Чарли Ви
Измена мужа. Новая жизнь

Глава 1. Ошибка

– Чья это ошибка?

Низкий голос клиента звучал спокойно, но я чувствовала таящуюся в нём угрозу. Вглядываясь в его брутальную внешность, я с ужасом осознавала, что тот самый косячный продавец, который обслуживал этого красавца – я.

Один день назад, когда фактурный клиент появился на пороге нашего магазина и сказал, что ему необходимо сто пятьдесят квадратов глянцевого керамического гранита все девчонки продавцы повскакивали с мест. Ну как же не подойти к такому заказчику: клиент красавчик, обрабатывать не нужно, квадратура хорошая, а после выдвинутых планов по объёмам личных продаж подружки продавцы резко превратились в тайных врагов. Каждый готов был подрезать другого уже на старте. Я как раз сидела за компьютером и чисто физически не успела бы подлететь первой, поэтому сдалась не вступая в бой. Но то ли счастливый случай снизошел до меня, то ли фартануло знатно, он прямым ходом, раздвигая широкой грудью девчат словно ледокол, направился к ресепшену.

Девчонки потом ещё долго решали кому приписать свалившиеся с неба квадраты плитки, но после долгих обсуждений всё-таки оставили мне. И когда сегодня я вновь увидела его, сердце замерло от восхищения и страха – довольные клиенты так быстро не возвращались. Сто процентов был какой-то косяк. "Либо склада, либо завода," – подумала я.

Горячая волна ужаса и паники окатила меня с ног до головы, когда в накладной увидела не тот артикул. Это была моя ошибка, я случайно перепутала цифры и вместо жемчужного цвета выписала песочный. Перед глазами пронеслись все действия, которые надо было сейчас осуществить, чтобы исправить ошибку. Это мне надо было за свой счёт нанять фуру, которая увезет ошибочный керамогранит и привезёт необходимый. Нанять грузчиков, чтобы разгрузили и загрузили все коробки, а это почти три тонны и несколько часов работы. Но больше всего меня пугала мысль, что я останусь без денег, ведь оплатить все расходы предстояло мне из своего кармана.

"Нет, только не сейчас. На что мы будем жить?"

Муж уже месяц сидел дома, пытаясь найти достойную работу. Бабушка после перенесённого ковида всё больше задыхалась и её срочно надо было везти на обследование. Как же не вовремя я ошиблась. Мысленно попрощалась с половиной зарплаты, понимала, что юлить и сваливать вину на другого, чтобы подставить, не было смысла да и не входило в мои правила.

– Ну так что?– мужчина присмотрелся к моему бейджу и продолжил. – Кто виноват Александра?

Набрав воздух в лёгкие, я с трудом выдавила из себя:

– Я.

– Вы? И как же так получилось?

Его лицо выражало лёгкую заинтересованность и, несмотря на ситуацию, уголки губ поднимались в полуулыбке. Он не метал молнии и не покрывал меня матом, просто спокойно смотрел в глаза. Я в десятый раз покрылась потом, кровь снова прилила к щекам.

– Артикулы отличаются одной цифрой, я ошиблась. Это моя вина. Простите.

Я физически чувствовала как три пары глаз коллег уставились в мою сторону с укором. А он помолчал несколько секунд, всё так же не отводя взгляд, затем ответил, мне даже показалось, что в голосе мелькнуло удивление.

– Спасибо, что сказала правду, – неожиданно произнёс он. – Не часто можно встретить такого честного продавца.

Щёки, которые и без того горели розовым румянцем вспыхнули ещё сильнее.

– Ну что ж Александра вы меня приятно удивили, но сейчас я очень тороплюсь,– он окинул меня оценивающим взглядом и продолжил. – Оформите обмен и постарайтесь сделать максимально быстро. Хорошо?

– Да, конечно. Ближайшую дату доставки могу предложить на завтра. Устроит?

– Хорошо.

– Фуру и грузчиков на какое время заказывать? – решила уточнить я.

От удивления он даже вскинул вверх густую чёрную бровь.

– Вы собрались заказывать фуру?

– Ну да. Это же моя ошибка, значит, я должна покрыть ваши расходы.

– Вы серьёзно?

– Ну да.

Его губы растянулись в усмешке, будто он не верил моей искренности.

– Александра, вы точно с этой планеты? Готовы пожертвовать своими деньгами?

Я пожала плечами.

– Это ведь ошиблась я, значит, и ошибку мне исправлять.

– Я придерживаюсь других взглядов, так что с фурой отбой. У меня своя техника и люди. От вас только требуется оформить все документы правильно и быстро.

Вздох облегчения вырвался из груди.

"Как же здорово, что есть такие мужчины," – мне хотелось его расцеловать от счастья. Его хитрый взгляд навёл на мысль, что он, кажется, догадался об этом.

На самом деле мне было с чем сравнивать, буквально три дня назад клиент устроил скандал из-за того, что коллега случайно обсчиталась на одну коробку плитки.

– Малышка, давай поскорее оформи всё. Тороплюсь сильно.

Он полез в карман, вытащил кардхолдер и приготовил банковскую карту для возврата денег. Я же пыталась привести мысли в порядок, его фамильярное обращение дрожью прокатилось по телу до самых кончиков пальцев. Давно я не слышала чтобы кто-то называл меня "малышка".

После того как документы были переоформлены, а я с дежурной улыбкой вручила накладные, в ответ услышала не просьбу, а скорее приказ:

– Дай мне свою визитку.

Вообще я придерживалась правила не давать номер телефона никому, чтобы обезопасить свой отдых от людей, которые любят нарушать границы, но сейчас я даже подзависла.

"Как ему отказать, если он меня выручил?"

– Не бойся по ночам звонить не буду.

– Ну, если только не будете.

Я нерешительно дописала свой номер на визитке магазина и протянула ему.

– Скажите ваш номер и имя, чтобы я знала кто звонит, с незнакомых номеров не беру.

Он вытащил из кармана брюк большой и тонкий телефон, как мне показалось самая последняя модель айфона, и послал дозвон.

Его чёрные глаза смотрели спокойно и уверенно, но что-то будоражащее было в этом взгляде.

– Как вас записать?

– В документах не указано?

– Нет, я на юрлицо оформляла.

– Ок, можешь записать Дмитрий Иванович, а можешь просто Дима.

– Отлично, так и запишу Дмитрий Иванович.

– Ну давай. Пока Александра. Как товар получу отзвонюсь, чтобы ты не переживала.

Он подмигнул, развернулся и широкими шагами направился к выходу.

Я ещё раз выдохнула, вытерла взмокшие ладони об юбку.

"Слава богу, что всё обошлось. Мне ещё не хватало денежных проблем".

Всё оставшееся время до конца рабочего дня я прокручивала наш разговор, вспоминая детально, его глаза и пухлые чётко очерченные губы, трехдневную щетину, которую так хотелось потрогать.

– Ну и фортануло же тебе, – с этими словами ко мне подошла Марина, такой же продавец, как и я. Мы с ней хорошо общались, но до подруг недотягивали отсутствием свободного времени.

– В чем же фортануло?

Я не любила эти разговоры с плохо скрываемой завистью.

– Ну то что скандал не закатил. Ещё и не потребовал возместить расходы.

– Ну да, в этом точно подфартило.

– Ещё встречаются настоящие мужики. Ты обратила внимание какая у него фигура?

– Не особо, – соврала я.

Конечно же я обратила внимание, надо быть слепой, чтобы не увидеть широкие плечи, мощный торс.

– А попа какая, ммм. Всегда любила мужиков с упругими ягодицами,– продолжала нахваливать его Маринка. – А знаешь почему?

– Марина, не сбивай.

Я в третий раз начала пересчитывать кассу.

– Потому что такие мужики хорошие любовники, – продолжила она, не обращая внимания на мои слова.

Зазвонил рабочий телефон, Марина сняла трубку.

– Сааш, тебя наверх вызывают. Шеф.

"Да блин! Что за день сегодня ненормальный".

Глава 2. Неожиданность

Офис нашей фирмы занимал второй этаж над магазином. И если говорили, что вызывают наверх чаще всего это не предвещало ничего хорошего.

Я бросила считать кассу, сегодня цифры никак не хотели подчиняться.

– Марина пересчитай, пожалуйста.

– Да без проблем, не переживай. Я посчитаю и смену закрою.

– Ладно. Я пошла.

– Ни пуха.

Лестница на второй этаж находилась в подсобных помещениях. Длинный тёмный коридор гулко разносил стук каблуков от стены к стене. Со стороны лестницы лился свет, выделяя её ярким пятном на фоне серых стен. Я быстро взлетела по ступеням на второй этаж, на секунду задержалась перед зеркалом, чтобы осмотреть всё ли в порядке. В отражении на меня смотрела стройная крашенная блондинка с испуганными почти черными глазами, они всегда темнели, когда я злилась или переживала, в хорошем настроении они были синими. Я поправила юбку карандаш, которая немного съехала набок, застегнула верхнюю пуговицу рубашки на всякий случай. В целом своим видом осталась довольна.

Кабинет директора был третий по коридору, я подошла к двери, прислушалась, оттуда не доносилось ни звука. Постучала.

– Да, входи,– донеслось изнутри.

Я рывком открыла дверь.

– Здравствуйте, Сергей Владимирович.

За столом сидел директор сети, светловолосый полный мужчина. Он лениво поднял на меня взгляд.

– Ну рассказывай.

– Что именно?

– Как ты докатилась до такой жизни? – он хихикнул над собственной шуткой.

– В смысле?

– Ладно, проехали. Что там у тебя за история с керамогранитом получилась?

"Вот же засада. Кто-то успел уже донести. Что за сволочи со мной работают, готовые подставить друг друга?" – я мысленно ругнулась, но внешне пыталась сохранить спокойствие.

– А что такого произошло? Вы имеете ввиду фирму "Стройреал"?

– Ну да. Её самую.

– Там всё отлично. Заключили договор, купили партию.

– Что за возврат?

