Владимир Марков-Бабкин
Империя. Терра Единства

Посвящается моей семье.

Отдельное спасибо Виталию Сергееву.

Часть первая. 1936. Военная осень

Глава I. По ком не звонит колокол?

Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет;

и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит.

Мф.12:25.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. У СОБОРА СВЯТОЙ СОФИИ. ПЛОЩАДЬ ТОРЖЕСТВА ПРАВОСЛАВИЯ. 22 августа 1936 года

Девятнадцатая годовщина завоевания Ромеи. Торжественный парад и смотр войск. Я, Маша и Саша стоим на трибуне. Звучит так знакомая по моему прошлому-будущему мелодия гимна на музыку Александрова. Слова правда другие в этом времени.

Священный Союз России-Ромеи,
Величие и слава на все времена!
Единство народов, Единство Империй,
Один император – едина страна!

Я держал ладонь у обреза фуражки, отдавая честь гимну Империи и официальным знамёнам. Багряный стяг Единства со Звездой Богородицы, алый флаг России «Знамя Служения», багряный флаг Восточной Римской Империи-Ромеи, чёрно-жёлто-белое полотнище Династии и Дома, бело-сине-красный торговый флаг Процветания и, конечно же, Символ Труда на благо Отчизны – красный стяг. С серпом, молотом и звездой над ними.

Обычный Флаг. Советский.

Утверждённый Высочайшим Императорским Повелением.

Моим.

От южных морей до полярного края
Раскинулись наши леса и поля.
Одна ты на свете! Одна ты такая –
Хранимая Богом родная земля!

Да, слова о «южных морях» давно уже не были просто словами. Константинополь, Иерусалим, Средиземное море, Персидский залив и Индийский океан. Сейчас они для нас вовсе не являются метафорой в плане «омыть сапоги». Нет, мы давно уже на этих берегах. Прочно.

Омыли мы здесь свои сапоги.

Давно.

В 1917 году.

22 августа 1936 года. МЕСТО НЕИЗВЕСТНО

– Получены последние уточнённые данные от наших агентов. Император Михаил будет в своей Башне в Константинополе с утра 2 сентября. Данные проверены по нескольким каналам. Наши силы готовы к операции.

– Что ж, начинаем. Откладывать выступление дальше решительно невозможно. Время нанести удар. Сверим часы.

ИЗ РЕДАКЦИОННОЙ СТАТЬИ ИНФОРМАЦИОННОГО АГЕНТСТВА PROPPER NEWS. 24 августа 1936 года

В череде ужасов и кровавых событий войны между Британией, Канадой и Австралией с одной стороны и Германией, Голландией и Испанией с другой, можно сказать, почти незамеченным остался для мирового общественного мнения четвертый раздел Польши. Гордое и независимое королевство было разорвано хищниками-соседями Германией и Россией, а США, как гарант независимости этого королевства, остались безучастными к страданиям тех, кого призваны были защищать.

Миллионы бедных поляков стали либо беженцами, либо жертвами этой несправедливой империалистической войны. Проводимая Берлином и Царьградом политика пацификации на оккупированных польских территориях лишь набирает свои кровавые обороты. И назначения генерала Бахтина наместником императора в новом Привисленском крае, а тайного советника Зусмановича главой гражданской администрации края свидетельствуют лишь о том, что жестокая репрессивная машина будет и впредь работать с беспощадной жестокостью и эффективностью.

Напомним, что генерал Бахтин командовал операцией по первичной пацификации Польши, координируя действия российской внутренней стражи, отдельного корпуса жандармов, военной контрразведки СМЕРШ и приданных частей регулярной армии. Господин же Зусманович «отличился» в качестве гражданского губернатора Львовской губернии, не допустив парализации сообщения и снабжения русских войск, наступавших в Польше, от действий галицийских партизан.

Судя по «повышению по службе», в Царьграде остались довольны их работой.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. БАШНЯ МУДРОСТИ. 54-й ЭТАЖ. МАЛЫЙ ЗАЛ. 26 августа 1936 года

– Его Императорское Всесвятейшество и Величие государь император-август Михаил Александрович!!!

Как всегда, в голосе церемониймейстера бесконечно много пафоса. Служба у него такая, тут уж ничего не поделать. Встают все. В том числе императрица Единства Мария Викторовна и кесарь Единства Александр Михайлович. И прочая, прочая, прочая…

Привычное:

– Честь в Служении.

Коллективное:

– На благо Отчизны!

Занимаю своё место во главе стола. Как же я за два десятка лет задолбался от этого всего пафосного официоза, кто бы знал. Вот, пожалуй, только жена знает, и сын-наследник догадывается. Их тоже задалбывают. Но монархия – это Традиция. Нравится нам это или нет. Ничего тут не попишешь. Даже в моём третьем тысячелетии монархов и августейшие семьи задалбывали протоколом, даже президентов задалбывали, что уж говорить о нас – скромных царях 1936 года от Рождества Христова. Представить даже страшно, с каким пафосным апломбом будут провозглашать явление правителей Терры Единства в нашем грядущем.

Подумаешь об этом и тоскливо вздрогнешь в предвкушении сего.

– Прошу присаживаться.

Тяжело задвигались дубовые стулья.

Имперский стиль. Хрен такой стул поднимешь и, тем более, хрен там ударишь таким стулом императора по его обожаемой августейшей голове.

Тут всё продумано до мелочей.

Параноик ли я? Да. Всегда.

Потому и жив пока.

Даже как-то уже перестал считать случаи, когда нас пытались убить. Всех вместе и каждого из нас по отдельности.

Хорошо быть императором. Балы, кутежи и развлечения. Вот и сейчас как раз одно из них.

Совещание. Одно из многих. Даже одно из многих за сегодняшний день. В этот раз – военный кабинет.

Всё идёт своим чередом.

Начальник Генерального Штаба генерал барон Шапошников докладывает ситуацию на фронтах. Конечно, главным театром военных действий была и остаётся Великобритания.

– Государь! По нашим данным рейху удалось сконцентрировать в Британии группировку в полтора миллиона человек, в тысячу триста танков, включая шестьсот наших Т-50-37, около четырёх тысяч бронемашин, семь с половиной тысяч грузовых автомобилей, полмиллиона лошадей и достаточное количество огневых и материальных припасов. Переброска сил через Северное море продолжается, но явно подготовка к генеральному наступлению уже практически завершена, а миллион солдат и две с половиной тысячи танков, которые всё ещё остаются на европейском берегу, наверняка будут переброшены на тот участок, где немцам удастся прорвать оборону англичан, дабы ввести в сражение свежие силы в развитие стратегического успеха. Исходя из данных разведки, немцы и их союзники концертируют силы для решающего удара, который произойдёт в самые ближайшие дни. У них практически всё готово, а войска уже выходят на исходные позиции.

Смотрю на начальника Главного разведывательного управления Генштаба адмирала князя Горчакова. Тот поднимается с места и кивает.

– Точно так, государь. Мы ожидаем германский удар в ближайшие десять дней. Предварительно основной удар можно ждать по линии Лидс–Манчестер–Ливерпуль с целью расчленить британскую группировку, отрезать сообщение с портами Шотландии, а также захватить сам Ливерпуль – основной порт, через который поступает помощь из США.

Что ж, это логично. Американцы пока не рисковали заходить с военными грузами непосредственно в порты Великобритании, опасаясь действий германских подлодок, которые взяли моду топить всё, что приближается непосредственно к британскому побережью, уже мало обращая внимание на то, что на судне были, к примеру, чисто гражданские грузы. Поэтому основные поставки из Америки поступали в Ирландию, из западных портов которой они свозились по суше в тот же Дублин, который и стал в этой войне основным перевалочным пунктом военной и прочей помощи для Англии. И пусть ирландцы ненавидели англичан, но это же бизнес, тут ничего личного нет. Даже американские ирландцы и немцы вполне благосклонно относились к такому бизнесу, что уж говорить о тех, кто в Ирландии непосредственно зарабатывал барыши на войне и торговле.

Собственно, наличных сил у частично пережившего две атомные бомбардировки, беспощадную бомбёжку Скапа-Флоу и сражение в Северном море Гранд-Флита хватало сейчас только на более-менее надёжное прикрытие западных портов Шотландии и непосредственно линии Дублин–Ливерпуль. Ни о каком терроре на линиях снабжения из Европы германо-испано-голландской группировки в Англии речь уже не шла. Да, британские подлодки или те же самолёты-торпедоносцы топили отдельные транспорты, но они не могли решительно воспрепятствовать продолжающейся вот уже два месяца переброске в Британию войск, техники и прочих грузов оккупантов.

– Авиация?

Главком Императорских ВВС генерал граф Горшков встал со стула.

– Ваше Всевеличие, дополнительные подразделения добровольцев из числа немецкоговорящих пилотов наших воздушных сил уже прибыли в места временной дислокации. Также в занятой немцами части Великобритании на аэродромах развернута испанская Голубая авиадивизия в составе двух истребительных и одного бомбардировочного полка. Они уже принимают участие в боях местного значения и задействованы в прикрытии конвоев из Германии и Голландии от атак английских торпедоносцев.

Что ж, англичане уступили не только море, но и небо. И пока никак не могли восстановить равновесие. Не то, чтобы немцы творили в небе Британии что хотели, но их преимущество было неоспоримым. Тем более что после успешного завершения операции «Морской конёк» англичане ещё долго не смогут прийти в себя, а очередь добровольцев из США резко уменьшилась. Да уж, проведённая новым командующим люфтваффе бароном фон Рихтгофеном и начальником Абвера адмиралом Канарисом операция была блестяща. Не считаясь с потерями, немцам удалось потопить британский лайнер «Эдинбург», на борту которого находились сотни добровольцев из США и Канады – пилотов, штурманов, техников, прочих аэродромных служащих. И множество самолётов в ящиках. И пусть это не сломило королевские ВВС Великобритании, но ущерб был огромным и очень чувствительным.

И очень не вовремя полученным.

Что касается наших добровольцев, то тут всё было понятно и довольно прозаично. Во-первых, люфтваффе тупо не хватало пилотов на поставляемые нами самолёты. Во-вторых, мы продолжали практику обучения своих войск на полях разных войн, в которых мы пока или официально не принимали участия, или принимали в ограниченном формате. Но через ту же Испанию и Римскую Африку прошло очень много наших солдат и офицеров, каждый из которых прибывал по ротации вместо своих коллег и получал свой трехмесячный боевой опыт. Только в испанской гражданской войне за три года от нас поучаствовало более полумиллиона человек.

Но одно дело ограниченная война в Испании, и, тем более, какая-то там Африка, а совершенно другое – война против Великобритании. И война совершенно другая, и противник куда более серьезный, так что для нас этот опыт был если не бесценным, то очень значимым. Глобальная война ведь только-только начиналась.

Хотели ли мы быстрого поражения Британии? Нет, не особо. Каждый день такой европейской войны не только разрушал Англию, но и наносил колоссальный ущерб самой Германии, которая, в отличие от времен Великой войны, в этот раз вкушала сполна и массовые бомбёжки, и разрушения в промышленности, и полное расстройство транспорта, и гибель большого числа гражданского населения. А вот когда Британия падёт, тогда немцы смогут перевести дух и заняться восстановлением разрушенного, ведь, по факту, основные театры военных действий покинут Старый Свет, перенесясь основной своей огненной волной в океаны, в Африку, в Азию. И Америку. В любом случае, это уже будет совсем другая война.

В общем, немцы ставили на карту всё и для них скорейший разгром Великобритании был вопросом практически жизни и смерти. Мы же, с одной стороны, помогали Германии высадиться и удержаться на английской территории, но с другой – были склонны затягивать эту битву. Но не мы одни играемся в эти игрушки, и тут нужно учитывать множество факторов. Я вообще был бы категорически «за» затягивание сражений в Британии на пару-тройку лет, но времени реально и у нас, и у немцев, от силы два месяца. На всё про всё. А потом выборы в Америке, и Рузвельт бросит США в войну на стороне Великобритании. Со всеми вытекающими последствиями и для Германии с её союзниками, и для нас тоже.

Тем более что американские армия и флот готовились к этому полным ходом, а принятый «Закон о ленд-лизе в поддержку свободы» потенциально открывал для Англии практически неограниченные возможности и ресурсы Штатов. Не говоря уж о том, что как только Америка официально вступит в войну против Германии, весь флот и вся авиация США двинутся в Британию, а потом и попытаются высадиться в Голландии и в самой Германии. В конце концов не только мы с итальянцами высвобождаем в Испании германские и испанские войска для переброски в Англию, но и американцы, через порты той же Португалии, перебрасывают туда свои части, давая возможность британцам вести переброску своих войск в Метрополию. Конечно, германские подлодки старались такие транспорты топить, но ведь конвои и существуют для того, чтобы основная часть грузов доходила до места назначения. Тем более что из Испании англичане сначала плыли в Ирландию на американских судах, а уж затем их ждал маршрут Дублин–Ливерпуль.

Да, потери были, но в такой войне с ними уже давно никто не считался. Речь шла о самом существовании Англии как таковой.

– Есть ли сведения о попытках определённых сил в Лондоне и Берлине заключить некое перемирие?

Министр иностранных дел молодой князь Свербеев-Новоримский доложил в свойственной его покойному отцу манере, раскрыв гербовую папку:

– Государь, конечно, такие сведения есть, они есть всегда. Но пока голоса тех, кто выступает за подобное перемирие, слишком слабы. Обе стороны считают, что основные козыри у них на руках, и не видят смысла в прекращении своих усилий для одержания скорейшей победы одним решительным ударом. Слишком много жертв и разрушений с обеих сторон, чтобы вдруг договариваться о мире, да и потенциал Германии таков, что у неё есть все шансы одержать решительную победу разгромом Британии в её Метрополии. Англичане же надеются выстоять два-три месяца, а потом, при помощи американцев, вышвырнуть немцев из Великобритании, перенеся войну на континент.

Да, два-три месяца. Как с куста. Америка. Канада. Бразилия. Огромный конвой с войсками Британской Индии движется сейчас вокруг Африки в сопровождении военных кораблей Индии и прочих английских доминионов. Движутся чёрные и индусские наёмники из Южной Африки и Нигерии. Даже гуркхи направляются в Англию. Много или нет, но силы вскоре будут на подходе. Так что…

Да, через два-три месяца немцы будут иметь бледный вид вдруг что.

– Что прочие немецкие союзники?

– Ваше Всевеличие, по имеющимся у нас данным, при Дворах Норвегии, Швеции, Дании и Венгрии практически достигнут консенсус относительно вступления в войну, в случае взятия германскими войсками Лидса и Манчестера. Но пока в указанных столицах осторожничают и выжидают.

И осторожничать они как раз будут эти самые два-три месяца, пока всё не станет ясно.

– Разведка?

Князь Горчаков вновь поднялся:

– Наши данные подтверждают это. В указанных странах идёт скрытая мобилизация, а практически все морские транспорты задерживаются в портах. Явно речь идёт о накоплении плавсредств для переброски десанта. Но решения пока нет.

Понятно. Гиены спешат к разделу уже остывающего (по их мнению) тела британского льва, но пока выжидают. Не факт, что лев не огрызнётся. Хотя расклад сил отнюдь не в его пользу сейчас. Отнюдь.

Два-три месяца.

Вновь слово Шапошникову. Тот продолжил доклад:

– Таким образом, государь, немцы вынуждены спешить. Скоро начнутся осенние шторма, и снабжение через Северное море группировки на острове будет крайне затруднено. Кроме того, как известно, операцию немцы должны завершить до начала ноября, пока в США не состоялись выборы президента.

Киваю. Позиции изоляционистов в Америке сейчас весьма сильны и Рузвельт не рискнёт испортить свою предвыборную карму, ввязавшись в большую войну как раз перед собственным переизбранием. А там, глядишь, если Британия по факту рухнет, то и воевать будет незачем, ведь в этом случае США просто кинутся «защищать» британские колонии по всему миру. Так рассуждали в Берлине, так рассуждали в Вашингтоне, но точно так же рассуждали и в Лондоне, а точнее в том, что от него осталось. Поэтому британцы сделают всё возможное и невозможное, чтобы продержаться хотя бы до декабря.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. ВАРШАВА. ЗДАНИЕ ВОЕННОЙ КОМЕНДАТУРЫ. 27 августа 1936 года

Военный комендант бывшей польской столицы буквально рухнул в своё кресло, одной рукой пытаясь расстегнуть верхнюю пуговицу, а другой обмахивая влажное от пота лицо каким-то документом со стола.

Адъютант учтиво предложил:

– Может, холодного чая из мяты, Родион Яковлевич?

Генерал Малиновский хмуро посмотрел на капитана.

– Лучше просто воды. Со льдом.

Тот кивнул и уточнил:

– Минеральной или простой?

– Любой. Только быстро.

– Слушаюсь.

Адъютант исчез за дверью.

Да, жарко сегодня в Варшаве. Во всех смыслах жарко. И в части погоды, и в части дел. Военных и организационных. Всё утро генерал Малиновский провёл на всякого рода совещаниях, встречах и прочих там согласованиях.

Дел было много. Чего только стоит организация взаимного отвода от новой границы с Германией тяжёлого вооружения! Сто километров – это вроде бы и немного, но войск-то много! Война с ляхами закономерно закончилась четвёртым разделом Польши. На этот раз между Россией, Германией и Словакорусинией. Империя вернула себе почти все земли бывшего Царства Польского, а также Краков и весь прилегающий регион, уступив Варшаву западнее Вислы и прилегающую территорию в пользу рейха, но получив в качестве компенсации незамерзающий порт Мемель и округу.

Мемель – это прекрасно. Новая главная база подводных лодок Флота Единства на Балтике – это отлично. Но это не его головная боль, а вот за дела в Варшаве и вокруг неё генерал Малиновский отвечал персонально, а, как известно, император Михаил Второй терпеть не мог всякого там разгильдяйства со стороны своих подчиненных. Судьба так и умершего на посту генерал-губернатора Чукотки генерала Лохвицкого была хорошо известна всем военным и чиновникам. Малиновский не знал точно, за что Михаил Второй сослал из солнечной Франции Лохвицкого на Чукотку, но явно не за банальные ошибки, а за откровенную дурость.

Лохвицкий ещё легко отделался. Подумаешь – генерал-губернатор Чукотки. Почти как адмирал Колчак, который за позор у острова Медвежий был отправлен «на повышение» наместником Севера. С тех пор, боевой адмирал командует только ледокольным флотом и грузовыми перевозками по Севморпути. Это была цена неудач. Цена воровства была намного ужаснее – лишение титула, разжалование, конфискация имущества и либо рудники, каналы и дороги Сибири, либо, если есть какая-то война, рядовым в частную военную компанию, куда-нибудь в Азию, Африку или, в лучшем случае, в Испанию. И то, если спецслужбы не сочтут такого человека склонным к переходу на сторону врага. Впрочем, за перебежчиками тут же открывалась настоящая охота со стороны отрядов возмездия ССО Единства. И чаще всего таких отступников находили убитыми или погибшими при «естественных обстоятельствах», но всегда рядом с трупом находили колоду карт в качестве визитки и знака покарания.

Так что число перебежчиков всегда было крайне небольшим, а их ликвидация всегда показательной. В назидание другим. Генерал Малиновский знал официальный девиз отрядов возмездия ССО: «На страх врагам!» Слова из Императорского гимна. И все знали, что император Михаил никогда слов на ветер не бросал.

В любом случае, Родион Яковлевич не хотел ни в отставку, ни, тем более, в опалу. Поэтому крутился, словно та белка в колесе цирка. Благо государь император всегда примечал инициативных офицеров и чиновников и благоприятствовал их быстрому карьерному росту. Варшава была как раз таким местом, которое было под личным присмотром государя, а 37-летний генерал очень надеялся на Высочайшее благоволение и пожалование баронским титулом.

Появился капитан Захаров. Стакан воды со льдом. Малиновский кивнул и с наслаждением выпил полстакана.

Что ж, пора браться за дела.

Встреча с германским военным комендантом Варшавы полковником Харпе была сложной, но продуктивной. Порядок пропуска на мостах через Вислу, обновлённый режим фильтрации, взаимодействие служб и сотрудников контрразведки, провоз товаров через новую границу. Много дел и решений.

Тем более что Россия наотрез отказывалась пропускать назад тех поляков, которые в своё время бежали на запад от наступающий русских войск. И никакие разговоры о том, что у них на нашей стороне осталось имущество и дома, не помогали. Хотите получить компенсацию? Пишите заявления и прикладывайте документы о праве собственности. Возможно, выплатят. Потом. А так – идите на запад солнцем палимые.

Отчего поляки вдруг покатились обратно, генерал Малиновский знал не понаслышке. Немцы сгоняли поляков в «трудовые поселения», обнесённые колючей проволокой и вышками с пулемётами. Поселения, которые массово росли вокруг фабрик, заводов и ферм Германии. Работать-то кому-то было нужно. Тем более под бомбами и ударами химическим оружием. Впрочем, Россия с поляками тоже не слишком церемонилась, самым жестким образом проводя операции по пацификации бывшего Царства Польского.

Но главным вопросом встречи с полковником Харпе была дальнейшая организация пропуска через КПП Варшавы десятков тысяч беженцев из рейха. Женщин, стариков и детей требовалось принять, разместить, направить на поселения в глубь России.

ОТ ИМПЕРСКОГО ИНФОРМБЮРО. СВОДКА ЗА 28 АВГУСТА 1936 ГОДА

…За истекшие сутки корабли Имперского флота успешно провели операции против пиратов в Персидском заливе в районе Тируса и в Индийском океане восточнее Итальянского Сомали…

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. БАШНЯ МУДРОСТИ. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 28 августа 1936 года

– Зашёл вот откланяться.

– Улетаешь в Капустин Яр?

Сын кивает:

– Да, важный запуск на космодроме. Собачки полетят. Надеюсь в этот раз более удачно. Но мы с тобой не договорили.

– Да. Договорим, конечно. Тема серьезная. Будущее мира на кону.

Саша поиграл желваками и мрачно подвёл итог:

– Нас всех убьют?

Качаю головой.

– Не в этот раз и лучше мы их, чем они нас. Но что-то ты мрачен сегодня. С Микой всё в порядке?

– Да, слава богу, всё хорошо. Даже токсикоза нет.

Усмехаюсь.

– Повезло. Даже вспомнить страшно, какой токсикоз был у твоей мамы, когда она была беременной тобой и Викой. Ладно-ладушки. Езжай. Счастливого полёта и мягкой посадки.

– Спасибо, пап. Пока.

Дверь за кесарем Империи закрылась. Вырос сын. Восемнадцать с половиной лет уже. Рано, конечно, но, не дай бог что со мной случится, он справится. Два с лишним года он в послезнании. А это знаете ли…

Ладно-ладушки, побасёнки побасёнками, но ведь и дела не ждут.

Бумаги-отчёты-рапорты-доклады.

Похоже, что немцам всё-таки удалось переломить ситуацию в свою пользу. В конце концов, ведь война идёт на территории Англии, а не Германии. Города рейха британская авиация стала бомбить ощутимо меньше, занятая в основном вопросами защиты Туманного Альбиона. А вот немцы буквально хозяйничали в небе Британии, нанося огромный ущерб не только военным, но и сугубо гражданским целям, нещадно бомбя и заливая химией всё подряд. Конечно же, доставалось не только многочисленным колоннам беженцев, но и различной транспортной инфраструктуре. Сообщение по железной дороге с Шотландией если не прервалось окончательно, то осуществлялось уже с очень значительными перебоями. Английская истребительная авиация не могла сейчас защищать небо даже на самых важных участках и закономерно пропускала удар за ударом.

Британия явно сыпалась. Даже приличная помощь из Америки не могла переломить ситуацию. Но и у немцев было всё непросто. Ожидания блицкрига и быстрого согласия Лондона на мирные переговоры не оправдались. Да, высадка десанта в районе Лоустофта и Гримсби прошла довольно успешно, и, невзирая на существенные потери, германцам удалось захватить два больших плацдарма, угрожая нанести удар на север, в сторону Шотландии, на запад, в сторону Манчестера, или на юг, в сторону Лондона.

В то же время, повторюсь, парадного марша не случилось. Британцы оборонялись ожесточённо, не считаясь с потерями и не ограничивая себя никакими средствами, включая массовое применение боевого химического оружия. На своей территории. Про немецкую и голландскую территорию и говорить нечего. Как и про войну в Испании. Германия отвечала тем же. Не говоря уж о беспощадных воздушных и артиллерийских бомбардировках.

Несмотря на тотальное превосходство немцев в воздухе, в авиации у англичан было известное преимущество в части пополнения, ведь США перебрасывали через Ирландию не только сами самолёты, но и множество пилотов-добровольцев из самой Америки, а также из Канады и прочих британских доминионов. Человеческий ресурс у британцев потенциально был огромным, ощутимо превосходя германцев в этом плане. Пусть с потерями, но пилоты-добровольцы добирались до Англии. Да и промышленность рейха не успевала производить для люфтваффе требуемое количество воздушных машин. Поставлять немцам самолёты мы могли в весьма значительных количествах, но количество пилотов, которые умели бы летать на наших машинах в Германии было, мягко говоря, весьма ограниченным.

Да, мы спешно развернули в Минске, Бресте и Львове ускоренные курсы переподготовки германского лётного состава на наши самолёты, но это всё занимало время, а потери первых двух месяцев войны были такими огромными, что люфтваффе лишились большей части своей авиационной элиты. Да так, что кайзеру Вильгельму Третьему пришлось договариваться с вашим покорным слугой о том, что мы, во-первых, приостановим вывод наших войск из Испании, а, во-вторых, на пару-тройку месяцев заменим на Пиренейском полуострове германские и испанские авиационные части, которые в спешном порядке перебрасывались в Британию. Особое значение придавалось испанской Голубой авиадивизии, которая воевала в Испании на русских и итальянских самолётах, а потому могла с ходу вступить в бой в небе Британии. Да и в самой Испании действовали авиашколы, хотя, помимо самой Германии, основные авиаучилища для испанских летчиков были размещены в нейтральных Италии, России и Ромее. Так что Голубая дивизия возникла не на пустом месте и была элитой Королевских ВВС короля Хуана.

Что ж, такой вот парадокс истории – в этой версии тоже была своя Голубая испанская дивизия, только здесь она воевала не против нас, а против британцев. Такое вот, как говорится, се ля ви.

Но и мы готовились.

Сегодня подписал бумаги об учреждении почетных наименований для воинских частей. Помимо уже существующих традиционных наименований «гвардейский» и географических привязок, дополнительно введены такие как: «несокрушимый», «стальной», «железный» за успехи в обороне, «победоносный», «блистательный», «огненный» за достижения в наступлении, и «легендарный» за общие выдающиеся достижения высшего порядка. Присвоение такого почётного наименования автоматически обычный полк или дивизию делали гвардейскими, а у полков Лейб-Гвардии это шло как дополнение к наименованию части.

Вообще же, несмотря на гекатомбы погибших в Британии и Германии, на десятки разрушенных практически до основания городов в этих державах, глобальная война в мире только начиналась. И наши главные сражения впереди.

Мои планы на эту войну были довольно простыми. Я собирался:

1. Обеспечить гегемонию Единства на планете Земля.

2. Сломить англосаксов.

3. Окончательно сплотить Новоримский Союз.

4. Поставить Германию и Японию в зависимое от Единства положение.

5. Вернуть домой в Россию Аляску, Калифорнию и часть Гавайских островов.

6. Подмять Ближний Восток полностью.

7. Фактически получить исключительные права на Арктику и Антарктиду.

