Антон Сидякин
Art of sucking in music

Radiohead – Kid A – How to Disappear Completely

1

Это был то ли акт мастурбации, то ли просветления, а может быть и того и другого. Но я начал делать это несколько недель назад. Я даже специально купил гитару. И немного научился на ней играть. Мог натренькать несложную мелодию и простонать пару куплетов несложной песни. После дня офисе и небольшого ужина я упаковывал её в тканевую сумку, которая шла в комплекте и шёл куда-нибудь, где не слишком людно, но и не совсем пустынно. В конце концов я хотел публику. В ней ведь и было дело. Я мог бы тренькать и выть у себя дома, но я жаждал быть услышанным. Я раскладывал сумку на земле, как будто ждал, что кто-то начнёт кидать туда мелочь, брал гитару и опёршись на перила начинал играть.

Стояла ранняя осень и погода была мерзкой. Небо затянуто тучами, воздух влажный и иногда моросит небольшой дождик. Казалось, я пропитался слякотью внутри и снаружи. Играл я, конечно, скверно, но всё равно пытался вплести это настроение в музыку. В конце концов в этом и была вся цель. Самовыражение, мать её. Я рвал душу как мог несмотря на то, что почти не мог и не умел. И когда на душе становилось совсем плохо, начинал петь. Ну или хотя бы просто подвывать в такт мелодии.

Было страшно. Особенно в первый раз. С неба ударил первый осенний ливень, разогнав людей и я решил, что лучше случая не будет. Я отдел похожий на целлофановый пакет дождевик, повесил сумку с гитарой за спину и отправился под дождь. Далеко идти не хотел, боясь, что гитарная сумка промокнет насквозь, но и слишком близко к дому меня не устраивало. Словно какой-нибудь серийный убийца, я не хотел совершать это слишком близко к дому.

Я прошёл несколько остановок и сел на одной из них. Там, где была крыша и не было людей. Какое-то время просто сидел, смотря перед собой. Никак не мог решиться. Автобусы приходили и уходили. Я боялся, что на остановке кто-нибудь появится и тогда я точно не смогу начать. Я достал гитару, когда дождь начал стихать. Испугался, что на улицу выползут люди. Первый раз был скорее репетицией, и я не хотел никаких слушателей. Сумка осталась висеть у меня за спиной. Я коснулся струн. Побренькал немного бесцельно. Потом начал играть мелодию, которую разучивал. Где-то сбиваясь, где-то фальшивя. Грустная песенка, для грустного меня. Я закрыл глаза. Попытался расслабиться. Почти не заметил, когда начал тихонечко напевать, пытаясь следовать голосом за звуками, текущими из гитары. Сначала просто:

– Мммм мм Ммммм.

Потом:

– Ла Лааааа ЛаЛа.

И потом даже пошли слова. Правда не слова песни, которые я пытался запомнить, а просто то, что приходило в голову.

– Тоска и дождь. Мокро и печально. Я не здесь. Этого нет. Я растворяюсь. Просто растворяюсь.

В конце концов я потерял мелодию, сбился с ритма и закончил тем же с чего и начал. Простым и бессмысленным треньканьем. Когда я открыл глаза дождь уже закончился и кто-то сидел рядом, сильно наклонившись вперёд и держа голову руками. Ждал автобуса, наверное.

– От такого пения повеситься хочется, – буркнул он угрюмо.

Я слегка улыбнулся, не зная, как реагировать и принялся спешно убирать гитару. Руки тряслись. Зубы стучали. Кое как спрятав свой инструмент я поспешил удалиться. Вернувшись домой, я долго нервно расхаживал по квартире, одолеваемый противоречивыми чувствами. Метался между желанием спрятаться поглубже и больше никогда так не делать, до странного и непонятного чувства облегчения.

2

За несколько недель прошедшие с тех пор я стал играть чуть лучше, но не сильно. Да и не в этом была суть. Важнее для меня было где я играю. Перед кем. Сколько людей услышит меня. На следующий день я играл почти в сухую погоду на не слишком людной улице. Несколько людей даже оставались послушать меня, но быстро теряли интерес. Я был благодарен хотя бы за то, что никто не кидал в меня камни. Я двигался от маленьких пустых переулков ближе к центральным улицам. Я мяукал свои мрачные строки недалеко от центрального парка. Я клал перед собой сумку от гитары, как делали другие музыканты, но денег туда никто не кидал. Разумеется. Я и не надеялся. Мне просто казалось, что так правильно. Так принято.

Я даже однажды попытался сыграть в трамвае, но меня вышвырнули оттуда, не дав проехать и одной остановки. Можно сказать, это была самая сильная реакция, которую я получал. Ещё кто-то однажды бросил мне в сумку подтаявшее мороженное, доставив этим мне массу хлопот, да и ещё показал мне средний палец в ответ на мой возмущённый взгляд.

Сегодня я стоял у входа в большой торговый центр. Людей здесь довольно много, но я чувствовал себя вполне терпимо. Волновался конечно, но не трясся от страха как вначале. Разложил сумку, оперся на перила и нежно коснулся струн. Побренькал слегка, как будто, что-то настраивал, хотя понятия не имел как это делается. И затянул мелодию, которую разучивал. Старательно, перебирая струны, переставляя пальцы. Иногда закрывал глаза, пытаясь уйти в себя, забыть, где я и всех людей вокруг. Это было, наверное, самое людное место, где я играл. Я открывал глаза и видел всех этих людей, идущих мимо. Входящих и выходящих, несущих свои пакеты, спешащих домой. Я видел, как заходящее за горизонт солнце окрашивает тучи в тёмно-красный цвет. И дорога, идущая мимо торгового центра словно растворяется в этом мрачном и прекрасном зареве. Сладкое чувство тоски всегда возникало у меня на закате. День закончился и можно наконец расслабиться. Можно наконец расслабиться и успокоиться. Исправить уже ничего нельзя. День подошёл к концу. Время вышло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.