Женя Шуменко
Право выбрать любовь

ЧАСТЬ 1.
МАРИЯ.

Я лежу на больничной кровати и боюсь пошевелиться. Кое-как собравшись с силами, я дотрагиваюсь до своего лица и, нащупав плотный гипс поверх моего носа, тихо вздыхаю.

Обычно я отделывалась крупными гематомами на мягких частях моего тела, не более того. Правда, однажды, он выбил мне зуб – не рассчитав силу своей очередной пощечины.

На этот раз все окончилось гораздо хуже, чем я предполагала: Мой гражданский муж сломал мне нос. А все потому, что между нами шла война, в которой воевала только я с его постоянными изменами.

На протяжении многих лет я убеждала себя в том, что нужно относиться к его похождениям более спокойно, кто из мужиков не изменяет? – Невозможно найти идеального.

Давалось мне это с большим трудом. Я не особо умела держать язык за зубами и контролировать распирающие меня эмоции, особенно гнев. Поэтому часто говорила ему напрямую все, что я думаю, и за это немедленно получала от него тумаков.

Конечно, мне уже давно стоило уйти от него. Сбежать на край света. Только как сделать это, когда ты повязана с криминальным авторитетом общим ребёнком?

Ответ прост – никак. Мне предстояло продолжать терпеть и мучиться, иначе выход был только один – меня отправят на тот свет.

В мою палату постучали, затем дверь открылась и в нее вошел высокий светловолосый мужчина – директор частной клиники, в которой мы находились, и по совместительству главный врач. В руках он держал огромную плетеную корзину красных роз.

– Доброе утро, Мария! – Просиял он. – Марк Петрович передал вам цветы с его водителем. Сказал, к вечеру заедет лично, чтобы вас проведать.

– Угу. – Я мрачно посмотрела на него. – Я не особо соскучилась.

Он проигнорировал мое плохое настроение, поставил корзину на подоконник и подошел ко мне.

– Мария, как вы себя чувствуете сегодня? – Очень заботливо спросил он (словно его действительно интересовало мое здоровье, а не деньги, которые ему заплатили), засунув руки в карманы своего белого халата.

– Хуже, чем Марк Петрович. – Ответила я.

– Поверьте, мы делаем все возможное, чтобы ускорить процесс вашего выздоровления.

– Как долго будет заживать мой нос?

– Завтра у вас назначен очередной осмотр у пластического хирурга, который сделал операцию. Он ответит на все ваши вопросы.

– Ясно. Заживать будет долго. – Буркнула я и облизнула сухие губы.

– Да и ещё, Мария. С вами хочет поговорить один человек. Он из тех структур, которым я не в праве отказать, несмотря на то, что Марк Петрович запретил пропускать к вам любых посетителей. – Главврач покосился в сторону двери. – Он ждет в коридоре.

– Милиция? – Догадалась я. – Но ведь я не звонила, не оставляла никакого заявления… Я не понимаю, как они узнали?

– Боюсь, что все немного сложнее. Этот человек из Федеральных органов безопасности. – Перешел он на шёпот.

– ФСБ? – Переспросила я, чтобы убедиться в том, что я не ослышалась.

– Как вы понимаете, мне пришлось пропустить его внутрь клиники…

– Микела об этом знает? – Я приподнялась на кровати, немного занервничав.

– Я позвонил Марку Петровичу. Он сказал, что вы знаете, что делать в таком случае.

Я молча хлопала ресницами. К разговору прямо сейчас с человеком из любых органов данного типа, я не была готова. И единственное, что приходило мне в голову, это сказать: «Я не буду разговаривать без адвоката».

Но это не прокатит, так как Микела дал добро. Придется разговаривать.

– Ну, так что? Вы готовы?

– Хорошо, пусть он зайдет. Я поговорю с ним. – Согласилась я.

Главврач улыбнулся и быстрым шагом вышел за дверь.

Что натворил мой гражданский муж в этот раз, оставалось для меня загадкой. В нашей семейной жизни за десять лет не раз случались вызовы в прокуратуру и в милицию, связанные с его законной и незаконной бизнес-деятельностью. О том, что муж по уши завяз в криминале, я, конечно, знала, все-таки мы жили под одной крышей. Но я никогда не вникала в детали и подробности, не задавала вопросов и не следила за каждым его шагом и за его денежными операциями.

Как мне постоянно говорил Марк: «У тебя только одна работа – это наш сын. Больше тебе беспокоиться не о чем».

Поэтому, о чем хотел со мной поговорить человек из ФСБ, я могла только догадываться…

Через пару минут в палату вошел высокий мужчина, одетый в деловой костюм. Короткая стрижка, ярко-выраженные глаза, аккуратный нос, очерченный рот и острые скулы.

Я смотрела на него своими отекшими после операции глазами и энергично моргала, пытаясь навести резкость. Он совсем не походил на тех людей, которые работают в органах и с которыми мне доводилось встречаться раньше. С такой идеальной внешностью, как у него, обычно украшают обложки модных мужских журналов, а не гоняются за преступниками.

– Глеб Геннадьевич Колотов. – Развернул он передо мной свое удостоверение.

Я заглянула внутрь и посмотрела на фото, в глупой надежде, что хотя бы в официальном документе он выглядит, как и все обычные люди – не очень. Но мои надежды не оправдались – из развернутой перед моим лицом корочки на меня смотрел все тот же красавчик.

– Мария Валерьевна Соболева. – Представилась я. – Хотя вы, итак, знаете.

Он посмотрел на меня внимательным и изучающим взглядом, и я вдруг сильно смутилась. В конце концов, видок после операции у меня был ещё тот…

– Чем я могу вам помочь? – Спросила я, чтобы он наконец-то перестал разглядывать мое лицо, похожее по цвету на спелую сливу.

– Я бы хотел с вами поговорить.

– Так говорите.

– Тема разговора очень щепетильная.