Всё просто, не так ли? Как говорится, как управлять санитарами, не привлекая внимания Вселенной?

Но мы можем и не привлекать особо. Вселенную-то. С земным шариком бы разобраться.

Скромные мы. На том и стоим.

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 1 сентября 1936 года

Мировая война тут у меня началась на три с половиной года раньше, чем она случилась в моём времени. Да, у меня тут была своя война в Испании, свои аншлюсы Австрии Германией, свой раздел Польши, но глобальная война началась в этой реальности на три с половиной года раньше. С войны Германии против Англии.

В целом же, первый день сентября на побережье бывшей Турции был хорош. Августовская жара спала, и Константинополь с округой буквально ожили, зашумели улицы, загомонили люди на набережных и рынках.

Нам, на Острове, было ещё лучше. Наш Остров – что хотим, то и делаем. В принципе, в любой точке необъятной Империи мы могли делать всё, что считаем нужным. На всём её огромном протяжении, от Гельсингфорса и Варшавы до Большого Владивостока и Сунгарии, от Романова-на-Мурмане и Диксона до Нового Илиона на Средиземноморье и Тируса в Персидском заливе.

В России и в Ромее.

Но это «там», в Большой Империи Единства. Здесь же был просто Остров. Земля, не входящая в состав ни одной из наших Империй, территория, на которой не действуют никакие внешние законы. Нет, Остров не был столицей Единства, для административных глупостей есть множество других городов. Остров был его Сердцем. Противоатомным Сердцем.

Мы здесь спокойно могли пережить десятимегатонную бомбардировку, огромный подземный комплекс, выдолбленный в скале одного из бывших Принцевых островов, позволял это сделать. Да и вообще…

– Какие вести с фронтов?

Поднимаю с шезлонга голову и скептически смотрю на жену.

– Вот охота тебе в такой момент разговаривать о всякой фигне? Телевизор почитай.

Маша фыркнула.

– Телевизоров на вас не напасёшься. Где твой хвалёный ноутбук?

– В 2015 году.

– Вот и отправляйся за ним.

– Ты меня отпустишь назад в будущее?

– Нет.

Привычно обменявшись легкими подколами, мы вернулись к прерванному занятию – принятию солнечных ванн. Хорошо Маше – смуглая от природы кожа бывшей итальянской принцессы Иоланды Савойской довольно спокойно воспринимала жар средиземноморского солнца, а потому императрица Единства, когда была такая возможность и сезон позволял, из одежды предпочитала надевать только широкополую шляпу (чтоб носик не начал облезать) и солнцезащитные очки, подставляя своё всё ещё отличное подтянутое тело солнечным лучам. Я же «загорал» под сенью большого зонта, ибо сгорал уже и не раз. Никакие кремы не помогали.

Собственно, я не лукавил – особых вестей с фронтов и не было. Немцы нещадно били англичан, те зло огрызались. Обе страны активно вдалбливали друг друга в каменный век. На стороне Германии воевала Голландия и Испания, на стороне Британии были её доминионы. За спиной немцев были другие страны Нордического Союза, но скандинавы пока ограничивались только экономической и технической помощью. Зато за спиной Германии стояла вся необъятная мощь ресурсов и производственной базы Новоримского Союза. А за спиной Британии, соответственно, вся мощь Соединённых Штатов Америки. Два мировых супергиганта пока давали возможность империям второго класса убить друг друга на дуэли, оставаясь при этом формально нейтральными секундантами, хотя и болеющими каждый за своего дуэлянта на площадке поединка.

Но придёт и наше время. Может, через год. А может, через два. Но придёт. Главная схватка за власть над планетой ещё впереди.

Пока же главное рубилово и мочилово шло в Европе. Несмотря на два атомных удара по основным южным базам британского флота, нещадные много-многократные бомбардировки военно-морской базы в Скапа-Флоу, самого Лондона, ключевых промышленных центров, морских портов и цепи железнодорожных узлов между Англией и Шотландией, вопреки всяким ожиданиям Берлина, Британия не сдалась.

Посмотрим. Пусть убивают друг друга.

Империя умеет ждать.

Нам торопиться некуда.

ИЗ СООБЩЕНИЙ ИНФОРМАЦИОННОГО АГЕНТСТВА PROPPER NEWS. 1 сентября 1936 года

БИРМИНГЕМ. Британские и германские силы вновь обменялись массированными ударами химическим оружием удушающего и нервнопаралитического действия. Уже традиционно, под удар попали не только военные объекты и позиции, но и многочисленные жилые кварталы городов, а также деревни Англии и Шотландии. Британцы в ответ нанесли «удар возмездия» по Голландии и по немецким городам севера Германии. Количество погибших с обеих сторон неизвестно…

ДУБЛИН. Порты Ирландии охвачены волнениями и забастовками. Основное требование бастующих – сохранение нейтрального статуса страны и отказ от вмешательства в британо-германский конфликт. В частности, митингующие требуют закрыть ирландские порты для выгрузки и перегрузки грузов военного и двойного назначения, которые поступают из США и Бразилии…

КАИР. Вновь безрезультатно закончилось заседание британо-франко-египетской комиссии по возобновлению судоходства через Суэцкий канал. Сторонам не удалось прийти к компромиссу в части финансирования работ по восстановлению шлюзовой системы канала. Опрошенные аналитики выражают своё скептическое отношение относительно возможного прогресса на переговорах, ведь в условиях длящейся англо-германской войны, Суэц рождает лишнюю неопределённость, а поскольку британцы, по факту, покинули Средиземное море, потеряв Гибралтар и Мальту, то и отсутствие интереса к возобновлению работы канала со стороны Лондона вполне объяснимо…

ГИБРАЛТАР. Сегодня капитулировали последние британские защитники крепости, которые два месяца вели действия против испано-германских войск, пользуясь разветвлённой системой подземных туннелей, выдолбленных в Гибралтарской скале. Таким образом, эпопея обороны ключа к Средиземному морю, окончена…

ВЕРСАЛЬ. Император Франции Генрих VI произнёс традиционную тронную речь перед депутатами обеих палат парламента Французской империи. Монарх воззвал к мировому сообществу и воюющим державам, призвав к заключению скорейшего мира, выразив готовность выступить в роли посредника в возможных переговорах о перемирии между Великобританией и Германией…

ПАРИЖ. Императрица Франции Виктория дала согласие почтить своим присутствием съезд Союза женщин Франции. Съезд продлится три дня. Ожидается, что дочь русского императора Михаила будет присутствовать на заседании 2 сентября…

МАНИЛА. Сообщают, что в порт столицы Филиппин прибыла эскадра ВМФ США во главе с линкором «Южная Дакота». В составе американской эскадры боевые корабли, включая линкор «Монтана», три легких авианосца, а также корабли поддержки и сопровождения. Вместе с эскадрой на берега Филиппин высаживается дополнительная бригада морской пехоты США. Данное усиление американского контингента на архипелаге связывают с активизацией манёвров сил японского флота в регионе Юго-Восточной Азии…

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. КОСМОДРОМ «КАПУСТИН ЯР». 2 сентября 1936 года

Александр Михайлович кивал, заслушивая доклады. Пока всё относительно штатно, если можно так сказать о новейшей технике. Начиная с вывода на орбиту первого спутника 17 мая 1936 года, Империя запустила в космос уже три спутника. Запусков было пять, но два из них закончились неудачей. В том числе и прошлый – собаки погибли. Про запуск человека в космос пока говорить было рано. Может, через год. А может и даже через два. Отряд космонавтов полным ходом готовится, но пока ничего не предвещало того, что до конца года учёным и техникам удастся отладить надёжность носителей, да и самих спутников, до приемлемых величин.

Конечно, запуск спутников на орбиту надолго скрыть не удалось. И спутник был большой, его было визуально видно, и следили за Единством внимательно. Поэтому пришлось организовать шумную пиар-кампанию, всякие там «бип-бип» с орбиты. Только вот показывали репортерам макет «Спутника-А» – небольшого серебристого шара с антеннами, который никуда не полетел, а вместо него на орбиту вышел аналог того тяжелого спутника, который в истории его царственного отца именовался «Спутник-3». Со всякой аппаратурой и даже фотоаппаратами на борту.

Собственно, и в 1957 году в СССР «Объект Д № 1» рассматривался в качестве базового варианта первого спутника Земли, но в гонке за первенство с США было решено запустить в космос самый простейший вариант аппарата. И то, насколько Саша знал, меньше секунды отделяли его от катастрофы. И не один раз. Но бог миловал, и «Спутник-1» вышел на орбиту.

У них тоже всё было сложно. Второй запуск накрылся медным тазом. Третий успешно состоялся. В четвёртом тоже обошлось. А вот в пятом собачкам не повезло.

Теперь вот шестой.

Тоже собачки.

Кукла и Тузик.

Кесарь Империи смотрел в перископ на стартовый стол с ракетой. Сын Михаила Второго был не таким частым гостем здесь. Как и на атомном полигоне на Новой Земле.

Дела шли своим чередом, и устраивать ажиотаж, рывки и показуху не было никакого смысла.

В принципе, они никуда и не торопились. Космической гонки ещё не было. Атомная была, но конкуренты отстали минимум лет на пять. Впрочем, после взаимного уничтожения мощностей и возможностей Англия и Германия выбыли из гонки, взяв серьезную паузу в своих исследованиях, разработках, в накоплении урана и плутония для бомб.

Что ж, его отец не зря предпринимал меры на протяжении последних полутора десятков лет для того, чтобы толковые физики-ядерщики и конструкторы-ракетчики перебрались в Россию. Тот же вот стоящий недалеко от Саши конструктор Вернер фон Браун в истории отца был совсем по другую сторону мировых баррикад. В общем, меры против появления атомного оружия у конкурентов принимались всеобъемлющие и самые решительные. Например, выкупались, затапливались или разрушались любые шахты, которые могли дать сырье под атомный проект Европы или США. И многое всякое прочее в таком вот духе. Трах-бах, короче говоря. К примеру, с учеными и специалистами, которые отказались от переезда в Россию, периодически случались всяческие неприятности. Ну, бывает, съел кто-то не то, или пошёл купаться и утонул, лодка на рыбалке вдруг перевернулась, попал учёный под трамвай. Авто- и прочие авиакатастрофы тоже никто не отменял. Это шоу растянулось на полтора десятка лет и к моменту, когда основные конкуренты всполошились, они уже безнадежно отставали от России и в части атомного оружия, и в части ракетных технологий. Да и вообще. Тот же рейх испытывает первые прототипы реактивной авиации, в то время как в Единстве они стоят на вооружении уже три года. И так во всём.

– Пять… четыре… три… два… один… Пуск!

– …Зажигание…

– …Предварительная…

– … Отрыв от стартового стола!

– …Десять секунд – параметры систем управления ракеты-носителя в норме.

– …Двадцать секунд – двигатели первой и второй ступени работают нормально.

Пошли стандартные доклады. Саша стоял в центре хорошо организованного механизма, где каждый знал своё место. «Каждый солдат знай свой манёвр», как говаривал фельдмаршал Суворов. И они знали. Многие тысячи специалистов, начиная от Центра управления полётами в Звёздном, заканчивая многочисленными постами и станциями дальней космической связи в Евпатории и Хабаровске.

– …Сорок секунд – стабилизация изделия устойчива…

– …Есть отделение боковых блоков…

– …Сто тридцать секунд – стабилизация изделия устойчива…

– …Двести двадцать пять секунд – сброс головного обтекателя…

Через пять минут поступил рапорт о выводе спутника на орбиту. Бортовые системы работают нормально, орбита расчетная, собачки в пределах норма.

Ну, собственно, пора и честь знать. Дел много.

Саша тепло поблагодарил участников запуска, обещал ордена, молитв и, главное, денег. И каждому (что понятно), и на программу, и на отрасль в целом.

Осталось только выяснить простой вопрос: а хватит ли в условиях глобальной войны средств на это всё звёздное шоу? Да и враги с конкурентами тоже ведь не спят!

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

САСШ. ШТАТ НЬЮ-МЕКСИКО, ОКРУГ ЛОС-АЛАМОС. 2 сентября 1936 года

Ещё вчера Сара Ламберт не знала, что делать. Не знала, впервые за двенадцать лет, прошедших с того момента, как ещё мисс Бенуа, она прошла через фильтрационный лагерь на острове Эллис. Молодая бельгийская иммигрантка была вполне образована и ухожена, знала не только голландский и французский, но и английский, имела хорошее образование и тысячу долларов в ридикюле… Потому у иммиграционной службы САСШ не возникло претензий к прибывшей Штаты в рамках отведенной маленькому европейскому королевству малюсенькой квоте беженке. Для Сары Бенуа остров Эллис не стал «Островом Слёз».

Бойкой девице быстро удалось устроится по специальности. Сначала тапёром в Нью-Бранскуике в Нью-Джерси. Но уже через полгода она получила место преподавателя игры на фортепиано в Женском колледже Университета Ратгерса. Музыкальная фамилия открыла ей дверь, а выданные рекомендации и диплом бакалавра консерватории Льежа не позволили этой двери захлопнутся… В том же году она встретила «Скраппи» – Гарольда Ламберта. Тот еще учился на факультете искусств и играл на фортепиано в университетской группе Rutgers Jazz Bandits. Красавцу чирлидеру сразу приглянулась молодая преподавательница, тем более что она была даже на год младше его. Перед поездкой «Саре» выдали метрику реальной миссис Бенуа, состарив её на три года. Но Скраппи это не знал, да если бы и знал, разве бы это охладило его пыл в отношении ещё более юной бельгийки? Он был настойчив, и через год они поженились. Но ещё через год Гарольд предпочел молодой жене гастроли в оркестре Бена Берни. За что был даже слегка публично бит. Но в целом молодые расстались к взаимному согласию. Скраппи и позже не раз благодарил жену, что «благодаря ей действительно понял, как играть на рояле», а Сара… Сара стала миссис Ламберт и стопроцентной американкой…

Её буйный нрав не раз подводил её, но именно он привел её через океан и здесь продвигал. Собственно, если бы не та поэтическая пирушка с глушением водки стаканами и вождение «Руссо-Балта» по горной дороге… не было бы никакой Сары Бенуа, тем более Ламберт. Не было бы потому, как настоящая Сара Бенуа умерла от американки в Бейруте годом раньше. И оставаясь в числе живых, Ариадна заменить бы её не могла… Слишком она была яркой, да и не отпустили бы её родные…

Господи, как же тяжело было расставаться! Расставаться, не зная, сможешь ли увидеть их вновь… Уже через год она готова была реветь в подушку. Потому тогда побила уходящего Гарольда, успевшего за год хоть немного стать ей родным. Хорошо, что у них не было детей. Он всё-таки был чужой, ему нельзя было довериться. Она бы не поехала с ним, а он бы не поехал с ней… Но, черт бы побрал Скраппи! У неё уже мог быть десять лет маленький родной человечек!.. Но нет, не с её Служением, зачем она себя обманывает?

За прошедшие годы миссис Ламберт успела поучить музыке чад во многих знатных семьях Нью-Джерси и Нью-Йорка, создать даже собственную фирму по трудоустройству репетиторами в хорошие дома бегущих из депрессивной Европы начинающих музыкантов. Её рекомендации принимали в лучших домах и в Сиэтле, и Атланте, и Бостоне, в Техасе и в Небраске… По всем Штатам и даже Канаде раскинулась «Сеть Ариадны». В 1930-м фирма «разорилась», но она поддерживала связи со своими протеже. В 1932-м ей порекомендовали переехать в Калифорнию. В Беркли она снова сама стала давать уроки игры на фортепиано, за два года став своей среди жён «лаборатории». Не только жён, у неё даже завязался роман с одним из ученых. Потому никто не удивился, когда она последовала за своими учениками и возлюбленным в пустынный Нью-Мексико.

Городок Лос-Аламос – то ещё захолустье… Ей удавалось вырываться иногда в театры или на концерты Санта-Фе или «изучать музыку индейцев пуэбло» в соседней резервации Санта-Клара. Но вот уже месяц она не получает сигнал о встрече в столице штата. Ради этого она последние семь дней подряд ездила смотрела «Унесённые ветром», но ответной метки на афише фильма не было…. А в резервации уже вторую неделю полиция федерального Управления по делам индейцев что-то ищет. Сара уверена, что её передатчика не найдут, но и сама она уже второй сеанс связи пропускает. А дело было срочным. Нерешительный Нейман наконец развелся и в начале месяца сделал ей предложение. Не то что бы Саре надо было согласие Центра, но Джон сказал, что решение надо принимать до нового года потому как он с коллегами в декабре уезжает в Аргентину… А вот это нужно было срочно знать Константинополю! А передать возможности никакой у неё не было…

Вот это и тяготило Сару до вчерашнего дня. Дня, когда она увидела афишу «Юлиан Скрябин и Камерный оркестр Кремля. Моонзундская симфония. Санта-Фе. 2 сентября 1936 года…» Сердце Ариадны ойкнуло. «Господи! Я увижу брата! Как же хочется его сразу обнять! Но нельзя. Нельзя, чтобы он меня на людях узнал. Нельзя сейчас провалить дело. Боже, как хочется домой! Как маму увидеть хочется! Но чу… Я справлюсь! Брат, как пишут, даже вхож к Двору пантократора. Он сможет сообщить незаметно и быстро. Можно теперь за связных и рацию не волноваться. Служба обер-гофмейстерины княгини Натальи Емец-Арвадской своих не бросает. Меня – Ариадну Александровну Скрябину – найдут и в Аргентине, даже если я буду уже Сара фон Нейман… Джон, он хороший, добрый. Может, с этой встречей Господь дает мне шанс и на материнское счастье? А прибывший с гастроли брат не только моё спасение, но и благословение? Ведь дал же Бог этот шанс чертовке Скарлетт. А её Митчелл будто с меня молодой рисовала! Но как она там говорила: «Я подумаю об этом завтра?» А я даже послезавтра. Сегодня главное, чтобы государь быстрее узнал, что американцы будут делать «плимутскую» бомбу вместе с немцами. В Аргентине, куда не только мы уедем с Нейманом, но даже многие из прибывших в июле англичан.

ФРАНЦУЗСКАЯ ИМПЕРИЯ. ПАРИЖ. ИМПЕРАТОРСКАЯ ОПЕРА. 2 сентября 1936 года

Императрица Вика сохраняла приличествующее случаю державное лицо, слушая весь тот бред, который несли со сцены выступающие дамы.

Союз женщин Франции.

Подавляющее большинство из них никогда не были в Единстве, но с жутким авторитетом рассказывают о чести, долге и нашей исторической миссии, как любит иронично выражаться её царственный отец. И парадокс в том, что многие из всяких там суфражисток, кто побывали в России или Ромее, оказывались буквально разочарованными, ведь никакого особого статуса у женщин там не было, равно как и бороться за свои права женщинам Единства тоже было не нужно. Было просто равенство. Во всём и безо всякого пафоса.

Для части активисток-суфражисток это было непонятно и даже неприемлемо. И Виктория Михайловна отдавала себе отчёт в том, что как только во Франции женщины обретут такое же равенство прав, как и в её родном Единстве, эти самые активистки не успокоятся и начнут требовать больше прав. А потом ещё больше прав. И ещё. И компенсаций. И прочего, на что только хватит фантазии и аппетита. Иначе какой смысл борьбы? Просто сложить крылышки? Когда вся жизнь посвящена борьбе за права?

Наконец объявили антракт представления, и в зале началось движение. Вика тоже вознамерилась было подняться с места, но тут её внимание привлекла молодая барышня, которая шла по проходу и смотрела прямо ей в лицо. И взгляд этот Виктории не понравился. Фанатичный такой взгляд. Недобро торжествующий.

В руке барышни темной сталью блеснул пистолет.

Императрица резко толкнула ногами стенку балкона Императорской ложи и, уже заваливаясь на спинку кресла, автоматически ушла в перекат направо, перекувыркнувшись через голову и сжимая в руке пистолет. Звук выстрела. Свист пули. Она готова стрелять в ответ. Но к ней уже кинулась охрана, её прикрыли своими телами, организованная суета вывела её из ложи и повлекла в сторону убежища.

Через несколько минут Вика хмуро поинтересовалась:

– И что это было?

Начальник охраны доложил очевидное:

– Покушение на ваше императорское величество. Стрелявшая задержана. С ней уже работают.

Раздельное:

– Если с ней что-нибудь случится до того, как она всё расскажет, то… В общем, вы меня знаете. Так и передайте им.

Генерал кивнул:

– Всё будет исполнено в точности, государыня.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. 2 сентября 1936 года

Вертолётная группа шла над городом.

Маша глядела в иллюминатор на проплывающие внизу виды. Огромный роскошный город. Жемчужина юга.

Новый Илион.

Бывший некогда турецким Чанаккале, город стал просто визитной карточкой новой Ромеи. Столица мировой моды. Столица мирового кинематографа. Столица отдыха и развлечений. Средиземноморские ворота в Проливы. Огромный транзит, пассажиро- и грузопоток. Город, протянувшийся на десятки километров вдоль побережья Дарданелл и Средиземного моря. Многие, в том числе и члены Императорской Фамилии, продают свои фамильные особняки где-нибудь в Санкт-Петербурге и в прочих северных территориях Империи только для того, чтобы иметь возможность построить/достроить/купить/взять в аренду особняк в Новом Илионе. Иногда даже жертвуют перспективами собственной недвижимости в Константинополе, что совсем уж показательно.

Новый Илион. Именуемый в просторечии просто – Илион. Точно так же, как Константинополь именуется Городом, а остров Христа – просто Островом.

Императрица летела над городом, в постройку и обустройство которого она вложила так много сил. Бывшая итальянская принцесса страстно мечтала отобрать пальму первенства в части элитного и массового отдыха у курортов Италии, Франции и Монако.

Ничего личного.

Просто деньги должны оставаться дома.

Здесь Империя, а не благотворительное общество. Единство, в том числе и в части капиталов.

Маша летела на церемонию главного события сезона – на открытие фестиваля Императорской Новоилионской Киноакадемии.

Лучшие из лучших. Модные из самых модных. Таланты. Пафос. Стиль. Свет прожекторов и звуки оркестра. Красные ковровые дорожки. Вспышки и стрёкот. Гомон восхищённой толпы.

Голливуд отдыхает.

Да, в этой реальности Голливуд был лишь бледным подобием Нового Илиона – настоящей столицы киномира.

Десятки тысяч именитых гостей. Сотни тысяч счастливых лиц.

В Европе идёт война. Но разве такая чепуха остановит торжество искусства?

Впереди показались строения «Империи Кино».

Три вертолёта уверенно шли к своей цели. Уже виднелась на краю сверкающей огнями площади площадка для посадки.

Маша бегло просматривала текст своего выступления на открытии кинофестиваля. Ничего необычного. Она каждый год здесь выступала. Это уже стало доброй традицией. Все ждали её слова. И знаменитости, мечтавшие сделать фото рядом с ней, и, тем более, всякого рода репортёры, фотографы и операторы, которые всеми правдами и неправдами пытались пробраться к «августейшему телу».

Миша на фестивале бывал очень редко. Да и Саша тоже. Так что Маше приходилось отдуваться самой. Что поделать – это её личное детище. Так что…

– Государыня, вспышка взрыва у посадочной площадки. Подробностей пока нет. Мы уходим на запасной аэродром.

Императрица резко вскочила с места и бросилась в кабину. Вертолёт был достаточно далеко, чтобы что-то разобрать в деталях, но судя по огненному шару, бабахнуло очень неслабо.

– Нет, майор. Идём на посадку.

Командир корабля поражённо посмотрел на царицу.

– Но, моя госпожа, протокол в таких случаях…

– Сажайте вертолёт. Со всеми мерами, разумеется. Меня там должны видеть. Сейчас.

Майор Афанасьев пожал плечами. Как скажете, госпожа. Как скажете.

Маша повелела Соболеву:

– Броник, шлем и автомат мне.

Через пару минут, активно выполнив противозенитные маневры и отстреливая в полёте дымовые заряды для затруднения прицеливания с земли, вертолёты приземлились на установленном по протоколу месте. Ещё через пару-тройку минут, дождавшись кивка начальника охраны генерала Соболева, императрица Мария спустилась по лестнице из чрева своей воздушной машины.

Тянуло дымом. Что-то горело. Пахло взрывчаткой, кровью и потрохами. Куски плоти на брусчатке. Кто-то истерически визжал, кто-то рыдал, кого-то просто и элементарно рвало.

Суета и столпотворение.

Одетая в самый модный в этом сезоне брючный костюм, затянутая в бронежилет и с автоматом на плече, императрица Единства молча и без эмоций перешагивала через лужи крови.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. БАШНЯ МУДРОСТИ. 54-й ЭТАЖ. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 2 сентября 1936 года

Мы с сестрицей Ольгой заседали уже почти два часа. Вопросов накопилось множество и местоблюстительница моего Престола Ромеи подошла к делу со всем присущим ей тщанием. В конце концов она правит здесь от моего имени вот уже девятнадцать лет отнюдь не только потому, что она мне родная и любимая сестра. Хотя и потому тоже. Но, главное, она мудрая правительница и блестящий администратор. Отличный самодержец, наотрез отказывающаяся от любых корон. Хотя я предлагал ей их не один раз. Единственное, на чём мы сошлись – что я дарую какую-нибудь приличную корону её старшему сыну. А может, и обоим сыновьям. Тут как сложится. Впрочем, мир велик, так что сложится, если жив буду.

– Мишкин, в общем, нужны новые ассигнования.

Господи! Отчего же все женщины вокруг меня всегда хотят денег?

– Оленька, помилосердствуй. Откуда у бедного царя деньги?

– Неужто всё жена отобрала на булавки?

– Будто ты не знаешь, какого размера у нас булавки…

Мы рассмеялись. Но сестрица вовсе не собиралась отступать.

– Деньги, Мишкин, деньги. Ассигнования. Мы выполнили твою программу – двадцать миллионов русских переселилось в Ромею за девятнадцать лет. Их надо устраивать. Нужны средства.

– Оленька, стесняйся. Бюджетный год начался только вчера, а ты уже хочешь новых ассигнований.

Иронично поднятые брови любимой сестрицы:

– Правда? А что ж ты не удовлетворил мои ходатайства по статьям расходов?

– Ваши запросы непомерны, сударыня.

– Да, что вы говорите, мой государь! Это я ещё скромничаю!

Пикировку мы могли продолжать сколько угодно времени. Как говорится, с нас станется. Но день был насыщенным, и затягивать пустословие мне не хотелось.

– Ладно, оставляй папку с твоими запросами. Я посмотрю, что можно сделать. Что-то ещё?

– Немцы.

Хмыкаю. И тут немцы на мою голову.

– А что с ними?

– Плачут горькими слезами. В Ромею хотят очень.

– Да ты что! Правда?!

– Даже не сомневайся. Вот перечень профессий и требуемое количество технических специалистов для предприятий Ромеи. В первых рядах, конечно же, твой замечательный Никола Тесла, Радиевый институт Марии Кюри и прочие. – Ольга передала мне очередную папку и добавила: – Вот что этим прекрасным людям делать на Целине? Коровам хвосты крутить? Кстати, вот экспертное мнение генерала Маршина. Он поддерживает отправку указанных специалистов на предприятия Ромеи.

И тут Оля подсуетилась. Знает, как припереть меня к стенке. Ещё бы, она меня на руках носила и сопли мне мелкому вытирала. Пусть это тогда был не я, а мой прадед, но всё равно ведь это непреложный факт.

