Анна Сэ
Тракодил

Курица

Сеня Бровкин ждал субботы целых четыре дня и ещё немного. Папа обещал сводить его в зоопарк. До субботы оставалось шесть дней.

– А шесть дней – это долго? – спросил Сеня у мамы.

– Посчитай, – коротко ответила мама. Она накрывала на стол и очень торопилась. Вот-вот папа вернётся с работы.

– Один, два, три, четыре… Но здесь нет шести! – недоумевал мальчуган.

– Три, четыре… А дальше? – нетерпеливо спросила мама.

– Дальше я не умею, – огорчился малыш.

– Пять, шесть, – продолжила мама и добавила, – не отвлекай меня! Я не успеваю. Скоро папа придёт, а курица ещё не готова.

– Хочешь, я помогу тебе? – Сеня хотел подбодрить маму.

– Лучше не мешай. Иди в свою комнату, – отмахнулась мама.

– Будто из-за меня твоя курица не готова… – обиженно буркнул Сеня и поплёлся в детскую.

Он представил, как курица с полотенцем на голове несётся по коридору в мамину спальню, сметая всё на своём пути. Садится за туалетный столик и начинает пудрить щёки большой кисточкой. Потом красит клюв красной маминой помадой. Затем снимает полотенце и бигуди. Её куриная голова, как по щелчку, становится кудрявой. Курица надевает мамины новые серьги и зелёные бусы. Расчёсывает перья, расправляет хвост.

В коридоре слышатся голоса. Это папа вернулся. Мама встретила его у входной двери. Помогает снять куртку.

И тут курица выскакивает из спальни. Радостно кудахча:

– Я готова! Я готова! Ко-ко-ко.

Мама с облегчением вздыхает и обнимает меня.

Папа в испуге хватается за сердце.

А курица самодовольно шагает на кухню – она готова, она успела!

В коридоре действительно разговаривали Сенины родители. Только никакой курицы там не было. Но мальчика это уже не интересовало. Он сидел на своём пушистом голубом коврике и размышлял.

Один, два, три, четыре – это много. Он выложил в ряд четыре деревянных кубика.

Пять, шесть – это мало. Ещё два кубика появились ниже.

«Один, два, три, четыре» больше, чем «пять, шесть».

Получается, что шесть – это один, два, три, четыре и ещё немного. Вот столько дней осталось до субботы!

В комнату вошла мама:

– Малыш, папа пришёл. Пойдём ужинать!

Сеня обрадовался, конечно, но ещё немного обижался на маму.

– Готова твоя курица? – хмуро спросил сынок.

– Готова! – улыбнулась мама.

Сеня посмотрел на неё и тоже улыбнулся.

Он только что сам решил сложную задачу и страшно гордился этим.

«Сафари»

Утром Сеня встал раньше обычного. Сегодня они с папой идут в зоопарк. Папа побрился и надушился любимым одеколоном. Тот пахнет сырым мхом и ёлками. Папа любит сосновый бор и ельники. Но леса здесь редкость. В студенческие годы Сенин папа все каникулы проводил в походах. Он со своими друзьями исходил почти все хвойные леса родной страны. В память об этом дома у Бровкиных до сих пор хранится коллекция отменных шишек. И одеколон, который пахнет сырым мхом и ёлками.

– Милок! Мне что лучше надеть: рубашку с пиджаком или водолазку со свитером? – это Сенин папа спрашивает у Сениной мамы, в чём ему лучше явиться к обезьянам местного зоопарка.

– Евгений Палыч, ну ты же с сыном гулять собираешься, а не к студентам на лекцию, – напоминает мама.

Сенин папа преподаёт в университете математику. Это очень сложно. Поэтому он такой серьёзный. А серьёзных людей у них на работе называют по имени отчеству, как Сениного папу. Зовут его Евгений. А отчество – Палыч. Это значит, что папиного папу зовут Павлом.

– Надень толстовку, – кричит Мила Арсеньевна откуда-то из гостиной.

У мамы такое отчество, потому что её папу зовут Арсением. Сеню тоже назвали Арсением. В честь дедушки. Но до Арсения внук пока не дорос. Приходится отзываться на имя Сеня.

– Ма-ам! Мне что лучше надеть: рубашку и свитер с роботом или водолазку и синюю кофту? – а это уже Сеня интересуется у мамы, в каком наряде он будет соответствовать папе, который принарядился для обезьян местного зоопарка.

– Бровкины! Вы что сговорились? – удивляется мама.

– Надевай толстовку, – отвечает Евгений Палыч вместо Милы Арсеньевны. – Мы же не собираемся читать лекцию моим студентам?

Толстовки, джинсы, лёгкие куртки и кроссовки на Бровкине-старшем и на Бровкине-младшем. К десяти утра они всё же собрались и отправились наконец в зоопарк.

Сперва они проедут три остановки на троллейбусе. Затем пройдут два квартала пешком. Повернут за угол. Отсюда до зоопарка «Сафари» всего шесть деревьев и ещё немного. По субботам здесь много детишек с родителями. Вот и Сеня сжимает в руках заветный билетик.

Всего через несколько минут перед Бровкиными откроется прекрасный мир африканских животных. Леопарды, тигры, косули, слоны, какаду готовы встречать первых посетителей. Волки, лисы, медведь Боря и лось Джемми родились и выросли в нашей стране, но мирно существуют со своими иностранными друзьями.

Удивительно, что в «Сафари» прекрасно уживаются абсолютно разные животные. Они добрые и ласковые.

