# Доширак

Камо Аракелян

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Доширак, или истории, которые могли произойти с вами, но произошли с другими.Данный сборник появился сам по себе, началобыло положено еще в нулевые. Я не профессиональный писатель и даже не имею никакого отношения к литературе, за исключением одного – услышанные мною истории я перенёс на бумагу и добавил красок, прибавил звука и всё это посыпал перцем, для остроты восприятия.Книга содержит нецензурную брань.

© Камо Аракелян, 2025


ISBN 978-5-0062-8976-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Предисловие

Данный сборник появился сам по себе, начало было положено еще в нулевые. Я не профессиональный писатель и даже не имею никакого отношение к литературе, за исключением одного: услышанные мною истории я перенёс на бумагу и добавил красок, прибавил звука и всё это посыпал перцем, для остроты восприятия.

По своей профессиональной деятельности я – повар. Много путешествую, общаюсь с людьми, и они охотно делятся со мной разными историями. Один раз я перенёс такую историю на бумагу и дал прочесть ее знакомым. Я не сказал кто автор, оставив интригу, сказал лишь, что прочитал рассказ и он мне понравился своей легкостью и тонким юмором.

Мои знакомые посчитали рассказ интересным и очень живым, без литературной тяжести.

– А кто автор? – спросили они.

И мне пришлось раскрыть себя. Последовал совет:

– Так пиши! У тебя неплохо получается!

Сразу за этим я получил одну из историй, которую опубликовал в этом сборнике.

Название ДОШИРАК пришло сразу, мы все знаем эту лапшу быстрого приготовления и называем его бомж-пакетом. Но мы хоть раз в жизни пробовали его. Мои рассказы также просты и понятны, только залей кипятком. Есть рассказы с перчиком, с кислинкой, с сахарком, с дымком.

Истории достаточно короткие, я не хотел нагружать читателя и создавать круто закрученный сюжет, это совсем другой жанр.

## Шеш-беш

Из института меня выперли с треском, косить в 1965 было не просто, да и сосед у нас был военком. Он всегда мне говорил, что рано или поздно меня выпрут из института и я пойду топтать сапоги. Вёл я достаточно аморальный образ жизни. Особых качеств у меня не было. Учился плохо, физические данные не выдающиеся. По распределению я попадаю во Внутренние войска в Среднюю Азию, как сейчас говорят в жопу мира.

Учебка прошла быстро. И вот я прибываю на своё постоянное место дислокации – в воинскую часть СССР ВВ 19825.

Мы охраняли зеков в зоне поселении, а на ближайшие 320 км вокруг – пустыня. Забора никого не было, бежать некуда. Ленинская комната, казарма, лазарет, радиорубка, столовая, чепок, гараж и штаб. Была и оружейная комната, но мы все ходили с пустыми калашами. Начальство к нам почти не приезжало, только раз в неделю приходила почтовая машина и провиант. Всего нас в части было пятнадцать человек. Капитан Приходько, прапорщик Дериглаз, ротный Семичастный и рядовых двенадцать человек. Зеков было пятьдесят восемь, или около того – никто точно не знал сколько их. Передвигались они по части свободно. Сроки у всех небольшие, по два-три года, в основном интеллигенты, торговые работники и водители.

Средняя температура в пустыне 25 градусов. Зимой ночью опускается до минуса, а летом днем 30—40 градусов, но переносится такая жара хорошо. Но самое интересное – это не погода, а заключённые, точное количество которых никто не знал! Вот с этого всё и началось.

Целыми днями мы играли в нарды «шеш-беш». Впоследствии мне это умение очень пригодилось, люди с востока и Кавказа меня уважали, да и играл я очень достойно.

На кухне пекли только хлеб, всё остальное жарили на открытых мангалах, чаще всего это были бараны. Там же, в части, я научился неплохо готовить блюда восточной кухни: плов, лагман, шашлык. Нет-нет, я ничего не путаю! Шашлык у нас был четыре раза в неделю и ели мы его вместе с заключёнными. Излишки мяса сначала пытались возить в район, сбывать, но это было очень рискованно, да и ценник на баранину в те времена был невелик.

Кто-то и когда-то поставил лишний нолик в списках и получилось вместо 15 человек в части 150 соответственно. С тех пор весь провиант и материальное обеспечение мы получали из расчета на сто пятьдесят человек, при том что нас, вместе с заключёнными, было всего семьдесят пять. Капитан Приходько был прекрасным актером и безупречно играл свою роль: мол, он ничего не знает! И все ему подыгрывали.

Служил я как в санатории! С едой проблем не было, с горячкой тоже. Излишек накапливалось очень много, а реализовывать их было очень сложно и опасно. Мы нашли в городе торгашей, которые с большим удовольствием скупали у нас эти излишки. Дериглаз потихоньку превращался в олигарха местного розлива. Да и у нас появились лишние рубли.

Мы все отдавали себе отчёт, что если всё это накроют, то сидеть мы уж точно будем не в зоне поселении! Но как-то всё это текло само по себе.