Рациональное зерно в этом, конечно, было, пусть милая сестрица и утрировала насчет «коровам хвосты крутить». На Волге и за Уралом работы хватит всем. Да и несколько преувеличивает она ценность этих специалистов, ведь в большинстве своём рейх не отпускал ценных специалистов за границу в качестве беженцев, а отпускал в основном женщин, детей и стариков, но и среди них попадались интересные специалисты. На них-то Ольга и Маршин глаз и положили.

Что ж, количество немцев в Единстве стремительно приближалось к рубежу в четыре миллиона человек. И это явно было только начало великого переселения. Как это случилось и с французами за прошедшие с 1917 года времена. Далеко не все французы пожелали вернуться во Францию. И немцы вернутся далеко не все, не говоря уж о том, что по Всеимперской переписи населения 1935 года немцев в Единстве было более трех с половиной миллионов. И новые ехали, плыли и шли…

Массово.

Я был не против. История показала, что в большинстве своём немцы были трудолюбивыми, грамотными, доблестными на войне людьми. Людьми, в подавляющем большинстве верными своему новому Отечеству, даже если речь шла о войне против Германии. Немцы доблестно сражались за Россию во всех войнах. Немцы США не поддались на агитацию Второго и Третьего рейхов, а, наоборот, активно воевали против Германии, командуя целыми армиями, а тот же Эйзенхауэр не только был американским генералом, но и стал президентом Америки. Так что я не был против немцев в России. В конце концов, я ведь тут по крови стопроцентный немец. И сестрица моя тоже. И покойный братец Ники. И родитель мой Александр Третий. И так далее. Дети наши с Машей, правда, были немцами наполовину, а наполовину итальянцами из Савойского Дома, но разве все они от этого стали меньше русскими по своей душе и сути?

– Хорошо, допустим. Я подумаю. Это всё?..

– Это была шутка или ирония? Когда у меня было «всё»? Я только начала!

Внезапно зазвенел сигнал тревоги, а внизу заухали и застрекотали орудия систем ПВО, прочеркивая воздух струями автоматического огня и сполохами снарядов. Резко обернувшись, отмечаю черные силуэты приближающихся самолётов, активно маневрирующих на подходе к моей Башне.

– В лифт! Быстро!!!

Тяжелые пули пробили бронестекло кабинета, и вокруг все превратилось в стеклянно-металлическо-мраморный вихрь осколков. Что-то обжигает лоб и шею. Рядом вскрикивает от боли Оля.

Чуть ли не за шиворот затаскиваю Ольгу в распахнувшиеся двери кабины, и через пару секунд эвакуационный лифт стремительно устремляется вниз.

Через несколько долгих мгновений стремительное падение прерывается сильным потрясением шахты, и наше падение превращается в свободный полёт вниз по шахте небоскрёба…

Глава II. Пылающие города

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

ГАЗЕТА «ВЕСТИ ПЕРВОПРЕСТОЛЬНОЙ». 2 сентября 1936 года

По сообщению Министерства народного просвещения Российский Империи на 1 сентября 1936 года в школах, гимназиях и училищах России обучается более 50,7 миллионов человек, в том числе в Северо-Западном ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА Наместничестве и в Лапландии 460 тысяч и 140 тысяч учащихся в Армении. Ещё около 6 миллионов человек учится в этом году в школах Ромеи и почти 2 миллиона в Сунгарии. Министерство срочно развертывает дополнительно четыреста тысяч мест по всей Империи Единства для обучения школьников, бежавших от ужасов войны из Германии и Голландии.

Более полутора миллионов школьников Привисленского края и Мемельского особого округа сядут за парты в декабре этого года. Задержка в обучении связана с тяжелой экономической и криминальной обстановкой на возвращенных Россией западных землях. Министерство преисполнено радения в обеспечении к декабрю этого года на территории Привисленского ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА Наместничества всех школ учителями и современными программами, а также учебниками, напечатанными кириллическим алфавитом Гильфердинга-Трубецкого. Преподавание основных предметов будет вестись на русском языке, но школьникам Хробации (Радомского и Западно-Галицкого особых округов) будет обеспечена возможность изучения польского языка и литературы, а в Мемеле литовского или немецкого. В Мазовии (Варшавский и Люблинский особые округа) учащиеся получат возможность изучать родной мазовецкий язык по учебнику профессора М. Р. Фасмера. Руководитель департамента начального и среднего образования канцелярии Привисленского ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА Наместника действительный статский советник Станислав Теофилович Шацкий уверил нас в том, что упущенные месяцы будут наверстаны учащимися уже в текущем учебном году. Для этого планируется продлить до июля учебный год в Привисленском крае и временно убрать из программы школ церковные дисциплины, иностранные и классически языки. Будет так же сокращено число часов на историю. При этом все учащиеся будут не менее шести часов в неделю уделять изучению русской словесности.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. ДИРЕКЦИЯ ФЕСТИВАЛЯ ИМПЕРАТОРСКОЙ НОВОИЛИОНСКОЙ КИНОАКАДЕМИИ. 2 сентября 1936 года

– Что известно на данный момент?

Генерал Владимиров доложил:

– Государыня! Предварительно известно, что одна из гостий вызвала подозрение у службы безопасности после прохождения рамки металлоискателя. Поскольку, как вам известно, рамка звенит на практически любую женщину, с учётом всякого рода украшений, указанной даме было предложено пройти в комнату личного досмотра. Оставшимися в живых безопасниками и свидетелями показано, что гостья обернулась на проходящую через рамки толпу гостей, после чего произошёл взрыв. Пока неизвестно имя бомбистки, впрочем, оно наверняка фальшивое. Первичное следствие возглавил начальник Имперской СБ по городу Новый Илион полковник Горохов. Сформирована особая межведомственная следственная группа, куда включены сотрудники Службы безопасности Двора и чины Отдельного Корпуса жандармов. Из Константинополя вылетает самолёт с лучшими следователями Высочайшего Следственного комитета.

Маша кивнула. Ну, а что она хотела?

– Версии?

Начальник второго отдела «Личная безопасность Императрицы» Службы безопасности Двора лишь сухо констатировал отсутствие каких-либо версий на данный момент.

– Пока мы исходим из того, что означенная бомбистка пыталась пройти в Красную зону безопасности, непосредственно прилегающую к трибуне, на которой ваше императорское величество собирались произнести речь на церемонии открытия фестиваля. То есть мы предполагаем попытку покушения на ваше величество. Пока эта версия является основной, но следственная группа прорабатывает все версии. В настоящее время вся территория вокруг площадки фестиваля оцеплена, идёт проверка всех гостей и обслуживающего фестиваль персонала. Мы не исключаем, что у бомбистки были сообщники.

– Сколько погибших и раненых?

Генерал позволил себе пожать плечами.

– Да простит меня ваше величество, но вы сами всё видели. Многие тела разорваны на куски. По предварительным оценкам погибло примерно два десятка человек, но повторюсь, это первичная оценка результатов взрыва. За медицинской помощью обратились семьдесят три человека, из них госпитализировано тридцать два. И да, государыня, Министерство информации настаивает на доступе к месту взрыва и к съемкам на месте. Прикажете дозволить?

Императрица несколько мгновений размышляла, затем дала добро. Бойцы князя Суворина снимут всю эту кровавую жуть, а сам Суворин выжмет из этого события всё возможное и совершенно невозможное. Да так, что рыдать будут по всему миру. Особенно, если выяснится, что погиб или хотя бы ранен кто-то из кумиров экрана.

Пропаганда – искусство бесконечного цинизма. И часто цинизма кровавого и весьма грязного.

Отпустив Владимирова, Маша задумалась. Было ли это покушением на неё лично? Или же это просто теракт на массовом и очень медийном мероприятии? Возможны были оба варианта. Пока ничего нельзя исключать. Ведь непонятно даже, была ли это террористка-смертница, или она привела в действие взрывное устройство лишь после реальной угрозы разоблачения. Так что…

Стук в дверь прервал её мысли. Адъютант принес срочную депешу.

Открыв бланк, Мария невольно охнула, схватившись за сердце. Покушение на Вику в Париже. В театре. Викуся не пострадала. Террористка задержана. Других данных пока нет.

Господь бережёт их семью. Но уже совершенно ясно, что сегодня было именно покушение на Машу. Никаких сомнений больше нет.

Без стука появляется бледный адъютант:

– Государыня, срочное сообщение из Города. Покушение на государя и Ольгу Александровну. Самолёт врезался в Башню Мудрости. Большие разрушения. Верхние этажи охвачены пожаром. Судьба государя и великой княгини неизвестна…

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. ЦАРИЦЫН. ЦАРИЦЫНСКИЙ ТРАКТОРНЫЙ ЗАВОД «РУСИЧ». 2 сентября 1936 года

Саша не спеша шёл по цеху готовой продукции пятой линии выпуска. Отсюда отправлялись на заводские испытания легкие танки Т-50-76. Танки, идущие на смену отправляемым в Германию во всём большем количестве устаревшим Т-50-37, спешно переделываемым в экспортную модификацию Т-51-37. И пусть 37-миллиметровая пушка этого танка была пока вполне эффективна, но уже было совершенно ясно, что даже танки с 57-миллиметровой пушкой скоро окажутся на обочине технологической мысли воюющих держав. Ещё полгода-год и всё. Только местных партизан гонять по болотам и холмам Англии, да лёгкую бронетехнику щёлкать.

Во всяком случае, два месяца боёв в Британии показали, что даже британские колёсные бронеавтомобили «Daimler» Mk.I своей двухфунтовой 40-миллиметровой пушкой успешно поражали русские танки Т-51 с тысячи метров. Эта же пушка стояла на легких британских танках «Тетрарх» и «Матильда I», а также на крейсерских танках Mk.II и пехотных танках Mk.III «Валентайн», являясь таким образом основной пушкой британских бронетанковых сил.

Работы над трехфунтовым 47-миллиметровым орудием QF 3 pounder Vickers велись, и уже дошло до стадии войсковых испытаний, но было совершенно ясно, что до весны-лета 1937 года она на вооружение танковых войск вряд ли поступит в значительных количествах.

В любом случае, легкие русские Т-51, пусть и без секретных систем стабилизации орудия, более совершенных чем немецкие приборов ночного видения и прочего «лишнего» оборудования, были пока вполне эффективны на поле боя, представляя собой довольно сложную манёвренную цель для противотанковой артиллерии британцев.

Впрочем, не Т-51 единым, как говорится. Были у германцев и свои танки. Те же Pz.Kpfw.III почти ничем не уступали русским Т-51. Примерно такая же качественная броня, примерно такая же 37-миллиметровой пушка, чуть хуже подвижность на поле боя, но в целом, вполне достойный танк для своего класса. Другое дело, что, начав их выпуск в 1935 году, немецкая промышленность успела выпустить к началу Битвы за Англию всего 518 таких машин, так что продажа Единством тысячи танков Т-51-37 были для Германии настоящим спасением, ведь имеющиеся в наличии у немцев танки Pz.Kpfw.I и Pz.Kpfw.II не могли на поле боя конкурировать с британской бронетехникой и английскими двухфунтовыми противотанковыми орудиями, беря своё в основном за счет правильной организации боя и манёвра, а находящаяся под постоянными бомбардировочными ударами английской авиации немецкая промышленность не могла не только нарастить объемы производства тех же танков, но и явно теряла темп и возможности. Хотя, конечно, в последний месяц британская авиация сосредоточилась в основном на операциях против высадившихся в Метрополии германских-голландско-испанских войск и на действиях против постоянных конвоев противника, идущих к Британии через воды Северного моря. Так что германская промышленность получила возможность хотя бы перевести дух и попытаться зализать раны.

Вообще же, без огромной помощи со стороны Единства рейху нечего было и мечтать о начале Битвы за Англию в 1936 году. И это, не говоря уже о предоставленных Германии двух русских атомных бомбах, которые и нанесли если не решающее, то весьма значительное поражение могущественному британскому Гранд-Флиту, взорвавшись над военно-морскими базами в Плимуте и Портсмуте. Великобритания от этих ударов и от массированных бомбардировок базы в Скапа-Флоу так пока и не оправилась, уйдя на море в глухую оборону западных портов острова и сосредоточившись на охране конвоев в Ирландском море.

Главный инженер Царицынского тракторного завода «Русич» господин Кошкин обстоятельно отвечал на вопросы кесаря Империи, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что Александр Михайлович не только танкист по образованию, не только капитан войск машинерии, не только бывший командир взвода танков ИС-3, но и человек, бесконечно влюблённый в танки. А потому не могло быть и речи о том, чтобы ограничиться формальным рассказом очередному высокому гостю, который мало что понимает в сказанном и мечтает о том, чтобы поскорее осмотреть «местные достопримечательности» и покинуть цеха, перейдя в более привычную атмосферу заводоуправления.

– А как у нас с выпуском ИС-3 обстоят дела?

Вопрос кесаря был ожидаем, и, внутренне усмехнувшись своим мыслям, инженер Кошкин с готовностью доложил о числе выпущенных заводом танков «Имперская сила-3», о внедрении в производство новой усовершенствованной модификации танка.

Откровенно говоря, танки серии «Имперская сила» были на данный момент избыточны на поле боя, и сам Кошкин поначалу был уверен в том, что пока всё ограничится установочными партиями штук по пятьдесят машин каждой модификации, сугубо для проведения всякого испытаний, отработки производственного процесса и передачи в то же Царицынское танковое училище, для обучения будущих экипажей тяжелых танков. Но нет, вот уже пятая модификация ИС-3 выпускается в объемах по триста-четыреста машин.

Танки ИС-3 всех модификаций активно гонялись на полигонах, их получили не только Царицынское, но ещё и Казанское и Омское танковые училища, были также сформированы несколько батальонов, которые то и дело принимали участие во всякого рода учениях и прочих манёврах. Новейшие тяжелые танки эксплуатировались буквально на износ. Впрочем, именно за счёт такой нещадной эксплуатации нарабатывался огромный практический опыт и в части производства, и в части обслуживания, и в части слаживания подразделений, и в части опыта применения в условиях, пробреженных к боевым. Да и какой-никакой боевой опыт был получен во время завершившейся польской кампании, где танки ИС проявили себя против заведомо более слабого противника самым решительно наилучшим образом.

Кесарь кивнул:

– Хорошо, Михаил Ильич. Пойдём дальше. Что у нас по плану?

Тот сделал приглашающий жест и ответил коротко:

– «Шилки», ваше величество. Выполняем большой германский заказ на триста машин.

Вскоре показалась приемная площадка и стоящие рядком зенитные самоходные установки ЗСУ-23-4 «Шилка-Э».

– Это экспортная модификация нашей ЗСУ-23-4 «Шилка-А». Отсутствует радар обнаружения и наведения на цель, упрощённый электромеханический вычислитель, более старые модели приборов ночного видения и тепловизора, аналоги которых есть у Германии, поэтому эффективность применения комплекса значительно ниже, чем у нашей «четвёрки», но в условиях идущей войны рейх с радостью покупает и экспортную модификацию.

Саша кивнул. Да, Германия вот уже три месяца закупает в России всё, что хоть как-то связано с системами ПВО и что Царьград соглашается продать. Понять немцев можно, слишком тяжелые потери понёс рейх в первые месяцы, а особенно в первые недели войны. Сотни тысяч погибших мирных жителей и военных, разрушенные города, промышленные предприятия и транспортные узлы. Люфтваффе откровенно провалилось в деле защиты неба Фатерлянда, за что тот же Геринг своим постом и поплатился. И если на русские самолёты за пару недель пилотов не переучишь, то вот управлять теми же зенитными пушками научить можно сравнительно быстро, тем более что часто такие орудия и системы поступали из Единства «в комплекте» с военными советниками и прочими немецкоговорящими «добровольцами», которые и составляли костяк расчетов ПВО, одновременно защищая небо Германии от британских налётов и обучая местный персонал обращению с русской техникой.

Что ж, поток военных грузов, сырья и продовольствия из Единства в Германию увеличивался буквально с каждым днём, а в обратном направлении тянулись в Россию целые эшелоны немецких беженцев. Германия за всё исправно платила золотом и пока вопрос лишь в том, хватит ли у Берлина сил окончательно опрокинуть Британию, как долго будет продолжаться этот золотой поток в Россию, с какого момента встанет вопрос о кредитах рейху и как быстро зависимость промышленности и экономики Германии от Единства будет нарастать.

Александр был уверен, что в Берлине всё это, конечно же, прекрасно видят и понимают, но пока вся надежда на то, что золотые запасы ещё далеко не исчерпаны, а потом падёт Британия и можно будет перевести дух перед схваткой за английские колонии в Африке и по всему миру.

Кинется ли Германия на восток, победив Британию и переведя дух? Очень вероятно. Во всяком случае, ни он сам, ни его царственный отец этого не исключали. Потому и готовились к большой наземной войне. А там как бог даст. Либо рейх будет расширяться за счёт британских колоний и прочих территорий вне Европы, всё больше попадая в зависимое положение от Единства, либо решит ударить по России и разом решить свои экономические, политические и стратегические проблемы, надеясь на помощь из-за океана. И в этом случае, очень вероятно, что Единство и весь Новоримский Союз нанесут удар первыми.

Именно для этого все эти новейшие танки и самолёты. Именно для этого уже почти сотня атомных и водородных бомб у них в арсенале.

Впрочем, глава ГРУ адмирал князь Горчаков докладывал в совершенно секретном меморандуме о том, что британская группа учёных, занимающихся атомным проектом, уже тайно перебралась в Канаду и сейчас уже идёт согласование создания совместной британо-канадско-американской группы местного аналога Манхэттенского проекта. Они тоже спешат.

Так что с Германией той же вопрос так или иначе придётся решать. И лучше, если сестрёнка Мася, выйдя замуж в следующем году за кронпринца Луи Прусского, смогла бы повлиять на принятие правильного решения своим венценосным свёкром кайзером Вильгельмом Третьим. Или решать придётся до её замужества. Потому и работает «Русич» в три смены. И не только «Русич». Предприятия военно-промышленного комплекса, а также все связанные с ним отрасли, давно уже перешли на мобилизационный режим работы.

А пока сегодня Сашу ждал большой эвакуационный лагерь № 4 Министерства Спасения Единства, где размещались, сортировались и отправлялись к местам работы и проживания десятки тысяч немецких беженцев. И на швейной фабрике «Царица», которую он посетил сегодня с утра, уже работали много немок и не только швеями, но и на должностях специалистов. Тем более что немалую часть своей продукции фабрика, по ранее заключённому выгодному контракту, поставляла именно в рейх…

Его внимание привлёк адъютант.

– Ваше величество. Срочная шифрограмма из Константинополя.

Полный нехороших предчувствий, Александр распечатал бланк:

«Аркаим. Код «красный неопределённый»».

Саша похолодел. Покушение на отца. И жив ли он – неизвестно.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. «ИМПЕРИЯ КИНО». ХРАМ АРХАНГЕЛА ГАВРИИЛА. 2 сентября 1936 года

Маша молилась. Её горячие губы горячо шептали слова молитв.

В Храме не было никого. Не так часто можно было увидеть стоящую на коленях императрицу, да ещё и глядящую на иконы расширившимися от ужаса глазами. Но увидеть её здесь и сейчас никто не мог, кроме Его самого и Матери Его.

Маша молилась.

«Господи, Пресвятая Богородица, спасите и сохраните Мишу. Сохраните детей моих. Не за себя прошу…»

Наступало время грозных испытаний. Она чувствовала это.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. БАШНЯ МУДРОСТИ. КАБИНА ЭВАКУАЦИОННОГО ЛИФТА. 2 сентября 1936 года

– Мишкин, как так получилось?

Морщась от боли, по привычке пожимаю плечами.

– Атака. Самолёт. Видимо взрыв. Тросы оборвались. Благо лифт автоматически перекосило в шахте и мы застряли…

Ольга качает головой.

– Я не об этом. Как так получилось, что человек, которого я знала много-много лет, стал вдруг другим, а??

Мы сидели рядом на полу лифта. Самого обыкновенного эвакуационного лифта. Не было тут красоты и роскоши, даже не было тут простой лавочки. Технологический аскетизм во всей красе.

Вопрос был опасным и мне не нравился.

Вопрос был неизбежным и когда-нибудь он должен был прозвучать.

Почему бы и не здесь? Почему бы и не в лифте?

Рука болела зверски. Моё лицо Оленька с трудом отмыла от крови. Левой рукой прижимаю к ране на голове её платок. Сама она выглядит ничуть не лучше. Но она спрашивает. Значит, это вопрос, что называется, «на самом краю». Два десятка лет она молчала. Но теперь вот спросила. Что я должен ей ответить?

Поди знай.

Упали мы знатно. Да, системы спасения сработали штатно и лифт перекосило в шахте. Но система была рассчитана на обрыв одного из тросов, а не всех сразу. На свободный полёт никто не рассчитывал, а потому удар при остановке был очень жёстким. Короче, мы разбились.

И в этой обстановке моя сестра задаёт мне столь неприличные вопросы.

Прикинуться идиотом? Она же не поверит. И сочтёт это личным оскорблением. Сказать ей правду я не мог. Но что тогда?

Не знаю.

– С чего бы вопрос?

Устало:

– Мишкин, не валяй дурака. Ты прекрасно понимаешь, о чём я спрашиваю.

Ну, да, понимаю. Но что я должен отвечать-то?

– Не знаю, что тебе и сказать, Оленька. Вот ты говоришь «вдруг», но сама ведь знаешь, что «вдруг» ничего не бывает. «Вдруг» можно разве что в лепешку навоза наступить или в лотерею миллион выиграть. А в остальном…

Задумчиво молчу. Оля ждёт. И явно не отцепится. А я заперт в лифте и не смогу что-то придумать «со срочным делом» и «давай потом». А спасать нас пока не слишком торопятся.

Как назло.

– В тот момент, когда умер наш благословенный папа, а Ники стал императором, я стал наследником Престола Всероссийского. Николай тогда глубоко задел мои чувства, отказав в законном моём праве на титул цесаревича. Сказать, что он обидел меня, это ничего не сказать. Много лет я был наследником, зная, что в любой момент, по воле Провидения, могу стать императором. Конечно же, я мысленно ставил себя на место Николая, когда тот принимал то или иное решение. Мягко говоря, я не был со всем согласен, но ты отлично знала Ники – он был упрям как бык и не желал никого слушать. Потом родился Алексей, и перспектива стать императором для меня отдалилась, хотя с обнаруженной у мальчика гемофилией не ушла насовсем. Могло случиться всякое…

Я вновь поморщился от боли в руке, но продолжил:

– Ники, как ты знаешь, был очень ревнив к своей власти. Болезненно ревнив. Всё, что я говорил, он воспринимал в штыки. Но к 1916 году ситуация становилась нетерпимой, заговор зрел за заговором, Николай ничего не желал видеть и делать, с непонятным мне фатализмом ожидая будущего. И, как ты знаешь, во многих вариантах заговоров, моя тушка воспринималась в качестве декоративной фигуры, которая должна была бы вдруг что сменить Ники на троне. Вокруг меня тогда вились многие. Я не желал свержения Николая, но и прекрасно видел, что он сам ведёт Империю в пропасть. Естественно, я много думал и прикидывал свои варианты действий вдруг что. Понятно, что для окружающих старался казаться наивным прекраснодушным дурачком, иначе бы меня просто исключили из всех раскладов и к трону бы не подпустили на пушечный выстрел. А позволить себе этого я не мог категорически. Так что, Оленька, ничего «вдруг» не случилось. Когда Ники окончательно бросил поводья событий там, в Могилёве, мне пришлось перехватить управление. А дальше ты знаешь.

Версия была так себе и на основные вопросы не отвечала, но другого объяснения у меня для Оли не было. К счастью, судя по голосам и лязгу на крыше кабины лифта, нас таки прибыли спасать и моей милой сестричке ничего не оставалось, как отложить свой допрос на потом. Но она вернётся к подобным вопросам позднее.

Я ничуть в этом не сомневался.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. ДИРЕКЦИЯ ФЕСТИВАЛЯ ИМПЕРАТОРСКОЙ НОВОИЛИОНСКОЙ КИНОАКАДЕМИИ. 2 сентября 1936 года

Слёзы текли по её щекам.

Он жив. Жив. Слава Тебе, Господи, он жив. Рука – ерунда. Она его вылечит. Главное, что Миша – жив.

Императрица стояла, прислонившись спиной к стене и сжимая в ладони бланк шифрограммы.

Жив.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. БАШНЯ МУДРОСТИ. ПРЕСС-ЦЕНТР. 2 сентября 1936 года

– Я жив, дамы и господа. Можете убедиться в этом лично. Попытка обезглавить Империю и посеять смуту провалилась. Хочу заверить всех наших верных подданных, что Богом избранная власть не дрогнет, вся наша сила в Единстве, и все виновные будут наказаны по всей строгости закона. Сегодня у нас очень насыщенный день, но я готов ответить на пару вопросов, которые наверняка волнуют наше общество и весь мир.

Что ж, вид забинтованной головы царя-батюшки и правая рука в уже наложенном гипсе свидетельствовали о том, что положение более чем серьёзное. Так что сама возможность задать вопросы императору в такой ситуации была просто мечтой для любого репортёра. Другое дело, что основная моя задача сейчас состояла вовсе не в том, чтобы на что-то там отвечать, а в том, чтобы показать подданным, что царь жив и власть в Империи стабильна.

Конечно, народ сейчас возбуждён сверх всякой меры, и я просто обязан вселить в людей уверенность, одновременно с этим показав, что никакой растерянности в верхах нет.

А растерянности у меня было просто выше крыши. Или кто-то полагает, что я бы всё это допустил, если бы знал о готовящихся ударах? И, конечно же, умные люди, в том числе и среди элит Империи, прекрасно это понимают. Поэтому я должен быть не просто бодрячком, но и очень злым бодрячком. Спокойным, уверенным в себе и одновременно злым человеком. Тем самым, который не злопамятный, но у которого память хорошая.

Головы и погоны полетят. Это однозначно, и сомнений в этом не должно быть ни у кого.

– Ваши вопросы, дамы и господа.

Первый желающий.

– Ваше Всевеличие! Семён Недачин, ТАРР. Были ли другие покушения на членов Августейшей Семьи сегодня?

Киваю.

– Да, были. Все члены Августейшей Семьи живы, а ответ не заставит себя ждать. Над нами горит башня. Множество погибших. За каждого верного нашего подданного свершится акт возмездия.

– Ваше Всевеличие! Женевьева Табуи, парижская редакция лондонской газеты «Sunday Refere». По просочившимся в нашу редакцию сведениям, стрелявшая в императрицу Викторию оказалась полячкой. Как вы можете прокомментировать данную информацию?

– Уверен, что французское следствие разберётся, и мы все вскоре узнаем всю подноготную этого дела. Пока я не могу комментировать ваши сведения, из какого источника они не были бы получены. Следующий вопрос.

– Ваше Всевеличие! Александра Ильина, журнал «Женское слово», Константинополь. Считаете ли вы взрыв на открытии кинофестиваля в Новом Илионе покушением на её величество? И как вы намерены реагировать, если это так?

Конечно, сестра Есенина не могла не вставить свои пять копеек в общую информационную свалку. Как всегда, как и её чудный братец, она остра на язык. Распустились тут без меня, как говаривал в фильме Иван Васильевич. Иной раз мне кажется, что со свободой прессы я как-то переборщил. Ведь, на секундочку, «Женское слово» – официальный печатный орган ведомств императрицы Марии. И тут Ильина задаёт явно провокационный вопрос о том, что я буду делать.

– У меня пока нет выводов следствия по данному делу. Но уверяю вас, без праведного моего гнева не останется никто.