– Цвет не тот оказался. Но я уже всё уладила, наша фирма никаких расходов не несёт.

– А ошибка чья? Клиент передумал или что?

Сердце стучало уже где-то в висках. Признаться сейчас в своей ошибке всё равно, что лишить себя премии. А мне деньги сейчас просто необходимы. Но и врать не могла, скорее всего директор уже обо всём знал.

– Моя ошибка, артикулы перепутала. Но я всё исправила. Клиент доволен, взяла их доставку под свой контроль, – я старалась говорить медленно и уверенно, но мой рот протараторил все слова, выдавая волнение с головой.

– Ясно. Свободна.

– Сергей Владимирович, что теперь будет? Оштрафуете?

Он опустил глаза на документы перед собой и не глядя ответил:

– Бухгалтерия завтра оповестит. Можешь идти.

Вот что за человек, будто ему сложно нормально ответить.

Я вышла не прощаясь, не падать же на колени вымаливая прощение. Мозг лихорадочно обдумывал, как вылезти из этой жопы, в которую я попала. Придётся опять тормошить кредитку, а я ведь планировала закрыть её за полгода, в итоге оплачивала только проценты и снова ныряла в неё за новой порцией денег. Ещё и эта ипотека второй год тянула жилы ежемесячно. Горечь и обида на собственную судьбу затопили душу, я быстро смахнула выступившую слезу и рванула в магазин, чтобы переодеться. Мне не хотелось находиться здесь ни секунды. Сколько сил я угрохала чтобы стать лучшим продавцом. Минимум выходных, десятки часов над идеальными дизайнами, благодарные клиенты, самые высокие продажи среди коллег – получается ничего из этого не учитывалось для чтобы получить из-за первой ошибки просто выговор. И хоть на часах ещё было без пятнадцати шесть, а моя смена заканчивалась в семь, я переоделась в свою одежду – джинсы и футболку, накинула кожаную куртку и вышла в зал. Марина стояла посреди магазина, значит, кто-то из покупателей ещё гулял по стендам.

– Марина, пока! – крикнула я ей и, не дожидаясь ответа, вышла на улицу.

Сейчас мне было всё равно даже, если Маринка будет завтра возмущаться. Мне нужно было остаться одной, наедине со своими мыслями, успокоиться, работать сейчас я бы точно не смогла.

Прохладный ветер остудил разгоряченные щёки. С неба сыпал мелкий колючий дождь, весенний воздух наполнил лёгкие и я даже могла почувствовать себя счастливой, если бы не мысль о штрафе и то, что дома меня ждёт Андрей. Мой муж. Вчера мы с ним вновь поссорились. И сейчас, если я хотела с ним помириться надо было придумать шедевральный ужин, программу соблазнения на вечер, а мне совсем этого не хотелось. Андрей был из тех людей, которые обижались и могли молчать неделями. Он наказывал меня своим равнодушием и игнором, а я задыхалась в этой гнетущей и напряжённой атмосфере. Единственный выход избежать этого – превратить его жизнь в праздник, хотя бы на один день. Но с каждой новой ссорой подобные шоу давались мне все сложнее. Я чувствовала себя проститкой без права на голос и желания. Он задавливал меня своим эгоизмом.

А вся ссора началась всего лишь с моего замечания, что мог бы и кушать приготовить. Ведь его рабочий день был намного короче моего. Он работал сисадмином в сети продуктовых магазинов и приезжал туда лишь по вызову для устранения проблем. Но кто я и кто он, Андрей всегда относился ко мне как к пустышке. "Я старше, поэтому ты должна слушаться меня,"– любил повторять он. А я молчала, ведь бабушка всегда говорила, что женщина должна создавать уют и тепло в доме, иначе муж не захочет возвращаться туда. Иногда молчать удавалось, но в последнее время обида стала прорываться. Ну кто сказал, что женщина должна молчать? Разве дружная семья такая? Если мужчина любит разве он не должен показывать свою любовь поступками, помощью? Ответов на вопросы я не находила, женские форумы разнились ответами, а я всё больше запутывалась как жить дальше. Ссоры происходили всё чаще. Вчера, когда обида ещё кипела, я придумывала планы мести, собиралась уйти после работы к подруге, чтобы остаться у неё ночевать. Хотелось заставить его понервничать, чтобы он, наконец, вышел из своей зоны комфорта и хоть что-то сделал для меня. Мне просто хотелось чувствовать себя нужной. Но сейчас вся злость и обида прошли. Меня тянуло домой, чтобы заварить горячего кофе, укутаться в плед с любимой книгой и унестись мыслями в другой мир или вселённую. И плевать, что он там обижается и ждёт пока я брошусь к его ногам. Мне просто хотелось жить без ссор, как нормальная дружная семья, о которой я всегда мечтала. И которой у меня никогда не было.

Я прикурила сигарету и глубоко затянулась. Голова закружилась с непривычки. Вообще я не курила, если только немного, по молодости баловалась. Сейчас же в свои двадцать шесть понимала, что курение не самое лучшее пристрастие женщины, хотя иногда разрешала себе одну сигарету в особенно стрессовый день, чтобы успокоиться. Или просто выйти на улицу в разгар рабочего дня. Те кто курили могли без проблем уходить в курилку на пять минут, за день таких пятиминуток набиралось на полчаса, а если ты не куришь твоё дело – работать.

Так я несколько месяцев назад купила пачку сигарет, и когда совсем было плохо или хотелось избежать какого-то неприятного клиента, говорила, что я пошла на перекур и сбегала из зала.

Я медленно спустилась со ступенек магазина и уже хотела идти в сторону остановки, как краем глаза заметила мужской силуэт. Подняла глаза и замерла от неожиданности, возле чёрного хаммера на парковке стоял Дмитрий Иванович собственной персоной.

Глава 3. Поступила правильно

– Разве ты не знаешь, что курить вредно?

– Дмитрий Иванович? – я не заметила как приоткрыла рот от изумления.

Он подошёл ко мне, забрал сигарету и ловким щелчком отправил её в мусорку у крыльца.

– А я почему-то думал, что ты не куришь.

– Я и не курю, – ко мне наконец вернулась способность говорить.

– То есть это мне привиделось?

– Нет. Просто редко курю, когда нервничаю.

– И что же тебя расстроило?

Сейчас когда между нами не было стола, а мне пришлось поднять голову, чтобы видеть его лицо, я осознала насколько он высокий.

– Поступки людей.

– Неужели есть люди способные обидеть такую хорошую девочку?

Я потерялась от его интонации и слов. Куда подевалась его сдержанность? Почему он со мной так разговаривает?

– Дмитрий Иванович, не понимаю к чему этот разговор.

– Не понимаешь? А мне показалось, что ты специально устроила заварушку с плиткой, чтобы привлечь внимание. Разве нет?

– Я?! – возмущение захлестнуло меня с головой. – Да вы что? Я не флиртовала…

– Тише, тише. Успокойся. Шучу.

Я растерялась и замолчала. Что в голове у этого великана? Оставалось только догадываться. Неужели он здесь из-за меня? Я так давно привыкла думать, если я замужем, то не привлекательна для других мужчин. А теперь передо мной стоял красавец-самец и разговаривал будто я маленькая школьница. И вся ситуация напоминала начало дешёвой порнушки. Ещё не хватало предложения заняться сексом прям в машине. Постепенно мне вернулась выдержка, грубые мысли отрезвили и я смогла спокойно ответить.

– Я совершенно спокойна. Просто немного удивлена нашей встрече.

– Саш, ты не на экзамене. Расслабься. Ничего плохого в симпатии со стороны мужчин нет. Мы же можем пообщаться поближе.

– И даже то, что я замужем вас не останавливает?

– Замужем?

Я подняла руку и продемонстрировала маленькое золотое колечко на безымянном пальце. И чуть не рассмеялась от его растерянного вида.

– И когда же ты успела совершить этот опрометчивый поступок?

– Три года назад.

Дмитрий Иванович неодобрительно покачал головой.

– Ты разбила мне сердце.

– Я не специально, – нервный смешок слетел с губ.

– Ну общаться то нам можно? Или твой альфа самец прибежит на разборки?

Эх, если бы. Мне стало стыдно за своего мужа, он однозначно проигрывал на фоне Дмитрия Ивановича. Какой он альфа самец? Скорее альфа ленивец. Но сказать такое вслух равносильно признанию того, что я неудачница.

– Ну почему же, он просто уверен в наших отношениях.

– Знаешь, я начинаю ему завидовать.

Дождь усилился и я накинула капюшон толстовки на голову. Дмитрий Иванович схватил меня за руку и потянул к машине.

– Забирайся внутрь, а то промокнешь и заболеешь.

Я нехотя подчинилась. Никогда раньше не сидела в хаммере. Мне всегда эти машины казались агрессивными и неуклюжими. Но когда оказалась внутри почувствовала себя довольно уютно. Кожаные коричневые сиденья и панель выглядели дорого и красиво, в воздухе витал аромат, который ассоциировался у меня в сознании с сильным и успешным мужчиной. Это была смесь дорогого мужского парфюма, кожи, новизны и еле уловимого запаха власти.

– Ну что Александра посвятишь мне сегодня вечер или отвезти тебя домой к драгоценному мужу?

– Конечно, к мужу. Да и не нужно меня отвозить, я сама доеду.

– Я же тебе не секс предлагаю.

От его замечания в голове мелькнул образ обнаженного Дмитрия Ивановича, а моя совесть истошно взвизгнула и заскулила голосом бабушки: "Хорошая жена должна быть верной. Плохие мысли притягивают плохие поступки". Эти слова хлестко стегнули мою пробудившуюся женственность, заставляя её вновь спрятаться в глубинах сознания.

– Извините, Дмитрий Иванович, но мне нужно домой.

– Ты уверена?

– Да,– голос вроде звучал уверенно.

– Точно хорошо подумала?

– Д-да.

" Черт, всё-таки голос дрогнул,"– властные нотки заставляли меня нервничать, но я выдержала натиск.

– Ок. Говори адрес.

– Не надо, доеду на маршрутке.

