Ксения Фир
Фамильяр. Чудные Байки

Пролог.

Много, очень много легенд таит в себе Урал. Сокровища, которые охраняет великий Полоз, самоцветы, что прячет бабка Синюшка в своем колодце. Козленок с серебряным копытцем, медной горы Хозяйка, Данила – мастер и много кого тут можно встретить. Урал – Батыр и брат его Шульган, которые искали родник Яншишма, дабы даровать людям и природе бессмертие.

П.П. Бажов написал множество прекрасных сказок, которые рассказывает дедушка Слышко, и все они достойны восхищения.

Дедушки Слышко у нас нет, а вот наш уважаемый кот Визард, знает одну очень интересную легенду, и встречал на своем пути и Полоза, и самого дедушку Урала. Был в гостях у одного скрытного народа – Чудь Белоглазая, и слушал их истории, да запоминал. Одна из этих историй – легенд, запомнилась ему особенно хорошо…

Наши дни.

Кот лениво нежился на солнышке и смотрел в окно, как хорошо жить летом в деревне, ребятня бегает на улице, а его хозяйка копошится в огороде. Ксения была рада вновь разговаривать с котом, как и было в ее детстве, но сегодня все были заняты и кот скучал, даже мышка, что скреблась за печкой его не интересовала.

– Виз – позвала Ксюша кота – Ты не мог бы мне помочь?

Кот лениво прикрыл глаза, но все же поднялся со своего места, потянулся и повернулся к хозяйке, давая понять, что ждет продолжения ее просьбы.

– Я сейчас сяду работать, читатели ждут, а за ребятней присмотреть некому, особенно за младшими – она села в кресло, попивая свой кофе – Может займешь их чем, старшие – то ладно, самостоятельные, вон ходят, гуляют, а вот младшие так и норовят залезть куда – ни будь – женщина с улыбкой посмотрела в окно.

– Ну ладно – согласился кот – Зови свою детвору неугомонную – вальяжно дал добро кот.

– Спасибо, ты золото – женщина подмигнула ему и крикнула детей, кот только фыркнул.

Дети прибежали домой, женщина постелила на полу мягкий плед и набросала подушек, принесла разных фруктов и ягод, компота налила по больше, чтобы всем хватило.

– Ну, что – кот запрыгнул на подлокотник кресла, где уже сидела Ксения – Я готов вновь показать вам волшебство.

– Да! – дети хором крикнули от восторга, на что кот и женщина слегка вздрогнули, все же у них громкие голоса.

– Не надо так кричать, или я оглохну – фыркнул Визард – Сегодня утром мы с вами были на Азов – горе – дети согласно закивали – Помните, я там отлучался, чтобы отдать гостинцы – дети вновь кивнули – Так вот, там живут мои старые друзья, но они не люди, они волшебный народ – Чудь Белоглазая – у детей вытянулись лица, о таком они не слышали.

– Они очень страшные? – спросила девочка.

– Нет, они добрые, но людей не любят, но я – то не человек, я кот – он вальяжно фыркнул.

– А, как ты с ними познакомился? – самый младший ребенок еле сидел на месте, Даниил очень любил истории кота.

– Ооо, это было давно, я тогда еще был совсем юным фамильяром, и разменял только первые пятьдесят лет – кот прищурил глаза – Я провалился в подземную пещеру и уже думал, что пропал, выбраться сложно, да и я был совсем мал, не то, что сейчас – женщина усмехнулась на такую реплику кота, да, сейчас Визард отъелся, кот проигнорировал ее смех и продолжил – Мне казалось, что все, вот так, в темноте, сырости и холоде, я и останусь навечно, но, ко мне подошли странные существа, невысокого роста, белые – белые, и очень забавные.

– Это и есть чудные люди – спросила девочка.

– Что за манеры – оскорбился кот – Перебивать – это не красиво.

– Прости Визик – девочка состряпала жалобную мордашку.

– Ладно, чего уж там – он лег обратно на подлокотник – Так вот, они приютили меня, накормили, обогрели, и пригласили к своему столу, выпить чаю и послушать старые легенды, что они видели сами и записывали для своих потомков, одна из них была про Азов гору.

– Про ту самую, где мы были сегодня? Правда про нее? – дети были явно впечатлены.

– Да, да – растянулся кот, чтобы лечь удобнее – Так вам рассказывать историю, чтобы вы могли увидеть все своими глазами? – он прищурился.

Дети конечно же захотели все услышать, увидеть волшебство кота и просто узнать новую сказку, редко Визард делился своими историями. Женщина тихонечко подмигнула коту, он кивнул, все же ей повезло, что у нее такой кот, волшебный и очень умный. Она приступила к работе, а кот начал рассказывать детям про Азов – гору, и о том, какие приключения там были, дети слушали внимательно и не видели, как на их плечи опускается волшебная пыль, что покажет им сказку.

Никто, кроме кота не видел, как под окнами мелькнула белесая макушка, а потом на подоконнике появилась шкатулка, кот знал, что там, это подарки от Чудного народа, да и кажется именно младшая дочка будет новой хозяйкой медной горы, но это потом, когда Азов – гора призовет…

Глава 1. Нежданное счастье.

Давно это было, жил на Урале старик, как его звать – никто не помнил, а может и не знали вовсе. Жил этот старик близ одной деревушке, что была почти у подножия Азов – горы, в десяти километрах от города Полевское, рядом с Гумёшевским медным рудником. Тихо жил, мирно, нелюдим был, но зла не делал, а бывало и молча помогал, если мог. Но, кое чем отличался он, в то время простые люди крепостными были, а он нет, вольный. Ежели и задавался вопросом кто, откуда тут он взялся, то вскоре забывал о том, что хотел узнать. Однажды ушел старик в лес, что в стороны горы была, а гроза тогда стояла – жуть какая, люди думали, что сгинет он в лесу – то, но нет, через пару дней вернулся, да не один, а с девчушкой. Волосы черные – черные, как смоль, коса длинная, толстая, а в косе лента – золотая, сама зеленоглазая, кожа смуглая, и платьице на ней не простое крестьянское, а явно шелк изумрудный.

Удивлялись люди, но к старику, так никто и не подошел, мало ли, но насторожились, девчонка – то явно непростая, слишком манерная, хоть и маленькая, такие только у господ, да зажиточных людей бывают. Стали коситься, может он ее конечно в лесу нашел, в грозу потерялась, так почему не отведет к родным, а ежели сирота, так все одно, в дом барский надобно вести, а он не ведет. Старик видел их взгляды косые, да шепотки слышал не добрые, но ничего и никому не объяснял, а ежели, кто и пытался спросить, так он так глянет, что мимо проходили. В один из дней, разбудил старик девчушку и посадил ее за стол, напротив себя.

– Внучка – начал он тихо – Люди тут хоть и добрые, да всего необычного боятся – он внимательно посмотрел на девочку – Не примут, а то и в бедах винить будут, а потому, найду я семью хорошую, позаботятся они о тебе, дочкой им будешь, только будь прилежной и тайны свои, что камушки слышишь, никому не раскрывай – строго наказал он.

– Дедушка – девочка не хотела оставлять его – А, как же я без тебя буду – то? – в ее изумрудных глазах застыли слезы.

– Ну, чего ты, сырость развела, стар я уже, да и не могу сказать всего, не время еще, надо так внученька – он погладил девочку по голове и велел собираться.

Собрались они быстро, вещей – то у девочки не было почти, только платье сменное, две сорочки, да шкатулка особая. Старик велел шкатулку прятать, и никому не показывать, девчушка понятливо кивнула, а еще наказал ей дедушка имя своё никому не говорить, а как нарекут родители, так и зваться. Взяли еды в дорогу, бутыль с водой, дед запер дом, слова какие – то проговорил, и отправились они в путь.

Утром, когда все обитатели деревни, все же решили просить ответа, то поняли, что ни старика, ни девчушки нет в деревне. Барин приезжал, они ему сказать хотели, да он прикрикнул на них, что ересь несут, и никаких стариков вольных, у него в деревне нет. Люди крестятся, диву даются, глядь, а дом – то и не жилой вовсе. Испугались тогда люди, но к вечеру, уже и не помнили, что жил в их деревне такой старик, домик и вовсе пропал.

А дедушка с внучкой, шли в соседнее село, что было от них почти тридцать километров, там жили вольные, у них была своя община, мастеровые они, люди серьезные. К ним дорогу просто так не найти, знать о них знают, а ты попробуй отыщи, язычниками и антихристами их называли, да им все одно, что про них говорят, к ним и вел он внучку свою, слышал, что есть там семья хорошая и уважаемая, но проверить следует.

Тропинка все больше сужалась и уходила в густой лес, девочка не боялась, ей было интересно, она, как у дедушки оказалась, кроме двора и не видела ничего. С крестьянами разговаривать нельзя было, деда запретил, а иногда очень хотелось, скучно ей было и одиноко. Дедушка конечно заботился о ней, но девчушка была любопытная и он понимал, что рано или поздно прознают про ее секрет и тогда все, быть беде. Дошли они до леса, дедушка брови нахмурил и топнул ногой.

– Хозяина позови, чего это он мне дорогу закрыл – зыркнул он в лес, а с ветки слетел большой филин, угукнул и полетел.

