Рустам Бядеков
Сиолон. Город снов

Уважаемый читатель!

Данная книга – фантастический роман. Все события, персонажи и их поступки являются вымышленными. Мир, описываемый в книге, не имеет ничего общего с реальной жизнью. Спасибо за понимание и приятного прочтения.

Введение

– Неважно, во сколько ты уснешь: после обеда или поздно ночью – все равно утро в реальности сна начинается с восхода солнца, – тихо говорил отец маленькой дочке, укладывая ее спать.

– А солнышко? Оно настоящее? – спрашивала она.

– Конечно. Самое настоящее и очень красивое. А когда оно появляется на горизонте, происходит небольшой хлопóк, и свет от него распространяется по всей Земле.

– Как если хлопнуть в ладоши?

– Да. Только этот звук более объемный и красивый. Ты никогда не спутаешь его ни с чем другим.

В детской комнате, где лежали отец с дочкой, тускло горел светильник, что придавало обстановке более загадочный и таинственный вид для маленькой Кэти. Они полностью спрятались под одеялами, оставляя открытыми лишь лица, обращенные друг к другу. Каждый день они шепотом разговаривали перед сном, как будто скрывались от всего мира, как будто их могли услышать.

– И что я там буду делать совсем одна?

– Все, что хочешь, моя маленькая Кэт. Тот мир, в котором ты окажешься, будет принадлежать только тебе. Главное, помни – настоящая жизнь не там, а здесь. В мире, где живут люди, где живет твоя семья. Только не перепутай, хорошо? Я буду тебя ждать…

…Я буду тебя ждать…

Глава 1

Реальность сна

Кэтрин открыла глаза. Как и всегда, проснувшись рано утром, она чувствовала себя отлично, организм полон сил и заряжен энергией. Она поднялась, надела шелковый халат, и босой направилась на кухню.

В череде увлекательных путешествий, которыми наполнена бóльшая часть жизни, Кэтрин на этот раз решила остановиться в небольшом пляжном домике, расположенном на одном из Мальдивских островов в Индийском океане. С маленькой чашкой кофе в руках она отодвинула стеклянную дверь и ступила на прохладный утренний песок. Недалеко были установлены невысокие деревянные ограды, на одну из которых она облокотилась и провернула ступни в разные стороны, закапываясь во влажный песок и ощущая, как каждая крупинка дарила ей ощущение свежести и прохлады. Ее взгляд направлен на горизонт в ожидании восхода солнца. И как только показались первые лучи, вдалеке раздался приглушенный звук удара в барабан, и свет, словно невидимой волной, залил весь горизонт. Это невероятное зрелище Кэтрин не любила пропускать. Именно про него ей рассказывал отец, когда она была маленькой.

Поставив пустую чашку на стеклянный столик, она вставила в проигрыватель компакт-диск, и в комнате зазвучала знакомая ей музыка группы The Cranberries. Развязала пояс, сбросила халат на деревянный пол и на цыпочках направилась в душ. На предплечье руки ясно виднелась надпись, светящаяся зеленым светом: Кэтрин Моллинз.

После душа надела купальник, вышла на пляж и устроилась на деревянном шезлонге, расположенном недалеко от воды. Солнце быстро поднялось из-за горизонта, несмотря на то, что день только начался. Она надела темные очки и решила позагорать. Легла на живот, расстегнула лямку на лифчике, и расслабившись, закрыла глаза, позволяя природе изменить ее белоснежный цвет кожи.

Но неожиданно раздался всплеск воды. Прислушиваясь, Кэтрин подняла голову. Сначала подумала, звук ей показался, но через секунду всплеск снова повторился. Она перевернулась на спину, посмотрела в сторону моря и заметила, как недалеко от берега что-то плыло. Приспустила солнечные очки и вгляделась в объект. Буквально в тридцати метрах от берега на волнах покачивалось безжизненное тело. Да. Точно. Это тело человека. Она не могла поверить своим глазам!

– Как это возможно? – с волнением произнесла Кэтрин, поднимая взгляд на небо и пытаясь рассмотреть самолет или какой-то другой объект, откуда мог выпасть человек. Но безоблачное небо было абсолютно пустым.

Недолго думая, она поднялась, застегнула лямку на спине и быстро побежала в сторону моря. С разбега нырнула в воду, надеясь спасти человека. Яростно работая руками и ногами, мимолетно вспомнились уроки в университете по оказанию первой медицинской помощи утопающему. Но с каждой новой волной, бьющей в лицо, мысли путались, а страх мешал скоординировать дальнейший план спасения. Вдыхая очередной глоток воздуха, решила действовать по обстоятельствам.

«Для начала нужно вытащить его на берег», – думала она.

Сильное течение мешало плыть, но Кэтрин старалась изо всех сил.

«Вдруг еще не поздно! Вдруг его можно спасти!»

Подплывая ближе, она увидела, как тело безжизненно дрейфовало по волнам. Оставалось совсем немного! Но как только рука девушки прикоснулась к телу человека, мгновенный поток воздуха подхватил ее, и она больно упала на что-то твердое. Остатки воды, что секунду назад были в море, стекали в пустую и темную комнату. Через мгновение Кэтрин пришла в себя. Глаза, которые только что лицезрели солнечный свет, еще не привыкли к темноте. Щурясь, огляделась вокруг. Совершенно пусто. Единственный источник света, который еле освещал помещение – это ее рука. Она посмотрела на предплечье и поняла, что с ней произошло что-то невероятное. Надпись, которая была на ней, поменялась. На ней отчетливо написано: Джек Нэвис.

Погоня

Звуки бегущих ног и тяжелое дыхание. Если бы Джек знал, что ему придется убегать от полиции, он надел бы легкие кроссовки, которые купил в прошлое воскресенье. Через двадцать метров будет поворот.

– Стой! Ни с места! – кричал полицейский.

Джек забежал за угол, ловко перепрыгнул через деревянный забор и выбежал на соседнюю улицу. Полицейские с большими животами умудрялись не отставать.

– Диспетчер, это третья бригада. Преследуем молодого человека по улице Фокс. Нужна помощь. Прием, – кричал в рацию сотрудник полиции, задыхаясь от нехватки воздуха. – Около тридцати лет. Одет в светлые джинсы и синюю куртку.

Еще утром Джек не предполагал, что попадет в такую передрягу. В планах не было ограбление магазина. Все вышло само собой, по воле случая. Он не виноват, что в магазине работал всего один продавец, который постоянно отвлекался, чтобы проконсультировать других покупателей. Джек прождал его больше десяти минут, чтобы купить какой-то гребаный дезодорант. И стоило только вспомнить о своем плачевном финансовом положении и деньгах, которые задолжал другу, как рука сама потянулась к кассе.

Он выбежал на площадь Прайса, где собралось огромное количество людей. Сегодня городу Винибэл исполнялось двести пятьдесят лет. В честь праздника начался концерт, и на сцену вышли знаменитые исполнители, приехавшие из разных уголков страны. Вечером власти обещали грандиозный салют, и все больше народу подтягивалось на площадь посмотреть на это великолепное зрелище, происходящее раз в пятьдесят лет.

Джек затерялся в толпе отдыхающих людей. Перевел дыхание, огляделся и, убедившись, что у него появилось несколько минут форы, снял с себя куртку и вывернул наизнанку. Цвет поменялся с синего на красный. Он надел капюшон и застегнул молнию. Аккуратно передвигаясь сквозь толпу и не привлекая к себе особого внимания, направился в противоположную сторону улицы, где располагалась парковая зона. На одной из скамеек отдыхала компания молодых людей. Рядом с ними лежал толстый журнал. Именно к нему и побежал Джек.

– Можно? – с улыбкой спросил он девушку, которая с удивлением посмотрела на наглого парня, не побоявшегося вклиниться в их компанию.

– Да, – растерянно ответила она, но тут же перевела взгляд на двоих измотанных полицейских в форме, которые выбежали из толпы. С еще большим интересом девушка снова взглянула на молодого человека. Джек в это время спрятал лицо за журналом и вальяжно сидел, закинув ногу на ногу. Один из полицейских остановился и начал рассматривать отдыхающих людей, понимая, что преступник далеко уйти не мог. Девушка быстро сообразила, в чем дело. Она повернулась спиной к полиции и загородила Джека. Облокотившись одной рукой о скамью, наклонилась и прижалась к молодому человеку, делая вид, что, они вместе читают журнал.

– Знаешь, я могла бы тебя сдать.

От нее пахло алкоголем, а глаза сверкали игривым блеском.

– И как мне отблагодарить за твое молчание? – спокойно спросил Джек, не отрываясь от журнала.

В это время полицейские пробежали мимо, предполагая, что воришка скрылся на парковке, расположенной за парком. Девушка проводила их взглядом.

– Для начала… кофе будет достаточно, – произнесла она, лукаво поглядывая на молодого человека, будто на очередную игрушку, случайным образом попавшую ей в руки.

Джек опустил журнал и смело взглянул ей в глаза. Она была молода и привлекательна.

– Хорошо. Как скажешь.

Они некоторое время пристально смотрели друг на друга, будто играли в гляделки. Сдавшись, она достала ручку и, отодвинув рукав его куртки, написала номер телефона, периодически поглядывая в его сторону. Джек продолжал смотреть на нее, не отрываясь.

– Позвони мне. Я уверена… мы договоримся, – дописав последнюю цифру, произнесла она.

Джек улыбнулся, ничего не ответив. Он встал, положил журнал обратно на скамью и, бросив последний взгляд в сторону девушки, засунул руки в карманы и удалился.

Арест

Приближаясь к своему дому, который находился в западной части Винибэла, он остановился за углом и для начала решил осмотреться. Не заметив следов пребывания полиции, он с осторожностью вышел из укрытия.

Сосед Роберт только что приехал со своей семьей с городского праздника. В знак приветствия он поднял руку.

– Привет, Джек. С днем города тебя!

– Привет, сосед. Взаимно, – аналогично поднимая руку, ответил Джек. – И тебе привет, Маргарет. Очередная прогулка с детьми? – Не останавливаясь, он продолжал идти в сторону дома, приветствуя жену Роберта, когда та вышла из машины.

– Да, детям нужен свежий воздух, – с уставшей улыбкой ответила она.

– А мне нужна банка прохладного пива, – подмигивая соседу, вставил Роберт. – Дрель я отдам на следующей неделе, хорошо? Пару полок осталось…

– Да, хорошо. Не торопись, – ответил Джек, после чего зашел в дом и с грохотом закрыл за собой дверь.

Прислонившись к ней спиной, он с облегчением выдохнул. День выдался нелегким, но, к счастью, все обошлось. Подойдя к дивану, он бросил на журнальный стол ключи от дома, вынул из кармана деньги, украденные в магазине, и рухнул на диван.

Обдумывая все произошедшее, Джек пришел к выводу, что его лица никто не видел, не считая девушки в парке. Он вытащил деньги из кассы, когда продавец советовал покупателю взять шампунь по акции. И в тот момент, когда мужчина опомнился, Джек уже выбежал на улицу. Полицейские его тоже не видели. Хотя… Если только спину и затылок. И что удивительно, полиция на этот раз среагировала быстро.

«Забавно, как вообще у них хватило сил меня преследовать, – с улыбкой думал Джек. – Столько жрать гамбургеров и хот-догов, не заботясь о собственном весе и здоровье. При этом активно отстаивать интересны своей страны. Готовы встать грудью на ее защиту. Точнее… Животом. У страны ведь так много денег! Что, нельзя их малую часть раздать людям? Да хотя бы ежемесячно выплачивать всем прожиточный минимум. Кому мало, пусть работают. Воровства и преступлений было бы намного меньше. Нет. Они строят дома, высотные здания, уходящие в небо, добывают полезные ископаемые и гребут деньги лопатой. А людям все равно негде жить, и они вынуждены брать ипотеку и влезать в долги, которые выплачивают бóльшую часть своей жизни. А взять государство. Им что, жалко тысячу долларов, взятых в магазине бытовой химии? Думаю, страна не обеднеет. Власти требуют соблюдать закон? Пусть сначала наведут порядок у себя в министерствах, разберутся с коррупционерами, сидящими в роскошных кабинетах. Но вместо заботы о благополучии граждан, они думают, как бы еще нажиться на простых людях, какие налоги повысить и заставить платить за то, что всю жизнь было бесплатным. Дошло до того, что начали продавать воду. Обычную воду! Скоро уже и чистый воздух начнут раздавать по талонам».

Джек снял пропахшую пóтом одежду и положил ее в черный пакет вместе с ботинками, которые были сегодня на нем. От этого мешка нужно избавиться как можно скорее.

После горячего душа он обмотался полотенцем, взял пульт от телевизора и включил первый попавшийся канал. Открыв шкаф, внутри которого все вещи были разложены по цветам, Джек открыл средний ящик. Бросил полотенце в корзину, надел нижнее белье. Потом взял из холодильника прохладную банку колы, сел на диван и начал смотреть телевизор, где показывали передачу, раскрывающую секреты приготовления блинчиков.

Все в этом доме: одежда, приборы, мебель – расставлены в определенном порядке. Джека нельзя было назвать перфекционистом, он просто любил порядок. Любил, когда каждая вещь имело свое место. Любил спокойствие и уединение, когда никто не тревожил тебя по пустякам, не менял положение привычных тебе вещей, не говорил, чем тебе заниматься, и не мешал жить. Он своего рода волк-одиночка. Так он себя называл. И ему это нравилось.

Его полной противоположностью был сосед Роберт. У него трое детей. Он целыми днями гнул спину на работе, чтобы их прокормить. А придя домой, его встречал смех, крики, плач, капризы детей и ворчание жены Маргарет. Он потерял контроль над своей жизнью, потерял возможность принимать самостоятельные решения. Все его планы зависели от желаний и потребностей жены. Она говорила, чем он будет заниматься в выходные. Они еще не наступали, а распорядок дня уже расписан: с самого утра он должен был сидеть с детьми, пока жена ездила по семейным или же по своим делам; потом гулять с ними во дворе; а после обеда сходить с младшей дочкой в больницу, так как у нее поднималась температура или выскакивал какой-нибудь подозрительный прыщик. Даже вечером он не мог остаться наедине со своими мыслями. Нужно было делать с детьми уроки, пока Маргарет готовила ужин, а после укладывать всех спать. А это отдельная история. Не верьте сценам из семейных фильмов, где родители желали детям спокойной ночи, укрывали их одеялом и, выходя из комнаты, выключали свет. После чего, малыши спокойно спали. Нет. В жизни все наоборот. Чтобы их уложить, Роберту нужно было хорошо потрудиться. Перед сном открывалось второе дыхание: они прыгали, бесились и дрались. Не помогал даже выключенный свет. Беготня продолжалась в темноте, и так даже намного интереснее. И это все по кругу, каждый день. Каждый день новые дела и новые вызовы. Так для чего же Роберт жил? Только ради детей? А как же он сам? Да… Возможно, другие дети по-другому себя вели, и некоторые из них более спокойные. Но отличие несущественное. Все так и есть. Джеку Нэвису такая жизнь казалась отвратительной. Нельзя сказать, что он не любил детей. Напротив, даже очень. Но он не хотел всю свою жизнь потратить на воспитание будущего поколения. Он и сам еще не до конца созрел. Зачем ставить крест на своем я, когда вокруг столько интересного? Этого Джеку не понять. Его жизнь – полная свобода. Он сам себе хозяин.

Но сегодняшний налет на магазин бытовой химии не вызывал у него чувства радости и гордости. Он хотел завязать с воровством, прекрасно понимая, что сегодня все сложилось благополучно, а завтра, возможно, его поймают и посадят за решетку. Джек понимал – надо сойти с кривой дорожки, найти себя в каком-то деле, которое будет доставлять удовольствие. Он многое перепробовал в своей жизни, но все не то. Работа на дядю – нет никакой свободы; играть на бирже – одни расходы, учитывая его некомпетентность в этой сфере; продавать траву – тоже рискованное дело. Даже периодически играл в лотерею, фантазируя, куда бы он потратил выигранную сумму. Но удача не была на его стороне. А вот свое дело, небольшой бизнес – это именно то, что нужно. Не зависеть ни от кого, заниматься любимым делом и зарабатывать себе на жизнь. Только вот в каком направлении? Джек еще не определился. В любом случае нужны деньги. Много денег.

Он проснулся, не заметив, как задремал под говорящий телевизор. Ему показалось, что кто-то позвонил в дверь. Звонок повторился. Вспомнив, чем занимался сегодня днем, от испуга подпрыгнул на месте. Он быстро надел штаны, футболку и неслышно подбежал к входной двери, заранее обдумывая пути отступления на случай визита полиции. Звонок раздался еще раз. Джек осторожно посмотрел в глазок. На пороге стояла его бывшая девушка Хельга, с которой они расстались не так давно. Она продолжала настырно звонить, после чего начала стучать.

– Джек, я знаю, ты дома. Открой. Нам нужно поговорить.

Стараясь передвигаться без шума, Джек спрятал деньги под полом, отодвинув одну из досок. Накинул на себя спортивную куртку, обулся, и незаметно вышел через заднюю дверь, прихватив с собой черный пакет с вещами.