Я потянулась к двери, но его спокойный и твёрдый тон заставил остановиться.

– Мне не сложно довезти красивую девушку до дома.

– Ну хорошо, улица Глинки 4а, – чувство вины за отказ вынудило согласиться. – Извините, не хотела вас обидеть.

– Меня? Обидеть? Для этого нужны более веские причины.

"Блин, вот я дура. Несу какую-то дичь".

Машина тронулась с места и его внимание полностью переключилось на дорогу.

– Почему муж тебя не встречает? – неожиданно спросил Дмитрий Иванович, когда мы выехали с парковки.

– Ну…,– я замялась.

Действительно почему?

– Он работает сисадмином… ненормированный рабочий день, – ответила я, но голос прозвучал тихо и неуверенно.

– Понятно. Наверно, хороший парень раз ты так ему верна.

– Конечно, хороший. А вы женаты?

– Саш, прекращай выкать.

– Это просто проявление уважения.

– То есть, если ты начнёшь говорить "ты", то перестанешь уважать меня?

– Нет.

" И как ему удаётся всё перевернуть…"

– Хорошо, давай на "ты".

– Отлично.

– Ты женат?

– Нет.

– А почему? Не нашлась та самая?

– Сложный вопрос. Может я когда-нибудь расскажу, если захочешь поговорить за чашечкой кофе или бокалом вина.

– Цена за ответ?

– Ну да.

Через несколько минут машина вывернула на знакомую улицу и остановилась перед панельной многоэтажкой. Он вылез из машины, обошёл её и, открыв дверь, галантно подал руку. Я почувствовала себя принцессой, которая приехала на бал.

– Ну что ж, прекрасная, Александра, до встречи.

Он вновь улыбнулся своей обворожительной улыбкой. Я последний раз бросила взгляд на мужчину одиноко стоящего рядом с хаммером и отвернулась. Стараясь поскорее оказаться в подъезде, пока решимость и целомудрие не покинули меня, уступив место безрассудству.

Взлетела на третий этаж, торопливо открыла дверь, убеждая себя, что поступила правильно. Зашла в квартиру и чуть не разрыдалась от обиды за себя. Мои жалостливые мысли прервал женский стон.

Глава 4. Измена

Сначала я не поверила своим ушам. Стон повторился, шлепающие ритмичные звуки доносились из зала. Словно во сне дошла до дверного проёма и заглянула в комнату. На расправленном диване Андрей в миссионерской позе лежал на худой блондинке и самозабвенно предавался страсти и распутству.

– Какого хрена?

Андрей испуганно соскочил с любовницы, нелепо оглядываясь по сторонам.

– Это совсем не то, что ты думаешь.

Блондинка тут же села, прикрывая нижнюю часть тела руками.

– Да, и что же это? Случайно упал на неё? Ты дебил Андрей.

Меня трясло, в ушах шумело, я даже не поняла откуда у меня появилась расческа в руках, которой запустила в мужа.

– Сволочь! Ненавижу! Козёл!

– Саша,Саша успокойся.

Андрей поспешно пытался натянуть штаны, но запутался в них и грохнулся на пол. Блондинка, нашарив рукой свои кружевные трусики, пыталась их натянуть.

Чувство омерзения и разочарования поглотили меня, словно они осквернили нашу квартиру, наши чувства и воспоминания.

Ведь пятнадцать минут назад я могла так же стонать под другим мужчиной, но выбрала мужа. Поступила правильно как мне казалось. А стоило ли?

Боль в груди ширилась словно опухоль, давила на сердце и грудную клетку изнутри. Главное не заплакать перед ним, мне не нужна его жалость.

Я стояла в центре комнаты и смотрела на жалкие попытки Андрея встать. Девушка уже пробиралась к выходу, когда я спросила её.

– Любишь его?

Она остановилась и пригнула голову, будто я огрела её лопатой по голове.

– Извините, пожалуйста. Я не знала, что он женат. Он не говорил.

– Зашибись.

Андрей сидел на полу, опустив голову, и молчал.

– Я надеюсь ты понимаешь, что сегодня закончилась наша семейная жизнь?

Он кивнул.

– Отлично.

Меня душил спертый воздух комнаты, наполненный её духами и страстью. Хотелось выйти, сбежать куда-нибудь подальше. Я схватила ключи от машины и выбежала их квартиры. Не помню как оказалась на первом этаже, вылетела на улицу и села в нашу старенькую тойоту. Подальше. Подальше отсюда, от этого дома и людей. Я гнала, не замечая как стрелка спидометра приближалась к ста километрам, пролетела несколько красных светофоров, не обращая внимания на знаки и предупреждения. От столкновений спасало невысокая загруженность дороги и выбранное направление. Через десять минут я уже гнала по загородной дороге, подпрыгивая на каждой кочке. Скорость снизилась, очередная яма привела меня в чувство. Я остановила машину и вышла. На улице уже похолодало, мокрый асфальт покрылся тонкой коркой льда.

Куда идти? Куда ехать? Что делать дальше? Мысли кружили над головой словно вороны, не давая ясно мыслить. Надо было как-то отвлечься, с кем-нибудь поговорить. Своему самому дорогому человеку, бабуле, я позвонить не могла, она бы сразу поняла по голосу, что у меня всё плохо и в каком я состоянии. Маме? Да ей плевать, как это было всю жизнь Подруге… единственная настоящая подруга жила в Братске и у неё сейчас уже была глубокая ночь.

Я держала телефон в руке и без конца листала телефонную книгу, но довериться сейчас кому-то из списка не могла. В шторке висело куча пропущенных, я зашла в звонки, все пропущенные были от Андрея. Интересно он звонил из-за того, что переживал за меня или за свою машину? Слышать его голос сейчас совершенно не хотелось. И когда я уже решила, что эту боль придётся переживать одной, среди входящих на глаза попался пропущенный от Дмитрия Ивановича, когда он на работе посылал дозвон. Не долго думая, я набрала ему смс.

"Если ещё всё в силе давай где-нибудь посидим". Постояла, подумала, стёрла.

Опять попыталась набрать смс, но вновь стёрла. Да я была злая, злая на мужа, но, видимо, здравый смысл, который уже вернулся на место услужливо подсунул любимую бабушкину фразу: "На эмоциях лучше не принимать решений". Я уважала её советы и старалась им следовать, но сейчас впервые мне хотелось сделать не так как требуют правила, этикет и чёртова мораль. Боль из груди никуда не ушла и мне нужно было её выплеснуть.

Часы показывали восемь, на улице уже смеркалось и похолодало. Просёлочная дорога, смесь грязи щебня, покрылась тонким льдом, который хрустел под кроссовками. Руки замёрзли и я села в машину. Вновь посмотрела на телефон и решительно набрала Дмитрия Ивановича. От волнения стало сложно дышать, сердце стучал где-то в горле пока я слушала гудки. "Что я ему скажу? Как начать разговор?" – гудки продолжали монотонно отсчитывать секунды, но трубку никто не взял.

"Ну да, конечно, захотела блин, чтобы такой мужчина снизошёл до меня, после того как сама отшила его".

Ничего другого не оставалось как ехать домой, ночевать мне было негде. Можно было бы снять номер в гостинице, но денег на карте осталось рублей пятьсот. Говорят беда не приходит одна, похоже по мне пробежало стадо и ещё нехило потоптались.

Ладно. Хватит себя жалеть. Жутко захотелось выпить и упиться вдрабадан. Я открыла дубльгис, чтобы посмотреть ближайшее кафе. Мне было не важно какое, лишь бы продавали спиртное после десяти. Ближайшее оказалось на улице двадцать второе апреля кафе "Восточная ночь". Я вдавила педаль газа, врубила музыку Кипелова "Я свободен".

Я очень редко выплескивала свои эмоции, всегда боялась, чужого мнения и осуждения, но сейчас мне было всё равно.

Вместе с солистом я горланила строки песни, завывая и сипя на высоких нотах. Но в душе появилась лёгкость, будто я вместе с Кипеловым приняла предательство мужа. Строчку:

"В моей душе нет больше места для тебя!"– я произносила с особым удовольствием и смакованием.

К концу песни я как раз добралась до кафе, оно расположилось на перекрёстке.

Передо мной стояло невысокое кирпичное здание, но мне было всё равно на вид и внутреннее убранство. Приглушенный свет, обстановка в восточном стиле, несколько занятых столиков производили впечатление спокойного заведения. Я села за столик недалеко от входа. Водку принесли быстро, на нормальную закуску денег не хватало, поэтому заказала просто салатик с капустой.

Первая рюмка пролетела незаметно. Я даже удивилась, потому что ещё с юности помнила, когда попробовала впервые, насколько она горькая. После того случая я больше никогда не пила, ничего выше десяти градусов. На третьей рюмке появилась горечь и в глазах начало двоиться. Завибрировал телефон, который лежал на столе. На экране высветилось "Дмитрий Иванович" .

Глава 5 . Неожиданность

(Дима)

Я снова прочитал сообщение: “Дима хватит меня игнорить. Трубку возьми”.

Так могла писать только она. Совсем безбашенная. Но несмотря на её характер я с трудом сдерживал себя, чтобы не позвонить. Мне срочно надо было отвлечься, именно поэтому я и приехал опять к магазину. Та девчонка продавщица не шла из головы. Хорошенькая. Конечно, до Юли ей далеко, но что-то в ней было.

Получить отказ совершенно не ожидал. Я привык, что девчонки сами искали встреч со мной. У меня никогда не было проблем с выбором ни в юности, ни во взрослой жизни. Стоило появиться в офисе, ресторане или в клубе – девушки сами подходили знакомиться и готовы были выполнить любое моё желание. Поначалу я упивался вседозволенностью, пробовал, наслаждался, но со временем это перестало зажигать. До сегодняшнего дня противостоять и отказать мне могла лишь одна женщина и это была Юля. Но с ней всё кончено, как говорится – возврату не подлежит, а вот Саша несмотря на кажущуюся серость оказалась твёрдым орешком.