Смотрю на князя Суворина. Министр информации быстро вступает в дело:

– Дамы и господа, пресс-подход окончен. У государя много державных дел. Если ещё остались вопросы, то я готов, по мере сил и знаний, на них ответить…

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. ДИРЕКЦИЯ ФЕСТИВАЛЯ ИМПЕРАТОРСКОЙ НОВОИЛИОНСКОЙ КИНОАКАДЕМИИ. 2 сентября 1936 года

– Её императорское величество государыня императрица-кесарисса Мария Викторовна!

Маша гордо вышла в зал, где уже бесновалась пресса.

– Боевые товарищи! Дамы и господа! Сегодня наши враги попытались обезглавить нашу благословенную Империю! Совершено покушение на государя императора и местоблюстительницу Престола Ромеи! Они живы, Господь миловал Империю от самого страшного. О сегодняшнем происшествии в Новом Илионе вы знаете. У следствия есть все основания полагать, что это была попытка покушения на меня. Сегодня же была совершена попытка покушения на императрицу Франции Викторию Михайловну. Мы пока не располагаем информацией о том были ли, планировались ли ещё покушения на членов Августейшей Семьи. Мы пока не знаем, кто стоит за этими покушениями. Но мы узнаем. И они пожалеют об этом. Пока же я призываю всех наших верных подданных сплотиться вокруг Священной Особы государя императора, сохранять спокойствие и проявлять бдительность. Враг не дремлет. Враг мечтает уничтожить нашу Империю, наш Дом и всех нас – всех русских.

Маша помолчала, обводя взглядом собравшихся в зале репортёров.

– Теперь я готова ответить на ваши вопросы.

Прессы было много. Очень много.

Нужно ли говорить, что журналисты буквально набросились на неё?

– Ваше императорское величество! Корреспондент газеты «Русское слово» Василий Ваврик. Есть ли предположения о том, кто стоит за этими чудовищными покушениями?

Императрица холодно кивнула.

– Да, есть. Следующий вопрос.

– Ваше императорское величество! Йозеф Геббельс, Wolffs Telegraphisches Büro. Связываете ли вы происходящее с идущей германо-британской войной?

Кивок.

– Этого нельзя исключать. В этом мире немало тех, кому не нравится сотрудничество между Германией и Россией и кто хотел бы столкнуть наши народы лбами. И, конечно же, многие хотели бы посеять хаос в Империи Единства. Мы сохраняем нейтралитет, и этот факт известен всем. Мы против любых войн и конфликтов. Но нас пытаются втянуть в конфликт, и мы не оставим эти гнусные попытки без достойного и качественного ответа. Взаимовыгодное сотрудничество между Единством и рейхом будет продолжено. Продолжено и усилено всемерно. В том числе и из-за случившегося сегодня. Следующий вопрос.

– Ваше императорское величество! Антуан де Сент-Экзюпери, газета «Paris-soir», Париж, Франция. Простите за бестактный вопрос, но связываете ли вы покушение на императрицу Викторию с покушениями на вашу Августейшую Семью или события в Париже и России не связаны между собой?

– Связаны. Следующий вопрос.

– Ваше императорское величество! Патрисия Галван, «A Noite», Бразилия. Следует ли ожидать изменений во внешней политике России в связи произошедшими событиями?

– Следует. Пусть никто в этом не сомневается. Следующий вопрос.

– Ваше императорское величество! Константин Симонов, корреспондент газеты «Новый Царьград». Желаете ли вы что-то добавить к уже сказанному вами?

Императрица холодно сказала, глядя в кинокамеру ТАРР:

– Нападение на наш Дом и Семью – это ошибка тех, кто отдал приказ, кто исполнил его и кто имел к нему хоть какое-то отношение. Покарание неизбежно. Такое, что о нём будут слагать легенды сотни лет. Я клянусь в этом. Кто знает, тот поймёт. Спасибо за внимание, дамы и господа.

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

«БЮЛЛЕТЕНЬ НАРОДНОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ». 2 сентября 1936 года

Пока Германия и Великобритания заняты взаимным уничтожением, Имперское Единство демонстрирует успехи в экономике, культуре, науке и образовании. Русские мирно завоевывают Мiр. Наши эксперты отметили, что из ежегодного отчета русского Министерства народного просвещения следует, что итальянский стал первым по числу изучающих его в средних учебных заведениях России и Ромеи. Его изучают почти половина учеников. За итальянским с большим отрывом следует немецкий язык, который обогнал в этом году французский. Четвертым по популярности среди учащихся является английский язык. Пятым в школах Ромеи стал арабский, а в России – японский, который немного обогнал персидский. В ромейских школах персидский – неожиданно пропустил вперед испанский, который в России изучают реже чем хинди. В первую дюжину изучаемых в Ромее живых языков входят также болгарский, армянский, венгерский и эфиопский (амхарский), а в России китайский, бенгальский и португальский.

В школах Единства изучается еще 19 иностранных языков, в том числе такие экзотические, как тайский, суахили, кечуа, гуарани и мискито. Также 67 местных языков изучают в начальных школах Империи. При этом доля постигающих иностранные языки, не входящих в первую пятерку, составляет менее восьми процентов. Пятая часть учащихся иностранных языков не изучает, что вызывает озабоченность Министерства народного просвещения.

Древние языки изучают только в классических и практических гимназиях. В которых числится в Единстве только десятая часть обучающихся. Среди гимназистов наиболее популярен в России латинский, а в Ромее греческий. Также в гимназиях изучают церковно-славянский и, по выбору в восточных гимназиях, санскрит, пали и древнетибетский.

Напомним нашим читателям что с 1932 года русский язык изучают все школьники славянских стран. В прошлом году русский в качестве иностранного изучали более половины школьников Римской и Эллинской империй, Великодакии и Ассирии, более трети школьников Франции, Эфиопии, Ирака, Персии и Корсиканского королевства, каждый четвертый-пятый школьник Египта, Сиама, Афганистана, Японии и Германии. В САСШ и переселенческих колониях Британской империи русский язык изучает только каждый двадцатый ребенок. В Индии, Бирме, Уганде, Кении, Нигерии и на Ямайке изучение русского английскими колонизаторами запрещено. В китайских государствах из-за постоянной войны и разрухи только каждый шестой ребенок может получить начальное образование, но каждый десятый из них учит русский. У нас нет точных данных по Южной Америке, но во всех столицах латиноамериканских государств есть обучающие русскому школы. В Мехико, Рио-де-Жанейро и Буэнос-Айресе русский изучают и в университетах.

Успехи Единства делают, особенно в глазах молодежи, русский язык знаменем достоинства, успеха и прогресса. Можно уверенно говорить, что в течение жизни одного поколения русский стал третьим по распространённости европейским языком мира. Язык Ломоносова, Пушкина, Толстого, Циолковского и пантократора Михаила воспринимается в мире как язык будущего, язык мiрового Единства и грядущего прорыва к звездам. Не оставляет сомнений, что уже ставший первым по значимости, в ближайшие десятилетия русский язык станет первым также и по числу говорящих на нём.

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. СОВЕЩАНИЕ. 3 сентября 1936 года

Трое плюс одна. Точнее и не скажешь. Разумеется, я проинформировал жену и сына о сути моего разговора с сестрой там, в лифте. Не могу сказать, что им понравилось. Но и посвящать Ольгу в наши дела тоже никто не собирался.

Как быть?

Мы пока не решили. Но, как говорится, многие знания – многие печали. Да и вообще. За такие вопросы обычно попадают в различные автокатастрофы. Или с ними случаются всякие неприятности.

Но с другой стороны…

В общем, пока мы делали вид, что ничего не произошло, а моя милая сестрица пока не задавала новые глупые вопросы. Все явно ждали какого-то развития событий, которые как-то позволят прояснить обстановку и сориентироваться с тем, как с ней поступить. И она это прекрасно понимала.

Конечно, будь это не Ольга, то такой умник вряд ли даже пережил бы кабину лифта. Впрочем, вряд ли кто другой начал бы меня о таком спрашивать. Те же Суворин, Емец, Слащёв и прочий «ближний круг» наверняка что-то подозревали, но вопросов не задавали, благоразумно понимая, что именно вместо ответа могут получить…

Поправляю непривычную перевязь сломанной руки. Правой руки. Такое гадство! Даже два сломанных ребра были сущей, хотя и весьма болезненной, ерундой. Подумаешь, дышать больно. И сильно ноет. А вот правая рука – это реальная проблема. Я даже, извините, штаны свои могу застегнуть/расстегнуть с большим трудом при помощи левой руки. Срочно шьют мне сейчас новые брюки с «молнией» под левую руку. Так что…

Но фигня это всё.

Привыкну.

С документами было сложнее. Писать левой рукой я как-то не умел. Да и вообще…

– Итак, мои дорогие родственники, на нас началась охота.

Хотел добавить, что мой коллега по Мраморному клубу Фуггер убит снайпером, но вовремя прикусил язык. Маша и сын в курсе, а Ольгу это не касается. Не её это праздник.

Что ж, война началась. Это уже не шутки. Это не какие-то там химические ковровые бомбардировки городов и даже не атомные взрывы. Это война на уничтожение. Акторов, а не каких-то там миллионов подданных.

В угожденье богу злата
Край на край встаёт войной;
И людская кровь рекой
По клинку течёт булата!
Люди гибнут за металл,
Люди гибнут за металл!

Удар нанесён по самому сокровенному и неприкасаемому – по тем, кто принимает реальные решения. Почти два десятка лет в верхах у нас царили мир и согласие. Особы были неприкосновенны. И вот теперь…

Война – это всегда про деньги и из-за денег.

Ольга-Ольга. Делает вид, что… Конечно, она чувствовала, что мы недоговариваем и тщательно следим за своими языками.

Хотелось матерно выругаться. Паноптикум какой-то. Ромея – важнейшая составляющая Единства, но её реальная правительница не должна знать ничего ВАЖНОГО.

– Подведём итог вчерашнего дня. В Башню Мудрости врезался начиненный взрывчаткой самолёт. Судя по предварявшей таран стрельбе из автоматической пушки, которая вдруг оказалась на гражданской машине, вопрос не только и не столько в каких-то смертниках-одиночках. На аэродроме механики и прочие не могли не видеть пушку на почтовом самолёте. Понятно, что идёт дознание, но пока достоверных сведений нет и выводы делать рано. Далее. Взрыв в Илионе. Исполнительница теракта погибла, допросы и опросы пока ничего внятного не показали. Покушение на Вику в Париже. Стрелявшая арестована. Полячка. Ведёт себя вызывающе, дерзит следователям. Заявляет, что это месть за раздел Польши. Никаких связей с другими покушениями не признаёт, но она про них наверняка и знать не может. Покушений на Александра зафиксировано не было, но это ничего не значит. И не значит, что такие атаки больше не повторятся. Мы вступаем в новую реальность и должны помнить об этом.

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. СОВЕЩАНИЕ. 3 сентября 1936 года

Ольга устало потёрла переносицу. Который раз она проклинала себя за длинный язык. Зачем она так глупо сломала негласный договор там, в лифте проклятом? Да, у неё было множество вопросов к брату. Да, его объяснение было откровенно слабым. Да, нет никакого сомнения в том, что Маша и Саша знают куда больше, чем она. Вон как они переглядываются. Но накипело.

Накипело.

Да.

Но кто она такая? Сестра императора? И что? Имеет право?

Но слова сказаны. И назад их не вернёшь уже.

Никак.

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. СОВЕЩАНИЕ. 3 сентября 1936 года

Маша хмуро прокручивала в голове события последних суток. Покушения. Однозначный заговор. Могло ли это быть простой акцией каких-то экстремистов-бомбистов? Нет, почти невероятно.

И выводы из этого всего были очень плохими. Кто-то внутри Империи – предатель. Кто-то ждал итогов покушений и был готов выступить в случае успеха террористов. За два десятка лет сформировалась новая фронда.

Как же не вовремя всё это. И если бы только это.

Шифрограмма из Рима откровенно пугала. Брат Умберто в Африке подцепил какую-то заразу. Высокая температура, беспамятство и всё прочее. Из Италии уже вылетел самолёт в Римскую Центральную Африку. С лучшими докторами Италии. Маша сегодня тоже была занята отправкой лучших врачей Ромеи на помощь брату, но даже диагноз на месте пока не могли толком поставить. Говорят, что похоже на менингит.

Похоже…

Господи, за что ей это всё?

ВЕЛИКОБРИТАНИЯ. ИСТ-РЕТФОРД. ПОЗИЦИИ ПЯТОЙ АРМИИ DEUTSCHES KAISERLICHES HEER. 4 сентября 1936 года

Светало.

Генерал Рокоссовский прислушивался к гремящей канонаде. День наступления начался. Ещё несколько десятков минут и войска Нордического союза двинутся вперёд. Двинутся на Шеффилд, Манчестер и Ливерпуль. Они уже пылают от ударов тысяч бомбардировщиков. Войска немцев и голландцев пока в окопах, хотя и в полной готовности. А пока артиллерия рейха и германо-испанская авиация проламывает британскую оборону. И среди германо-испано-голландских войск немало и русских.

Россия пока не воюет. Пока. Официально.

Но и он сам тут не только в качестве наблюдателя.

Битва за Британию вступает в свою самую острую и самую кровавую фазу.

Глава III. Вооружён – значит предупреждён?

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 5 сентября 1936 года

Они не были дружны и даже особо близки. С тех пор, как она вышла замуж, они редко виделись. Да и раньше…

Он был вредным мальчишкой. Всегда доставал своих старших сестёр. Любимый жест – растопыренные пальцы над головой и показанный им язык. Мол, он наследник короны, а они просто принцессы, которых выдадут куда-нибудь замуж с глаз долой. В рамках державных интересов.

За что и был регулярно поколачиваем своими сёстрами. Даже она, Иоланда, нередко отпускала дерзкому и вредному младшему брату затрещину.

Родители ругались на них. Но что это меняло?

И вот теперь она, Мария, стала императрицей Единства. Мафальда стала царицей Болгарии, а Джованна – великой княгиней Сунгарийской, ожидающей, когда Пантократор Восточных Церквей Михаил Александрович дарует её мужу царскую корону Сунгарии.

А Умберто просто умер…

Какая глупая смерть.

Африка. Менингит.

Диагностировали не вовремя. Плохой уровень медицины. Климат.

Взрослые редко болеют. Детская болезнь. Но взрослые болеют очень тяжело. А тут ещё и практически взрывное течение болезни.

Вот и всё. Вот и всё…

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 5 сентября 1936 года

Господи. Господи-Господи! Как же всё сложно, Господи!

Я очень мало знал Умберто. Больше полагался на мнение и влияние жены, много и часто полагался на тестя, личные встречи с ним были не такими уж и многочисленными, но случилось то, что случилось.

Умер наследник престола Рима. Всё просто и всё очень непросто в то же самое время. Я говорю тут не о человеческих отношениях, не о том, что чувствует Маша, я о том, с чем неизбежно сталкивается правитель. Союзное государство оказалось в неопределённости. Да, у Умби есть трехлетний сын-наследник. Но есть и жена, теперь уже вдова. Беременная третьим ребёнком. Если, конечно, не дай бог, ничего не случится у неё в связи с нервами. В принципе, есть ещё старшая дочь Мария Пия, но в Италии престол наследуется по мужской линии, так что сейчас трехлетний Виктор Эммануил является первым в очереди на корону. И единственным, если обойтись без киношного живописного хаоса. А ведь, если с царственным дедом в ближайшее время что-то приключится, то власть в империи перейдёт по факту к регентскому совету во главе с матерью малолетнего императора. А мать у нас – Анна Орлеанская. Ох уж мне эти Орлеаны…

Да, так и ждёшь от них какого-то подвоха. Да, моя дочь Викуся – императрица Франции и супруга главного Орлеана. Жена главы Дома. И её царственный муж вроде как не дурак. Но его мать – стерва, каких ещё поискать. Его старшая сестра Изабелла – королева Великобритании. Со всеми неожиданными последствиями. Его вторая сестра Франсуаза – императрица эллинов. Греция, конечно, наш союзник, важнейший союзник на Средиземном море, скажем прямо. Но кто знает этих Орлеанов во главе с их мамой, мать её…

И если Греция наш важнейший союзник, то что тогда говорить об Италии? Ах, Умби-Умби, как же ты умудрился всё так усложнить своей глупой смертью!

Я посмотрел на Машу. Нет, она не рыдала, не заламывала от горя руки. Она просто сидела и глядела куда-то в окно, явно не видя ничего перед собой. О чём она думает? Может и ни о чём. Может обо всём. Не знаю. Лезть ей в душу с глупыми словами сочувствия и утешения я не стал. Сделаю ведь только хуже. Так что я просто сидел в кресле и молчал.

Наконец Маша сказала каким-то бесцветным голосом:

– Мне нужно будет ехать в Рим на похороны.

Киваю.

– Да, поедем вместе.

Ответный кивок. Без оценок и без возражений. Просто кивок.

Похороны. Пока с этим сложно. Всех, кто контактировал с Умберто, тех, кто контактировал с ними, и реально всех подряд в городе посадили под жесткий карантин, а его тело, вероятнее всего, просто кремируют. Но и это пока неизвестно когда. Разбираются. Не дворник же умер. Так что в Рим мы, конечно, поедем, но пока нет сроков даже ориентировочно.

Конечно, на церемонию соберутся многие. И никакой, даже столь печальный, повод не отменит неизбежное перерастание похоронного обряда в последующий саммит «на полях». А времена сейчас сложные.

Очень.

Немцы и их союзники наступают севернее Шеффилда. Наступают пока с большим трудом, и мои аналитики говорят, что, скорее всего, это ложный удар. Хотя бы потому, что союзная авиация усиленно бомбит порт и железнодорожный узел Ливерпуля, а не проламывает войскам путь сквозь укрепления англичан.

Вильгельм III, кстати, готов был у меня купить ещё одну БОМБУ. За любые деньги. И я подозреваю, что именно для Ливерпуля. Основной узел снабжения, как-никак. Я пока не дал ответа. По крайней мере вразумительно-однозначного. Потому как я и сам не знал, как правильнее поступить. И не потому что мне было как-то жаль десятков и сотен тысяч гражданских, коими сейчас набит Ливерпуль, хотя и это тоже.

Да, мне нужно опрокинуть Британию до вступления в войну США. Но я и не хочу легкой победы Германии. По крайней мере, не хочу победы без нашего явного и видимого участия. Наши БОМБЫ забудутся быстро, а немецкая пропаганда расскажет, что это были продукты германского научного и технического гения. А мы ведь не ради престижа немцев войну затеяли. Нам нужны свои плюшки.

Много и вкусных.

Да, пока мы ждём и выжидаем. Причин много.

В том числе и такая мелочь, как прибытие неофициальной делегации по сугубо личному и конфиденциальному делу – не соглашусь ли я дать согласие (простите за тавтологию) на то, чтобы моя младшая дочь Елизавета приняла корону Шотландии? Они там где-то откопали, что корона ветви Стюартов по женской линии была унаследована Савойским Домом, а поскольку Елизавета Михайловна самая что ни на есть законная наследница, то…

Права были, мягко говоря, спорными, а тема мутной, но дать королевскую корону дочери я бы не отказался. Да и усилить своё влияние в регионе тоже. А то немцам будет сильно жирно. Обойдутся.

В общем, я обещал подумать и взвесить.

Но это тоже время. Как говорится, такие вопросы, дорогой посол, с кондачка не решаются, не так ли?

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

ТЕЛЕГРАФНОЕ АГЕНТСТВО РОССИИ И РОМЕИ (ТАРР). 5 сентября 1936 года

После пятничной молитвы в г. Калат Афганского королевства активистами движения Анджуман-и-Иттехад-и-Белуджистан объявлено о восстановлении независимости княжества Калат и провозглашении его ханом Мир Мохаммад Азама Яна. Княжество Калат расположено в восточном Белуджистане и имеет обширную границу с доминионом Британская Индия.

Наши корреспонденты сообщают о вспыхнувших крупных волнениях в городах Кветте, Беле и Легдунде, а также в прилегающих к ним местностях афганского Белуджистана. По неподтвержденным данным, из британского Синда прибывают караваны с оружием и вооруженными всадниками. Король Афганистана объявил о начале сбора ополчения пуштунских племен. Военные базы Имперского Единства в южном Афганистане и Силы охраны Мерв-Ормарской железной дороги приведены в состояние полной боеготовности.

Министерство обороны Империи Единства официально подтвердило начало переброски дополнительных войск из Туркестана для обеспечения безопасности магистральной железной дороги и русской военно-морской базы в Ормаре.

Мы будем следить за развитием событий.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. 6 сентября 1936 года

– Товарищи генералы, как говорят в Одессе, стесняюсь спросить, а мы что – обалдели? Мы готовимся в Глобальной войне вот уже почти два десятка лет, и что мы в итоге видим? Кампания в Польше не провалена только потому, что наших сил там было намного больше. Но хаос в манёвре и обеспечении войск был совершенно нетерпимым и непростительным. Финляндия. Казалось бы, простейшая тема, наша территория, но мы и тут застряли. Даже в Галиции не всё хорошо у нас. В Персидском заливе и вокруг него вдруг тоже обнаружилось множество проблем. Зачем мне ваши бравурные отчеты?

Я намеренно употреблял «мы», когда речь шла о том, кто виноват, но чётко разделил «ваши», когда речь зашла об отчётах.

Ситуация была сложной. Нет, я не кабинетный начальник военного ведомства. Я прекрасно знаю, насколько положение «на земле» обычно отличается от всяких там докладов. И отлично знаю, что за фразами типа: «наши войска имели частичный успех» обычно скрывается полный провал и желание прикрыть свою задницу. Это было неизбежным, хочу я этого или нет. Испанская война не могла создать опытную и боеспособную армию. Что такое три месяца командировки?

Ерунда.

НО!!! Но. Максимум в следующем году мы полноценно вступим в Глобальную войну. А мы, извините за мой французский, по-прежнему ни хрена не готовы! А может, нам придётся вступить в войну уже в ближайшие пару месяцев. А организация наша, мягко говоря…

Да, пока мы возвращаем назад данные в аренду Германии морские транспорты. Да, мы концентрируем силы у границ и у портов, но тут тоже не всё просто. Мы должны не только показать, но и доказать (!!!) Берлину, что наша концентрация войск не направлена на подготовку удара им в спину. И я не сомневался, что очень секретные и чрезвычайно тайные разговоры о шотландской короне для Лизки уже известны в Берлине. Как, впрочем, и в Лондоне. Да, и, в Вашингтоне тоже. Какие последуют реакции и телодвижения?

А может, это провокация?

Как же хорошо в каком-нибудь фильме или в каком-то романе в жанре альтернативной истории – бац и всё волшебным образом получилось! Почему у меня не так? Такое вот у меня гадство. И почему у меня всё время слово «попаданец» ассоциируется со словом «попадос»?

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

ОБЗОР ПРЕССЫ.

СООБЩЕНИЕ ИНФОРМАЦИОННОГО АГЕНТСТВА PROPPER NEWS. 6 сентября 1936 года

Кровавая жатва новой мировой войны продолжается, собирая свои жертвы даже в далеких от полей сражения странах. Уклонится от её косы не удается даже, имея уникальное везение.

Из Мексики сообщают о гибели в ходе боев за Мадрид комкора Крестьянско-Рабочего Красного Аэрофлота Республики «пилота Революции» Теодоро Арманда. Истребительная эскадра под его командованием более суток непрерывно прикрывала с воздуха сражение мексиканской танков механизированной полубригады комбрига Басилио Сергеева с русской танковой группой бригадного генерала Семёна Моисеевича Кривошеина у Гвадалахары.

Самолет Теодоро Арманда был сбит вечером и упал на пылающие танки, та же судьба постигла и сбившего его русского пилота Николаса Гастелло. Поле сражения осталось за карлистами, потому смерть красного комкора на этот раз установлена точно.

Напомним, что Теодоро Арманд уже дважды вносился в список погибших. Первый раз ещё молодым летчиком в августе 1917 года Фёдор Федорович Арманд был сбит в ходе эпического Моонзундского морского сражения. Раненым он был подобран шведскими рыбаками и только на через полмесяца был передан русскому командованию. За это время Федор Арманд был награжден Орденом Св. Архистратига Михаила и возведен в баронское достоинство. В наградных документах значилось «посмертно». После выяснения неточности исправления в документы не были внесены. После великой войны Федор Арманд уехал к матери в Социалистическую Мексику.

Второй раз Теодоро Арманд был на три дня сочтен погибшим во время перелета Мехико – Мадрид в 1934 году. Однако и на этот раз судьба была к нему благосклонна. Его трехмоторный Азкораде-27М потерпел крушение, но экипаж Теодоро удачно приземлился на воду невдалеке от рыбацкой шхуны у Азорских островов. После чудесного спасения Арманд неоднократно летал по трансатлантическому маршруту. Теперь гибель мексиканского пилота достоверно подтверждена.

Впрочем, подтверждена не в первый раз.

ТЕЛЕГРАФНОЕ АГЕНТСТВО РОССИИ И РОМЕИ (ТАРР). 6 сентября 1936 года

Наши корреспонденты сообщают о героической гибели в Испании капитана Императорского военно-воздушного флота Единства Николая Францевича Гастелло. В ходе ожесточенного воздушного боя им были сбиты три самолета противника. Будучи подбитым и понимая, что он не сможет вернуться на свой аэродром, капитан Гастелло направил свою пылающую машину на идущие через мост автомобили снабжения танковой группы противника. В результате тарана были уничтожены мост и группа грузовиков-бензовозов. Уходя в бессмертие, Николай Гастелло успел крикнуть товарищам по рации: «Будем жить!» Командованием Группы войск Единства в Испании за беспримерный подвиг Николай Францевич Гастелло представлен к ордену Св. Архистратига Михаила первой степени и званию «Герой Единства».

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. 7 сентября 1936 года

Если вы не знаете, как управлять Империями двадцать лет, то я вам, по секрету, расскажу. Это – «Очи чёрные».

Очи чёрные, очи страстные,
Очи жгучие и опасные…

Я не о своей любимой жене (хотя и о ней тоже), я о вообще, как говорят в Одессе.

Империя очень дика и коварна. Всегда.

Очень своенравна. Горяча и ненасытна. Её не получится кормить с ладошки, словно ту же белочку. Империя – это львица, тигрица, та же каракошечка, в конце концов.

Гибкая, сияющая и стремительная. И тяжёлая. Если она прыгнет, то собьет с ног любого.

В том числе и своего правителя.

Легко управлять маленьким тихим княжеством типа Люксембурга, хотя и там проблем хватает. Но управлять гигантской Империей… Именно не «править», а именно «управлять». Куда сложнее, чем океанским лайнером, хотя и там можно из-за дурости капитана угробить и сам лайнер, и пассажиров, которые доверились капитану. «Титаник» не даст соврать.

Империя любит силу. Но любит и мудрость.

Дураку она вцепится в глотку.

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

«С.-ПЕТЕРБУРГСКІЯ ВѢДОМОСТИ». 8 сентября 1936 года

Лондон неосмотрительно разжигает пожар в Уэльсе.

В Бирмингеме вынесен вердикт по делу «Огня в Ллине».

Напомним читателям, что в апреле 1936 года активисты валлийской партии «Плэйд Гюмри» Сондерс Льюис, Дэвид Джон Вильямс и Льюис Валентайн совершили поджог школы пилотов-бомбардировщиков в Пениберте (графство Гуинет). Ранее акционисты, работавшие преподавателем университета, клириком и школьный учителем, не были замечены в криминальной деятельности, но высказывались в поддержку монархо-прогрессистских режимов Германии и России.

