего они не хотят – это быть для всех в прошлом.

Они готовы отдать за прежнюю жизнь всё: деньги, работу, «вечно занят и не могу», спешку в никуда и не за чем, посиделки в барах и пляски в ночных клубах. Ничего не надо, только чуть меньше боли и чуть больше надежды на завтра. А про послезавтра даже мечтать не приходится.

Поэтому люди в хосписах строят хоть и кратковременные, но всё же планы. Они отмечают свои дни рождения, Новый год и все другие праздники. Они читают книги, смотрят кино, выходят в соцсети. Они продолжают жить и очень радуются, когда окружение поддерживает в них это стремление.

– Не злись. Я пытаюсь в теме разобраться поглубже. Чтоб если и молчать рядом с тобой, то с крайне умным видом.

– Дурачок! – рассмеялась она.

– Местами да, но очень редкими, – нашёлся тут же Кирилл. Ну расскажи что-нибудь уже про неё.

– Что именно?

– Как зовут для начала.

– Яна Валерьевна.

– Так официально?

– Она уже взрослая.

– Сколько лет?

– Неприличный вопрос, если что!

– Ладно. Неважно. Чем занимается?

– А давай сыграем.

– Во что?

– В угадайку. Я назову тебе ее фамилию, а ты попытаешься догадаться, какая у неё профессия.

– Это очень сложно.

– Ты чего сдаешься, еще даже не начав?!

– Просто где ты такое видела, чтоб по фамилии узнать, чем занимается человек?

– А ты в курсе, что фамилия накладывает отпечаток на род деятельности?

– С чего ты решила?

– Читала на эту тему много.

– То есть ты хочешь сказать, что фамилия определяет жизнь человека?

– Но, может, не всю и не всегда, но очень часто. К примеру, у меня есть знакомая с фамилией Несмеянова. Так вот, она реально ходит по жизни грустная и угрюмая. Посмотришь на неё, и всё понятно – это же Танька Несмеянова пришла. Сейчас над ней прогромыхает хмурая туча пару раз, может, легче станет.

– Я прям представил себе её, рассмешила.

– Точно тебе говорю. Лучше к ней не приближаться, а то молнией шандарахнет.

– Аня, прекращай прикалываться.

– То есть ты мне не веришь, что это работает!?

– А давай проверим. Называй уже свою фамилию.

– Кнопкина.

– То есть Яна Валерьевна Кнопкина.

– Угу.

– И чем же она могла, ой, прости, может заниматься? Так, надо подумать.

– Давай уже быстрее, сейчас усну.

– Не торопи меня. Я, можно сказать, судьбу человека сейчас предсказываю. Это очень ответственно.

– Ну-ну, Нострадамус. Придумал что-нибудь толковое?

– А то!

– Говори.

– Дай подсказку.

– Ты же хотел какую-то версию сказать.

– А вдруг неверно скажу и нарушим твою статистику.

– Ты за себя переживай, я-то как-нибудь справлюсь.

– Не знаю уже.

– Справлялась без тебя двадцать лет. Итак…

– Подсказку! – требовал Кирилл.

– Ну хорошо. Кнокпина… Прикалываться… к чему что прикалывают?

– Блин. Но откуда я знаю. К доске?

– Так… тепло…

– Что прикалывают?

– Так ты же угадываешь.

– Ну не знаю. Лист бумаги какой-нибудь со списками.

– И-и-и.

– Ну пусть будет училка!

– Бинго! В десяточку!

– Реально?

– Да. А ты говорил, не работает. Статистику не обманешь.

– Но я даже не знаю, почему сказал про учительницу.

– А иногда и не надо что-то знать. Просто довериться потоку.

– То есть она учитель. А какой предмет?

– Русский и литература.

– Б-р-р.

– Что?

– Сочинения всегда не любил писать. Русский тоже хромал.

– Ну да, нелегко живется троечникам.

– А ты откуда знаешь?

– Так сам же говорил, когда про любовь свою внезапную рассказывал.

– А, точно! Но зато к концу школы и в универе я исправился. Сейчас сессию сдал на одни пятерки и четверки. Хотя это неважно.

– Вот! Яна Валерьевна тоже так часто говорит, что оценка абсолютно не важна. Она губит творческое начало, так как заставляет тебя засомневаться в самом себе. Потому что кто-то сравнил тебя с кем-то, не учитывая множество нюансов твоей индивидуальности.

– Здесь я с твоей учительницей полностью согласен. А знаешь, какая в моей школе была самая зачётная училка?

– Нет.

– По геометрии.

– И что было в ней такого? – поинтересовалась Аня.

– Мы про неё говорили, что наша учительница никогда не пропадёт. И знаешь почему?

– И почему же?

– Потому что она чертила! – и Кирилл заржал во весь голос.

– Не поняла.

– Ну игра слов. Она всегда что-то на доске чертила, и в то же время она «чертила» по жизни.