– Я уже догадываюсь. – Перестала я стесняться своего вида – ведь ничего улучшить во внешнем облике прямо сейчас не удастся. – Раз щепетильная, значит, о моем гражданском муже.

– Вы правы. – Кивнул он и подошел к окну, на котором стояла корзина с цветами от Микелы.

– Где находился ваш муж в прошлую пятницу?

– Это вы должны спросить у него. Я в этот день была в операционной! – Я указала на свое лицо и приподнялась на кровати.

– Вы написали заявление в милицию? Ведь это он вас так зверски избил! – С нотками возмущения спросил он.

– Никто меня не избивал. Я упала и сломала нос. Мне сделали пластическую операцию. Можете переговорить с моим лечащим врачом. – С прохладой в голосе ответила я.

Колотов быстрым шагом подошел ко мне и стянул с меня больничное одеяло, обнажив огромные синяки на ногах.

– Это тоже от падения? – Прищурился он.

– И это тоже. – Кивнула я и поправила больничную сорочку. – Вы так мило со всеми людьми, кто в больнице лежит, разговариваете? Одеяло верните! – Недовольно попросила я.

– Простите. – Аккуратно накрыл он мои ноги одеялом. – Вы такая молодая… Мне вас очень жаль. Я прекрасно понимаю, в руки какого человека вы попали, и уйти от него, скорее всего, невозможно.

– Раз вы все знаете, то что вы здесь делаете?

Он вдруг застыл на мгновение. Его глаза скользнули по моему лицу, и он отвел их на несколько секунд в сторону.

– Мария, я хочу попросить вас о помощи.

– О какой?

– Вы единственная кто знает детали рейдерства Микелы в подробностях, и из кого состоит его преступная группировка.

– Нет. Мой ответ – нет. – Покачала я головой. – Сотрудничать с вами я не буду!

– Разве вам не надоела такая жизнь? – Он присел рядом со мной на кровать.

– Какая такая жизнь? Полностью обеспеченная? Нет, не надоела. К тому же, если вы не знали, у нас есть восьмилетний сын. Так что, извините, товарищ полковник, ничем помочь вам не смогу!

Он подошел к кровати, дотронулся до моей руки и, наклонившись близко к моему лицу, еле слышно зашептал, перейдя на «ты»:

– Ты боишься его? Я понимаю. Если бы я был тобой, я бы тоже боялся. Только то, что я тебе предлагаю, это, возможно, твой единственный выход из этой ситуации. Поможешь мне: назовешь имена тех, кто с ним тесно работает, расскажешь о его ближайших планах… Мы проведём захват… Выступишь в суде против него, и ты свободна. Мы поможем тебе и твоему ребенку переехать в другой город, у тебя будут новые документы. Заживешь нормальной жизнью…

– Перестаньте. – Испуганно сказала я.– Если кто-то услышит то, что вы мне предлагаете?!

– Я предлагаю спокойную жизнь. НОВУЮ жизнь.

Он с сочувствием заглянул мне в глаза, как будто хотел таким образом пожалеть мою страдающую душу.

– Уходите.

– Если передумаете, позвоните. Я оставлю свою визитку. – Потянулся он к внутреннему карману пиджака.

– Ни в коем случае. Я не могу с вами сотрудничать. – Замотала я головой: ещё не хватало, чтобы Микела у меня это обнаружил. Тогда он сломает мне шею.

– Жаль. – Поднялся он с кровати. – Вы такая красивая молодая женщина… Только этого не видно из-за… – Он провел пальцем по кругу в воздухе, имея в виду мое заплывшее лицо. – Неужели вы так сильно его любите?

Я молчала. Какого черта он задает мне эти вопросы о любви? Что он сам может знать о любви?!

– Прощайте, Глеб Геннадьевич. – Промолвила я и демонстративно вытащила из – под подушки книгу.

– Прощайте, Мария Валерьевна. Мне очень жаль, что вы не захотели воспользоваться таким шансом.

Я чувствовала на себе его прожигающий взгляд, но продолжала смотреть в книгу, показывая ему свое полное безразличие.

Он постоял рядом с кроватью ещё несколько секунд и вышел из палаты.

Я захлопнула книгу, встала с кровати и подошла к окну.

«Неужели вы его так сильно любите?» – эхом звучало в моей голове.

Да, я любила его десять лет назад, когда встретила в своем родном «Мухосранске». Это был конкурс красоты, где я была победительницей. Мне тогда только исполнилось девятнадцать лет. Микела был в нашем городе проездом. Его интересовал наш металлургический завод, то ли он там акции хотел какие-то прикупить, то ли выкупить весь завод – в подробности я не вдавалась.

Он забрал меня прямо со сцены, после того как состоялось вручение короны и повез в ресторан, где одарил меня цветами. Тогда он был на удивление нежен и галантен, старше и опытнее всех тех молодых пацанов, что вечно вились вокруг меня.

Через несколько дней он предложил мне уехать с ним. Я тогда была на третьем курсе института, на что он заверил меня в том, что, если я буду с ним, то образование мне не пригодится.

Я побоялась и отказала, а он не стал упрашивать, взял и уехал, оставив меня рыдать и содрогаться в подушку на кровати в номере пятизвездочной гостиницы, в которой мы с ним проводили вместе всю неделю.

На меня накатила пустота и страшное одиночество, я проклинала себя за это решение и умоляла Бога, чтобы тот вернул его обратно…

И мои молитвы были услышаны. Микела вернулся через двое суток и приказал собирать чемодан – мы уезжаем в его огромный город – мегаполис.

Моей маме он жутко не понравился. Во-первых, он был на пятнадцать лет старше. Во-вторых, она увидела в нем опасного человека, и твердила мне об этом неустанно, пока я паковала вещи. Но разве причитания и нравоучения матери способны остановить молодую влюблённую по уши девчонку?

Я поняла и признала, что мама была права, примерно через два года, когда у нас родился сын, только бежать от него уже было поздно.