Поджигатели сразу сдались полиции, заявив, что они таким образом протестуют против вторжения «империалистского» английского правительства в мирную жизнь этого района, где валлийские язык и культура сохраняли наиболее прочные позиции. Льюиса, Валентайна и Уильямса судили сначала в уэльском Карнарвоне, но, поскольку суд не вынес определённого решения, процесс был продолжен в Лондоне, а позже в Бирмингеме. Поджог произошел ещё до начала англо-германской войны, но её ужасы наложили отпечаток на строгость приговора, принятого судом. Несмотря на двести тысяч подписей жителей Уэльса, лорды Центрального уголовного суда Англии признали подсудимых виновными в «акте военного саботажа» и приговорили их к повешению.

По имеющимся у нас неподтвержденным сообщениям в Кардиффе, Суотси, Камертене, Лландитно и других городах Уэльса, после распространения слухов о вынесенном валлийским патриотам приговоре, начались стихийные уличные митинги. В Ллине митингующие зажгли костры на безопасном расстоянии от военной базы, но были разогнаны военными с применением оружия. Данных о пострадавших нет. Активность валлийцев поддерживает то, что юг полуострова уже неделю не бомбят. Сообщается об объявлении забастовки докерами Милфорд-Хейвен. Общими требованиями выступающих является помилование осужденных активистов. Среди демонстрантов звучат призывы к скорейшему окончанию войны. Драконовское решение английского суда грозит тем, что в самый разгар войны Tan yn Llŷn – «Огонь в Линне» может стать Fflamio Cymru – «Пылающим Уэльсом».

А. Черкизов.

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 9 сентября 1936 года

Иногда меня посещают дурацкие идеи. Что-нибудь из разряда «А не завести ли мне в доме самогонный аппарат?» Спрашивается, нафига мне самогонный аппарат? Стоит мне мигнуть, и у меня будет всё, что я только пожелаю, и три вагона всего дополнительно прицепом, вдруг я пожелаю чего-то ещё. Но идеи посещают.

Скучно живём.

– Расскажи мне какую-нибудь сказочку…

Хмыкаю.

– Жил-был пёс…

– И был у него золотой поднос…

Маша зевнула.

– Скучно. Что там на фронтах?

Пожимаю плечами и морщусь от боли.

– Скучно. Всё везде скучно. Обычное рубилово. Шеффилд, словно тот Сталинград, да и прочая хрень.

Императрица прикрывает глаза. На ней всё так же из одежды только шляпа, но как же разительно отличается сегодняшний день от нашего принятия солнечных ванн в тот день 1 сентября! В последние дни она здесь явно не загорает, а ищет убежища от своей тоски и потери.

Пусть даже и обличает это в обычные и привычные формы.

Но витало в воздухе нечто такое, что говорит о том, что спокойные времена закончились. И дело не только и не столько в покушениях на нас. И не в смерти Умби. Нет. Всё явно пришло в движение и расстановка пешек/фигур на шахматной доске окончена.

Партия начинается.

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 11 сентября 1936 года

Скажу честно, мне нравилось нынешнее время. Куда больше, чем времена моего прошлого-будущего. В современных мне сейчас людях остался тот стержень, который строит цивилизацию, а не губит её всякого рода идиотской толерантностью.

Да, нынешний мир жесток и кровав. Но когда он был иным? Железная поступь имперских легионов и алчность конкистадоров двигали цивилизацию. Конечно, каким-то народам не повезло встать на их пути. Но тут, как говорится, кто на что учился. Я не буду ни сожалеть, ни тем более извиняться ни за что. Особенно за то, что случилось столетия назад.

Та же Россия расширялась не только цветами и праздниками. С некоторыми народами войны шли десятками и сотнями лет. Да и сам я завоевал ту же Ромею или Сунгарию отнюдь не проповедями. Хотя и этим тоже. И я заповедую сыновьям и дочерям своим сохранять железную поступь имперских легионов. И не извиняться ни за что.

Никогда. Ни перед кем.

Мы идём вперёд. Терра Единства не создаётся слабаками.

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. 12 сентября 1936 года

Иногда мне хочется кого-нибудь убить. Я почти два десятка лет тут царюю, но бюрократия неискоренима.

«Кодекс Служения обществу». 190 страниц. 190 страниц бессмысленного текста, полного высокопарных слов и общих предложений. О чести, долге и нашей исторической миссии.

Зачем? Для кого?

Бред же…

И сотни людей этим занимались, прежде чем мне это попало на стол!

Хмуро отодвигаю в сторону. Завтра посмотрю, что с этим делать. На эмоциях я тут дров наломаю. Не в первый раз. Понятно, что я это не пропущу, но над резолюцией нужно утончённо пораскинуть мозгами. А то мозгами пораскинут те, кто сие сочинил и под мои Августейшие очи представил. Впрочем, тут Маша права, когда говорит, что лучше мне попасть под горячую руку, чем потом. Я ещё тот фантазёр… Покойный генерал-губернатор Чукотки Лохвицкий не даст соврать.

Новый доклад. Сводка с британских фронтов.

Что ж, как и ожидалось, удар германцев севернее Шеффилда был отвлекающим и вспомогательным. Основной удар, судя по всему, произойдет южнее. Видимо в сторону Уэльса. Конечно, мне никто из Берлина не докладывал, но мои аналитики прогнозировали именно такой расклад. Конечно же, и в Лондоне пришли к тем же выводам. Насколько немцам удалось обмануть нас и британцев? Поди знай. Посмотрим.

Но тема с короной для Лизки вызвала моё общее одобрение. Одно дело, просто выдать дочь замуж за будущего какого-то короля, а другое, когда её призывают на царство. Это – серьезно. Она – королева. Пусть даже и с парламентом. Знаем мы эти парламенты, у самого такой есть…

Уговорить Анри на операцию было сложнее. Всё ещё не уверен он в своих силах. Маше пришлось Вику подключить для убеждения. Не то чтобы я не справился, но, как говорится, ночная кукушка всегда перекукует дневную. А Анри очень ведь хочется восстановить величие Французской империи.

А мне очень не хочется, чтобы Германия контролировала весь Ла-Манш.

Разумеется, высадка наших войск в Шотландии – это не прогулка по парку. Да и осень. Шторма скоро. Нам придётся использовать немецкие плацдармы в Британии и немецкие же порты на континенте для переброски армии. Но, если Англия посыпалась, то кто нам ёжик, если мы прошлёпаем ситуацию?

Но посыпалась ли Англия?

Вопрос вопросов…

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ПЛОЩАДЬ ИМПЕРИИ. 12 сентября 1936 года

Маша стояла на площади.

Тысячи и тысячи бойцов перед ней.

Она – генерал десантно-штурмовых войск Империи. Именно их Министерство информации называет «космодесантниками». Нет такого официального наименования. Но кого это останавливает, если Миша так захотел?

Да, они радикально отличались от ВДВ времён её мужа. На самом деле это тяжёлая мобильная пехота, усиленная бронетехникой. Лишь один батальон из целой бригады должен был при необходимости производить десантирование. Лишь занять плацдарм или некий объект. И ждать броска основных сил. Аксиома, что десант живёт не больше суток соблюдалась неукоснительно.

Гусары двадцатого века – это не просто легкая конница и разведка.

Не в этом их задача.

Молниеносный бросок и яростный хват за горло.

Где-то там, на Балтике и в Романове-на-Мурмане, уже грузились транспорты.

Решение принято.

Глава IV. Блажен, кто посетил сей пир в его минуты роковые

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. КОННАЯ ФЕРМА КНЯЗЕЙ ОСТРОВЫХ. 13 сентября 1936 года

Сегодня вытащил жену на ферму. Хотел её отвлечь, дать ей возможность развеяться, вновь почувствовать скорость лошадиного галопа, гибкость тела ее Европы, когда та, вместе со своей царственной хозяйкой, берёт препятствия всякие, да и просто прочие кусты. Маша обожала скорость, лихую скачку, она любила и свою Европу. Потому щадила её, чередуя быстрый шаг с умеренной рысью. Уже лет пять под седлом императрица пускалась в галоп только на Астарте, внучке Европы.

К исходу третьего часа императрица наконец и сама выдохлась, перейдя на размеренный шаг. Не спеша занимаю место рядом, и теперь Европа и Марс скачут рядом по прекрасному лугу нашей фермы.

– Ты как?

Жена кивнула.

– Спасибо, Миш, мне это действительно было необходимо.

– Ну, вот и славно. Вот и славно.

Некоторое время молчим. Умничать рассуждениями я буду, полностью отдавая инициативу Маше. Захочет говорить о погоде – поговорим о погоде. Захочет о лошадях – значит, поговорим о лошадях. Хоть о видах на урожай в нашем саду на Острове. Нужно её вытаскивать из того эмоционального кокона, в который она закрылась после смерти брата.

Остальное – приложится.

– Что показало расследование покушений?

Что ж, судя по всему, она ещё там, якоря слишком крепки. Ладно, поборемся.

Пожимаю плечами:

– На расследование взрыва на Кровавую Пасху в Москве и на расследование покушения на тебя в Таранто понадобилось около полугода. Потом ещё время на подготовку ответного удара. Так что вряд ли можно ожидать от наших зубров качественного результата за столь короткий срок. Прошло ведь только одиннадцать дней.

– Я понимаю. Но что-то есть? Сам-то ты к чему склоняешься? Тебе ведь не нужны всякие там официальные выводы следствия и прочие железные доказательства для суда.

– Разумеется, они мне не нужны. Основные выводы сделать можно и без формальностей следствия. Конечно, покушение на Вику, хоть и заявлено акцией «Речи Посполитой, никуда не ведёт в части расследования. Все эти сказочки про белого бычка – очевидная туфта. Это всё равно, что сказать, мол, Борис Савинков так воспылал ненавистью к принцессе Иоланде Савойской, что прям вот кушать не мог и потому решил кинуть в тебя бомбу в Таранто.

Маша усмехнулась, но промолчала, ожидая развития моих размышлений.

– Посему, радость моя, не будем отвлекаться на ерунду, пусть этим следствие занимается. А по сути же, за этими покушениями явно стоит кто-то из великих Домов. Я бы, сопоставив интересы сторон и развитие событий, скорей бы склонился к версии о том, что это шалят мои коллеги по Мраморному клубу. Фуггер убит, я едва не погиб, а приболевший старик Паллавичини резко вдруг засобирался из Англии в Южную Америку. Не на воды, конечно. Барухи писали, что тоже готовят почву для того, чтобы однажды иметь возможность спешно покинуть Североамериканские Штаты и двинуть на юга. После покушения активно пошли тайные консультации между Барухами и южноамериканскими бывшими французскими Ротшильдами. Вполне могут делить полянку.

– И твои действия?

Качаю головой.

– Никаких пока. Подождём, посмотрим за развитием событий. Слава богу, никто из нашей семьи не погиб, так что срочно мстить мне нет необходимости. Всему придет своё время. Время собирать камни и разбрасывать глупые головы. Да и не до того нам сейчас. Война затягивается…

Да, война затягивалась. Неожиданно для всех сторон, включая меня самого. Что ж, в том же июле 1914 года все были уверены, что война продлится от силы два-три месяца и уж точно закончится до Нового года. Не закончилась. Вот и у нас сейчас не закончится. А к этому (о, удивительно!) никто готов не был.

Ведь на чём строилась стратегия Великобритании на случай войны с Германией? Если уж в этот раз Англия осталась без серьезных союзников на континенте, то значит, о долгой позиционной войне с немцами в Европе говорить точно не приходится, ведь военная мощь Британии имеет все преимущества по сравнению с германцами именно в соблюдении концепции игры от обороны за Ла-Маншем. Гранд-Флит должен был надёжно воспрепятствовать десантной операции немцев и не допустить войска рейха в свою метрополию. Немцы бы раз за разом несли колоссальные потери во время попыток десанта, их собственные города и промышленность должна была превратиться в руины, разрушаясь под ударами британской (и американской) авиации. По тайному соглашению между Лондоном и Вашингтоном, в Америке все лето и всю осень 1936 года должны были готовиться экипажи из британских, канадских и австралийских летчиков, США должны были открыть для Англии программу практически неограниченного ленд-лиза, фактически нейтрализуя разрушительный эффект от немецких бомбардировок Великобритании. Где-то в январе-феврале 1937 года Америка должна была по плану вступить официально в войну, а где-то в мае-июне 1937 года начать массированную высадку Совместного Экспедиционного корпуса на северном побережье Голландии, с тем, чтобы занять большой плацдарм и заставить правительство Нидерландов поменять сторону, объявив войну Германии. Это бы привело к эффекту домино и фактически означало бы полный распад Нордического Союза и переход стран Скандинавии, Венгрии, Дании и прочих на сторону британо-американской коалиции. Таким образом, к началу осени 1937 года, по замыслу стратегов в Лондоне и Вашингтоне, Берлин был бы вынужден искать мира на условиях союзников по антигерманской коалиции.

В Берлине же, в свою очередь, будучи прекрасно осведомлёнными о содержании папок в британских сейфах, выдвинули свою стратегию войны. В рейхе прекрасно понимали, что ни о какой позиционной войне речь идти не может априори. На европейском ТВД просто не было где и с кем такие позиционные посиделки устраивать. Война на изматывание грозила Германии катастрофой. Единственной, по их мнению, победной стратегией была успешная высадка огромных немецко-голландских сил непосредственно в Великобритании, опрокидывание английской армии в нескольких сражениях на начальном этапе операции, а дальше наступало время классического блицкрига и танковых клиньев, которые должны были вспороть дряхлое тело старушки Англии, фактически сломив британскую военную машину и моральный дух англичан. Дальше были варианты, включая марионеточное правительство в Лондоне или прямая оккупация, это всё уже были частности. Главные стратегические задачи войны на этот год: 1. Быстрый, в течении лета, разгром британской армии в метрополии. 2. Захват Великобритании и подчинение её воли рейха. 3. Удержание тем США от активных наступательных действий до конца 1936 и до середины 1937 годов. При необходимости, временная оккупация Ирландии. Всё это лишало бы англосаксов аэродромов для бомбежек Германии, давая ей спокойно восстановиться. 4. И к лету 1937 года основные разрушения промышленности Германии были бы возрождены, а немалые ещё ресурсы бывшей британской метрополии работали бы на рейх.

План был авантюрен, но, в целом, реален. Единственное, что мешало немцам – Гранд-Флит. Так что, когда они получили от нас две единицы атомного оружия, в Берлине посчитали, что взяли Бога за бороду.

Я же, со своей стороны, собирался сидеть в стороне до последнего, всячески помогая немцам облегчить в нашу пользу свои золотые запасы, а также принимая у себя их беженцев (тоже не бесплатно). Рассчитывая, в свою очередь, закончить перевооружение своих армии и флота к середине 1938 года. Но война пошла совсем не так для всех сторон, включая меня самого, а неожиданное предложение призвать Елизавету Михайловну на трон независимой Шотландии с перспективой немедленного включения оной в состав Новоримского Союза, просто сломало все мои расчеты. Это давало нам такие сумасшедшие геостратегические перспективы, что у меня даже дух захватывало. Тем более что не замуж, а именно что на трон. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. Повторюсь, мне это всё решительно путало все карты и расчёты, но мог ли я отказаться? Да ни в жисть! Так что…

Словно прочитав мои мысли, Маша спросила:

– Шотландцы не кинут насчёт перспектив Лизы на трон?

Пожимаю плечами.

– Сложно сказать. Они-то хотят не столько Лизу на царство, сколько обрести наконец независимость от Англии. И вообще независимость. Совершенно понятно, что гарантировать независимость Шотландии могут и немцы, усадив на трон своего какого-то принца. Так что мы тут можем играть на противоречиях среди элит в Эдинбурге, а ведь там многие опасаются смены англичан на германцев, что, в условиях оккупации Британии немецкими войсками, будет все время сохранять угрозу ввода войск рейхсвера в Шотландию с фактической ликвидацией их независимости. Наши же войска в Шотландии не дадут немцам это сделать. При том всем, что по мнению многих в Эдинбурге, Россия достаточно далеко, чтобы шотландцы могли играть в более-менее самостоятельную политику, а уступка нам баз на Оркнейских островах в аренду на 99 лет в таких условиях выглядит скорее, как обеспечение охраны их независимости с нашей стороны. Они, в принципе, даже соглашаются уступить Единству, как вариант – Ромее, несколько островов на севере Шотландии. Опять же, немцы согласятся на такой сценарий с нашим участием только при условии, что выбора у них особо не будет. Им нужна победа над Англией до конца этого года, а без нас у них ничего не получится. Что заставляет Берлин быть более податливым в данном вопросе. В общем, торги идут. Посмотрим.

Помолчав, я вздыхаю:

– Там с одним только формированием Регентского Совета при малолетней королеве Элизабетте Первой Шотландской нам предстоит такая головная боль, что не дай боже. Даже такой, казалось бы, простой вопрос, как выбор династической фамилии для Лизки, и тот рождает множество моментов. Впрочем, Романова-Савойская, как мне кажется, вполне рабочий вариант. Нужно будет местного консорта подобрать. Стюарта какого-нибудь. Для закрепления прав на Престол Шотландии и на наследование древних традиций…

Я замолчал. А что тут скажешь? Восхождение Лизы на трон Шотландии мы никак не предвидели и не готовили, а потому шла сейчас сплошная лихорадочная импровизация, на фоне которой проблемы со срочной переброской в Шотландию десятков тысяч наших бойцов выглядели сущей ерундой.

А меж тем, германцы уже практически завершили подготовку к началу нового наступления в Британии, которое уже должно было начаться или произойти в ближайшие 72 часа, если верить данным нашей разведки там. И, судя по тому, как англичане спешно эвакуируют через Ирландию в Канаду всякого рода исторические и культурные ценности, да и просто ценности, включая золото Банка Англии, в Лондоне совершенно не уверены в благоприятном для себя исходе такого удара рейхсвера. Не говоря уж о том, что буквально миллионы беженцев пытались добраться до берегов Ирландии любым возможным способом, используя в качестве плавсредств что ни попадя. Шёл явный Исход и было уже всем понятно, что в ближайшие годы, если Германия не будет так или иначе разгромлена, прежняя старая добрая Англия исчезнет если не навсегда, то на долгие годы.

И самое смешное в этой ситуации то, что наиболее заинтересованной стороной в деле гибели Великобритании были именно Соединенные Штаты. Такой промежуточный итог Глобальной войны их устраивал как нельзя лучше.

В общем, события вновь начинали раскручиваться всё быстрее. Остаётся только успевать перебирать ногами на этой крутящейся под нами бочке истории.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ВЫСОТКА РОМЕЙСКОГО ТЕЛЕРАДИОВЕЩАТЕЛЬНОГО СОЮЗА. 14 сентября 1936 года

Начальник охраны лично распахнул дверцу лимузина. Саша вышел из авто и огляделся. Ничего необычного. Старый Город во всей красе. Собственно, старого в нём, кроме географического района, ничего и не было. Великолепный проспект. Величественные здания в стиле Михайловского ампира, архитектурных стилей Римской и Восточной Римской империй, модного французского стиля бозар и соборов в нововизантийском стиле.

Всюду парки и бульвары. Тысячи и тысячи людей, автомобилей, в том числе и электрических. Общественные места и зоны отдыха полны беззаботных отдыхающих. И ничего пока не указывает на то, что в Европе идёт война невиданных масштабов и ожесточённости, равно как и не указывает на то, что такая война вскоре может прийти и сюда.

Конечно, и он сам, и его отец с матерью делают всё, чтобы война не дошла до благословенного Единства, а его сёстры сделают всё, чтобы исполнить свой долг перед Империей, направляя политику своих государств в нужное для Единства русло.

Нет, Александр не испытывал иллюзий. Как говорится, хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих грандиозных планах, в которых ты уверен на тысячу процентов. Но идти на поводу исторической стихии Августейшее Семейство тоже не собиралось. Как говорит царственный родитель – если судьба улыбнулась тебе сквозь зубы, посмотри на её прихоти сквозь пальцы, делай что должен и случится, чему быть суждено. Управляй обстоятельствами, а не плыви по течению.

Собственно, вся жизнь его отца в этом времени – это два десятка лет битвы с обстоятельствами. И секрет тут прост – его отец точно знал, чего он хочет, и Саша не завидовал никаким обстоятельствам, которые вставали на его пути. Впрочем, и его царственная мать была под стать своему великому мужу. Так что и сам Александр, и его сёстры и брат получили правильное воспитание и образование. Даже если они и не знают о попаданстве отца, и о том, что должно было случиться здесь без него.

А, собственно, ничего бы и не случилось. Ни сам Саша, ни его сёстры с братом, просто бы не появились на свет. Вот и всё.

Но они появились. Вопреки всему и всем. Да, его царственные родители воистину великие люди. Возможно, величайшие люди всех времён и народов. И Александр Михайлович был твёрд в своём намерении удержать факел исторического величия его Рода.

С той стороны парка доносилась мелодия Гимна Единства. Что ж, сегодня понедельник – начало новой учебной недели, и в гимназии неподалёку шла церемония поднятия Флага. Такая же церемония шла во всех учебных заведениях Империи. Общее построение. Подъем Знамени. Поощрения лучшим в разных дисциплинах за истекшую неделю. Объявления из текущей жизни учебного заведения. И всё. Десять минут в неделю. Никаких пустых речей в стиле «взвейтесь-развейтесь». Всё строго по делу. Без нелепого надрывного пафоса, который так ненавидел его царственный родитель, сытый по горло пустым трёпом своего прошлого будущего.

Будущего, которое никогда не случится.

– Ваше императорское величество, мы можем подниматься.

Саша кивнул, и они вышли из-под пуленепробиваемого козырька зоны безопасности высотного здания. Если его начальник личной СБ говорит: «можем подниматься», значит, они всё ещё раз проверили и ничего подозрительного не обнаружили.

Что ж, после последних (дай бог) покушений на его Семью меры безопасности были максимально усилены, но нечего было и думать о том, чтобы отсиживаться в противоатомном бункере. Нет, Августейшая Семья обязана была показать Империи и всему миру, что она уверенно удерживает события под контролем, и никакие перипетии не заставят разжать стальную драконью хватку Имперской Власти.

Именно потому сейчас Саша и прибыл на запись программы «Двести недели с Алексеем Алексеевым». Подданные, друзья и враги должны слышать его уверенный голос. В том числе и в контексте того, что чтобы не случилось с его царственным отцом, божественная Верховная власть в Единстве не пошатнётся ни на миг.

Лифт понёс их вниз. В резервную студию во втором цокольном этаже здания, хотя по всем документам, запись программы велась на сорок третьем этаже. И даже не запись, а якобы прямой эфир через два часа, когда кесарь Империи будет уже далеко от этого места.

Ничего тут не поделать. Протокол безопасности «Эхо».

На пороге студии их уже встречал господин Лифшиц, привычно пользующийся творческим псевдонимом «Алексей Алексеев». Не то, чтобы фамилия Лифшиц как-то его ограничивала в нынешней Империи. Империи, в общем-то, было всё равно – великоросс ты, еврей, татарин или ромейский турок, лишь бы служили общему делу. Но псевдоним у господина Лифшица появился еще до воцарения Михаила Второго, и менять что-либо популярный режиссер, конферансье, ведущий телевидения и радио не захотел. Имеет право. У нас свободная Империя.

– Ваше императорское иеличество, добро пожаловать на программу «Двести недели». Счастлив вас приветствовать в Ромейском телерадиовещательном союзе.

Александр тепло пожал руку ведущего.

– Благодарю вас, Алексей Григорьевич. Рад снова быть у вас в гостях. Студия там же, где обычно?

Кивок.

– Да, ваше императорское величество, как всегда, резервная студия номер три. Когда удобно разместитесь, дайте знать, мы включим камеры и микрофоны. А пока не желаете чай-кофе?

– Чай, как обычно. Только давайте в этот раз без плюшек, тот раз не очень хорошо получилось. Жующий в эфире кесарь выглядит глупо, а сидеть под светом софитов и камерами, не притронувшись к вкусностям, глупо вдвойне, не находите?

Лифшиц сокрушенно вздохнул.

– Да, это была моя ошибка, признаю. Я только потом понял, что вышло нехорошо. Но вы тогда отлично выкрутились из положения.

Кивок.

– Да. Чтобы не выглядеть глупо, я позволил себе откушать несколько печенюшек, пока вы говорили. Но сегодня обойдемся без таких казусов.

– Безусловно. Итак… А вот и чай.

– Благодарю.

– Итак, вы готовы?

Вновь утвердительный кивок:

– Да, начинаем запись.

Голос из динамиков начал отсчет:

– Три, два, один, запись!

– Добрый вечер, дамы и господа. В эфире авторская программа «Двести недели» – программа, в новостях и сообщениях которой вы можете быть уверенными на все двести процентов! У микрофона, как и всегда ведущий Алексей Алексеев. Сегодня у нас по доброй традиции Высочайший гость – его императорское величество кесарь Империи Единства Александр Михайлович. Добро пожаловать в нашу программу, ваше императорское величество! Мы рады вновь приветствовать вас в нашей студии!

– Благодарю, Алексей Григорьевич. С удовольствием позволил себе в очередной раз воспользоваться вашим любезным приглашением на программу. Добрый вечер, дамы и господа, здравия желаю всем боевым товарищам, приветствую всех, кто Служит нашему Единству.

– Ваше императорское величество, не могу не задать вопрос, который, без сомнения, волнует всех верных русских подданных. Прояснились ли обстоятельства дел в части расследования покушений на нашего благословенного императора Михаила Александровича, на вашу царственную мать императрицу-кесариссу Марию Викторовну и вашу царственную сестру Викторию Михайловну? Кто стоит за этими чудовищными акциями?

Саша кивнул. Конечно. Вот прямо сейчас он всё и выложит в эфире. Затем и приехал. Как говорится, где прятать лист? Правильно – в лесу. А труп, соответственно, на поле боя. Ну, а тайны?

В телерадиоэфире. Среди миллионов зрителей и слушателей.

Всё просто, не так ли?

– Алексей Григорьевич, вы же понимаете, что я не могу раскрыть тайны следствия. Расследование ещё продолжается. Единственное, что пока возможно сообщить, так это то, что точно установлена причастность ко всем покушениям боевиков польской террористической организации «Великая Речь Посполитая», штаб-квартира которой, до недавнего времени располагалась в Лондоне. Я думаю, что излишне сомневаться в том, чьи уши торчат за всеми этими покушениями на власть в Единстве и во Франции. Если у кого и имелись до этого какие-то сомнения, то это дело ясно показало, что в Лондоне вовсе не друзья наших Империй и наших народов.

Лифшиц закивал, и тут же задал уточняющий вопрос:

– Да простит меня, ваше императорское величество, но не та ли эта организация, в штаб-квартире которой в Монреале три дня назад произошёл мощный взрыв? Американская пресса пишет, что там как раз проходило общее собрание руководства масонской ложи «Великая Речь Посполитая»? Говорят, что погибло девятнадцать человек.

Саша сделал неопределённый жест, рисуясь на камеры телевидения (пусть и в записи), мол, что-то такое можно было бы предположить. Вслух же он лишь добавил:

– С врагами нашей благословенной Империи часто случаются фатальные неприятности. Такова жизнь, как говорится.

Ведущий кивнул и повторил:

– Да, такова жизнь. Как любит выражаться ваш царственный отец: «Кто нас обидит, тот три дня не проживёт».

Александр скупо усмехнулся.

– Ну, конечно, это фигура речи. Это я про три дня. Но неотвратимость неизбежна!