Когда я снова увидел её перед магазином, отметил длинные стройные ноги, в джинсах они выглядели еще стройнее. Изящная головка, густые волосы собранные в хвост сзади. Глаза у нее красивые, хотя не глаза привлекли моё внимание. Высокая пышная грудь и ложбинка, виднеевшаяся в разрезе рубашки, словно магнит притягивала мой взгляд. Эта продавщица могла бы сводить мужиков с ума, но похоже даже не догадывалась о своей привлекательности.

Я повернул ключ и вошёл в квартиру, никто не вышел навстречу. Тихо и пусто. Да, квартира находилась в центре города, в самом респектабельном районе, в центре города. Да, она была просторная, совсем не такая, как та, в которой я вырос. К созданию интерьера приложил руку лучший дизайнер города, но руководила всем она. Здесь всё напоминало о ней. Проще было находиться на строительной площадке, чем возвращаться сюда.

После разрыва с Юлей каждое посещение квартиры неприятно отзывалось внутри и напоминало о том, что я теперь один.

"Надо хотя бы кота завести что ли".

Я разулся, прошёл на кухню и заглянул в холодильник. Ничего съестного не оказалось. Да и откуда, я день за днём пропадал на стройке. Это был мой первый дом, который я наконец решил построить для себя. Пустить всё на самотёк было равносильно согласию на долгострой. Пусть там будет хоть три прораба, но я точно знал – только в моем присутствии они работали в полную силу, отрабатывая каждую копейку.

"Ну доставку никто не отменял,"– с этими мыслями я откинулся на спинку дивана и полез в телефон мониторить сайты, чтобы заказать себе что-нибудь из еды. Но не успел нажать на заказ, как телефон разразился арией Бузовой "Мало половин", которую я специально поставил на Юлю. Она любила эту песню в отличие от меня. Я смахнул красную кнопку вбок, разговаривать с ней не было смысла. Снова оправдания и объяснения, возможно, слёзы – нет мне не было её жаль, но и в чёрный список добавить рука никак не поднималась. Я выключил звук, заказал пиццу и отправился в ванную.

Не так я планировал провести сегодня вечер и ехал к магазину с почти стопроцентной уверенностью, что проведу время в приятной компании красивой блондинкой. Мы сходим в ресторан, потом отправимся в гостиницу. От мысли, как она расстегивает рубашку, участился пульс. Что-то в ней всё-таки было, неуловимое женственное и мягкое, от этого ещё сильнее хотелось её обнять и прижать к себе.

Да и, судя по всему муж у неё ботаник. Избавиться от такого не составило бы труда, но она кажется действительно его любила.

Я стоял перед зеркалом, вглядывался в холодную отражающую поверхность, но видел перед собой лицо щуплого компьютерщика, который тискает свою жену. А может и не щуплого. Портрет всех сисадминов был удивительно схожим: засаленные волосы, неухоженная борода, поношенная растянутая футболка. Сколько я повидал их за свою жизнь, редко когда встречался кто не подходил под это описание. И что в них находили женщины?

Я включил воду и с удовольствием сполоснул лицо и шею .

В дверь позвонили.

" Кто мог припереться в такое время? Неужели курьер так быстро?"

Я направился в коридор и, распахнув дверь, встретился взглядом с Юлей.

– Какого черта?

Она стояла передо мной в чёрном обтягивающем платье, с глубоким вырезом декольте, почти обнажая грудь. Юля всегда была красивой: натуральная зеленоглазая блондинка. Она состроила свою самую невинную мордашку и, приоткрыв рот, томно вздохнула.

– Дима, нам нужно поговорить.

Я продолжал молча стоять перед ней.

– Может впустишь?

– Нет.

Она поморщилась от моего голоса, который прозвучал особенно громко в тишине подъезда.

– Чего ты упрямишься?

– Уходи. Мне кажется, я довольно ясно дал тебе понять, что ты мне больше не нужна. Прекрати таскаться сюда.

– Фу, Дима. Какой ты грубый стал. Вот видишь как на тебя действует отсутствие женщины.

Юля протянула руку ко мне, но я сделал шаг назад и захлопнул дверь.

– Ты трус, – донёсся из-за двери её возмущенный голос.

Игнор – это было самое лучшее средство избавления от назойливой бывшей.

– Ну ты и сволочь.

Я медленно отошёл от двери и вернулся в гостиную, но всё ещё слышал как она кричала оскорбительные слова в мой адрес.

"Ну почему все страстные девушки чаще всего оказывались стервами?"

Я снова сел на диван, включил телевизор, пытаясь заглушить доносившиеся из подъезда оскорбления. Я точно знал, что эта истерика скоро закончится и она уйдёт. Это был не первый её визит после нашего расставания.

Я схватил телефон, чтобы проверить когда должны привезти заказ и обнаружил пропущенный номер.

"Саша Ошибка" – именно, так я записал сегодняшнюю продавщице. Завис на несколько минут, вот этого я совсем не ожидал. Интересно почему она позвонила.

Я тут же набрал её номер и после нескольких пар гудков в трубке раздался Сашин голос.

– Алло.

Что-то было не так. Она странно растянула конец слова.

(Саша)

"Бля, как вовремя ты объявился Дима".

Меня разрывало между желанием взять трубку, чтобы рассказать ему обо всём и желанием не позориться. Несколько секунд в раздумьях и мой подвыпивший нытик одержал верх.

– Алло, – произнесла я и ужаснулась от собственного голоса. После всего трех рюмок у меня уже заплетался язык.

– Саш, что случилось?

У меня мурашки побежали по телу от его голоса. Он мог бы работать в сексе по телефону – все девчонки бы тащились от его низкого баритона.

– Ничего, не случилось, – я старалась чётко выговаривать все слова, но чем больше я старалась, тем сильнее заплетался язык.

– Ты что пьяная?

– Немного.

– Так,– секундное молчание. – Ты где?

– Я в кафе…"Восточный гость" кажется или "Восточная ночь". Не помню точно. Но здесь хорошо. Уютно. Приезжай, посидим, поболтаем.

– Я сейчас приеду. Сиди на месте.

– Есть босс.

К тому моменту, когда приехал Дима, я почти отключилась, тело не слушалось. Головой уперлась в руки сложенные на столе. Но я всё слышала и понимала.

– Саша.

Он потряс меня за плечо.

Боже какой позор.

– Эх, Александра, не умеешь ты пить.

С этими словами он подхватил меня на руки и понёс к выходу. От резкого рывка в желудке неприятно шевельнулась водка и попросилась наружу. Если до этого я испытывала стыд, то после того как меня на улице вывернуло наизнанку, я даже не знала как буду смотреть Диме в глаза. Он заботливо придерживал меня за талию. А когда судорожные излияние желудка прекратились, подал воды и влажные салфетки.

– Тебе лучше?

Я кивнула.

– Больше не тошнит?

Снова кивнула.

– Тогда пошли в машину.

Новая волна рвоты сложила меня пополам.

– Прекрасно, – прокомментировал ситуацию Дима.

Через полчаса, когда я уже с трудом стояла на ногах, а мой мозг наоборот прояснился, мне стало немного лучше. Дима сам обтёр моё лицо салфеткой и помог сесть в машину. Меня вырубило сразу как только он закрыл дверь. Проблески сознания возвращались, когда мы шли по какому-то подъезду, стояли в лифте и наконец тёплая, гладкая простыня, я с удовольствием прижалась щекой к прохладной ткани и провалилась в глубокий сон.

Глава 6. Пробуждение

Сквозь сонную пелену до меня донеслись звуки музыки, такой знакомой, но я никак не могла вспомнить исполнителя, где-то вдалеке пропищала мелодия окончания стирки. Неужели Андрей научился пользоваться стиральной машинкой?

Я приоткрыла глаза, в комнате царил полумрак, зрение быстро адаптировалось и я смогла немного рассмотреть незнакомую комнату. Огромный книжный шкаф напротив меня, возле кровати тумбочка, на тумбе часы.

"Ё-моё, двенадцать, я уже как два часа должна быть на работе".

Я попыталась вскочить, но голова закружилась, во всем теле чувствовалась слабость и я снова откинулась на подушку. Воспоминания прошлого вечера постепенно стали всплывать в памяти. Я вспомнила и про измену мужа, и про свой безумный заезд, но самое поганое – я помнила как меня рвало при Диме. Отличная проверка на вшивость. И судя по всему сейчас я была у него. Заглянула под одеяло, на мне только трусики. Одежды своей я нигде не обнаружила. Рядом на спинке стула висела чья-то футболка, и я недолго думая накинула её на себя.

Вышла из комнаты и попала в огромную гостиную студию. Она поражала своим дизайном в стиле лофт и гармонично подобранными оттенками серого, чёрного и белого. Минимум мебели, открытые металлические полки. Большой диван серого цвета стоял в центре комнаты, за ним виднелся обеденный стол и островок кухонного гарнитура, где в одних шортах стоял Дима, колдуя над сквородой.

Как теперь с ним себя вести? Он наверно в шоке от меня. Называется показала себя с лучшей стороны: истеричка ещё и пьяница. Дима, словно почувствовал моё присутствие, поднял голову и улыбнулся при виде меня.

– Доброе утро! Похмелиться хочешь?

Я понуро опустив голову доплелась до обеденного стола и плюхнулась на стул.

– Дима прости, что тебе пришлось вчера это всё видеть.

– Да я не против был. Особенно, когда спать укладывал. Мне всё очень понравилось, – довольная улыбка украсила его лицо. А мне хотелось раствориться в воздухе.

– Мы… Мы переспали?

Дима подхватил ковшик с кипящей водой и вывалил содержимое в дуршлаг, который стоял в раковине.

– Я, конечно, секс люблю, но…

– Что но?

– Но не настолько, чтобы делать это с бесчувственным человеком. Знаешь ли я люблю взаимность.

Он разрезал очищенные яйца, выложил зелёную спаржу на тарелки, ловко подхватил посуду и отнёс на обеденный стол.

– Завтракать будешь?

– Не знаю. Желудок болит.