Микела действительно оказался влиятельным и опасным криминальным авторитетом. Его группировка занималась рейдерством металлургических заводов, легализацией материальных ценностей, добытых преступным путем, а также организовывала коммерческие структуры, через которые проходила перекачка денежных средств за границу.

Естественно, денежные операции осуществлялись с помощью лиц, занимавших высокие посты в органах государственной власти, за что те получали крупные суммы денег в виде вознаграждения. За границей деньги вкладывались в недвижимость.

За его головой уже давно охотились спецслужбы, но ему все время удавалось выходить сухим из воды, конечно, не без помощи своих связей и крупных откатов. Точных деталей я не знала, все лишь только в общих чертах.

Вскоре моя красота ему надоела, и я перестала его интересовать, превратившись для него в привычный объект в доме, что-то вроде мебели. Жениться было не по понятиям воровского мира. Чувства его остыли быстрее, чем мои (да и были ли они у него?), и когда пелена стала спадать с моих глаз, я увидела в нем жестокого и злого человека.

Микела изменял мне с девушками, которые были моложе меня. Поначалу я закатывала жуткие истерики, но со временем превратилась в холодную стерву и старалась изо всех сил не обращать внимание на его гулянки.

Только вот несколько дней назад я сорвалась, не выдержала, когда он, напившись, притащил одну из своих дешевых девок в дом, где находится его сын. Стерпеть этого я не смогла, а потому между нами завязалась драка.

Спасало только одно – я была матерью его единственного ребёнка, а потому я отделалась лишь сломанным носом и синяками на теле. Все могло быть и хуже, ведь ему ничего не стоило меня убить.

– Как же ты достала! Если бы не ребенок, тебя бы здесь уже давно не было! – Сказал он мне, засовывая в машину, чтобы отвезти в больницу.

– А как же любовь? – Усмехнулась я, сглатывая кровь.

– Дура, что ли? Какая любовь?! – Сверкнул он глазами и захлопнул дверцу «Мерседеса». Затем стукнул ладонью по капоту, и машина тронулась с места.

Пока я ехала в больницу с его водителем и одним из охранников, он вполне себе довольный тем, что теперь ему никто не помешает, вернулся в дом, чтобы заняться тем, чем он и планировал: трахаться до утра в нашей спальне с той самой девкой…

Я чувствовала себя униженной и растоптанной, молча прижимая к носу окровавленное кухонное полотенце. Водитель молчал, периодически с жалостью поглядывая на меня в зеркало. Охранник, сидевший рядом, чтобы не смотреть в мою сторону, уставился в окно. Поддержки и заботы я от них не ожидала. Их поведение мне было понятно – люди подневольные, слушаются хозяина, в конце концов, им просто хотелось жить.

За все время пребывания в больнице Микела ни разу не появился. Не думаю, что ему было стыдно, скорее всего, у него не было времени на такие пустяки, как мое здоровье. Для него не существовало ничего важнее, чем его криминальные дела. И вот, сегодня он решил приехать сам лично и увидеть меня. Для чего именно, мне оставалось только догадываться…

Я проспала до самого вечера, пропустив больничный ужин.

Около половины одиннадцатого вечера телохранители Микелы вошли в палату и обыскали ее. Я присела на кровати со стаканом воды в руке и мысленно готовилась к тяжелому разговору.

Когда телохранители убедились, что все чисто (заглянув даже под матрас моей больничной кровати), они пропустили его внутрь, а сами вышли за дверь.

– Как ты тут, дорогуша? – Марк подошел ко мне и взял меня, словно собаку, за подбородок. – Страшная. У этого хирурга руки из жопы, что ли, растут?

Я уставилась на него из-под лба, тщательно обдумывая, что ему сказать в ответ.

В отличие от меня, он выглядел на отлично: идеально сидящий по фигуре, сшитый на заказ костюм, с выгравированными буквами его имени и фамилии «ММ» на карманах пиджака, белая рубашка, гладко выбритое лицо… Наверное, он, как всегда, благоухал новым мужским одеколоном, только почувствовать я это из -за своего носа не могла.

– Это послеоперационные синяки и отеки. Врач сказал, за месяц все должно пройти. – Как можно спокойнее ответила я.

– Я надеюсь, он слепил тебе нормальный нос. – Не выпускал он мое лицо из своих больших пальцев.

Было неприятно, но я терпела.

– Не сомневайся. Лучше, чем был. Спасибо, что хотя бы за это, ты переживаешь.

– Пфф… – Фыркнул он, давая понять, что я ошибаюсь, на самом деле он вообще не переживает по этому поводу, и, убрав от меня руки, сел в небольшое кресло, стоящее у кровати. – Рассказывай.

– Сегодня приезжал человек. Полковник ФСБ. Спрашивал о тебе. – Сказала я и для паузы сделала глоток из стакана.

Толку скрывать от него эту информацию не было. Директор клиники, который работает на него, все равно ему уже все доложил.

– И что ты сказала?

– Что все разговоры только в присутствии моего адвоката. Все как обычно. – Не моргая, ответила я.

– Хорошая девочка.

– Марк, почему ты не привез с собой Ванечку? Я скучаю по нему. – Тихо спросила я.

– Я что, похож на идиота приводить сына в больницу, чтобы он видел тебя с таким лицом? И вообще, я отправляю его во Францию, в Париж, до конца лета. Он будет учиться там в специальной школе с проживанием.

– Когда? – Вдруг ужаснулась я.

– Завтра. Ранним утренним рейсом.

– Как завтра?

– Перестань. – Пресек он. – Это не обсуждается. Я говорил тебе, и не раз, что наш сын будет жить и учиться за границей. Мне так будет спокойней. Там он в безопасности.

– Да, но ты не говорил, что он должен будет уехать прямо сейчас. Ты ставишь меня перед фактом!

– Тебе какая разница? Он летит туда, пока всего лишь на несколько месяцев. – Закинув ногу на ногу, он по-хозяйски развалился в кресле.