Общаться с Хельгой не было никакого желания. Да и к тому же это бессмысленное занятие. В прошлый раз он прекрасно дал понять, что их отношениям пришел конец. Чувство злости от измены, которую Джек пережил, еще совсем свежо. Он любил ее. Она была единственным человеком, ради которого стоило меняться и идти вперед. Он отдал ей часть себя, потратил на нее несколько лет своей жизни. И что получил взамен? Картину, как она с энтузиазмом скачет на каком-то мужике в своей собственной машине! Неужели она его ни капли не любила? Наверное, нет. Это разбило его сердце. И чуть не стоило жизни им обоим в тот вечер, когда дверь автомобиля открылась, и первым делом вылетела она, сверкая голой задницей, а потом досталось и ее ухажеру. Джека в тот момент будто подменили. Если бы не соседи, которые вовремя вмешалась, когда услышали крики девушки, тот мужик кормил бы сейчас червей. И можно сказать, для Джека это удача. Случись такое, он сидел бы сейчас в тюрьме за убийство. И после всего произошедшего она умоляла его простить. Говорила, что это была всего лишь мимолетная связь, которая ничего для нее не значит.

«Всего лишь мимолетная связь! И она опять пришла мириться».

Выкинув черный пакет в мусорный бак на соседней улице, Джек решил направиться в бар. На улицах до сих пор люди отмечали праздник, пошатываясь от выпитого спиртного и с криками поздравляя прохожих с днем города. Бар, в который Джек часто ходил пропустить пару стаканчиков, располагался в десяти минутах ходьбы на Пятнадцатой авеню. Вспоминая измену Хельги, он не заметил, как из-за поворота выехала полицейская машина, и в один момент на него были направлены два пистолета. Бежать было некуда.

– Стой, ни с места! Без глупостей! Руки за голову! – скомандовал один из них, в котором Джек узнал одного из дневных преследователей.

– Что я сделал? Это ошибка! – поднимая руки, заявил Джек.

В то время, как один из них держал его на мушке, другой начал надевать наручники.

– Вы обвиняетесь в ограблении магазина. Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Вы понимаете свои права?

Ответа не последовало. Тогда полицейский сильно вывернул ему руку и, наклонившись прямо к уху, с легкой ухмылкой повторил еще раз.

– Вы понимаете свои права?!

– Да, да! Понимаю, – завопил Джек от невыносимой боли в руке.

Его засунули в машину и повезли в участок. Бар на сегодня отменяется.

Тайная гильдия. Иллюзия Сно

Множество раз Гор стоял на этом месте в большом зале. Панорамное окно с видом на океан, заменяющее стену, придавало ложное чувство свободы. Он знал, это всего лишь иллюзия. Картинка, созданная владельцем этой реальности, – только и всего. Но как он это делал? Откуда такие способности и как ими управлять? Загадка, которая не давала ему покоя. Неоднократно Гор пытался найти ответы на вопросы в своем подсознании, когда смотрел на бесконечный морской горизонт.

Из мебели в зале, кроме одного огромного стола и кожаного кресла, не было ничего. Стены и полы выполнены из материала, похожего на черное стекло, без единого шва. Даже углы стен были сделаны не как в обычных домах, а вогнуты, что создавало ощущение, будто ты находишься внутри стеклянного сосуда. Интерьер был очень мрачным и холодным. Единственное утешение для души, словно белая клякса на черной бумаге, – вид из окна. Но и он наполнен фальшью от края до края, будто это огромный монитор с правдоподобной картинкой вместо настоящего океана. Но это не экран. В этом Гор неоднократно убеждался. Стоило выйти из высотного здания, находящегося посередине песчаного пляжа необитаемого острова, как сразу чувствовался прохладный запах морской воды. Пытаясь найти ответы на поставленные вопросы, Гор не ленился подойти к берегу и потрогать холодную воду. Ощутить на себе всю реальность иллюзии. Он словно изучал жидкость, проходящую сквозь пальцы, внимательно всматривался в нее как никто другой, пытался разгадать тайну создания реальности – но все безуспешно. Он знал, что за ним наблюдали. Знал, что любой шаг, совершенный в этом месте, контролировался его хозяином – Сно.

Сно – лидер тайной гильдии. Или как многие называли – гильдии убийц. Это самый опасный человек мира снов. Он присваивал себе чужие реальности, лишая странников возможности проживать вторую жизнь во сне. Этот человек, единственный во всем мире снов и других измерениях, способен создавать собственные реали и обладал безграничной энергией, позволяющей перемещаться порталами.

Про него ходило множество легенд, будто он не человек, а исчадие ада. Другие говорили, что он просто псих, играющий в гангстера. Но никто не знал его по-настоящему. Люди, которые работали на него, в прошлом те же странники, которых он заставил вступить в свою группировку, но вот под каким предлогом, оставалось лишь гадать. Внутри гильдии их называли отправителями. Гор был одним из них.

И сейчас он находился в его мире. Встреча была назначена на сегодня без уточнения времени. Это лишнее, так как стоило появиться в реальности Сно, как он об этом сразу же узнавал. И даже если глава гильдии находился на другом конце света, переместиться через портал за секунду не стоило никакого труда.

Гор неподвижно стоял перед пустым столом, держа руки за спиной. Черный длинный плащ доходил почти до самого пола, перекликаясь с оформлением зала. Черные очки на глазах, которые должны ухудшать видимость и так в темном помещении, наоборот, позволяли видеть окружающий мир четче. Все вокруг, включая одежду гостей его реаля, – все воплощение фантазии Сно. Так он хотел видеть своих посетителей, и не важно, во что ты был одет до этого. Ты в его мире. Здесь все – его создание. Все, кроме самого Гора и владельца этой реальности.

– На этот раз ты пришел вовремя, – раздался спокойный голос за спиной.

Глава гильдии не спеша обошел Гора и сел за стол.

Гор поприветствовал его кивком головы.

Он был крепкого телосложения, высокого роста. Судя по глубоким морщинам на лице и небольшой седой бороде, ему было далеко за пятьдесят. Но в свои годы он выглядел очень здоровым и крепким. В нем кипела жизнь, энергия лилась через край. Гор никогда не видел его глаз, так как Сно постоянно ходил в темных очках. На нем был длинный желтый плащ, который никак не сочетался с окружающей обстановкой.

– Сколько тебе потребовалось времени в последний раз? – спросил Сно.

– Один день.

– Один день, – повторил он. – Другим потребовалось бы три дня.

– Я просто выполняю свою работу.

– Да, я знаю. И мне это нравится. Знаешь, что еще мне нравится в тебе, Гор?

Сквозь призму темных очков Гор спокойно смотрел на главу гильдии и ничего не ответил.

– Ты не задаешь вопросов. Да… Только иногда у меня складывается впечатление, что ты затеваешь нечто, запрещенное сводами правил.

Собеседники некоторое время молча смотрели друг на друга. Гор понимал, на что намекал Сно. Всему виной прогулки по его реальности и изучение созданной им иллюзии. Гор знал, что никто не позволял себе такого. Все просто боялись предводителя гильдии. И как только разговор заканчивался, отправители через портал перемещались в свою реальность. Никто не покидал этого зала. Здесь ты получал очередное задание, и позже здесь же получал вознаграждение. Но Гор не боялся Сно. Он нарушил заведенный порядок, позволив себе немного больше, чем другие. Но он и выполнял работу намного лучше.

Сно встал с кресла и повернулся спиной к гостю, наблюдая за игрой океана.

– Ты умнее других. И меня это беспокоит. Ты прекрасно знаешь, что во мне этого чувства лучше не вызывать! – сделав акцент на последних словах, Сно повернулся и посмотрел на собеседника.

– Я не желаю видеть, как ты гуляешь по моей реальности, – снова повернувшись к океану, продолжил Сно. – Повторится еще раз, я лишу тебя способностей и накажу.

Гор ничего не ответил. Он продолжал стоять на том же месте, никак не реагируя на угрозы.

– Твое следующее задание в Париже. Цель – Милари Стоунс. Розье, 34.

Гор наконец пошевелился. Он повернулся и направился к двери, за которой шла лестничная площадка в сорок семь этажей. Он схватился за ручку, когда за спиной раздался громкий голос.

– Я думаю, мы поняли друг друга!

Гор остановился и посмотрел на черную стеклянную ручку, в которой, как в зеркале, отражалась его маленькая копия. На лице возникла улыбка. И в этот момент сильный поток воздуха подхватил его, и в одно мгновение он исчез.

Полицейский участок

Джек стоял в отделе регистрации задержанных. Наручники на запястьях уже успели натереть. Полицейский, который сегодня днем гнался за ним, перепрыгивая через заборы, стоял позади него, придерживая крепко за руку. С довольной ухмылкой на лице, он явно был в хорошем расположении духа, учитывая такое успешное окончание дня.

– Имя и фамилия, – выдавил из себя другой полицейский, сидевший за стеклом. Атмосфера напоминала регистратуру в общественной поликлинике, не считая постоянно проходящих мимо людей в форме.

– Джек Нэвис.

– Возраст.

– 31 год.

Тот что-то долго записывал в журнале, после чего протянул бумаги в узкое окошко и, не поднимая взгляда, вяло проговорил себе под нос:

– Подпись.

Полицейский размашисто расписался на бумаге, после чего грубо толкнул задержанного вперед. Далее последовала череда регистрационных действий, которые занимали уйму времени. Через некоторое время Джек почувствовал усталость. Только заканчивалось одно дело, и он садился передохнуть, как его сразу же поднимали и отправляли в другой отдел для регистрации, фотографирования, снятия отпечатков пальцев. Примерно через пару часов его отвели в отдельное помещение для допросов, посадили за стул и велели подождать. К счастью для Джека, он смог немного расслабиться и отдохнуть.

Через некоторое время в помещение зашел мужчина крепкого телосложения. Он сел напротив Джека и какое-то время изучающе смотрел на него.

– Может, предложите мне сигарету? – с улыбкой начал Джек, прерывая недолгое молчание.

– Хватит! – взорвался тот в порыве ярости. Но буквально через секунду успокоился и, выдохнув, продолжил, чуть сбавив тон.

– Когда же ты угомонишься?

Джек опустил глаза и стал изучать наручники на руках, которые успели натереть кожу до мозолей.

– Я в порядке, – не поднимая взгляда, поступил ответ.

– В порядке? Да ты опять нарубил дров. Что с тобой не так?

Молчание.

– Ответь!

Опять молчание.

– Что с тобой происходит?! – поддавшись вперед, прорычал полицейский.

– Я же сказал… – поднимая взгляд, воскликнул Джек. – Я в порядке!

Какое-то время мужчины с вызовом смотрели друг другу в глаза в абсолютной тишине.

– Знаешь, мать была бы не рада, увидев…

– Да пошел ты! Слышишь? Охрана! Охрана! – начал кричать Джек, смотря на большое темное зеркало с правой стороны, предполагая, что за ними наблюдают. – Допрос окончен!

Полицейский схватился руками за голову, после чего несколько раз потер ладонями лицо, понимая, что его родной брат Джек, с которым у них всю жизнь были трудные отношения, скорее всего, никогда не исправится. В этот момент дверь в комнату открылась и на пороге появился жирный полицейский по имени Стивен с горячей чашкой в руке.

– Босс, все в порядке?

– Да, да, Стив, – улыбаясь, приподнял руку полицейский. – Все под контролем.

Чтобы не обжечь губы, Стив сделал аккуратный глоток, после чего закрыл за собой дверь, оставляя их вновь наедине.

– Джек… Я понимаю, у нас не сложились с тобой отношения. Но зачем портить свою жизнь? Ты молодой, у тебя все впереди. Ты осознаешь, что тебя могут посадить?

– Поздновато ты включил брата.

– В прошлый раз я собрал уйму денег и поднял все свои связи, чтобы тебя не закрыли. И это твоя благодарность?

– Здесь разве не ведется запись допроса? Не боишься так открыто говорить, что отмазываешь братьев-хулиганов? – с усмешкой парировал Джек, головой указывая в сторону большого зеркала.

– Сейчас запись не ведется.

Джек засмеялся.

– Узнаю своего братишку Джо. Призывает чтить законы, а сам их не соблюдает.

– Почему ты не позвонил? Почему не сказал, что у тебя проблемы с деньгами? Ты же знаешь, я бы помог!

– Вообще-то нет, не знаю, – уточнил Джек.

Джо выдохнул и опустил глаза. Он прекрасно понимал, что бóльшая часть вины за такое поведение и образ жизни родного брата отчасти лежит на нем. Отца они видели редко, а мама очень рано от них ушла. В тот момент, когда Джеку так нужна была поддержка, Джо уехал на заработки, оставив родного брата в детском доме. А что он мог сделать? Нужно было как-то выживать.

– Прости меня. Я говорил тебе это тысячу раз. Я не мог поступить иначе. Так сложилась судьба, – пояснил Джо. – Я делал в то время все, что было в моих силах.

Наступило короткое молчание.

– Так сигареты сегодня будут или нет? А то на этот раз меня встречают не так тепло.

Джо достал из кармана пачку сигарет и толкнул ее по столу вместе с зажигалкой. Джек закурил и, с удовольствием выдыхая дым, удобнее устроился на стуле.

– Я позвоню кому надо, – спокойно сказал Джо. – Ты посидишь здесь пару дней, может одумаешься. Но хочу, чтобы ты знал. Это в последний раз! Еще раз попадешься, на меня не рассчитывай. Сам будешь отвечать за свои поступки! Тебе ясно?!

Молчание. Джек внимательно изучал кончик тлеющей сигареты, выдыхая на него густой дым.

– Я думаю, мы поняли друг друга, – постучав ладонью по столу, закончил Джо. Он поднялся, направился к двери и, остановившись около нее, повернулся к брату.

– И да. Этого разговора не было. Скоро с тобой будет беседовать следователь, как ты и хотел: с записью, по всем нормам закона. Так что не наговори глупостей. Сегодня ты весь день был дома.

Тюремная камера

Однажды Джек уже бывал в камере и провел в ней пару ночей, выслушивая бред ненормального Билли-наркомана, который страдал от ломки. В тот момент Джек осознал и воочию увидел, в кого может превратиться человек, употребляя наркотики. Он перестает быть человеком, превращаясь в существо с потребностями – только и всего. Существо, которому нужны всего три вещи: очередная доза, кусок хлеба и сортир. Много раз, зарабатывая на продаже травы, Джека неоднократно одолевал соблазн самому попробовать покурить и получить от этого кайф. Но, к счастью, он ни разу не поддался. Хотя многие и говорят, что травка – это не наркотик и она никак не вредит твоему здоровью, более того, она якобы приносит только пользу, хочется сказать, что это чистой воды обман. И многие из друзей Джека, которые часто курили, никак не могли отказаться от очередной дозы, от очередного косяка. И если это не зависимость, то что тогда? Трава – это лишь начало пути жизни наркомана. И смотря на Билли, который от ломок бился в конвульсиях в углу камеры, постоянно потел и имел специфический запах, практически как у покойника, Джек испытывал жалость и отвращение.

На этот раз Джеку повезло. Камера оказалась пустой. На вид это обычная комната с голыми бетонными стенами, разрисованными здешними постояльцами. В углу располагался туалет, рядом с которым летали хозяева этой камеры – местные мухи. Здесь было темно из-за отсутствия окна. И почему-то очень сыро. Ощущение, что камера устала и обильно потела. Потели стены, полы, окрашенные в оранжевый цвет. Даже единственная скамейка, намертво прибитая к стене, также покрыта мелкими частицами влаги. От этой обстановки и местного климата начали мерзнуть конечности. В воздухе висел запах тухлых яиц и испражнений.

Пряча нос за высоко поднятый воротник куртки, Джек лег на скамью, обнимая себя обеими руками. Он не знал, сколько времени прошло, пока ему удалось немного вздремнуть: час, два или больше. Его разбудил громкий звук металлических ворот.

– На выход!

Это худшее место, где ему приходилось спать. С красными глазами и кривой физиономией он поднял голову и увидел полицейского, который стоял у ворот и жевал пончик.

– Куда меня?

– За тебя внесли залог.

Получив свои вещи, которые были изъяты при задержании, Джек подписал несколько документов. В одном из них он заметил, что в графе «официальный представитель, предоставляющий залог», была указана некая Кэтрин Моллинз. Джек поставил свою подпись. Полицейский вернул ему один экземпляр на руки, натянул дежурную улыбку на лицо и вежливо попросил покинуть здание участка.

На выходе его ожидал Джо. Лицо брата было уставшим и осунувшимся. У него были опухшие веки и красные, кровью налитые глаза. Складывалось впечатление, словно он не спал несколько ночей подряд.

– Ну как ты? – спросил Джо.

– На пятизвездочный отель это место не тянет, – устало ответил брат.

– Это точно.

– Кто такая Кэтрин Моллинз? – посмотрев на бумагу, поинтересовался Джек.

– Я думал, это ты мне скажешь, – Джо отвел брата в сторону и старался говорить как можно тише.

– Здесь даже не потребовались мои связи. Эта девушка, кто бы она ни была, явно имеет выход на судью, раз тебя так быстро выпустили. Обычно это длится намного дольше.

– Ты видел ее раньше?

– Нет. Она сказала, что вы хорошие друзья и очень давно знакомы.

– Интересно, – задумался Джек. – Я не знаю никакой Кэтрин.

– Она ждет тебя на улице. Так что ты свободен. Это дело еще не закрыто, но не переживай. На тебя никто не выйдет. Я об этом позабочусь.

– Ладно, – кивая головой, произнес Джек. И после нескольких секунд молчания, добавил. – Спасибо тебе.

– Да ерунда. Я еще ничего не сделал. Ты лучше найди хорошую работу. Бросай эти дела. Ты же не хочешь, чтобы этот пятизвездочный отель стал твоим домом, – говоря про отель, Джо изобразил пальцами воздушные кавычки.

Джек улыбнулся. Несмотря на прошлое, которое создало между ними огромную пропасть, он все же его родной брат.

– Как Меган?

– Отлично, – улыбнулся Джо. – Совсем стала большой. Говорит, что я очень похож на лошадку и постоянно просит покатать ее на спине.