И вот, перед моим дембелем, приходит очередная машина с почтой и провиантом. Мы удивились тому, что там, на редкость, было всего мизерное количество. В тот момент наш ротный Семичастный чуть не спалился, а почему так мало! И тут мы реально запереживали и начали заливать свое горе.

Через неделю приходит другая машина, с конвертом на имя начальника части Приходько. В письме сообщалось, что часть расформировывается, и завтра придет транспорт за солдатами. Все зеки переоделись, загрузились в машины и поехали в район. Оттуда на такси, все до одного зеки вернулись в свои бараки. Солдаты приехали в район и там растворились, искать их никто не стал. Запас провианта был ещё на один призыв, а мы спокойно жарили шашлыки и играли в «шеш-беш».

Я уволился из вооружённых сил и на гражданку пришёл с небольшими сбережениями. Даже по московским меркам был богат.

Капитан Приходько уволился из вооружённых сил и уехал в Прибалтику.

Эту историю я никому не рассказывал до этого времени.


Служу Советскому Союзу!


## Утиная охотА

Август, как всегда, выдался тёплым и ласковым, не таким знойным как июль. Ночи становились мягкими и комфортными.

Мы все повзрослели, обзавелись детьми, семьями, а кто-то и не по одному разу. Кто-то стал владельцем бизнеса, кто-то чиновником, кто-то… Да-да, именно тем, кем вы подумали. Но это не мешало нам встречаться два раза в год и быть друзьями. Мы никогда не обращались друг к другу за помощью ни по одному вопросу, а вот стихийно встретиться в баре за чашкой чая – это бывало. Никто из нас не делился своими проблемами и уж тем более разговорами о работе. С учётом того, что Сергей Владимирович (так звали нашего друга) занимал высокий пост в одной очень высокой организации.

Звали нашего друга совсем не Сергей Владимирович – эта кличка к нему приклеилась с института, который мы все успешно, на наш взгляд, закончили. Меня отчисляли два раза, Сергея Владимировича один.

Кличка к Леониду Ивановичу Кораблёву – это настоящее имя Сергея Владимировича – приклеилась от нашего преподавателя по политологии. Он также яро пропагандировал социальный устрой общества. Именно этим политолог, в последствии, заинтересовал сотрудников одной организации, в которую был благополучно принят и получил звание подполковника. На военной кафедре Сергей Владимирович особо не отличался рвением «милитари». Но карьеру в ФСБ сделал блестящую.

Как-то раз мы выпивали в парке, в процессе выяснилось что Сергей Владимирович что-то забыл на работе, и мы поехали туда вместе. После этого я несколько дней ходил как с похмелья, и понял ещё одну вещь: ни одна держава в мире не сможет даже посягнуть на безопасность нашей Родины! Мы приехали на Лубянку, прошли четыре КПП. Соответственно нам везде отдавали честь, но на последнем КПП попросили предоставить документы (для формальности). У меня никто ничего не спрашивал!

Мы зашли в большой кабинет в стиле соц. ампир и после звонка Сергея Владимировича, нам принесли Хеннесси, лимоны и два чая. Всё как положено в стиле КГБ!

Я не стал говорить Лёне, что коньяк не пьют с лимоном и уж тем более с чаем. Я не хотел обидеть его и всех сидящих за этими стенами. Это традиция и она не подлежит никакому обсуждению.

Стены здания наводили на меня странное ощущение, поэтому коньяк был выпит очень быстро. У Лёни за долгие годы работы выработалось профессиональное качество по уничтожению данного напитка, пил он его как воду, нет – как чай.

Мы вышли совсем с другой стороны, как мне показалось. А показалось мне это потому, что выпили мы у Лёни в кабинете не одну бутылку. На улице уже было светло и весь трудовой народ спешил на работу. И, как к десяти часам утра положено августу, температура воздуха поднималась быстро и уже достигла двадцати восьми градусов. Мы прошлись по бульвару и присели в сквере. Голова начинала трещать, появилась сухость во рту (Чиж и Ко). Сигарета, которую я закурил, была лишней и у меня поднялась тошнота. Лёня предложил зайти в кафе, поесть горячего и поправиться. Я не очень хотел, чтобы мои подчиненные видели меня в таком виде. Поэтому мы отправились в гламурное и до безобразия не вкусное место «Пикадилли». Нас встретили как почетных гостей, посадили возле окна, принесли кофе и круассаны, которые мы не заказывали, хотя мне всё было безразлично!

Лёня сказал:

– Третья была лишней!

И тут я понял, что в кафе мы выпили две бутылки по 0,7 литра и литр виски в парке.

От круассана меня тоже чуть не вырвало, и я спросил:

– У вас есть суп?

Мне предложили луковый, минестроне, и грибной крем.

– Блеать, а есть лапша куриная?

– Нет это только на ланч, который начнётся через час.

– Ну, в таком случае, можно просто бульон?

Официант пригласил менеджера, и он долго лепетал бла-бла-бла и всё такое. Лёня тем временем заказал ледяного джина и расправлялся с бутылкой, запивая всё это содовой.