О них заботятся сотрудники зоопарка, как о младших братьях и сёстрах. Здесь вы никогда не увидите измученных и больных животных. Их кормят, лечат, с ними играют и обязательно гладят.

Животные счастливы, а глядя на них счастливы и посетители «Сафари».

Бедный Тимур

Козочка Люська живет в свободном вольере уже седьмой год. У неё есть небольшой деревянный домик.

Недавно к ней подселили козла Борьку.

Люська маленькая, чёрная. На правом боку аккуратное белое пятнышко. Как кармашек. Рога серебристые. Блестят на солнышке.

Козёл большой и лохматый. Серая шерстка свисает до колен. У него крутые рога и густая борода. Пахнет Борька так себе. Но Люську это ни капельки не тревожит. Она с удовольствием прогуливается с другом по вольеру и делится с ним морковкой. Играют они мирно, почти бесшумно.

Тётя Юля – кипер. Она ухаживает за козами. Сотрудница зоопарка открыла нам небольшую тайну. Оказывается, две недели назад к Люське и Борьке подселили ещё одного козла – Тимура.

Люське он очень не понравился. Она не впустила его в деревянный домик. А затем и вовсе начала бодаться. Такого здесь никогда не было.

Борька сначала держал себя в руках. Но когда Тимур в отместку стал бодать мелкую задиру Люську, Борька заступился за подругу. Пришлось Тимура переселить к более спокойной козочке – Нине. Она уже старенькая и ссориться ей ни к чему. Всех, кто заходит к ней в вольер, она встречает тихим приветственным «Ме-е!»

Тётя Юля показала, какие трюки Люська выполняет.

Она умеет кружиться на месте. На задних лапках. Вот так: «Цок-цок!»

Она даёт правую лапу. А потом левую.

Она выполняет цирковой «ап!» Становится на задние лапки и тянется носом вверх.

Она делает большой «бум!» Замахивается рогами и сильно упирается в ладошку. Очень страшно! Кажется, будто Люська хочет снести всех на своём пути. Упирается в ладошку она хоть и сильно, но аккуратно.

По команде «Голос!» Люська старательно заводит песенку: мек-мек-ме-е-е, мек-ме-е-е!

Козочка настоящая артистка! Ей нравится выступать на публике. Она любит, когда её хвалят и угощают сухариком. Подставляет голову – почесать между рожек. Ждёт пока её погладят и трясёт хвостиком от удовольствия.

А что же Борька? А Борька тем временем медленно жует сено у кормушки и наблюдает за Люськой. Он переживает, чтобы его подругу никто не обидел. В любую секунду готов встать на её защиту.

Вот таким другом оказался Борька!

Необыкновенный бегемот

Бровкины уже несколько часов бродили от одного вольера к другому. Обошли птичьи клетки, волчьи логова, медвежий домик. Видели львов, тигров, зебр, антилоп, пантер.

Они медленно приближались к небольшому бассейну, у которого на четырёх коротких столбиках лежала огромная коричневая бочка.

Зачем она здесь? Посреди зоопарка! Может быть в неё собирают дождевую воду? Как дед Арсений на своём огороде. А когда становится жарко, и земля пересыхает, дедушка зачерпывает ведром воду и поливает грядки.

Чем больше Сеня всматривался в бочку. Тем более странной она ему казалась. Наконец Бровкины подошли к бассейну. Бочка оказалась всего в нескольких шагах от ограды.

Ко всем причудам странной бочки прибавился куцый треугольный хвост.

– Этого ещё не хватало! – подумал Сеня.

Бочка стояла неподвижно какое-то время. Потом ей надоело стоять. Вдруг на самой её верхушке выросли два маленьких круглых уха.

– Точно! Как это я сразу не догадался? Шпион! Там сидит шпион и наблюдает за посетителями зоопарка. А если кто-то надумает животных пугать, ну или захочет, к примеру, палец сунуть в клетку с тиграми, тут хулигана и поймают. Отругают, отберут билет и с позором выгонят из зоопарка. Пусть подрастёт для начала. А как ума наберётся, так сразу – добро пожаловать обратно!

Животные вам не игрушки! Они живые! Они тоже любят ласку, тоже испытывают боль и страх. С ними бережно обходится нужно. Да и пальцы на руках лишними не бывают. Их всего-то десять. А если в каждой клетке по пальцу оставлять, чем потом колобков из пластилина лепить?

Сеня оглянулся по сторонам. Все вели себя прилично. Поэтому шпион не торопился вылезать из бочки. Ну и пусть сидит себе на здоровье!

К вольеру продолжали подходить люди. Вот семья: папа, мама и дочка Алёнка. Алёнка жевала сладкую вату. Щёки в карамели, на носу сахарная паутинка. Умора!

А вот дедушка с двумя внуками подошёл. За ними взрослый дядя с огромным носом и длинными руками.

Все стояли, затаив дыхание. Каждый боялся, что шпион поймает именно его. Никто не хотел, чтоб его выгнали из зоопарка.

Вдруг дядя с огромным носом и длинными руками напрягся, запрокинул голову назад и… и… и…

Чихнул:

– Апчхи-и-и!

Но никто не сказал ему:

– Будьте, дяденька, здоровы вместе со своим большим носом!

Аленка перестала жевать сахарную вату. Как и все, она уставилась на бочку.

– Всё пропало! – подумал Сеня и с опаской перевёл взгляд с Алёнки на сахарную вату, а потом на бочку.

Из-за бочки выкатилась огромная прямоугольная голова.

Нос у этой головы был ещё больше, чем у дяди с длинными руками. А ноздри? Ши-ро-чен-ны-е! Ой!

Голова смотрела на всех маленькими глазками и жевала сено.