Долго стояли они, старик бранился так, что девочка ушки закрывала, никогда еще так деда не ругался. Вокруг темнело, на лес опускались сумерки, теплый ветерок сменялся прохладой, а они все стояли на месте, старик хмурил брови, не нравилось ему, что его хозяин леса не пускает, он уже хотел идти сам, без его дозволения, как ветви деревьев начали плавно расходиться и пред ними предстал странный человечек. Невысокого роста, с зеленоватой кожей, глаза – бусинки и смотрит так, с опаской, одет в лохмотья, борода и волосы все в веточках и листиках, грязные и нечесаные. Старик удивился, никогда он еще лешего таким не видел, а девочка и вовсе за дедушку спряталась, испугалась.

– Здравствуй – сказал этот старичок – Прости, что так долго, да беда у нас, опасно по лесу ходить, он почти не слушает меня.

– Давно? – спросил его старик – Почему же весть не послал, что у вас тут?

– Не могу я ни выйти, ни вестей послать, только путников отогнать могу, чтобы не гибли по напрасну – вздохнул он – Тяжелые тучи сгустились над домом моим, опасно тут, а причину не могу найти. Прости меня, Хозяин земель горных, да только чувствую, что заманивают тебя в лес, обойди его стороной, может в полях дорога лучше будет.

– А, что же помощники твои лесные, сильные и умелые? – спросил старик.

– Нет их почти, оставшихся сам попрятал, да на долго ли – старичок опустил голову – Уйдет волк, чтобы опасность найти, а как возвратится, так бешенный, а глаза кровью налиты – Леший с болью в глазах посмотрел на старика – Не знаю я Хозяин, что за напасть, да только чувствую погибель моя скоро, а потом и за другими придут, догадываюсь, кого ищут – и он посмотрел на девочку.

–Крепок ты еще, не хорони себя раньше срока положенного – сказал старик – Я быстро обернусь, да подсоблю в беде этой, справимся.

Леший низко поклонился и исчез в глубине темного леса, девочка прижалась к дедушке, но молчала, понимала, что не время расспрашивать, видать дела серьезные, раз дедушка хмурится.

– Пойдем внучка – сказал он девчушке, и они пошли обходить лес, старик кинул, что – то позади них, и тропка с их следами убегала в другую сторону.

Старик шел и думал, неужто нашли, так быстро, али рассказал кто или учуял, в деревне точно никого не было, но могли и мимоходом проскочить да учуять. Девочку нужно спрятать среди людей, да так, чтобы от нее только человечьим духом пахло, да наказать, чтобы шкатулку заветную, не доставала, пока ей шестнадцать лет не исполнится, иначе найдут. Ему главное сейчас ее укрыть, а самому надо нечисть собирать, да к битве готовиться, победили один раз, победят снова, не могут они проиграть, иначе все пропало. Шли они не долго, и к ночи добрались до полей обширных, богатых, а над полями звезды чехарду устроили. Пшеница колосилась, а маленькие сверчки играли на скрипках, чтобы дать отдыху росткам, и приумножить урожай колосьев. Коснулся старик колоска, и выпрыгнул к ним сверчок, в лапках у него был масляный фонарик и скрипка. Увидев, кто перед ним, сверчок поклонился и посмотрел на старика.

–Здравствуй Хозяин – пропищал его тоненький голосок – Чем я могу служить тебе?

–Здравствуй малыш – улыбнулся дедушка – Пройти мне нужно в деревню одну, хотел через лес, да вот беда, страшное, что – то в лесу приключилось, надо поскорее внученьку в семью отвести, да Лешему на выручку приходить.

–Знаю – погрустнел малыш и подлетев к уху старика продолжил – Видел я тени Хозяин, страшные и холодные, и я и Полевик с сестрой Полуденницей укрыли нас и поля свои, чтобы не увидели нас и не учуяли, но они, как вихрь в лес унеслись, только глазами в нашу сторону сверкнули и поняли наши хозяева, что увидели нас тени страшные – пропищал малыш – Готовятся они Хозяин, всех созывают, да почти никто не ответил, не знаем, не ведаем, что с ними.

–Дела – сказал старик – Позови мне брата с сестрой, да проведите нас короткими тропами меж полей – сверчок кивнул и исчез.

Долго ждать не пришлось, пришли на поляну двое ребятишек – подростков, Полевик и Полуденница, чистые и опрятные, да только бледные больно, словно болезные. Старик нахмурился, но проследовал за ними, и внучку на руки взял, чтобы следов ее не было, да запаха. Дети молчали, девочка осматривалась вокруг и диву давалась, сколько красивых сверчков тут на каждом колоске, кто поет, кто на скрипке играет, а кто и сказки рассказывает. Пришли они к выходу, старик внучку поставил, а ребятишкам дал камушки и маленькую скляночку. Дети приняли ее, поклонились и растворились в ночи, девочка только диву давалась, такие чудеса видит.

Шли они тропой извилистой, она словно шустрая змея скользила под их ногами, старик все камешки разные бросал, и тропка позади них в другую сторону убегала, а за ними словно и не было ее никогда. Девочка думала, что если они остановятся, то тропка убежит из-под их ног, поэтому старалась не отставать, хотя и устала сильно, но молчала, понимала, что не просто так дедушка торопится. Когда на горизонте появились первые лучи солнца красного, то увидела девчушка высокий забор, каменный, словно гора перед ними выросла. Вроде и не было его тут, а вот глазками моргнула, и он есть, чудеса, да и только. Старик подошел к воротам огромным и три раза ударил по ним ручкой железной. Через пару минут, в воротах отворилось окошечко, показался оттуда человек, суровый, бородатый, брови хмурит, увидел старика и девчушку, удивился.

–Кто такие? – спросил он.

–Здоров будь, добрый человек, к кузнецу я пришел, к Игнату – поклонился старик – С вестями от родни его дальней – и показал на девочку.

–Будьте здесь, сейчас узнаю – ответил им мужчина и скрылся, а дедушка тут же повернулся к внучке.

–Запомни змейка моя изумрудная, ты племяшка Игната, родители в горах на шахте погибли, сиротинка осталась, я тебя довел до дядьки твоего, а кто таков ты не ведаешь, запомнила – он посмотрел ей в глаза.

–Запомнила деда – всхлипнула девочка, она чувствовала, что он оставит ее тут, и уйдет сам – Останься со мной – с мольбой в глазах смотрела девочка.

–Не могу родненькая моя, свидимся еще, не горюй, семью люби и почитай, и шкатулку свою никому не показывай и про уменья свои молчи – строго настрого наказал ей дедушка – Иначе беда будет, а как подрастешь, так и свидимся.

Ворота тяжелые распахнулись, и вышел к ним мужчина – богатырь, в руках молот тяжелый, увидел он старика и девочку, посмотрел на мужика, кто позвал его, тот только юркнул за ворота и был таков.

–Здрав будь Игнат – сказал старик, да огляделся, чтобы не слушал никто его – Внучку свою я к тебе привел, малая она еще, сиротинка, а у тебя деток своих нет, может мою приютите, я уже стар стал, не долго мне осталось, а вам радость с супругой.

–Здравствуй отец – Иван поклонился ему в ноги – Проходите в дом – и он повел их за собой.

Ворота за ними закрылись, деревня только просыпалась, и люди еще не выходили из домов. Игнат кликнул супругу, чтобы завтрак сделала, да вышла на радость поглядеть, что в дом их постучалась. Татьяна (супруга Игната) только увидела девочку, как тут же расцвела, стала на стол накрывать, да гостей кормить. Рассказал им старик, что внучка этого его, родных больше нет, да и сам он уже стар, вот искал семью хорошую, чтобы девочку приняли, как родную. Татьяна была счастлива, дочка у них с мужем будет, помощница, лучик добра пришел в их семью.

Татьяна и Игнат жили душа в душу, хорошие люди, добрые, да одна беда у них была, детей не было, чем уж прогневили они богов, да только сколько ни просили, все одно, жили вдвоем. Женщина прижала к себе девочку, и спросила, как же звать ее, на, что дедушка хитро улыбнулся и сказал, что нет имени, забыл он, как родители назвали, а она и не помнит тоже, так и жили, дедушка и внучка.

– Назову я тебя Мариша, можно? – спросила женщина у девочки ласково.

–Мариша – произнесла девочка – Мне нравится – и она обняла женщину в ответ, Татьяна разрыдалась, а Игнат, пряча глаза, и скупые слезы, разворчался, что потоп тут скоро устроят.

Просили они и старика остаться, но тот отмахнулся, мол дите родное пристроил, а дальше уже и помирать легче будет, что одна не останется. Ушла Татьяна девочку купать, да спать укладывать, все же ребенок такой путь прошел, а старик Игната вывел во двор.

–Игнат, ты мужик толковый, кто про дочку спросит, говори, что, родня твоя, сирота, а я просто старик, в лесу ее нашел, да привел, куда указала, никогда и никому про нее больше не сказывай, будет она вам с женой дочерью благодарной и любящей, береги ее и за ворота деревни не пущай, пока шестнадцать годков ей не станет – старик сурово посмотрел на кузнеца.

Игнат внимательно слушал деда, а как глаза на него поднял, так чуть и не сел, понял он, кто в его дом радость привел, это был сам Седой Урал, Хозяин края горного. Поклонился кузнец ему в ноги, а как поднял голову с разрешения, так старика уже и не было.