Братья засмеялись. В последний раз они вместе делали это еще в детстве, когда играли во дворе дома, изображая индейцев с палками в руках. Как же это было давно.

– Ну, ладно… Я пойду, – выдохнул Джек после небольшой паузы. Он повернулся и направился к выходу.

– Джек! – остановил его Джо. – Ты заходи как-нибудь. Роана сделает пирог. Да и дочка тебя совсем не знает. Посидим.

Джек ничего не ответил. На секунду задержавшись у выхода, он с улыбкой посмотрел на старшего брата, после чего повернул ручку двери и вышел из здания полицейского участка.

Незнакомка

Наступило утро. Как оказалось, Джек проспал в камере практически всю ночь. Вдыхая запах свежего воздуха и наполняя им легкие, Джек вдруг осознал, что нужно кардинально менять свою жизнь. И менять нужно именно с этого момента, с этой секунды. Ни за что на свете он больше не возвратится в эту ужасную камеру, даже на минуту. А если представить, что по своей же глупости туда можно загреметь на долгие годы, вообще можно сойти с ума. Что и происходит с большинством сидящих за решеткой.

Джек бросил взгляд на большой перекресток, расположенный рядом с полицейским участком. Похоже вчерашний праздник прошел на славу. Люди, в чьи обязанности входила уборка улиц, скорее всего, тоже активно принимали участие в праздничных мероприятиях и еще не начали свой рабочий день. На дорогах местами валялись пустые стаканы, бутылки и различный мусор, который будто бы живой организм безмолвно подавал знаки и, надрываясь, кричал во весь голос: «Люди! Ну какие же вы свиньи!»

«А что такого? – подумал Джек. – Таково современное общество. Общество потребления, не думающее о завтрашнем дне».

Город начинал потихоньку просыпаться. В тот короткий промежуток времени, пока Джек стоял у входа в полицейский участок, мимо него постоянно проходили люди в форме, спешащие на работу. Городской автобус остановился на ближайшей остановке и с трудом открыл двери, чтобы выпустить людской поток. Они словно куча муравьев, каждый из которых выполнял определенную роль в жизни общества, разбегались по разным сторонам кто куда.

Чуть в стороне от главного входа располагался небольшой навес – территория для курения с большой урной по центру. Это место, где можно забыть на некоторое время о рутинной работе, пожертвовав своим собственным здоровьем. Признаться, не очень-то выгодная сделка. А у ее входа на столбе была прибита табличка с надписью: «Только для сотрудников и гостей полицейского участка №8».

«Забавно. Каким надо быть идиотом, чтобы захотеть добровольно прийти сюда в гости», – усмехнулся Джек. И в следующую же секунду подумал о себе.

Кэтрин Моллинз – неизвестная девушка, заплатившая немалую сумму денег за освобождение постороннего ей человека, стояла как раз около навеса с неразложенным зонтиком в руках. Не заметить ее было трудно, учитывая, что сейчас только начало дня и не самое подходящее время для перекура. Посмотрев на нее по-мужски, оценивающе, Джек сделал вывод, что она вполне привлекательная девушка: ровесница, со стройной фигурой, чуть ниже его ростом.

– Джек Нэвис?

– Да. А вы, наверное, Кэтрин Моллинз? Моя спасительница, – протягивая руку, улыбнулся Джек.

– Очень приятно, – пожимая ладонь, кивнула Кэтрин.

– Взаимно. Обычно принцы спасают принцесс. А у нас все наоборот. Чем же я заслужил такую честь?

– А вы считаете себя принцем? – удивленно и вполне серьезно спросила она.

– Эмм… А почему бы и нет? – растерялся Джек, ощутив странную неловкость.

Кэтрин это почувствовала. Ничего не ответив, она изобразила легкую улыбку.

– Мы знакомы? В участке вы сказали, что являетесь моим старым другом.

– Я соврала.

Не рассчитывая на такой короткий ответ, он продолжил:

– В любом случае… Спасибо. Проведя там еще некоторое время, я бы, наверное, начал привыкать к такой роскошной жизни.

Кэтрин снова улыбнулась.

– Перейдем на ты, если не возражаешь, – предложила она.

– Не возражаю.

– Отлично. Ты меня совсем не знаешь, но я очень постаралась, чтобы тебя как можно скорее выпустили. И у меня есть на то причины. Поэтому, прошу меня выслушать.

– Хорошо. Чем могу быть обязан?

– Не здесь. Для начала… – она оценивающе осмотрела его с головы до ног. – Приведи себя в порядок. Тебе нужно сходить в душ.

– Эээ… Да. Прости. Здесь в абонемент душевая кабина не входила, – отшутился Джек, указывая в сторону полицейского участка.

– Встретимся в два часа у бара «Восток». И не опаздывай.

– Как скажешь.

– Вот и отлично, – снова улыбнулась Кэтрин. И сделав пол-оборота, чтобы развернуться и уйти, она остановилась и вновь обратилась к Джеку.

– И еще. У меня есть одна большая просьба. И я хочу, чтобы ты со всей серьезностью к ней отнесся.

– Конечно, что я должен сделать?

– Пожалуйста, только не ложись спать.

– Что? – не понимая, переспросил Джек.

Но она уже развернулась и быстрым шагом поспешила прочь.

Тайная гильдия. Задание

Милари Стоунс. Проживает в Париже на улице Розье, 34.

Выдавая задание, Сно всегда предоставлял самую минимальную информацию для своих людей. Это место, где появлялся странник за последние двадцать четыре часа. Остальное дело за отправителями. Задача состояла в том, чтобы, оставаясь незамеченным, отыскать странника и переправить его в другую реальность. В реаль смерти. Гор мало что знал про это место. Однажды глава гильдии лишь намекнул, что странники, попадающие туда, лишались дара путешествовать в реальность своих сновидений, но продолжали жить в обычном мире. Они просто начинали видеть во сне иллюзии, как и большинство людей на Земле.

На следующее утро он принял душ, выпил горячий чай и в один миг переместился в Париж. На нем были обычные джинсы, футболка и легкие кроссовки.

Гор оглядел улицу Розье. Она начиналась с невысоких домов, соединенных между собой, где все первые этажи были заняты магазинами: от одежды и обуви до булочных и различных сувенирных лавок. Рядом с их стеклянными витринами простиралась узкая пешеходная дорога, по краям которой в линию росли цветы и деревья. Они придавали этому месту определенной живости и свежести. У обочины стояли припаркованные машины строго по желтым пунктирным линиями. А по центру располагалась узкая автомобильная дорога, скорее всего, с односторонним движением для транспорта.

После пересечения с улицей Фердинана Дюваля, на углу которой стояла лавка, специализирующаяся на продаже фруктов, продолжалась улица Розье. Гор прошел немного вперед, и у очередного т–образного перекрестка он увидел цифру 34. Дом Милари Стоунс располагался по центру. Здесь дорога немного расширялась. Тротуар был вымощен квадратными плитками. Наверняка, в явном мире здесь постоянно гуляли туристы и местные жители, учитывая, что на первом этаже располагался зеленый ресторан L’ai du Falafel.

Гор спрятался напротив ресторана в тени небольшого навеса. Самое главное для отправителя, находящегося на задании – это оставаться незамеченным. Странник в своей реальности сновидений находился абсолютно один во всем мире. И если вдруг отправитель себя выдавал, это создавало смуту и множество вопросов, что чревато серьезными последствиями со стороны гильдии.

Первое, что необходимо сделать – это найти странника. Второе – наблюдать. Изучить его потребности и привычки, для того чтобы направить портал на самый используемый предмет. У отправителя была всего одна попытка. И после того, как портал был заложен, он действовал около десяти минут, в течение которых странник должен был к нему прикоснуться и переместиться в реальность смерти. Вот и все. Выглядело довольно просто. Но вероятность ошибки слишком велика. А за ошибки и невыполненное задание Гора ждало наказание. Однажды он уже испытал на себе ярость Сно, и вспоминая, его до сих пор передергивает от ужаса. В этом деле лучше не торопиться.

Неоднократно сидя в засаде и наблюдая за странниками, Гор убеждался, что практически каждый из них приходил перекусить в ближайший ресторан или кафе. В реальности сна никто никогда не готовил. Это пустая трата времени, так как приготовленная еда не оставалась до завтра. С пробуждением все пропадало.

Прошел час. У ресторана появилась женщина. На вид ей было около сорока лет. Она закурила сигарету и зашла внутрь. Через стеклянное окно Гор наблюдал, как она хозяйничала на кухне, делая себе бутерброд и накладывая разных овощей и зелени на ломтики хлеба. По тому, как она ловко справлялась и не раздумывая бралась за определенные овощи, было ясно, что она проделывала это очень часто. Докурив сигарету, она села за столик и начала прием пищи. Ела не спеша, запивая все горячим напитком, от которого медленно поднимался пар.

Справившись с едой, она вышла из ресторана со стаканом в руке и снова закурила.

Сигареты. Это беспроигрышный вариант. Один из тех предметов, что человек всегда держал при себе. Единственно важный пункт – нужно определить, с какой периодичностью она доставала из кармана пачку и закуривала. Прошло около двадцати минут и скурены уже две сигареты. Отлично. Для нее – это конечно проблемы со здоровьем в будущем, а вот для Гора – быстро выполненное задание.

Ближайшие несколько часов Гор наблюдал, как Милари прогуливалась по улицам Парижа до реки Сена. Устроившись на берегу, она некоторое время сидела и смотрела на экран телефона. Потом начала раздеваться, явно намереваясь окунуться. Можно ли вообще заходить в воду на этом участке реки в явном мире, Гор не знал. Но со стороны можно было заметить, что здесь, похоже, никто не купался. В очередной раз он убедился, как же все-таки хорошо страннику находиться в своей реальности сна, которая никем не контролировалась. Делать в ней все, что тебе захочется без каких-либо последствий. Гор совсем забыл, что это такое. Когда-то и он имел такую возможность.

Искупавшись в реке, она первым делом закурила очередную сигарету и еще недолго посидела на берегу. Только потом оделась и решила отправиться дальше.

«Почему она постоянно ходит пешком? На улице ведь так много машин, – подумал Гор. – Скорее всего, она просто не умеет водить».

Зайдя в магазин бытовой техники, Милари взяла новенький ноутбук с прилавка и снова отправилась в ресторан L’ai du Falafel.

Около часа она сидела за компьютером, активно нажимая на кнопки клавиатуры, отвлекаясь только на глоток кофе и очередную затяжку сигареты.

«Неужели пишет книгу? Это очень хорошо. Значит она занимается чем-то важным в своей реальности сна и не тратит такой дар впустую, как очень многие странники, – размышлял Гор. – Надо будет посмотреть в книжном магазине, возможно, она известная писательница и ее работы пользуются популярностью».

Допив чашку кофе, она встала и направилась в туалет. Вот он. Самый подходящий момент, который Гор так долго ждал. В одно мгновение он переместился к ее столу и прикоснулся к пачке сигарет. Слабый свет озарил внутреннее пространство ресторана, накладывая на него портал. Около пяти секунд продолжалось свечение, после чего оно медленно потухло. Гор заглянул в экран ноутбука и прочел первые несколько предложений, попавших ему на глаза:

«И не бывать теперь Осалтину королем здешних земель. Все, что ему нужно, – это она. Любовь, которую он потерял на веки…»

Гор убедился. Она действительно пишет книгу. И очень жаль, что теперь у нее будет намного меньше времени заниматься любимым делом. Все, что у нее останется, – это реальная жизнь с людьми, где нужно как-то выживать, работать, учиться, решать повседневные заботы и проблемы. Не то что здесь.

Он услышал шум со стороны уборной и в одну секунду переместился на прежнее место под навес. Лист бумаги, что лежал на столе около компьютера, от потока воздуха использованного рядом портала взлетел в воздух и упал на пол.

Милари вышла и направилась в сторону бара налить очередную чашку кофе. Приближаясь к столику, обратила внимание на лежавшую на полу бумагу. Гор увидел, как она остановилась, осмотрелась по сторонам и, осторожно подняв лист, положила его обратно на стол. Отпив глоток кофе, она принялась дальше печатать буквы, будто нужные ей слова пришли в голову, пока она сидела на унитазе, и чтобы их не забыть, она торопливо набирала текст. Перечитав написанное, она удовлетворенно кивнула и потянулась за сигаретами. Но как только ее пальцы прикоснулись к пачке, поток воздуха растворил ее в пространстве, и она исчезла. Лист бумаги в очередной раз поднялся в воздух и приземлился на пол.

«Вот и все», – подумал Гор.

Задание выполнено. Но на душе паршиво, как и всегда. Однажды он и сам был странником, у которого отняли реальность сна. Теперь же ему пришлось превратиться в того, кто отнимал этот дар у других. Как он дошел до такой жизни? И что ужаснее всего, назад пути нет.

Он вышел из укрытия, зашел в ресторан и плюхнулся на стул. Взяв чашку недопитого кофе, сделал небольшой глоток и поморщился от горького вкуса. Без сахара. Гор сохранил написанный текст книги, отправил его на электронный адрес Милари и закрыл ноутбук. Он не знал, откроется ли этот файл в явном мире или нет. Но он знал одно. Теперь у нее нет реальности сна. Теперь у нее нет большей части жизни. Она украдена.

Лист бумаги снова поднялся в воздух и, сделав несколько оборотов, снова упал на пол в абсолютно пустом зале ресторана.

Один день. Самая легкая и быстро выполненная работа из всех. Сно будет доволен.

Тайная гильдия. Реаль смерти

Милари испытала шок. Она перестала контролировать свои руки, которые, не переставая, тряслись от пережитого страха и резкой смены обстановки. В ногах появилась слабость, ей с трудом удавалось устоять на месте. Что произошло? Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Она только что сидела в любимом ресторане у родного дома, как вдруг очутилась в темном лесу. Ужасный холод охватил все ее тело. Оглядываясь по сторонам, она пыталась всмотреться в темноту, но, кроме темных очертаний деревьев, вокруг ничего не было. Это однозначно лес. Но как она здесь оказалась? Как такое возможно?

Милари сделала несколько шагов, когда услышала за спиной хруст веток. Она обернулась и увидела, что к ней кто-то приближался.

– Кто здесь? – простонала Милари, сосредотачивая зрение, чтобы разглядеть темную фигуру. К горлу подкатил ком, на глазах наворачивались слезы. Еще чуть-чуть и ее стошнит.

Тень подходила все ближе и ближе. Она смогла увидеть очертания рук и ног, убеждаясь, что это не дикий зверь, а простой человек. Но чернота ночи не позволяла рассмотреть его более подробно.

– Помогите мне! Я не пойму, как здесь оказалась. Я сидела…

Но женщина недоговорила. В этот момент фигура подошла так близко, что Милари по инерции отступила на шаг назад. Неизвестный поднял руку, и последнее, что она услышала, – это выстрел из пистолета, направленного ей в голову.

Бар «Восток»

До полудня Джек провел дома. Первым делом он принял душ, тщательно смывая запахи прошлой ночи. Потом вытащил спрятанные деньги из тайника, все пересчитал и, отложив нужную сумму, чтобы отдать долг, скривился. Наличных осталось примерно на две скромные недели. Поэтому ближайшее время ему придется потуже затянуть пояс. Более того, впереди еще поход в бар. Так что угостить обедом сегодняшнюю спутницу точно не получится. Да и к тому же, раз Джек решил завязывать с мелким воровством, нужно срочно искать работу.

Все утро ему не давала покоя эта девушка, которая так неожиданно появилась в его жизни. Их предстоящая встреча. Чем он мог ее заинтересовать, раз она подняла большие связи и заплатила немалую сумму за его свободу? И эта странная просьба, больше похожую на шутку? Раз за разом возникали новые вопросы, на которые Джек в скором времени рассчитывал получить ответы. Они заставляли его постоянно смотреть на часы, в ожидании скорой встречи.

Он решил прийти заранее, но Кэтрин уже ждала его у входа. Она была одета не так, как ожидал Джек: красивое платье, высокие каблуки – как и подобает при встречах с молодыми людьми в таких местах. Даже обычная повседневная одежда была бы куда более ожидаемой. Но она пришла в спортивном костюме, в котором ходят в зал или на утреннюю пробежку. И в такой ситуации почему-то именно Джек почувствовал себя неловко, нацепив на себя свой лучший пиджак. У него и в мыслях не было рассматривать данную встречу как свидание. Нет. Просто в такие места подобает одеваться соответственно. А она пришла чуть ли не в трениках.

– Привет. Отлично выглядишь.

– А что? – оглядев себя удивленным взглядом, спросила Кэтрин. – Тебе не нравится моя одежда?

– Да нет, ты что. Все отлично. Мы идем всего лишь на всего в бар, верно?

– Точно, – подтвердила она, указывая пальцем на Джека. – К тому же после встречи мне нужно за город. А там с платьем и каблуками, если ты рассчитывал в них меня увидеть, будет очень тяжело и неудобно.

– Все ясно, – ответил Джек, открывая дверь и пропуская ее вперед. – И что это за странная просьба не ложиться спать? Знаешь, было тяжело, учитывая ужасно проведенную ночь. Но я выполнил ее с блеском.

Кэтрин посмотрела ему в глаза, улыбнулась и, прежде чем зайти внутрь, тихо произнесла:

– Я знаю.

В это время посетителей в баре не так много. Джек раньше уже бывал в этом месте, еще до отношений с Хельгой. Помнится, они вместе со старым приятелем – Хьюго, на пьяную голову устроили здесь такой дебош, что и вспоминать стыдно. К счастью, за это время сотрудники бара уже давно сменились.

Кэтрин шла впереди, целенаправленно садясь за самый дальний столик. Таких мест было всего четыре. Они располагались по углам бара, отличаясь мягкими диванами и массивными шторами. Это позволяло отдыхающим уединиться от посторонних глаз и ощутить фальшивые нотки восточного стиля.