– В чём прикол?

– Ну она типа подруга чёрта. Чертила или Чертиха. В общем, та еще тетка со странностями.

– Ну и шуточки у тебя!

– Нормальные шутки. Пацанские!

Эпизод 4

– Как тебе фильмец?

– Мне понравился, – улыбнулась Аня.

– А чего такая загадочная, прям как героиня «Восточного экспресса»?

– Подумала кое о чём.

– О чём же?

– Какие же они были хорошие.

– Кто?

– Родители этой девочки.

– Получается так, раз столько людей переживало вместе с ними это горе, – согласился с ней Кирилл. – И не просто переживали, а пропустили через себя. Кстати, а ты любишь писать отзывы о фильмах, которые посмотрела?

– Очень. Только больше о книгах. Это для меня ещё одна возможность сделать что-то хорошее.

– Что, тебе хосписа мало? – немного нервно задал он свой вопрос.

– Это совсем другое. Менее личное, что ли. Здесь я отпускаю своё творчество на волю. И наблюдаю, как оно резвится, суёт свою голову в разные уголки, находит какие-то нестандартные решения. У меня даже есть страничка в инстаграме. Я там типа книжного блогера.

– Круто. Как называется профиль?

– Не скажу.

– Почему это?

– Будешь ещё смеяться.

– С твоих отзывов или названия?

– Ха-ха-ха. У меня, между прочим, под каждым постом более 500 лайков и сотни комментариев.

– Аня, а тебе это реально так важно?

– Такой простой вопрос ты мне сейчас задал, Кирилл, и такой непростой на него надо дать ответ. Честно?

– Конечно!

– Одно время было очень важно. Я телефон из рук не выпускала. В туалет и то с ним ходила. Всё мечтала, чтобы больше подписалось людей, полайкали и дали комментарий. А затем однажды отрубило. Я сказала себе, что не хочу отдавать свою жизнь в зависимость от тех, кого я никогда не видела и не знаю. Пусть читают, пусть комментируют, пусть делают выводы – знакомиться с книгой или нет, но только пусть меня это не сковывает.

– Слушай, соцсети – реально такая зависимость.

– Точно. Мне потребовалось очень много проделать работы над собой, чтоб снизить интенсивность залипания и в итоге удалить личный профиль. Это как замкнутый круг. Плохо тебе – пойду что-нибудь выложу в сеть, пусть восхитятся или позавидуют тому, что запостила. Дальше надо дождаться лайков. Черт, ну почему их так мало?! Опять настроение ухудшилось. Пока ждешь эти коварные сердечки, пошла лазить по другим профилям, а там что ни аккаунт, так частная резиденция рая на земле. Всё круто, совершенно, идеально. Настроение в итоге ещё хуже, чем было до того, как вошла в этот иллюзорный мир.

– У меня так же, – признался Кирилл. – Я только мало что выкладываю. Больше смотрю всякие интересные мне страницы. И как тебе удалось слезть с этой иглы?

– Стала просто с экрана телефона удалять приложение и поставила двойную защиту на вход. Теперь, когда позыв есть глянуть, меня так ломает: надо сначала загрузить программу, затем получить пароль, ввести его. Иногда всё долго грузится и по пятнадцать минут только уходит на то, чтобы зайти на свою страницу. Мотивация быстро отпадает.

– Реально работает?

– Говорю тебе. Еще и книгу с собой стала всегда возить. Есть свободное время, и тут же рука тянется к телефону. Но потом вспоминаю, что иконки быстрого входа на нем нет, а книга под рукой. Раз, и нырнула в неё. Важно только выбрать интересную, чтоб не отпускала подольше.

– А я, кстати, тоже кое-что придумал, – хвастанул он.

– И чего же?

– Закачал себе на телефон словарик английских слов и постоянно туда добавляю новые. Есть свободное время, и я его открываю. Понятно, что иногда хочется его удалить и тупить на разных страницах в инете. Но в целом помогает и очень даже, особенно когда ставлю проигрывание слов на play. Удобно. Одно за другим само меняется. Слово – перевод, и так по кругу, в разных последовательностях.

– Кирилл, а ты слышал, что инстаграм хочет отменить лайки. Я вот за двумя руками. Хочу быть зависимой только от жизни. Её боясь потерять, а не любовь виртуальной аудитории.

– Красиво ты сказала, Аня. Быть зависимым от жизни. Мне кажется, это искусство!

– Я совсем недавно прочитала в книге, что главная задача человека – это поддерживать хорошее настроение изо дня в день. Неважно, что происходит, а ты в тонусе счастья.

– Это невозможно!

– Кирилл, а ты знаешь, что на это сказал бы Эйнштейн?

– Что?

– «Все с детства знают, что то-то и то-то невозможно, но всегда находится невежда, который этого не знает. Он-то и делает открытие».