– Пожалуйста, отвези меня в аэропорт попрощаться с ним. —Взмолилась я.

– Еще чего не хватало! Пока твое лицо не придет в порядок, ты в общество не выйдешь. – Отрезал он.

– Почему ты такой жестокий? – Вздохнула я. – Неужели ты не понимаешь, что он еще совсем ребенок, он ведь обидится, что я не пришла его проводить.

– Он знает, что маме стало плохо, и она в больнице. Не парься. – Поднялся он с кресла и подошел ко мне.

Я видела по его лицу, что он внезапно сменил гнев на милость.

– Если хочешь, я заберу тебя домой в конце недели, и доктор будет приезжать к нам.

– Да, очень хочу. – Пролепетала я.

– Поцелуй меня. – Приказал он и приблизился к мне. Я коснулась его рта своими губами настолько, насколько мне это позволял сделать гипс. – Я соскучился. – Забрался он рукой под мою сорочку. – Жалко, что ты в таком виде…

– В этот не товарный вид привел меня ты. – Ответила я с обидой в голосе.

– Больше так не буду. – С издевкой улыбнулся он.

–Больше не будешь избивать меня и приводить своих проституток в дом, где живу я и твой ребенок? – Попросила я уточнить.

– Мария, а что мне делать? Я альфа – самец. Я зарабатываю деньги, и я за все плачу.

– Я не против работать, но ты не даешь! – Огрызнулась я.

– Тебе по статусу не положено. – Развел он руками. – А девки эти… Так… Удовлетворить мои потребности. Они ничего для меня не значат, поэтому ты не должна на меня обижаться. Я мужчина, я могу делать все, что захочу и когда захочу. А ты женщина и, пусть не законная, но жена. Ты должна обладать терпением и понимаем.

– Я устала, Марк. – Я боялась встретиться с ним взглядом. – Я так больше не могу. Давай расстанемся?

Он крепко схватил меня рукой за шею и заглянул мне в глаза:

– Только попробуй от меня уйти или выкинуть что-то в этом духе. Сына больше никогда не увидишь. – Пригрозил он.

Я захрипела.

– Ты поняла меня?

– Поняла. – Выдавила я из себя последний воздух, и он отпустил меня.

Прокашлявшись, я отдышалась и прикусила щеку, чтобы не заплакать. Микела ненавидел женские слезы.

Лицо его побагровело, брови сошлись на переносице, руки сжались в кулаки:

– Еще раз услышу от тебя такое, Маша, убью! – На полном серьезе пообещал он и вышел из палаты.

***

Прошло два месяца с момента, как меня выписали из больницы. Я сидела на шезлонге под зонтом около бассейна и листала женский журнал. Мой нос, на удивление, быстро зажил и, как и обещал пластический хирург, выглядел лучше предыдущего.

На улице стояла жара – июль, ничего другого и не следовало ожидать.

Я увидела идущего по направлению ко мне Рустама и надела солнцезащитные черные очки, чтобы не столкнуться с ним взглядом.

Рустам работал вместе с Микелой и был его лучшим другом. Он всегда приезжал к нам в дом без предупреждения, отчего я постоянно напрягалась, но ничего поделать не могла: он был очень близок с Микелой, и поэтому ему дозволялось многое, гораздо больше, чем мне.

– Мария, ты чего тут одна? – Остановился он около меня.

– А с кем я, по-твоему, должна быть? – Сквозь зубы спросила я, не отрывая голову от журнала.

– Марк где?

– По делам уехал.

– Черт, а я думал, он дождётся меня. – Вздохнул он. – Жара такая, в бассейне, что ли, искупаться… – Он осмотрелся вокруг. – Ты ко мне не присоединишься?

– Нет, извини. Я, пожалуй, пойду в дом. – Я поднялась с шезлонга.

– А зря. – Схватил он меня за запястье одной рукой, а другой стянул с меня очки. – Смотрю, нос зажил…

– Почти.

– И не сказать, что был сломан.

Я молчала. Перечить Рустаму, вступать с ним в споры – было равным спору с Микелой, а тот всегда поддерживал своего друга и вставал на его сторону.

Его карие глаза жадно заскользили по моему декольте.

– Перестань! – Не выдержала я и попыталась выдернуть свою руку.

– А то что? Пожалуешься Марку? Ну давай, звони, хоть сейчас. – Усмехнулся он. – Как думаешь, кто огребет ты или я?

–Придурок! – Выпалила я в сердцах. – Что тебе нужно?

– Тебе не надоело, Мария? – Он прижал меня к себе, обхватив за талию. – Микела трахается каждую ночь с разными бабами, а ты ему верность хранишь. А ведь я у тебя всегда под боком. Неужели ты ни разу не задумывалась о том, чтобы ему отомстить?

– Переспав с тобой?

– Да-да… Ведь мы так давно друг друга знаем, я всегда тебе говорил о том, что ты удивительная. – Рука его плавно заскользила по моему бедру вниз, приподнимая мое платье. – Вот увидишь, тебе станет гораздо легче после того, как ты отдашься мне.

– Не будет этого. – Разозлилась я и со всей силы оттолкнула его от себя.

Он не удержался и упал в бассейн, потянув меня с собой.

– Ух, какая ты! Темпераментная! – Заржал он. – Посмотри, от чего ты отказываешься! – Его мокрая майка прилипла к спортивной фигуре, которой он гордился.

– Ни от чего особенного, – Хмыкнула я и принялась медленно передвигаться в воде, в сторону лестницы, чтобы выбраться из бассейна.

– Что мне нужно сделать, чтобы ты сдалась? Не брать же тебя силой!

– Ничего. Я сплю с мужчинами только по любви! – На полном серьезе ответила я.