– Что закажешь? – поинтересовался Джек после того, как они открыли меню.

Она полистала несколько страниц, вызывая у него все большее чувство тревоги из-за скромных финансовых возможностей.

– Мне пожалуйста, чай со льдом, – выбрала она, передавая меню официанту.

У Джека отлегло от сердца.

– А мне кружку кваса и пачку фисташек.

Официант удалился, оставив их наедине.

– Ну так что… – начал Джек, удобнее устраиваясь на диване. – О чем ты хотела со мной поговорить?

Кэтрин положила руки на стол, скрестив пальцы между собой.

– Ты слышал что-нибудь об осознанных сновидениях?

– Ну… Это когда ты осознаешь, что находишься во сне?

– Верно, – подтвердила она. – Есть много людей, которые осознают свои сны и делают в них невероятные открытия, например, Менделеев, который видел во сне таблицу химических элементов; Пол Маккартни и песня Yesterday или, например, Элиас Хоу, который изобрел швейную машинку во сне; Фредерик Бантинг, увидевший во сне удивительный эксперимент, повторивший его после пробуждения и сумевший доказать, что инсулин можно успешно использовать для лечения диабета. И многие, многие другие.

– Очень интересно.

Официант принес заказ. Джек поднес вспотевшую кружку к губам и сделал несколько глотков холодного напитка.

Кэтрин смотрела на Джека, чувствуя дрожь в своих руках. Она всю ночь сидела в темном пространстве его реальности сна и долго готовилась к этому разговору. С чего же начать? Как ему все объяснить? Объяснить то, что ей рассказывал отец еще с самого детства, и понимание которого пришло к ней постепенно. А сейчас перед ней стояла задача рассказать взрослому человеку про такое явление, в которое просто невозможно поверить с первого раза. Невозможно, не увидев это воочию и не почувствовав на себе. Обдумывая разные варианты подачи информации, Кэтрин в итоге пришла к решению, что Джек все равно ее не поймет, даже если сам этого очень сильно захочет. Он просто не поверит ей. Подумает, что она сумасшедшая, помешанная. Да что там говорить. Не знай она обо всем с самого детства, скорее всего, она бы тоже не поверила и просто посмеялась. Поэтому она решила не говорить правду. Придет время, он сам все поймет. Поймет, когда окажется в своем собственном сне и почувствует реальность на своей шкуре. Сейчас ей нужно обманывать.

Кэтрин сидела напротив Джека и скромно улыбалась. Она знала, что говорить, старалась излучать уверенность, но дрожь в руках унять все никак не получалось.

– Да. Поэтому я и пошла работать в Национальный Фонд сна, или как сокращенно называют НФС.

На лице Джека выразилось удивление.

– Чему ты удивляешься? – улыбнулась Кэтрин, отпивая глоток прохладного чая.

– Редко приходилось общаться с людьми науки. А, нет. Точнее сказать… Никогда, – засмеялся Джек.

Кэтрин никак не отреагировала на шутку, и чтобы сменить тему, Джек задал очередной вопрос.

– И чем ты там занимаешься… В этом фонде?

– Изучением снов.

– Точно. Как я сразу не догадался. Да ты Капитан Очевидность, – указывая кружкой на собеседницу, ответил Джек, делая очередной глоток.

– Как ты уже знаешь, меня зовут Кэтрин Моллинз. Я из Арлингтона, штат Вирджиния. Наш Фонд занимается изучением осознанных снов и их значения в жизни человека.

– Отлично. Но позволь спросить. Причем здесь я?

– Мы проводили эксперимент, целью которого было выявление импульсов мозга в момент осознанного сновидения. Эксперимент длился двадцать пять дней. Были сотни добровольцев. Из огромного количества снов, которые удалось успешно зафиксировать, только три оказались осознанными. И во всех трех случаях, добровольцы говорили о тебе. Да-да, о тебе, – повторила Кэтрин после того, как Джек округлил глаза от удивления. – Они видели человека по имени Джек Нэвис. В разных вариантах сна. Но суть одна. Они видели тебя.

– Как это возможно?

– Я не знаю. Но после этого Национальный Фонд решил отыскать этого человека. И вот я здесь. И поверь, если бы не НФС, то так быстро выбраться из тюремного заключения тебе бы не удалось. Я очень удивилась, когда узнала, что тот человек, которого мы ищем, задержан за ограбление магазина.

– Я никого не грабил! Они ошиблись.

– Я не сомневаюсь, – спокойно ответила Кэтрин.

Джек задумчиво очистил фисташку от скорлупы, ловко бросил орех себе в рот и сделал глоток.

– Это конечно очень любопытно. И странно. Но что вы хотите от меня?

– Моя организация приглашает тебя на встречу, которая состоится в Стэндфордском университете через два дня.

– Зачем?

– Узнать причину такого положения дел. Я точно не знаю. Моя задача привезти тебя к месту назначения. Это все, что я могу тебе сказать, – сообщила Кэтрин.

– Я тебя впервые вижу. Откуда мне знать, что ты говоришь правду?

– К сожалению, никак. Могу лишь сказать, что они готовы заплатить три тысячи долларов за эксперимент с твоим сном, который…

– Подожди, подожди! Сколько? Три тысячи долларов?!

– Да.

Кэтрин почувствовала, как задела его за живое. Она прекрасно знала, у него проблемы с деньгами, и предложенная ей сумма была слишком большим искушением. Это не могло не сработать.

На несколько секунд Джек задумался. Он смотрел на Кэтрин и не мог поверить в услышанное. Получается, что по воле случая, по глупости людей, называющих себя учеными и занимающихся полной ерундой, он избежал срока. И правда ли вообще все, что говорит эта девушка? Он совсем ее не знает. Появилась ни пойми откуда. Стоит ли ей доверять? Ну, а если на это посмотреть с другой стороны. Если это обман, то они вряд ли бы тратили большую сумму денег на залог за его освобождение. Да к тому же, кто он такой? Не представляет интереса как личность, не является крупным предпринимателем, не богач, без семьи и денег, без уникальных знаний, которыми можно воспользоваться. Простой рабочий человек, хулиган и вор. Все эти мысли промелькнули в голове Джека за доли секунды. Он посмотрел на Кэтрин, которая спокойно допивала холодный чай. Все вроде бы отлично, и деньги – это именно то, что ему сейчас нужно. Три тысячи долларов за пару дней. Где еще он сможет заработать такую огромную сумму за такой промежуток времени? Будет глупо не воспользоваться таким редким шансом. Но смотря на Кэтрин, в глубине души ему что-то подсказывало, что не стоит ей доверять на все сто процентов.

– Что за эксперимент? За такие деньги мой мозг разрежут на части?

– Ну… Я думаю, нет, – засмеялась она. – Такой же эксперимент, как и с другими добровольцами. Сутки ты будешь сидеть на особой диете. А перед сном несколько сеансов психотерапии, легкого гипноза, медитации под успокаивающую музыку – короче говоря, неприятного ничего нет. А потом к твоей голове подключат несколько датчиков, и ты ляжешь спать. Вот и все. На утро ты свободен, чек в кармане. Так что думай, решать тебе. Все на добровольной основе.

После того, как Кэтрин закончила, Джек сделал очередной глоток напитка и пристально посмотрел на собеседницу. Бóльшая часть его была согласна на эту авантюру, но подсознание подсказывало, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. В этой затее наверняка есть подвох.

– Вижу, ты сомневаешься? – заметила Кэтрин. – К этому мы были готовы. Поэтому НФС предлагает тебе это.

Она вытащила из сумки пачку денег и положила на стол.

– Здесь ровно половина. Полторы тысячи долларов. Другую половину ты получишь через два дня, после успешного эксперимента.

В ту же секунду все сомнения растворились в воздухе.

– Я согласен, – отрезал Джек, засовывая деньги в карман, пока никто не передумал. – Когда выезжаем?

– Сейчас. Я отвезу тебя на своей машине, так что лишние приготовления ни к чему.

«Что же делают деньги с людьми, – подумала Кэтрин. – Стоило повертеть бумажками перед носом, как он тут же согласился. Все вышло намного проще, чем я ожидала».

Подошел официант. Джек настоял на том, чтобы оплатить ее заказ, и они вместе вышли из бара.

***

Старый ниссан Кэтрин был припаркован на соседней улице. По дороге к машине она рассказывала, как устроена ее работа в Национальном Фонде и какую пользу приносит их каждодневной труд. Но Джек ее не слушал. В кармане приятно ощущалась тяжесть полутора тысяч долларов. К тому же он до сих пор не мог поверить в свое счастье, в те обстоятельства судьбы, которые случайным образом помогли ему выбраться из тюрьмы, вдобавок получить огромные деньги за какой-то глупый эксперимент.

«Эти люди с повторяющими снами. Кто они такие? Что могло все это значить?».

Но каждый раз, когда Джек задавал себе очередные вопросы, он мысленно давал себе один и тот же ответ, после которого на лице возникала улыбка.

«Все неважно. Пусть меня подключают куда хотят, пытают, я все выдержу. Обманом это быть не может. Уж очень серьезные действия произведены так называемым фондом по отношению ко мне».

«Это не может быть обманом, – раз за разом Джек прокручивал эту фразу у себя в голове. – Это не может быть обманом».

– Заедем по дороге в банк. Я закину наличные на карту, если ты не против, – сообщил Джек после того, как они сели в машину.

– Хорошо. Как скажешь, – ответила Кэтрин, роясь в сумочке. – Только, пожалуйста, пристегнись.

– Ты что-то потеряла?

– Да так… Одну вещицу.

Он пристегнулся и удобно устроился в кресле, настроив его под себя. Кэтрин еще некоторое время рылась в сумке, после чего отложила ее на заднее сидение, повернулась обратно к рулю и ловко заправила волосы за ухо. Джек почувствовал приятный аромат шампуня. Она засунула ключи в замок зажигания и, как будто что-то вспомнив, резко открыла бардачок, дверцей ударив по коленям Джека.

– Прости, – извинилась Кэтрин, вынимая оттуда нужную вещь.

– Да ничего страш…

Но Джек не договорил. Все произошло за секунду. Неожиданно Кэтрин быстрым движением бросила белый порошок ему в лицо и сразу же выскочила из машины.

– Что за черт?! Что ты… – начал кричать Джек, вытирая одной рукой лицо, а второй пытаясь расстегнуть ремень безопасности. Но все его тело моментально перестало слушаться, он закрыл глаза и забылся глубоким сном, так и не успев ничего понять.

– Прости еще раз, – тихо вырвалось у Кэтрин. Ее сердце отбивало бешеный ритм, руки дрожали. Она стояла у машины, пытаясь привести себя в порядок и избавиться от сильного волнения. Убедившись, что Джек не опасен и уснул глубоким сном, она осмотрелась по сторонам, открыла дверь и села обратно в машину.

– Так… Все хорошо. Ты молодец. Все отлично. Посмотри, ты справилась, – успокаивала себя Кэтрин.

Она поправила его руки, положила голову на пассажирскую дверь и салфеткой вытерла с лица остатки порошка.

– Прости, – повторила она, смотря на спящего Джека. – Я по-другому просто не могла. Ты бы мне не поверил.

Вытащив деньги из кармана его пиджака, она снова открыла бардачок и закинула туда полторы тысячи долларов. Повернув ключ в замке зажигания, она завела двигатель, включила передачу и нажала на газ.

Тетя Тэура

Дорога за город к переводчице занимала несколько часов. Наступила ночь. За черными дождливыми тучами звезд совсем не было видно. Где-то с правой стороны от дороги временами сверкала молния. И уже через некоторое время пошел сильный ливень. Дворники активно пытались угодить водителю, очищая ветровое стекло от воды. На трассе в такую погоду машин практически не было, за исключением одной или двух, которые проехали уже давно. Они передвигались по пустой дороге, разрезая ночную мглу светом фар.

Как только Джек начинал приходить в себя, Кэтрин остановила машину и вколола ему снотворное. Джек вновь погрузился в сон. Ей не нужно было сейчас, в это время и в этом месте, выяснять с ним отношения. Он все равно ее не поймет.

Вскоре они выехали на грунтовую дорогу. Кэтрин ехала не спеша, пытаясь сквозь пелену дождя понять, что их ждет впереди. Она ехала еще около получаса, когда на горизонте появились отблески деревенских огней. Это была небольшая деревня с двадцатью или тридцатью домами, крошечным продуктовым магазином и большим кривым амбаром с еле заметным красным крестом на стене. Как вспомнила Кэтрин – это местный медпункт. И судя по внешнему виду, он уже давно не функционировал.

Она хорошо помнит это место, когда отец впервые привез ее сюда. Ей было четырнадцать лет. В то время деревня выглядела намного лучше. Возможно, сейчас на восприятие влияла ужасная погода, да и к тому же, дождь мешал более подробно рассмотреть некоторые детали ландшафта. Но она точно помнит, что в тех местах, где виднелись руины и остатки ранее крепкого фундамента, когда-то стояли дома, в чьих окнах горел свет. Прошло не так много времени, но изменения поражали. Деревня вымирает. Годы берут свое. Пройдет еще век, два века, и от этого места, скорее всего, ничего не останется.

Кэтрин подъехала к дому переводчицы снов. Он представлял из себя одноэтажное деревянное строение, которое, несмотря на возраст и местами потрескавшуюся на фасаде краску, выглядело отлично по сравнению с другими домами. Оставив Джека в машине, она быстро побежала под небольшой навес, боясь насквозь промокнуть под дождем, который отчаянно пытался затопить здешние места. Навес был выполнен из тонкого листа металла, который был призван защитить входную дверь и тряпичный коврик перед ним от влаги. Но как заметила Кэтрин, все безуспешно. Он был настолько грубо прибит гвоздями, что через щели интенсивно просачивалась вода, превратив коврик в набухшую губку.

В доме горел свет. Своим видом он согревал и наполнял Кэтрин душевной теплотой. Чашка горячего чая – это все, что ей сейчас больше всего хотелось.

Она постучала в дверь. Не смотря на оглушительный шум дождя, бьющий по железном навесу, до нее отчетливо донесся скрипучий звук. Она замерла. От предстоящей встречи у нее учащенно забилось сердце.

Наконец дверь открылась и перед ней появился просто неестественно высокий человек. Великан. Его голова была намного выше дверного проема, и ему приходилось сильно нагибаться. Округлив глаза, Кэтрин оцепенела, напрочь забыв о холодных каплях дождя, периодически стекающих по ее спине. Великан не промолвил ни слова. Он стоял нагнувшись, спокойными и грустными глазами изучая посетителя.

– Прошу прощения, – очнулась Кэтрин. – Я ищу тетю Тэуру.

К этому моменту она промокла до нитки, и с ее волос падали капли дождя.

Великан ничего не ответил. Некоторое время он буравил взглядом гостя, после чего медленно, перед самым ее носом закрыл дверь и удалился. Было слышно, как под его весом, словно от боли, кричали деревянные половые доски в момент, когда он делал шаг. Скрип за скрипом, он удалялся в соседнюю комнату.

«Замечательно, – подумала Кэтрин. – Провести столько времени в дороге, промокнуть до нитки, и в итоге остаться ни с чем перед закрытой дверью. Вдобавок в моей машине спит мужчина, который после пробуждения наверняка захочет со мной расквитаться».

Она не знала, что делать. Не могла же перепутать дом после того, как отец заставил наизусть выучить весь маршрут на карте. А может переводчица переехала? Или, что еще хуже, скончалась? От этих мыслей ей стало не по себе. Если так, то что она будет делать? Остаток жизни ночевать в черном ящике?

Кэтрин решила быть настойчивей и постучать еще раз. Но как только подняла руку, дверь отворилась, и на пороге возникла полная женщина с удивительными глазами, будто затянутыми белой пеленой. Они были настолько необычные, что, если однажды человек увидит в них свое отражение, уже наверняка никогда не забудет. И Кэтрин не забыла. Когда ей стукнуло четырнадцать лет, она впервые посетила этот дом вместе с отцом. Взглянув тогда в эти невероятные глаза, она не могла от них оторваться. Единственное объяснение, которое пришло ей в голову – женщина надевала линзы. Оказалось, нет. Они настоящие. Абсолютно белые глаза с крошечными черными зрачками по центру, которые придавали им некую живность. Если бы отсутствовала эта маленькая деталь, то скорее всего, это напоминало бы фильм ужасов, где у человека вытянули душу, превращая в живого мертвеца.

– Ой, доченька, что же ты стоишь на улице под таким дождем? Невоспитанный Буч! Прости его, пожалуйста, он не обучен манерам, – по-доброму говорила Тэура, приглашая войти в дом. – Давай я помогу тебе раздеться.

Она повесила куртку на загнутый крючком гвоздь и пригласила пройти в комнату, где весело потрескивал огонь в камине.

Кэтрин смутно помнила внутреннее убранство дома с того момента, когда посещала его в детстве. Поэтому, оглядывая простую деревенскую комнату, она на все смотрела будто бы в первый раз. На стенах висели старые картины, на которых было изображено что-то фантастически непонятное. Видимо, художник выплеснул на холст те безумные и потаенные чувства, которые были доступны и понятны только ему, сочетая их с разнообразными оттенками красок. Два дивана стояли по центру комнаты друг напротив друга. Между ними располагался небольшой квадратный столик. Потолок выполнен из деревянных досок, грубо покрашенных белой, уже потрескавшейся краской. И люстра, маленькая, состоящая из трех лампочек, из которых горела только одна. В углу стояло старое кресло, видимо из одного комплекта с диваном, и небольшая кровать, предназначенная для одного человека. И была еще одна комната, точнее дверь, которую заметила Кэтрин.

