Эл Лекс
Игрушечная принцесса

Глава 1

Шок-контент, мир перевернулся, смотреть до конца.

Так бы я назвал видео, показывающее состояние королевы после званого вечера, если бы в этом мире были видеокамеры и ютуб.

Мой план сработал именно так, как я и надеялся, хотя конкретно моей заслуги тут был минимум – почти все сделало неожиданное известие, которое, конечно было запланировано, но не такое и не так. Известие о том, что Владилена пала, на самом деле пала, выбило из колеи даже меня, чего греха таить. Я совершенно не ожидал, что шутка оформится в страшную правду. Впрочем, для меня в этой правде не было ничего особо страшного – я все еще с трудом понимал, что такое Владилена. Но мне было достаточно видеть страх в глазах окружающих – Аберфорта, маршала Койла, королевы…

Одна только Фабиола сохраняла все тот же дерзкий и слегка пренебрежительный взгляд. Она не боялась.

Интересно, чего она вообще боится?

Званый вечер спешно скомкали и свернули буквально за десять минут. А спустя еще десять я уже стоял в кабинете королевы, которая ходила из угла в угол, и никак не могла собраться с мыслями. А когда наконец собралась, ее вопрос был:

– Как скоро мы можем приступить к созданию громострельного оружия?

Я усмехнулся:

– Прямо сейчас, ваше величество. Мы уже приступили. Прямо сейчас в кузнице замка спешно производится десяток копий моего ружья, которое так бесславно пылилось в углу на протяжении всего званого вечера. Ну а те, кто присутствовал на вашем званом вечере, отныне проблему оружия будут считать собственный проблемой, и приложат все усилия к тому, чтобы все, от них зависящее, было выполнено в срок и в лучшем виде. Буквально завтра стоит вам только разослать по профильным заведениям их части работы, они примутся за работу со всем прилежанием.

– А если нет? – подлила масла в огонь Фабиола.

– А если нет – то у нас есть чем на это ответить. – перешел я к теме, которую давно уже хотел протолкнуть. – Ваше величество, вы заметили людей, которые имитировали нападение на гостей?

Королева кивнула, нахмурилась и открыла было рот, чтобы высказать мне все, что думает об этой выходке, не иначе. Но я не дал ей этого сделать и просто продолжил:

– Это люди, которых рекомендовала принцесса – самые преданные короне магоги, которых только можно найти в замке. Они состоят в разных подразделениях и службах замка, но сегодня мы их всех превратили на один день в слуг, чтобы показать, насколько неожиданным и эффективным может быть такое тайное нападение. Эти десять магогов я планирую тренировать лично, по иным методикам и стратегиям, нежели остальных. Эти десять человек станут новой командой, которая будет совмещать в себе роли тайной полиции и штурмовой группы.

– Спецназ. – подала голос Фабиола.

– Он самый. – я кивнул. – В моих планах взять командование этой группы на себя, включая их обучение, подготовку и экипировку.

– Цель? – нахмурилась королева.

– Минимизация вероятности нового, на сей раз успешного, нападения на дворец.

– Что вы имеете в виду? – нахмурилась королева.

– Давайте размышлять логически. Армия Аркейна сейчас если не грабит в данный момент Владилену, то самый максимум – движется от нее в сторону Девоншира. Движется не быстро, даже при условии магов Пространства – не думаю, что их там сильно много и они способны перекидывать хоть сколько-нибудь крупные массы противника разом.

– Вообще не способны. – перебила меня Фабиола. – Подобные траты магических ресурсов не оправдаются ничем, маги вымотаются быстрее, чем успеют перебросить хотя бы по тридцать человек каждый. А учитывая, что маги Пространства, способные на переброску живых существ, довольно редки, использовать их как извозчиков – все равно что использовать Бирми как пахаря.

– Тем более. – я кивнул. – Значит, маги Аркейна находятся вместе со своей армией, и совершенно точно у них не было возможности спешно отделиться, чтобы галопом добраться до Девоншира и организовать хорошо спланированное покушение на принцессу и артефакт. Покушение, одна только подготовка к которому, согласно тому, что я успел узнать о магии Пространства. заняла не один месяц. Смекаете?

Королева покачала головой:

– Пока что не совсем. Намекаете, что они планировали покушение задолго до того, как вторглись на нашу территорию?

– И это тоже. Но намного больше меня тревожит другая мысль – они ведь не могли просто прийти и организовать покушение. Им нужно было как-то существовать, что-то есть, где-то жить. Говоря проще – у аркейнцев в Девоншире уже давно есть база.

Королева буквально с лица спала при этих словах. Она даже рот приоткрыла – настолько для нее оказалась неожиданной такая простая и очевидная вещь. Даже не знаю, как можно было до нее не догадаться уже буквально через час после диверсии. Разве что – не хотеть догадаться. Не мочь принять тот факт, что уже кучу времени в родном, подконтрольном городе располагается чужая вражеская база.

– Ты не говорил. – прошептала Фабиола за спиной.

– Ты не спрашивала. – я повел плечом. – К тому же, мне казалось, что это совершенно очевидно.

– Если вдуматься, то да. – королева медленно и задумчиво кивнула. – А, возможно, и не одна. И, возможно, даже эти базы появились в Девоншире даже раньше, чем началась сама война. Если предположить, что аркейнцы планировали напасть уже давно, то и базы они могли заложить уже давно.

– Это уже вам виднее. Я с аркейнцами не знаком и единственное, что они делали при нашей встрече – пытались меня убить. Пришлось отвечать им тем же, так что о том, чтобы взять языка-информатора я как-то не подумал. И никто не подумал, судя по всему.

– Конечно же, подумали. – фыркнула Фабиола. – Только язык, как ты его назвал, тоже оказался магом и применил огненную смерть, забрав с собой на тот свет троих наших.

– Надо было несколько языков брать. – посетовал я. – В любом случае, лично я считаю приоритетной задачей именно уничтожение базы или баз аркейнцев в городе. В противном случае мы можем ожидать в скором времени новой атаки.

– Как показала практика, мы способны отбить подобную атаку. – продолжала гнуть свое королева.

– Мы были способны отбить первую. Кто поручится за то, что вторая не пойдет по иному сценарию, к которому мы будем не готовы? Кроме того не забывайте – в том, что мы отбили ту атаку, немалая заслуга лично меня и моего оружия. Представьте, насколько эффективными будут действия целой группы стрелков с таким оружием. Особенно если они будут хорошо обучены, тренированы, экипированы, сработаны и будут использовать тактики, с которыми аркейнцы просто не сталкивались ранее.

– Звучит крайне интересно. – королева переплела пальцы и положила на них подбородок. – Но в первую очередь нам необходимо думать о снабжении оружием армии. Армия Аркейна уже движется к Девонширу, нам необходимо как можно скорее наладить поставки оружия в города, которые будут у них по пути, чтобы замедлить их продвижение.

– Этого делать нельзя. – максимально емко уронил я.

Королева недоуменно приподняла голову:

– Простите?

– Нельзя отправлять оружие в те города. – повторил я. – Вообще ничего нельзя делать с теми городами, максимум, на что мы способны – это в кратчайшие сроки сорвать оттуда так много магогов, как только получится, и доставить их в Девоншир для обучения стрельбе из громострельного оружия.

– Надеюсь, вы поясните вашу точку зрения?

– Да уж, пожалуйста. – сдавленно поддержала маму Фабиола.

– Элементарно. – я пожал плечами. – Сейчас громострельное оружие это наш козырь в рукаве.

– Кто? – королева нахмурилась.

Я запоздало понял, что «козырь» произнес на русском, не найдя ему аналогов в местном языке… Кстати, я до сих пор не выяснил, как он называется и называется ли вообще. Это что получается, я и во все предыдущие разы, когда меня не понимали, по-русски изъяснялся? Тогда понятно, почему Бирми никак не мог выговорить «селитра» – возможно, это соединение просто здесь называется по-другому. А значит, шанс перевести громострельное оружие из разряда «для элиты» в разряд «для всех» все еще не окончательно потерян.

Но это потом. Сейчас проблема в том, что у них тут нет «дурака», и, кстати, я вообще ни разу за все это время не видел тут карт, а значит слово «козырь» они не знают.

– Преимущество. – я покрутил рукой. – Фраза «козырь в рукаве» означает какое-то весомое преимущество, о котором не знает тот, против кого это преимущество должно быть направлено.

– Это называется «скрытый клинок» – вздохнула королева. – Про коз я впервые слышу.

– Да не козы, а…

Я замер с поднятой рукой, а потом махнул ею и решил не объяснять, что такое козырь, откуда взялось это выражение и что вообще, по-честному, оно носит не самый положительный, шулерский, окрас.

Впрочем, и местный «скрытый клинок» вряд ли подразумевает что-то рыцарское и незапятнанное, особенно если он тут выглядит так же, как снаряжение ассасинов в серии игр моего родного мира.

– Хорошо, скрытый клинок. – согласился я. – Но проблема в том, что наш скрытый клинок не из тех, что можем использовать только мы, а очень даже могут использовать и наши противники тоже. Мало того – наши противники, пожалуй, получше нас с этим клинком обращаются! Стоит только громострельному оружию засветиться на поле боя, стоит только всего одному-двум экземплярам попасть в руки к аркейнцам и они методом…

Я завис, подбирая аналог «реверс-инжинирингу».

– …простой разборки, – выкрутился я, – легко смогут понять, как устроено оружие. А из этого вытекает второй факт – поняв, что в основе процесса взрыв драгонита, они легко смогут стрелять из него сами, а ведь у них средний уровень магии в армии выше, чем у королевства, если я правильно понимаю. Но даже не это так страшно, ведь их возможность стрелять будет напрямую ограничена количеством стволов, которые попадут к ним в руки. По крайней мере, пока они на марше, изготовить хотя бы приближенный аналог толкового ружья у них не выйдет. Но, как я уже сказал, это не главная проблема.

– А какая главная? – послушно подыграла королева.

– Они найдут способ защититься. – я пожал плечами. – То оружие, что произвожу сейчас я, в силу некоторых конструкционных издержек, которые пока что невозможно решить, стреляет с более или менее вменяемой точностью только на пятьдесят-шестьдесят метров. Уверенно попадать из него хотя бы на ста метрах – удел счастливчиков, а если мы говорим о дроби, то и это расстояние следует резать вполовину. Так что аркейнцы, потратив на стрельбу из трофейного ружья буквально полдня и сотню патронов, быстро осознают, что лучшая защита от такого оружия – дистанция. Дистанция, с которой они смогут легко закидывать нас стрелами по… дуге. – я опять запнулся, пытаясь подыскать замену «параболе».

– Из лука сто метров это тоже непростая задача. – усмехнулась королева. – Если не сказать «невыполнимая». Вы со своими громыхалками, видимо, никогда из лука не стреляли.