– Неудивительно. Я думал тебя вообще наизнанку вывернёт.

– Писец, – простонала я от стыда и спрятала лицо в ладонях.

– Да ладно. Ты не первая кому я волосы держал.

– Спасибо, успокоил.

– Но надеюсь последняя, – и немного помолчал, добавил. – Давай ешь. Не зря же я у плиты стоял.

Я взяла с тарелки спаржу и надкусила, тошноты не последовало. Дима тоже сел рядом и приступил к еде, а я задумчиво украдкой разглядывала его лицо и то, как он ел – аккуратно, быстро, но неторопливо. В муже меня часто раздражало чавканье и прихлебывание, на что он всегда говорил: “Ты должна радоваться, это, значит, что еда вкусная и мне очень нравится. Конечно, может Дима сдерживался и пытался показать себя с лучшей стороны, но я почему-то была уверена,что он не притворяется. В нем чувствовалась стать и порода. Мой взгляд скользнул по его рельефным мышцам, голому торсу, на котором имелась небольшая растительность. У мужа волос на груди не было, а там где росли были почти незаметны из-за золотистого цвета. Мысль о муже напомнила о ссоре, измене и ста пропущенных.

– А где мой телефон?

Дима махнул рукой куда-то в сторону.

– Отключил и у порога оставил, а то муж твой без конца названивал.

– Ты что трубку брал?

– Надо же было сказать человеку, что с тобой всё нормально.

– И что ты ему сказал?

– Неужели тебя до сих пор это волнует? Даже после того что он сделал.

– Я тебе рассказала?

– Судя по тому, что ты бормотала, мне стало понятно, что он козёл опущенный, дурак и… мудак, который не умеет держать своё хозяйство в штанах.

– Кажется, я вчера дала жару, – я тихо пробормотала и стыдливо опустила глаза.

– Ну как сказать. И это неудивительно, любая бы повела себя так, а может и хуже.

Если мне не показалось, но Дима, кажется, был на моей стороне и даже не осудил за поведение.

– Боже, мне же ещё на работу ехать.

Но не успела я толком расстроиться, как Дима меня прервал.

– И на работу тебе не надо. Я всё уладил.

– Э-э, зачем?… То есть как? Когда?

Мой ошарашенный вид вызвал у него на губах довольную улыбку.

– Это будет моя маленькая тайна. А сейчас ты можешь расслабиться, спокойно позавтракать и даже рассказать, что же у вас произошло. Если честно я был сильно удивлён таким быстрым развитием событий.

– М-да, а что тут рассказывать. Пришла раньше с работы. Андрей же знал, что я работаю до семи плюс пока дойду до остановки, дождусь маршрутку, доеду, зайду в магазин. Раньше восьми он меня не ждал. А тут вот я пришла и застала его верхом на любовнице.

Перед глазами всплыла вчерашняя картина, где Андрей занимался сексом с блондинкой, но сейчас она не вызвала вчерашней досады и злости. В душе повисла тишина. Мне было стыдно самой себе признаться, но я чувствовала облегчение, будто только и ждала повода уйти от него.

– В общем, я познакомилась с любовницей мужа,– чтобы не выдать своё волнение я взяла с тарелки ещё одну спаржу.

Дима замер на секунду.

– Ну и как она тебе?

– Сильно худая. Андрей всегда любил таких, с фигурой похожей на мальчишескую. Даже не понимаю зачем выбрал меня, с моей то фигурой.

– А что с твоей фигурой не так?

– Ну я не сорок шестого размера, да и попа у меня по его меркам большая.

– Придурок твой Андрей. У тебя прекрасная попа, даже очень.

Похвала от Димы мне польстила, и щёки залились румянцем.

– И что ты решила насчёт мужа?

Я пожала плечами, хотя точно знала – к мужу я не вернусь, измена для меня была одной из самых непростительных ошибок.

– Решать, конечно, тебе, но поверь – мужчина, который изменил сделает это ещё раз.

– Я понимаю, – грустно ответила я. – Просто не представляю, что мне теперь делать. Он из квартиры не уйдёт, это сто процентов. Значит, уйти должна я. Надо искать квартиру, забрать вещи, съездить в ЗАГС. Голова идёт кругом.

– А как же родители, родные, подруги?

– У меня нет подруг, – но тут же поправила себя. – То есть есть, но в другом городе. А отца я не знаю, меня воспитывала бабушка, но я не хочу чтобы она переживала.

Я посмотрела на него, ожидая увидеть сочувствие или пренебрежение, как это часто происходило, когда люди узнавали, что я практически сирота, но в его глазах читался искренний интерес. Сейчас при дневном свете его глаза приобрели золотистый оттенок, словно жидкий мёд, хотя вчера они казались черными.

– Всё не так сложно как тебе кажется. Пока ищешь квартиру можешь пожить у меня, я помогу забрать вещи. Так что держи нос выше. Ок?

Я кивнула. Это было необычно, что незнакомый ещё вчера человек сделал для меня больше,чем родные.

– Единственное мне сейчас надо до объекта съездить. Скоро доставка, надо проследить, чтобы ничего не сломали и не утащили. А потом уже поедем за вещами. Согласна?

– Хорошо.

Он закончил завтракать и мы одновременно встали из-за стола. Только сейчас до меня дошло, что я стою перед практически незнакомым мужчиной в короткой футболке, которая едва прикрывает ягодицы. Его близость гипнотизировала и смущала.

Глава 7. Очередная

Я почувствовала как напряглось тело под его взглядом. Растрепанная, с недетскими картинками в голове и почувствовала к себе отвращение и стыд. Диме же наоборот мой вид похоже доставлял удовольствие и хоть я старалась смотреть ему в глаза, но взгляд сам опускался на его губы. Он подошёл ближе, обнял за талию и прижал к себе.

– Теперь нам никто не мешает. Совесть твоя может спать спокойно,– тихо произнёс он и наклонился, чтобы поцеловать, но я отвернула голову. Я так привыкла быть замужем, что не могла переступить эту черту. Даже измена мужа не освобождала меня от ответственности перед собственной совестью. А где-то внутри затаился страх, что после того как мы поцелуемся – не сможем остановиться, а после этого он больше не захочет общаться – эти все мысли теснились в голове и сковывали тело.

Дима же воспринял отказ по-своему.

– До сих пор мужа любишь?

– Нет…то есть… не знаю, – я мотнула головой, не поднимая её.

– Не нравлюсь?

– Нравишься, – пробормотала в ответ.

– А что тогда?

Он говорил без наезда, обвинений или обид, просто спрашивал, пытаясь меня понять.

– Боюсь.

Он молчал и я нерешительно подняла на него глаза. Он смотрел на меня как всегда спокойно, обнял за плечи и как ребёнка поцеловал в макушку.

– Я не настаиваю, – тихо ответил он и выпустил меня из своих рук, вызывая во мне желание разреветься от собственной зажатости, и сожаления, почему мы не встретились раньше.

– Мне через полчаса надо выйти, – Дима посмотрел на часы.

– Я быстро в душ сбегаю, подождешь?

– Хорошо.

– А, кстати, где моя одежда?

– Я закинул в машинку, должна была уже постираться.

– Э-э-э. А как…я…

– Не переживай, машинка сразу сушит.

"Блин, опростоволосилась. У него ещё и машинка сразу с сушкой".

– Ладно, я быстро.

За белой дверью меня встретила огромная светлая ванная. Большие габариты комнат, выбор немаленького хаммера напомнили шутку про "маленькие" комплексы мужчины, я вспомнила разговоры девчонок с работы.

По правую сторону стояла квадратная ванна джакузи, в пол стены в обрамлении плитки было вставлено зеркало. Доломитовая раковина на два крана поражала своей изысканностью.

Я быстро скинула футболку и с огромным удовольствием подставила лицо под горячие струи воды. Она ласкала и оживляла кожу, пробегая струйками воды по груди и спине. Я никогда не рассматривала себя в отражении, скромное воспитание породило кучу запретов и комплексов, но сейчас, глядя на себя в зеркало расположенном напротив душа, я начала рассматривать свое тело с точки зрения мужчины. Провела рукой по груди – упругая плоть мягко пружинила под пальцами. Плоский живот – моя гордость, ежедневное качание пресса на протяжении нескольких месяцев, после того как Андрей сказал, что у меня появился жирок. Широкие бедра, из-за которых комплексовала в школьные годы сейчас мне показались соблазнительно-сексуальными. Довольная осмотром я закрыла глаза и намылила волосы.

Через пятнадцать минут я была готова. Чистая одежд, освежающий душ взбодрили меня и я стала чувствовать себя намного увереннее, чем после пробуждения.

Дима открыл входную дверь, пропуская меня вперёд. Просторный светлый подъезд, современный стеклянный лифт. Я даже не могла вспомнить где в нашем городе были такие дома. Скорее всего где-то в центре. Двор был огорожен со всех сторон, на воротах в будке сидел охранник. Элитное жильё охранялось на удивление качественно. Дима шёл впереди к парковке, которая также располагалась внутри двора. Я любовалась своим спутником: нежно-голубая рубашка, бежевые брюки слаксы. С таким мужчиной любая женщина чувствовала бы себя особенной и счастливой. Я грустно вздохнула, а может я преувеличиваю? Может, не такой он и хороший, а я просто его идеализирую? В любом случае я понимала – мы из разных социальных слоёв, такие мужчины выбирают себе для отношений моделей с ногами от ушей.

– Сейчас на объект заедем, потом к тебе домой за вещами. Устроит такой распорядок? – голос Димы выдернул меня из размышлений.

– Хорошо.

Он открыл передо мной дверь и помог сесть в машину.

Провести с ним день была ещё та авантюра. Мы знакомы были от силы дня три, но он уже видел меня в таком виде в каком муж за три года ни разу.

Пока мы ехали я наконец добралась до телефона и включила его. Куча сообщений только успевали прилетать и увеличивая список пропущенных. От Андрея тридцать, с работы пять, бабушка несколько раз звонила. Наверно переживает. Она обладала хорошей интуицией и всегда чувствовала, если мне было плохо. Я тут же набрала её номер, чтобы успокоить. Она долго не брала трубку, нудные гудки начали пробуждать внутри панику.