Тэура скрылась в маленькой кухне, которая располагалась в этой же комнате, но отделялась простой занавеской.

– Я налью вам чай. Вы, наверное, замерзли?

– Спасибо. Вы так добры, – ответила Кэтрин, осматривая помещение. Женщина угадала ее желание.

– Не стоит благодарить. Вы поступили бы точно так же, если бы к вам приехали гости издалека.

Она говорила медленно, словно подбирая и обдумывая каждое слово.

Почему-то в этот момент Кэтрин вспомнились слова, которые ей говорила когда-то ее бабушка:

«Когда приходит старость, ты перестаешь слышать шум большого города, забываешь, что значит жить в постоянной спешке. Ты начинаешь получать удовольствие от каждого момента и замечать то, что раньше оставил бы без внимания. Начинаешь замечать красоту жизни, каждое ее движение. Ты просто никуда не торопишься».

– Что вас привело в такую даль, милочка?

– Вы, наверное, меня не помните? Мы с отцом приезжали к вам много лет назад. Приезжали, чтобы оживить реальность.

После услышанного Тэура перестала стучать ложкой, размешивая сахар. Она медленно вышла из кухни и взглянула на Кэтрин, словно на старого друга. Несмотря на странные и одновременно завораживающие глаза, в ее взгляде присутствовала нескончаемая доброта с нотками материнской любви. Она с улыбкой принесла чашку горячего чая и села на диван. Кэтрин сделала глоток. Чай оказался чересчур сладким. Не подавая виду, она изобразила лишь скромную улыбку.

– Я тебя помню, – тихо ответила Тэура. – И твои смешные косички, и твоего отца. Да. В последнее время ко мне редко приходят странники оживлять реали. Наверное, поэтому я вас и запомнила.

– Меня зовут Кэтрин.

– Кэтрин. А твоего отца Стюарт, верно? – улыбнулась Тэура. – А ты присаживайся Кэти, почему стоишь?

– Я насквозь промокла и не хотела бы испортить вам мебель.

– Вода – это не грязь, садись! – отрезала она. – А то мне неудобно сидеть, когда стоят такие гости.

Кэтрин села на диван и ощутила прикосновение к коже мокрой одежды. По телу пробежала дрожь. Тэура не переставала улыбаться. Она приподняла чашку чая, намекая на то, чтобы гостья составила ей компанию.

С усилием Кэтрин заставила себя сделать небольшой глоток приторно-сладкого чая. Она старалась следить за своей фигурой. Очень часто находясь по двое суток в реале сна, она занималась спортом и следила за своим питанием. Однажды, прочитав в журнале «Все о здоровье» о вреде сахара, она старалась употреблять его как можно меньше. Но здесь, в этой маленькой чашке, наверное, ложек пять, не меньше.

– Все верно, Стюарт. Он умер, когда мне было семнадцать, – с грустной улыбкой сообщила Кэтрин.

– Жаль. Мне очень жаль, Кэти. Сильный был человек. Умный.

Наступило недолгое молчание.

– Я пришла к вам за помощью, тетя Тэура. И за ответами по поводу реальности сна.

– Я догадалась, – спокойно ответила переводчица, делая очередной глоток.

И Кэтрин все рассказала. Про то, как она лежала на пляже, про тело, портал и пустую реальность сна, про надпись и освобождение Джека Нэвиса. Тэура слушала очень внимательно, оставаясь абсолютно спокойной. В течение всего рассказа она не задавала вопросов и не выражала никаких эмоций, кроме глубокой задумчивости.

Закончив, Кэтрин почувствовала, как у нее пересохло во рту. Посмотрев на чашку чая, она решила лишний раз не рисковать и сглотнула слюну.

– Могу сказать одно, – серьезным тоном произнесла Тэура. – Это портал.

– Портал? – переспросила Кэтрин.

– Верно. Когда-то не так давно мир снов отличался от сегодняшнего, как и его обитатели, – начала свой рассказ переводчица. – В те времена у людей были другие приоритеты, другие желания и мечты. Человек не был избалован таким изобилием техники, какое мы видим сегодня. Она сделала из людей поколение неразумных, необразованных существ. Прости меня, за правду. Но большей части населения явного мира сегодня необходимо лишь употреблять пищу, пить, спать и как можно быстрее достать денежные средства, благодаря которым они смогут еще больше ублажать свои потребности и страсти. И ключевое слово именно достать, а не заработать. Ведь так, моя милая? – с усталой улыбкой спросила Тэура, но не дожидаясь ответа, продолжила. – Раньше люди по-другому думали, по-другому жили. И тем самым по-другому текла жизнь в мире снов. Все странники были изобретателями, учеными, писателями, экономистами, биологами и просто творческими людьми, чьи идеи и изобретения шли на пользу всему человечеству.

– Ну и сейчас так же. Разве нет? – заметила Кэтрин, все это время внимательно слушая мудрую женщину.

Тэура по-доброму улыбнулась, словно перед ней сидела маленькая девочка, которой нужно объяснить элементарные вещи.

– И сейчас много странников разных профессий. Но, к сожалению, ими движет совсем другое. Как я уже говорила – это деньги и удовлетворение своих потребностей. Лишь единицы по-прежнему используют свою реальность для пользы обществу.

Она поставила чашку на столик и взяла маленькую подушку. Положив под поясницу, с удовольствием на нее облокотилась.

– Вот так-то лучше, – выдохнула она. – Поясница уже не та, что раньше, моя милая.

Кэтрин, пользуясь случаем избавиться от переслащенного чая, тоже поставила чашку на стол.

– В былые времена, когда страннику исполнялось четырнадцать лет, его отправляли в город снов, чтобы выявить его способности, – продолжила переводчица. – Чтобы понять, как он может помочь человечеству, используя свой дар.

– Город снов?

Тэура замолчала и вдруг неожиданно засмеялась, запрокинув голову. Ее смех подхватило далекое эхо, будто они сидели в большом туннеле с высокими потолками, а не в маленьком и тесном помещении ее дома. Оглянувшись, Кэтрин немного испугалась.

– А ты не знала? Ты думала, ты одна в мире снов? – успокаиваясь, произнесла Тэура. – Город снов реален так же, как и мы с тобой! – серьезно продолжила она. – Это целая жизнь, находящаяся в подсознании всего мира. Раньше каждая реаль контролировалась городом снов, каждый странник был под их надзором, каждый должен был внести свою лепту в развитие человечества. Только там странник может получить Лаас – доступ и разрешение к сохранению своих достижений в реальности. Благодаря ему, изобретатели могут создавать свои лаборатории, а писатели сохранять свои записи.

– То есть можно что-то сохранить в мире снов? – изумленно округлила глаза Кэтрин.

– Да. Лаас дается только городом снов после рассмотрения заявки. Ведь деятельность странника должна быть полезна для явного мира и его жителей. И он внедряется только на определенный объект, здание или что-то еще, где и с чем на данный момент работает странник. Остальной мир сохранению не подлежит.

– Невероятно, – выдавила из себя Кэтрин, обдумывая каждое услышанное слово. С самого детства она никак не могла понять, как же в своих реалях снов изобретатели создают невероятные открытия без сохранения достигнутых результатов. Все это время она думала, что во сне странники лишь набираются теоретического опыта – в чтении и пополнении своих знаний, а строительство, создание, испытания и вычисления они делают в явном мире. Но, а как же писатели? – думала она. Все написанное в мире снов не переходит в явный мир. Сколько бы она не обдумывала этот вопрос, ответ она найти так и не могла. Теперь же все встало на свои места. Оказывается, весь секрет в Лаас.

– А что же случилось потом? – очнувшись от размышлений, спросила Кэтрин. – Почему город снов перестал контролировать странников?

Тэура перестала улыбаться и резко перевела взгляд в сторону комнаты Буча, словно там произошло нечто очень страшное. Кэтрин испугалась. Она тоже обернулась и посмотрела на закрытую дверь. Но ничего подозрительного так и не заметила.

– Странник по имени Ник Травери, – медленно ответила Тэура, возвращаясь к собеседнице. – Он изобрел портал перемещений. Но это величайшее изобретение сочли опасным для мира людей. Ах, как же жаль, – снова улыбнулась она. – По мне, так это было бы очень здорово, верно?

– Почему же сейчас странников не контролируют, как и прежде? – спросила Кэтрин, стараясь не замечать частую смену настроений переводчицы снов.

– Потому что Ник Травери был арестован и отправлен в Фордсон – тюрьму мира снов. Но после этого реали странников загадочно стали пропадать. Город снов начал искать сбои и причину потери такого дара. Он бросил на это все свои силы. Из-за этого со временем реальности перестали контролировать, предоставляя полную свободу в выборе их использования.

Кэтрин не могла поверить в слова переводчицы. Город снов, Лаас, тюрьма, контроль над странниками в их собственных реалях. Как такое возможно? Кэтрин с детства использует реальность сна, и никого за все это время она не видела. Только мир, сохраненный в момент засыпания.

– И как портал оказался в моей реале? Вы же сказали, что город снов счел его опасным, а изобретатель сидит в тюрьме.

– Не совсем так, моя милая. Ник Травери исчез тем же вечером после ареста и его больше никто не видел.

– Вы хотите сказать, что этот ученый до сих пор прячется и зачем-то использовал портал в моем сне?

– Исчезновения реальностей странников связаны с этим порталом. Несмотря на то, что город снов изъял изобретение, его не уничтожили. Они забрали только часть, маленький элемент огромного пазла. Остальное осталась у Травери. И город по сей день пытается выяснить, как эти пропажи связаны с порталами и их автором. Поэтому ответы на свои вопросы ты сможешь найти только в городе снов. Больше я тебе сказать ничего не могу.

Наступило недолгое молчание. За окном продолжал барабанить сильный дождь. Приглушенные удары падающих капель о металлическую крышу дома отчетливо доносились до их ушей.

– А как же Джек Нэвис? – вырвалось у Кэтрин. И тут она вспомнила, что оставила его в машине. Она совсем про него забыла.

– Тетя Тэура. Мне нужна ваша помощь. Нужно оживить реальность сна Джека, как когда-то вы оживили мою. Я не могу больше находиться в его пустом подсознании. Еще немного, и я сойду с ума.

Тэура нагнулась, открыла шкафчик небольшого столика и достала длинную курительную трубку. Она зажгла спичку, поднесла огонь и несколько раз затянулась, пока из трубки не появился немного сладковатый и густой дым.

– Ты не против? Дурная привычка. Никак не могу отказаться, – с удовольствием выдыхая, призналась Тэура.

Немного помедлив, она пристально посмотрела на Кэтрин и продолжила.

– Знаешь ли ты, что оживить реаль можно только в присутствии родственника?

– Знаю. Но нельзя ли что-нибудь сделать? Пожалуйста, тетя Тэура, помогите мне, – взмолилась Кэтрин.

Немного подумав и очередной раз выдохнув густой дым, переводчица ответила.

– Есть один способ. Но нужно присутствие твоего Джека.

– Он здесь, в машине. Я его привезла с собой. Только… – немного замявшись, Кэтрин виновато опустила глаза. – Без его одобрения.

Тэура снова засмеялась с загадочно отдаленным эхом. Она начала кашлять, выдыхая из себя остатки дыма, но при этом не переставая смеяться.

– А ты непростая девочка, верно? – успокаиваясь, проговорила Тэура, игриво смотря белыми глазами.

– Я не хотела. У меня не было другого выхода. Он бы мне просто не поверил.

И правда. Про мир снов ей говорили еще с пеленок. Отец часто рассказывал про необыкновенную жизнь во сне, прежде чем в ее комнате выключался свет. Насколько они реальны, как нужно верить в них всем сердцем. И она верила. А сейчас, услышь она впервые про это чудо уже будучи взрослой девушкой двадцати девяти лет, она не восприняла бы такую информацию всерьез. Приняла бы за бред. У нее не было другого выбора.

Кэтрин посмотрела на Тэуру. Та спокойно сидела и улыбалась, получая удовольствие от каждой затяжки.

– Возможно ли сделать все сейчас? Я не выдержу еще одной ночи в пустой реальности.

– Буч! – громко крикнула Тэура.

Из соседней комнаты послышались знакомые скрипы. Дверь отворилась и, сильно пригнувшись, на пороге возник великан. Он был широкоплеч, лыс, его спокойное доброе лицо выражало безразличие абсолютно ко всему происходящему. Его рост составлял около трех метров, что заставляло его постоянно нагибаться, чтобы не задеть головой потолочные балки и хлипкую люстру. Одет он был в простую белую майку, которая была на несколько размеров меньше, а также штаны, больше походившие на удлиненные шорты. Неудивительно. Для таких людей одежды, скорее всего, не шьют вообще.

– Буч, дорогой. Принеси, пожалуйста, из машины нашего гостя ее спящего друга.

Ничего не ответив, он пригнулся и медленно зашагал к двери.

– И надень дождевик! – крикнула вдогонку Тэура.

Возвращая взгляд к собеседнице, она поддалась немного вперед и так тихо прошептала, будто боясь, что ее могут услышать.

– Не смотри на его внешность, у Буча душа ребенка. За ним нужен глаз да глаз.

Кэтрин не стала расспрашивать, кем ей приходился Буч. Девушке показалось это неприличным. Но догадывалась, что скорее всего, он ее охранник. Но от кого великан защищает Тэуру? Позже она обязательно это выяснит.

Прошло немного времени. Буч вернулся назад, держа в руках расслабленное тело Джека. Тэура попросила положить его на кровать. Он выполнил ее поручение, после чего молча отправился в свою комнату и запер за собой дверь. Не затушив курительную трубку, Тэура положила ее обратно в ящик и подошла к Джеку. Все его лицо было мокрым от короткого путешествия под дождем.

– Сколько он уже без сознания? – спросила переводчица, прикасаясь ладонью к его лбу.

– По дороге он начинал приходить в себя, и я вколола ему сильное снотворное.

Тэура поднялась и зашла на кухню, задернув за собой занавеску. Какое-то время она шуршала пакетами, гремела стаканами и ложками. Джек спал младенческим сном. Кэтрин смотрела на него и не могла понять, как этот человек, будучи странником, не знал про существование мира снов, про такой дар доступный немногим? Почему она попала именно к нему? Ей было страшно и любопытно одновременно.

В этот момент вышла Тэура и бросила Кэтрин пакет с вещами.

– Переоденься, а то заболеешь. Мокрые вещи повесишь около камина. Не отказывайся! И прости, если не подойдет размер, – отчеканила Тэура, вновь скрываясь за ширмой. – И не спрашивай, кому они принадлежат, – добавила она.

Отдельной комнаты, не считая комнаты Буча, чтобы переодеться не было. Она еще раз взглянула на Джека, удостоверившись, что он продолжает спать, и на дверь в комнату великана.

«Если он захочет выйти, то я точно услышу», – подумала Кэтрин.

Она встала около камина и открыла пакет с вещами. Там лежали аккуратно сложенные вязаная кофта и женские брюки. Кофта была на два размера больше, а вот брюки, наоборот, немного коротковаты. Но ничего. Лучше уж так, чем ходить насквозь мокрой. Она сняла с себя сырую одежду и повесила около камина. Нижнее белье засунула в карман спортивных штанов. Потом надела брюки с кофтой и сразу почувствовала приятное тепло, разливающееся по телу.

– Прекрасно. Тебе идет, – оценила Тэура, выходя из кухни с маленькой чашкой в руках.

Подойдя к Джеку, она положила ее около головы. Осторожно, словно боясь что-то сломать, она установила в ней зажженную ароматическую палочку. Тонкая струйка изогнутого дыма началá свое медленное восхождение, от которого Кэтрин почувствовала приятный аромат цветов и мяты.

– Тебе нужно покинуть дом на некоторое время, – в задумчивости произнесла Тэура, не отрываясь от спящего Джека.

Кэтрин не стала возражать. Свежий воздух ей сейчас не помешает. Она подошла к двери, надела куртку, обувь и перед тем, как выйти, оглянулась. Переводчица положила одну руку на лоб, другую на сердце Джека и, закрыв глаза, тихо проговаривала про себя слова, немного шевеля губами. Кэтрин открыла дверь и вышла.

Сильный ливень, который превратил здешние места в непроходимое болото, прекратился. С крыши продолжала капать вода. Она осторожно наступала на отдельно торчащие камни, судя по всему предназначенные для такого случая, и подошла к машине. Двигатель все еще работал. Фары, разрезающие ночную мглу вплоть до порога дома, также горели. Кэтрин открыла окна, поудобнее устроилась в кресле и задумалась.