Глава 2. Тени прошлого.

Игнат не возвращался около часа, стоял еще во дворе дома, пока Татьяна не крикнула супруга, не знал он, как быть, рассказать ей про старика или нет. От жены у него секретов не было, но тут боялся, что испугается, девочку любить не будет. А, как увидел, как она около постели Мариши сидит, так и понял, что уже приняла всем сердцем. Имя – то какое красивое придумала Мариша, не слыхивал он таких еще, но девочке нравилось, а значит она не против. Посадил мужик супругу перед собой за стол, да рассказал ей все, Татьяна слушала внимательно, молча, ни разу не перебила мужа, а как он замолчал, так еще минут десять ничего не говорила.

– Знаешь Игнат – начала она – Не важно, чья она внучка, она наша дочка, и я нутром чувствую, что наша она и все тут – женщина посмотрела на спящую девочку.

– И я ее полюбил, что дите родное, надеюсь и она нас примет, как родителей родных, и будет нам в старости с тобой отрада – кузнец обнял жену.

– А на счет того, что ты сказал, про ее шестнадцать лет, тут придумать надобно, мы редко из деревни своей выходим, но иногда бывает, а потому надо поговорить с девочкой, что нельзя ей стен деревни покидать, она поймет, не глупая – Татьяна поцеловала мужа в щеку и пошла по хозяйству заниматься.

Мариша проспала почти двое суток, родители волновались, но когда на третий день, утром, она проснулась, то успокоились. Сон ее был тревожный, но старик предупреждал, что такое может быть, потому и не голосили на всю округу. Девочка встала, заправила свою постель, умылась, и пошла новый дом осматривать, родители не мешали, рассказывали, что где лежит, и для чего нужно. Очень девочке все нравилось, она каждый уголок посмотрела, только одна тоска была, как же дедушка ее оставил, ее привел, а сам ушел, он же один, а ежели беда будет. Татьяна и Игнат рассказали ей слова дедушки, без утайки, что не мог он по-другому, иначе беда будет, а так, все будет хорошо и они еще увидятся, нужно просто вырасти и стать сильной. Мариша пообещала, что будет самой – самой сильной и хорошей дочерью, а родители и не сомневались, такая дочка, даже сына за пояс заткнет.

Так и осталась Мариша в семье Игната и Татьяны, стала им дочерью доброй и ласковой, они помогали ей обжиться в их общине и познакомиться с другими людьми и детьми. Судьба маленькой девочки затронула всех, все переживали и очень радовались, что кузнец с женой приютили сиротку, все знали, как они хотели деток, да видно, судьба у них такая. Мариша была послушной девочкой, хоть и баловала иногда, но глупостей не совершала, одна беда была, хотела Татьяна ее домоводству обучить, да рукоделию, но нет, девчушка все больше с мальчишками в ножички играла, да деревянный меч у плотника выпросила. Бегала по утру, подглядывать, как богатыри тренируются, и повторяла, особенно за воеводой следила, больно хорошо он мечем махал. Как не старались родители, а делать нечего, упросили воеводу Димитрия взять ее к себе на обучение, тот отказывался по началу, да у самого дочери такие же были, что Юнона, что Аврелия. Посмеялись тогда мужики, над дочками, а женщины только брови хмурили, да руки в боки упирали. Где это видано, чтоб девки мечами махали и портки носили, но делать нечего, пришлось уступить, и стали девчушки у Димитрия обучаться. Старик в общине жил, Тихомиром звали, так он все похихикивал, да сказал, что вот они, первые богатыршы – поляницы, да над бабами смеялся, кто девчонок все в платье хотел вырядить.

– Негоже красным девицам наравне с мужичьем, дубиной махать – охали женщины – Кто их потом замуж – то возьмет, они же, как савраски носятся, на коней запрыгивают, а где и кулаками машут.

– А хоть бы и машут – заступались матери за своих девочек – Зато беда какая, так и себя и детей спасут.

– Кому нужны – то они такие будут, вон какие бешеные, что псины злые – не успокаивались соседки.

– Да точно не вашим простофилям – Татьяна и Варвара горой дочерей отстаивали, хотя и понимали, что таким дочерям, впору за мечи замуж выходить.

Гордые, хоть малые совсем, а уже палец в рот не клади, родителей почитают безусловно, а мальчишек лупят, как на равных, Игнат в бороду посмеивался, когда Татьяна пыталась Маришку за пяльцы усадить. Дочка пальцы исколет иглой, узлов наделает, хоть за голову хватайся, Таня и так, и эдак, а она пока мать отвернется, шасть и за порог, с девчонками за лошадьми смотреть, да соседскому Руслану кулаком выписать, что обозвал змеюкой. Она же не змеюка, а что он сам простофиля и дурачина, так кто ж виноват, точно не Маришка. Так шел день за днем, и хорошее было и плохое, но никто и никогда не вспоминал уж о том, что Маришка им не родная, любили они ее всем сердцем, как и она их. Стерлось и из людской памяти, что не родная у кузнеца дочка, а может и стер им кто воспоминания о сиротке. Годы шли, Маришка со своими подругами уже превратились в настоящий красавиц, девушкам было уже шестнадцать, а самой ей через две недели только будет. Родители готовили ей праздник, на всю деревню, кто – то и свататься уже приходил, да Игнат всем отказывал, помнил, что дед ее должен весть о себе прислать, а коли не одобрит он выбора, все же не простая у него дочка – то. Всё чаще вспоминал Игнат старика, всё больше тревожился, что придет он к ним и заберет дочку, Татьяна тоже волновалась, не могли они жизнь свою без дочери представить. Каждый день с содроганием отмечали, что близится ее шестнадцатый день рождения, ночами не спали, все им ужасы страшные мерещились. Мариша заметила, что отец с матушкой совсем поникшие, бывает говорит им девушка, а они и не слышат, стала волноваться, что же за беда у них в семье приключилась. Решилась она поговорить с ними, как же так, семья вроде, а сами молчат, не сказывают ничего, не правильно это, вот дождалась момента, когда все вечером за стол присели и начала разговор.

– Матушка, батенька, все ли хорошо у вас со здоровьем? – спросила девушка.

– Хорошо дочка все, а почему ты спрашиваешь? – ответила Татьяна.

– Вы уже какой день смурные, не разговорчивые, забывчивые – Мариша посмотрела им в глаза, Татьяна расплакалась, а Игнат только кулаки сжал – Чем же провинилась я родненькие, чем же огорчила вас?

– Что ты дочка! – воскликнул кузнец – Ничем ты нас не огорчила, ты же жизнь наша с матерью, на тебя каждый день смотрим, да богов благодарим, что послал нам тебя – кузнец встал из – за стола и подошел к дочке обнять.

– Отчего же матушка слезы горькие роняет? – девушка смотрела на Татьяну, а женщина еще сильнее слезами залилась.

– Игнат – позвала Татьяна мужа, мы должны ей сказать – ей было тяжело это произносить, не могла она ребенка своего отпустить и потерять.

Девушка с удивлением смотрела на родителей, что же тайна такая их мучает, неужто совершили чего, или беда пришла какая в их дом. Почему от нее скрывали, боязно ей стало, но видя такую горечь в глазах родных ей было еще страшнее, может не так все и плохо, как кажется и вместе они найдут выход. Татьяна долга не могла успокоится и все твердила, чтобы Игнат рассказал дочке все, женщина побледнела, ей было сложно дышать, Татьяна еле нашла силы, чтобы взять себя в руки. Кузнец сел около дочки и обнял супругу, ему было сложно начать, но он понимал, что рано или поздно сказать придется.

– Мариша, дочка – начал он тихо – тихо – Помнишь ли ты, как оказалась у нас?

– Я помню батюшка – ответила девочка тоже тихо, ком подступил к горлу, неужто прогнать хотят.

– Дедушка твой, что привел тебя к нам и строго наказал, никому о тебе не сказывать – девушка кивнула, она помнила дедушку, каждую ночь молилась, чтобы все у него было хорошо, и чтобы свиделись они хоть разочек, но он все не приходил – Он сказал, чтобы до твоих шестнадцати лет, мы тебя за ворота общины не пущали, иначе быть беде, скоро ты станешь большой и сможешь выйти за пределы, а может и он сам придет за тобой – Игнат еле смог произнести эти слова, как много боли они ему приносили.

– Дедушка меня заберет от вас? – в груди девушки больно кольнуло, словно иголкой – Как же? Я люблю вас, не знаю я тех, кто жизнь мне дал, не виню их, ежели живы, так пусть жизнь их будет без бед, ежели нет, так пусть путь их к ТриБогу будет светлым – слезы солеными ручейками полились из глаз – Не хочу я уходит, матушка, батюшка, вы же мне родные, как же я без вас, не могу я так, не хочу, неужто нельзя мне в вашем доме остаться, да в старости вам опорой быть, да дочерью благодарной – девушка не верила, что дедушка может вот так прийти и забрать ее из дома отчего.

– Что ты милая, что ты – Татьяна упала в ноги дочери, девушка тут же соскочила на пол к матери – Жизнь ты наша с отцом, как мы без тебя, умрем, не сможем – женщина вновь зарыдала – Ты же наше счастье.