– Сашенька, здравствуй! Что случилось у тебя? Телефон не берёшь, я уже волноваться начала, – наконец в трубке раздался знакомый голос.

– Бабушка, привет. У меня всё хорошо, не переживай. Просто телефон разрядился, а зарядки с собой не было.

– В гости что ли ездила?

– Ну-у да. У подруги ночевала.

– Андрюша то не обиделся, а то у него же характер. И как это он решился тебя отпустить.

– Ну вот так.

Рассказывать бабуле о разводе мне совсем не хотелось, поэтому я решила пока про это умолчать. Хотя бы оттянуть на подольше.

– Как у тебя дела?

– Всё хорошо Сашенька, потихоньку двигаюсь. Наклоняться вот совсем не могу, сразу задыхаюсь.

– Ты к терапевту талон взяла?

– Нет ещё доча, тяжело мне до больницы идти, там еще очередь стоять надо.

– Бабуль, но я без направления не могу записать тебя к пульмонологу. Давай я запишу тебя через сайт?

– Не надо, Саша. В прошлый раз ты вон взяла талон к лору, а я всё равно сидела в очереди два часа. Вот завтра соберусь и схожу, погода завтра вроде теплее будет.

– Ты главное не откладывай.Ладно бабушка, я позже позвоню, сейчас некогда.

– Хорошо. Сашенька дай бог чтобы у тебя всё хорошо было.

– Всё бабуль, целую. Пока!

Она могла прощаться дольше, чем мы говорили. Благословлять, наставлять, иногда я не выдерживала и сбрасывала звонок после того как говорила "пока".

А потом мучилась угрызениями совести.

– Я почему-то думал, что ты первым делом на работу позвонишь, – хмыкнул Дима.

– С чего это? Я далеко не трудоголик.

– Я слышал другое.

– Слышал? В смысле? Разве ты знал что-то обо мне до того как увидел в магазине?

– Конечно. Просто так я бы к тебе не подошёл.

Его слова стали для меня откровением.

– И кто же это был?

– Когда-нибудь я тебе расскажу.

– Дима! Ну так же нельзя. Если сказала А, значит, надо сказать и Б. Что за тайны?

Я скрестила руки на груди и отвернулась изображая недовольство.

– Всему своё время.

Он подмигнул и хитро улыбнулся, а мне оставалось только догадываться, что за тайну он скрывал от меня.

К полтретьему мы были уже на месте. Это был большой загородный коттедж, где весь пол первого этажа планировалось выложить керамогранитом.

Стоило Диме выйти из машины и приступить к работе, как он тут же превратился в Дмитрия Ивановича. Серьёзный, требовательный, под его чётким руководством девяносто три коробки три нанятых грузчика разгрузили за полчаса, хотя я знала, что наши грузчики могли десять коробок разгружать за тоже время. Чтобы не мешать Диме, я отошла в сторону и наблюдала за ним издалека. Мысль о том, что ему кто-то меня посоветовал не давала покоя. Ко мне, конечно, приходили люди по сарафанному радио. Чаще всего шли за дизайном, это была моя сильная сторона. Я рисовала всегда подробно и тщательно, просчитывая подрезку и точное количество плиток. Но Дима дизайн не рисовал, так зачем же он подошёл ко мне. И ведь шёл напрямую, хотя мог обратиться к любой другой продавщице.

Моё внимание привлёк темноволосый мужчина, видимо начальник или хозяин участка, судя по развязанной походке и долгому рукопожатию с Димой. Я не собиралась подслушивать, но они отошли в сторону и остановились недалеко от меня. Сначала они говорили о работе и я не вникала в разговор, но как только перешли на личное, слух напрягся сам собой.

– В пятницу всё в силе? – спросил незнакомец.

Дима пожал плечами и ответил:

– Думаю да.

– С кем придёшь?

– Ещё не знаю.

– А это что за блондиночка сегодня с тобой?

Я затаила дыхание.

– Да так.

– Очередная?

– Ну да.

– С Юлей то как? Всё закончилось?

– Давно уже.

– Значит, понтов с твоей стороны не будет, если я к ней подкачу.

– Нет. Мне всё равно, пусть хоть по рукам пойдёт.

– Да ладно, брат. Не злись. Если любишь до сих пор так может простить.

– Вот давай без этого. Я сам решу с кем быть и с кем спать.

– Ладно, ладно. Остынь. Это твоё дело. Просто Юлька твоя всем бабам баба. Я бы такую не отпустил.

– Аслан.

– Всё молчу.

– Ладно. Давай, ехать надо.

– Ну созвонимся ближе к воскресенью.

Дима направился к своей машине, а я с трудом переваривала новый статус в отношениях.

Глава 8. Слабые мужчины обижают женщин

"Очередная", нет так меня ещё никто не называл. Неужели все эти взгляды, улыбки и симпатия, которая возникла между нами – это всё лицемерие? Боль, которая только притихла после предательства мужа, вновь ожила, в груди заныло. Неужели мужчинам верить вообще нельзя? Зачем он притворялся, что я ему интересна? А может он и не притворялся? Может это я уже надумала и напредставляла себе и его доброту и участие? Ведь где-то внутри, глубоко в моей душе, ещё теплилась надежда на взаимную любовь, ватагу темноволосых ребятишек, которые будут похожи на папу. Мечты о дружной большой семье никак не оставляли меня. Может поэтому в любом мужчине я готова была увидеть того самого? Ну не дура ли? Ведь, если разобраться, он совершенно прямо и без вранья показывал свою заинтересованность именно в сексе. Он не расспрашивал о моих интересах, так какого хрена я обижаюсь. Но несмотря на голос разума и попытки всё объяснить самой себе не покидало ощущение предательства.

От невеселых дум меня отвлек голос Димы, он позвал в машину. Я старалась сделать вид, что всё хорошо, но на всякий случай отвернулась к окну, когда села в машину.

– Саша, ты что-то молчишь, – через несколько минут тишины спросил меня Дима. – Всё хорошо?

Мне не хотелось поворачиваться к нему и отвечать, но чем дольше я молчала, тем больше привлекала его внимание. Про подслушанный разговор естественно рассказывать не было смысла. Может, я боялась, что он начнёт изворачиваться, как часто делал Андрей, а может, боялась, что посмеётся над моей наивностью, поэтому, натянув свою дежурную улыбку, с которой встречала клиентов на работе и как ни в чем не бывало ответила:

– Всё хорошо. Прекрасная погода, вот и смотрю на небо, приятно видеть, как природа просыпается после зимы.

– Природа… Хм, ну да. Красиво.

На телефоне брякнуло смс и я поглощено принялась читать.

"Сашуль, здорово! Завтра еду к вам, готовь раскладушку. Предупреди Андрюху, пить будем много".

Моя подруга Наська раз в полгода ездила в отпуск на юг и проездом останавливалась у меня на несколько дней. Увидеть её сейчас мне было просто необходимо, она всегда умела всё расставить по местам, объяснить поступки людей и разрядить мой снобизм. Я тут же накатала ей ответное смс:

"Настя, как здорово. Жду с нетерпением, правда жить негде. Я ушла от Андрея".

Она сразу мне говорила, как только познакомилась с Андреем, что годы замужества с ним мне покажутся веком. Я тогда не придала значения её словам, но уже через пару месяцев совместной жизни поняла, что она имела ввиду. Настя была старше меня на три года, но казалось, что прожила уже не одну жизнь. Откуда в ней было столько мудрости и знания жизни я не знала. Она заменила мне старшую сестру и всегда была для меня авторитетом. Может и сейчас она поможет мне разобраться в этой чёртовой жизни, потому что я опять запуталась словно муха в паутине.

Ответ от Насти не заставил себя долго ждать.

"Чего?! Ну наконец! Не ссы подруга, приеду всё расскажешь. И ещё, пить придётся больше".

Губы растянулись в улыбке и хоть проблемы никуда не исчезли, на душе стало легче и радостнее. А ещё у меня появилась уважительная причина отказать Диме в его предложении пожить у него, пока я буду искать квартиру. Значит, время на поиски сокращалось до одного дня.

Машина подъехала к знакомому двору и остановилась.

– С тобой сходить или сама? – предложил Дима свою помощь.

– Сама, спасибо,– я вежливо отказалась и выпрыгнула из машины.

Как ни странно Андрей оказался дома.

– Привет. А я уж думал не приедешь за вещами,– он встретил меня с порога.

– С чего бы это. Не голой же мне ходить.

– А что твой нынешний хер, не может тебя одеть, – в его голосе прозвучала издевка.

– У меня нет моего личного хера, а если бы был я свалила бы от тебя намного раньше.

Сегодня Андрей был не тем растерянным и жалким изменщиком, которого поймали на месте преступления. За сутки он принял оборонительную стойку, тем более в его глазах я тоже оказалась неверной женой. Я не знала, что сказал ему Дима, но судя по поведению бывшего он совсем не чувствовал себя виноватым. Значит, как всегда скинул всю ответственность на меня. Ну как же, я ведь не билась в истерике от того, что потеряла такого мужика, не просила его одуматься и подозрительно быстро нашла замену.

– Вообще не понимаю к чему нужна была эта истерика, если ты и сама ходила налево, – слова мужа подтвердили мои догадки.

Я молча смерила его взглядом, отвернулась и прошла в зал. Что можно ответить человеку, если он заранее уже обвинил меня в неверности.

– Кстати, из-за тебя машину забрали на штраф стоянку, и ещё неизвестно сколько ты нарушила правил пока гоняла на моей машине. Так что имей ввиду я выставлю тебе счёт.

– Что?

"Господи, и я жила с этим человеком?"

– Знаешь, Андрей, я подозревала, что ты мелочный, но не думала, что настолько.

– А что ты думала можешь прикрываться моей изменой, чтобы выставить меня же перед всеми козлом, а сама начнёшь новую жизнь со своим мажорчиком?