Ей было вкусно. Поэтому она не торопилась. Тщательно пережёвывала и причмокивала.

Сеня на всякий случай отошёл подальше. У этой головы была такая пасть, что если бы Сеня играл с папой в прятки, то легко спрятался бы в ней целиком. Папа долго бы его искал.

Наконец-то голова дожевала и закатилась обратно за бочку. Бочка зашевелилась. А потом повернулась к зрителям.

– Бегемот обыкновенный, – прочитал Сенин папа надпись на табличке, – он приехал к нам из Танзании.

– А где это? – спросил Сеня.

– Где-то в Африке, – ответил Бровкин-старший.

– Значит он любит тепло? – не унимался Сеня.

– Он любит воду! Бегемоты живут в пресной воде. Там они добывают корм. В реках и озёрах они охлаждают тело, когда им становится жарко, – продолжил рассказ об экзотических животных Евгений Палыч.

– Но ведь у нас тоже есть реки! А бегемотов нет! —справедливо заметил Бровкин-младший.

– Наши реки зимой покрываются льдом. Наверное, бегемотам это не очень нравится, – предположил Сенин папа, – вот они и выбрали для жизни тёплую Африку.

– Интересно, сколько весит обыкновенный бегемот? – задумался Сеня.

– Примерно, как легковой автомобиль, – ответил Евгений Палыч.

– Тяжело ему, наверное, – вздохнул Сеня.

– Автомобилю же не тяжело! – засмеялся Сенин папа.

– Потому что у автомобиля есть колёса! А у бегемота нет, – не сдавался мальчуган.

Публика рассмотрела бегемота со всех сторон и разошлась кто куда.

Бегемот ещё немного постоял, смотря куда-то вдаль. Наверное, вспоминал родную Танзанию. Затем сдвинулся с места и, тяжело покачиваясь на коротких ногах, побрёл к бассейну.

– Какой же он обыкновенный? – подумал Сеня, глядя вслед бегемоту, – он самый необыкновенный бегемот из всех, что я видел!

Как Лёня в Красную книгу попал

У крытого вольера с огромным бассейном Сеня опять повстречал Алёнку. Теперь сахарную вату ел он. Ароматная вата липла к рукам и к носу. Алёнка смотрела на то, как Сеня пытается приручить непослушную вату и весело смеялась.

– Хочешь? – спросил Сеня и протянул сладкий пушок на палочке Алёнке.

– Нет. Спасибо! От неё руки липкие, – ответила Алёнка.

– Меня Сеней зовут, – представился мальчишка.

– А меня Алёнкой, – представилась девчонка и тут же поинтересовалась, – боишься крокодилов?

– Не знаю… Я их ещё не видел. Только на картинках. Но там они не страшные, – Сеня храбрился.

Когда дети подошли к бассейну, крокодил принимал водные процедуры.

– Ого какой большой! – Сеня был очарован обитателем вольера.

– Это – сиамский крокодил. Самый дружелюбный к людям, – прочитал Евгений Палыч табличку у вольера.

– Как его зовут? – спросила Алёнка.

– Лёня, – видимо, Алёнкина мама уже успела с ним познакомиться.

– А сколько ему лет? – Сене хотелось как можно больше узнать о крокодиле.

– Пятнадцать. Полжизни считай прожил! – заметил Бровкин-старший.

– Сиамских крокодилов на всей планете осталось очень мало. Если их не защищать, они исчезнут, и мы больше никогда не увидим этих прекрасных животных, – откуда Алёнкина мама узнала об этом?

– Ма-ам! А Лёню в зоопарке защитят? – запереживала девочка.

– Конечно. О нём очень хорошо заботятся. Когда у Лёни родятся детки, о них тоже позаботятся. Крокодилята вырастут. Их отвезут в другие зоопарки. Сиамских крокодилов станет больше, – успокаивала дочку мама.

– Бабушка говорила, что нужно всех животных беречь! – вспомнил Сеня.

– Бабушка права, – согласился Евгений Палыч. – Но представь: на свете живёт много слонов, много жирафов, четыре пингвина и всего один кенгуру. В одно мгновенье может пропасть по одному животному каждого вида: один слон, один жираф, один пингвин и один кенгуру. Кого ты спасёшь в первую очередь?

– Кенгуру! – ответил Сеня.

– Почему?

– Он последний! А ещё пингвинов! – рассудил мальчуган.

– Правильно. Вот таких животных записывают в Красную книгу, – подытожил Бровкин-старший.

– Папа, а Лёню тоже записали? – забеспокоился сын.

Евгений Палыч ещё раз внимательно осмотрел табличку перед Лёниным вольером:

– Самым первым на странице, где записывают сиамских крокодилов!

Сеня с Алёнкой переглянулись. Мальчишка расплылся в довольной улыбке. Да и на щеках его новой знакомой появились милые ямочки.

Лёня вышел из воды и бесстрашно пополз к большой коряге. Здесь он в безопасности.

Коряга лежала рядом с бассейном. Крокодил распластался на ней и зажмурил глаза.

Тепло!

Слоны в деревне

Месяц май выдался прохладным. Но Сеня всё равно любил его. Наступали длинные выходные у папы на работе. Бровкины покупали гостинцы и везли их в деревню. Бабушке Тоне и дедушке Арсению. Это мамины родители.

Бровкины приехали на автобусе. Теперь пешком до конца улицы. Предпоследний дом – бабушкин. Перед забором, у калитки, стоит скамейка. А на ней сидит кошка Сонька. В тёплое время года Сонька всегда встречает гостей здесь. А зимой поджидает их дома, сидя на окошке.