– Матушка – девушка обняла женщину – Батюшка – она протянула руки к Игнату – Не оставлю я вас, по своей воле никогда, дедушку я помню, тоскую о нем, но верю, что не разлучит он нас, не посмеет так душу ранить.

Все трое сидели на полу в избе, мать и дочь вытирали слезы, кузнец отворачивался, не гоже женщинам слезу мужскую видеть, он же сила их и опора. Понимал он, что старик все равно придет за дочкой, но может и не заберет, против воли то, не зря же он в семью к ним привел, да сказал, что вот им опора в жизни и старости. А надо будет, так за дочку, он готов с самими богами биться, пусть и человек всего лишь.

Так и сидели они, не зная, что мимо окон их мелькнула тень, не то человека, не то животного, быстрая такая. Она проползла по всему двору, хотела в дом зайти, да не смогла, видать старик Урал защиту наложил, чтобы нельзя было к девчонке в сон проникнуть. Долго же они искали ее, хорошо спрятал, да только все равно нашли, силы – то его слабеют, теперь главное хозяину рассказать, что она нашла девчонку. Пока ей не исполнилось шестнадцать, ее нужно выманить из общины, она уже сильна, да еще сама не знает об этом, хозяину эти силы нужнее. Довольная тень порыскала по дворам, но ни в одну избу не попала, слишком хорошие люди тут живут, даже противно стало, в других деревнях вон, сколько черных и гнилых душ найти можно, а эти, ТриБога своего чтят, как и духов. Знал старик, куда внучку прятать, но тень хитрее оказалась, да только хватит ли теперь силенок эту змею вытащить. Проскользнув под камнями высокого забора, тень опалила свой хвост, проклятые люди, защиту понавели, руны свой вырезали везде, чтоб им пусто было, ну ничего – ничего, хозяин им всем покажет. Опалённая, но довольная своей гадливой службой, тень проплыла до темного леса, там ее ожидал огромный волк, весь израненный и злой.

– Ты нашла ее? – зарычал зверь человеческим голосом.

– Да хозяин, нашла – прошипела тень, и юркнула под его кровавые лапы.

– Старик слаб, но еще трепыхается, не дает мне, великому Шульган – ташу, завладеть тем, что мое – волк рассвирепел – Но ничего, цепи, завязанные наузами, высосут его досуха – дикий зверь оскалился, утробно рыча.

Волк похромал к своему логову, тень дрожа поплыла за хозяином, принимая облик зверя, эта битва далась Шульган – ташу тяжело, старик хоть и в цепях, а пробить его не может, каждый раз принимает поражение, на долго ли еще хватит проклятого горного хозяина, но то, что он слабеет, это видно, ничего, хозяин сможет пробить эту защиту, он выпьет и старика, и девчонку, и потом уничтожит этого проклятого Урал – батыра, которого назвали в дань уважения к старику. Тени все сильнее сгущались над темным лесом, зверье все попряталось или было растерзано, Шульган шел и скалился, скоро все поплатятся, за то, что так поступили с ним.

Глава 3. Испытание. Часть 1.

Утром, вся семья кузнеца собралась на завтрак, всем стало легче, после этого разговора. Единственное, что беспокоило Игната, это то, что дочке скоро шестнадцать, и чего ждать им – не известно. Девушка помогла матери убрать со стола, и отправилась к воеводе, там ее уже ждали подружки. Юнона и Аврелия готовились к дню рождения Мариши, им самим уже исполнилось по шестнадцать, осталась только подруженька. Девушки наплели много красивых ободков, сами сшили ножны для меча и украсили его камнями, помня, как Мариша любит разные камушки, словно это великая драгоценность. Воевода, отец девушек, вместе с ее отцом, ковали мечи, под их руки хрупкие, но, чтобы прочные и острые были. Игнат и Димитрий понимали, что дочки выросли не хуже богатырей, бойкие, смелые, им палец в рот не клади, по локоть откусят.

– Гой еси девочки – прокричала Мариша, подбегая к подругам – Ух, еле успела, запыхалась даже.

– Гой еси Маришка – ответили ей подруги – Не переживай, без тебя бы не начали – посмеялись девушки.

– Сегодня батька сказал, что проверять будет нас – Аврелия явно переживала.

– Чу, ну и что? – удивилась Мариша – Мы же не первый раз показы устраиваем, чай не смотрины для женихов.

– Не знаю – Юнона погрустнела – Батька все больше грозится замуж отдать.

– Не отдаст – Мариша успокаивала подруг – А коли, что, так мы сразу покажем, что жених не годен – и она помахала деревянным мечом, и все трое расхохотались.

– Чего тут гусей изображаете? – воевода вышел к девушкам.

– Да это мы так, дядька Димитрий – ответила Мариша – Тоску девичью отгоняем.

– Харе лясы точить, пора и мечом поработать – он усмехаясь в свою бороду, проводил девушек на построение к остальным богатырям.

Все бравые войны выстроились в ряд, три подружки стояли крайними, так как Димитрий переживал, что молодцы зашибут девчушек, как – ни как девушки, создания хрупкие. Сегодня для всех богатырей и богатырш, был особый день, воевода отбирал лучших из лучших, кто будет беречь их общину от зла. Был один секрет в этой общине, древний, очень важный, такое только в тайне хранить, и вся община, как большая семья, хранила этот секрет, но только самые сильные, смелые, ловкие и чистые душой богатыри, оберегали и защищали их святыню. Только те, кто смогут пройти все испытания, станут истинными хранителями и защитниками, не важно, дева красная, али юноша, ворожбу не обманешь, она не пожалеет, потому и волновался воевода за них. Готовил он их хорошо, строже, чем с парней спрашивал, такую нагрузку давал, что бывало слышал, как горькими слезами заливались, но раз уж сами напросились, так и должны идти до победы. Жаль ему было их, да враг, не пожалеет, потому и сжимая кулаки, уходил он, когда слезы их текли ручьем. Вот, что поражало его, былого вояку, что ни одна не распустила соплей, пока тренировалась, а то, что дома воют в подушку, так тут уж их дело. Спрашивал он у Игната, дочка – то, все так же хочет быть поляницей, а может все, хватит ей, мечом – то махать, но нет, твердо стояла она, как и дочери самого Димитрия.

Испытания были для каждого свои, сила земли, огня, воды и воздуха, сами выбирали, что дать новым богатырям, они в душу глядели. Вот боится богатырь огня, так может он от страха и врагу все отдаст, или же любит он блеск золота, так и продаст, всякое было, но никто и никогда не говорил, что видел, нельзя говорить, ворожба не даст, Игнат с Татьяной тоже пришли, как и почти вся община, чтобы посмотреть, как оно будет. Кузнец с женой за дочку переживали, жена Димитрия тоже пришла, а то как же, две ее кровиночки тут будут, а супруг, чурбан бесчувственный, дочерей гоняет, аки кобылиц диких. Каждый мужик в общине, что наследника сюда отправил, пришел, пройдет сын – гордость в семье, пусть и не великим стражем, так хоть ратным служивым, а ежели не пройдет вовсе, так и позор ему. Бывало так, что молодец с позором изгонялся, а семья сама решала, с ним уходить, али в общине остаться. Родителей не упрекали за то, какой отрок у них вырос, иной раз смотришь, так смелый да сильный, а потом узнаешь, что душа черная, власти и злата хочет, а благородство только на словах, а бывает, тихий или вредный на язык, а смотри – ка, проходит испытание с честью и достоинством. Посему и не винили родных, но тех, кто душой сгнил – за ворота, не прогоняли только тех, кого отправил батька служить, а он в земле возиться хочет, так ворожба и обозначала, что не его это место, это не позор, это судьба его.

Воевода обвел всех своих воинов суровым взглядом, надобно и речь произнести, а он молчит, люди уже и шептать начали, мол, всегда говорил, а тут нем, как рыба. Димитрий смотрел на богатырей да на богатырш, по лицу его, нельзя было прочесть, что он думает, а вот в душе, в душе была буря, чуял он, что в этот раз будет трудно, но делать нечего, надо приступать.

– Гой еси братья и сестры – сказал он громко – Сегодня, я хочу попросить благословенья не только у Перуна, но и у Хозяина Горного Края – Урала, пусть его дух прибудет с нами, пусть он благословит не только сыновей, но и дочерей наших – Димитрий махнул рукой, чтобы два богатыря внесли огромный сундук – Да прибудут с нами боги и духи – он хлопнул в ладоши, богатыри отворили тяжелую крышку сундука и отошли.

Каждый воин подошел к заветному сундуку, он должен был достать оттуда один предмет, и пройти в черную пещеру, что была в горе, у подножия которой и была их община. Все молча брали и уходили, никто не смел и звука произнести, чтобы не разгневать своих прародителей. Юноши прошли спокойно, скрываясь в темноте пещеры, Юнона и Аврелия тоже, когда подошла Мариша к сундуку, то крышка захлопнулась сама по себе.

– Как же это? – девушка растерянно смотрела на воеводу, но не успел он ответить, как в воздухе закрутился ураган.

– Воевода – закричали люди – Что это за ворожба?