Я вышел на улицу, закурил сигарету, дошёл до первого магазина и купил доширак. По дороге мне попалось несколько наших сотрудников, которые шли на работу и с коими мне пришлось поздороваться (даже знал кого как зовут).

Когда я вернулся, Лёня сидел уже не один и бутылка джина заметно поубавилась. На столе появились сыры, фрукты и прекрасная дама, в 11.00 то утра. Как вы думаете, что она делает в 11.00 утра во вторник в боевой раскраске в «Пикадилли»?

Я попросил большой чайник чая и заварку отдельно, чтобы менеджер и официант меня долго не мурыжили. Один из них меня узнал, отчего наше общение стало более напряженным. Дама представилась Аллой, я тоже назвал себя. Мне очень не хотелось, чтобы меня видели, едящим доширак в «Пикадилли». Но я не стал обращать ни на кого внимание, достал доширак и залил его кипятком из чайника.

Видели бы вы в тот момент лицо Аллы!? Леня посмотрел на меня, но не сказал ничего. Мы допили джин, Лёня подбросил меня до дома на «Динамо», а сам с Аллой уехал в неизвестном направлении.

В конце августа мы, как обычно, собрались на охоту на перо в Завидово. Люд приезжает солидный и очень разный, но охотников там нет, не считая егерей. Приезжают с охраной, на джипах, в шляпах, сапогах и прочей клоунской атрибутикой. Ковбой, охотник – разницы никакой. Я, конечно, не охотник, но зачем для охоты на перо-утку, нужен карабин с оптикой?

Был у нас ещё один друг, он «как попало» с нами не учился, он сразу родился умным! Звали его Арсений Матвеевич Крупинин. В школе он учился хорошо, закончил ин. яз., кафедру латиноамериканских языков и попал по распределению сначала в Бразилию, затем в Мексику и так далее. Стал чрезвычайным послом в странах Латинской Америки. Арсений был веселым парнем и пользовался у девушек популярностью и, как поговаривают, это помогло ему добиться больших успехов в карьере, хотя рвение к языкам у Арсения было замечено уже в школе. Он свободно говорил на английском, французском и ещё на каком-то языке. Когда мы зависали в «Американ гриль» баре на Белорусской, а там полно было экспатов, Арсений с лёгкостью с ними общался.

Мы, конечно, с Лёней знали о его способностях к языкам, но, чтобы настолько.

– Сеня, ты когда выучил французский?

– Я его не учил, мне папа показал алфавит, и мы прочли с ним два тома Дюма на французском и всё.

Лёня спросил у Сени:

– Если я завтра прочту Фауста на немецком, то тоже заговорю?

– Конечно же нет! – ответил Сеня.

– Почему??? – спросил Лёня.

– Потому что ты слушаешь Рамштайн, а я Джо Дассена!

– Сеня, ты чего своим пацанам врешь?! Ты хоть знаешь, как выглядит Джо Дассен?

– Да знаю, у мамы пластинка есть! – и просвистел «Les Champs Elysees».

Когда Лёня приезжал в Завидово все думали, что это президент: его сопровождали две машины с номерами ААА. Но в этот раз всех поразил Сеня. Арсений занимался развитием экономических отношений между нашими странами и также добился успехов на этом поприще. Арсений прилетел на вертолете с двумя мексиканцами в сомбреро, как потом выяснилось это были очень важные люди. Сеня, так сказать, знакомил их с настоящей Россией. Парни оказались очень веселые, хотя ничего не понимали по-русски, только улыбались.

Я спросил у Сени, много ли они употребляют кокаина? Сеня сказал, что он не по этой части, они бухарики. Ну да ладно!

Люд собирался разный: актёры, банкиры, сотрудники органов, бывшие фарцовщики и так далее, всякая шушара или, как сейчас говорят, хозяева жизни. Данное мероприятие чисто мужское. Женщин не было, но у некоторых гостей, которые не нашли себе собеседника или собутыльника по интересам, возникает желание женского общества, с этим здесь проблем не было.

Всегда пожалуйста, в любом количестве и любого качества. Но мы приезжали сюда не за этим: я в поисках новых инвесторов, Лёня проверить тылы, а Арсений приезжал развлекаться. В прошлый раз привёз колумбийцев, и они были очень удивлены: как в России колумбийский кокос может быть лучше, чем у них!?.

На что Сеня им всегда отвечал:

– Велком ту раша!

Сбор и размещение гостей в 13.00. Все друг друга знают, здороваются, целуются и обмениваться тройным рукопожатием. Обед – это нечто, пока все ещё трезвы, хотя некоторые, которые только-только подтянулись к государственной кормушке уже подшофе. Вино – Франция, крепыш водка, коньяк, виски, пиво. Три поильни, как для лосей, стоят на территории с тремя сортами чешского пива. Краны в них подрядная организация заменила на примитивные, потому что не все умеют пользоваться пивным оборудованием, а держать возле каждой поильни человека накладно.