Полдела сделано. Она очень рада. Теперь не придется бояться и сидеть в пустой реальности подсознания Джека. Еще с детства сон для Кэтрин являлся второй жизнью, в которой она проводила намного больше времени, нежели в явном мире. Она занималась чем угодно, не думая о работе и заработке денег. Ведь в реальности своего сна она могла зайти в любой понравившийся магазин и взять любую вещь абсолютно бесплатно, не боясь, что ее могли арестовать и посадить в тюрьму за ограбление. Ты одна. Весь мир принадлежит только тебе. Но в последнее время сон для нее – это страх. Как только Джек засыпал, она в этот же момент падала и тоже уходила в сон. И неважно, чем она заниммминалась в это время. Просто падала. Это стало очень опасным. Из-за страха уснуть в любой момент она боялась мыться в душе, ходить в туалет, даже выходить на улицу за продуктами. А засыпая, она опять оказывалась в той пустой темной комнате. Сразу же уснуть и снова оказаться в явном мире никак не получалось. Потому что попадая в мир снов, ты полон сил и энергии. Отсутствовала даже небольшая сонливость и желание вообще закрывать глаза. И ей приходилось сидеть по многу часов, пока вновь не приходили усталость и сон. Она сворачивалась в комочек в углу комнаты и напевала песню, чтобы не сойти с ума. А может из-за такого поведения она уже начинала сходить с ума? Ей нужно было найти человека, чье имя написано на ее руке, и оживить эту реальность, чтобы забыть про этот кошмар пустого места. Заменить его целым миром. А причина, по которой она оказалась в такой ситуации, и куда именно исчезла ее собственная реаль – это уже второе, что необходимо решить. Сейчас главное избавиться от черного ящика, в котором она пребывает последние дни. И она очень надеется, что у Тэуры все получится. Конечно, она очень странная и загадочная женщина, но внушает доверие. Что удивительно, когда Кэтрин приходила сюда пятнадцать лет назад вместе со своим отцом, переводчица выглядела точно также. Совсем не изменилась, не постарела. А ее глаза. Они очень необычные. А великан Буч, который живет вместе с ней? Вряд ли это ее сын или любимый внучок. От этой мысли Кэтрин улыбнулась. Она поудобнее устроилась в кресле и закрыла глаза. Поспать у нее сейчас не получится. Только если Джек уснет. На данный момент он находится без сознания под действием сильного снотворного. Он спит искусственно вызванным сном. Поэтому Кэтрин и не сидит сейчас в пустой реале. В реальность снов можно попасть, только уснув естественным образом.

«Что я буду делать дальше, когда он проснется? – думала она. – Скорее всего, он захочет мне отомстить. В таком случае может просто оставить его где-нибудь в городе, а самой уехать? Да. Так будет безопаснее. И если все получится, и мы окажемся в одной реальности его сна, то там я с ним и поговорю. К тому времени он воочию увидит своими глазами мир снов, и ему ничего не останется, как поверить мне. Если конечно Тэура сейчас его не разбудит».

Прошло около часа. В один момент свет в доме начал мерцать, словно закоротило электричество. И еще через некоторое время дверь отворилась, и переводчица пригласила Кэтрин зайти в дом.

Открыв рот, Джек продолжал спать. В углу комнаты в кресле сидел великан Буч. Он положил огромные ручищи на деревянные подлокотники кресла и дремал. Большой живот с короткой майкой, из-под которого виделся торчащий пупок, медленно поднимался то вверх, то вниз. Тэура спокойно сидела на диване, с удовольствием вдыхая сладковатый дым курительной трубки. Кэтрин села напротив переводчицы и вопросительно посмотрела на нее.

– Жить будет, – с улыбкой сообщила Тэура.

– Как же реаль сна? У вас получилось?

– А ты во мне сомневалась?

Наступила небольшая пауза.

– Что ты будешь делать, когда он очнется? – спросила Тэура.

– Я думала отвезти его в город и оставить недалеко от того места, где мы встретились. У него дурной характер. Он скорее всего меня убьет, если встретится со мной еще раз.

Они посмотрели на спящего Джека. Из открытого рта на подушку медленно свисала длинная слюна. В какой-то момент он хрюкнул, сладко зачмокал и повернулся к ним спиной.

– Забавно, – медленно и задумчиво произнесла Тэура, делая очередную затяжку.

– Тетя Тэура, что мне делать с реальностью сна? Возможно, я продолжу уходить в сон в один и тот же момент с этим человеком. Вы говорили, что ответы я смогу получить в городе снов. Как туда попасть?

– Нужно отправить заявку в отдел настроек и поддержки города снов, чтобы тебе разрешили осуществлять перемещения. Примерно через две недели заявка будет одобрена, и они смогут тебя принять.

– Две недели? – изумилась Кэтрин. – Почему так долго?

– Мир снов переживает нелегкие времена. Безопасность прежде всего.

– Но я не могу так долго ждать. Есть ли способ добиться результата быстрее? Тетя Тэура, прошу вас.

Переводчица стала серьезной. Не потушив трубку, она снова положила ее обратно в ящик стола и, скрестив руки на животе, внимательно посмотрела на Буча. Словно почувствовав ее пристальный взгляд, он открыл глаза, после чего с шумом поднялся и ушел к себе в комнату. Тэура проводила его взглядом, и как только Буч скрылся за дверью, повернулась к Кэтрин.

– Есть еще один путь. Но пройти через него не так просто. Он лежит через мир теней и страха, боли и сомнений. Не каждый доходил до конца, теряясь в пучине нейтрали иллюзий. Это не реальность сна, когда ты спокойно спишь в явном мире. Но это и не смерть. Это что-то между ними. Готова ли ты так рисковать жизнью, чтобы получить ответы на свои вопросы?

Кэтрин не знала, что ответить. Она была напугана словами о смерти. Неужели есть вероятность умереть лишь от того, что ей не хочется зависеть от этого человека?

– Сколько времени потребуется на этот путь?

– Около недели. Но хочу предупредить… – Тэура вдруг резко замолчала и посмотрела в черное окно, словно их могли подслушать. Она нагнулась поближе к Кэтрин и тихо проговорила:

– Это очень опасное путешествие. Единственное, что защищает и оберегает нас, но в то же время не дает нам двигаться вперед, – это наш страх. Ты должна будешь сыграть против него. И ты обязана победить.

Она снова удобно устроилась на диване и посмотрела на спящего Джека. Кэтрин, находясь все еще в небольшом шоке от услышанного, последовала ее примеру. Она понимала, что вполне возможно жить и в реальности сна этого молодого человека. Там можно находиться отдельно друг от друга, например, в разных частях света, и вообще никогда не встречаться. Но как же обычный мир? Тот факт, что она засыпает в один и тот же момент вместе с ним, не даст ей покоя никогда. Как она будет жить дальше? Неожиданно падать после того, как он ляжет спать? А вдруг в этот момент она будет ехать на машине? То все… Конец. Она решила, что даже неделя для нее – это очень большой срок. Не говоря уже об официальном способе попасть в город снов. Поэтому делать нечего. Придется рискнуть и во всем разобраться.

– У меня нет другого выхода! Я согласна, – уверенно произнесла Кэтрин.

Переводчица внимательно на нее посмотрела.

– Не в моих правилах интересоваться причинами такой спешки. Но советую все же выбрать более безопасный способ.

– Нет, – резко ответила Кэтрин. – Я отправлюсь через мир теней.

Тэура задумалась, не сводя со странницы пристального взгляда. Прищурившись, она что-то обдумывала. И после короткой паузы слегка улыбнулась, будто наконец-то пришла к какому-то решению.

– Твое право. Мне нужно будет подготовиться. Приезжай ко мне через неделю. Я советую не тратить это время впустую, прячась от Джека. Ты должна внушить ему доверие. Теперь у тебя есть его реальность сна, где он все увидит сам. Будь уверена, его роль не последняя в этом деле. У тебя мало времени. Он скоро проснется.

Они оба еще раз посмотрели на Джека, который лежал без сознания и слегка похрапывал.

Тайная гильдия. Нападение

Проснувшись рано утром, Гор продолжал лежать на спине, разглядывая белый натяжной потолок. Он уже более двух лет находился в реальности Сно, в течение которых был напрочь лишен чувства усталости. Он как полностью заряженная батарея. И отдохнуть во время программного сна просто невозможно. Ведь только тогда, когда человек испытывает усталость, он может знать, что такое настоящий отдых. Гор этих чувств лишен. Да и сон в этом искусственном мире – всего лишь очередная иллюзия. Спать внутри самого сна – это ничто иное, как отправить разум в далекое подсознание своего бытия. В несуществующий мир, в пустоту. Ты постоянно ощущаешь присутствие тела, но только не своего, чужого, в другом месте. Ты видишь только темноту и больше ничего. Странное ощущение.

Помнится, когда Гор был странником и жил в обычном мире людей, он имел возможность уставать и по-настоящему просыпаться. А пробуждение сопровождалось бодростью, энергией, полным отсутствием сонливости. Тело и разум отдыхали. Как же он соскучился по этим чувствам.

Пролежав так некоторое время, Гор поднялся с кровати. Мышцы красиво играли под кожей. За последний год он сильно изменился, интенсивно занимаясь спортом. Возможно, причиной тому было обещание Сно, данное ему в первый день порабощения, и которое до сих пор не было выполнено, с каждым разом отодвигаясь на неопределенный срок. От этого вся злость, копившиеся внутри Гора, стала похожа на надутый до предела воздушный шар, который вот-вот лопнет. И больше всего злил тот факт, что ничего нельзя сделать. Он бессилен. Абсолютно. И для того, чтобы как-то сдерживать внутри себя эту злость и не сорваться, нажив себе кучу неприятностей, Гор занимался спортом: бегал, прыгал, отжимался, подтягивался, поднимал железо. Интенсивная нагрузка не давала шару лопнуть. Помогала отвлечься и успокоиться. Помогала держать себя в руках.

Он отжимался, резко выдыхая воздух; подтягивался на турнике, каждые три дня прибавляя количество на один раз; потом долго бегал на беговой дорожке в абсолютной тишине. Полностью пропотев, он направлялся в душ и долго стоял под прохладной водой. Далее следовал плотный и питательный завтрак. Примерно так каждый день Гор начинал свое утро в реальности Сно. Последовательность, которая постепенно перешла в полезную привычку.

Сегодня необходимо отправиться к главе гильдии и отчитаться о проделанной работе в Париже. За это он получит возможность жить еще некоторое количество времени, продлив срок этой реальности. Но снова видеть физиономию Сно, сейчас никак не хотелось. И Гор решил повременить со встречей, посетив его ближе к вечеру.

Удобно устроившись в кресле, он открыл книгу и углубился в изучение истории Римской Империи. В последнее время его интересовало только настоящее, факты. Фантастики хватало и в его мире. И читая про фараонов, Чингисхана, Гитлера, Цезаря и других великих завоевателей, он начинал предполагать, что скорее всего, они тоже были странниками и имели дар проживать две жизни одновременно. К сожалению, люди говорят, запоминают и пишут только про свой существующий мир. А то, что творится за его пределами, они не принимают, поясняя тем, что это всего лишь сон. Не более того. Но и сны бывают вполне реальны.

Скоротав за книгой около двух часов, он успел прилично проголодаться, услышав урчание своего желудка. Он отодвинул рукав свитера и посмотрел на запястье. На сером фоне виднелись пять точек белого цвета. Осталось пять порталов. Он положил книгу на полку и за секунду переместился в ресторан быстрого питания, где обычно обедал. Достал булочки, пожарил и положил мясо, сыр, немного зелени, помидор, и закинул все в микроволновку. Налил себе черный кофе с сахаром и, дождавшись, когда прозвучит сигнал о готовности, принялся за еду.

Он ел и ни о чем не думал, заранее решив, что после обеда отправится к Сно. Но тут он услышал знакомый и отдаленный звук сильного потока ветра. Он прекратил жевать и прислушался, замерев на месте. Через несколько секунд звук повторился. Он сразу догадался. Ошибиться было нельзя. Это портал. Недолго думая, он быстро схватил тарелку с остатком бургера, чашку кофе и переместился в укрытие недалеко от ресторана, откуда открывался хороший обзор на главный вход. Доедая свой завтрак и спокойно попивая кофе, он увидел, как у входа появились они. Двое в белых пиджаках. Охотники! Они не спеша оглянулись по сторонам и, медленно ступая, зашли внутрь. Остановившись у столика, где только что сидел Гор, они неожиданно резко повернули головы в его сторону. Он встретился с их белоснежными глазами и невзначай у него тихо вырвалось:

– Черт!

Не прошло и секунды, как они оказались около него. Потоки ветра от использованного портала шевелили волосы на его голове. Но Гор ничуть не испугался. Оставаясь абсолютно спокойным, он с улыбкой произнес:

– Добрый день, господа. Меня ищете?

Как только один из них начал делать шаг в его сторону, Гор, не раздумывая, плеснул остатки горячего кофе ему в лицо и без замаха резко ударил в грудь. Человек в костюме отшатнулся. В эту секунду на него прыгнул другой и попытался нанести несколько четких ударов по голове, но ни один из них не достиг цели. Гор ловко уворачивался, и после того, как соперник решил ударить ногой в живот, он успел отойти в сторону, схватить вытянутую ногу и, потянув ее на себя, со всей силы ударить соперника в лицо. Он упал. Кровь потекла из носа. К этому времени первый пришел в себя и двинулся на Гора. Последовала быстрая атака ногами, руками и локтями. Но также удачно уворачиваясь, Гор нанес несколько ударов противнику, после чего тот упал. Но уже через секунду они оба встали и уже вместе двинулись на него. Началась драка. Они молниеносно наносили ошеломляющей силы удары, но Гор был явно сильнее и быстрее своих соперников. Ловко уклоняясь, он успевал контратаковать, и буквально через пару минут ожесточенного боя оба противника лежали у его ног. Воспользовавшись удобным моментом, Гор использовал портал, переместившись в большой торговый центр. Он быстро побежал прочь, стараясь как можно скорее спрятаться от своих преследователей.

В это время два охотника в белых пиджаках поднялись на ноги и, увидев, что Гор исчез, быстро отправились за ним. Около минуты после использования портала его путь можно проследить. Через секунду они оказались на том же месте, куда переместился Гор. Но вокруг уже никого не было. Они переглянулись между собой, кивнули друг другу и исчезли.

Гор в это время спрятался неподалеку. Он тихо сидел в засаде и прекрасно видел, как его преследователи испарились. Выждав несколько минут, он не стал терять больше ни секунды и тоже растворился в воздухе. Но как только это случилось, словно чувствуя использованный рядом портал, вновь появились охотники. Они забежали в магазин и, роняя на пол стойки с вещами, начали искать место отправки. Заходили в одну примерочную, потом в другую, третью, зашли за стойку администратора, но следов портала нигде не оказалось. Один из них посмотрел на вверх, где проходила толстая вентиляционная труба. Увидев область использованного портала, который в ту же секунду закрылся, он понял, что опоздал. Проследить, куда именно переместился тот, кого они искали, теперь было невозможно. Злость охватила одного из них, и он с силой швырнул на пол стойку с одеждой, стоявшую около него. Но буквально сразу же взяв себя в руки, успокоился. Взглянув на своего напарника, который подобрал валявшуюся на полу футболку и вытирал кровь из носа, сделал шаг вперед и растворился. Второй сразу же последовал за ним.

Гор переместился в центральную часть парка с большим и открытым пространством, где кроме скамеек для отдыхающих на сотни метров вокруг ничего не было. Отправляться в свой дом или сразу же к Сно было бы неразумно, учитывая, что за ним могли проследить. Он сел и выждал некоторое время, убедившись, что ему удалось окончательно оторваться. Взглянув на свою руку, он увидел, что у него остался последний портал. Использовав его, он в мгновение оказался в зале реальности Сно с видом на огромный бушующий океан.

Старый друг

Джек очнулся на лавочке недалеко от бара, где они встречались с Кэтрин. Ужасно болела голова. Стучало в висках. Во рту ощущался привкус металла. Он сильно замерз. С трудом удавалось шевелить пальцами рук и ног от жуткого холода. Да и к тому же у него была мокрая одежда.

«Так недолго и простудиться», – подумал Джек.

На улице начинало светать. Неужели он всю ночь находился в отключке? Что произошло? Он попытался припомнить события, которые произошли прошлым вечером и вспомнил, как Кэтрин кинула в него какой-то порошок. Его вдруг осенило. Его усыпили! Он быстро пробежался по карманам. Денег не оказалось.

– Вот стерва! Она меня обманула! – прорычал он.

Но чуть позднее, приходя в себя, он понял, что в действительности это не так. Она сама дала ему деньги, а потом обратно их же и забрала. Единственная от нее польза – освобождение из тюрьмы. Но зачем тогда вся эта чепуха с экспериментом? Зачем надо было вертеть перед носом такой большой суммой денег, а потом забирать их обратно? А может она хотела присвоить их себе, а Фонду изучения снов соврать о его побеге? Но ведь она могла и не искать Джека. Деньги все это время были у нее. Зачем этот ненужный поход в бар и вся эта история? Кто она такая? Освободила из тюрьмы, чтобы потом усыпить? Зачем все это?

Жутко болела голова. Единственное, чего сейчас больше всего хотелось – принять душ, хорошенько поесть и выпить горячего чая. А ответы на вопросы он найдет чуть позже, когда окончательно придет в себя и согреется.

Придя домой, Джек первым делом выпил две таблетки аспирина и направился греться в душ. Он долго стоял под струей горячей воды, пока вновь не ощутил себя человеком. Выйдя из душа, он почувствовал себя нехорошо. Его сильно мутило. Он не помнил, когда в последний раз хорошенько ел. Небольшой завтрак перед походом в бар? Точно. А после того, как пролежал в отключке продолжительное время, у него, похоже, начались проблемы с желудком. Он двумя руками облокотился о кухонный стол и опустил голову вниз, пытаясь глубоко вдыхать и медленно выдыхать, стараясь унять рвотные позывы. Он налил стакан воды и жадно выпил, чувствуя, как жидкость растекается по пустому желудку. Есть он пока не собирался, боясь, что пища не задержится и выйдет наружу. Джек подошел к телефону и нажал кнопку автоответчика. Из микрофона донесся отчетливый голос: «У вас одно сообщение». Это была Хельга. По голосу было слышно, как она плакала; просила выслушать и простить; уверяла, что такого больше не повторится; что хочет от него детей. Он вновь почувствовал тошноту.