Димитрий и рад бы ответить, да сам не знал, он посмотрел на Игната, но кузнец с супругой и сами были удивлены, и явно обеспокоены. Мариша подошла к сундуку, чтобы его открыть, может ветром крышку захлопнуло, но только она притронулась, как по нему ударила молния, сухая, без дождя и грома, она только руку вовремя отдернула. Люди стали шептаться, мол, сами боги против того, чтобы она испытание проходила, неужто душа черная. Игнат хотел подойти к дочери, но воевода жестом показал тому стоять на месте, чтобы другие не двинулись на них. Мариша еле сдерживала слезы, она не хотела зла никому, но отчего же ей не дают пройти испытание. Когда гул людей стал нарастать, в воздухе грянул гром, небо затянулось тучами, а на сундуке появилась огромная, темно зеленая ящерица.

Ящерица смотрела на всех своими глазами с вертикальным зрачком, таких огромных люди еще не видели, ее взгляд остановился на Марише, все замерли. Девушка еле дышала, она не боялась ящериц или змей, знала, что делать надо, а тут все было странным, словно ящерица понимает все, что происходит вокруг. Она протянула девушке лапку, Мариша протянула свою руку ей на встречу, и в ее ладонь упал камень – малахит. Редкий камень, волшебный, о его свойствах знают много, да не каждый может найти истинный малахит, словно гора смеется над людьми и обманывает. Димитрий смотрел напряженно, мало ли чего случится, а Мариша кивнула ящерице и пошла в пещеру, народ молчал, ждали, что случится. Стоило девушке скрыться в пещере, как ящерица пропала, будто ее и не было.

– Чудеса – сказал один старик – Слыхал я однажды, про ящерицу – он почесал седую голову – Видать девка – то – он посмотрел на кузнеца и его супругу – Не простая.

– Что ты мелешь? – разозлились бабы – Сейчас с позором выскочит и пойдет стороной от нас.

– Ах ты ж дрянь – Татьяна такого не стерпела и вцепилась краснощекой крикунье в волосы.

Что тут началось, бабы орут, мужики разнять не могут, Татьяна – то не даром супруга кузнеца, она и пирог испечь и по маслам заехать может, не из робкого десятка. А вот соседка их, она сдобная, как булочка, краснощекая, румяная, да не такая смелая, да только от разозлённой матери, бежать сложно. Димитрий разозлился, старик, что ляпнул про ящерицу и вовсе затрясся, не ровен час и его зашибут, никогда такого у них не было, сами бесы словно танец устроили и потешаются над ними.

Пока всей общиной разнимали разбушевавшихся женщин, Мариша шла по пещере, она не спешила, так как было очень темно и сыро. Девушку пугало то, что случилось, но она понимала, что, если боги и духи приготовили ей такое испытание, значит нужно следовать их воле. Камень в руке был гладкий и прохладный, он не раздражал, наоборот, хотелось его сжать в кулаке и не выпускать из рук, словно, она нашла, что – то родное, то, что было утеряно. Сколько она так шла, Мариша не знала, время перестало ощущаться, она не понимала, устала она или еще нет, просто шла. Казалось бы, что за глупое решение, просто идти в глубь пещеры, но так делали все, кто проходил испытание, никто и никогда не знает, на каком шаге тебя будут ждать, и что именно это будет. Сколько бы, будучи детьми, они не пытались расспросить других богатырей или воеводу, никто им ничего не сказывал, только отшучивались, что подрастут – узнают, вот они и подросли, теперь предстояло узнать. В какой – то момент, она поняла, что просто стоит на месте и не идет никуда, попыталась сделать шаг, но не смогла, ноги стали тяжелыми, резко накатила усталость и сонливость. Девушка огляделась, вокруг были разные камни, она подошла к одному из них, присела, да таким удобным он ей показался, что она сама не заметила, как стала проваливаться в сон. Девушка не чувствовала, что камень становится все больше, и она уже была полулежа на нем, а вокруг сползались змеи. Одна из них, самая огромная, подняла свою голову к лицу Мариши, а затем и вовсе стала оплетать ее своим телом. Другие змеи только лишь ползали вокруг камня и шипели, камень в руке девушки нагревался, а ей снился очень странный сон.

Глава 4. Испытание. Часть 2.

Сон Мариши.

Огромные горы, они словно пояс растянули от пустыни до вечных льдов, в них хранится много тайн и подземных дворцов. Там живут странные люди, они белесые, маленького роста, добывают различные камни и уносят их в свои кладовые. Огромные змеи охраняют их, а один змей, самый огромный, с золотым венцом на голове, лежит на горном троне, его шкура темно – зеленая, а в ней самоцветы. Змей сверкал огромными желтыми глазами, с вертикальным зеленым зрачком, и словно смотрел на саму девушку, ей казалось, что он зовет её.

– Где я? – спросила она и стала осматриваться, ощущения были странные, вроде и понимала, что сон, но всё, казалось слишком настоящим.

– Подойди ко мне, дитя моё – прошипел он в ее голове.

– Кто ты? – девушка не чувствовала опасности, но не понимала, почему он зовет её.

– Я твой отец, Мариша – ей даже показалось, что он усмехнулся, произнося ее имя.

– Откуда вы меня знаете? Отец? У меня есть отец – девушка удивлялась, что отвечает так же мысленно, не произнося ни слова.

– Хм – змей показал раздвоенный язык – Человек, что воспитал тебя, он не родной тебе, но я ему благодарен, ты стала истинным воином, сильна духом – змей стал подниматься, очень медленно – Но, твой родной отец я, моя змейка, моё сокровище, и имя твоё Алтын Сәс – он сверкнул глазами.

– Нет – девушка словно вздрогнула, услышав это имя, а перед глазами стали проносится воспоминания…

Маленькая девочка появилась словно из горы, Азов гора распахнула свои жилы, отдав медный камень огромному змею, который тут же утащил его в свое логово, обложив вокруг малахитом. Медный камень зеленел, он вытягивал из малахита силу и рос, превращаясь в каменную статуэтку. Змей приносил к каменной девочке драгоценные металлы и камни, а белоглазые человечки складывали вокруг нее множество цветов. Как только над Азов горой поднялся алый рассвет, то камень пошел трещинами, и осыпался, а на каменной пыли сидела девочка. Смуглая, черноволосая, глаза зеленые, как изумруды, на голове медный венец с малахитом, девочка смотрела на огромного змея своими большими глазами и улыбалась. Змей аккуратно подхватил девочку своим телом и посадил ее на каменный трон, ударил хвостом по тяжелым дверям, оттуда выскочили белоглазые люди, они стали ее наряжать, причесывать, и стоило пройтись гребнем по ее волосам, как с них падали золотые капли, которые аккуратно собирались и складывались в сундуки. Белоглазые коротышки тоже любили маленькую хозяйку, они приносили ей разные ткани и камушки, мастерили для нее бусики и браслетики. Еду ей приносили змеи, фрукты, овощи, орехи, иногда дичь, мед и цветочный нектар, для них она была не просто хозяйкой, для них она была семьей. В глазах змея – отца отражалась теплота, он оберегал свою дочку, его каменное сердце оживало, и дал он ей имя Алтын Сәс, что означает – Золотой Волос. Счастье Великого Полоза (а это был именно он) длилось не долго, один человек решил, что может занять его место и подчинить себе Чудь Белоглазую, а также уничтожить саму Смерть с помощью родника жизни – Яншишмы. Глупый мальчишка, поверил сладким речам Юхи и испил крови из турсука, потерял он в себе человека, стал он зверем лютым, сильным и жестоким. Подчинялись ему дивы и драконы, но чем больше он получал, тем больше он хотел, Шульган – Таш обезумел, он предал свою семью и хотел заполучить все, нежась во лжи Юхи. Полоз отдал все силы, чтобы спрятать свою дочь, он отдал ее Седому Уралу, своему отцу, чтобы тот спрятал девочку, да воспитал. В своей дочери спрятал змей, все секреты и силу огромную, чтобы спасти горный пояс от безумца, который поглощал силу у всех, кого смог пленить. Не справился Полоз с Шульган – Ташем, стал его пленником, и по сей день томиться в цепях, теряя свои силы.

Девушка неверующе смотрела на змея, как же так, если он пленен, то почему она видит его сейчас свободным и таким величественным? Полоз словно понял ее удивление, он медленно подполз к дочери, и заглянул в ее глаза.

– Таким ты меня помнишь дочка – это твое воспоминание, я оставил их тебе, но спрятал так, чтобы они проснулись в нужный момент – он поднялся над ней, продолжая смотреть в глаза.

– Я не верю, я не хочу – девушка заплакала, она поняла, что змей не обманывает ее – А дедушка? – в сердце кольнуло, она поняла, что случилась беда.

– Отец – с горечью прошипел змей – Отец повержен, ты и сама это чувствуешь милая.

Мариша многое хотела спросить, но ее сон резко оборвался, а вокруг нее лежали различные предметы: тонкие женский доспех, длинный хлыст, браслеты из малахита, тонкие, как иглы клинки и темно – зеленый плащ, что напоминал кожу змеи. Она огляделась вокруг, кто мог положить эти вещи? Камень, что был в ее руке исчез, а в груди появилось странное ощущение тепла, словно, что – то родное, но забытое проснулось – духи даровали ей силу. Она взяла все предметы и сразу одела плащ с браслетами, клинки убрала в голенища своих тонких сапог, хлыст закрепила на ремне, чтобы не потерять, Мариша оглядела все вокруг, убедилась, что больше ничего нет, отправилась на выход. Она понимала, что теперь ей предстоит многое узнать, она очень боялась расстроить отца с матушкой, кто бы не был ее истинным родителем, а Игнат с Татьяной были для нее самыми родными.