Что бы эта фигня ни значила, прозвучало всё же хорошо. Отец оценит шутку юмора.

ТЕКСТ ВАЛЕРИИ БАБКИНОЙ (О. Лерр)

МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. РЕЗИДЕНЦИЯ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 15 сентября 1936 года

ЕЛИЗАВЕТА

Мне кажется я навсегда запомню этот день. Когда из ребенка я стала даже не подростком, а сразу же взрослой.

Мика и Мася тихо вели беседу, прогуливаясь по саду, пока я едва успевала за ними. Настолько новости давили на мою юную голову, что впервые я была так рассеянна и напряжена одновременно.

– Ваше величество, кажется, ваши думы заставляют даже небеса затягиваться тучами, – вдруг насмешливо раздался голос Маси над моим ухом.

– Да, она просто волнуется, что шотландские шутки ей будут так же непонятны, как и английские, – с трудом сохраняя серьезное выражение лица парировала Мика.

Наградив обеих улыбкой по этикету, показывающей, что их колкости мне нипочем, я впервые за этот день решилась сказать хоть слово.

– Обдумываю, кто войдет в регентский совет и кому я смогу из них на самом деле доверять, – мрачно произнесла я.

Мася лишь иронично покачала головой:

– Не забивай голову всякой ерундой, сестричка. Решать всё равно не тебе. Наш царственный отец устроит тебе регентский совет, как устроил и эту корону. В общем, тебе сообщат. Ровно столько, сколько тебе будет нужно знать, чтобы безмятежно спать.

Огрызаюсь:

– Завидуй молча, сестричка!

Смех и показан язык. Старшей из нас пришлось вмешаться, дабы наша пикировка не переросла во что-то большее.

– Не думаю, что у тебя есть повод для волнений, – попыталась подбодрить меня Мика. – Папа не даст тебя в обиду.

– Освоишься за пару лет, как наша мама освоилась в России, как Мика осваивается здесь, а мы с Викторией… – подхватила Мася.

– Вы все жены государевы и на трон взошли или взойдете через брак. И вас приняли по умолчанию, – неожиданно жестко заявила я. – А я приеду в страну горцев, не зная о них ничего, и стану их первой королевой за триста лет. И мужа, с верными ему людьми, у меня тоже нет. Не говоря уж о том, что Шотландия должна сыграть важную роль в планах отца. И когда придет время она должна будет принять и выдержать удар.

Сама не знаю почему я так резко начала говорить с ними. Это на меня не похоже. Я обычно улыбчивая тихоня Лизи. Отличница, которая всегда выкладывалась на полную, чтобы ни один человек не смог сказать, что я хуже старших сестер или хоть чем-то недотягиваю до чада венценосных родителей.

Но сегодня хотелось просто сбежать в безлюдное поле и громко-громко закричать.

В голове так и звучало эхом: «Королева Элизабет Шотландская».

«Шотландская».

«Королева. Королева».

А мысли скакали и метались как жемчужины из лопнувшего ожерелья. От тяжелых крупных, как государственные думы и большая политика, до полнейшей глупости тринадцатилетней девушки вроде прыщика, выскочившего на подбородке сегодня утром.

Прыщавый подросток. Она же Королева Элизабет Шотландская.

И ещё. Я знаю, что в душе любая из моих сестер хотела бы оказаться на моем месте и получить своего рода независимость, но мне было так страшно, что, если бы не вся выучка Звёздного лицея, бежала бы я куда глаза глядят.

– Ваша Царственность, – внезапно раздался голос рядом со мной.

Слегка повернув голову, я увидела знакомое лицо помощника моего отца.

– Вас ждут в кабинете.

Невольно я расправила и так прямые плечи. Совсем скоро Ваша Императорская Царственность исчезнет, и я стану Ваше Королевское Величество и раз судьба решила, что я должна править Шотландией единолично, значит, я ее не подведу. И Шотландию. И особенно, отца.

Меня будут бояться и ненавидеть. Уважать и восхищаться. И навсегда запомнят Элизабет Первую – королеву Шотландии.

Главное не налажать и не дать себя убить, для мамы это станет страшным ударом.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 16 сентября 1936 года

– …В связи с чем мне представляется разумным…

Вовка усиленно писал под мою диктовку. Разве что язык не высунул от усердия. Я его сегодня привлек на службу в качестве моего временного секретаря-стенографиста, временно же присвоив ему звание зауряд-корнета и флигель-адъютанта Моего Всевеличия. Пусть поработает малец. В жизни пригодится.

Гадство! Как же паршиво человеку, который по роду деятельности должен много писать, у которого правая рука в гипсе, а левой я писать совершенно не умею! Мои каракули даже жена разобрать не может. Так что пришлось привлекать к делу младшего сына. Конечно, у меня имеется полный штат всякого рода секретарей, помощников и прочих адъютантов, но, во-первых, не всё при них можно говорить, не всё можно давать записывать, да и присутствовать при мне они могут далеко не всегда. Есть такие понятия, как тайна имперского значения, и прочие прелести секретности. И не только. Да, самые секретные вещи записывает под мою диктовку сама Маша, иногда это может быть Саша (но он редко бывает рядом), но вещи попроще может записывать и Вовка. Да и полезно ему окунуться в мир Верховной власти. Да и пора уже. Одиннадцать лет пацану. Пора пристроить к делу как следует. Не всё же из автоматов по полигонам стрелять.

– …организовать встречу «четверки» в Риме после похорон Умберто. В качестве места встречи предлагаю мой Палаццо Венеция… Записал?

Вовка кивнул.

– Да, пап.

Я поморщился:

– И не «папкай». Ты на Службе.

Мальчик кивнул.

– Простите, государь, я забылся.

– Хорошо. Дай письмо, я перечитаю.

Пробегаю взглядом каракули. Нет, я наговариваю, конечно. В Звёздном вполне хорошо гоняют в части каллиграфии и чистописания. Так что написано вполне читаемо. Даже с завитушками, прости Господи. Ладно, не буду придираться.

– Хорошо, положи в конверт, заклей, напиши адрес, вон на столе лист, третий адрес сверху. Да, который кайзера. Написал? Сложи в ящик дипломатической почты.

Пока сын занимался манипуляциями с письмом, я откинулся в кресле и прикрыл глаза. Что ж, ситуация в Европе и мире становится всё более сложной. Война затягивалась. Ведь разгром Англии – это лишь частности. Англия обречена – это научный факт. В этом году мы её дожмём. Коллективно. Но и делить Англию нужно коллективно. Лучше пусть немцы потом оккупируют Ирландию и возятся с ней, как дурак с фантиками.

А Британцы чувствовали, что обречены. Полным ходом шла эвакуация в Канаду всего, что только можно было оторвать от почвы родной Британщины. И миллионы, миллионы британцев (в первую очередь англичан) покидали метрополию, отправляясь за океан. Вывозились культурные ценности, научные наработки, оборудование, и, конечно же, специалисты.

Насколько я знал, королевская семья находилась сейчас буквально на низком старте на острове Мэн, готовая рвануть в Монреаль при первой же угрозе. А может, и при первой же возможности.

Наши союзники также готовились. С итальянцами всё понятно. Им Англия особо не интересна, но вот Португалия интересна весьма и весьма, поскольку сия страна была плотно завязана не только на Лондон, но и на Рим, точнее на его Старые Семьи. А в ситуации, когда британцы явно терпели поражение, в Лиссабоне явно поднимали головы те, кто видел будущее королевства в плотном союзе с Италией и в составе Новоримского Союза.

Лично я был «за» такое развитие темы. Ирландию пусть окучивают немцы, а вот Португалия нам интересна, особенно в контексте того, что Испания легла под Германию и вошла в Нордический Союз. Баланс сил нужно было соблюсти и в этой части Старого Света. В том числе и в контексте контроля ворот в Средиземное море. Гибралтар, конечно, теперь испанский, но и Португалия могла блокировать вход со своей стороны. Разместим там пару-тройку баз, развернем эскадру нашего флота, подкрепим ядерным оружием, и никто туда не сунется в здравом уме.

Что ж, шло активное переформатирование Европы и всего мира. 1937 год будет переходным, но, пожалуй, в 1938–1939-м, максимум в 1940-м мы увидим совершенно новую, другую конфигурацию окружающего мира.

Да, повторюсь, наши союзники готовились. Готовились урвать куш. Или хотя бы свой кусок. Поприличнее. Хоть где. Хоть у кого.

Хватай мешки – вокзал отходит! Так говорят в таких случаях в определённых кругах. Впрочем, большая политика мало отличается от Дикого Запада, от подворотен Одессы или Ленинграда.

Шло активное формирование двух Новоримских Экспедиционных корпусов: 1-го Европейского и 2-го Африканского. На подходе был и корпус № 3 – Азиатский. Сербы, черногорцы, великодаки, словакорусины, эллины, болгары формировали свои бригады или батальоны в эти экспедиционные корпуса. Про великие нации и говорить нечего – итальянцы и французы формировали целые армии. Даже османы с афганцами хотели иметь свой контингент в общей армии НРС. И даже Сунгария, Тирус и Монголия с Персией. И даже Египет, желавший окончательно закрыть вопрос с Суданом. И даже Эфиопская империя не осталась в стороне.

Маша однажды сказала, что это всё её очень пугает. Пугает и напоминает библейскую историю о грядущей битве при горе Мегиддо. Армагеддон, короче говоря. Семь ангелов, имеющие семь труб, и прочая хрень из Откровения Иоанна Богослова.

Я лишь пожал плечами. А как она себе представляет сражение за весь мир? Хоть при горе Мегиддо, хоть где-то в другом месте по всей планете? Тем более что и Нордический Союз, и Западный Союз во главе с США, и Альянс Южного мира из Южной Америки, юга Африки и Австралии тоже создавали свои военные союзы? И все полным ходом ведут разработки атомного оружия и химических боеприпасов? Да и со всякими бактериями балуются.

Я что, должен на всё это дело смотреть?

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. САРАТОВСКАЯ ГУБЕРИЯ. ЕКАТЕРИНЕНШТАДТ. ТАБАЧНАЯ ФАБРИКА «KATHARINENTABAK». 17 сентября 1936 года

– Прошу вашу императорскую Царственность обратить внимание вот на это. Новая линия по производству папирос. Всё оборудование получено нами в этом году из Германии. У нас сейчас очень большой заказ на поставку папирос в рейх. Спрос просто огромен, рабочих рук не хватает довольно остро, так что мы очень рады переселенцам из Германии, пусть даже они к нам переехали временно.

Мася с интересом осматривала производственную линию. Задавала уточняющие вопросы. Выслушивала ответы. Кивала.

Вчера началась её рабочая поездка по Поволжью. Особенный интерес у неё вызывали места компактного проживания местных немцев и условия расселения прибывших из Германии в рамках программы временной эвакуации. Она отлично знала поговорку о том, что нет ничего более постоянного, чем «временное», поэтому вполне представляла себе, что вернутся домой далеко не все. Но вернутся. И будут вспоминать как к ним приезжала будущая кайзерин Великогерманского рейха Мария.

С ней прибыла представительная делегация, в том числе сотрудники посольства Германии во главе с послом, а также представители деловых кругов рейха. Её статус был вполне понятен всем присутствующим, поскольку о предстоящей помолвке между кронпринцем Луи и царевной Марией Михайловной уже было объявлено официально, так что окружающие её воспринимали именно в этом качестве – невеста кронпринца Германской Империи.

Так что реакция немцев, и местных, и временных переселенцев была соответствующей. Восторги, охи, ахи, воодушевления, восторги, охи, ахи…

Поездка была полезной во всех смыслах. И интересной, и поучительной, и позволяла пообщаться с будущими подданными, и вообще проникнуться лишний раз немецким духом. О её поездке, конечно же, напишут все немецкие газеты здесь и все германские там. Её поездку снимали для кинохроники, серьезно работали и люди князя Суворина, обеспечивая информационное сопровождение, и обеспечивая хорошее промо в самом рейхе. И не только. Европа и весь мир должны знать в лицо новую восходящую звезду первой величины на небосклоне Владетельных Домов Европы.

Что ж, переселенцы продолжали прибывать. Вроде особых жалоб в части размещения и устройства Мася от них не слышала. Работа для них есть. В том же Екатериненштадте табачная фабрика сейчас сильно расширяла своё производство, буквально заваленная заказами и экспортными контрактами на поставку табачной продукции в Германию. В городе также работал «Завод сельскохозяйственных машин и оборудования братьев Шеффер», выпускавший продукцию широкой номенклатуры – от веялок, борон и плугов до тракторов. Разных. От ручных минитракторов до полноценных средних машин. Продукция предприятия была востребована на рынке России, а теперь интерес проявили и в Германии, так что перспективы у детища братьев Шеффер были отличными, поэтому переселенцев они также охотно принимали и расселяли в своём городке при заводе.

Православная церковь апостола Андрея Первозванного, Евангелическо-лютеранская церковь Святой Троицы, римско-католическая Церковь Христа Царя.

Краеведческий музей.

Рынок.

Более десятка различных учебных заведений, городская библиотека, больница, почтово-телеграфная контора, дом трудолюбия, детский приют, коммерческий банк.

Число промышленных предприятий превышает десяток (выделка кож, мукомольное производство, производство табака, сельскохозяйственных орудий, кирпича и мыла).

В городе имеется собственная телефонная станция и радиостанция.

Вообще же, Екатериненштадт вовсе не был таким уж заштатным городишкой. Население его сейчас бурно приближается к цифре в двадцать тысяч человек. В основном немцы. Поэтому и выглядел Екатериненштадт, как типичный немецкий город – чистенький, ухоженный, упорядоченный.

Непременный памятник императрице Всероссийской Екатерине Великой, к подножию которого Мася возложила букет сразу по прибытию в город.

Мася смотрела на царственную пра-пра-пра-прапрабабку. Смотрела снизу-вверх. Бывшая германская принцесса София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская сидела на своем троне и устало смотрела на свою далекую правнучку. Смотрела спокойно и оценивающе, словно прикидывая, справится ли она? Сможет ли? Полюбят ли её новые подданные? Полюбит ли она Германию так, как сама принцесса Фике полюбила Россию? Всем сердцем?

Точно так же, как её великая прабабка, Мася выйдет замуж в шестнадцать лет. Как и её царственная мать, и её сёстры, и её тётки. Ей уже пятнадцать с половиной. Уже совсем скоро.

В непростое время она выходит замуж и едет в новое Отечество. Придётся перейти в лютеранство, но с этим ничего не сделаешь, ведь это обычная практика. Сама принцесса Фике приняла православие, став Екатериной Алексеевной, её мать перешла из католичества в православие, а её собственная сестра Вика перешла в католичество, чтобы стать императрицей Франции. Что ж, как говорится, Париж стоит мессы. Не она это придумала. Всякая принцесса должна уважать не только своего мужа, но и законы с обычаями своей новой Отчизны. Так что…

Мася вдруг усмехнулась. Если уж немка и итальянка стали русскими, то и она в своё время станет немкой, оставаясь при этом в душе русской. Сама являясь при этом по крови наполовину немкой и наполовину итальянкой.

Ладно, приживется как-то. Не она первая и не она последняя. Лизке вон вообще предстоит принять на своё ещё детское чело тяжелую владетельную корону Шотландии. Ей, конечно, помогут, но жизни её, скажем прямо, не слишком позавидуешь.

Очень беспокойное время. Время, когда тебя всё время пытаются убить.

Да и сама Мася с болью в душе читала и смотрела новости из Германии. Столько погибших и разрушений. Столько беженцев. Даже во времена минувшей Великой Войны рейх и его народ страдали меньше. И она очень надеялась на то, что Англия вскоре падёт, война в самой Европе вскоре утихнет, а Германию перестанут бомбить. Быть императрицей бесконечных руин и гигантских кладбищ ей не очень хотелось.

Но она была уверена – отец обязательно придёт на помощь. Иначе и быть не могло.

РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. ПАНТЕОН. 18 сентября 1936 года

Траурная процессия государственных похорон.

Черно-золотая урна с прахом. Артиллерийский лафет. Двенадцать лошадей. Флаги Римской Империи и Савойского Дома. Строго-торжественные ряды Лейб-Гвардии. Тысячи и тысячи скорбящих людей на улицах столицы. Длинная колонна официальной похоронной процессии. Монархи идут во главе её.

Рим. Единство. Черногорцы. Французы. Элины. Сербы. Великодаки. Болгары. Словакорусины. Чехи. Германцы и страны Нордического Союза. Япония. Союзники и партнеры поменьше – Тирус, Сунгария, Сиам, Афганистан, Персия. Османия. Империя Цин.

Великобритания, США, Бразилия, Аргентина, Мексика, Уругвай, Чили, Гватемала представлены на уровне послов.

Императоры Рима, Единства, Франции и Германии снимают урну с прахом с лафета.

Гимн Рима.

Пантеон.

Прощальная церемония.

Задвинута мраморная плита.

Императрицы Мария, Виктория, царица Болгарии, великая княгиня Сунгарии, царевна Елизавета возлагают цветы…

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

ИРЛАНДСКОЕ МОРЕ. КРЕЙСЕР ВМФ САСШ «ПЕНСАКОЛА». 20 сентября 1936 года

Освальд смотрел на проплывающий по правому борту последний островок Англии. Строго говоря это была не Англия: Остров Мэн был суверенным владением Короны, но в королевство Великобритания никогда не входил. Осколок большого кельтского мира, последний не тронутый огнем войны кусочек родной земли. Из-за горизонта на Востоке громыхал и пылал Ливерпуль, который он оставил менее часа назад, успев уйти от очередной террористической бомбежки. Ему снова повезло. Смерть, неминуемая, судя по доносящемуся непрерывному гнетущему гулу, снова не нашла его. Он был жив. И он был мёртв. Сегодня умерла его вера и надежда.

Когда пять лет назад он триумфально вернулся в Парламент, Освальду, казалось, что он сможет спасти Англию. Проиграв Невиллю Чемберлену в 1925-м, он решил поездить по миру, закончить образование. Казалось, он мог себе это позволить. Его таланты несомненно вывели бы его вперед среди лейбористов, а брак с Синтией Керзон, да и собственное происхождение, всегда позволяли вернуться в ряды консерваторов. Но Освальд был молод – он мечтал не столько о почете, сколько о власти. Точнее он еще мечтал возродить величие Англии. Прямо как убитый на днях Хьюго Лонг, шедший от прогрессистов в президенты Штатов с девизом «Сделаем Америку Великой!». Довыделывался. В Штатах не против величия, если оно не требует «Поделится нашим богатством»[1]. Луизианские «Рыбный король» Лонг должен был это понимать. Фрэнки умнее, тоже ведет страну к величию, но умеет ради этого не злить «денежные мешки». Они и его поначалу щемили, но вроде два года назад президент САСШ с акулами Уолт-стрит договорились.

Тогда, одиннадцать лет назад, Освальд поиск себя со Штатов и начал. Они с Франклином Рузвельтом люди одного круга и клуба потому и сошлись быстро. Собственно, благодаря зародившейся тогда дружбе он и стоит сейчас на борту крейсера флота Соединённых Штатов. Они много говорили тогда, и Освальд, как ему показалось, понял, как устроен Мiр. Понял он и то, что ключи от него он не получит в Вашингтоне или Нью-Джерси с Бостоном. Тогда проехав «за Солнцем» ещё полземли, он нашел пристанище в числе студентов Джона Мейарда Кейнса, перебравшегося со своей русской женой и маленьким сыном в Университет Нового Рима. Ещё в Лондоне им повезло сойтись с профессором, и обучение шло крайне успешно.

Обогнув землю, Мосли смог понять, что часы Британской империи сочтены. Вопрос для неё только в том, как наиболее достойно и с наименьшими потерями передать тяготы «правления Морями» более молодым нациям. Путь американской плутократии для Империи не подходил. Дельцы Сити со времен Кромвеля прибирали в ней власть, но Славная Революция вернула влияние и благородным лордам. В их партнерстве и была рождена Британская империя. Но у капиталов нет отечества и теперь дельцы были ведомы прибылью за океаном, а поместья не могли его переплыть. Разве что вместе с островом. В Единстве Освальд, кажется, нашел путь для обновления и спасения благородного английского общества.

Освальд многое видел в России и Ромее, Риме, со многими успел поговорить и завести дела… Но на самый верх его не пускала какая-то сила. При императорском Дворе чаще бывала Синтия. И это нельзя было объяснить только его учебой. Она тоже училась. Но при всём декларируемом в Константинополе равенстве рождение женщиной давало больше возможностей «сочетать приятное с полезным». Впрочем, его любимую это спасло два года назад, когда спешно пришлось лечить её в лазарете на Острове… Да-а. «Остров» и для него это уже не Великобритания…

В Ромее было хорошо, но неприкаянно. Он решил не оставаться по окончании экономического курса в очной аспирантуре профессора Кейнса. Начавшийся мировой экономический кризис требовал действия. Мосли – это действие! И он вернулся в Лондон и даже вернулся в парламент пройдя-таки от лейбористов. А потом бросил этих импотентов и стал одним из лидеров Народно-монархической партии. Это стоило ему места Канцлера герцогства Ланкастерского. Но ему была нужна не синекура, а действие! Действие! Британия нуждалась в обновлении! Подлинное освобождение ей мог принести только великий короли или великий лидер. Такой как он 6-й баронет сэр Освальд Эрнальд Мосли!

Но этим дуракам, даже сидящему на троне, не нужно было Освобождение! Все, даже лейбористы, пели о верности монархии и традиции, но бремя этой верности перекладывали на других. Евреи и прочие итальянцы Сити хотели слиться со своими партнёрами с Уолт-Стрит, джентри и лорды хотели сохранить своё благополучие и распущенность, продолжая стричь ренту с земельных владений, заводчики и торговцы хотели новых заказов и сбыта в новые колонии… Монарх с со своей одержимой Моррасом и местью женой-француженкой хотели стравить и обрушить своих врагов ради собственного тщеславия и величия… Даже профсоюзные активисты хотели гарантированного хлеба и масла. А придурки из Фолькс Фронта мечтали о «торжестве арийской расы». Империи на все эти желания уже не хватало.

Он честно пытался переломить ситуацию. Готов даже был объединится с тем же Фолькс Фронтом ради спасения британской нации. Синти удержала. Она, пожалуй, тогда на Острове, еще слабая от болезни была наиболее властной. Может она и права. Лежал бы он сейчас, как эта неприкаянная дура Рота Линторн-Орман[2] со своими штурмовиками-фольксистами, в развалинах Манчестера или болотах Камбриджшира… А после его гибели вчерашние соратники начали бы петь о «скорейшем мире, ради примирения в рамках Великой германской нации»?.. НЕТ! Бессмысленная смерть – не для него! Ради кого? Ради короля Эдуарда? Его Изабеллы? Или Англии? Какой Англии?!

Нет больше Англии. Еще не пал Лондон и Бирмингем. Ещё мерсийцы и кентцы ходят с индусами и неграми в самоубийственные атаки, но золота Банка Англии уже давно переплыло океан, королева и Кабинет уже в Ньюфаундленде, король прячется на нетронутом бомбами острове Мэн, города разрушены, а пашни и луга Англии «удобрены» трупами и химией и не скоро дадут всходов… Толпы беженцев в Ирландии и Бретани, не меньшее их число уже в Канаде и ждет в последних нетронутых портах Уэльса отправки с посадками в Австралию и к прочим антиподам. Король трус, твердит что «Империя не сдастся после потери Шотландии, Уэльса и Англии!» Какая Империя? Колонии уже фактически проданы Рузвельту за 5 линкоров, 10 крейсеров и 100 эсминцев с бесплатный перевоз, бегущих американскими транспортами…

Но есть ли спасение? При всём уважении и дружбе, Франклин Делано Рузвельт хоть и лидер, но не правитель «Свободных наций». Он способен пока балансировать между кукловодами, но он не может сам делать ходы в мировой шахматной партии. И уж точно он не спаситель Англии! «Ничего личного! Только бизнес!» – так кажется говорят в Бостоне? Эти потомки пилигримов уже первыми начали обирать британскую нацию. Его Освальда нацию! И ему на этом пиру падальщиков места нет.

В Америке он не найдет защиты и правды! Эти глупцы не поняли, что не кровь, не деньги, а сильная власть – спаситель любой страны! И сами они уже не поймут и не справятся. Нужен сюзерен. Мудрый править, который может установить подлинный мир и защитить принявшие его народы. И такой правитель сейчас один. В его руках мудрость и ядерный «Меч Господень». Великобритания уже покарана им. Но именно Он – спасение для осколков Британской империи. Уже скоро крейсер зайдет в Белфаст, прежде чем уйдет к берегам Новой Англии. Может стоит сойти? Надо немедля поговорить с Синти. Михаил Великий, как знают уже и при дворе последнего Винздора, на днях высадится в Шотландии. Ему, сэру Освальду Эрнальду Мосли, нужно в Эдинбург! Там он может быть полезен себе, Константинополю и тому что останется от Англии. Что ж. Он ещё не мертв! У него есть Синти – его любовь! И ещё остается надежда!

РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. ПАЛАЦЦО ВЕНЕЦИЯ. РУССКАЯ МИССИЯ. 22 сентября 1936 года

Сегодня я был радушным хозяином. Моему тестю было не с руки в дни траура устраивать приёмы, поэтому я взял на себя эту функцию. Впрочем, всего-то нужно было поговорить четверым, видавшим виды, но от этого не менее респектабельным мужчинам.

Сегодня без титулов. Без корон.

Четверо мужчин собрались пропустить стаканчик и поговорить о делах наших… Нет, не скорбных, скорбные разговоры окончены, слова сочувствия произнесены и приняты. Личное горе вызывает сочувствие, но чрезмерная зацикленность на нём не вызывает уважения.

Не того полёта собрались люди за этим столом.

Четыре ведущих Владетельных Дома Европы. Романовы, Савойские, Гогенцоллерны, Орлеаны. Я, мой тесть Виктор, мой зять Анри и мой будущий сват Вилли.

Такая вот у нас узкая семейная тусовка.

Всё, как в лучших Домах Европы. Впрочем, кого я обманываю? Мы и есть лучшие Дома Европы. Если, конечно, не учитывать Англию. Ну, её-то мы как раз и учитываем. В том числе и в контексте: «взять всё, да и поделить!»

Вилли был мрачен до чрезвычайности. Оно и понятно, ведь на наступление в Британии возлагалось много надежд. Слишком много, я бы сказал. Прошло уже восемнадцать дней активных боев, и, из них, восемь дней непосредственно штурма английских позиций, которому предшествовала практически десятидневная артподготовка, перемежающаяся с затяжными бомбардировками с воздуха. И пока решительного прорыва на стратегическую глубину немцам достичь не удалось. Да, что там «не удалось», германцы откровенно увязли, сумев углубиться между Лидсом и Шеффилдом на расстояние до двадцати километров при ширине прорыва по фронту в тридцать километров.

Южнее результаты были менее скромными, хотя и большим успехом взятие Ноттингема и Лестера назвать было сложно. Англичане хорошо подготовили свою эшелонированную оборону, без всякого стеснения применяя минные поля, химические фугасы с дистанционным подрывом и прочие, неприятные для наступающих, сюрпризы.

Я знал, что где-то там, в резерве, ждёт своего часа танковая группа Гудериана, в которой, по нашим оценкам, собран бронекулак примерно в тысячу машин, не считая средств усиления, снабжения и прочего санитарно-продовольственного обеспечения. Но этот кулак следовало пускать либо в наметившейся прорыв в развитие успеха, либо отправлять на штурм всё ещё укрепленных позиций противника, с риском потерять до половины личного состава и техники, чего в Берлине себе позволить не могли.