Волна возмущения поднялась, но я так растерялась от его наезда, что замерла с открытым ртом.

– Что? Думала я не догадаюсь? А вот хрен тебе. И за ипотеку я один платить не буду. Поняла? Или отказываешься от квартиры и я плачу сам или каждый месяц ты отдаёшь мне по 8 тыс. Всё честно я считаю, половина сумму от платежа.

– Ну ты и козёл! – я сама испугалась своего незнакомого голоса, он звучал глухо и надменно, но меня прорвало. – Последний год я зарабатывала больше тебя. Ты уговорил купить тебе компьютер за сто пятьдесят тысяч рублей, потому что он видите ли нужен был для работы, хотя мы могли внести эти деньги за ипотеку. На мои деньги мы купили стиральную машинку и телевизор, который опять же смотришь ты, а мне постоянно некогда ведь я всё время на работе. Да за последний месяц ты не получил ни копейки, потому что вложил все свои заработанные деньги в какие-то инвестиции и даже не посоветовался со мной. И после это ты ещё смеешь мне говорить про штрафы и то, что я тебе что-то должна? Знаешь что, Андрей? А не охренел ли ты в конец.

Я рванул к шкафу купе и принялась скидывать в спортивную сумку свои вещи, чтобы скорее сбежать из квартиры. Мне казалось ещё одно слово и я вцеплюсь ему в лицо.

Андрей ещё пытался вывести меня на разговор, вновь говорил про мою неверность, но я держалась как могла. Периодически отсчитывала до десяти, чтобы не расцарапать лицо.

Вещей оказалось на удивление много, спортивная сумка еле застегнулась, я повесила лямку на плечо и с трудом оторвала её от пола.

– Что же твой ублюдок не пришёл помочь. Или он меня испугался?

Самоуверенность Андрея перешла все границы.

– Да пошёл ты нах***.

Слова, которые последние несколько минут крутились в голове неожиданно слетели с губ. Через мгновение я уже лежала на полу, щека болела, а Андрей занёс руку для следующего удара.

Я прикрыла голову руками и подтянула колени к подбородку, школьные годы, когда меня травили девчонки из класса намертво засели в голове и научили обороняться. Я точно помнила, когда бьют толпой лучше закрывать живот и голову, одно попадание ногой в солнечное сплетение и на несколько минут ты лишён возможности вздохнуть. Но удары школьниц не шли ни в какое сравнение с силой мужского кулака.

Я никогда не видела Андрея в таком гневе, он старался бить по голове, попадал по рукам, которыми я закрывала голову, злился ещё сильнее и снова замахивался, пока внезапно удары не прекратились. Голова гудела, но я не чувствовала боли, отодвинула немного руку, чтобы посмотреть почему он остановился и увидела широкую спину Димы. Я резко села. Зачем он поднялся? Мы же договорились, что он будет ждать внизу.

Я молча смотрела как Дима методично отводил руку назад и с силой наносил удары кулаком по лицу Андрея. Происходящее напоминало картину нападения коршуна на серого воробья, Андрей выглядел так же беспомощно: он извивался, пытался вырваться, махал руками, но дотянуться до Димы не мог. А Дима тем временем нанёс последний удар и оттолкнул Андрея, тот попятился и упал на диван. Он держался за нос, из которого лилась кровь, кожа на скуле и около глаза набухала и синела мгновенно.

– Ещё хоть раз руку на неё поднимешь и я тебя убью. Ты понял? – тихо сказал Дима, но в его голосе звучало столько стали и угрозы, что Андрей тут же утвердительно затряс головой.

Дима опустился передо мной на колено, бегло осмотрел лицо.

– Скорую надо вызвать, – сдержанно заметил он, но я видела его глаза, в которых читалось неподдельное беспокойство.

– Нет.

– Надо бы показаться, вдруг сотрясение. Да и ментов надо вызвать, чтобы зафиксировали побои.

Я покачала головой.

– Нет, Дима. Не надо ничего. Я просто хочу поскорее отсюда уйти.

Он взял меня за руку и потянул за собой, помогая встать. Схватил сумку с вещами и мы вышли.

Только в машине, глядя в зеркало, я смогла оценить степень злости Андрея – левая скула отекла и приобрела фиолетовый оттенок, белок глаза заплыл кровью.

– Господи, какая я страшная, – слёзы буквально брызнули из глаз.

– Дурочка.

Дима крепко обнял меня и прижал к себе.

– Радуйся, что жива осталась. Ещё немного

– Почему ты решил подняться?

– Тебя долго не было.

Слезы лились от обиды и никак не хотели останавливаться. Постепенно стала возвращаться чувствительность, голова болела, а лицо саднило. Дима продолжал обнимать и поглаживать ладонью по волосам.

– Поехали всё-таки я отвезу тебя в травмпункт.

– Не…надо,– я шмыгнула носом, пытаясь успокоиться. – Я просто хочу домой полежать, сделаю компресс, завтра уже будет лучше. А в больнице опять придётся сидеть куеву тучу времени в очереди.

– Поехали туда где нет очереди. Головушку твою проверить надо, а то вдруг он тебе всё отбил.

– А тебе какая разница? – мне не удалось сдержать обиду в голосе.

Но Дима даже не подал виду, он завёл машину и выехал со двора. Мне хотелось закрыть глаза, уснуть и проснуться, когда закончится весь этот дурдом.

Дима молчал, периодически тряс за плечо, не давая закрывать глаза. А мне наоборот ужасно хотелось спать.

– Саша, не спи, – он снова потряс мою руку, – уже почти приехали.

– Да не сплю я, не сплю, – пробормотала в ответ и широко зевнула.

В клинике меня долго осматривали, что-то записывали в карточку. Пожилая женщина без конца говорила, спрашивала. На все вопросы отвечал Дима, я лишь угукала.

Самое главное мне разрешили спать, сотрясение было, но в лёгкой степени, ни тошноты, ни головокружений, можно сказать легко отделалась. Но про поиск квартиры можно было на сегодня забыть.

– Это просто писец какой-то, – простонала я от злости, когда мы ехали домой.

– Моя ошибка, надо было с тобой подняться.

– Как мне теперь Настю встретить с таким лицом? Как на работу идти?

– Ты ещё и на работу собралась? – Дима удивлённо присвистнул. – Я, конечно, догадывался, что ты упертая, но не думал, что настолько.

– Знаешь Дима, мне вообще-то не смешно.

– Верю. А что за Настя?

– Подруга. Написала, что завтра приезжает. Я хотела сегодня квартиру поискать.

– Ну так что тебе мешает пригласить её ко мне.

– Вас случайно не мать Тереза зовут? На помощь приходишь, помогаешь. Не слишком ли много чести для обычной девчонки из магазина.

– Не понимаю из-за чего ты злишься на меня. Это ведь не я тебе изменил и избил.

Я замолчала, ведь он говорил правду. Наоборот я должна быть ему благодарна за помощь, за то что вступился за меня, но в груди клокотала обида. Я отвернулась.

– Мне кажется, тебе надо просто отдохнуть.

Когда подъехали к дому, оказалось, что я с трудом стою на ногах. Дима подхватил меня на руки, словно пушинку, а я прижалась к его плечу больной стороной. От него как всегда вкусно пахло, я заметила, что у Димы был свой особый аромат – древесно резковатый, но мне он безумно нравился.

– Извини, что так получилось. Второй день со мной возишься.

– Я ни о чем не жалею и ни в чем тебя не упрекаю.

– Хорошо.

Когда зашли в квартиру, я сразу направилась в ванну, мне хотелось смыть с себя все следы и прикосновения Андрея. Хотелось просто посидеть в тишине и разобраться в собственных чувствах. Ведь несмотря на то, что я была для Димы очередной он пришёл на помощь, как настоящий герой. Возился со мной как с маленьким ребёнком. Мне всегда не хватало заботы ни от мамы, ни от бабушки, даже когда вышла замуж вместо того чтобы стать слабой и беззащитный за спиной мужа, мне приходилось как матери заботиться о нем. А Дима был тем самым идеальным мужчиной, о котором я грезила ещё в юности, который приходит на помощь и появляется в трудную минуту. Именно поэтому я так любила фильм "Унесённые ветром" и Ретта Батлера.

Горячая вода расслабила ноющие мышцы, я откинула голову назад. И снова вспомнила подслушанный разговор. Из него я поняла, что прошлую девушку звали Юля и она была супер красивая, но почему-то Дима с ней расстался. Интересно, что она такого натворила. Я почувствовала как завидую этой незнакомой девушке. Она многое для него значила и уж точно не была очередной.

Дверь в ванну распахнулась и в комнату вошёл Дима с тарелкой в руках. Я в панике окинула себя взглядом, пышная пена уже начала оседать, но всё еще прикрывала большую часть тела.

Он встал передо мной на колени, поставил тарелку на край ванны.

– Что это за жёлтая хрень? – я подозрительно прищурилась и тут же ойкнула от боли.

– Это не хрень, а дольки ананаса. Хорошо помогает от синяков.

– Первый раз слышу. Всю жизнь пользовалась бадягой.

– Так, не понял, ты хочешь выздороветь?

Я кивнула.

– Значит, не возмущайся. Голову назад откинь.

Дима аккуратно расположил тонкий пласт ананаса над бровью, затем так же аккуратно распределил остальные кусочки по оставшейся половине лица.

И напоследок, едва касаясь, поцеловал в губы. От неожиданности я замерла.

Глава 9. Исповедь

– Не думала, что тебя привлекают избитые девушки.

Моё замечание вызвало у Димы грустную усмешку.

– Или это от жалости?

– Нет. Давно хотел это сделать.

– А ты с каждой девушкой так возишься, как со мной? – не успев договорить, я уже пожалела о сказанном.

– И к чему этот вопрос?

На удивление Дима даже не напрягся. Хотя я почему-то думала такой вопрос его оскорбит или разозлит, но он даже не шевельнулся, только опустил руку в ванну и принялся водить пальцем по моей коже. Я словно загипнотизированная смотрела ему в глаза, мысленно следуя за его рукой. Она плавно перемещалась от локтя по предплечью, указательный палец обвел правое плечо, переместился к ключице. Я затаила дыхание будто забыла как дышать.