– Ну- ну, ищи любовь. – Он шел следом за мной. – Тебе уже почти тридцатник! Ты не первой свежести. Дура наивная! Как надоест, ты знаешь, где найти жеребца, который удовлетворит тебя гораздо лучше Микелы! Я с ним вместе столько баб перетрахал, так поверь, я способен на большее!

Я поднялась по ступенькам и обернулась к нему:

– Ты мне противен!

– Это только ещё больше заводит! – На его лице возникла улыбка, от которой мне стало не по себе.

Я не ответила и пошла быстрым шагом в сторону дома.

Я стояла под горячими струями воды в душе и думала о любви, которая, казалось, совсем забыла обо мне.

Я приложила руку к груди, чтобы услышать свое сердце… Бьется ли оно, живое ли?

Бьется и очень спокойно. А хотелось услышать сильный быстрый стук…

Когда Микела вернулся поздно вечером, я ждала его в гостиной. Мне хотелось обсудить с ним Рустама. Попросить, чтобы он поговорил со своим другом, и чтобы тот не приходил к нам без предупреждения и не появлялся в доме, когда в нем нет его хозяина.

– Как дела? – Задала я нейтральный вопрос, чтобы начать с ним разговор.

Микела налил себе в стакан виски, из бутылки, стоящей на столике, и расположился в кресле.

– Дела отлично! – Сделал он глоток. – Что у тебя? Почему не спишь, ведь уже поздно?

–Хотела поговорить с тобой о твоем друге… Он стал слишком часто появляться у нас в доме без предупреждения.

– Ты что, решила, что будешь мне указывать, как поступить с моим лучшим другом? – Напрягся он.

– Зачем он приходит сюда, когда тебя нет?

– Он моя правая рука. Он может приходить и уходить, когда ему вздумается. Я не понимаю, в чем твоя проблема? Дом большой. Места на всех хватит. – Смотрел он на меня холодными глазами.

Естественно, как я и предполагала, он не стал меня слушать. Я пожалела, что затеяла этот разговор.

– Да, но…

– Никаких но! Мария, шла бы спать! – Кивнул он в сторону дверей.

Я поднялась с дивана и пошла на выход.

– А поцеловать? – Напомнил он мне.

Пришлось развернуться и подойти к нему.

–Так-то лучше. —Удовлетворенно похлопал он меня по бедру, после того как я коснулась его губ.

Я улыбнулась, еле сдерживая себя, чтобы не закатить очередной скандал: весь воротник его рубашки был испачкан губной помадой.

– Спокойной ночи.

– И тебе, Мария. – Потянулся он за бутылкой, чтобы наполнить свой стакан.

***

Прошла ещё одна неделя. Я сидела в ресторане в окружении своих, так называемых, «подруг».

Ничего общего между нами не было, кроме того, что мы все принадлежали к одному и тому же кругу жён и любовниц богатых «бизнесменов».

Время было позднее. Ужин был давно закончен и оплачен. А мы все еще сидели и трепались, допивая последнее вино в бокалах.

– Представляешь, мы летали на Мальдивы, провели там целую неделю, а на шоппинг так и не попали. Мой Дима сказал, итак, много денег потратили на отдых. Пришлось сегодня на ужин надеть платье из старой коллекции. – Пожаловалась Алла.

– Наши мужики такие странные! Хотят иметь рядом красотку, значит, должны платить! – Поддержала ее Светлана.

– Ну, Машке -то, жаловаться нечего, у неё Марк щедрый. Вон, карточку дал с миллионами, поди, трать хоть все и сразу. – Аллочка вопросительно посмотрела на меня своими голубыми глазами, в глубине души ожидая, что я сейчас присоединюсь к ее жалобам.

– Да, Марк, никогда денег на меня не жалеет. – Подтвердила я и сделала большой глоток из бокала с вином. Кажется, это уже был мой четвертый…

– И операцию тебе какую дорогую сделал в частной клинике! Не зажмотил! Посмотри только, какой у тебя теперь нос! Просто Нефертити! – Восхищенная Аллочка дотянулась до моего лица и легонько коснулась указательным пальцем кончика моего носа. – Да и живешь ты, как она, египетская королева. Не дом, а сказка… И сын у вас есть. Дима мой детей не хочет. Говорит, они слабое место. Нельзя.

– Скажешь тоже – Нефертити! – Фыркнула я. – Она, между прочим, плохо кончила.

– Чего это плохо? Она была жена фараона!

– Ага, сначала выдали замуж за старого фараона, в обмен на кучу золота, украшений и слоновой кости. Потом тот помер, и она по наследству перешла к его сыну. Затем она и сыну надоела, как обычно все мужикам надоедают приевшиеся жены, и ее изгнали из дворца, а сам молодой фараон женился через какое-то время второй раз, а потом и третий. Причем третий был на его собственной дочери. Нефертити умерла и даже до сорока лет не дожила. – Отпила я ещё немного вина из бокала.

– Ой все, Машка, давайте не будем Нефертити больше обсуждать. Раз от неё остались только рожки, да ножки. Нам нужны положительные примеры о том, как вертеть мужиками! – Возмутилась Аллочка, которая всегда тряслась над отношениями с Димой, который был одним из старших в группировке Микелы, после Рустама, конечно. Алла жутко боялась его потерять и всячески стремилась удовлетворить его по полной программе.

– Ее мумию до сих пор не нашли. Так что ничего не осталось. Ни рожек, ни ножек. – Добавила я. – Оказывается, быть женой фараона это как быть любовницей криминального авторитета… В один день ты можешь просто исчезнуть с этой земли…

– Тьфу ты. Не каркай! Лучше скажи, сколько стоило переделать твой нос? Я бы к твоему пластическому хирургу тоже пошла, кое-что подправить! – Света ухватилась пальцами за свои щёки и потянула их вверх.

– Не знаю. – Вздохнула я.– Марк мне счет не показывал.

– Вот Микела! Настоящий мужик! Не зря именно он лидер, среди наших мужиков. —Вздохнула Алла.

Я демонстративно посмотрела на часы.