Но, в конце концов, немцы оборону британцев прогрызут. Другое дело, какими потерями это будет оплачено и хватит ли потом сил на развитие наступления на Ливерпуль? А время идёт. Я бы даже сказал, что время уходит. Катастрофически. И планы сокрушить Британию до ноября становились всё призрачнее, разбиваясь о реальность.

Собственно, потому мы здесь сегодня и собрались. На пир, так сказать. Чтобы чаю попить, яств отведать, да анекдоты потравить друг другу. Или байки, тут как кому угодно.

– Итак, коллеги, приветствую вас в Палаццо Венеция. На правах хозяина дворца позволю себе начать нашу встречу.

Возражений, понятно, не последовало, и я продолжил:

– Первым и главным приоритетом сегодняшнего дня я бы назвал скорейший разгром Великобритании в пределах её метрополии. Второй вопрос повестки – это, если так можно выразиться, послебританское устройство Великобритании. Бывшей Великобритании, разумеется. Думаю, что выражу единое мнение присутствующих по данному моменту – Британия больше никогда не должна возродиться на этих островах. Все беды Европы за последние лет тысячу чаще всего произрастали именно на берегах Туманного Альбиона. А значит, это гнилое семя нужно выкорчевать с корнем из Европы. Выкорчевать быстро. Если потребуется, то буквально выжечь, устраняя саму возможность возрождения общей для нас всех опасности.

Вилли криво усмехнулся.

– Да, выжечь было бы хорошо.

Все прекрасно поняли скрытый подтекст сказанного кайзером. Да, фронту не хватало перелома, а обычные средства пока решить проблему не могли. На что Вильгельм Третий прямо и намекал.

Но я гнул свою линию.

– Британия много столетий была общей проблемой для всех нас. А потому и решать эту проблему нам нужно сообща. Решать быстро и принципиально. Принять решение желательно сегодня, ибо время уходит, 4 ноября всё ближе. А переизбрание Рузвельта не сулит ничего хорошего, ведь все присутствующие знают о концентрации американских войск в Ирландии. Пока они именуются «добровольцами» и тихо сидят в пределах, отведённых им ирландским правительством военных баз и временных лагерей. Но, по оценкам разведок Единства, в Ирландии уже сконцентрировано сил примерно на два наземных армейских корпуса и авиационную бригаду. И войска продолжают прибывать из Америки, где формирование «добровольческих батальонов» уже поставлено на поток. Одновременно с этим происходит развертывание американских сил Корпуса морской пехоты. И, по имеющимся сведениям, идёт подготовка к скорому объявлению частичной, а возможно, и полной мобилизации сразу после официального вступления США в войну на стороне Британии.

Вильгельм заметил:

– В Вашингтоне не меньше нашего заинтересованы в разгроме Британии. Потому и ждут. Так что выборы президента – это лишь один из факторов. США придут Лондону на помощь только тогда, когда станет ясно, что британская Метрополия окончательно и неотвратимо утратит статус центра Британской империи.

Киваю.

– Но это не отменяет постоянную отправку «добровольцев», не так ли? Такой формат позволит Вашингтону затянуть конфликт на годы, обескровливая тем самым и Британию, и Европу. Мы же себе этого позволить не можем.

Ну, мы-то можем, а вот Германия – нет. Поэтому мой посыл направлен именно в адрес Вилли, и он прекрасно понимает, о чём я толкую.

– К тому же, насколько я могу судить, пока прервать морской коридор между Дублином и Ливерпулем германским силам не удается, не так ли? Не говоря уж о сплошном потоке авиационного сообщения между Ирландией и Британией.

Кайзер вновь отпил чай и промолчал. Сотрясать воздух впустую он не любил, а я говорил вещи вполне очевидные. В конце концов, Вилли был прав, ведь мы тут собрались не воздух пинать, а пытаться решить существующую проблему.

Конечно, Германия бы предпочла обойтись своими силами, но у неё явно не получалось в этом году додавить британцев. Хотя те явно сдувались, но перелома пока не просматривалось. Англичане довольно успешно избавлялись от излишков едоков, массово эвакуируя через Ирландию стариков, женщин и детей, получая взамен ощутимую военную помощь, а продолжающаяся до сих пор и длящаяся на протяжении вот уже трёх лет война в Испании, явно и наглядно демонстрировала, что война в таком формате может длиться годами.

Всё это было понятно, но был во всём этом один неприятный затык – разгром Британии в этом году без вступления нас в войну практически нереален, а вступать официально в войну нам крайне не хочется. Но и Франции не хочется. Во всяком случае – пока. Про Италию и говорить нечего, поскольку никаких интересов у Рима в том районе не просматривалось. Как говорится, продавать вооружения, боеприпасы и технику воюющей Германии – охотно, а воевать самим – шиш с маслом!

Однако парадокс был в том, что весь Новоримский Союз смотрел именно на нас. Если мы останемся в нейтральном статусе, ограничиваясь поставками и прочими «добровольцами», то и наши новоримские союзники предпочтут сидеть пока на попе ровно и ждать развития событий. Им что – больше всех надо? Даже Франция пока осторожничает, хотя и поглядывает голодным взглядом через Ла-Манш. А ведь Анри очень, нет, не так, ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ нужна маленькая победоносная война! Но так, чтобы без особого риска осложнений во внутриполитической ситуации. А это значит, что сами они туда не полезут. Только «исполняя союзнический долг» и рассчитывая на широкий поток поставок из Единства и Италии.

Но стоит нам вступить в эту войну, так за нами подтянутся и все остальные, включая тех, кому там и ловить-то нечего. Просто рассчитывая «поучаствовать» и получить по итогу какие-то персональные плюшки за счёт Британии где-нибудь в Африке или в Азии, острова какие-нибудь в океане или ещё что. Та же Мафальда вот уже два десятка лет спит и видит себя в императорской короне, а для этого Болгарии нужно иметь заморские территории для обретения статуса полноценной империи. И Татьяна в Сербии не откажется, да и Ольга предпочтёт организовать для сына помимо трона Великодакии ещё и императорскую корону. Быть императором в наше время стало очень модным в Европе.

С некоторых пор.

Да что там в Европе! Если даже Сунгария и Тирус плотоядно осматриваются по сторонам, даже Афганистан неровно дышит в адрес приграничных районов Персии и Британской (пока) Индии. Что уж говорить о таком мегахищнике, как Япония? Ибо все чувствуют, что подходит время Большого Передела мира, и выиграет тот, кто успеет застолбить интересные куски для себя любимого. А то ведь можно и повторить печальную судьбу Германии, которая слишком поздно объединилась, когда все колонии уже были поделены между другими. Так что, да, у нас всех наступало беспокойное время.

В том числе и для нас.

И я бы предпочёл подождать. Если бы не Лиза и её будущая (как я уже внутренне был уверен) корона Шотландии.

Конечно, права на эту корону от Савойского Дома имела в теории еще и старшая дочь покойного Умберто, но мой тесть благоразумно отказался от притязаний. Италии сейчас точно не до такого экстрима на другом конце Европы.

Поэтому этот приз получит моя Лиза.

БРИТАНИЯ. ГЕРМАНСКАЯ ЗОНА ОККУПАЦИИ. СКАРБОРО. ВОЕННО-ВОЗДУШНАЯ БАЗА. 22 сентября 1936 года

Князь тихо выругался сквозь зубы. М-да, ситуация. Действовать нужно было немедленно, времени на согласование с Государем, который сейчас где-то в Риме, не было совершенно. Через час будет уже поздно. Ну, или через два.

Превышал ли князь свои полномочия? Да. И, нет. Он был в своём праве. Но ответит за своё решение сполна. Цена ошибки – отнюдь не только его голова, про простую опалу и мечтать нечего. Но куш был слишком велик. Чрезвычайно.

Князь буквально выпрыгнул на землю, когда его квадроцикл притормозил у небольшого коттеджа на краю лётного поля. Лестница. Стук в дверь.

Хозяин встретил на пороге:

– Анатолий? Какими судьбами?

– Сергей, хочу посоветоваться.

Усмешка:

– Дело на сто миллионов, как всегда?

– Нет. Сегодня не до мелочей. Игра по-крупному. Ва-банк.

Хмыканье.

– Вот как? Что ж, удивите старика. Заходите.

РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. ПАЛАЦЦО ВЕНЕЦИЯ. РУССКАЯ МИССИЯ. 22 сентября 1936 года

Мы заседали уже два часа. Шло долгое и нудное (и очень нужное) согласование совместных действий в «Битве за Англию». Шотландия была отнесена (как неожиданно!) к русской зоне оккупации, Корнуолл и Уэльс вошли в будущую французскую зону, а сама Англия во всех её будущих ипостасях, входила в германскую. Силы 1-го Новоримского Экспедиционного корпуса в составе итальянской, сербско-черногорской, эллинской, болгарской и великодакской бригад, должны были оказать поддержку сил Единства и Франции. Силы 1-го Нордического Экспедиционного корпуса из подразделений Венгрии, Бельгии, Дании, Швеции и Норвегии, должны были оказать помощь германской группе армий «Норд», в состав которой входили также голландские и испанские дивизии.

Операция была намечена на середину октября, но во многом зависела от погоды. В любом случае, мы собирались поставить точку в этой фазе войны и перейти к долгосрочному планированию.

Сейчас же живейшим образом обсуждались варианты наших совместных действий, если Ирландия будет оставаться активной перевалочной базой для снабжения английского Сопротивления, а также станет возможным непотопляемым авианосцем США для воздушных ударов по Франции и Германии с сателлитами. В этом случае вопрос оккупации Ирландии становился для нас просто неизбежной мерой по обеспечению безопасности в Европе. Как и скорейшее установление порядка в Испании. Англосаксы должны были лишиться любой базы в Европе, так что и Португалия, скорее всего, станет объектом профилактической оккупации, оставалось решить вопрос, кто этим дерьмом будет заниматься. По всему выходило, что Ирландия по итогу будет зоной ответственности немцев, а Португалия отойдет к Новоримскому Союзу…

Тут неожиданно появился мой новый адъютант полковник Клёнов. Склонившись к моему уху, он сообщил, что пришла срочная шифрограмма из Британии от «товарища Серова». Несколько озадаченный, я извинился перед присутствующими и вышел из помещения.

Через четверть часа я прочитал расшифрованный текст, сказав лишь:

– Твою ж мать!!!

БРИТАНИЯ. СЕВЕРНОЕ МОРЕ. 22 сентября 1936 года

Две сотни десантно-транспортных самолётов с опознавательными знаками Компании. Полк истребителей прикрытия. Смешанный ударно-штурмовой авиаполк. Три десятка транспортников.

Силы частной военной компании подняты в воздух по его воле. Волей всемогущего имперского комиссара. «Именем императора!» Три с лишним тысячи космодесантников, входящих в состав ЧВК «Кассиопея», именовавшейся в девичестве 12-й Отдельной горной десантно-штурмовой бригадой особого назначения ССО Армии Единства, погрузились в самолёты по его единоличному приказу во имя державной необходимости.

Князь сорвал эту массу войск в чужой стране и своим решением бросил их в бой за две с лишним сотни километров от аэродрома базирования. Бросил без приказа императора, но его Именем. И он за это ответит перед ним сполна, чем бы это дело ни закончилось.

И пусть формально его выходка не приведёт к открытой войне, но Государь может эту его самодеятельность и не оценить. И тут Прокудин-Горский ничем не поможет, он, как такой же имперский комиссар, сможет высказать государю лишь своё частное мнение по этому делу. В любом случае, вызов на Высочайший Ковёр был князю гарантирован. А там уж, как Бог и император решат. Может наградят. А может, и так наградят, что небо с овчинку покажется. Всё в алмазах. Ибо, это не просто самодеятельность, а совершеннейшее самодурство, граничащее с мятежом – сорвать тысячи высокообученных солдат и отправить их куда-то, руководствуясь лишь своими внутренними убеждениями о том, что такое благо для Империи. Не говоря уж о политических и геополитических последствиях этой операции.

Да, и, вообще, князь ни в коем случае не должен был «светиться» лишний раз. Но, «товарищ Серов» достал своё удостоверение имперского комиссара. И отдал приказ.

Именем императора.

Моторы мерно гудели. Воздушная эскадра шла на север.

РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. ПАЛАЦЦО ВЕНЕЦИЯ. РУССКАЯ МИССИЯ. СИТУАЦИОННЫЙ ЦЕНТР. 22 сентября 1936 года

Прохлада Ситуационного Центра отнюдь не остудила мои кипящие мозги. Такого поворота я никак не ожидал. И ОТ КОГО!!! Самоличным решением князя ситуация полетела просто в тартарары. Всякие планы утратили свой изначальный смысл, все переговоры и согласования обесценились, так что в зал Больших Тёрок я вернусь уже с совершенно другой ситуацией на руках. И совершенно непонятно, чем всё в итоге окончится.

Отменять что-либо было уже поздно, а как спасать ситуацию было ещё непонятно.

Ах, князь-князь… Чистой же воды авантюра… Авантюра, последствия которой даже сложно предсказать, не то что пытаться ВСЁ переигрывать заново.

Поздно уже дёргаться. Остаётся лишь ждать.

Именем императора.

БРИТАНИЯ. ШОТЛАНИЯ. ЭДИНБУРГ. ЭДИНБУРГСКИЙ ЗАМОК. 22 сентября 1936 года

Любо, братцы, любо,
Любо, братцы, жить!
С нашим атаманом не приходится тужить!

Князь криво усмехнулся. Да уж. Точнее и не скажешь. Весело до невозможности. Как же жестоко он ошибся!

Но бойцам Компании его внутренние терзания были неизвестны. Им было хорошо. Операция проведена успешно, потерь почти не было. Замок и город были захвачены сходу. На аэродроме садились борт за бортом доставляя им припасы, вооружения, пополнение и автомобили. Дерзкая операция была проведена просто блестяще – столица Шотландии взята под контроль. Местный гарнизон был застигнут врасплох и капитулировал. Бойцам ЧВК было что праздновать и чем гордиться.

Но сам-то князь знал, что операция фактически провалена. Три тысячи космодесантников с лёгким вооружением против танков и тяжёлой артиллерии долго продержаться не смогут. Есть иллюзорная надежда, что британцы не захотят разрушать Эдинбург, но учитывая уровень жестокости этой военной кампании, тут ни в чём нельзя быть уверенным. Разве что только в толстых и высоких стенах крепости, в отвесных обрывах и в поддержке с Большой земли.

Кудри мои русые, очи мои светлые
Травами, бурьяном да полынью зарастут.
Кости мои белые, сердце моё смелое
Коршуны да вороны по степи разнесут.

Как же он глупо купился на непроверенную информацию! А ведь информация была из самых надёжных источников. Информация о том, что из королевского хранилища замка изымаются хранящиеся здесь королевские регалии Англии, Уэльса, Шотландии, прочие святыни и символы британской монархии, которые должны быть загружены в самолёт, который должен был их вывести на территорию Ирландии. Разве мог он дать им уйти?

Но что теперь? Корону Шотландии и прочие регалии найти не удалось. Известно, что они сегодня точно были, известно, что погрузки в самолёт не было. Где они? Неизвестно. Дознаватели ЭСЕД сейчас работают с местными, но пока результата нет. Что говорить государю? Ведь ответ придётся держать. Он своей самодеятельностью сломал государю и Генштабу все планы и подставил под удар не только 12-ю горную десантно-штурмовую бригаду, но возможно, и всю геополитическую конфигурацию, которую Михаил Второй выстраивал вокруг Шотландии.

Любо, братцы, любо, любо, братцы, жить,
С нашим атаманом не приходится тужить.
Любо, братцы, любо, любо, братцы, жить,
С нашим атаманом любо голову сложить.

Личный ловчий императора князь Емец-Арвадский поднял голову. В ночном небе, подсвеченные фонарями, над замком реют два гордых Знамени – синий с белым Андреевским крестом Флаг Шотландского Королевства и тёмно-синий Флаг частной военной компании «Кассиопея» с белыми звёздами созвездия.

Звёздами, образующими гордый символ: «W».

Глава V. Битва за Англию. Исход

РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. ПАЛАЦЦО ВЕНЕЦИЯ. РУССКАЯ МИССИЯ. 22 сентября 1936 года

– Коллеги, прошу простить за задержку, тут образовалось одно дельце. Весьма нетривиальное и срочное. В ходе которого нам пришлось взять под контроль Эдинбургский замок и сам город Эдинбург. Но это издержки операции.

Присутствующие переглянулись, а кайзер так просто поджал губы, явно недовольный нашим односторонним решением, тем более что мы ещё ничего не согласовали окончательно. Да, с нашей стороны это было не совсем красиво, признаю. Но не отдавать же Эдинбург англичанам обратно? В качестве, прости Господи, «жеста доброй воли»?!

Вилли хмуро поинтересовался:

– И как это прикажете понимать?

А что тут скажешь, если планировал говорить и действовать по одному сценарию, а жизнь и проза бытия вдруг нарисовали сценарий, к которому ваш покорный слуга вовсе не готовился?

Пожимаю плечами.

– Все присутствующие знают о том, что элиты Шотландии хотят призвать на трон мою дочь Елизавету. Признаю, предложение это было весьма интересным для нас, хотя скажу прямо – оно поступило совершенно для нас неожиданно. Поразмыслив, я пришел к выводу о том, что принятие Елизаветой шотландской короны будет полезным для всех нас. Британию необходимо сокрушить уже до президентских выборов в США. Увы, сил рейха для этого явно недостаточно. Война затягивается. И мы все не можем себе этого позволить. Посему наше предложение таково – Единство поддерживает независимость Шотландии и обеспечивает безопасность королевства от возможного нападения англичан или американцев. Это событие самым пагубным образом скажется на моральном духе британских войск в метрополии. Не говоря уж о том, что гражданское население просто толпами устремится через Ирландское море, максимально загружая порты и мешая перевозке военных грузов и прочего стратегического сырья. Для окончательного решения английского вопроса до ноября сего года я призываю Францию высадить свой контингент в Корнуолле и в Уэльсе. Германским же войскам достанется вся Англия и честь поднятия флага рейха над Лондоном.

БРИТАНИЯ. ШОТЛАНИЯ. ЭДИНБУРГ. ЭДИНБУРГСКИЙ ЗАМОК. 22 сентября 1936 года

– Ваше сиятельство, срочная депеша от летунов. Наши «птички» нашли обломки какого-то самолёта недалеко от Эдинбурга. На борту было два человека. Пилот-женщина жива, хотя и ранена, второй пилот или кто он там был – погиб. В обломках самолёта найдены небезынтересные ящики. Вашему сиятельству будет нелишним взглянуть. Прикажете сейчас вертолёт или до утра отложим?

Емец хмыкнул.

– Что в ящиках?

– Сокровища всякие, судя по всему.

– Летим тогда. Готовьте авиагруппу.

– Слушаюсь.

Адъютант подполковник Яковлев козырнул и отправился отправлять приказание всемогущего начальства.

Емец ещё раз хмыкнул, глядя в пламя костра. Лететь ночью в незнакомой местности конечно же рискованно, пусть даже и с приборами ночного видения, но если это те самые «сокровища», о которых он думает весь вечер, то за них он готов рискнуть и головой. И не только своей. До утра с ними что хочешь может приключиться. В том числе и такое, о чём и думать не хочется.

Через четверть часа авиагруппа из четырёх ударных, четырёх десантно-транспортных вертолётов и одного медицинского уже кружила над склоном холма, на котором явственно были видны обломки небольшого, явно гражданского самолёта. Рядом стояли два вертолёта Компании, горели костры и сновали космодесантники, занимая позиции вокруг места, привычно готовясь к отражению возможной атаки как с земли, так и с воздуха.

Десантно-транспортные СиВ-14 «Беркут» и медицинско-эвакуационный СиВ-14УМ «Спасатель» пошли на посадку в то время, как ударно-штурмовые вертолёты Че-3 «Орлан», разбившись на ударные пары, приняли на себя прикрытие с воздуха и ближайшее патрулирование местности.

Емец привычно спустился по аппарели и козырнул:

– Честь в Служении!

Бойцы компании не менее привычно козырнули в ответ:

– На благо Отчизны, ваше сиятельство!

Емцу оставалось лишь вновь хмыкнуть про себя. Да, секретность – она такая. 12-й горный десантно-штурмовой полк никак не вытравить из «частной военной компании». Ну, никак. Впрочем, чужих тут как бы и не было, не считая…

– Где пилотесса?

Капитан Волошин доложил:

– Ваше сиятельство, раненой пилотессе оказывается необходимая медицинская помощь. Наш эскулап говорит, что жить будет, состояние средней тяжести, стабильное. Множественные ушибы, вероятно сотрясение мозга, сложный перелом костей левой руки.

– Её можно опросить?

Капитан покачал головой.

– Боюсь, что пока нет, ваше сиятельство. Медик ей вколол морфий, и она спит.

– Понятно. Что ж, позже побеседуем. Что с ящиками?

Волошин усмехнулся.

– А ящики весьма прелюбопытные. Прошу взглянуть, ваше сиятельство.

Если это то, о чём думает Емец, то он лично будет хлопотать перед государем о даровании капитану Волошину баронского титула. Не считая прочих наград и Высочайших милостей.

Ящики уже перенесли в разбитую тут же армейскую палатку, которую охраняли чуть ли не с десяток бойцов.

Что ж, а вот и искомое. Ящики уже вскрыты.

Анатолий достал белоснежный платок и промокнул пот со лба.

– Капитан, как вас по имени и по батюшке?

– Степан Евдокимович, ваше сиятельство.

– Вот что, Степан Евдокимович, нужно обеспечить погрузку ящиков в мой вертолёт. Пилотессу в «медика». На месте оставить боевое охранение. Вы и прочие ваши бойцы летят с нами. И готовьте списки на награждения. Уверен, что государь достойно оценит сию находку.

ТЕЛЕГРАФНОЕ АГЕНТСТВО РОССИИ И РОМЕИ (ТАРР). 23 сентября 1936 года

ЭДИНБУРГ. По сообщениям из столицы Шотландии в Эдинбургском замке состоялось собрание лидеров шотландского общества – депутатов британского парламента от Шотландии, лидеров религиозных конфессий, признанных глав кланов и лидеров общественного мнения. Собравшиеся в королевском замке объявили о разрыве унии 1707 года (англ. Acts of Union, законодательный акт, принятый в течение 1706 и 1707 годов парламентами Англии и Шотландии. – ТАРР) и о восстановлении независимого Королевства Шотландия. Также собравшееся Высокое собрание проголосовало единогласно за обращение к Её Императорской Царственности Царевне Елизавете Михайловне с нижайшим прошением принять корону и титул королевы Шотландии. Кроме того, депутаты Парламента Шотландии единогласно проголосовали за обращение к Его Всесвятейшеству и Величию Императору-Августу Михаилу Александровичу с просьбой защитить независимость, права и свободы Шотландии, а также начать процедуру принятия Королевства Шотландия в Новоримский Союз.

БРИТАНИЯ. ШОТЛАНИЯ. ЭДИНБУРГ. ЭДИНБУРГСКИЙ ЗАМОК. 23 сентября 1936 года

– Ваше имя, сударыня.

Пилотесса держалась достойно, хотя и без лишнего пафоса.

– Амелия Эрхарт. С кем имею честь разговаривать?

Емец прикурил папиросу и спокойно ответил:

– Для удобства зовите меня Мистер Икс. Для нашей сегодняшней беседы моё имя и всё прочее не имеют значения.

– Вы американец? У вас нью-йоркский акцент.

Анатолий ответил по-немецки:

– А вы немка, хотя и американского происхождения. Произношение чувствуется.

Поднятые брови.

– Так вы немец? Теперь я слышу прекрасный берлинский выговор.

Светская улыбка:

– Я весьма разносторонняя личность, фрау Эрхарт, или, если вам угодно, миссис Эрхарт. Но принципиального значения это пока не имеет. А что имеет значение, так это ваша личность. А личность ваша весьма известна. Конечно, я навёл о вас справки. Не так уж и много в Америке женщин-пилотесс, тем более не так много рекордсменок. Тем более что местные идиоты внесли ваше имя в полётную карту аэродрома. Так что с нашей стороны остальное было делом техники. Но позвольте спросить – что вы делали в Шотландии и как вы оказались на борту потерпевшего крушение самолёта? Каков был характер груза? И куда вы должны были его доставить?

Амелия попыталась пожать плечами, но сморщилась от боли. Емец терпеливо ждал. Ему сегодня торопиться было некуда. Государь осведомлен о находке и даже выразил Высочайшее благоволение, что могло означать если не прощение, то, как минимум, некоторую реабилитацию в Августейших глазах.

– Итак, миссис Эрхарт? Как вы понимаете, о характере груза я спрашиваю сугубо для юридической проформы, поскольку содержимое ящиков мне известно. Но, тем не менее, я хотел бы услышать ваш ответ на мои вопросы.

Пилотесса сделала неопределенный жест правой рукой.

– Если вы и так всё знаете, то к чему этот балаган?

– И тем не менее.

– Что ж, я готовила трансатлантический перелёт. Сейчас не лучшее для этого время, но Ирландия пока нейтральна. Трансатлантический перелёт – это, знаете ли, очень дорогая штука и мне постоянно нужны средства на подготовку и на сам полёт. Их вечно не хватает. В Дублине мне было сделано очень выгодное предложение – вывезти в Белфаст на гражданском самолёте ящики с музейными ценностями из Эдинбургского замка. Вроде ничего сложного, а плата была весьма велика. Мне как раз хватило бы закрыть все свои финансовые проблемы. В общем, я согласилась. Тем более что вокруг Эдинбурга никаких боевых действий не велось в тот момент.

– Но что-то пошло не так?

– Да. Внезапно начался ваш десант на замок и город. Приданный к ящикам музейный служащий очень торопил и нервничал. Фактически заставил меня взлететь под угрозой пистолета. Был сильный туман, и я не справилась с управлением. Дальше был внезапный удар. Больше я ничего не помню. Эпизодически помню каких-то людей в военной форме. Очевидно ваших. И вот теперь я перед вами, кто бы вы ни были.

Емец молчал. Вроде складно рассказывает. Врёт? Всё может быть. Но её действительно могли подрядить «вслепую». Ящики и ящики. Так сказать, из музея. Деньги не пахнут, а что в ящиках – не её ума дело. С другой же стороны…

Впрочем, этим можно заняться и позже. Отпускать её явно нельзя. Пока во всяком случае. Но пусть решает император. Решит отпустить – отпустят. Решит, что она лишняя – исчезнет или потерпит катастрофу авиационную. С летальным исходом. Не переживёт ту же катастрофу под Эдинбургом. Или ещё где. В любом случае, решать не Анатолию.

Главное – груз дома. Всё остальное – мелочи.

ИЗ СООБЩЕНИЯ ИНФОРМАЦИОННОГО АГЕНТСТВА PROPPER NEWS. 24 сентября 1936 года

СВЕРХМОЛНИЯ!!!

РИМ. Находящаяся сейчас в итальянской столице русская царевна Елизавета Михайловна, которую самопровозглашённый парламент Шотландии просит принять корону независимого королевства, выступила с обращением к шотландцам, шотландским и британским солдатам, которые сейчас находятся на территории объявленного независимым королевства. В частности, всем подданным короны предписывается сохранять спокойствие и выполнять постановления парламента и учрежденных им органов местного самоуправления. Шотландские солдаты и офицеры, где бы они сейчас не проходили службу, получили призыв вернуться на родину и вступить в состав Сил обороны Шотландии. Британским же солдатам предписано либо срочно покинуть территорию Шотландии, либо пройти через процедуру интернирования. Желающие британские солдаты могут подать прошение о принятии шотландского подданства и о поступлении в состав Сил обороны Шотландии.