– Не стрелял. – признал я. – Но из лука не обязательно стрелять прицельно, достаточно сотни стрелков, которые одновременно будут выпускать по крутой дуге тучи стрел, которые полсотни метров летят вверх, теряя энергию, а полсотни – летят вниз, снова ее набирая и разгоняясь. Подобный обстрел может неплохо покосить небронированных или легкобронированных воинов, особенно в условиях отсутствия щитов. В то время как наш огонь с подобной дистанции будет вестись практически по прямой траектории и по результативности будет примерно таким же, как их обстрел из луков. Мы просто сожжем все боеприпасы без толку, не нанеся никакого урона.

– Мы можем воспользоваться магией, чтобы прикрыться от стрел. – подала идею Фабиола. – Пустотников в Девоншире раз-два и обчелся, но зато они маги от природы, трудно найти хотя бы примерно похожих на них по уровню силы.

– И защитимся. – кивнул я. – Но у аркейнцев тоже есть маги, их больше и они, скорее всего, сильнее. Так что если будет возможность прикрыться какими-то щитами от обстрелов, будьте уверены, это будет первое, что они сделают. К слову, мне только что пришла в голову мысль, что я могу научить вас делать более совершенные луки, которые бьют дальше, а тянутся легче, но это мы отложим на потом. Если «потом» вообще случится.

– Верно. – снова вмешалась в мой поток мысли королева. – Вы так и не объяснили, как в таком случае вообще использовать ваше оружие?

– На фоне всей полученной сейчас и ранее информации я для себя строю примерно такую картину боя. Обе армии стоят, прикрывшись пустотными щитами от стрел противника. Некоторое время обязательно будет идти прощупывание обороны, без этого не обходится ни одна драка – ни один на один, ни миллион на миллион. Поняв, что от стрелкового оружия толку нет, аркейнцы решат перейти к ближнему бою. Возможно ли держать пустотный щит в движении?

– Легко. – королева чуть пожала плечами. – В некоторых местах он станет тоньше и неравномерным, но существовать будет.

– Значит, аркейнцы понесут небольшие потери. – я кивнул. – По мере приближения они будут либо смещать щиты в горизонтальную плоскость, либо просто выставят дополнительные, это вероятнее. Но главное – в момент, когда армии перейдут к близкому контакту, щиты им придется снять.

– Конечно, придется, иначе никто оружие не сможет поднять! – фыркнула Фабиола.

Ага, я был прав. Стало быть, щиты против стрел – это магнитное поле, с центром притяжения, видимо, внизу. От пуль такой тоже защитит, если, конечно, он достаточно сильный. Насколько я помню, свинец не магнитится, но проблема в том, что мои пули – стальные, потому что свинца в кузницах практически не было – его просто не для чего было использовать. Если оперативно решить эту проблему, то даже щиты аркейнцев не станут помехой.

Надо запомнить.

– За нами позиционное преимущество. – продолжил я. – У нас есть известная нам территория, которую мы подготовим для себя при помощи инженерных войск. Необходимо будет организовать позиции так, чтобы первую линию можно было легко оставить противникам, и чтобы при этом ее занятие не принесло им никакой тактической пользы. Грубо говоря, первая линия пехотинцев, едва только запахнет жареным, должна будет развернуться и бежать, как только могут.

– А потом?

– А потом слаженно выступят стрелки. Разом, по команде, они будут стрелять в накатывающийся вал уже празднующих победу аркейнцев. – я пожал плечами. – Я видел этих бойцов. Они действительно фанатики. Даже умирая, они до последнего вдоха пытались и меня забрать с собой. Увидев, как враги дрогнули, она обязательно погонятся за ними дальше. И вот тогда по их рядом пройдется кровавая коса. Если у нас будет хотя бы три сотни обученных магогов, это три сотни выведенных из строя бойцов противника в секунду. Через десять секунд – это три тысячи, ну пусть две, со скидкой на задержки стрельбы и какие-то непредвиденные обстоятельства. Спустя три-четыре секунды перезарядки это еще десять секунд и еще две-три тысячи врагов, не способных вести бой. А ведь это не единственный наш «скрытый клинок», ведь у нас есть еще пушки, которые тоже соберут с аркейнцев свою кровавую жатву. А еще есть кавалерия, есть пехота, все эти силы могут ударить во фланги захлебнувшимся силам аркейнцев, внося еще больший хаос в их атаку. Я не эксперт в военных делах, но, как по мне, подобный план это наш единственный шанс перевернуть игру в нашу пользу.

– План хороший. – кивнула королева. – Но что если что-то пойдет не так?

– А если что-то пойдет не так, на подхвате всегда будет моя группа. – я снова надавил на наиболее интересующую меня тему. – Маленький мобильный отряд, способный и обученный решать сложные задачи, требующие нетрадиционного подхода. Именно поэтому я ставлю приоритет их обучения и подготовки выше снаряжения простых солдат – именно потому, что что-то может пойти не так, а значит, обязательно пойдет.

– Хорошо, – королева кивнула. – Пока что я согласна по всем пунктам… Хотя как подумаю о том, что Драйл и Викон будут отданы аркейнцам просто на откуп, чтобы потянуть время – сердце болит.

До меня не сразу дошло, что королева говорит о двух городах на пути следования армии Аркейна.

– Маршал Койл же сказал, что они, скорее всего, оставят эти города в покое.

– Маршал тоже может ошибаться. – вздохнула королева. – Ладно. Еще какие-то вопросы или предложения ко мне имеются?

– Так точно. В виду сложившейся обстановки я считаю целесообразным приступить к обучению владению громострельным оружием наследной принцессы Фабиолы.

Фаби за моей спиной громко вдохнула, да так и не выдохнула.

– Абсолютно исключено. – отрезала королева. – Как вы себе это представляете?

– А в чем, собственно, проблема? – не понял я.

– Мама, нет! – пискнула Фабиола. – Не смей!

Королева посмотрела на меня тяжелым взглядом:

– Моя дочь полностью лишена магических сил.

Глава 2

Как Фабиола исчезла из кабинета, я даже не успел заметить – только услышал, как хлопнула за спиной дверь, а когда выглянул – принцессы уже и след простыл. Будто, вопреки словам матери, она очень даже обладала магией, причем магией Пространства. Вышла из кабинета – и перенеслась куда-то в другое место.

Все так же стоя наполовину снаружи, я развернулся и посмотрел на королеву, постаравшись вложить во взгляд максимум вопросительного.

Королева поняла меня неправильно:

– Вы свободны.

И она снова уткнулась в свои бухгалтерские книги, которых, правда, на ее столе стало едва ли не вдвоем меньше.

Я вышел в коридор и задумался – куда же могла сбежать Фабиола? И главное – почему? Ну лишена силы и лишена, можно подумать, на ее магии или отсутствии магии весь мир держится.

Что-то здесь не так. Я снова что-то упускаю. Надо найти Фабиолу и выяснить, что с ней происходит.

По пути к лаборатории королевского мага, – первому месту, которое мне пришло в голову, – мне запоздало пришла в голову мысль, что я и сам мог бы догадаться об этой особенности принцессы – ведь я столько раз видел ее с открытыми руками, да что там – без одежды вовсе! – а ни разу не заострил свое внимание на том, что на ее руке нет магической метки. Не иначе, сказывалась здешняя магическая мода – почему-то все, кто имел отношение к магии, предпочитали тем или иным способом метку скрывать. Рукавами ли, перчатками ли, браслетами – я не встретил еще ни одного стопроцентного мага здесь, кто носил бы свою метку напоказ. Даже королева, которой, казало бы, на роду написано гордиться своей уникальностью, ее скрывает.

Не привык я еще к здешней традиции клеймить людей, как скот.

У Виньи Фабиолы не оказалось. В собственных покоях – тоже. Где еще ее можно было искать, я при всем желании не смог бы узнать. В этом дебильном, повернутом с ног на голову, игрушечном мире мы с Фабиолой умудряемся трахаться, но при этом почти ничего не знать друг о друге. Ни любимых или просто дорогих сердцу мест, как сейчас, ни любимых блюд, ни предпочитаемого способа проводить свободное время – мы ничего не знали друг о друге.

Ну или как минимум я – о ней.

Не придумав, где еще можно искать принцессу, я пожал плечами и отправился к себе в мастерскую. Говоря честно, я особо и не думал – если ей нужно время, чтобы привести себя и свою голову в порядок, пусть приводит. А там уже и расскажет все сама.

Дверь моей мастерской давно уже закрывалась не только на засов, но еще и на солидный врезной замок, от которого было всего два ключа – один у меня, и один у Фабиолы.

И сейчас дверь была открыта.

Стало быть, сюрпризы на сегодня не закончились.

Зная, что от перевозбужденной принцессы можно ожидать чего угодно, дверь я открывал очень медленно и аккуратно, следя за тем, чтобы из дверного проема на меня не вылетел яростный смерч, крушащий все вокруг себя на манер тасманского дьявола.

Не вылетел.

Выждав несколько секунд, я наконец рискнул заглянуть внутрь, оглядеться и прислушаться.

Кажется, я услышал тихие всхлипы.

На полу валялась одежда принцессы. Не только на полу, на самом деле, вообще вокруг. Штаны висели на спинке стула, рубашка – почти на пороге спальни, трусы-шорты с милым бантиком – вообще свисали с фонаря на стене, к счастью, сейчас не горящего. Создавалось ощущение, что Фабиола срывала с себя одежду, будто та горела прямо на ней, и в ярости разбрасывала куда только рука швырнет.

Я еще раз осмотрел все помещение, потом закрыл за собой дверь на засов, разулся и пошел в спальню.

Фабиола лежала на кровати, свернувшись комочком, лицом к стене. Она была полностью обнажена, лицо прятала в ладонях и, кажется, плакала. Очень тихо и безысходно, даже спина не дергалась, как при интенсивных рыданиях, не ходили ходуном лопатки. Кажется, это те слезы, что льются из глаз против воли.

Интересный факт – их всех возможных мест замка принцесса в смятении прибежала именно в мою мастерскую. Это для того, чтобы выместить на мне свою эмоциональную бурю? Или же потому что именно это место она считает наиболее безопасным?

– Ненавижу! – громко прошептала Фабиола, не оборачиваясь. – Ненавижу эту жизнь! Ненавижу эту одежду! Этот медальон! Ненавижу быть принцессой! Ненавижу себя!

Я сел на край кровати, положил ладонь на изгиб бедра принцессы. Ничего больше в голову не пришло, как-то не мастак я расхлебывать женские истерики. Особенно, если не знаю, что их вызвало.

– Тебе хорошо! – продолжала яростно шептать принцесса. – Ты знаешь, кто ты, ты знаешь, чем занимаешься, ты герой, ты на своем месте! А я – кто?! Посмешище, манекен, иллюзия принцессы! Да я такая же игрушечная, как и ты! Доволен?!

– Наверное, да. – я пожал плечами. – Но это не точно. Я пока что вообще не понимаю, что ты несешь и к чему это относится. Поэтому не могу тебе ответить с полной уверенностью.

– Рассказывай. – сквозь слезы усмехнулась Фабиола. – Наверняка уже давно думал о том, что я маг невероятной силы, да? Конечно, думал, как тут думать иначе? Мать – маг не из последних, отец так и вовсе – один из величайших, а их дочь должна быть титаном магии! Да? Так ты думал?! Так?!