– Бабушка-а-а! Мы приехали! – кричит с порога Сеня.

За ним идут Сонька, Мила Арсеньевна и Бровкин-старший с гостинцами.

– Дед, смотри, кто пожаловал! Арсений Евгеньевич собственной персоной! Да как вырос! – не нарадуется бабушка Тоня.

– Это ещё что… – важничает Сеня, – я до шести считать научился. А ещё мы с папой в зоопарк ходили. Там много разных животных! Мы повстречали бегемота! Он, как твоя бочка, деда. Ты знаешь, если животных мало осталось, их в Красную книгу записывают! А крокодилы?! Бабуль, видела, какими они бывают? Я тебе расскажу…

– Расскажи, внучек, расскажи, – просит бабушка Тоня.

И про двугорбых верблюдов. И про страусов. Про всех, кого видел в зоопарке, рассказывал Сеня бабушке.

А она всё слушала да хлопала в ладоши от удивления.

Уже и гостинцы разобрали. Чаю выпили с грушевым вареньем. Папа с мамой пошли помогать дедушке баню топить.

А бабушка с Сеней – хозяйничать.

Курочкам зерна насыпать. У козы Зазнобы молочка попросить.

– У нас тут тоже слоны водятся, Сенюшка, – шепотом сказала бабушка Тоня. – Хочешь покажу?

– Слоны? В деревне? – удивился внук.

– А то! – подмигнула бабушка и пошла к калитке.

Сенька за ней следом вышел со двора.

В конце улицы пустырь. На пустыре молодая трава поросла густой щёткой.

– Ну и где твои слоны? – нахмурился Сеня.

– Вот же, – показала бабушка рукой на двух коров.

Здесь Семёновна и Андреевна их привязывают – травку пощипать.

Семёновна и Андреевна бабушкины соседки.

Сеня захохотал:

– Бабушка! Разве это слоны? Это же коровы! Ха-ха-ха!

– Нет, слоны! – возразила бабушка Тоня.

– Слоны такими не быва-ают! Хи-хи-хи! – заливался Сеня.

– Как же это не бывают? Когда вот они. Большие. Четыре лапы. Хвост есть. Всё как ты рассказывал, – пожала плечами бабушка.

– А хобот? Хобот где? Ха-ха-ха! – Сеня держался за живот.

– Вот же! – показала бабушка.

– Это вы-ы-мя! Ой, не могу! Хобот на голове! А вымя для молока. Ха-ха-ха! – Сеня присел на корточки.

– Правда, что ль? Хм… – хмыкнула бабушка Тоня, – что это я, коров со слепу не признала? Дела-а! Точно… Очки забыла надеть!

На обратном пути Сене с бабушкой встретились Семёновна и Андреевна.

Бабушка Тоня рассказала, как перепутала коров со слонами и подруги посмеялись. Они отметили, что Сенька заметно подрос.

Набрав молочка у Зазнобы, бабушка Тоня пошла домой. Сеня помогал ей нести маленькое ведёрко.

Потом Бровкины парились в бане и пили парное молоко.

Хорошо в деревне!

Японский макак и ватрушки с творогом

На бабушкиной улице стояло несколько десятков домов. И только в трёх жили семьи с детьми.

В седьмом и десятом домах жили ребята и девочки постарше. А в доме напротив – Максимка со своими родителями. Они переехали сюда недавно. Максимке исполнилось четыре года, как и Сене.

Они и внешне были немного похожи. Круглые лица, оба курносые. У Сеньки волосы светлее. Почти белые, и кудрявые. У Максимки – едва рыжеватые, прямые. Сенька голубоглазый. У Максимки глаза то ли жёлтые, то ли зеленоватые – не разберёшь. А в остальном похожи, что родные братья. Рост, вес, фигура, походка.

Никто и не углядел, когда мальчишки успели познакомиться. Казалось, они знают друг друга давно. Максимка стал частым гостем у бабушки Тони. Да и Сенька ходил к Максимке, как к себе домой. Тётя Лиза, мама Максимки, в шутку называла Сеню вторым сыном.

Ребята очень хорошо ладили. Но иногда и у них случался разлад. Как сегодня.

Они укладывали дрова в дровницу за домом. Дед Арсений колол, а внучата, так он называл мальчишек, собирали дровишки и складывали в ряд. У Максимки получалось ловчее. Он часто папе помогает. Сенька складывал, как придётся. Из-за чего ряд превращался в бесформенную груду. Она то и дело рассыпалась. Приходилось складывать дрова заново.

После нескольких безуспешных попыток Максимке всё это надоело. Он разозлился.

– Отойди! Неумеха! Посмотри, как у меня здорово получается. Только портишь всё! – нахмурился Максимка.

– Конечно здорово! Ты уже складывал дрова с папой. А мой папа не колет дрова в квартире. Нам не надо. У нас бани нет! – оправдывался Сеня.

– «У нас бани нет», – передразнил Максимка.

– Ты чего? – недоумевал друг.

– «Ты чего?» – Максимка продолжал дразниться, – бе-бе-бе, бе-бе-бе.

Мальчишка разошёлся и стал корчить рожицы. То язык покажет, то уши пальцами оттянет, изображая мартышку.

Сеня не понимал, почему друг стал издеваться над ним. Ну не умеет он складывать дрова, и что же? Все когда-то не умели.

Покажи ему разок, как нужно, и он сложит аккуратно. Не велика наука!