Напомним нашим читателям, что вчера, в Эдинбурге, самопровозглашённый парламент провозгласил разрыв унии с Англией 1707 года, обратился к русской царевне Елизавете Романовой-Савойской принять унаследованный Савойским Домом трон Шотландии, обратился к императору Единства Михаилу с просьбой о защите и о начале процедуры принятия Шотландии в Новоримский Союз.

Вчера и сегодня приходили новости из европейских и мировых столиц о признании независимости Шотландского королевства. В частности, независимость Шотландии признали Единство, Рим, Франция, Германия, Великодакия, Греция, Венгрия, Словакорусиния, Сербия, Болгария, Голландия, Швеция, Дания, Норвегия, Афганистан, Персия, Сиам, Египет, Сунгария, Тирус, Османия и другие государства.

Мы будем следить за развитием событий в Шотландии и вокруг неё.

ТЕКСТ ВАЛЕРИИ БАБКИНОЙ (О. Лерр)

ФРАНЦУЗСКАЯ ИМПЕРИЯ. КАЛЕ. ПОБЕРЕЖЬЕ В ВИДУ ПОРТА. 25 сентября 1936 года

Солнце окрашивало воды Ла-Манша в цвета нового дня, ослепляя блеском боевых кораблей и оглушая шумом рабочей суеты на военной базе.

Французские боевые корабли. Эскадра Флота Единства.

Два суперлинкора, суперавианосец, шесть легких авианосцев, линкоры, крейсера, эсминцы, подводные лодки. И множество десантных транспортов.

Великое множество.

Примерно такая же картина сейчас и в портах на побережье Нормандии. Правда там в основном были сосредоточены французские силы, что и понятно – Франция готовилась к десантной операции и броску через Пролив. Пока же императоры Единства и Франции были заняты обычным занятием мальчиков – чертили карты предстоящих сражений и яростно спорили между собой по данному поводу.

А пока они заняты, мы с Викой сидели рядом, молча любуясь рассветом. Конечно, не одни, вокруг как обычно полно народу на службе, но нам никто не мешал.

– Нервничаешь?

Я криво усмехнулась и бросила взгляд на старшую сестру.

– А ты бы не нервничала на моём месте?

Вика со всем свойственным ей очарованием невесело рассмеялась.

– Да, я и на своём месте нервничаю будь здоров. Тяжёлые наступают времена, малышка.

Да, уж… Времена и правда для нас всех наступают непростые.

Моя молчаливая паника первых дней прошла, а на смену ей пришла бессонница. Временами я до утра лежу в постели и смотрю в потолок, думая и о своей новой стране, и о том, что ближайшие годы моя задача учиться и не высовываться, пока папа решает основные вопросы.

Говорят, за Емцем я буду как за каменной стеной, вот только я не собираюсь быть картиной с розовым цветочком на этой стене. А смотрят все на меня пока что именно так. Даже не как на ружье, которое однажды может выстрелить.

И снова эти мысли.

О том, как я приму корону, подпишу всякие бумажки, скажу парочку заранее вызубренных и отрепетированных речей и укачу обратно в лицей. Буду сидеть на уроках, пока мои подданные будут травить об этом весьма непонятные мне шуточки и знать, что служат по сути другим взрослым и, возможно, (но не факт!) умным людям.

А потом я такая приеду с красным дипломом и: «Здрасьте. Я выучилась. Я взрослая. Слушайтесь меня!»

Ага, так они сделают…

Вот и что мне делать следующие три года, чтобы не стать картиной с розовым цветочком на папиной стене? Чтобы воспринимали меня всерьез… Для начала мои подданные, а потом и папа когда-нибудь. Он же поверит в меня как в достойного правителя, когда я стану немного старше?

Невольно я с болью закрыла глаза, понимая какая же глупость пытаться добиться папиного одобрения и признания, что я не хуже старшего брата и сестер. Пускай и не такая яркая, как красавица Викуся или остроумная и очаровательная, как Мася.

Еще и мужем выберут кого-то местного… Который вполне может не на мое благо набирать политический вес, пока я буду учиться. Машинально бросаю взгляд на Вику, а потом на себя.

Да, красотой я явно никого сейчас не очарую, чтобы он это… Ну, как это называется, когда мужчина не влюбился, но оказался крайне заинтересован особой женского пола? Увлёкся?

Ай, ладно. Если еще и этой взрослой фигней голову забивать, она лопнет.

Или наоборот об этом стоит подумать? Я же становлюсь взрослой, а взрослые об этом думают. Наверное…

Вдруг смогу его сделать… Ну, типа союзником?

– Боишься? – тихо спросила Вика, вырывая меня из моих мыслей.

Я нервно рассмеялась. Вряд ли этот калейдоскоп эмоций можно описать таким словом.

– Примерно, как на экзамене по обезвреживанию, – усмехнулась я. – Когда перед тобой бомба и хоть одно неверное движение и случится большой «Бууум».

Старшая приобняла меня.

– У тебя сейчас выражение лица, скорее, как на экзамене по стрельбе. Когда все нервничают из-за того как мучительно утекают секунды, а ты молча смотришь на мишень, целишься до какого-то одного тебе понятного момента, и-и-и…

Вика загадочно блеснула глазами.

– И-и-и? – выразительно кивнула я, не понимая к чему это она говорит.

– И ты попадаешь прямо в глаз.

Желая прогнать воспоминания о том, как получила наивысший балл на экзаменах, представляя, что на месте мишени может стоять человек, который вот-вот выстрелит в отца, я попыталась отшутиться.

– Да, я просто стрелять люблю, – отмахнулась я. – Родись я в другой семье, стала бы снайпером, а так… Одни резиновые уточки по выходным…

– Пришлю тебе коробку в честь коронации, – ущипнула она меня за ребра, словно мне до сих пор пять лет. – И соль для ванной, чтобы плюшевые медведи снились.

И вроде бы шутка, но как больно кольнуло.

Я люблю оружие и стрелять, но до сих пор сплю с плюшевым медведем.

Плюшевый медведь и пистолет.

Шикарное сочетание.

Кажется, придется серьезно подумать, как сделать так, чтобы стать не картиной с розовым цветочком на стене Емца, а хотя бы ружьем.

И чтобы никто не сомневался, что я точно выстрелю. Если потребуется и главное – когда потребуется.

Не колеблясь ни секунды.

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. МОНИНО-12. УСАДЬБА «БАЛОБАНОВО». РЕСТАВРАЦИОННО-АРХИВНЫЙ КОМПЛЕКС ЦЕНТРАЛЬНОГО МУЗЕЯ ИМПЕРАТОРСКИХ ВОЕННО-ВОЗДУШНЫХ СИЛ. 25 сентября 1936 года

Товарищ Берия второй час показывал Саше местные достопримечательности. Посмотреть было на что, ведь под скромной и непримечательной вывеской скрывался Императорский Ядерный Центр со всеми его корпусами, институтами и лабораториями. Находящийся рядом Центральный музей ИВВС служил надёжным прикрытием деятельности Центра, через само Монино проходила железная дорога и Владимирский тракт, а расположенный в паре километров от основного музея «Реставрационно-архивный комплекс» не вызывал особых вопросов у окружающих, ибо сюда часто завозили всякого рода корпуса и прочие детали самолётно-вертолётной техники, и тут на самом деле был цех, который что-то с ними якобы делал. Другое дело, что чаще всего под прикрытием таких грузов на территорию Центра поступали грузы совсем иного назначения, о характере которых знал только очень ограниченный круг лиц.

Были здесь и собственный небольшой атомный реактор, и оборудование для обогащения радиоактивных материалов, и множество всякого нужного и секретного. Совершенно секретного государственной важности.

Тут был построен комфортабельный городок для ученых и технического персонала. Собственно, основным наукоградом являлся населенный пункт закрытого типа, который в этом полугодии имел почтовый адрес «Щёлково-14», неофициально именуемый среди своих Атомоградом. Там был построен целый город, с жилыми (весьма и весьма комфортабельными домами, и целыми кварталами), административными, научными, образовательными, и, конечно же, школьными и дошкольными учреждениями для детей и семей учёных и техников. Так что расположенный десятью километрами восточнее «почтовый ящик» под индексом «Монино-12» был, так сказать, выносным форпостом с самыми опасными образцами оборудования и возможностью проводить всякие опыты вне Атомограда. Впрочем, и сам Центральный музей ИВВС большей частью служил для отвода глаз любопытствующей и шпионской публики.

Место вскоре будет признано неудачным и окончательно перейдет в статус реставрационно-архивного комплекса. Сам же музей ИВВС будет построен южнее Москвы.

Вообще же, у Саши сегодня была обширнейшая «научная программа» в том плане, что он сегодня должен был посетить помимо Атомограда еще наукограды Фрязино (центр радиоэлектронных исследований и разработок) и Черноголовка (центр исследований теоретической и химической физики, центр научного приборостроения России), где так же будет знакомиться с новейшими достижениями научной и технической мысли Империи в этих сверхважных направлениях. Поэтому слишком долго задерживаться в Атомограде Александр не планировал. Он здесь не в первый раз, и, даст Бог, не в последний.

Тем большее удивление вызвала просьба генерала Берии о приватной аудиенции. И желательно не в помещении, где, как известно, даже стены могут иметь уши.

Саша кивнул:

– Что ж, Лаврентий Павлович, давайте прогуляемся по аллее к тому фонтану.

Берия кивнул и сделал приглашающий жест. Аллея была тем хороша, что не имела даже кустов по бокам, а значит к прогуливающимся никто не мог подойти незамеченным ближе чем метров на двести. И то, если дозволит личная охрана Кесаря.

– Итак?

– Ваше императорское величество, я поставлен на эту должность вашим Царственным отцом для обеспечения развития имперского атомного проекта. Но в мои обязанности входит также обеспечение безопасности проектов, в том числе и в части защиты от возможных утечек совершенно секретной информации к нашим вероятным противникам. Естественно, все ведущие научные сотрудники находятся под негласным наблюдением, равно как технический персонал также под неусыпным бдением наших спецслужб. В том числе путем внедрения в эту среду наших сотрудников разведки и контрразведки.

– Я всё это знаю, Лаврентий Павлович. Давайте ближе к сути, у меня сегодня довольно плотный график.

Берия склонил голову.

– Виноват, ваше императорское величество. Перехожу к сути. В разработку наших спецслужб попал профессор Резерфорд. Как известно вашему величеству, он британец по происхождению, хотя и родился в Новой Зеландии. Он принял русское подданство и живет в России уже восемнадцать лет. Так вот, с некоторых пор, профессор начал в разговорах с коллегами выражать свою, скажем так, озабоченность тем, что наши изделия, то бишь, их научные разработки в области атомного оружия, были применены немцами против Великобритании. Мол, он подписывался участвовать в этом проекте полагая что Империя, получив атомное и ядерное оружие выступит гарантом мира во всём мире, заставив человечество отказаться от всяких войн и насилия. Империя же, по его мнению, нарушила свои обещания перед научным сообществом, передав атомные бомбы немцам для боевого применения. Хотя, конечно, Империя ничего никому не обещала и это всё фантазии профессора Резерфорда.

Кесарь кивнул, поощряя генерала скорее перейти к сути, без верноподданнических экивоков.

– И тем не менее.

– Да, ваше величество, и тем не менее. Профессор Резерфорд начал излагать провокационные мысли в части того, что пока у основных держав мира не появится своё оружие сдерживания, у Империи будет слишком большой соблазн применять атомные бомбы ещё и ещё. По всему миру.

Что ж, что-то такое ожидалось, и они с отцом не раз обсуждали тему возможных утечек сведений об атомных проектах на Запад и в Японию. Более того, по данным разведки, несмотря на войну между Германией и Британией, немецкие ядерщики принимают участие в американо-англо-аргентинском атомном проекте. Пока там довольно далеко до практического результата, но исследования идут полным ходом, а урановое и плутониевое сырье пытаются купить по всему миру где только возможно. Конечно, свой центр ядерных исследований есть и в самой Германии, расположившись в огромном комплексе в недрах германских Альп. Такой же центр есть и в Японии. И, конечно, в США. И по оценкам специалистов, на данный момент от первого прототипа эти все центры отделяет пара-тройка лет. А возможно и год, если они получат сведения и прорывные технологии из Единства. И тогда все, что может ограничивать количество атомного оружия у вероятного противника – это возможности промышленности массово производить такие «изделия» и наличие требуемого для этого обогащённого сырья.

Так что все эти разговоры Резерфорда были ожидаемыми. И не факт, что так думал один только Резерфорд, другие могли быть просто умнее и меньше болтать. Учёные вообще часто идеалисты, что те дети малые. Другое дело, что передать сведения на Запад или в Японию было совсем не просто, ведь меры по обеспечению безопасности проекта принимались совершенно колоссальные.

– И что вы предлагаете?

– Поиграть в Игру, мой кесарь. Допустить контролируемую утечку. Дать возможность Резерфорду передать на Запад некоторые сведения о технологиях нашего атомного проекта. Естественно, передаваемая информация будет ровно в том виде, который нам самим выгоден. А я смею полагать, что если нам удастся пустить их исследования по самому дорогому и самому трудному варианту, то мы тут можем убить сразу двух зайцев – заставим Запад и Японию тратить огромные силы и ресурсы на фактически тупиковое направление, и заставим тот же Запад поверить, что наши исследования именно в этом направлении и проводятся, что заставит их оценивать наши ядерные запасы цифрой раз в десять меньше реальной…

СЕВЕРНОЕ МОРЕ. БОРТ СУПЕРЛИНКОРА «ПАНТОКРАТОР». 26 сентября 1936 года

Могучая объединенная эскадра шла на север, к берегам Шотландии. 3-я эскадра русского Балтийского флота и 2-я Атлантическая эскадра Императорского Флота Рима.

Нашу эскадру представляли модернизированный суперлинкор «Пантократор», четыре легких авианосца «Афанасий Никитин», «Балтиец», «Царь Салтан» и «Дядька Черномор». Линкоры – новейшие «Кесарь» и «Меркурий», а также модернизированная «Полтава». Линейные крейсера «Измаил» и «Бородино». Крейсера, эсминцы. Две супреподлодки с ракетным вооружением серии 10705 «Москва». Дальние подводные лодки серий «Кракен» и «Янычар». И, конечно же, множество десантных средств, включая Большие Десантные корабли «Санкт-Петербург» и «Кронштадт».

У берегов Шотландии их уже была готова встретить эскадра Северного флота. Новый суперлинкор «Царь Иван Грозный», суперавианосец «Архистратиг Михаил», легкий авианосец «Северянин», линейный крейсер «Березина», БДК «Архангельск» в сопровождении двух эсминцев ПВО, крейсировали южнее Ньюкасл-апон-Тайна у Саундерленда, а линкор «Андрей Первозванный» и легкий авианосец «Помор» расположились в заливе Ферто-Форт восточнее Эдинбурга. Модернизированные же линкоры «Моонзунд» и «Петропавловск», а также ракетная подлодка типа «Москва», с кораблями сопровождения, блокировали английские базы на Оркнейских и Шетландских островах.

Вчера вечером к нашей балтийской группировке присоединилась и итальянская эскадра в составе новейшего линкора «Савой», авианосца «Спарвьеро», тяжёлого крейсера «Больцано» и прочих боевых кораблей, с соответствующей эскадрой сопровождения, включая подводные лодки, танкеры и рембазы.

3-я же Атлантическая эскадра Императорского Флота Рима, в составе суперлинкора «Принцесса Иоланда Савойская», новейших линкоров «Имперо», «Рома», авианосца «Аквила», модернизированных линкоров «Христофор Колумб» и «Франческо Караччоло», с кораблями обеспечения и сопровождения, шла на север к берегам Шотландии, огибая с Ирландию вдоль её западного побережья.

В общем, был у нас свой аналог «Великой Армады» и я надеялся, что она не повторит судьбу испанской предшественницы. Впрочем, пока ничего не предвещало. Прогноз погоды был благоприятным, британские корабли, подлодки и авиация в этом районе могли нас беспокоить лишь эпизодически, но они и этого не делали, старясь не вступать в открытый конфликт ещё и с Единством с Италией в придачу. Им германцев с голландцами хватало и без нас.

Тем более что немцы сегодня таки прорвали фронт и начали развивать своё наступление в охват с юга агломерации Лидс-Шеффилд-Манчестер-Ливерпуль. Ситуация для британцев была просто аховая, ведь Ливерпуль оставался основным портом снабжения британских войск и эвакуации населения. Расположенные южнее порты Милфорд-Хейвен, Кардифф и Бристоль не могли справиться с потоком грузов и уезжающих, а высадка французов в Корнуолле, а затем и в Уэльсе, должна была поставить окончательную точку в британских морских перевозках. Про порты Шотландии я и не упоминаю, поскольку с Глазго мы разберёмся в самые ближайшие дни.

Конечно, на западном побережье Британии хватало мелких портов, но они большей частью были рыболовецкими или портами местного значения, которые просто не могли принимать и отправлять достаточное количество грузов, и всё больше использовались гражданскими для эвакуации в Ирландию. И отнюдь не всегда за счёт правительства, и не всегда дёшево. А ирландские посудины вообще, в лице своих шкиперов и команд, не могли себе цену сложить.

Вообще же ситуация была странной. Официально шла война Британии против германо-голландско-испанской коалиции. При всём при этом фактически наши войска (пусть и под флагом ЧВК «Кассиопея») уже отторгли от Британии Эдинбург и округу, а наша морская армада направлялась окончательно решить вопрос с независимостью Шотландии. Причём в этот раз мы не скрывались под фиговыми листками флагов всяких там ЧВК, коих у нас было великое множество по всему миру. Нет, лично я шёл во главе армады поддержать права своей дочери на шотландский престол и тут не могло быть никаких разночтений, тем более что мы и все наши союзники уже признали независимость Королевства Шотландия.

Но официальные британские власти лишь заявляют нам решительные протесты и требуют вывести войска. На что от нас следует недоумение на лице, ведь наших войск на британской земле нет, а Шотландия независимое государство. В общем, подайте в суд.

Уверен, что точно так же Великобритания не объявит войну Франции, которая вот-вот высадится в Корнуолле и Уэльсе, ведь французы официально не претендуют на эти земли, а лишь защищают братское кельтское население острова от наступающих германских войск. И, мол, когда угроза минует, Париж сразу же готов обсудить вывод французских войск обратно на континент. Понятно, что этого уже никогда не произойдёт, но объявлять войну ещё и Франции король Эдуард VIII и его министры как-то не спешили. Да и не было у них столько войск, чтобы открывать ещё два фронта на юге и один на севере в Шотландии.

С рёвом прошла над головой двойка реактивных бомбардировщиков АНТ-16МР в сопровождении реактивных же истребителей-бомбардировщиков СиГ-10А. Эскадрилья ушла на север, в сторону Шотландии к каким-то известным им целям на территории королевства. Я не могу всё знать, не царское это дело всё знать.

Бросаю взгляд на стоящую рядом со мной на мостике Лизу. Она тоже провожает взглядом удаляющиеся 14 самолётов. О чём она думает? Ошеломление вроде проходит, но девочка всё никак не соберётся.

Ну, время вроде ещё есть. Коронация назначена на 4 октября. Будет время осмотреться на месте и познакомиться с новым Отечеством, которым, как я надеюсь и верю, ей предстоит править долгие десятки лет. На славу и благо подданным и во имя величия себя любимой.

В любом случае, в учебники истории она уже попала. В каком качестве она там останется – целиком зависит от неё.

Ну, и от меня немножко.

– Ваше Всевеличие, срочная депеша.

Киваю адъютанту, принимая бланк шифрограммы.

– Солнце, я на несколько минут тебя покину, нужно провести дешифровку.

Лиза кивнула и вновь устремила свой взгляд куда-то вперёд, туда, где нас и её персонально ждала Шотландия.

Что ж, расшифровка не добавила мне спокойствия. Депеша была от Емца. К нему прибыл офицер, почти парламентёр. Командующий британской военно-морской базы, имеющий по соседству военно-воздушную базу, сообщал неофициально, что от верховного командования пришла директива о подготовке арсеналов и персонала баз к применению химического оружия, огромный запас которого хранился на местных базах. Командующий мало того, что был ярым противником применения химических боеприпасов на территории метрополии, так ещё был и шотландцем, что вносило определённый диссонанс между его убеждениями и полученным приказом.

Из сообщения не было понятно, был ли данный офицер таким уж патриотом Шотландии или им двигали иные мотивы, но он готов был пойти на некоторые соглашения с новыми властями королевства, если такие соглашения позволят предотвратить применение химического оружия непосредственно в Шотландии.

Просмотрев приложения, делаю вывод о том, что база в Инвергордоне находится достаточно далеко от Эдинбурга, но, в то же время, примерно в том районе крейсирует эскадра нашего Северного Флота. Однако без удара космодесанта, который сможет заблокировать все взлётно-посадочные полосы, мы явно не обойдёмся. А там не так чтобы и близко, порядка 180 километров, если по прямой от Эдинбурга. Не факт, что вертолёты смогут вернуться назад. Конечно, с другой стороны, там наш флот, так что топливо имеется. Да и без усиления орудиями главного калибра линкоров вертолёты вряд ли произведут на местный гарнизон неизгладимое впечатление.

В чём было слабое место? Хотя бы в том, что мы официально не воевали с Британией, а они, соответственно, не воевали с нами. А тут целая войсковая операция. Но, позволить применить в Шотландии химическое оружие я не мог. Шотландцев и так мало, всего-то несколько миллионов.

Да и вообще…

БРИТАНСКАЯ ИМПЕРИЯ. ШОТЛАНДИЯ. ОКРЕСТНОСТИ БАЗЫ «ИНВЕРГОРДОН». 26 сентября 1936 года

Десятки и десятки вертолётов. Лётные полосы, занятые воздушными машинами и бойцами космодесанта, которые активно перекрывают саму возможность для взлёта воздушных судов.

Генерал Грибель всячески спешил, ведь дело было нешуточным. Химические заряды – это, знаете ли…

Виктор Фёдорович распорядился садить вертолёты непосредственно на взлётное поле. Хотя бы из того соображения, что стоящий на полосе вертолёт будет непреодолимым препятствием для взлетающего бомбардировщика. Особенно, если бомбардировщик сей несёт на борту химическое оружие.

Британцы, разумеется, отреагировали если не мгновенно, то весьма быстро. Со стороны казарм уже бежали пехотинцы, со стороны ангаров уже катились две бронемашины и три грузовика.

Конечно, русские вертолёты могли их покрошить в капусту, но приказ был «по возможности не провоцировать боестолкновение». Что ж, одна надежда, что командующий военно-воздушной базой британцев столь же разумен и трезвомыслящ, как и его военно-морской коллега.

Над базой прошло звено СиГ-9. Обозначая, так сказать.

Пока никто не стрелял. Ни с той стороны, ни с этой.

– Радио на базу.

Радист кивнул и в эфир пошло заранее подготовленное сообщение. Одновременно с этим громкоговорители на вертолётах заговорили на чистейшем английском языке. Всё, как всегда. Призывы проявить благоразумие, не губить жизни свои и своих боевых товарищей, сопротивление бесполезно, у берегов крейсирует русская эскадра во главе с суперлинкором «Царь Иван Грозный» и суперавианосцем «Архистратиг Михаил».

Понятно, что оптимизма полученная информация в британские головы не добавляла, но было понятно, что если приказ будет отдан, то они примут этот бой. Пусть даже он будет абсолютно безнадёжным. А при таком соотношении сил, при крейсирующей эскадре, которая может всю округу накрыть несколькими залпами главного калибра, барражирующих в небе нескольких десятках ударных вертолётов, при периодически пролетающих над головами русских реактивных истребителях-бомбардировщиках, перспективы действительно были безнадёжными. И даже хуже.

Со стороны строений базы показался военная легковушка с белым флагом переговоров. Генерал Грибель кивнул.

– Машину.

– Машина ожидает, товарищ генерал.

– Добро.

Кивнув адъютанту, командующий операцией ловко вскочил в подъехавший армейский внедорожник «Рено-вездеход» и под таким же белым флагом переговоров выехал навстречу приближающейся машине.

Нейтральное поле. Две машины стоят в сотне шагов друг от друга. Два генерала встречаются посередине.

Грибель в полевом камуфляже компании. Британец, ну, как и должен выглядеть британский генерал в полевой форме.

Русский представился:

– Генерал Виктор Грибель, честь имею приветствовать, коллега.

Британец козырнул в ответ:

– Генерал Эдуард Паркер. Могу я узнать причину вашего визита к нам?

– Разумеется, коллега, разумеется. К нам поступили сведения о том, что командование «Инвергордона» получило приказ подготовиться к применению химического оружия. Мы не можем допустить применения оружия массового уничтожения на территории суверенной Шотландии.

Британец хмуро огрызнулся:

– Это территория суверенного Соединенного Королевства! И мы в своём праве!

Грибель пожал плечами:

– Это, мягко говоря, очень сильно дискуссионный вопрос. Независимость Шотландии признана уже двумя десятками держав, в том числе и Единством. А учитывая наше тотальное превосходство на море, на суше и в воздухе, этот вопрос даже не стоит потраченного на бесплодную дискуссию времени.

– Вы – русский?

Кивок.

– Разумеется. А разве не заметно?

– Заметно. Вы поддержали шотландских сепаратистов и желаете расчленить Великобританию!

Прозвучало как обвинение. С некоторым даже надрывом в голосе. Ответ же был спокойным и вполне вежливым:

– Мы поддержали право Шотландии на самоопределение. Точно так, как Британия веками не только поддерживала всяких сепаратистов в России, но и многократно устраивала у нас государственные перевороты. Жизнь, сударь, устроена так, что всё возвращается. Сторицей. Впрочем, это опять-таки бессмысленная дискуссия, а пальцы на спусковых крючках могут дрогнуть что у ваших, что у наших. И тогда тут начнётся бойня. И из ваших не выживет никто, уж поверьте.

– У нас всё готово к взрыву складов с химическим оружием, так что все ваши угрозы – бравада.

Грибель вновь пожал плечами.

– Ну, что ж, рискните и Бог вам судья. Все мои бойцы имеют средства защиты, а про то, что вы не сможете нанести ущерб нашей авиации и флоту даже говорить не приходится. Но на базе «Инвергордон» британские солдаты, а в посёлке при базе семьи военнослужащих, в том числе, насколько мне известно, и ваша семья. Вы готовы принести в жертву свою жену и собственных детей, сэр Эдуард? У вас их, помнится, трое. Двое чудесных мальчиков и прелестная девочка. Вы готовы их убить? Готовы к тому, что они умрут в страшных мучениях?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Хьюи Пирс Лонг-мл. – губернатор Луизианы, прозванный «Рыбный король», кандидат в Президенты САСШ в 1936 от Прогрессивной партии, лидер движений «Поделимся нашим богатством» и «Сделаем Америку Великой». Муж маркизы Роуз Макконнелл-Лонг, возглавившей после Глобальной войны Луизиану.

Вернуться

2

Рота Линторн-Орман – офицер Первой мировой, внучка фельдмаршала Британской армии сэр Джон Линторна Арабина Симмонса, создательница «Британского Фолькс Фронта», с начала англо-германской войны – генерал штурмовых добровольческих «патриотических отрядов» фольксистов.

Вернуться