– Я сейчас вернусь, мне надо позвонить. – Поднялась я из -за стола и, взяв в руку сумочку, покинула их.

Мне вдруг захотелось на воздух. От разговора о моем носе и от их щенячьего восхищения Марком меня тошнило. Рассказывать им правду о том, что он гуляет от меня направо и налево, мне не хотелось. А уж о том, что я регулярно получаю от него тумаков, и на стол к пластическому хирургу я попала именно из-за этого – тем более!

Света и Алла были счастливы со своими мужчинами несмотря на зависимый образ жизни, который им пришлось принять. Их радовали деньги, шмотки, поездки, и я не могла их осуждать…

В моей семье с Марком все было гораздо сложнее. Деньгами меня было не удивить и шоппинг я на дух не переносила. Я хотела любви и желательно взаимной. Поначалу мне казалось, что она была, а потом вдруг ушла, не сказав куда…

Оказавшись на улице, я достала из сумочки сигарету и подкурила. Эта вредная привычка давала о себе знать каждый раз, когда я выпивала.

– Мария, это вы? – Позвал меня тёплый мужской голос, и я обернулась.

– Глеб Геннадьевич? – Удивленно посмотрела я на стоящего перед собой фсбшника, который тогда посетил меня в больнице.

– Можно просто Глеб и на «ты». – Улыбнулся он. – Прикурить не найдётся?

– Ты что, за мной следишь? – Протянула я ему зажигалку.

– Нет. Отдыхаю с начальством в ресторане. Обсуждаем мое повышение. – Спокойно ответил он и протянул мне зажигалку обратно, нарочито коснувшись пальцами моей руки. – А ты что здесь делаешь?

– Обычный ужин с подругами. – Пожала я плечами.

– А одеты так, словно для свидания. – Подметил он. – Очень красивое платье.

–Спасибо. – Зарделась я. Мне было приятно услышать комплимент от такого красавца как он.

Мы оба замолчали и продолжили курить, уставившись на небо.

Минут через пять он прервал молчание:

– Как нос, зажил?

– Зажил. На мне все быстро заживает, как на собаке. —Выкинула я бычок в урну, собираясь попрощаться. – Прощай, Глеб.

– Подожди, – перехватил он мое запястье. – У меня к тебе предложение.

– Я сейчас пьяна, поэтому все твои оперативные штучки давай отложим на завтра. – Улыбнулась я ему как можно шире.

– Поехали со мной, покатаемся по ночному городу? – Он заглянул мне в глаза.

Предложение его прозвучало немного настойчиво и уверенно.

– Тебе жить надоело? —Вспыхнула я, даже боясь представить себе, что сделает со мной Марк, если я сяду к этому человеку в машину.

– Тебе не стоит ничего бояться рядом со мной. – Заверил он и, обхватив одной рукой за талию, повёл меня за собой.

Мы катались по ночному городу и распивали шампанское прямо из горлышка. Мой мобильник как обычно молчал – Марку не было до меня никакого дела, к тому же он и сам, скорее всего, заявится домой только под утро.

– Какую ты музыку любишь? – Спросил Глеб.

–Любую. —Ответила я.

– У тебя что, совсем нет предпочтений?

– Что-нибудь повеселее.

Он включил что-то танцевальное.

– Почти приехали.

– Куда?

– На смотровую площадку! – Повернулся он ко мне. – Будем смотреть на звёзды, которые сияют словно твои глаза!

Я на секунду опешила от его слов… Как же давно никто не говорил мне таких романтичных слов… Мне вдруг стало чертовски приятно. Женщины любят ушами, и я не была исключением.

Мы остановился на пустой, безлюдной площадке и вышли из машины.

– Дух захватывает! – Прошептала я, чувствуя слабость в своём теле от количества выпитого алкоголя.

– Я знал, что тебе понравится! – Подвёл он меня к самому краю и прижал к ограждению. – Мария, ты такая красивая…– Прошептал он мне на ухо. – Что ты делаешь с Микелой. Он бандит и должен сидеть в тюрьме. А ты – жить нормальной человеческой жизнью, быть свободной и любимой…

«Быть любимой, – пронеслось в моей голове. – Да, да, я хочу быть любимой, я хочу любить».

– Ведь он тебя бьет… А ты достойна совершенно иного… Посмотри на себя, на свои длинные ноги, на свою фигуру…– Продолжал шептать он, прижимая меня к себе и блуждая руками по моему телу.

– Перестань, мы оба пьяны. – Оттолкнула я его от себя. – Мы совершаем ошибку!

Его красивое лицо вдруг оказалось так близко, что я чувствовала его горячее дыхание.

–Нет, нет… – Запротестовала я, понимая, что сдаюсь.

Его губы прильнули к моему рту. Я не смогла удержаться и ответила на его поцелуй.

Он целовал меня то нежно, то страстно, вызывая внутри меня войну между разумом и телом.

Кое-как преодолев свое похотливое желание отдаться ему прямо здесь и сейчас, я отпрянула от него и пошла в машину.

Он кинулся следом за мной.

– Тебе не понравилось? – Спросил он, дотрагиваясь до моей руки.

–Очень понравилось.

– Тогда, в чем проблема?

– В этом и проблема! Неправильно все это…

– Знаешь, что я вижу в тебе, Мария?

– Что? – Уставилась я на него, затаив дыхание.

Я хотела услышать от него то, чего уже не слышала давно от Микелы… Десять лет я словно жила в сухой пустыне.

– Водопад нерастраченной страсти. – Он притянулся ко мне и снова поцеловал.

Мои колени задрожали. Его рука соскользнула на мою грудь, и он, почувствовав напряжение, забрался ко мне под платье.

Я закрыла глаза. То, что сейчас происходило, между нами, казалось мне чем-то нереальным и неправдоподобным. Словно меня поместили в какую -то дурацкую видео-игру. Я не хотела, чтобы он останавливался, и это было пугающим, но в то же самое время волнующим.