– Я недавно в зоопарк с папой ходил. Мы видели там разных животных. Медведей, жирафов, крокодилов. В одной клетке живут обезьяны. Когда мы подошли к ним, обезьяны сначала наблюдали за нами. Потом одна из них начала прыгать по деревьям, по стенкам клетки. Другая раскачивалась на качелях. Третья чистила фрукты от кожуры и ела. Откусывала по кусочку, как человек. Ещё одна обезьянка подошла к нам и начала дразниться. Как ты сейчас. Она и ростом с тебя была. Это было очень смешно. А у тебя получилось обидно. Может быть потому, что ты человек, а ведёшь себя как японский макак?

Максимка перестал дразниться и нахмурился ещё больше:

– Я не обезьяна! Сейчас ка-ак дам!

– Ты видел когда-нибудь японских макак? – спокойно продолжил Сеня. Он вспоминал недавний поход в зоопарк.

– Не видел, – пробормотал Максимка. Дразниться стало как-то неловко. При этом хотелось поскорее узнать, что это за макаки такие.

– Японские макаки живут на севере Японии. Там бывает очень холодно. Но эти обезьянки не боятся снега. За это их прозвали снежными обезьянами. Они находят горячие источники и по очереди купаются в них. Так макаки греются. Пока одни принимают ванну, другие приносят им еду. Живут макаки большими дружными семьями. Вообще они дружелюбные и с удовольствием заботиться друг о друге. Так написано на табличке перед клеткой. Мне папа читал, – выпалил Сеня. – Ещё, макаки не едят грязные фрукты. Они обязательно их моют.

Мальчишка с таких восторгом описывал обезьян, речь его становилась всё быстрее, он тараторил, аж дух перехватывало.

Максимке понравился рассказ про японских макак.

– Не такие уж они и плохие, японские макаки, – виновато заметил мальчишка.

– Они замечательные! – поддержал друга Сеня.

Ребята помирились и по-мужски пожали друг другу руки.

– Пойдём, покажу, как ровно укладывать дрова, – Максимка похлопал Сеньку по плечу.

Дед Арсений молча наблюдал за детской ссорой, продолжая увлечённо колоть дрова. Мальчишки уже взрослые и неглупые. Сами поссорятся, сами помирятся.

Наблюдала за происходящим и Сенина мама – Мила Арсеньевна. Через окно.

К вечеру дровница была заполнена ровными рядами. Дед Арсений никак не мог налюбоваться:

– Что за чудо-дровница! И как ровнёхонько ряд к ряду дровишки лежат! Ай да ребята! Какие молодцы! Спасибо внучики! Помогли старому.

Все трое направились к дому. Оттуда доносился запах свежей выпечки. Мила Арсеньевна с бабушкой Тоней напекли гору плюшек. С творогом и изюмом. Как Сеня любит.

Тут же в дом вошли Максимкины родители. Это Сенина мама их пригласила.

Соседи оживлённо общались. Ватрушки уплетали одну за другой.

– Лиза Андреевна, приезжайте к нам в гости. Мы вам наш город покажем, – пригласила Сенина мама Максимкиных родителей.

Бровкин старший поддержал супругу:

– В театр сходим! Или на футбол.

Евгений Палыч зачем-то подмигнул дяде Диме. Максимкиному папе.

– И в зоопарк обязательно пойдём! – не отставал Сеня, и тоже зачем-то подмигнул Максимке.

Все дружно захохотали. Максимкины родители согласились.

Это их бабушкины ватрушки с творогом и изюмом так раздобрили!

Крокодил машет руками

Следующий день выдался хмурым. Моросил дождь.

– Как хорошо, что мы вчера накололи дров и спрятали в дровницу, – заметил дед Арсений, – полежали бы они ещё денёк – отсырели бы.

Дедушка читал газету. Как обустроить куриные гнёзда по-новому.

Бабушка достала швейную машинку и прокладывала строчку на хлопковой ткани. Вот так:

– Др-др-др, та-та-та-та-та.

Будут новые шторы в гостевой комнате. Салатовые в голубой цветочек.

Сеня сидел за столом, рядом с бабушкой. Он рисовал крокодила.

– Это пасть такая большая. В ней много зубов. Просто не все видно. На передних лапах у сиамского крокодила по пять пальцев. На задних по четыре. Раньше он жил во Вьетнаме. Такой крокодил, – закончил Сеня рисунок и отложил в сторону зелёный карандаш.

Папа с мамой вернулись из магазина.

– Кого ты там нарисовал? – спросил Бровкин-старший.

– Знамо дело крокодила, – опередила бабушка Тоня Сеню. Она перевернула кусок ткани. Машинка снова завела своё «та-та-та-та-та».

– Я знаю игру такую. «Крокодил», – Евгению Палычу пришлось повысить голос, чтобы перекричать швейную машинку.

– Как в неё играть? – оживился Сеня.

– Очень просто! Я буду показывать слово, которое мне загадает мама, – начал объяснять правила Бровкин-старший, – а все остальные будут отгадывать.

Мама загадала слово и Евгений Палыч замахал руками, словно мельница.

– Правильно, Сеня, это слово – мельница, – обрадовался Сенин папа. – Теперь ты будешь показывать слово, которое тебе загадает бабушка. А мы все постараемся отгадать.

Игра оказалась очень увлекательной и весёлой. Дедушка смешно показывал грелку, бабушка изображала самолёт, мамину «вазу» все долго отгадывали. Время прошло незаметно.

Дождь закончился. Бровкины пошли к Зазнобе за молочком. Деда Арсения сосед позвал. Помощник ему понадобился.

– Крокодилы, крокодилами, а шторки просятся на окна, – сказала бабушка Тоня.