Когда Мариша вышла из пещеры, то заметила, что все стоят и смотрят на нее с удивлением, девушка сделала шаг, как целая община склонила пред ней головы, даже отец и матушка. Мариша тут же подбежала к ним, и сама упала рядом с ними на колени, никогда она не примет поклонов от ее родных.

– Дочка – сказала Татьяна и обняла девушку, а потом достала зеркальце и повернула его к ней. Мариша увидела свое отражение и замерла, на ее голове была корона из самоцветов.

– Встаньте – она посмотрела на всех, с кем прожила столько лет бок обок – Прошу вас, не нужно кланяться – люди поднялись, но молчали, только воевода усмехнулся.

– Ну здравствуй Хозяйка – он расхохотался – Знал бы, кого в детстве хворостиной лупил, так сердце бы из груди выскочило.

Народ расслабился и подхватил смех Димитрия, сама же девушка тоже засмеялась, Игнат смахнул слезу, он понимал, что девочка точно знает все, кто она и, кто ее дед и истинный отец. Он обнял дочку за плечи и поцеловал в макушку, Мариша обняла отца, им предстоит еще многое пройти, но эти люди ее семья, кем бы она не была, никогда и никто не отнимет у нее Игната и Татьяну, даже сам Шульган – Таш. Понимала она, что отца и деда нужно спасать, и битва ей предстоит тяжелая, такому воевода не научит. Подружки ее, Юнона и Аврелия, тоже подбежали и вручили свой подарок, хотели поклонится, но Мариша не позволила. Девочки обнялись, и каждая из них понимала, что теперь – они тоже защита и опора родного поселения, детство прошло, а значит им предстоит бой, Хозяйка медной горы всегда приходит тогда, когда зло проникает на землю, Азов гора ее призывает и дарует Великому Полозу.

– Дочка – Игнат подошел к ним – Знаю, что твои именины только через седмицу, но позволь сейчас вручить тебе товарища боевого и подарок от нас с воеводой.

– Конечно отец – Мариша поклонилась кузнецу в пояс.

Игнат хлопнул в ладоши и к ним подвели коня, вороной жеребец, а во лбу звезда, сильный, мощный, словно сама тьма его породила. Димитрий же преподнёс ей меч, рукоять украшали рубины и изумруды, словно венец, девушка ахнула от таких подарков, и поклонилась им трижды в ноги. Матушка протянула ей рубаху, что сама вышивала, легкую, черную, украшенную каменьями из малахита.

– Благодарю вас, родные мои – девушка не сдержала слез, их подарки тронули ее до глубины души – Я не смела и верить, что буду достойна таких даров.

– Что ты дочка – Татьяна обняла Маришу.

– Ты, мое сокровище – ответил Игнат – Я для тебя и горы разрушу, коли надо будет, реки высушу, только бы мое серденько была счастлива – мужчина обнял своих, супругу и дочку, и понимал, что не отпустит ее одну, с ней помчится, куда бы дорога не привела.

Глава 5. Зов теней.

Со дня посвящения прошло пять дней, до шестнадцатилетия девушки оставалось всего два дня, все готовились к празднику, такой памятный день, сама Хозяйка Медной горы будет именины праздновать. Мариша не стала чувствовать себя особенной, ее новые способности пугали, девушка боялась навредить кому – ни будь, а как обучится – не знала, да и кто ее обучит, давно в деревне сильных ведунов не было, а значит стоит поискать в других поселениях. Игнат понимал, что только отпразднуют именины, как им надобно будет отправляться в дорогу, а потому готовился и собирался в путь. Татьяна очень переживала, плакала ночами, никакие слова мужа ее не успокаивали, но она была женщиной умной, понимала все, что надо им ехать, коли беда такая, Мариша без утайки все рассказала родителям, что видела и слышала. Долгий день близился к своему закату, девушка возвращалась домой с подружками, как вдруг резко замерла, ей почудилось, что ее кто – то звал.

– Мариш, ты чего? – Аврелия внимательно проследила за тем, куда смотрит подружка, но не увидела ничего.

– Слышите? Зовет кто? – Мариша стала крутить головой по сторонам, чтобы понять, кто так жалобно ее кличет.

– Нет – ответила ей Юнона – Ави – обратилась она к сестре – Беги скорее до дядьки Игната – девушка понимала, что не простая у них подружка, потому и правда могла слышать кого – то.

Сама же Мариша, словно вел кто-то, шла к воротам общины, Юнона пыталась остановить девушку, но взглянув в ее глаза, тут же прикрыла рот руками, они были словно из стекла, прозрачные и девушка никак не реагировала на уговоры подруги. Юна взяла Маришу за руку, чтобы та от нее никуда не пропала, надеясь, что сестра быстро приведет помощь. Девушка продолжала идти к воротам, обычно там были стражники и Юна очень надеялась, что они смогут им помочь, но только они подошли, как пред ними предстала странная картина, все спали, словно кто на них сонное заклятие наложил.

– Мариша, Маришечка – Юнона почти кричала, дергала подругу за руку, но девушка никак не отреагировала – Беда у нас, Мариша – слезы застилали глаза, но она не отпускала руку подружки.

Девушка кричала, плакала, пыталась дозваться и пробудит стражей, но нет, все было бестолку, как только Мариша подошла к воротам, она резко развернулась в сторону Юны. Девушка лишь крепче схватила подругу, боялась, что сейчас она уйдет и они ее больше никогда не увидят. Мариша попыталась стряхнуть руку подруги, но не смогла, Юна вцепилась намертво, уже двумя руками, хотя подружка больно пыталась вырвать свою руку, оставляя багровые следы от своих пальцев. Устав бороться, Мариша лишь усмехнулась и толкнула ворота, которые тут же поддались, хотя обычно их открывали, как минимум шесть человек, настолько они были тяжелыми.

– Мариша – крик Татьяны словно отрезвил девушку, она вскрикнула и замерла, в глазах стало проясняться – Доченька – причитая, бежала к ней женщина.

– Дочка – кузнец бежал со всех ног, чтобы дочка не ступила за порог общины – Маришка – Игнат подоспел вовремя, так как девушка начала падать, и почти вышла из общины.

Димитрий с другими мужиками, что бежали следом за кузнецом, стали закрывать ворота, да подивились, стража спит, а на воротах выжжены какие – то странные символы, а их обереги словно зверь какой – то когтями вырывал из древа. Такого не ожидал никто, да и стражей добудиться не могли, колдовство, не иначе, а посему, было принято собирать вече, да думу думать, как с этой напастью справляться. Мариша сидела на земле, около ворот и перебирала камушки, девушке было очень плохо, она не понимала, что произошло, а увидев руки Юны и вовсе испугалась, как она могла так поступить с подружкой. Юна не огорчалась, она успокаивала свою подругу, как и ее сестра, они понимали, что сама Мариша никогда бы так не сделала по своей воле, а значит злое колдовство проникло к ним в общину.

– Отец – девушка позвала Игната – Страшно мне, а ежели бы я – и она закрыла лицо руками, пугаясь того, что могла натворить.

– Не плачь, не плачь моя змейка – гладил он дочку по голове – Обошлось все, обошлось, мы справимся с этой напастью, я с тобой дочка – кузнецу было страшно, но страх перед неизвестным злом пугал его меньше, чем страх за дочку.

Девушек отвели домой к Игнату и Татьяне, подружки не захотели оставлять ее одну, мало ли, вдруг Татьяна пока за водой выйдет, а опять беда, поэтому решили, что так оно спокойнее. Мужики остались пробудить в чувство стражу, заодно и узнать, что они помнят, как так вышло, что все спят. Бабы стали причитать и перешептываться, мол беды на них посыпались, только эта девка испытание прошла, отдать ее, и дело с концом, воевода и кузнец прикрикнули, да только ежели бабы начали, их же просто так не заткнешь, шепотки остались. Татьяна очень переживала за дочку и покрикивала на клуш бестолковых, что они только и могут кудахтать, да воздух сотрясать, а кабы с их дитем чего приключилось, там может тоже за ворота выставить. Мариша все это слышала и понимала, что беды – то из – за нее пришли, а значит не будет им покоя, пока она в поселении, страшно ей было, да и что ждет ее, ответов не было. Подружки старались поддержать, но видя следы на руках Юны, девушка понимала, что это она натворила, а если бы не пришли на помощь, даже страшно представить, что она могла бы сделать девушке. Аврелия видела терзания Мариши, не знала, как облегчить ее метания, да и как тут поможешь, когда на душе такая буря, что и просвета не видать, но и за сестру ей было боязно, все же подружка их не человек вовсе, и ежели над разумом своим контроль потеряет, то может и не пощадить никого.

Тем временем в лесу.

Тень бесновалась и шипела, как же она теперь девчонку выманит, времени почти нет, хозяин будет не доволен. Тень потратила много сил, чтобы сорвать с общины защиту, наложить заклятье и выманить девчонку – это было самым сложным, она уже одела корону, а как только ярило озарит камни на ней, то все, она получит силу великую.