Дальше хуже: я просила его об этом, я умоляла, стонала, извивалась под ним, словно дешёвая шлюха, на заднем сиденье его автомобиля. И даже когда все закончилось, я еще долго не могла прийти в себя от произошедшего.

Я лежала у него на коленях, пальцы его рук блуждали в моих волосах. Он курил, выдыхая дым в немного приоткрытое окно, и тяжело дышал.

– Мария, ты ведь знаешь, что я хочу посадить твоего любовника за решётку?

Я молча покачала головой.

– Меня специально назначили заняться группировкой Микелы, так как побоялись доверить это дело кому – либо другому. Побоялись, что он сможет снова выйти сухим из воды при помощи своих связей и денег.

– Хочешь сказать, что тебя невозможно подкупить? – Поднялась я с его колен и потянулась за своим платьем, лежащем на переднем сидении.

– Нет. Я ведь не дурак, вылетать со службы. Меня, в случае успеха, ждет награда куда выше – повышение!

– И поэтому ты со мной переспал? – Закусила я губу от разочарования. – Думал, приласкать одинокую любовницу криминального авторитета в обмен на информацию?

– Глупенькая, нет, конечно. – Посмотрел он на меня с нежностью и, притянув к себе, чмокнул в макушку. – Разве я знал, что у меня так снесет от тебя крышу…

– Что прямо снесло? – Не верила я.

– Ещё с того момента, когда я увидел тебя в больнице…

– Страшную с гипсом на лице?

– Твоя фотография есть в деле Микелы… Не забывай, где я работаю, Мария… У меня есть на тебя целое досье.

– А-а… И что там?

– Практически ничего, – рассмеялся он и показал пальцами небольшую щель, – Оно очень тонкое. Так, основная информация: дата и место рождения, твои родители, какую школу закончила.

– И то, что я была мисс «Мухосранск»? – Вдруг захохотала я.

– И про конкурс красоты тоже есть. Все, что упоминалось в местных газетах. – Улыбнулся он.

– И что теперь?

– Ничего. Просто я обязан тебя предупредить. Все-таки у тебя есть сын…

– Мой сын сейчас учится во Франции… И, скорее всего, останется жить там. – С грустью сказала я.

– Ты не достойна этого человека… – Поцеловал он меня в губы, спускаясь вниз по моей шее к груди.

– Что же будет дальше с нами? – Сердце мое бешено заколотилось.

Он оторвался от моего тела и с уверенностью заявил:

– Ты будешь моя!

Я вернулась домой около пяти утра. Машины Микелы во дворе не было – значит, он остался ночевать в городе.

Я поднялась на второй этаж, сняла с себя одежду и затолкала в стиральную машинку. Насыпав порошка, я включила ее и уставилась на себя в зеркало.

То, что я увидела, мне и понравилось, и испугало: на шее образовался небольшой синяк. Глеб перестарался. Но ничего, с этим можно справиться при помощи косметики и распущенных волос.

Если Микела что-то заметит, то можно наврать, что задела кожу неудачно горячей плойкой…

Черт с этим синяком! Я смотрела в отражение своих серых светящихся глаз и не могла поверить, как сильно они изменились за эту ночь.

Я провела рукой по своей чуть покрасневшей щеке и улыбнулась себе в зеркало.

– Что же будет дальше, Мария Соболева? – Спросила я сама себя вслух.

Мобильник на стиральной машинке завибрировал. Сообщение с незнакомого номера.

«Ты в порядке? Несмотря на то, что уже утро, я хочу пожелать тебе сладких снов. Это может показаться странным, но я уже скучаю по тебе. Глеб».

Пальцы моих рук затряслись, и я медленно опустилась на пол с телефоном в руке, перечитывая его сообщение снова и снова. Я не знала, что мне ему ответить, ведь я совсем забыла, что обычно пишут люди в таких случаях, и стоит ли отвечать вообще…

Мое тело и кожа все еще помнили нежные прикосновения его рук, в голове звучал его голос, от которого в животе моем порхали бабочки.

«Глеб, Глеб… Что же мне делать?» – Прошептала я, заломив руки за голову.

Нужно удалить его номер, заблокировать, не отвечать, избегать любого пересечения с ним в городе! Если Микела или кто-то из его людей узнают о том, что я завела интрижку с человеком из органов, который, к тому же, нацелен на то, чтобы его посадить, мне даже страшно представить, что он сделает со мной.

Я сделала глубокий вдох и длинный выдох, чтобы успокоиться, затем поднялась и снова посмотрела на себя в зеркало.

Мои глаза все еще радостно сияли, как никогда.

Как там говорят? Слушай свое сердце…?

«И я скучаю…», – отправила я ему в ответ.

«Когда мы увидимся?» – Моментально среагировал он.

«Я не знаю».

«Завтра?»

Я закусила губу, понимая, что срываюсь и улетаю в бездну…

«Да».

«Я буду ждать тебя там, на смотровой площадке. В восемь вечера. Даже не знаю, смогу ли так долго выдержать».

«До завтра». – Ответила я и, сохранив его номер в контакты, удалила переписку и отключила телефон.

На протяжении всей следующей недели, каждый вечер, я находилась в объятиях Глеба, и нам обоим было мало. Расставания были мучительны, так как мы не хотели отпускать друг друга.

Ночь с субботы на воскресенье выдалась очень жаркой. Я лежала рядом с ним на кровати, закинув на него ногу, и тяжело дышала:

– Господи, почему в этом номере так плохо работает кондиционер? – Вздохнула я.

– Завтра встретимся в другой гостинице. – Провел он рукой по моим волосам.

– Завтра я не могу. – Тихо сказала я.

В воскресение Микела обычно находился дома, поэтому уехать в город поздно вечером будет невозможно.

– Наигралась и больше меня не хочешь? – Обиженно спросил он.