Швейная машинка радостно взвизгнула и заторохтела:

– У-ить! Др… та-та-та-та-та.

Крокодиломания

После майских праздников жизнь Бровкиных круто изменилась. По возвращении домой все вместе с Сеней полностью погрузились в зелёный крокодилий мир.

Читали книги о крокодилах, смотрели познавательные кинофильмы, скупили в местных магазинах все наклейки с зубастыми рептилиями. Игрушечные крокодилы разных видов и размеров начали стремительно пополнять домашнюю коллекцию.

– Мам, купишь мне пижаму с крокодилами? – попросил Сеня.

Мила Арсеньевна вздохнула:

– Опять крокодилы? Существует много других очаровательных животных.

– Я знаю… – почти шёпотом сказал Сеня.

–Хочешь я тебе куплю пижаму с попугайчиками? Какаду. Или со щенками? – предложила мама.

– Со щенками не хочу, – категорично ответил сын.

Сеня неохотно ковырял молочную кашу зелёной фарфоровой ложкой. Её ручку украшала крокодилья голова. Нужно доесть. На дне тарелки, под кашей, спрятан маленький крокодильчик. Пока каша в тарелке не увидишь.

– Ладно. Будут тебе крокодилы, – сдалась Мила Арсеньевна.

Ей вовсе не жалко купить пижаму с крокодилами любимому сыну. Но это Сенино увлечение её пугало.

– Это не квартира, а террариум какой-то! – взревел Евгений Палыч.

Он шёл по коридору и наступил на пластмассового крокодила. Нет. Крокодил не укусил Сениного папу за ногу. Но пластмассовые гребни на спине у игрушки больно укололи пятку.

– Везде эти крокодилы! Они заполонили всю квартиру! Я в ванную комнату заходить боюсь. Вот так однажды соберёшься принять душ, отодвинешь шторку, а там уже крокодил ванну принимает, – возмущался Бровкин-старший, – откроешь крышку унитаза, а оттуда маленький крокодильчик «Добро пожаловать!»

Сеня стал быстрее жевать кашу.

Мила Арсеньевна набрала воды в белую чашку и протянула супругу:

– Женя, попей водички. Должно полегчать.

Евгений Палыч, не глядя, опустошил чашку с водой и вернул её обратно. Его взгляд на мгновенье остановился на чашке.

– Опять он?! – снова заголосил Сенин папа.

На чашке был нарисован озорной крокодил в жёлтом колпаке.

С кашей было покончено. Заветный крокодил смирно сидел на дне тарелки.

Мама погладила сына по голове:

– Не переживай. Крокодилы, конечно, не такие симпатичные, как еловые шишки. Но я к ним тоже не сразу привыкла. Должно пройти немного времени.

Сеня зашёл в гостиную. На полке, под стеклом, лежали шишки. Папа каждую неделю смахивал с них пыль и аккуратно складывал обратно. Сеня задумался.

– Шишки не разбросаны по всей квартире. Я тоже соберу свои игрушки на палочке. Так папе легче будет привыкнуть к моим крокодилам.

Бровкин-младший поднял с пола крокодила и понёс сокровище в свою комнату.

Тракодил в городе

Последний майский денёк для Милы Арсеньевны выдался очень напряжённым. Утром нужно было пораньше в офис прийти. Она бухгалтер и работает дома. Но иногда её вызывают в офис. Обычно они с Сеней ходят туда вдвоём. Ему нравится у мамы в офисе. Там стоят компьютеры, принтеры, ксероксы. На них можно распечатывать интересные задания и раскраски. Но больше всего Сене нравится мамино кожаное кресло. Он кружится кружиться на нём, как на карусели.

Два часа прошли не быстро. Но Сеня не скучал. За это время он успел сложить из бумаги самолётик и кота. Тётя Света говорит, когда складывают из бумаги всякие фигурки, это называется оригами.

Тётя Света – мамина коллега. Она тоже бухгалтер. Коллеги трудятся вместе уже восемь лет. И столько же дружат. Фамилия у Тёти Светы смешная. Метёлкина. Но это вовсе не мешает ей работать. Она быстро считает и заполняет отчёты без единой ошибочки.

Мамин начальник – Филипп Егорыч называет тётю Свету «калькулятор в юбке».

Метёлкина действительно всегда-всегда ходит в юбке. Это неизменная часть её костюма. Как и неизменна её причёска: ярко-розовые кудряшки. Они едва достают до середины шеи. Издалека причёска тёти Светы похожа на меховую шапку. В солнечную погоду шапка светится розовым.

Сеня верит, что в шапке спрятан фонарик на солнечной батарее. Он зажигается от солнца. Хотя мама утверждает, что никаких фонариков там нет.

После оригами Сене удалось еще написать два ряда цифр.

Это мама попросила его помочь.

Затем все пили чай с апельсиновым печеньем.

После чаепития мальчишка поливал цветы на подоконнике.

Работа посложнее, чем цифры писать.

Для начала пришлось сходить в туалет и набрать воды в лейку. Из крана. К цветам тоже добраться не так-то просто! Сенька до них дотягивался едва-едва. Пришлось приставить к стенке маленький табурет, взобраться на него вместе с лейкой, полить цветок, слезть и только потом перенести табурет к следующему цветку.

Мальчишка сопел, пыхтел, но не жаловался. Он любил помогать маме. Если ему так трудно поливать цветы, то каково же ей? Уж лучше он сам выполнит такую сложную работу.