– Думал. – не стал спорить я. – Но не задумывался. Я не заострял внимания на том, что ты не можешь использовать магию. Я тебе больше скажу – я до сих пор забываю, что я сам могу ее использовать, даром что делаю это каждый раз, когда стреляю.

Фабиола перестала всхлипывать, и, кажется, немного расслабилась:

– Ты это сейчас серьезно?

– Абсолютно. – я пожал плечами. – Пусть мы договорились, что я не буду этого делать, но все же – в моем мире принцессы вообще не владеют магией, впрочем, как и все остальные люди. Для меня скорее принцесса без магии будет привычной, нежели принцесса, полнящаяся ею. Да что там – пока что серьезную магию я видел только в исполнении тех лиц, чтобы пытались с ее помощью меня убить, так что на данный момент, скажем прямо, теплых чувств к ней я не питаю.

– То есть тебе все равно, что я лишена магии? – никак не успокаивалась Фабиола.

– Если ты объяснишь, почему это должно быть иначе, может, будет не все равно. Хотя нет, это твоей матери может быть не все равно, или Винье, или кому-то еще, кто сам владеет магией. А я тебя другой и не знал, уж извини.

– Меня никто другой не знал. – прошептала Фабиола и перевернулась на спину. Поправила сползший медальон, положив его на законное место – между небольших, но очень правильных, с небольшими сосками, грудей. – Это ведь из-за него все.

Я покачал головой:

– Все еще не понимаю.

– Это традиция. Первенец королевской семьи в день своего трехлетия начинает носить артефакт на своей шее и выступает как его хранитель. Независимо от пола. Принц или принцесса с пяти лет проходят специальное обучение, которое постепенно превращает его или ее в боевую машину, единственная задача которой – оберегать артефакт от врагов королевства.

– Так вот почему ты так лихо умеешь драться. – догадался я.

– Я не только умею драться. Я владею несколькими видами колюще-режущего оружия, почти всеми видами древкового, так же владею несколькими видами совсем экзотического оружия, в том числе такого, какое можно быстро сделать из подручных средств. Так же я хорошо стреляю из лука и ненамного хуже – из арбалета.

– И твоя кожаная одежда это… – навел я Фабиолу в правильное русло.

– Это моя тренировочная и боевая экипировка. – принцесса кивнула. – Женская версия. Защищающая те органы, ранение в которые приведет к смерти так быстро, что носитель не успеет оказать себе магическую помощь – сердце, легкие, бедренные артерии. Все остальное экипировка оставляет открытым для сохранения подвижности в бою.

– Но ведь ты лишена магии. – напомнил я.

Фабиола закусила губу так, что чуть не прокусили ее до крови. Спустя секунду она справилась с собой:

– Это не значит, что на меня не распространяются традиции. Я все равно ношу эту одежду и прохожу эту подготовку. Параллельно я занимаюсь с Виньей, как делала бы это, если бы моя магия была со мной, только вместо обучения владению ею я пытаюсь хотя бы почувствовать ее в себе. Мы много лет лелеем надежду, что где-то внутри меня еще осталась капля магии, и нам удастся до нее докопаться.

– Погоди, что ты сказала? «Осталась»? То есть когда-то магия в тебе была?

– О, еще какая! – горько усмехнулась принцесса. – Мне пророчили безграничные потенциалы! Дочь самого короля Айрона, да с примесью чужой магической крови – кто-то считал, что я всерьез смогу переплюнуть своего отца! Уже в год меня определяли как пятнадцатый уровень, что на три уровня выше, чем средние показатели в этом возрасте по королевству. К трем, когда пришла пора ставить мне метку, меня считали уже восьмидесятым, против шестьдесят седьмого среднестатистического.

– Тогда что произошло потом? Как может магия исчезнуть?

– Никак. Но ее можно похитить. Украсть. Вытянуть! Лишить!!!Глаз Фабиолы снова наполнился слезами, она яростно смахнула их рукой и схватилась за медальон:

– В тот день, когда огненной смертью погиб мой отец – я тоже была там, помнишь? Защищая меня, он взорвал себя и врагов, помнишь? Но к тому моменту его собственные магические силы уже были на исходе… Помнишь?

Я на всякий случай кивнул.

Фабиола тяжело сглотнула:

– Для того, чтобы уничтожить врагов и защитить меня, ему нужно было откуда-то взять еще силы. И он взял их из единственного источника, который был под рукой. Из меня.

Фабиола дрожащей рукой коснулась волос, привычно прикрывающих ее левую половину лица. Голос ее дрожал тоже:

– Мне сказали, что я лежала левой стороной к нему. Поэтому, когда отец забирал мою магию – быстро, без оглядки на откаты, лишь бы только успеть уничтожить нападающих раньше, чем они доберутся до меня, – покидала она меня тоже через левую половину головы.

Фабиола зажмурилась. Ее рука дрожала, так крупно и часто, что дай ей полную кружку – через несколько секунд будет пуста.

– Не могу! – крикнула принцесса и снова свернулась в клубок, прикрыв лицо. – Нет, не могу! Не могу!..

Она даже не плакала, только тяжело дышала, будто никак не могла нагнать в кровь кислорода.

Я аккуратно потянул Фабиолу за плечо, снова разворачивая ее на спину. Отвел от лица руки, аккуратно коснулся волос. Принцесса зажмурилась и напряглась, сжала руки в кулаки, но не дергалась.

Я медленно, без резких движений, отвел неожиданно плотные и твердые волосы в сторону.

Всю левую половину лица девушки покрывал огромный старый ожог. Давно зарубцевавшийся и заживший неровными кусками, сплошная мешанина кожи и соединительной ткани. Он был идеально круглым, будто на левый глаз принцессы, лишенный ресниц и едва видимый из-под распухших век, поставили циркуль и обвели, а потом все, что оказалось внутри, сожгли напалмом. Трехлетний ребенок просто не смог бы перенести боль от подобного ожога, скончался от болевого шока на месте – я знаю, о чем говорю, у меня самого на руке шрам от керосинового ожога.

Вот только этот ожог, скорее всего, и не ожог вовсе, и природу имеет совершенно иную, отличную от температурной. Просто со временем его последствия стали выглядеть похоже.

Я осторожно коснулся шрама пальцами:

– Больно?

– Конечно, нет, глупый. – вымученно улыбнулась Фабиола. – Столько лет прошло… Сейчас я даже не вспоминаю о нем, если только в зеркало не посмотрюсь.

– А волосы?..

– Это Винья помогла. Она готовит для меня какой-то бальзам, который я ежедневно втираю в челку, чтобы она была как каменная и всегда прикрывала… Все, не могу больше!

Принцесса не выдержала, отвернула голову, схватилась за челку, снова начесывая ее на глаз.

– Она еще что-то про цвет говорила, но я не запомнила. – нарочито небрежно, будто уводя разговор в сторону, упомянула Фабиола.

– А что цвет? – не понял я.

– Ты точно глупый. – улыбнулась Фабиола. – Хотя, может, и нет. Ты же не видел моего отца, только статую. Мог еще где-нибудь на портрет наткнуться, но не знал, что это он. У моего отца, и у матери – черные, как деготь, волосы. А у меня из-за той вынужденной магической перекачки – побелели, стали как платина. Но почему-то не все.

Теперь все встало на свои места. Фабиола не красит брови и не обесцвечивает волосы, они такие от природы. Вернее, от ее отца. Вернее… Черт, да я сам так запутаюсь. Главное, что это такой каприз ее организма – ее волосы белые как платина, а брови и остальные места проявления волосяного покрова родные – черные.

Крашеные блондинки моего мира половину зубов бы отдали за такую процедуру, не то что какой-то там ожог, который можно штукатуркой замазать.

– С тех же пор я не могу иметь детей. – Фабиола будто бы поставила грустную точку в своем диагнозе. – Врачи сказали, что моя репродуктивная система совершенно мертва. У меня даже месячных нет.

Вот почему принцесса так уверенно говорила о том, что о детях с ней я могу не беспокоиться.

– В мире есть огромное количество женщин, которые с удовольствием поменялись бы с тобой местами. – улыбнулся я.

– В твоем мире – возможно. – вздохнула Фабиола. – Насколько я могу судить, он вообще какой-то… больной. А в этом мире таких ты не найдешь. Что для них принцесса? Любимая народом фигура, защитник артефакта, следующая ступень в развитии королевской магии – а ведь в королевстве у власти всегда стояли люди, обладающие недюжинным даром. И главное – принцесса это будущая мать, продолжательница королевской династии, живой символ нерушимости власти королевства. А что я?

Фабиола грустно усмехнулась и зарылась лицом в подушку.

– Ненавидишь отца?

Фабиола подняла голову:

– Нет, ни в коем случае. Наоборот, знающие люди говорят, что это было единственное, чем он мог мне помочь в той ситуации. Он не мог предвидеть последствий, да у него и времени на раздумья не было. Он просто сделал то, что велело ему сердце, не считаясь с ценой, которую ему пришлось заплатить. Я просто… Я просто совсем его не знала. И… Я… Я не знаю, какой он хотел бы меня видеть… Я не знаю о нем ничего, ничего!..

Принцесса не выдержала. Если до этого, она крепилась и только зло, обиженно плакала, то сейчас ее прорвало. Она упала лицом в подушку и зарыдала – громко, не стесняясь, и, наверное, даже не задумываясь о том, что рядом кто-то есть. С

Бедная маленькая принцесса. Смертоносный волчок, яростная фурия, переломанная крошечная девочка, боящаяся, что ей причинят боль и потому – причиняющая ее в превентивном порядке. Не знавшая собственного отца, но заочно поклоняющаяся ему и ищущая себе идола, который был бы похож на него. Сильного, гордого, независимого, способного справиться с угрозой любого масштаба. Того, кто найдет выход из любой ситуации, а где не найдет – там придумает. Того, кто заполнит собой ее необходимость в фигуре, которой нужно восхищаться и на кого нужно равняться.

Не удивительно, что она моментально запала на меня – поначалу я был просто самым необычным мужчиной в ее окружении, который и с ней самой разговаривал на равных, и королеву перебивал, и вообще вел себя так, словно это ему все должны, а не наоборот. А когда выяснила, что я, ко всему прочему, из другого мира – совершенно точно записала меня в полубоги, и окончательно потеряла голову.

Вот только ничего из этого говорить я ей не буду, конечно же. Даже если я прав в своих суждениях, если облечь их в слова, Фабиола, скорее всего, на эмоциях решит, что я сравниваю себя с ее отцом, и это вызовет в ней совершенно логичную вспышку отрицания, родившуюся, правда, из совершенно нелогичного вывода.

Пускай все останется как есть. Конкретно сейчас принцессе не нужен идол, и даже не нужен отец. По большому счету, ей не нужен даже я, ни как мужчина, ни как психолог, ни как утешитель.

Сейчас ей нужно просто выплакать из себя годами копившуюся усталость и печаль.

Глава 3

По-моему, это была первая ночь, когда Фабиола оставалась у меня, но мы просто спали. Мало того – это была первая ночь, когда, проснувшись, я обнаружил принцессу все еще лежащей рядом.