– Зачем ты так? – Повернулась я к нему и заглянула ему в лицо. – Ты ведь понимаешь, с кем я живу…

– Скоро я освобожу тебя от этого человека, и ты будешь моя.

– Удачи. – Хмыкнула я.

– Не веришь, что я смогу посадить его?

– Ещё никому не удавалось. – Улыбнулась я и провела рукой по его волосам.

– Если ты мне поможешь, – вкрадчивым голосом начал он, – Хотя нет, твоя помощь мне не нужна. Я не хочу вовлекать тебя в это. Не дай бог, ещё с тобой что-то случится, я этого не переживу! Проехали. Забудь.

– Глеб, я не уверена, что смогу…

– Не переживай, малыш. – Дотянулся он до меня, поцеловал в губы и подмигнул мне. – Я сам все сделаю.

Мы снова тяжело и долго расставались. Я плакала, уткнувшись ему в грудь, около своей машины. Он целовал меня в макушку, прижимая к себе одной рукой.

– Маша, не плачь. – Попросил он и галантно открыл для меня дверь. – Мы увидимся в понедельник.

–Хорошо. – Только и смогла я выдавить из себя и послушно села за руль.

Я завела мотор и посмотрела на него через окно. Легко ему сказать, увидимся в понедельник… Мне лично до этого понедельника ещё надо дожить…

Он улыбнулся и помахал мне рукой. Я в свою очередь послала ему воздушный поцелуй, надавила на газ и помчалась на высокой скорости по ночной трассе до самого дома, утирая рукой сыплющиеся градом слёзы из глаз.

К моему огромному удивлению, машина Микелы была во дворе. Я посмотрела на себя в зеркало и быстро вытерла салфетками размазанную по лицу тушь.

Часы показывали четыре утра, почему Микела вернулся так рано?

Света в окнах дома не было, значит, он, скорее всего, уже спит, что было мне только на руку. Завтра утром я приведу себя в чувства и навру ему с три короба о том, что встречалась с Аллой. Главное, ее предупредить.

Я зашла в дом и прошла на кухню. Набрав в высокий стакан воды, я поднялась наверх в спальню. Тихонечко открыв дверь, я на цыпочках вошла внутрь.

Поставив стакан на тумбочку рядом с кроватью, я скинула с себя одежду и только после заметила в темноте человека, сидящего в кресле.

– Ну, и где ты шлялась?

– Рустам?! Какого черта? – Схватила я одеяло с кровати и прикрылась им. – Что ты делаешь в нашей спальне?

– Что-что? Тебя жду!

– Я пришла. Можешь сваливать! —Указала я на дверь.

– Зачем? – Пожал он плечами, медленно поднялась из кресла и подошел ко мне.

– Где Марк? – Отступила я от него.

– Твой Микела занят стриптизершей в гостевой спальне. Он сегодня с тобой ночевать не будет. А вот я… Могу составить тебе компанию.

– Рустам, уходи. – Спокойным голосом попросила я.

– Да что со мной не так-то? – Схватил он меня за запястье. – Скажи мне! Ведь я ничем не хуже Микелы.

Он переместил мою ладонь на ширинку своих штанов.

Я дотянулась другой рукой до стакана и вылила воду ему в лицо:

– Остынь немного! – Еле слышно выпалила я, ожидая, как минимум, пощечину. Такие штучки в кругу Микелы женщинам не спускали.

Но Рустам меня не ударил. Он выхватил из моих рук одеяло и вытер им лицо.

– Извини. – Пробормотала я.

Его злые глаза сверкнули в темноте:

– Сама дашь? Или силой тебя брать?

– Я буду кричать! – Предупредила я.

– Да хоть заорись. Микела находится в гостевом доме. Он тебя не услышит, слишком занят юной соской.

– Рустам, одумайся! – Руки его плотно сжались на моей шее.

– Давай, начинай орать! – Усмехнулся он, навалившись на меня всем телом так, что вырваться из-под него было невозможно. – Или просто заткнись, расслабься и получай удовольствие!

Удовольствием то, что происходило, назвать сложно. Я пыталась сопротивляться, но это было тщетно. Рустам был в три раза больше меньше: безмозглая груда мышц. К тому же он продолжал держать меня одной рукой за шею, пока двигался во мне, словно одержимый.

В какой-то момент я сдалась. Черт с ним, пусть возьмет меня, я отомщу ему позже…

Когда он закончил и оторвался от меня, я свернулась в калачик и уткнулась лицом в подушку.

– Понравилось? Я теперь буду наведываться к тебе чаще, так что скоро, ты войдёшь во вкус! – Подергал он меня за щиколотку. – Молчишь? Знаю, что понравилось! Всем девкам нравится.

– Они тебе врут. – Огрызнулась я.

–Чего? – Оскалился он.

– Того! – Передразнила я его. – Завтра заодно посмотрим, как это понравится Микеле!

– Даже не пытайся. Сама себе могилу выроешь. – Сложил он руки на груди. – Кто ты и кто я?! И что, тебе плохо было? Когда тебя в последний раз Микела трахал? Тогда, когда ты забеременела его сыном? Ты меня совращала каждый раз, когда я приходил в этот дом. Лежала у бассейна в купальнике без верха, щеголяла в коротких халатиках. Чего ты ожидала? Что я сдержусь?

– Как ты мог? Ведь Марк твой друг!

– Так он им и останется! Неужели ты думаешь, что он поверит тебе? – Заржал он и вышел из спальни.

Я хотела заплакать, но слез не было. Действовать нужно было с холодной головой.

Он был прав, Микела не поверит и единому моему слову. Дружба между ними была слишком долгой и крепкой, потому Рустам действовал так уверенно, знал, что я не смогу рассказать Микеле.

Я поднялась с кровати и отправилась в ванну, где под струями горячей воды ко мне в голову пришла мысль, как избавиться от Рустама раз и навсегда…

***

Мы встретились в понедельник, как и договаривались. Глеб подъехал в гостиницу после работы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.