– Противная Малахитница, чтоб тебя – ругалась тень, и продолжала следить за тем, что делают эти жалкие люди – Ну ничего, ничего, я успею вытащить тебя за врата, и тогда, тогда хозяин меня вознаградит, а ты сгинешь, как твой отец и дед – шипела, извиваясь ужом по земле, чтобы заползти в общину, пока защиты на ней нет.

Один из богатырей сидел на камне, приходил в себя от ужасного сна, пытаясь понять, как так вышло, что они впали в такое беспамятство, и тут увидел черную змейку. Змей он видел много и всяких, но такую еще нет, промелькнула мысль, поймать, да невесте на сапожки, вот рада – то будет. Хвать он змейку, а она, как зашипит, да начнет расти, богатырь ее бросил об землю, и ногами топтать. На шум прибежали остальные, смотрят, а там змеище огромное из мелкого ужика вытягивается, чернющее, и давай они дубинами да палицами лупить по гадости непонятной. Еле унеслась от них тень, дубинки – то у них рунами помечены, ощутимо ранят, еще и клеймо у них, не простое, а руны серебряные – заговоренные.

– Ур-р – роды – тень перешла на рык – Силушки набрались, а ума нет, на сапоги он меня пустить хотел, дурень – шипя и скрываясь от лютых богатырей, тень торопилась забиться в любую нору, чтобы они ее точно не достали – Хозяин вас всех уничтожит, вы еще поплатитесь за это – причитала раненая и злая змейка.

Рядом хрустнули ветки, тень насторожилась, неужто выследили ее, она аккуратно высунула морду из норы, около нее сидел маленький зайчонок. Тень хотела вернуться в нору, но тут же дернулась обратно, маленький зайчонок отличная возможность попасть в общину, главное, чтобы эти остолопы не решили из него варежки сделать. Она кинулась на бедного зайчика и проникла в его разум, видя все его глазами и слышав его ушами, теперь осталось пробраться к девчонке и в этот раз не оплошать. Шульган – Таш будет очень недоволен, если тень не справится, хозяин должен поглотить силу Малахитницы и покончить уже со стариком и Полозом.

Мелкий заяц успел проскочить в поселение, прежде, чем закрыли ворота, руны захлопнули защитный круг, и община вновь была скрыта от зла и от чужих глаз. Найти дом девчонки было просто, кузнец в поселении был один, а значит и дочь его там, но прежде, чем мучить девушку, он решил посеять смуту на вече, чтобы от нее все отвернулись и считали опасной, это было сложно, ну уж тень – то точно знает, как зародить в сердцах тьму, если там есть хоть крупинка сомнения. На вече собрались все, кроме Татьяны и девушек, они сидели с Маришей, Тень фыркнула, нашли защитничков, хоть бы одного мужика оставили, а так, девок пугать, что детей малых, от них даже визгу больше. Седые старцы сидели во главе длинного стола, силы в них почти не было, как и мудрости, но их уважали, как самых мудрых мужей. Бабы шептались, превращая собрание в жужжащий улей, они были настроены явно против девушки, пугая друг – друга выдуманными поступками дочери кузнеца. Мужики хмурились, но молчали, воевода и кузнец пытались их приструнить, да толку – то, когда женщина молчала, ежели у нее прорвало. Старцы слушали все, а может и не слушали, казалось, что мыслями они явно не тут, а может и вовсе задремали, редко, когда они выходили из своих домов, когда последний раз вече – то собирали?

– Не можем мы с этой заразой под боком жить – вскипела Екатерина, супруга старосты – Пригрели вы змею Игнат, она всех нас погубит.

– Что ты несешь, малахольная – взревел кузнец – Ай не поняла, что саму Медной горы Хозяйку понукаешь?

– А мне, что горы, что воды – уперлась женщина – Всё одно, беду несет, а коли такая могучая и сильная, так пущай и идет себе, со злом бодается, а не нас приманивает, жили себе спокойно, а тут вона – она указала на воеводу – Дочка Димитрия, чуть без рук не осталась.

– Ты язык – то свой прикуси – привстал воевода – Ты может сама, что видела, раз горланишь тут?

– А мне и видеть не надо – отмахнулась она – Гнать девку и все тут.

Бабы загомонили, соглашаясь со своей товаркой, боязно им стало, да и против жены старосты переть, мало ли потом, как аукнется. Старцы постучали ложкой по столу, чтобы все угомонились, возможно бабий визг их разбудил, и они явно были недовольны, что их сон прервали.

– Вот, что мы решили – промямлил один из них – Мы не можем гневить Хозяина Горного Края, посему и выгнать не можем – он осмотрел всех собравшихся – Но – поднял дряхлый палец вверх – И детей наших подвергать опасности не можем, а посему, вот наше решение, девчонка, как только в полночь наступят именины, покинет наше селение и более никогда не вернется, да простят нас боги и духи.

Что тут началось, какой шум и брань поднялись, даже Тень скривилась, не любила она много шума, когда проку нет, плохо, что они ее не сегодня выставить решили, ну ничего, она поможет девчонке уйти уже сегодня в полночь, только кто сказал, что хозяин их пощадит потом, это они глупости думают. Смеясь своим пакостным мыслям, мелкий зайчонок поскакал к дому кузнеца.

Глава 6. Тень.

Игнат и Димитрий стояли у избы кузнеца, оба не могли поверить в то, что их односельчане оказались такими трусливыми и глупыми людьми. Страх, он конечно чувство такое, но никогда они не боялись, изгоняли только тех, кто был душой черной, а тут, как же им такие вести сообщить?

– Не пойму я Димитрий – начал говорить кузнец – Что с людьми – то твориться? Как они могут так? – Игнат хмурил брови и сжимал кулаки.

– Боязно им – ответил воевода – Дык и мне боязно – воскликнул он грозно – Но, я же не хочу никого выставить, времена темные идут, нам бы ее обучить, защитить, а не выставлять из дому?

– Ежели дочь моя уйдет, так и я с Татьяной уйду – принял он твердое решение, знал, что и супруга не останется – Как я им только скажу такое? Столько лет наш род жил тут, помогали всем, а они вот так.

– Я тоже с семьей пойду – ответил Димитрий – Ты мне брат Игнат, а значит семья, да и мои девки – он махнул рукой – За Маришей побегут, не бросят, а как я их одних отпущу? – посмеялся он, но вышло, как – то грустно.

– Ты чего, вас же не гонят? – удивился кузнец.

– Сегодня вас гонят, завтра меня выставят, ежели чего испугаются, забыли они, что такое община, мы уйдем, долго ли протяну? – Димитрий понимал, что из древних семей – основателей, осталось только четверо, Игнат кузнец, он воевода, старик – волхв, но у него нет семьи, он даже не говорит ни с кем, его ворожба долго их прятать не сможет, да Демьян богатырь, у него хоть наследник есть.

– Жаль их, но простить не могу – сказал Игнат – Душу себе рву, дом отчий покидаю, но их более – он сжал руки в кулаки так, что кожаные перчатки затрещали – Нет для них более моей защиты.

Так, постояв у дома еще немного, они попрощались, чтобы начать готовится к уходу, Димитрий понимал, что супруга не будет рада, но она его поймет и пойдет следом, всё же одна семья они, да и кто знает, ежели потом их самих попросят, а так, пусть сами в своем болоте квакают, видать в крепостные захотели. Сейчас все как, чуть, что так повяжут и служить заставят, а они люди свободные, у них ворожба, которая и скрывала их от всех напастей, но видать забыли они об этом, что уйдут основатели общины, уйдет и защита, прогневали они духов, оно и видно, плохие времена идут. В душе у Димитрия появилось сомнение, бросят всю общину, как предатели, но он подумал еще раз, прогнали они не прогнившего душой человека, а того, кого защитить должны были, саму внучку Седого Урала, да дочь Полоза, ворожба не простит, Игната обрекают дитя родное, пусть и не по крови, из дому выгнать, а за ним могут и Димитрия потом, а посему, сам он уходит, пусть теперь живут в покое, что опасности нет, так же они думают, не хотят разумом слышать, страхом живут, так поделом им.

В доме Игната.

Мариша с подружками и матушкой сидела в своей комнате, ей было страшно, что она такое сотворила, да и, как теперь быть? Что скажут люди, ей и вовсе было боязно думать, видела она, как некоторые на нее смотрели, будто она чудище ужасное из страшных легенд. Не так девушка себе свою судьбу представляла, она хотела быть сильной и смелой, чтобы суметь защитить родной дом, увидеть дедушку, а теперь, теперь ее саму сторонятся, боязно людям, да ей и самой не сладко. Подружки успокаивали Маришу, что все это силы злые, смуту наводят, а они со всем справятся, и вовсе не чудище она, а красавица. Татьяна молчала, лишь гладила дочь по голове и рукам, как ей помочь, как уберечь от злых языков? Не знала она, когда Мариша появилась в их доме, то счастье словно вошло вместе с ней, знала она, что не простая у них дочка будет, а потом и муж рассказ, кто им счастье такое даровал, но биться она за нее готова не на жизнь, а на смерть. Никакое зло не победит любви материнской, стоять будет до последнего вздоха, а коли надо, так и общину покинет вместе с дочкой, а эти, пусть, как мыши в норах забьются.

– Мариша, доченька – Татьяна присела около девушки – Не знаю я, что там сказано будет, как и не знаю, что за силы темные и страшные, свои руки к тебе тянут – она сжала ладони девушки – Ты, дочка, не бойся, мы с отцом тебя не оставим, ты наша, кто бы, что не сказал, а куда ты, туда и мы.