Сеня немного отдохнул и продолжил заниматься своими важными делами. Он вырезал четыре геометрических фигуры: круг, квадрат, треугольник и ромб. Побегал по коридору пять раз в обе стороны. Помог Филиппу Егорычу поставить печати на важных бумагах. Нарисовал одного крокодила. Для наглядности. Пока рассказывал о нём маминому начальнику.

Мама закончила работу. Они с Сеней с чувством выполненного долга покинули офис.

– Светочка, если что, я на телефоне! – сказала Мила Арсеньевна на прощанье.

– Хорошо, Милусик! – кивнула Метёлкина розовой шапкой, отчего в волосах загорелся фонарик.

«Где же спрятана кнопка этого фонарика?» – эта мысль не давала покоя Сене с тех пор, как он начал ходить с мамой на работу.

– Мама, что ты будешь делать на телефоне? – спросил Сеня.

– Сидеть, – не задумываясь ответила Бровкина.

– Это же неудобно, – Сеня не понимал, зачем сидеть на телефоне.

– Не в смысле сидеть – сидеть, а в смысле «сидеть», – похоже мама и сама запуталась.

– Так сидеть или не сидеть? – пытался понять Сеня.

– Когда человек в любое время готов помочь, он ждёт звонка. Говорят: «он на связи» или «он сидит на телефоне», – объяснила Сенина мама, – это сейчас телефон можно в кармане носить. А раньше телефонный аппарат подключали к линии. И весь разговор передавался по проводам. Такой телефон не вынесешь из дома. Если кто-то ждал звонка, он сидел, чтоб не пропустить важное сообщение. Как-будто и сам был соединён проводом с телефонным аппаратом. Тогда и появилось выражение «сидеть на телефоне», ждать звонка. Сейчас мало у кого остались проводные телефоны и совершенно не нужно сидеть около них. Но люди не перестали ждать важных звонков. Поэтому продолжают говорить «сижу на телефоне».

Забавные эти взрослые. То фонарики в волосах прячут. То на телефонах сидят. И так серьёзно к этому относятся, будто это и вправду делает их взрослыми.

– Сенечка, я совсем забыла, у нас дома закончилось молоко, – спохватилась Мила Арсеньевна, когда они уже приближались к дому. – Давай зайдём в магазин.

– Я уста-ал, – протянул Сеня.

– Всего на одну минуточку! – уговаривала мама.

Ну что с ней поделаешь? Придётся согласиться. Но сперва немного поторговаться. Не упускать же такую возможность:

– А ты купишь мне шоколадный батончик?

– Договорились: тебе батончик, мне пакет молока, – пообещала мама.

Сеня не очень хорошо ориентировался в секундочках, минуточках и часах. Он понял только, что секунда короткая. И считается она так: раз и всё! Но ему показалось, что в магазине они провели много минуточек. А точнее: несколько раз по шесть и ещё чуть-чуть.

Мама складывала в корзину всякие баночки, пакетики, коробочки.

Сеня изучал полку с батончиками. Шоколад белый, молочный, горький.

«Зачем нужен шоколад, если он горький? Это же невкусно!»

С карамелью, арахисом, рисовыми шариками, с нугой, со вкусом ананаса.

«С кокосовой начинкой в самый раз!»

Наконец Бровкины наполнили корзину. Теперь осталось дождаться своей очереди у кассы.

Трудно не скучать, когда долго стоишь на одном месте. Сеня уставился в окно и рассматривал прохожих, городской транспорт, уличных животных.

Вдруг по улице пронёсся… Огромный красный тра… тра… ТРА-КО-ДИЛ! Прямо по проезжей части. Мальчик никогда раньше не видел ничего подобного.

– Вот это зверь! – восхитился Сеня.

– Где? – мама оглянулась по сторонам.

– За окном! Большой красный тракодил! – крикнул Сеня.

– Тише. Ты в магазине, а не на игровой площадке. Правильно говорить «крокодил», а не «тракодил», – одёрнула мама.

– Тракодил, – повторил Сеня.

– Кро-ко-дил, – чётко произнесла Мила Арсеньевна.

– Тра-ко-дил, – снова повторил Сеня.

– Ты можешь сказать «кро-ко-дил»? – спросила Сенина мама.

– Могу. «Крокодил», – произнёс Сеня.

– Вот. Теперь правильно, – Бровкина довольно улыбнулась.

– Только это не крокодил никакой. Это – тракодил! – настаивал Сеня.

– Крокодилы не ходят по городу, – отмахнулась мама от Сени, как от назойливой мухи. Подошла их очередь.

Мила Арсеньевна начала выкладывать товары на транспортировочную ленту. Такая дорожка, по которой товары едут к кассе.

Рядом с пакетом молока появились ещё несколько продуктов. Мама складывала их в кучку. Кучка росла на глазах. Настала Сенина очередь. Он посмотрел на свой шоколадный батончик с кокосовой начинкой и на мамину кучку. Сразу видно: мама зря времени не теряла. Бровкин-младший положил на ленту батончик, замешкался на секундочку, а потом решительно положил рядом разноцветный пакетик с желатиновыми червячками и клубничную жвачку. У него тоже образовалась кучка.

Сеня сравнил мамину кучку со своей. Мамина оказалась несоизмеримо больше.

– Сеня мы договаривались только один батончик, – строго сказала Мила Арсеньевна.

– И пакет молока, – напомнил Сеня.

– Ладно! Возьми ещё червяков, – Бровкина ловко собирала баночки и коробочки в сумки.

Сеня не стал устраивать истерику, как делают обычно другие дети. «Невелика добыча. Но лучше, чем ничего!» – рассуждал он.

У взрослых «пакет молока» редко помещается в две сумки.