– Здравствуйте. – удивился я. – А ты чего не на тренировке?

– Сегодня ее нет. – с улыбкой ответила принцесса. – Сегодня у нас в планах кое-что другое.

– «У нас»? – уточнил я. – А ты в курсе, что «мы» это обычно несколько человек, как минимум один из которых может быть не согласен с «другими планами»?

– Не в этом случае. Ты согласишься. – безапелляционно заявила принцесса.

Сон пошел ей на пользу. Она явно вернулась в свое нагловато-самоуверенное состояние, что не могло не радовать.

– Ну и чем же таким мы будем заниматься после завтрака? – поинтересовался я, одновременно ясно давая понять, что не намерен предпринимать ничего вообще, пока не поем.

Принцесса приподнялась в кровати и перетекла на меня, оказавшись сверху:

– Пойдем знакомиться с «твоими ребятами». Теми, что помогали тебе вчера вечером.

– Серьезно? – я вскинул брови. – Я вообще-то с ними уже знаком.

Фабиола усмехнулась.

– Да ну? И как их зовут?

Я честно напряг память, но имен так и не вспомнил, кроме одного – Жан. Почему-то оно мне запало в память.

– Ладно, твоя взяла. – признал я. – Но где ты их сейчас найдешь? Ходить по всему замку, выдергивать их с работ?

– За это не переживай, я еще вчера позаботилась о том, чтобы сегодня они были не заняты. – выдохнула Фабиола, ложась на меня грудью.

– Когда успела?

– Примерно в то же время, что уговаривала их принять участие в твоей авантюре. – Фабиола облизнула губы. – Хватит уже разговоров, у нас и так мало времени осталось.

– Ну так идем же. – отшутился я. – Выпусти меня.

– Вот еще.

И Фабиола впилась в мои губы.

Как принесли завтрак, мы, скорее всего, просто не услышали – по крайней мере, к моменту, когда мы уже оделись и были готовы выходить, было уже около одиннадцати часов. И, хотя Фабиола утверждала, что все идет по плану и мы везде успеваем, меня не покидало ощущение, что это не так и что на самом деле куча времени была потрачена зря.

Приятно, конечно, потрачена… Но зря.

Пришлось завернуть на кухню, чтобы перехватить хоть что-то вместо пропущенного завтрака. Шефа не было, но, стоило нам появиться на пороге, как один из поварят мгновенно куда-то испарился, и вернулся через минуту уже с нервничающим Милье за спиной. Шеф терзал в пальцах свой колпак и разве что не исходил потом – настолько напряженным было его лицо. Не иначе, решил, что мы все-таки пришли его колесовать за то, что он стал причиной атаки на замок.

Но, увидев, что принцесса находится в благом расположении духа, а спустя секунду – услышав настоящую причину нашего визита, шеф-повар расслабился и даже заулыбался. С его лица пропало напряжение, плечи распрямились, будто он сбросил невидимый нам груз.

В общем-то, так оно и было.

Милье быстро сообразил для нас легкий завтрак из крынки холодного молока, свежего хлеба, сыра и копченого мяса. Порывался состряпать что-то посерьезнее, но я уверил его, что нам и этого хватит, чтобы дожить до обеда, на что Милье понимающе покивал и заговорщицким шепотом сообщил, что обед это хорошо, а вот ужин – еще лучше, и пропускать его не стоит ни в коем случае, потому что на ужин будет утка. В яблоках.

Мы, решившие перекусить прямо на кухне, к тому моменту уже доедали, но тут я напрягся и вспомнил, что так и не спросил у Милье очень важную вещь – не появлялся ли снова тот поставщик овощей?

– Я бы удивился, если бы он еще хотя раз появился у нас. – вздохнул шеф в ответ. – Его не было, и вообще снабжение овощами прекратилось. Все время с момента покушения на принцессу мы закупаем овощи самостоятельно на рынке в городе.

– А вы пытались выйти на контакт с владельцем лавки, что поставляла вам овощи? – не отставал я.

– Пытались. Но там что-то непонятно творится. – Милье развел руками. – Владелец лавки скоропостижно скончался, а его наследники внезапно все исчезли из города. Причем произошло это, оказывается, уже неделю назад.

Понятно. Видимо, аркейнцы выкупили лавку или угрозами заставили переписать на себя, или еще как-то, в общем, оставили юридическое лицо, назовем его так, то же самое, чтобы не вызывать подозрений переделками всех сопутствующих бумажек типа договоров… Если у них вообще тут есть подобные вещи.

Я задумчиво кивнул, допил молоко, поблагодарил Милье и пошел вслед за принцессой, что опередила меня в аналогичных действий буквально на секунду.

– Дался тебе этот поставщик. – проворчала Фабиола, едва мы отошли на десяток шагов. – Понятно же, что он больше не явится.

– Понятно-непонятно. – невпопад ответил я. – На данный момент это единственная наша зацепка, единственное, что переводит атаку на замок из разряда герметичной диверсии в разряд угрозы от внешнего мира или как минимум – от его части. Совершенно очевидно, что аркейнцы каким-то образом завладели лавкой, что снабжала замок овощами, и превратили ее в… назовем ее так, «точку угрозы»

– Почему именно так?

– Это термин из крав мага…

– Что такое крав мага? – тут же перебила принцесса.

– Это…

Я задумался. Считай, чтобы объяснить ей это, придется объяснить и все остальное, что с ней связано. А это немалое количество информации, причем такой информации, часть которой буквально-таки просто приходит по мере существования в мире. В моем мире.

Я решил зайти издалека:

– Представь, что есть такая небольшая страна… Которая всю свою историю воюет с другой, тоже не самой большой, страной. Там все поголовно проходят военную службу независимо от пола, и каждый гражданский, по сути, в критическое время не просто возьмет в руки оружие, но и будет довольно уверенно с ним обращаться. Так вот, крав мага это изобретение такой страны – искусственная оборонительная система.

– Оборонительная? – нахмурилась Фабиола. – Лучшая оборона – это нападение, слыхал?

– Да, такая фраза есть даже в нашем мире. – усмехнулся я. – Но крав мага это не касается. Изначально крав мага разрабатывалась для нужд армии, то есть, для людей, которые априори имеют оружие.

– Тогда смысл в какой-то там еще системе? – Фабиола пожала плечами.

– Оружие может заклинить в бою, тебя могут поймать на перезарядке, в конце концов боец может сам недоглядеть и на него накинутся из-за угла, делая из оружия бесполезную палку… Представь, что ты выстрелила из арбалета, но не попала, а противник в момент твоей перезарядки ломанулся прямо на тебя с ножом. Что будешь делать?

– Пну его ногой. – фыркнула принцесса. – Или ткну арбалетом, если он прочный.

– Это, в принципе, и есть армейская крав мага. – кивнул я. – Пнуть, устранить неисправность оружия или что там тебе помешало выстрелить, и дострелить.

– Так просто? Целая система это пнуть и дострелить? – хихикнула принцесса.

– Бежишь вперед паровоза. – вздохнул я.

– Чего? – принцесса округлила глаз. – Как это – вперед паровоза? Паровоз быстрее!

– Это как раз и значит, что ты пытаешься опережать события и делаешь выводы, опираясь на вырванные из контекста фразы. – терпеливо объяснил я. – Я же еще не закончил.

– Хорошо, я слушаю.

Мы свернули в коридор, ведущий, судя по линиям, в сторону королевских покоев.

– Армейская крав мага это была сама первая ступень развития системы, – продолжил объяснять я. – По сути – просто набор приемов, позволяющих в различных сложных ситуациях обезопасить себя от сиюминутного нападения, обезопасить свое оружие и воспользоваться им по назначению. Несколько элементарных техник, которые основывались на рефлекторных движениях человека в той или иной ситуации, а потому легко заучивались до автоматизма путем многократных повторений.

– Просто набор приемов?

– Просто набор приемов. – я кивнул. – Без философии и скрытых подтекстов, без… Хотя вру, философия в крав мага все же есть, но такая же искусственная и кастрированная, как и сама система. Философия крав мага это никогда не сдаваться. Даже если из распоротого брюха вываливаются кишки, даже если из порванной аорты хлещет кровь – это не повод садиться на задницу и умирать, жалея самого себя. Это время можно и нужно потратить на выведение из строя или полное уничтожение противника, и только потом, обезопасив себя от дальнейших посягательств – заниматься самим собой. Это и есть «точка угрозы», с которой мы начали. «Точка угрозы» это ключевое понятие крав мага, от которого строится вся система. В крав мага практически не учат правильно наносить удары, боксировать или челночить, не учат броскам и практически не учат работе в партере, только выходам из него, потому что на улице упасть и начать бороться с противником – почти всегда верная смерть.

– Точно. Либо дружка внезапно обнаружатся у противника, либо нож. – поддакнула Фабиола.

– А ты шаришь. Так вот, крав мага это по сути сотня-другая обособленных приемов, каждый из которых работает только для конкретной ситуации. Именно поэтому крав мага это сугубо оборонительная система, ее нельзя применять для нападений, там просто нет подобных техник. Любой другое боевое искусство – да, пожалуйста, там есть и удары и броски и все, что нужно. Но если ты не владеешь ничем, кроме крав мага, нападать ты не сможешь, во всяком случае, не сможешь эффективно, ведь, чтобы применить крав мага, тебе нужно сначала заставить соперника изобразить одну из ситуаций, выходить из которых учит крав мага.

– Я поняла. А что по «точку угрозы»?

– Точка угрозы это и есть, грубо говоря, ядро ситуации, вокруг которой строится все дальнейшее противодействие. Точка угрозы не имеет определения, но можно описать ее так – это то, что является наиболее угрожающим для тебя прямо сейчас. И даже так это не будет полноценным определением, поскольку точкой угрозы может быть и момент времени – тот самый, когда ты понимаешь, что дальше поможет только силовой метод. Но если говорить на конкретных примерах то например, когда грабитель держит у твоего горла нож, точка угроза это…

– Нож. – перебила Фабиола. – Я поняла.

– Именно. Крав мага разделяет конфликтную ситуацию на три этапа. Первый – устранить точку угрозы. Второй – нейтрализовать нападающего. Третий – предотвратить дальнейшую агрессию в свою сторону. Если нападающий один, то второй и третий этап почти всегда сливаются воедино, но это, сама понимаешь, в случае всякой городской шпаны – редкий случай.

– Это точно. – вздохнула принцесса. – Вспомнить хотя бы тех разбойников в городе… Но подожди, тебя тогда душили рукой, но ты не пытался разорвать захват!

– Все верно, не пытался. Но это не значит, что я не устранял точку угрозы. Все дело в том, что есть такой удушающий захват, который разорвать – невозможно, он так устроен что ты задушишь сам себя руками противника. Защита от него это пытаться добраться до глаз противника.

– Глаз! – ахнула Фабиола. – Это как вообще?

Я молча сделал вилку из пальцев и ткнул ею перед собой. Фабиола сморщилась.