– Круто сказано. Прям я зауважал его сейчас. Почему его звали физик-теоретик? Мне кажется, такие цитаты может рождать только практик. Чего ты ржёшь?

– Теоретик – это не от слова «теория», а из-за того, что он был основателем современной теоретической физики.

– Физику терпеть не мог в школе. И в универе тоже.

– А мне нравилась всегда эта наука. Всякие опыты проводить.

– Аня, ты меня удивляешь. Откуда столько познаний?

– Это всё Яна Валерьевна.

– Она ведь учительница русского и литературы.

– И что?

– Откуда она знает про Эйнштейна?

– Она знает про каждого, кто являлся личностью в свою эпоху. Она их собирает в свою шкатулку драгоценностей. Люди, изменившие мир, – вот самое ценное, что есть в этой жизни. Учитель для неё – это не профессия.

– А что же это?

– Это путь, по которому она идёт увлечено сама и ведёт за собой всех желающих. Поэтому такие люди, как Эйнштейн, для Яны Валерьевны – это вдохновение.

– Повезло тебе с больной!

– Как-то грубо сейчас прозвучало.

– Она ведь больная. Что я сказал не так?

– Но за её болезнью стоит человек. Живое существо, которое хочет, чтоб ты смотрел дальше и глубже. К тому же за пределами хосписа не меньше больных людей, которые прикидываются здоровыми. Калечат себя сами и не жалеют себя. А ты знаешь, что Эйнштейн, – вновь перевела она тему, – это автор более чем 300 научных работ, а также около 150 книг в области истории и философии науки?

– Я тебе поражаюсь. Допустим, у тебя есть пример – твоя училка…

– Кирилл! Я же просила!

– Хорошо, учительница. Ей по профессии положено всё помнить и знать. Но ты-то как превратилась в ходячую энциклопедию?

– Читала много с детства и продолжаю. А ещё всегда любила принимать участие во всяких там викторинах. Искать ответы на вопросы приходилось самой, вот так всё запомнила и поумнела.

– Да, вы с Яной Валерьевной – та еще парочка.

– Ты зря так с сарказмом. Она классная. Думаю, тебе бы она понравилась.

– Но я пока не готов с ней знакомиться.

– Слушай, не готов он… тебя никто и не зовёт.

– Просто ты так ей восхищена.

– Но а как по-другому? Ты знаешь, что она родила троих детей и ещё трёх взяла из детдома.

– Не верю!

– Я тоже, когда узнала, не поверила. И задала ей вопрос, как себя чувствовали родные, когда увидели приемных? На что она мне ответила, что они все для неё родные. Они стали такими в тот момент, когда она впервые посмотрела в их глаза.

– Но это ведь так сложно, наверное, – добавил Кирилл, – ведь, как правило, оставляют этих детей социально опустившиеся люди. Там капец какая генетика намешана.

– У меня были точно такие же мысли, но она мне и на них дала ответ. По ее опыту, ребенка формирует среда. Он впитывает твой образ жизни, ты становишься примером, на который он реагирует. Ребенок повторяет тебя, твои привычки, твою культуру. Поэтому и воспитывать надо по большому счету только себя. Я сначала не поверила, а потом в моей жизни произошёл очень интересный эпизод. Я узнала, что Верка, что из третьего подъезда моего дома, с которой мы дружили с самого детства, оказывается, приемная.

Но это просто взрыв мозга!

– Почему?

– Потому что если б я этого не знала, то спорила бы с каждым, кто мне это доказывал бы. А всё дело в том, что она вылитая мать. У них похожие внешность, фигуры, повадки. Ты себе можешь такое представить?! Абсолютно разные по крови люди, а выглядят как две капли воды. После этого я ещё больше зауважала Яну Валерьевну. Она такая глубокая женщина.

– Прям идеал.

– Да брось ты. Не существует идеалов. Мы все несовершенны и все косячим направо и налево. Только одни из нас научились извлекать из этого уроки, а другие вязнут ещё больше. Вот ты, например, часто сожалеешь о чём-нибудь?

– Слушай, Ань, не скажу, что прям часто. Но, конечно, бывают ситуации, когда ругаю себя. Даже заснуть не могу часами. Всё кручу в голове ситуацию. Думаю, ага, надо было вот это сказать или вот так сделать. Плавлю мозги свои безжалостно.

– Кирилл, как мы, оказывается, похожи. Я точно такая же.

– А что, есть не такие? Походу, все мы повернутые. Дай только покопаться в себе и прошлом.

– Ну не все. Есть умные дяденьки и тетеньки, которые пишут важные книжки. И вот там они рассказывают про то, что позволить себе быть несовершенным – это навык, который способен облегчить твою жизнь. Испытывать разные эмоции – это нормально. Злиться – это нормально. Психовать – нормально. Вообще всё нормально, что с тобой происходит. Если это происходит, значит, тебе это нужно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.