– Почему интересуешься? – переспросил Дима, не получив ответа.

– Просто интересно.

– Нет, не с каждой.

– Понятно.

В комнате повисла тишина, нежные прикосновения успокаивали и усыпляли.

– Мой отец был военным: строгим, грубым и требовательным,– неожиданно тихо сказал Дима, сквозь спокойный тон мне послышались нотки грусти. – Мама жалела его. Может, любила, но стоило ему выпить лишнего и нам приходилось прятаться от него или у соседей или в гараже. Бывало попадали под горячую руку, в такие моменты я ненавидел его за то, что он бил маму. Они развелись, когда мне было пятнадцать, больше я с ним не общался. А мама расцвела. У неё все хорошо теперь, но каждый раз, когда я вижу мужика, который распускает руки мне хочется его прикончить. Так что ты правильно сделала, что ушла. Жаль, что с такими последствиями.

Он осторожно провел пальцем по моему подбородку.

Его история прозвучала неожиданно грустно. Эта маленькая исповедь словно приоткрыла дверь в его мир. Перед глазами появился маленький мальчишка, который любил свою маму и отчаянно пытался защитить от пьяного отца. Это было так неожиданно, ведь я думала, что у такого мужчины уж точно была отличная семья, которая и дала ему билет в хорошую жизнь. Я провела рукой по его волнистым чёрным волосам

– А что сейчас с отцом?

– Не имею понятия.

– И не хотел бы даже встретиться?

– Нет, мне хватило его в детстве.

– А я бы с удовольствием встретилась со своим. Хотя бы для того, чтобы увидеть его.

– Бросил?

– В каком-то смысле да. Я была нагулянным ребёнком. Мама встречалась с парнем, ей было семнадцать. Она бы может и избавилась от меня, да бабушка была против. Мама родила меня и уехала покорять город, начала новую правильную жизнь, а я осталась с бабулей. Слушала рассказы про маму, каких высот она достигла. Она приезжала раз в год, привозила подарки, но всегда держалась холодно. Нашла хорошего мужа, родила ему детей, двух девочек, а я всегда стояла в стороне. Как напоминание её разгульной молодости. Бабушка мой самый родной человек, но я до сих пор мечтаю найти отца. Мне кажется, знай он обо мне, может, моя жизнь сложилась бы по-другому.

Дима вновь поцеловал меня, едва прикасаясь к губам, стараясь не беспокоить разбитую губу. Сейчас он был не тем уверенным и властным мужчиной, каким был в магазине при первой встрече. Он открылся с другой стороны, добавляя мне лишнюю головную боль: думать плохо о человеке, который с детства рос избалованным ребёнком, намного легче, чем о человеке, который испытал много боли.

– Когда уже можно снимать ананас? – спросила я, пытаясь перевести тему разговора.

Дима сверился с наручными часами.

– Полчаса прошло, можно снимать.

Он убрал ломтики, протянул большое махровое полотенце, но я взглядом указала ему на дверь.

– Ты всё ещё стесняешься меня?

– Конечно. И я не вижу в этом ничего смешного, – проворчала я ему в спину, когда он выходил из ванну, посмеиваясь над моей скромностью и стеснительностью.

А когда закрыл дверь напоследок прошептал:

– Я уже видел тебя без одежды.

Когда я вышла из ванной, Дима стоял в гостиной, он успел переодеться в шорты и футболку. За окнами уже смеркалось, с улицы через приоткрытое окно доносились звуки городской жизни.

Я осмотрелась в поисках своей сумки, но в коридоре её уже не было.

– Дима, а где моя сумка?

Он повернулся и кивнул в сторону комнаты.

Замотанная в полотенце я направилась туда, сумка стояла у кровати. В животе заурчало и я поняла, что ничего сегодня толком и не ела.

В сумке творился кавардак, и это не удивительно, ведь я собирала вещи как попало. Я вытащила свой домашний халатик: голубой, с длинными рукавами, на пуговицах. Он мне очень нравился, ведь он отлично подчёркивал мои синие глаза. Сегодня мне хотелось выглядеть особенно женственной. Я посмотрела в зеркало и поняла, что халат подчёркивал не только синеву моих глаз, но и фиолетовость синяка на скуле.

– Вот ведь зараза.

Я всегда отличалась высоким порогом боли. Бабушка заметила эту особенность ещё в детстве. Когда другой ребенок плакал от того, что упал и разбил коленку, я лишь терла ушибленное место, потому что мне просто щипало. Поэтому я совсем забыла о разбитом лице. Но стоило увидеть себя в зеркале как тут же приподнятое настроение упало до нуля.

– Ты ужинать будешь? – донеслось из-за двери.

Вместо того чтобы кричать я вышла из комнаты и увидела как Дима накрывает на стол.

"Второй день находилась у него и так ни разу ничего не приготовила.Надо будет исправить это недоразумение завтра". К счастью, готовить я умела и делала это с удовольствием.

– Я суши заказал, надеюсь ты не против.

– Нет, всё отлично.

Суши я любила, но на столе в тарелка лежали какие-то длинные рисовые прямоугольники с тонким пластом красной рыбы сверху.

– Разве это суши?

– Конечно.

Дима сел за стол, окинул меня взглядом.

– Насколько я знаю, суши это маленькие круглешочки, рис завернутый в водоросли или в рыбу.

– То что ты описываешь– это роллы. А то что у тебя в тарелке – это нигири.

– Первый раз такие вижу.

– Ты кушай, а не смотри.

Я последовала его совету. Ужин прошёл в молчании. Дима будто был чем-то обеспокоен, но не хотел об этом говорить. И когда со стола было убрано, я поспешила удалиться в спальню, чтобы не отвлекать его, но он последовал за мной. Остановился в дверях и показал мне небольшой тюбик.

– Я в аптеке случайно бадягу нашёл. Даже не думал, что она у меня есть.

Я протянула руку, но он вместо того, чтобы отдать, подошёл ко мне.

– Ложись, я сам нанесу мазь.

Я покосилась на него, но всё же легла на кровать, Дима присел рядом на край, выдавил горошинку крема и принялся лёгкими, едва ощутимыми движениями наносить крем. Глядя на его массивные кулаки и широкую ладонь я удивлялась как аккуратно прикасаются его пальцы. Сейчас я совсем не могла на него сердиться ни за подслушанный разговор, ни за то как он отнёс меня к категории "очередных".

– Полежи со мной, пожалуйста, – когда он закончил наносить крем.

Я думала он откажется, но Дима помедлил лишь секунду, довольно улыбнулся, лёг рядом и обнял меня. С ним мне было спокойно и хорошо. Я чувствовала себя в безопасности, такой мужчина действительно готов был на всё ради семьи и любимых. Вот только относилась ли я к этой категории? Не хотелось об этом думать, но вопрос вновь всплывал, оставляя неприятный осадок в душе. Сегодня я разрешила себя думать, что важна. Пусть это обман, но мне сейчас были просто необходимы мужские сильные руки.

Глава 10. Любопытство не порок

(Саша)

Лицо Димы было так близко, он склонился и поцеловал меня, его губы плотно обхватили мои, но я совершенно не почувствовала боли, сладкая истома разлилась по телу, но я не могла пошевелиться. Я открыла глаза и встретилась со взглядом тёмных глаз, полными страсти и желания. Он снова наклонился и нежно провел языком по шее, спустился ниже, оставляя влажный след на коже. Тяжесть его тела придавливала и я чувствовала твёрдые изгибы его тела. Нетерпение, нежность наполняли душу, мне хотелось сказать, чтобы он не останавливался, но лицо Димы внезапно растаяло, а вместо него появился женский силуэт. Я не могла понять кто это, но чувствовала как когтистые руки сдавливают шею всё сильнее. Мне стало нечем дышать и когда показалось, что легкие сейчас сгорят от недостатка воздуха – я проснулась.

Мне понадобилось несколько минут чтобы прийти в себя. Сон был такой реалистичный, что при воспоминания о нем на руках волоски вставали дыбом. Какой странный сон. Что это была за девушка?

Утренние солнечные лучи скромно пробивались сквозь занавешенные шторы, в кровати я лежала одна, совершенно обнажённая, хотя точно помнила, что засыпала в своём голубом халатике. Я привстала на локте, окинула взглядом комнату. Димы не было, халатик лежал на кровати в ногах аккуратно сложенный . Часы показывали полдевятого, в квартире стояла полная тишина, от этого стало как-то не по себе. Я встала, накинула одежду, вышла в зал. В квартире действительно никого не было, видимо, Дима уже уехал на работу и не стал меня будить.

“Ну что ж, оно и к лучшему,”– подумала я, мне как раз надо было побыть одной. Обдумать дальнейшие действия, заняться поиском квартиры. Первым делом я полезла на госуслуги, чтобы подать заявление на развод. Госпошлина составила 600 рублей и я, скрепя сердце, внесла платеж из оставшихся от аванса денег, которые лежали на карте. Информационная справка предупредила,что рассмотрение заявления происходит от одного месяца до трёх, чем повергла меня в шок. Да, с этим делом не получится так быстро расправиться.

“Хорошо, что мы не успели завести детей,”– я впервые порадовалась этому факту.

А вот информация о квартире, которую взяли супруги в браке, меня очень порадовала. Я поискала статьи на эту тему и наткнулась на сайт банка, где и была оформлена ипотека. Позвонила на горячую линию, милая девушка подтвердила, что при расторжении брака документы на ипотеку можно переоформить. Бодаться за эту квартиру я не собиралась, тем более первоначальный взнос внёс Андрей и первые полтора года тоже платил он. Зная связи его семьи, они бы по-любому отжал квартиру у меня. Проще было переоформить кредит на него, а себе выбрать что-то другое, когда закончится развод. Телефон пиликнул и выключился – я совсем забыла поставить его вчера на зарядку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.