– Ой, да ладно! – скривился я. – Видал я как ты колени в обратную сторону выгибаешь противникам! Тоже не самый честный удар! А в крав мага чем неожиданнее и болезненнее для противника твои действия – тем лучше, тем больше шансов, что он не проявит в твою сторону агрессию вторично. Глаза, горло, пах – вот лучшие цели для кравера. Если человек на тебя нападает, значит, он уверен в своем превосходстве, в чем бы оно не выражалось. Это могут быть друзья на подхвате, нож, просто более крупные габариты, да даже элементарное опьянение, которое притупляет чувствительность! Так или иначе, без преимущества, явного или мнимого, человек нападать не будет – это противоречит инстинкту самосохранения.

– Есть мнение, что у человека нет инстинктов. – авторитетно изрекла Фабиола.

– Есть инстинкты. – вздохнул я. – Просто у человека так же есть высшая нервная деятельность, которая в обычной жизни довлеет над ними. Но в драке ВНД частенько отключается, особенно если драка идет не в твою пользу, и начинают работать простейшие инстинкты типа «бей-беги». Но суть не в этом, а в преимуществе. Без преимущества человек не нападет.

– Ты с животными путаешь.

– А человек и есть животное. Приматы, семейство какое-то там, вид хомо сапиенс сапиенс. – я поморщился. – Не помню точно, в биологии не силен, но человек это такое же животное, только чуть более умное. Так вот если на меня нападает человек, значит, у него заведомо есть передо мной преимущество, при этом я не знаю, какое. Но у меня тоже есть преимущество, о котором он не знает – я знаю крав мага и бью туда, куда он не ожидает получить удар. Поэтому мы находимся как минимум в равных условиях.

– А если у него нож или дубинка? В смысле, ты про них не знаешь, а он уже замахнулся – как тогда устранять «точку угрозы»?

– Крав мага учит решать конфликтные ситуации в три этапа, но я не говорил, что она на этом останавливается. Это армейская крав мага простая, как табуретка, но потом она эволюционировала и получила гражданскую версию, которая сложнее и вариативнее, потому как подразумевает оборону либо голыми руками, либо подручными предметами и только в малой степени – определенным оружием. Соответственно, гражданский кравер, помимо самих техник, еще занимается физическими упражнениями для поддержания себя в хорошей или хотя бы не самой плохой форме…

– Ну это я заметила. – фыркнула Фабиола.

– …а также занимается тактикой, имитируя на занятиях различные ситуации и пытаясь найти из них выход. Если все обобщить, то крав мага в первую очередь учит, как не попасть в плохую ситуацию, во вторую очередь – как пресечь ее на корню, и только в третью – как решить ее, если не сработало все остальное.

– И что, доводилось применять свою мага в драках?

– Ты же сама видела.

– Я имею в виду, там, в твоем мире.

– Приходилось пару раз. – вздохнул я. – Мой мир тоже отнюдь не спокоен, если ты таким его себе представляешь. Во многом он намного злее и опаснее твоего. По крайней мере такое оружие, каким пока что владеет только королевская семья, во многих городах моего города вооружена настоящая уличная шпана вроде тех, что пытались ограбить нас с тобой.

– Так ты у нас черствый пряник, оказывается. – усмехнулась принцесса. – Покажешь мне пару приемов из своей мага?

– Интересно, как и когда? Ты то на тренировках, то еще где-то… Мы и так почти не видимся, а когда видимся – либо чем-то заняты, либо… хм…

Я понял, что слово «трахаемся» произнесу сейчас по-русски и она не поймет.

Но она поняла и без слов. Поняла и весело тряхнула волосами:

– А давай прямо на тренировке! Завтра в семь часов утра!

– Облепишься. – хохотнул я. – Я не намерен вставать так рано даже ради принцессы. Либо переноси на пару часов, либо ищи другое время вне тренировок.

– Хорошо. – Фабиола прищурилась. – В десять.

– И еще – будешь без своих накладок на руки и ноги. Я слишком хорошо помню наше знакомство и так тебе скажу – мои кости мне еще дороги.

– Договорились. – как-то подозрительно легко согласилась принцесса. – Они все равно мне не понадобятся, если я захочу тебе кости переломать.

С этим пришлось бы согласиться, если бы внезапно принцесса не остановилась возле уже знакомых мне дверей. Еще вчера я находился по другую их сторону, стоя на столе прямо в высоких ботинках и направив пистолет, заряженный холостыми патронами, в толпу ряженых клоунов.

– Вот мы и пришли. – объявила Фабиола и толкнула двери, просунув голову в щель – Добрый день, уважаемые, и спасибо, что пришли!

– Добрый день, принцесса! – раздался нестройный хор голосов изнутри.

Фабиола взяла меня за руку, ободряюще улыбнулась и потащила внутрь.

Глава 4

Их было девятеро. Девять мало знакомых мне мужчин и женщин, которые в будущем должны стать моей личной командой, моим личным отрядом. Штурмовой группой.

И сейчас мне предстояло познакомиться с ними нормально, а не как тогда, перед званым вечером – наспех, и никого ни черта не запомнив.

Мартель. Простая невысокая русая девушка с двумя тонкими косами, в форме служанки. Веснушки на курносом носу, удивленное выражение лица, не знает куда деть руки. Невысокая, стройная, платье служанки висит на ней как на манекене. Нервничает Мартель, места себе не находит. У нее на лице все написано, и ее историю можно раскрыть как карты Таро, даже не особо напрягаясь. Обнаружив в себе зачатки магического дара, она радостно побежала в замок в надежде на обучение магии, а, когда выяснила, что ее магические силы стремятся к нулю – расстроилась и была согласна даже на пост служанки, лишь бы остаться в замке, лишь бы быть ближе к королевской семье, лишь бы придать своему положению хоть какой-то надуманный статус. И до того она сейчас боится в чем-то накосячить, до того боится потерять свое положение, что сейчас, когда ей светит место в куда более крутой и значимой команде, не может никак успокоиться и прийти в себя. Если она будет так волноваться и во время операций, плохой из нее выйдет боец – случайно в спину своих же подстрелит. А вот снайпера из нее можно было бы попробовать сделать. Такого, чтобы лежала где-то вдалеке от района операции и исключительно прикрывала своих товарищей от опасностей, которые они даже не видят. Вот тогда она, сдается мне, была бы на своем месте. Жаль, нет у нас сейчас снайперских винтовок.

Жан. Высокий статный красавчик-блондин с пронзительно-голубыми глазами. Единственный, кого я запомнил еще с первого раза и все благодаря его габаритам – он действительно был огромен. Почти два метра ростом, и косая, как принято говорить, сажень в плечах, плюс немалые мышцы, накачанные во время работы с лошадьми на конюшне – Жан явно пользовался популярностью у женщин. Такой здоровяк легко потащил бы на себе штурмовой бронекомплект пятого класса, да еще и пулемет с целым рюкзаком боеприпасов. Жаль, что ни того ни другого у меня тут нет, а то получился бы практически идеальный штурмовик.

Гриндус. Тоже высокий, но крайне худощавый тип с унылым лицом и длинными, собранными в хвост волосами. Он работал посыльным, и часто выбирался в основную часть города, что могло сыграть нам на руку в случае, если придется действовать в городских кварталах. Кроме того, находясь постоянно на ногах, Гриндус за все эти годы должен был неплохо их натренировать, и, возможно, из него получится отличный фланкер, который может быстро и незаметно менять позиции, заходя к противникам сбоку, в то время как остальная команда отвлекает внимание на себя. Остается под вопросом, как он с его худощавым телосложением будет выдерживать отдачу от выстрелов, но этому как раз научиться можно.

Амалия. Женщина в возрасте, примерно под сорок, выдернутая принцессой прямо с замковой кухни, где она исполняла обязанности кондитера. Мягкое и доброе лицо, морщинки вокруг глаз от частых улыбок… Что вообще заставило ее ввязаться в нашу компанию? Неужели ей, в ее возрасте, интересно бегать и прыгать с ружьем наперевес, отстреливая террористов и других гадов? Неужели ей было плохо на ее месте работы? Или она просто позарилась на более высокое жалованье? Но для чего оно ей? Человек-загадка, по-другому и не сказать. Какой бы ни была ее мотивация влиться в наш отряд, меня почему-то гложут сильные сомнения насчет того, что она когда-то сможет стать его полноценной частью. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Слишком неподходящей для такой работы она выглядит.

Виктория. Нет, я ошибся – Виктория выглядит для этой работы еще более неподходящей. Красивая высокая кареглазая брюнетка, которая до сего момента работала замковой швеей, и даже сейчас явилась на собрание в идеально приталенном соблазнительном красном платье. Лет двадцать пять на вид, пухлые губы, пикантная родинка под глазом – она должна была быть так же притягательна для мужчин, как и Жан – для женщин. И, судя по тому, какие недовольные взгляды она на него украдкой кидала – между этими двумя явно есть какое-то прошлое. Надеюсь, они не потянут его в отряд, это было бы очень… неприятно.

Роберт. Единственный, кого я знал еще до того, как провернул свою авантюру со званым вечером. Роберт был одним из кузнецов под началом Феса, и, в числе прочих, работал над громострельным оружием, а, значит, больше прочих понимал все его плюсы и минусы, сильные и слабые стороны. От коренастого кузнеца, заросшего местами подпаленной бородой по самые уши, в последнюю очередь стоило бы ожидать каких-то проблем по технической части – уж кто-кто, а он точно все будет делать строго по инструкциям. Останется лишь научить его азам взаимодействия с отрядом – и должен получиться вполне неплохой боец.

Мария. Несмотря на то, что возрастом Мария была как Амалия, ее мотивация пойти в отряд была ясна и прозрачна – Мария была лазаретным медиком и на предложение Фабиолы ответила согласием, не раздумывая. Она всю жизнь занималась тем, что спасала жизни других, и видела в этом практически смысл своего существования. И когд ей предложили перевестись туда, где ее навыки будут востребованы как нельзя более сильно, где они принесут максимальную пользу с минимальным временным зазором – она, конечно же, согласилась. Она просто не могла не согласиться, по глазам видно, и Фабиола явно это знала. Выдать Марии простой пистолет вместо тяжелого ружья, а разницу в весе компенсировать серьезной мед-укладкой, укомплектованной по максимуму, какой только можно достать в здешних условиях – и получится полноценный полевой медик. А отряд без полевого медика – мертвый отряд. Честно говоря, даже не знаю, что бы я делал, если бы Фабиола не нашла Марию… Разве что пришлось бы брать в отряд медика без магических способностей… И охранять его всем отрядом, да.

Бен. Невысокий, ничем не выразительный паренек лет двадцати, работающий водоносом. Мышечный каркас какой-никакой есть, но глаза пустые и глупые, как у теленка. В детстве его нечаянно стукнули ведром с водой и с тех пор он стал далеко не самым умным человеком, но пытался компенсировать это старательностью и исполнительностью. Из тех, про кого говорят "заставь дурака молиться – он лоб расшибет". Таких кадров лучше держать немного на отлете от основного отряда, поручая им миссии вроде разведки или наоборот – отвлечения внимания. Исполнительность робота это, конечно, хорошо, но робот как боевая единица – идея не лучшая, потому что в робота невозможно загрузить все возможные ситуации, и как следствие – невозможно научить на них реагировать. Но ничего, мы и Бену найдем применение.