– Матушка? – девушка удивленно посмотрела на Татьяну – А, как же дом, община?

– А, что дом? – ответила женщина – Дом он где? Там, где семья, правильно? – она дождалась, пока Мариша кивнет – А ежели тебя не будет, то это уже не семья – она покачала головой – Я и отец, вот твоя опора и защита, а они – она усмехнулась – Они дуралеи, вот и все, зайцы трусливые – все посмеялись.

– Мариша – начала говорить Юна – Мы тоже с тобой, да и отец не будет против – девушка переглянулась с сестрой – Люди у нас хорошие, только боязно им стало, а мы, мы не боимся, и ежели надо, так и пойдем с тобой, какое бы зло и чудища нас не ждали, а все одно, мы семья, пусть и не по крови – девушки закивали, подтверждая свои слова.

– Спасибо вам, родные мои – Мариша бросилась обнимать всех – Одна я не сдюжу – она вытерла слезы – А тут, одно слово доброе и мне словно силы дает – она поцеловала Татьяну в щеку и обняла подруг – Справимся, мы справимся.

Тень затаилась в сенях дома кузнеца и если бы заяц мог плеваться, как человек, то уже сплюнул бы от брезгливости, слушая все эти слова поддержки и любви, фи, какое неуважение к слуху тени, такие речи. Тень вообще не знала такого чувства, даже Хозяин был опасностью и за это она его уважала, боялась, пресмыкалась пред ним, но любить, бяка какая. Поэтому эти дурачки – герои и хранители проигрывают таким, как ее Хозяин и его слугам, а это их всепрощение и забота, просто боль и муки, не приведи тьма, испытать такой ужас, и они еще называют это высшим благом. У тени все было просто, можешь – предать, предай, чтобы выслужиться, можешь сломить, еще лучше, даже если Хозяин посмеет быть слабым, то та же тень его уничтожит, зачем служить слабаку? В жизни все должно быть просто, сильный получает все, что хочет, слабый – пресмыкается, доверять нельзя даже себе, а тут сопли развели, а ей слушать все это, ужасные люди, даже несварение кажется получила. Дверь скрипнула и в сени вошел Игнат, заяц прижал уши, а то, как решит кузнец рагу себе сделать, так и все, только бежать из этого тщедушного, а тут амулеты, руны, как выбраться, сгорит же. Хотела тень забиться под лавку, да не вышло, кузнец увидел маленького зайца и тут же поймал за уши, как же отборно ругалась тень, что у зайца уши огромные, да кузнец такой ловкий. Ничего не подозревающий мужик взял зайца и посмотрел на него по ближе.

– Эх и ладный ты малец, покажу тебя дочке, пусть порадуется – и он занес животинку в избу – Смотрите, кого к нам занесло в сени – он показал всем зайчика.

– Ох, отец – Мариша тут же подхватила кроху на руки, отчего косой был рад, она – то ему и нужна – Можно оставим, я его выращу? – девушка смотрела на малыша и любовалась, какой же он хорошенький.

Ответить Игнат не успел, Мариша подошла с животным к лавке, что была под окном, а там весел оберег, она хотела показать его поближе матушке и подружкам, как животное взбесилось, его глаза стали красными. Мариша выпустила его из рук, кузнец хотел схватит бешенного сорванца, как тот неожиданно подпрыгнул и укусил Аврелию за руку, отчего девушка тут же побледнела, ее глаза стали черными, как сама темнота, она медленно повернулась к зайцу и разорвала его, на глазах у всех.

– Только посмейте ко мне подойти – проговорила девушка – И ваша подруженька испустит дух – она повернулась к Марише – Ты, идешь за мной, и никто больше, Хозяин устал тебя ждать, а не пойдешь, так попрощайся с Аврелией.

Она молча прошла на выход из избы и смеясь выскочила за ворота, Мариша бросилась за ней, кузнец хотел было схватить дочку, но Татьяна не позволила.

– Стой или погибнет Авочка – сказала женщина – Юна, беги за отцом, Игнат, следи за ними, но так, чтобы они тебя не приметили, а я соберу все, и мы с Димитрием вас нагоним.

Никогда еще Татьяна не была такой смелой и решительной, но именно сейчас, она понимала, что только так они могут спасти двух девушек, или одну из них погубят. Юнона бросилась в отчий дом, Игнат схватил только меч, да выскочил следом, а Татьяна достала сумку, что заготовила уже давно, как чуяло ее сердце, что уходить придется, да и с женой Димитрия – Варварой, давно уже все подготовили. Теперь, главное, чтобы девочки были целы, да не потерял их Игнат изведу, тогда не найдут они их, как пить дать – не найдут. Женщина с грустью взглянула на дом, много чего они тут оставят, да и поделом, пусть берут – пользуют, ценнее семьи ничего нет для человека. С такими мыслями они заперла дом и отправилась на конюшню, вывела лошадей, проверила корм для них, да инструмент мужа, что он брал всегда, когда выезжал надолго из дому, поклонилась и пошла в сторону ворот из общины.

Димитрий и Варвара, очень быстро нагнали женщину, Юнона была одета, как поляница, она и для сестры собрала все нужное, никто не кричал, не причитал, все понимали, что виновных нет. Люди провожали их молча, с опаской, как это так, две семьи уходит, да еще и налегке, ежели дочку кузнеца никто видеть не хотел, боялись, то вот уход самого кузнеца, воеводы, их жен, и дочерей воеводы – они не ожидали, как же теперь они будут. Кузнец был один, с даром, воевода тоже один, только ему было дозволено с духами говорить о защите земли их. Люди молча проклинали проклятую девку – Малахитницу, что теперь и без защиты оставила, а то, что сами они виноваты, никто и не подумал. Хотели было задержать, хоть Димитрия с супругой, но он лишь грозно сверкнул глазами, и они отошли в сторону, воевать с ним – себе дороже, силен, как гора, могуч, как горные воды. Когда за ними закрылись ворота общины, то люди еще долго в неверии смотрели туда, где только что были две семьи, они еще не знали, что старик – волхв тоже покинул их, он ушел к праотцам во сне, и руны перестали их скрывать, горные духи оставили это место, так как люди пустили в свои души тьму и страх.

Глава 7. Черный лес.

Мариша бежала за подругой и очень боялась не успеть, тень, что вселилась в ее подругу постоянно смеялась и строила страшные гримасы, девушке было страшно, но больше всего она боялась за Аву. Тень играючи рассказывала ей гадости о том, каким страшным монстром ее считают подруги, все жители общины, что родители ждали того дня, когда они избавятся от нее, Мариша слушала, но гнала все эти мысли из головы прочь, дома ее ждут и любят, они не бросят ее в беде, даже пусть ради Авы.

– Что, какого это, когда чувствуешь к себе ненависть? – тень вновь расхохоталась, вид Авы был безумным.

– Ненависть? – девушка сделала вид, что не понимает, о чем ей говорят – Я не знаю, я ничего такого не чувствовала, только если от тебя.

– Ах ты, маленькая лгунья – развеселилась тень – Я чую твой страх, я слышала, как ты плакалась о том, что ты чудовище.

– Так это не ненависть, это страх – девушка аккуратно приближалась к подруге.

– Думаешь, что спасешь подругу? – кажется ей надоело выводить из себя Маришу – Хочешь дам вам поговорить?

– Хочу – нерешительно отозвалась девушка.

Они стояли на против друг друга, Марише было страшно, что она не услышит Аврелию, что это очередная уловка тени, но нет, глаза Авы стали такими, как прежде и в них отразилась паника.

– Мариша – девушка хотела кинуться к подруге, но не могла пошевелиться – Мне страшно.

– Тише Авочка, я рядом, я сделаю все, чтобы ты могла уйти, я не брошу тебя – начала ее успокаивать, а самой было жутко.

– Ты не понимаешь – начала Ава – Тебе нужно ухо… – договорить девушке тень не дала.

– Аврелия – закричала Мариша – Нет, стой, прошу – девушка не сдержала слез.

– Что – то вы сильно разболтались – усмехнулась тень – Пора уже привести тебя к хозяину, ты же хочешь, чтобы подружка была жива?

Они все ближе и ближе подходили к черному лесу, его девушка помнила, именно в него они не стали заходить, старик Леший тогда предупредил об опасности. Лес выглядел мертвым, не было пения птиц, стрекотания насекомых, даже ветер не гулял, чтобы раскачать деревья. Тропинка, что вела к лесу, становилась тяжелой, огромные камни, словно вырастали из земли, а корни деревьев были кривыми и огромными. Так как из дома Мариша выскочила почти раздетая, то и на ногах у нее не было ничего, но она не замечала боли, боль ей причиняли следы крови от ног Авы, тень неслась по острым камням, не заботясь о сохранности девушки, босые ноги резались, и оставляли за собой багровые пятна. Наконец, изматывающая дорога закончилась и девушки стояли напротив леса.

– Ну что, поиграем в прятки? – усмехнулась тень и кинулась в лес.

– Стой! – закричала Мариша, хотела броситься следом, как деревья сомкнулись – Нет, Ава, Аврелия, нет – девушка упала на колени и разрыдалась, как пройти в лес, она не знала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.