А если дети просят купить батончик, случайно прихватив пачку желатиновых червячков и клубничную жвачку, тут же слышат: «мы пришли только за батончиком!»

Вот это новость!

– Папа пришёл! – Сеня радостно бежал встречать Евгения Палыча. Сын с разбегу запрыгнул к нему на руки.

Папа похлопал сына по спине, поцеловал в щеку и спустил на пол:

– Погоди! Я ведь ещё руки не вымыл.

Бровкин-старший спрятал туфли в обувницу.

– Порядок!

Сенька сбегал на кухню и вернулся к папе. Тот тщательно умывался в ванной комнате.

– Пап, угадай в какой руке! – Сеня протянул Евгению Палычу обе руки, сжатые в кулачок.

Папа прочитал детскую считалочку:

Сидел козел на лавочке,

Считал свои козявочки:

Раз, два, три —

А козявка будешь ты.

Счёт выпал на правую руку.

– Правильно, – засмеялся Бровкин-младший, – это тебе!

Он протянул папе желейного червяка.

– Окунь я тебе что ли, на червя клевать? – спросил Евгений Палыч.

– Он не настоящий! Он вкусный, попробуй! – заливался Сеня.

Папа взял червя, внимательно рассмотрел, обнюхал, попробовал языком:

– И правда не настоящий! – червяк тут же отправился в рот Бровкину-старшему. – И правда вкусный! Спасибо!

Сеня обнял папу:

– Соскучился!

– И я скучал по тебе! А знаешь, что я раздобыл для сына своего любимого? – загадочно улыбнулся Евгений Палыч, – новый выпуск «КрокоДоко». Все газетные ларьки оббегал. Последний забрал. Мода какая на крокодилов в городе пошла? Разметают журнал, как горячие пирожки.

Бровкин-старший открыл свой портфель и стал искать «КрокоДоко».

Сенька прыгал от радости.

– А где это наша мама подевалась? – спросил Евгений Палыч.

– Мама в огурцах, – доложил о ситуации сын.

– Что значит «в огурцах»? – забеспокоился Сенин папа.

– Ой, не спрашивай, – многозначительно произнёс Сеня, – день у неё сегодня выдался я тебе скажу…

Так мама обычно говорит. И качает при этом головой. Сеня тоже покачал.

– Что случилось? – ещё больше забеспокоился Бровкин-старший.

– На телефоне сидела, – заговорчески прошептал Сеня.

– И? – в глазах у Евгения Палыча отражался ужас.

– Досиделась… – вздохнул Сеня.

– Где она? – Бровкин-старший схватил Бровкина-младшего за плечи и немного потряс, – не молчи! Говори, где она!

– В огурцах, – Сеня понуро опустил голову.

Дверь родительской комнаты открылась. Оттуда вышла сонная мама. Волосы убраны под полотенце, лицо намазано сметаной. К сметане приклеились огуречные колечки.

Мама зевнула:

– Аа.. Жень, ты дома? Хорошо! Представляешь, нанесла на лицо омолаживающую маску. Всего на пять минут. А сама уснула. На все двадцать. Даже не слышала, когда ты вернулся.

Мила Арсеньевна смыла сметанно-огуречную маску. Но моложе почему-то не стала.

Бровкины сели ужинать.

Папа делился своими приключениями на работе. Мама своими. Сеня внимательно выслушал обоих. И только потом выдал новость:

– А я сегодня видел на улице большого красного тракодила!

– «Крокодила» ты хотел сказать? – поправил сына Евгений Палыч, раздавливая котлету вилкой.

– Нет. Тракодила я хотел сказать, – упрямился Сеня.

– Та-ак, – папа приготовился внимательно слушать, – и каким он был?

– Он такой большо-ой. Красного цвета. По дороге пронёсся быстро, – Сеня показал рукой, насколько быстро пронёсся тракодил. – Я даже маме его показать не успел.

– Он опасен? – поинтересовался Евгений Палыч.

– Понятия не имею, – пожал плечами Сеня.

– Крокодилы не бегают по улицам. Они живут в зоопарке. Там их хорошо охраняют, – деловито вмешалась мама, – представляешь? Весь день сегодня про этого крокодила долдонит.

– Не про крокодила, а про тракодила. Тракодилы в зоопарках не живут, – обиделся Сеня.

– Потому что их не существует, – коротко ответила мама.

– Существуют, – не сдавался Сеня.

– Ну и ладно. Тракодил, значит тракодил. Кто только не существует на нашей планете. И для тракодила место найдётся, – подбадривал сына отец.

Но Сеня заметил, что папа тоже ему верит не до конца. Аппетит куда-то пропал. Даже заветный крокодил на дне тарелки не мог спасти ситуацию. Сеня отставил тарелку в сторону, поблагодарил маму за ужин и ушёл в свою комнату.

«Я докажу вам, что он существует!»

И ведь докажет!

«Только вот как это сделать?»

Сеня так и уснул в раздумьях. А во сне к нему примчался красный тракодил и сказал:

– Не переживай. Мы что-нибудь обязательно придумаем!

Трудности понимания

Мысли о загадочном тракодиле поглотили Сеню полностью. Вместе с тапочками. Он хотел бы ещё раз встретиться с этим невиданным зверем. Узнать, откуда он? Как ему живётся среди людей?

Сеня сидел в кресле и смотрел в потолок. Это так непохоже на него! Привычнее наблюдать, как мальчишка носится по квартире, прыгает, покоряет полосу препятствий из игрушек. На крайний случай – возводит башню, собирает пазлы или устраивает парад домашних крокодилов.

– Сень, у тебя ничего не болит? – забеспокоилась мама.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.