И наконец Крис. Крис сразу мне и понравился и не понравился. Поджарый, темноволосый, со злыми и цепкими глазами, весь в черном. Крис работал замковым трубочистом и даже сейчас у него через плечо была переброшена аккуратно свернутая бухта веревки. По сути Крис был практически готовым штурмовым альпинистом, которого надо лишь чуть-чуть переучить, показав ему современные спусковые устройства, хотя бы ту же восьмерку, научить стрелять – и готова штурмовая единица. Пожалуй, я даже знаю, куда конкретно пристроить Бена – в пару к Крису, пусть он научит и водоноса пользоваться веревками и спусковиками. Злой и цепкий взгляд трубочиста, которым он оглядел меня с головы до ног, будто просканировал, ясно давал понять – нерешительность Бена он с лихвой компенсируют своей инициативностью.

Я закончил обход и встал перед строем будущих бойцов, заложив руки за спину. Качнулся с пятки на носок.

– Ну что ж, вот мы и познакомились. – начал я. – Скажу сразу и без лжи – легко не будет. Вам придется полностью позабыть все, чем вы занимались ранее, и стать совершенно новыми людьми. Людьми, равным которым в королевстве просто нет. Вам уже повезло родиться в пределах статистической выборки людей, владеющих магией, но впереди намного более сложный путь – пусть становления единственными на многие десятки тысяч людей. Элитой вооруженных сил королевства. Скрытым клинком короны, который будет разить ее врагов в те моменты, когда они этого ждут меньше всего. Вы не будете армией, вы не будете гвардией, вы будете моим личным штурмовым отрядом, который подчиняется лишь напрямую короне, то есть, королевской семье. Как вы понимаете, стать такими людьми – непросто. Поэтому вам ждут тяжелые тренировки. Физически, стрелковые, у некоторых еще и сверх этого будет чем заняться. Я научу вам в первую очередь быть командой, и уже во-вторую – быть стрелками. Если вы не готовы к изнурительным тренировкам, долгим лекциям и многократным отработкам усвоенного материала – сейчас последний ваш шанс уйти. После этого единственный ваш путь из отряда будет лежать через гроб. Так что подумайте как следует, прежде чем давать ответ.

– А что по оплате? – подал голос Крис.

Хм… А правда, что? Я ведь даже не в курсе, сколько принцесса им обещала платить. Я повернул голову и взглянул на Фабиолу, предоставляя право ответа ей.

– Три твоих нынешних оклада. – звонко ответила принцесса. – Устроит?

– Более чем. – ухмыльнулся Крис. – Я с вами.

Циник и прагматик. Возможно, еще и дурак – подписывается, сам не зная, на что именно. Впрочем, кто я такой, чтобы судить? Может, его нынешняя работа настолько ему обрыдла, что он готов ее променять хоть на должность свинопаса?

Отказавшихся не было. Даже Амалия, от которой я подспудно ожидал отрицательного ответа, согласилась со всеми условиями. Договорившись встретиться здесь же завтра в девять утра, я проводил уходящих бойцов взглядом и повернулся к Фабиоле.

– Что скажешь? – тут же спросила она.

– Боюсь, не успею. – признался я. – Времени совсем мало, а их надо обучать прямо с нуля.

– Разве это для тебя проблема? – улыбнулась Фабиола. – Я думала, ты как раз этим и собирался заняться.

– Как бы не оказалось, что я замахнулся на кусок, который не способен прожевать. – я вздохнул. – Некоторые из них… Ну вот вообще не тянут на бойцов. Просто склад ума такой. Не видели боя, не понимают, насколько это серьезно, не доходит до них, что там вполне реально умереть.

– Конечно, они не понимают. – пожала плечами принцесса. – Как они поймут то, чего не видели никогда в жизни? Твоя задача и есть – объяснить им это.

– Я о том и говорю, что времени слишком мало. Объяснить то, научить этому, показать третье… Для этого нужно больше часов в сутках, чем есть.

– У тебя есть еще и кое-что четвертое. – ехидно улыбнулась принцесса и положила мне руку на плечо.

– Что, прямо сейчас? – удивился я.

– Ты не о том думаешь. – прыснула Фабиола. – Просто Винья просила нас зайти, она хочет кое-то показать.

– Что, прямо сейчас? – вздохнул я.

– Сказала, что дело не терпит отлагательств. – кивнула принцесса. – Так что идем.

Глава 5

– Ну как, похоже?

Винья просто сияла, когда задавала этот вопрос. Ее губы растянулись в такой широкой улыбке, что оставалось только удивляться, как лицо еще не пошло длинными извилистыми трещинами и не осыпалось, как древняя фреска. Глаза сияли, даже рукам не было покоя – придворный маг все не могла их никуда пристроить. То на груди сложит, то за спину заведет, то заткнет большие пальцы в крошечные карманы на жилете…

В общем, Винья была крайне взволнована тем, на что предлагалось обратить свое внимание и мне тоже.

Вот только я не понимал, что вызвало такой ажиотаж.

– Это же та самая таблица, о которой вы говорили! – не выдержала Винья.

– Спасибо, кэп. – на автомате изрек я, продолжая разглядывать большой лист бумаги на столе, расчерченный под таблицу.

Вот только здешняя таблица помимо длины и ширины имела еще и глубину и в общем представляла собой двумерной рисунок параллелепипеда, каждая грань которого была расчерчена горизонталями и вертикалями. На их стыках, как атомы в кристаллической решетке, были нарисованы небольшие, чтобы было понятно, где какие связи, кружки, в которых крошечным, едва различимым почерком, были вписаны названия химических элементов.

Я посчитал – элементов было восемьдесят семь. Намного меньше, чем в периодической таблице Менделеева, но это и не особо удивительно – часть элементов еще просто не обнаружена, ибо существует в столь малых количествах, что без микроскопа, лучше электронного, их просто не обнаружить. Местами в кружках не было написано вообще ничего, где-то что-то было написано, но небрежно зачеркнуто или даже соскоблено, судя по волокнам бумаги.

Ученые мужи явно как следует поломали голову над этим… манускриптом.

Только вот лично я ни хрена в нем не понимал.

– Винья, вы… Как бы это сказать… Вы знаете, что таблицы они двумерные? Плоские?

– В плоской таблице не получалось уместить все элементы. – Винья развела руками. – А если предположить, что речь все же о кубе, то тогда все более или менее встает на свои места. Смотрите сами. Строки мы назвали "галереями", элементы в каждой группе изменяют свои свойства, в зависимости от порядкового номера, примерно одинаково, то есть каждая галерея похожа на другую. Столбцы мы назвали "периодами", в них все элементы похожи друг на друга, то есть, показывают примерно схожие физические свойства. Но при такой компоновке некуда было девать несколько элементов, которые дублировали собой один из периодов, например, магний по свойствами очень похож на натрий, а кальций – на калий. Так что один из профессоров поступил просто – он вынес такие элементы в отдельный период, расположив его параллельно с самым первым, но в другой плоскости. Получилось вот так.

Что-то такое вроде там было, да. Точно таблицу Менделеева, конечно, я не воспроизведу, но там явно было что-то похожее. Цветные ячейки элементов не шли строгими строками и столбцами, а чуть ли не в случайном порядке перемешивались, и поди разбери в этом месиве какой элемент куда относится.

Никогда не любил химию.

– А если просто взять этот "параллельный" период и поместить его после первого? Сделать его вторым, а второй соответственно третьим, и так далее? – спросил я. – Ведь так у вас нарушается атомный вес, он должен увеличиваться каждый шаг ровно на один, от единицы до… не помню скольки. А из-за этого параллельного периода получается перескок.

Винья распахнула глаза:

– Но тогда будет два одинаковых периода рядом!

Я пожал плечами:

– И что? Винья, не забывайте, это просто таблица, визуализация, если хотите. Ее, в принципе, можно рисовать какой угодно, или не рисовать вовсе, а держать в голове, или вообще работать без нее, как вы до этого работали – через "познание". Природе все равно, ее законы не изменятся от того, что вы как-то не так нарисуете таблицу. Но быстрее и проще запоминать ее будет, если она будет простой плоской таблицей, в которой атомный вес каждого элемента увеличивается ровно на единицу.

– Мне кто-нибудь наконец объяснит, что тут происходит? – скучающе вопросила из кресла Фабиола. Она лежала поперек, облокотившись на один подлокотник, и свесив ноги через другой. – У меня такое чувство, что без меня тут плетут заговоры.

– Легко. – я поднял палец. – Мастер, извольте ваш алюминиевый кубик.

Винья снова сделала удивленные глаза, но сходила до шкафа и вернулась с кубиком в руках.

Я забрал у нее требуемое и принялся рыскать взглядом по таблице. Ага, алюминий. Атомный вес тринадцать. Тринадцать протонов, тринадцать нейтронов… Нет, стоп, атомный вес указан двадцать семь, черт, да они оказывается даже про атомный вес знали и могли его высчитать, а менделеевку не состряпали! Так вот, атомный вес двадцать семь, а значит, нейтронов четырнадцать. Электронов тринадцать. Приступим.

Я закрыл глаза, сосредоточился на вращающемся перед глазами атоме алюминия и принялся скатывать кубик в ладонях, превращая его в неровный шар. Открыл глаза, и не глядя кинул его в сторону Фабиолы.

Шар глухо упал на пол.

– Ты-ы-ы!.. – с присвистом прошипела принцесса. – Ты-ы-ы-ы!..

Я повернул голову в ее сторону.

Фабиола больше не возлежала в кресле, она сидела в нем с ногами, сжавшись и подобравшись, как кошка перед прыжком. Ее губы были сурово поджаты, а глаз метал настоящие молнии.

– Ты что творишь?! – яростно выдохнула принцесса. – Ты как это сделал?!

Хм-да, я тот еще идиот. Совершенно из головы вылетело, что магия для Фабиолы – больная тема. Надо было подумать, прежде чем демонстрировать ей такие фокусы. Для нее мой молниеносный прогресс в магии – как ножом по сердцу.

– Я спрашиваю, как ты это сделал?! – не отставала Фабиола. – Ты кто вообще такой?! Люди месяцами пытаются познать материал, а ты!.. Ты!..

– Спокойно! – я примирительно поднял руки. – Спокойно. Ничего такого я, в общем-то, не сделал. Во всяком случае, сейчас. А вообще я дал Винье идею, как можно разработать особую систему, посредством которой маги будут тратить на познание материала не месяца, а считанные дни. Собственно, для того, чтобы показать мне получившиеся наработки, Винья и позвала нас сюда.

– Что еще за наработки такие? – принцесса все не желала успокаиваться.

– Особая таблица, которая упорядочивает химические элементы по их свойствам и атомным массам. Ее построение подчиняется определенному закону, поэтому можно предугадать свойства любого химического элемента, даже если ты его в жизни в руках не держал. – пояснил я.