Еще тогда, когда он увидел ее прыгающей на чужом органе в машине, он принял решение, что ее больше не существует. Вся любовь, привязанность, чувство страсти полностью умерли той ночью. Жалеет ли Джек? Нет. Даже одна мысль о том, что твою любимую лапал другой мужчина и лез в ее трусики, вызывает отвращение. После такого, даже очень сильные чувства сходят на нет. Остается только злость на нее, на судьбу, на себя, на все отношения в целом, на людей, на жизнь. Все, что ты так долго строил и старался беречь, в один миг уничтожили. Джек никогда не понимал мужчин, чьи девушки или жены изменяли, а они под предлогом большой любви прощали. Как такое возможно? Они вытерли об тебя ноги, плюнули тебе в лицо и проявили самую высокую степень неуважения к твоим чувствам, к личности. А ты их прощаешь? Это лишь проявление слабости. Это уже не мужики, а бабы. Они просто-напросто поменялись местами. И это касается не только измен женщин, но и самих мужчин. В понимании Джека отношения должны быть основаны на взаимном уважении друг к другу. Ведь это не только страсть и безумное влечение, которые со временем рано или поздно пропадут. Это нечто большее. Он знал об этом, но ни разу этого не испытал. Все, что было с Хельгой, скорее всего, было страстью, которую он принял за любовь. Все было ложью.

Джек открыл тайник, подняв одну из напольных досок, и достал пачку денег. Отсчитал несколько купюр и засунул в задний карман. Взял на полке у входной двери пачку сигарет, вышел на улицу и закурил.

– Ооо, Джек. А я думал, что тебя больше не услышу, – раздался веселый голос в телефоне, после того как Джек набрал номер.

– Хьюго, нам надо встретиться.

– Ты не в розыске? Ты же знаешь, мне…

– Не переживай. Я не в розыске, – перебил его Джек, переходя дорогу по пешеходному переходу.

– Ну, тогда ОК. Когда вернешь деньги?

– А ты думаешь, я позвонил узнать, как дела?

Наступило короткое молчание.

– У меня в одиннадцать.

Джек постучал в дверь. Какое-то время никто не подходил, во всем подъезде стояла мертвая тишина. Он постучал во второй раз. Наконец, дверь немного приоткрылась, ровно на расстояние, на которое это позволяла сделать короткая цепочка.

– Ты опоздал. Уже почти двенадцать.

– С каких это пор тебя волнует время? – спокойно спросил Джек в ответ.

Дверь закрылась, цепочка звякнула и после того, как она отворилась на всю ширину, на пороге возник друг детства – Хьюго. Он был полным. На вид ему было около сорока лет, с рыжей бородой и растрепанной шевелюрой на голове. Одет в длинный халат, под которым виднелись семейные труселя, доходившие почти до колен. По его виду не трудно догадаться – только что проснулся. Первое, что он сделал после своего появления, – это зевнул, широко раскрыв рот.

– Немного задремал. Заходи.

С Хьюго они познакомились еще в детстве. Он потерял своих родителей в авиакатастрофе и до своего совершеннолетия жил в детском доме, так как других родственников у него не было. Достигнув зрелого возраста, он решил поступить в колледж на юриста, но провалил вступительные экзамены. От родителей ему досталась эта небольшая квартира на краю города, где он проживает по сей день. В квартире царил ужасный беспорядок. Повсюду валялись разбросанные вещи, а на столике у дивана лежала недоеденная пицца, которой, судя по виду, было уже несколько дней. На полу валялось множество крошек от самой разнообразной еды вперемешку с клубками пыли. Достаточно одного взгляда на обстановку, чтобы определить, насколько безобразный образ жизни у Хьюго. Но все же они с Джеком были очень похожи: одинаково смотрели на мир, одинаково пытались жить в уединении. Только в одном они отличались: Джек не выносил подобного бардака, тем более в своем доме. Он с презрением смотрел на свинарник, в котором жил Хьюго.

Перешагнув валявшуюся на полу коробку от картошки фри, Джек подошел к дивану, на который только что уселся Хьюго. Он бросил ему на колени пачку денег.

– Здесь половина. Остальное отдам потом, – сказал Джек.

– Мы так не договаривались!

– Дай мне еще время. Ты же знаешь, я отдам.

Он подошел к окну и, отодвинув край задернутых штор, посмотрел на улицу. В грязной и вонючей помойке копался бездомный, выискивая что-нибудь съедобное.

«Такие люди живут только одним днем, – подумал Джек. – Если нашел еду, значит сегодня еще не все потеряно. А вот что будет завтра – неважно. На то оно и завтра. Только вот качество еды в такой жизни оставляет желать лучшего».

От мысли, что любой человек, включая и самого Джека, может докатиться до такого состояния, появилось чувство отвращения и брезгливости, от которых к горлу вновь подступил приступ тошноты.

– Ну давай, Джек, рассказывай. Как тебе удалось так быстро выбраться из клетки? Надеюсь, ты не сбежал? Если так, то проваливай, а то копы…

– Я не сбежал, – перебил его Джек. – За меня внесли залог.

– Кто? Неужели тебе опять помог твой братец?

– Нет… Одна знакомая. Не будем об этом.

– Ааа, – усмехаясь, протянул Хьюго. – Вы с Хельгой снова сошлись?

– Не трепи чепуху! Нет. Тебе достаточно знать того, что я не сбежал.

– Ну ок. Как скажешь, – поворачиваясь к телевизору, произнес Хьюго, делая акцент на последнем слове.

– У меня к тебе просьба, – обратился Джек. – Мог бы ты поговорить с Алексом по поводу работы?

– Ты серьезно? Хочешь опять начать работать?

– В прошлом я не находил общего языка с начальством, ты же знаешь.

– Это точно, – подтвердил Хьюго, засовывая руку в пачку с чипсами. – Уверен, что получится на этот раз?

– У меня нет другого выхода. Если снова поймают, то уже не выберусь из клетки, – пояснил Джек, бросая взгляд в окно на бездомного человека, который радостно жевал заплесневелый кусок хлеба.

– Верно. Фрэнком Уильямом младшим тебе не стать, – засмеялся Хьюго.

– Ну так что?

Вместо ответа он повернулся к Джеку и серьезно на него посмотрел.

– Звонил Пит. Есть дело. Выручка будет неплохой.

– Нет! Ты меня совсем не слушаешь? С этим завязано! Я думаю, стоит попробовать еще раз с нормальной работой. Ты позвонишь Алексу или нет?

Хьюго не ответил. Он повернулся к телевизору, вытащил из пакета чипсы и засунул их в рот.

Джек направился к выходу, по дороге постучав другу по плечу.

– Спасибо.

– А что мне сказать Питу? – выкрикнул Хьюго, когда Джек уже вышел за дверь и начал спускаться по лестнице.

– Придумай что-нибудь, – донеслось до него.

– Работать ему захотелось, – проворчал он телевизору. – Уже проходили! – крикнул он вдогонку Джеку, зная, что тот уже его не слышит.

Он взял со стола открытую банку пива и переключил канал на юмористическое шоу. Закинул ноги на маленькую табуретку и, глядя на экран, громко заржал.

***

Джек жадно вдохнул свежий воздух, когда вышел на улицу из душной квартиры своего друга. Он понимал, работой у Алекса в автомойке серьезным и прибыльным делом не назовешь. Скорее временная подработка. Хьюго работает там почти целый год, и бывают времена, что и он сидит без денег.

«Ладно. Если повезет, то хотя бы какой-то официальный доход. Пусть небольшой, но законный», – подумал Джек.

Он уже много раз подрабатывал в подобных местах. Пробовал быть официантом, но прислуживать людям, учитывая его характер, он просто не мог. Его хватило всего дня на три. Потом была шиномонтажная станция. Там ему нравилось. Нравилась сама работа. Несложная, с постоянным потоком клиентов, где от выполненных заказов имел небольшой процент. Работа сдельная, и весь заработок зависел от количества обслуженных машин. Но управляющий по имени Джерси по какой-то причине был постоянно им недоволен. Докапывался до каждой мелочи, постоянно ворчал и часто давал ему клиентов с небольшим объемом работ. Джека это выводило из себя. Он еле сдерживался. И вот однажды, когда управляющий в очередной раз накричал на него и назвал идиотом, эта злость вырвалась наружу. Джек начал бить Джерси по лицу, а когда тот упал и закрыл руками голову, продолжил бить его ногами. Это был последний рабочий день на шиномонтажной станции. Джека уволили. После этого он некоторое время не работал, зарабатывая деньги мелким хулиганством. Но позднее, у него появилась Хельга. И тот преступный образ жизни пришлось бросить. Он устроился грузчиком в кафе «Маргаритка». Работа была посменная, и в выходные дни они с Хельгой ходили гулять. Небольшие деньги, что зарабатывал Джек, таская мешки картошки, сахарного песка, фруктов, овощей, мяса и других продуктов, он тратил на свою девушку. Хотя Хельга работала консультантом в весьма крупной компании по продаже металла, совесть не позволяла брать у нее деньги. Но она ни разу не предлагала сама. На себя у него не оставалось ничего, и порой приходилось работать сверхурочно. Он брал по несколько смен одновременно и старался экономить. И однажды, решив накопить денег, он начал понемногу откладывать. Но как только набиралась небольшая сумма, наступал какой-нибудь праздник и необходимо было тратиться на подарок. Или же другие непредвиденные расходы, опять же связанные с Хельгой. Джек отчаялся. Его начал раздражать такой образ жизни. Он стал искать работу с более высокой заработной платой, осознавая бесконечность этого процесса. Но в тот момент, когда он увидел ночное родео в ее машине, с этой гонкой было покончено. И в этом он даже чем-то ей благодарен. Все равно он долго бы не продержался. Уволившись, он решил устроить себе отпуск, постепенно возвращаясь к деятельности мелкого хулигана. Тогда он себе пообещал – больше никаких отношений. По крайней мере, пока не станет миллионером. И вот сейчас, когда во второй раз Джек почувствовал всю тяжесть давящих стен камеры полицейского участка, он снова решил найти работу и поменять свою жизнь. Лучше уж так, чем снова оказаться за решеткой.

Глава 2

Первое пробуждение

На следующее утро Джека разбудил звук, похожий на отдаленный взрыв. Он сбросил одеяло, сел на кровать и посмотрел на часы: ровно семь утра. Только вчера он разговаривал с Хьюго по поводу работы. Скорее всего, его друг поговорит с Алексом только сегодня, если, конечно, соблаговолит поднять свою жирную задницу с дивана. Так что с работой пока тишина. Денег с налета на магазин осталось немного, но на скромную неделю должно хватить. Поэтому сегодня можно устроить выходной и подольше поспать. Он лег обратно в кровать, укрылся одеялом и закрыл глаза. Пролежав около минуты, он осознал, что абсолютно выспался, и в глазах отсутствовала привычная утренняя тяжесть, отсутствовал даже мельчайший намек на сон. Он был настолько полон энергии и сил, что и не помнит, когда в последнее время просыпался таким бодрым.

Джек поднялся на ноги, надел теплые тапочки и направился в ванную комнату. Умывшись и почистив зубы, он спустился на кухню приготовить себе чай. Сидя за столом, выполненным в виде барной стойки, он сделал осторожный глоток горячего чая и, посмотрев в окно, увидел красивый восход. Солнце медленно, словно нехотя, поднималось все выше и выше, пробуждая к жизни все живое вокруг. Но Джеку показалась это немного странным. Он никогда не интересовался прогнозами погоды, но простую внимательность никто не отменял. Еще только вчера, встав около шести часов утра, солнце уже стояло на горизонте. А сегодня в семь, оно только начинает подниматься. Возможно какие-то климатические изменения, в которых Джек особо не разбирался? Поэтому он не стал придавать этому большого значения. Наслаждаясь первыми лучами солнца, которые проникали сквозь тонкую тюль на окне, продолжал пить горячий чай. Джек пододвинул к себе еженедельную газету. Он редко читал светские новости и сплетни, думая, что в них мало правды. На его взгляд, СМИ печатают и показывают по телевизору совсем не те события, которые происходят на самом деле. Людям навязывают ложную информацию, манипулируя их сознанием и создавая ложное представление о происходящем вокруг. А человек нашего времени, с его практически нулевой способностью критически мыслить, верит всему, что говорят и показывают на экранах, порой не задумываясь, почему именно так, а не по-другому. Поколение зомбированных людей, не отрываясь смотрящих в черный ящик или же в свой телефон. Джек не хотел быть, как они. Поэтому он избегал как просмотра новостей по телевизору, так и чтения статей. Единственное, почему любил газеты, – это последняя страница с анекдотами и кроссвордом. Остальное его не интересовало.

Он взял карандаш и, прочитав первый вопрос «по горизонтали», начал писать ответ. Но вдруг он увидел на правой руке легкое свечение. Он не замечал этого раньше, потому что вчера очередной раз уснул в одежде – одна из последних его вредных привычек. Он аккуратно положил карандаш. Медленно, словно боясь спугнуть невидимого зверя, он начал поднимать рукав водолазки, и перед его глазами возникла надпись: «Джек Нэвис». Она светилась зеленоватым флуоресцентным светом и занимало пространство от запястья до локтя. Джек не верил своим глазам. Что это за шутка? Его мозг пытался бороться со зрением и опровергнуть увиденное, стараясь внушить, что это всего лишь галлюцинация. Но реальность была другого мнения. Он непонимающе огляделся по сторонам, будто хотел спросить у кого-нибудь об этом необычном явлении, но никого не было. Он был совершенно один. Попробовав стереть надпись левой рукой и осознав бесполезность своих действий, Джек быстро побежал в ванную комнату. Он продолжал старательно стирать светящиеся буквы под напором воды, чувствуя, как с каждой секундой нарастало волнение. Но опять все безуспешно. Неожиданно раздался звонок в дверь. Джек испугался. Он даже не заметил, как край водолазки намок. Забыв вытереть руки полотенцем, осторожно, рассчитывая каждый шаг, направился к двери. Звонок повторился, но уже более требовательный и настойчивый. Джек посмотрел в глазок.

– Ты? – открывая дверь, удивленно проговорил он.

Кэтрин стояла, облокотившись одной рукой о стену, на которой располагался звонок. Посмотрев на его мокрую водолазку и докрасна натертую надпись, она слегка улыбнулась.

– Я вижу, ты уже освоился с реальностью.

Не дожидаясь приглашения, она толкнула дверь и, не снимая обуви, вошла в дом. Джек ошарашенно проводил ее взглядом. Он никак не мог понять, что здесь вообще происходит.

– Ты меня усыпила! – очнувшись, выкрикнул он, показывая на нее пальцем.

Она к тому времени спокойно прошла на кухню и, найдя чистую кружку, начала наливать себе кофе.

– Прости. У меня не было другого выхода.

Она хозяйничала словно у себя дома: открыла холодильник, достала молоко, ломтик хлеба, плавленый сыр и, сделав себе бутерброд, начала активно размешивать сахар в кружке.

– Но… Ты вроде бы в порядке и чувствуешь себя замечательно, – улыбнулась Кэтрин, посмотрев на него исподлобья. После чего сразу же откусила кусок от бутерброда.

– Что здесь происходит?! Не клади туда ложку! – крикнул Джек, показывая на стол.

– Извини, – ответила Кэтрин, переложив ее в раковину.

– Что ты себе позволяешь?! Выметайся из моего дома!

– Я тебе сейчас все объясню, Джек. И про то, почему у тебя на руке эта надпись. Нам нужно сесть и спокойно все обсудить. Прошу тебя, успокойся.

Вспомнив про свою руку, Джек поспешил спрятать ее за спину. Он снова посмотрел на Кэтрин и хотел задать очередной вопрос, выразить недовольство, вышвырнуть ее на улицу, но решил, что лучше действительно взять себя в руки и успокоиться. Нужно выяснить, зачем она пришла и что именно хотела сказать.

– Ну же, Джек, – как можно приветливее обратилась к нему Кэтрин, замечая его замешательство. – Прошу тебя, садись.

– Обсудить что? Это как-то связано с экспериментом Фонда сна?

Кэтрин улыбнулась.

– И про это тоже.

Джек медленно подошел к столу и, пододвинув высокий стул, сел напротив нее.

– Вот и отлично, – успокоилась Кэтрин. Хотя она старалась держаться как можно увереннее, внутри у нее все сжималось от страха. Она не знала, как он отреагирует. Не знала, что он за человек.

– Во-первых, я хочу извиниться за тот день. Позднее, узнав, что происходит на самом деле, ты поймешь, почему я так поступила.

Джек молчал.

– Во-вторых, – продолжила Кэтрин. – Я никогда не работала в Фонде снов, и, соответственно, никакого эксперимента нет. Это все выдумка, чтобы заставить тебя сесть ко мне в машину. Прости.

– И почему после этого я должен тебе верить?

– Хороший вопрос. А ты посмотри на свою руку, – ответила Кэтрин.

Он перевел взгляд на мокрый рукав, но проверять на месте ли надпись не стал. Заметив замешательство, Кэтрин показала ему свою руку. На ней была та же надпись: Джек Нэвис.

– Что это? Какой-то розыгрыш? Почему у тебя мое имя?

– Джек. Признаться, я долго думала, как начать с тобой этот разговор. Понимаешь… Это… В двух словах не объяснишь.

– Ну а ты попробуй, – недоверчиво уставился на нее Джек.

Кэтрин немного помедлила, отпила очередной глоток кофе и начала.

– Еще с давних времен все люди имели особый дар, позволяющий проживать две жизни одновременно. Первая – это настоящая жизнь, явный мир, который ты привык видеть. Второй же – это мир снов. Реальность, аналогичная нашему миру, зафиксированная в момент засыпания. Но в мире снов человек не стареет и способен прожить столько, сколько сможет организм, пока не уснет естественным сном. Сутки, двое суток или больше. И все это время, пока ты находишься в реальности снов, в настоящем мире занимает всего одну секунду – момент, когда ты засыпаешь. Все, что ты сделаешь в реале снов остается там, все изменения, будь то разрушения, строительство или же поджог соседской машины – не важно. С пробуждением все будет как и прежде, кроме знаний, которые ты можешь там получить. Людей, которые имеют такой дар, называют странниками. Но, к сожалению, шли годы, века, и эта способность со временем была утрачена по глупости самих же людей. И сейчас остались только немногие, кто генетически на это способен. И ты один из них, Джек. Ты странник, и мир, в котором мы сейчас находимся, – это мир снов.