– Но как это помогает познанию? – не понимала принцесса. – Вот допустим у тебя есть сплав, как твоя таблица поможет с ним справиться?

– Сплав состоит из металлов и присадок. – терпеливо объяснял я. – В сплаве чаще всего один или два доминирующих металла, плюс крошечный процент присадок. Если знать атомное строение каждого металла наизусть, то можно очень быстро перебрать их, анализируя отклик материала. Как я понял, мизерный процент присадок роли не сыграет, так что, буквально минуту потыкавшись с подбором материала, можно легко подобрать правильную комбинацию химических элементов. Да и вообще – как происходит "познание" того же сплава без таблицы? Хотите сказать, существует еще какой-то способ, кроме слепого подбора уже известных материалов?

Я с вызовом глянул на Винью, она спрятала глаза:

– По сути, нет. Различается лишь время, нужное на подбор, и отличается оно только из-за разного уровня опыта мага.

– Что и требовалось доказать. – я кивнул. – Пока другие маги месяцами придумывали сами себе способы "познания", через лом, отвертку и такую-то мать, мы разработали схему, с помощью которой магов Формы можно будет ставить на ноги уже за какой-то месяц. Попробуй сама представить себе перспективы подобной разработки и сама все поймешь!

Фабиола перестала метать из глаза молнии и, вроде бы, успокоилась.

– И что, оно работает?

Я указал глазами на пресловутый кубик-шарик под ногами принцессы.

– Хорошо, допустим. – принцесса кивнула. – А с другими специализациями она сможет помочь, эта ваша таблица? С Пространством, с Разумом?

– Понятия не имею. – я пожал плечами. – Я пока что ни с той, ни с другой дела не имел, в смысле, не делал ее сам. Если с магией Формы все более или менее понятно, то вот с Пространством например я не понимаю вообще ничего, даже примерно не могу представить, как пользоваться этой магией, поэтому у меня нет ответа на твой вопрос. Если бы я знал хоть что-то… Вот например, когда аркейнцы нападали на замок, они пользовались магией, которая отрезала все на свете, как невидимой косой. При этом не было ни порыва ветра, ни звука, ничего. Просто раз – и кусок меча отлетает прочь, срезанный будто… будто…

На языке так и вертелось про лазер, но меня бы точно не поняли, так что я просто махнул рукой, показывая, что не нашел сравнения. Однако меня поняли и так.

– Магия Пространства. – авторитетно заявила Винья. – Самые последние уровни. Говоря честно, это даже использование одновременно и Пространства и Формы. Берется простой воздух, многократно прессуется в тончайшую плоскость, после чего засылается в нужную точку, где моментально возвращает прежний объем, как ножом разрезая все, что окажется на его пути.

– Вот, что и требовалось доказать. – я всплеснул руками. – Что значит "прессуется воздух"? Что значит "засылается в нужную точку"? Как это все работает? Непонятно.

Последнее слово я прогнусавил голосом "бабушки-бэтмена", но отсылки, конечно, никто не понял.

Эх, колхоз.

Я вздохнул:

– Короче, в магии Пространства я пока что не знаю ничего. Но если у меня будут хотя бы базовые знания о ней, то, возможно, я смогу вытащить из своей кладези знания что-то полезно и для нее. Что-то у вас уже есть – например, портальные маяки, при помощи которых нам чуть глотки не вскрыли всем поголовно, может быть, я смогу добавить к этому и что-то еще. Но для этого мне надо хотя бы начать изучать магию Пространства.

– Все хотят поскорее перейти к Пространству. – дежурно улыбнулась Винья, так, словно улыбалась так уже тысячу раз. – Почему-то все стараются избегать магии Формы, а ведь в магии нет простого и сложного, нужного и ненужного. Магия Формы так же прекрасна и удивительна, как и остальные, и настоящие мастера магии Формы могут творить вещи, которые потрясают воображение.

– Стоп! – я поднял ладонь, прерывая лекцию, которую Винья явно ведет уже в тысячный раз. – Я не говорю, что магия плохая или хорошая, я так же не считаю их нужным и не нужными. Я лишь говорю, что таблица!.. Таблица, – я ткнул пальцем в лист бумаги. – Родилась целиком и полностью из того факта, что я уже обладал какими-то знаниями о магии Формы. Я не желаю через нее перескакивать, но, будем откровенны, с этой таблицей все эти месяца познания становятся просто не нужны, и, поставь я перед собой цель быстро овладеть магией Формы, при помощи этой таблицы – я овладею. Но сейчас у нас жуткая нехватка времени, поэтому я предпочел бы считать, что я уже на достаточном уровне знаю магию Формы благодаря таблице, чтобы перейти к изучению магии Пространства. Что скажете?

Винья нахмурилась. В ней сейчас явно ломались какие-то привычные устои, крутились заржавевшие шестеренки и постепенно спадали шоры привычного уклада.

– Х… Хорошо. – наконец через силу выдавили она. – Но! Сразу хочу сказать, что магия Пространства это магия совершенно иного порядка, она устроена совершенно иначе, нежели магия Формы! Для того, чтобы овладеть ею, необходимо обладать особым складом ума, особыми данными, которые, по статистике, присутствуют только у одного из пяти магов!

– Полно вам, Винья. – я поморщился. – Вы же еще в самую первую встречу, когда потрошили мои мозги, сказали, что пару уровней магии Пространства я осилю. Вы что, думали, я не запомнил? Я запомнил.

Винья вздохнула и махнула рукой:

– То, что я так сказала, не значит, что я увидела в вас тот самый склад ума, что нужен для овладения магией Пространства. Это лишь означало, что ваш общий запас магических сил будет достаточен только для магии не выше определенного уровня магии Пространства.

– А вот тут поподробнее. – остановил я Винью. – Что за магические силы? Мана какая-то?

– Мана? – Винья нахмурилась. – Вы про кашу?

– Да нет же! – я махнул рукой. – Забыли! Что там про магические силы? Что это вообще такое?

– Это, скажем так, то количество магии, которое ты способен выдать, прежде чем твои способности к магии пропадут до тех пор, пока ты снова не накопишь свои силы. – вместо Виньи ответила Фабиола. – Или не возьмешь их где-то еще… Но брать магию из окружения – это магия Пустоты, хоть и первые уровни, но даже они мало кому доступны.

– Хорошо. Но что представляют из себя эти магические силы? Как выглядят? Где хранятся? Как понять, что они кончаются? Магия перестает работать?

– Да. – Винья развела руками. – Просто магия перестает работать. И чем труднее то, что вы делаете, тем быстрее закончатся ваши силы. Определенные вещи изначально требуют больше сил, чем заложено в каком-то человеке, то есть, недоступны им по определению. Это как если бы взять с рождения больного рахитом. Про него можно с уверенностью сказать – ничего тяжелого он поднять не сможет, без вреда для себя.

– А что, от магической усталости тоже бывает вред?

– Еще какой. – печально улыбнулась Винья. – Если надорваться в магическом плане, полностью исчерпав своей магический запас, и попытавшись зачерпнуть еще из уже пустого сосуда, то может случиться одно из трех. Либо человек умрет, если попытался схватить слишком много, либо заработает полное истощение сознания и лишится собственного "я", либо, если попытались взять не сильно много, рискует навсегда лишиться магии. Как если бы в пустом котле пробили дырку в надежде, что под ним есть еще резервуар с магией, а его там нет. Котел после этого останется дырявым и заново уже никогда не наполнится.

Последние слова Винья произнесла с тоской, и украдкой глянула на Фабиолу. Наверное, я бы даже не заметил этого, если бы не был в курсе истории принцессы и не ожидал этого короткого выражения сожаления ее ситуации.

– Хорошо, а тренировать как-то магические силы можно? – не сдавался я. – Скажем, мышцы тренируют физическими нагрузками, связки тянут растяжкой… Есть ли упражнения для магической силы?

– Конечно, есть. – Винья кивнула. – Сама по себе магия и есть такие упражнения. Чем чаще и продолжительнее человек пользуется магией, тем обширнее становится его запас магических сил. Конечно, он растет крайне медленно, но это единственный способ увеличивать его искусственно.

– А есть еще и натуральные способы? – удивился я.

– Старение. – звякнула Фабиола. – Или, вернее, жизнь. Ты живешь, твой мозг получает новый опыт, новые ощущения, накапливает багаж знаний. Становится сложнее, оптимизируется. В нем начинает помещаться больше и магических сил тоже.

– Выходит, чем больше в голове знаний, тем больше магии ты можешь сотворить?

Получается, недаром на моей Земле всякие магии всегда были тщедушными, чаще всего бородатыми старцами, хлипкими, как сухое деревце, зато в очках и обязательно с пудовым толмудом под мышкой. Чем ты умнее, тем ты более сильный маг – логично же!

Я вздохнул и поднял глаза на Винью:

– Ладно, с этим я понял. Но мы можем хотя бы попробовать обучить меня хотя бы азам магии Пространства, чтобы я попытался понять, есть ли среди моих знаний что-то, что может нам помочь?

– Конечно, можем. – Винья улыбнулась, подняла руку и небрежно скатанный мною кусок алюминия покатился по полу и впрыгнул ей прямо в ладонь. – В общем-то, мы уже приступили.

Глава 6

– Магия Пространства не очень далеко ушла в своей сути от магии Формы. И то и то требует познания. – заговорил я Винья, начиная мять в пальцах неровный шарик, придавая ему заново форму кубика. – Но если магия Формы требует познания материала, с которым предполагается работать, то магия Пространства – требует познания еще и позиции объектов, с которыми предполагается работать. Начальных и конечных. Говоря проще, человек должен очень хорошо понимать, каким объектом он собрался управлять, вплоть до его состава и формы, и одновременно – очень хорошо представлять, где этот объект находится, куда он должен переместиться и в каких промежуточных точках должен появиться.

Винья закончила с кубиком, и продемонстрировала его мне – снова идеально граненым, будто его не пальцами лепили, как пластилин, а вырезали из целого куска алюминия:

– Например, вот такие вещи делать просто.

Кубик выпал из воздуха прямо мне на колени. Я рефлекторно сдвинул их, ловя учебный материал.

– А вот такие – намного сложнее.

Кубик поднялся в воздух и медленно полетел прямо в протянутую руку Виньи.

– Потому что каждый миллиметр движения кубика приходится представлять отдельно, это я понял.

– Правильно. Но мне, как видите, это дается достаточно легко, потому что я оперирую хорошо знакомым мне объектом в хорошо знакомом мне месте. Я тысячи раз лепила и трансмутировала конкретно этот кубик, поэтому познала его на все сто процентов, то же самое можно сказать о пространстве моих апартаментов – я знаю их до последнего миллиметра. Поэтому я могу делать с этим кубиком вообще все что захочу – даже переместить его за окно и вернуть обратно, не дав упасть.

– Ясно. Едем дальше. – поторопил я.

Винья вздохнула и сурово сдвинула брови – кажется, она опять осуждала мою торопливость. Но что поделать, если сейчас действительно все просто и понятно?