Джек решил ей не мешать. Он позволил ей рассказать историю до конца, после чего тихо сказал:

– И ты думаешь, что можешь вот так ворваться ко мне в дом, наплести чепуху про красивые сны и… Что тебе от меня нужно?

– Это не чепуха, Джек! Посмотри на свою руку. Это свечение означает, что ты находишься в мире снов. А твое имя указывает на владельца этой реальности.

Джек посмотрел на руку. Он отодвинул рукав водолазки и снова взглянул на надпись: «Джек Нэвис». Словно внутри руки кто-то спрятал маленький фонарик, от которого исходил яркий свет. Он прикоснулся к надписи и не испытал особых ощущений. Но что в действительности это могло быть?

– Джек, ты должен мне поверить, – продолжала Кэтрин. – Убедись сам. Выйди на улицу и посмотри. Ты не встретишь ни одного живого человека, ни одного животного или насекомого, ни одной живой души. В этом мире мы абсолютно одни.

Джек отвел взгляд от руки и посмотрел ей в глаза, стараясь понять, обманывает она его или нет. Он встал со стула, подошел к входной двери и осторожно ее приоткрыл, при этом продолжая поглядывать на Кэтрин. На улице никого не было. Джек смотрел по сторонам, старался уловить хоть небольшое движение в окнах соседей, но ничего так и не увидел.

«Хорошо, – подумал он. – Что же мне теперь делать? Вышвырнуть ее на улицу? Не могу же я оставить ее в своем доме».

Он все еще не мог поверить в происходящее вокруг. Может, она опять хочет его надурить? Но тогда что это за надпись на его руке и почему она светится? Это просто поразительно! Может, действительно, все это ему снится? Он с силой нажал ногтем большого пальца на указательный и почувствовал боль.

«Во сне ты не чувствуешь боли. Значит, это не сон. Не может быть сном. Все так реально».

– Что ты хочешь сказать? Что сейчас я сплю? Все вокруг не настоящее?

– Почему. Мы настоящие. А остальное… Можно сказать, иллюзия нашего мира.

Джек крутил свою правую руку перед носом и старался разглядеть хоть что-то скрытое от глаз, что-то похожее на розыгрыш, но ничего, кроме своего имени и фамилии не обнаружил. Кэтрин смотрела на него с явным интересом. Он был похож на младенца, который впервые увидел мир.

– Почему же я чувствую боль? Во сне это невозможно, – продолжая недоумевать, спросил Джек.

– Ты совсем меня не слушаешь? Я же сказала. Мы реальные, – ответила Кэтрин.

– Похоже… Ты еще больше сумасшедшая, чем я думал.

– Со временем ты все поймешь. В эту минуту мы спим в нашем обычном мире. А это… – она обвела руками вокруг себя. – Реаль сна. Я тебе говорила, что он аналогичен нашему миру. Так сказать, копия. Все, что ты сделаешь в этом мире, остается здесь, стирается, не переходит в наш мир. А вот ты, твои знания и умения, которые ты можешь получить, остаются при тебе. Ты здесь совершенно один. Нет людей, животных, насекомых, никого. Только ты и иллюзия сна. Так что ты у меня в большом долгу, так как это я поспособствовала оживлению твоей реальности. Хотя… В этом есть и мой интерес, – улыбнулась Кэтрин.

– Знаешь что, с меня хватит! Выметайся из моего дома! И советую сходить к доктору… Или к кому там ходят, чтобы промыть мозги. Давай!

Он указал рукой на открытую входную дверь. Кэтрин молча встала, подошла к Джеку и, остановившись около него, посмотрела в глаза.

– Ну же! Давай! – повторил он.

Как только она переступила порог, Джек сразу же захлопнул за ней дверь. Он прошел в ванную комнату и, облокотившись руками о раковину, долго смотрел в зеркало на свое отражение, пытаясь прийти в себя. Потратив немало времени на очередную попытку смыть надпись с руки, он осознал безуспешность этих действий. Рука лишь еще больше покраснела. Вспомнив слова Кэтрин о том, что они совершенно одни в этом мире, решил проверить. Подойдя к двери, Джек надел куртку, обулся и выбежал на улицу. Кэтрин уже не было. Он пробежал через двор, встал по середине дороги и осмотрелся. Все было, как и прежде, ничего не изменилось. Кроме одного. Не было людей. Абсолютно ни одной живой души. В это время обычно родители вели детей в детский сад, активно ездил транспорт, люди торопились на работу, и, как всегда, громко лаяла собака у соседа напротив. А сейчас ничего этого не происходило. Мертвая тишина, и только завывание холодного ветра. Джеку стало не по себе. Он поднял голову и не увидел в небе ни одной птицы. На дорогах то там, то здесь стояли пустующие машины, а водители будто провалились сквозь землю.

– Забавно, – задумчиво прошептал Джек.

Он побежал по дороге в сторону небольшого продуктового магазина, где обычно покупал продукты. В магазине горел свет и, что странно, по-прежнему светилась вывеска, которую включали только по ночам. Джек дернул за ручку – закрыто. Он решил добежать до круглосуточной заправки чуть дальше по улице. Добравшись до места, увидел, как у колонки стояла одна машина с воткнутым шлангом подачи бензина. На кассе никого, водителя нет. Тишина и только.

«Неужели это действительно не сон? – подумал Джек. – Точнее наоборот, сон».

Он подошел к машине и нажал на кнопку пистолета. Бензин начал заливаться в бак. Он осмотрелся по сторонам, думая, что сейчас выбегут работники заправки, но абсолютно ничего не происходило. Джек засмеялся. То ли от того, что он был рад всему происходящему, то ли от страха перед необъяснимым явлением. Неужели это правда? Неужели он действительно находился у себя во сне? Это именно то, о чем он мечтал. Мир с отсутствием людей. Мир, принадлежащий только тебе одному.

«Ты совершенно один в реале сна. Нет людей, животных, насекомых, никого», – вспомнились слова Кэтрин.

Он поднял руку и еще раз посмотрел на свое имя, светящееся красивым зеленоватым светом. Оглянувшись по сторонам, он сорвался с места и быстро побежал в сторону дома.

Осознание истины

Ближе к вечеру Кэтрин вновь позвонила в дверь. После того, как Джек убедился в правдивости слов, он пожалел, что ее выгнал. У него появилось много вопросов, на которые он хотел получить ответы. И, как оказалось, кроме нее, в этом мире больше никого нет.

Он открыл дверь и предложил ей войти уже более дружелюбно, нежели в первый раз.

– Ну как? Прогулка пошла тебе на пользу? – спросила она, делая глоток кофе, приготовленный Джеком. Они сидели на диване, поглядывая на включенный телевизор.

– Как такое возможно? Все факты говорят в твою пользу, но внутреннее я не может этого принять.

– Почему? Потому что ты ни разу не бывал в реальности сна? Ну вот теперь ты здесь. Только глупец будет отвергать очевидные факты.

– Если действительно мы сейчас находимся во сне, то что будет, если нас разбудят?

– Я говорила, что все время, проведенное в реале сна, в нашем мире равняется лишь моменту засыпания. Даже если через пять секунд тебя разбудят, то здесь ты уже можешь прожить значительное время. И к тому же… Ты проснешься полностью отдохнувшим, как проснулся сегодня. У тебя больше нет твоего прежнего сна, иллюзий. Поэтому тебе достаточно нескольких секунд в нашем мире, чтобы прожить какое-то время здесь и хорошо отдохнуть.

Джек внимательно слушал, впитывая каждое слово. Он был просто изумлен, потрясен. Да он теперь сверхчеловек. Человек не хуже супергероев в кино.

– Невероятно, – только и смог вымолвить он.

– Но ты должен запомнить, – продолжала Кэтрин. – Ты настоящий. Поэтому если вдруг с тобой случится несчастье во сне, это отразится и в явном мире.

– Ты хочешь сказать… Если я умру здесь, то умру и там?

– Точно, – подтвердила она.

Наступила небольшая пауза. Они уставились в телевизор, по которому шел фильм «Храброе сердце» с Мэлом Гибсоном в главной роли, купленный Джеком не так давно в торговом центре. Но он не смотрел, точнее не видел картинок на экране. Голова была забита мыслями о пережитых сегодня невероятных событиях.

Кэтрин заметила, как он задумчиво смотрел на одну и ту же точку в пустоту, переваривая все услышанное и увиденное за день.

– Для тебя это шок. Необходимо время, чтобы до конца осознать реальность окружения. У меня такого не было. Мне еще в детстве отец постоянно рассказывал про реаль сна. И к тому времени, когда я впервые оказалась здесь в свои четырнадцать лет, я уже знала, куда попаду.

– Твой отец тоже был в реале?

– Странником. Нас называют странниками. И мои бабушка с дедушкой, и другие мои родственники. Пойми, такие как мы, – большая редкость. Таким даром обладают только особенные люди. Это передается через поколения. И оживить реаль сна может только родственник по достижении четырнадцати лет у переводчицы снов. Поэтому очень странно, почему будучи странником ты ни разу не использовал свою реальность сна. Точнее, почему не оживил его, когда пришло время.

– А я не знал, – задумчиво произнес Джек.

– Это я уже поняла, – засмеялась Кэтрин.

– Получается, что кто-то из моих родственников тоже был странником? Но кто? И почему мне тогда не сказали?

– Вопрос не ко мне. Это личное, – ответила Кэтрин.

Джек задумался. Кто из его родителей мог оказаться странником, учитывая постоянные ссоры между ними? Отец очень часто не появлялся дома, а если и приходил, то поздно ночью и пьяным. Мама к тому времени работала на двух работах и зарабатывала гроши, чтобы как-то свести концы с концами. Она очень уставала, на детей времени совсем не оставалось. Отец присылал деньги по почте, и первое время они ими пользовались. Но потом мама и вовсе перестала их брать, бросая конверт в огонь. Джек помнит, как ругался старший брат Джо, которому к тому времени исполнилось тринадцать лет. Но она его не слушала. Говорила, что от их отца им не нужно ни копейки, и сами, даст Бог, как-нибудь справятся. Через некоторое время отец и вовсе исчез. Перестал присылать деньги и приезжать. Видя, как трудно было матери прокормить двоих детей, Джо нашел себе подработку и начал помогать. Но было уже поздно. В скором времени она слегла и у нее обнаружили рак. Она умерла, когда Джеку было пять лет, а брату четырнадцать.

И сейчас, копаясь в детских воспоминаниях, Джек задумался, могла ли его мама быть странницей? Скорее всего, нет. Она не работала бы сутками, а придумала более действенный метод встать на ноги. Ведь у нее было бы на это уйма времени. А отец? Он постоянно где-то пропадал, а когда приходил домой, то не мог связать и двух слов. Не всегда, но очень часто. Будь он странником, не вел бы такой образ жизни. Хотя… Все возможно. Джек не мог этого отрицать, так как совсем его не помнил.

Он отвлекся от раздумий и перевел взгляд на Кэтрин. Впервые посмотрел на нее не как на сумасшедшую, а как на девушку, которая помогла ему открыть совершенно новый мир. Она сидела и внимательно смотрела фильм. У нее была смуглая и гладкая кожа без единой морщинки. Карие глаза с озорным блеском притягивали, манили завести разговор, не давали переключить внимание на что-то другое. Хотелось узнать какие они могут быть, когда приходит робость, злость, разочарование, интрига, любовь. Как Джек раньше этого не замечал? Темные волосы чуть ниже плеч. Была небольшого роста, практически на голову ниже его. И имела подтянутую стройную фигуру. Наверняка она занималась спортом, уделяла много времени своей внешности и здоровью. В ней была изящность, гибкость и в то же время чарующая женственность. В каждом ее движении ощущалась страсть и энергия. Она была живая. И безумно красивая.

Джек заставил себя отвлечься от подобных мыслей. Не так давно он дал обещание больше не впадать в это бесполезное состояние, которые все называют отношениями. Они всегда такие милые и приветливые, манят тебя, как кота валерьянка, а потом бросают, изменяют, высасывают из тебя всю энергию, силы и средства. Нет. Джек однажды это испытал, и с него хватит.

– И чем ты обычно здесь занимаешься… Во сне? – спросил он, прерывая короткую паузу.

– Провожу время с пользой для себя, путешествую, занимаюсь спортом, читаю и развиваюсь. Отдыхаю от суеты обычного мира, – пояснила Кэтрин, не отрываясь от телевизора. Она засмеялась в тот момент фильма, когда Мэл Гибсон со своей армией в начале битвы оголили задницы перед соперниками.

«У нее обворожительная улыбка, – подумал Джек. – Ее смех словно песня, которую хочется слушать еще и еще».

Кэтрин почувствовала на себе его взгляд, но не подала виду, продолжая смотреть фильм.

– Подожди! – резко вырвалось у Джека. – Если в мире снов никого нет, то как здесь оказалась ты? Это как-то связано с моим именем на твоей руке?

И Кэтрин все рассказала. Он слушал, периодически задавая новые вопросы. Но получая ответы, все больше запутывался в происходящем.

– Что ты собираешься делать дальше?

– Выяснить, почему я оказалась в твоей реальности. Переводчица сказала, что это не просто так. Все сделано умышленно. Но вот кем и зачем – это мне и предстоит узнать.

– Что за переводчица?

– Человек, который оживляет реали снов, помогает странникам решать разные проблемы. Отец мне как-то рассказывал, что такие люди родились в мире снов. Они очень мудрые и знают про этот мир абсолютно все. Позже я тебя с ней познакомлю. Каждый странник должен знать, где находится ближайший к нему переводчик снов. Ах да… Ты, кстати, недавно был у нее в гостях, – улыбнулась Кэтрин.

– Где?

– У переводчицы снов. Ее зовут тетя Тэура. А ты думал, каким образом я оживила твою реальность? После того, как я тебя усыпила, мы поехали к ней.

– Пообещай мне больше так не делать! – попросил Джек.

– У меня не было другого выхода. Но хорошо. Обещаю.

Джек заметил, как Кэтрин задумалась. Она вдруг резко встала, выключила телевизор и, подойдя к двери, стала одеваться.

– Ты уходишь?

– Да. Я вчера заранее подъехала к твоему дому на машине, чтобы, проснувшись, сразу оказаться у тебя.

– Значит, ты за мной еще и следишь.

Кэтрин завязала вокруг шеи длинный вязаный шарф, одела куртку и легкую осеннюю шапку.

– У меня к тебе одна большая просьба. Я хочу, чтобы ты не забывал – я завишу от тебя в отношении сна. Когда ты засыпаешь в явном мире, то засыпаю и я, в ту же секунду с тобой. Я думаю, ты понимаешь – это не безопасно для моей жизни. Давай условимся на том, что ты будешь ложиться спать ровно в полночь. Скажем так… Это будет твоей благодарностью за оказанные тебе услуги, – улыбнулась Кэтрин и быстро вышла на улицу.

Джек еще некоторое время стоял у двери и смотрел, как она удаляется в сторону противоположной улицы, где оставила свой автомобиль. Его вдруг осенило. Он даже не знает ее адреса. А что, если в этом новом для него мире что-то случится и возникнут очередные вопросы? Он выбежал на улицу и стал звать Кэтрин по имени. Но она уже уехала.

Первые шаги

Весь день Джек гулял по безлюдному городу, пока солнце не начало клониться к закату. Он побывал во многих местах, но особенное удовольствие получил от посещения торгового центра. Когда он захотел в него войти, автоматические двери не открылись. Джек догадался, что в явном мире он лег спать уже ночью, и к тому времени практически все магазины были закрыты. Он посмотрел через окно в пустой торговый павильон и уже собрался уходить, как вспомнились слова Кэтрин.

«Это иллюзия, и все, что ты сделаешь в мире снов, останется здесь».

Он подобрал большой камень, оглянулся по сторонам и бросил в панорамное стекло. На удивление разбилось легко. Оглушительно громко закричала сигнализация, и внутри магазина замигали лампы красного цвета. Джек спрятался за автомобиль, стоявший недалеко на парковке. Ничего не происходило. И он только в тот момент до конца осознал суть всего происходящего. Суть мира сна и реаля, в котором находился. Его охватил восторг. Сердце бешено стучало. Мелкое хулиганство обычного мира ничто по сравнению с разбитым стеклом большого торгового центра. Да он просто властелин этих земель! Он ходил по продуктовому магазину и ел все, что ему нравилось, запихивал в карманы разные вкусности. Потом забегал в павильон продажи одежды и мерил самые дорогие костюмы, которые не мог позволить себе в явном мире. Он чувствовал себя как в раю. Именно такая жизнь для него просто идеальна. Да она идеальна для всех. Вряд ли найдется хоть один человек, который был бы недоволен такой жизнью. Позднее на парковке Джек пытался открыть двери дорогих иномарок. После нескольких попыток у него получилось. Одна из них была не заперта. Ключи находились в замке зажигания. Просто восторг. Он завел двигатель и несколько раз надавил на газ, слушая бешеный рев мотора. От удовольствия с лица не сходила улыбка. Он колесил по городу, нарушая все возможные правила дорожного движения, объезжая разбросанные то там, то здесь пустующие машины на дороге. Ему было весело как никогда. Никаких правил, никаких законов, никаких людей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.