– Магия Пространства идет в обучении после магии Фомы именно потому, что за время овладения Формой студент изучает определенный объект, тренируясь на нем, познает его в полной мере и позже практикует магию Пространства именно на этом объекте. – терпеливо продолжила Винья. – Если бы мы шли обычным путем, у вас бы тоже появился свой "проводник", как мы называем такие вещи, на котором вы бы тренировались в магии Пространства. Но у вас его нет, и как обучать вас без проводника – я, честно говоря, не знаю.

– Опустим пока проводники. – я махнул рукой. – Расскажите насчет перемещений человека и перемещений других людей.

– Вам это не светит. – категорически отрезала Винья. – Не на вашем уровне магической силы, определенно не сейчас. Самый максимум – это воздействие на другие физические объекты, их моментальное перемещение и, в общем-то, все.

– Хотя бы в теории. Расскажите хотя бы в теории, я должен знать, с чем имею дело.

– Хорошо. – Винья вздохнула. – В общем-то, принцип тот же самый – для переноса самого себя необходимо хорошо представлять, откуда и куда производится перенос, и хорошо представлять объект – то есть, самого себя. С этим не бывает проблем, потому что каждый человек знает самого себя с самого рождения, и, соответственно, знает себя как никто другой, поэтому чисто механически само-перенос даже проще, чем перемещение физического объекта.

– Все упирается в необходимое количество магической силы? – уточнил я.

– Именно. – Винья ободряюще улыбнулась. – Те, у кого хватает силы на такой большой объект, как человеческое тело, могли бы легко начинать с того, что переносят сами себя, и только потом переходить к перемещению других объектов, если бы не одно но. Дело в том, что юные маги, конечно, хотят всего и побыстрее, поэтому, даже зная и умея все, что положено знать и уметь, зачастую пренебрегают элементарными правилами безопасности, не проверяют себя на контрольные точки переноса, забывают какие-то мелочи, и в итоге, в конечной точке переноса получается что-то, весьма отличное от того, что начинало свой путь. Обычно вид подобного процесса быстро отрезвляет молодых магов, когда они представляют, что было бы с ними на месте перемещаемого объекта, и они становятся более осторожными.

– Хорошо, а что по поводу перемещения других людей? – не успокаивался я. – Это как возможно? Даже если ты хорошо знаешь какого-то человека, то его перенос не может быть стопроцентно идеальным. В любом случае, маг-переносчик что-то да упустит, элементарно потому, что не может знать о другом человеке всего!

– Так и есть. – Винья кивнула. – Маг-переносчик не может перенести другого человека полностью. Он переносит усредненную модель человека, расширяя ее в меру своего познания объекта транспортировки.

– Не понял. – не понял я. – А куда девается все то, что не влезает в усредненную модель человека, даже подогнанную под конкретного индивида?

– По закону сохранения материи – на месте. – хихикнула Фабиола. – Там, откуда начался перенос. И вернуть все на свои места возможно только перенеся того же человека обратно, на то же место, и в ту же позицию.

"Муха" какая-то выходит, часть третья. Телепортируешься такой в другое место, а на на точке старта шмяк – кусок селезенки падает. И хорошо если маг-телепортатор потом действительно вернет тебе все назад… Хорошо если он вообще вернет, а не помрет через минуту после телепортации, а ты так и живи потом без куска селезенки.

Бред. Кто вообще может доверять магам-телепортаторам перенос себя любимого после таких-то новостей?

Стоп! Меня же самого телепортировали в замок в самом начале моего путешествия! Это что же, где-то там сейчас куски моих мозгов валяются?!

– Нет, конечно! – Винья засмеялась, когда я задал ей этот вопрос. – Перенос из караулок гвардейцев производится через портальные символы – это почти те же портальные маяки, только неподвижные. Чаще всего – вырезанные в каменных плитах, чтобы уж точно не украли, не испортили, или еще чего не произошло. Когда маг заходит в портальную комнату, на полу которой начертан портальный символ, он производит перенос содержимого комнаты на второй такой же портальный символ. Можно даже сказать, что маг не производит прямой переброски материи, а маг скорее изымает все содержимое портальной комнаты из реальности и возвращает по новым координатам – другой портальной комнаты. Это намного проще и быстрее, чем методично перебрасывать вещество порциями, стараясь удержать его в голове и не размазать объект транспортировки тонким слоем по точке назначения.

– А еще эти символы помогают в таких вещах, как штурм замков, да?

У меня в голове начал зарождаться интересный план:

– То есть, получается, что с помощью портальных маяков, скажем, если их будет десяток, все с разными символами, можно пометить десять разных точек и при помощи магов Пространства быстро перебрасывать по этим точкам людей и физические объекты, после чего так же быстро возвращать их обратно?

– В теории – да. Но не нужно забывать, что, во-первых, с помощью портальных маяков нельзя переместиться куда-то в совсем неизвестное место. Необходимо, чтобы маг имел хотя бы какое-то представление о точке назначения, иначе он просто перенесет всех… скажем, в стену, что чревато колоссальным взрывом, и, конечно, моментальной смертью. Переносы вслепую не то, чтобы запрещены, их просто никто не делает, потому что все прекрасно понимают, насколько велик риск закончить жизнь так громко и бесславно.

– Это ладно. – отмахнулся я. – А что во-вторых?

– А во-вторых, маг переносит портальным методом определенный объем, он не может переносить с открытого пространства. Ему необходимо очень хорошо понимать габариты, которыми он оперирует, именно поэтому переброска обычно происходит либо по одному человеку, либо с использованием специальных портальных комнат, как та, через которую переносили сюда вас.

– Хорошо, допустим. – я на мгновение задумался. – А если, скажем… Вот в подвалах замка я видел небольшие портальные комнаты, рассчитанные на двух, максимум, трех, человек. Есть ли в замке портальные комнаты побольше? Скажем, на десять человек?

– Зачем так много? – удивилась Винья. – Вы все равно не найдете мага, который смог бы перенести так много людей за один раз. Это физически невозможно. Не забывайте, что, чем больше вы переносите, тем больше сил на это тратится. Переместить… Ну допустим, тонну живого веса… Даже если бы это было возможно, там были бы такие погрешности, что до конечной точки добрались бы изувеченные инвалиды!

Я задумался. План не клеился. Чертовы законы магии не позволяли играть по придуманным мною правилам, внося свои мерзкие коррективы.

Впрочем, пока еще не все потеряно.

– Хорошо, а есть ли такая вещь, как… – я пощелкал пальцами. – Назовем ее "прямой переход"? То есть, существует ли возможность при помощи магии Пространства напрямую связать две точки, чтобы сделавший шаг вперед в точке а, моментально бы оказывался в точке б?

– Существует такая техника. – Винья кивнула. – Но она скорее завязана на управлении временем, заодно с пространством. Это высокие уровни магии, требующие выполнения сразу многих условий. О требованиях к магической силе я даже заикаться не буду, скажу лишь, что для этого вашего "прямого перехода" магу необходимо самолично преодолеть все расстояние от точки а до точки б, которые предполагается связать, и уже в конечной точке, используя самого себя как портальный маяк, маг может создать такой переход. Скажем так, маг покрывает определенное расстояние и на какое-то время задает этому расстояние нулевое время, необходимое для перемещения по его следам.

– Класс! – я щелкнул пальцами. – А если маг перенесет сам себя из точки а в точку б, это будет считаться покрытым расстоянием?

– Нет.

Ну твою мать!

Я с горя даже шлепнул ладонями по коленям, встал и принялся вышагивать по лаборатории. В голове роились мысли, как обойти эти поганые законы, которые не позволяют реализовать гениальный, не побоюсь этого слова, план.

– Хорошо, другой план. – наконец созрел я и остановился. – Если маг будет переноситься… Скажем, прыжкам по тридцать метров, от точки а до точки б, тогда будет считаться?

– Нет.

Да что ты будешь делать.

Я снова зашагал по комнате, разминая кулаки:

– Ему что, обязательно прошагать все это расстояние на своих двоих?

– Да! – не выдержала Фабиола. – Ему обязательно необходимо прошагать это расстояние на своих двоих, он обязательно должен четко понимать каждый свой шаг, фиксировать позиции на протяжении каждой секунды своего пути, иначе как он сможет оперировать пространством, в котором не находился сам?

Я остановился и склонил голову к плечу, переваривая информацию. После этого задал вопрос:

– А насколько задолго до открытия прямого перехода ему надо пройти это расстояние?

Фабиола пожала плечами:

– За столько, за сколько на его пути не вырастут стены, не появится река или еще что-то, кардинально меняющее его путь. Хоть за год, если условия позволяют, хоть за десять лет.

Бинго, мать его!

Я хлопнул в ладоши и широко улыбнулся недоумевающим девушкам:

– Дамы, танцуйте и заказывайте вино. Я придумал план.

Я подошел к столу Виньи и без спроса вытащил первый попавшийся чистый листок. Порыскал взглядом по столу, но, кроме пера, которым я так и не научился писать, ничего не обнаружил. Винья вынула откуда-то карандаш и протянула мне.

Я быстро накидал на листе квадрат четыре на четыре. Постоял, думая, как их обозначить, в итоге махнул рукой и нарисовал просто числа – от единицы до шестнадцати.

– Маршал Койл говорил, что собирается принимать генеральное сражение на Крестовом поле перед городом. – начал я объяснение. – Там, где минимальны магический фон, что хотя бы немного ослабит противников, но не ослабит магов королевства, ибо они питаются от артефакта.

Я подчеркнул последнее слова, указав карандашом на Фабиолу.

– Представим Крестовое поле как условное плоскость. Представим, что мы делим ее на сколько-то секторов. На столько, на сколько у нас хватит магов Пространства подходящего уровня. Лучше, чтобы их было не меньше десяти. Я не видел этого самого Крестового поля, но при слове "поле" и "генеральное сражение" мне представляется весьма большая площадь.

– Большая. – подтвердила из своего кресла Фабиола.

– Так вот, делим площадь на сектора. В каждом секторе тем или иным способом закладываем портальный маяк для облегчения работы наших магов. Вырезаем в дереве, выплавляем Формой в камне, хоть на небе облаками чертите, меня не волнует, как это будет сделано, но это быть сделано должно.

– Сделать-то можно все, что угодно, было бы время. – нахмурила соломенные брови Винья. – Но я пока что не понимаю плана.

– За пару дней до сражения, когда подготовка поля к битве будет уже закончена, но сама армия Аркейна еще не подошла, наши маги Пространства пойдут по полю. Из одной и той же точки, каждый – к своему портальному маяку. Они своими ногами пройдут насквозь все поле, и вернутся обратно. Во время сражения они будут находиться в резерве вместе с несколькими группами солдат, вооруженных моими ружьями с дробовыми патронами.

– Кажется, я начинаю понимать. – улыбнулась Винья.

– Стоп, я сам! – я поднял указательный палец, показывая, что желаю закончить. – В моменты, когда мы сможем определить в войске противника какие-то приоритетные цели вроде сильной группы магов, или вражеского командира, мы сможем отправить по координатам ближайшего портального маяка – мага, который к нему приписан. И тот, едва оказавшись на точке, откроет прямой переход, через который группа бойцов моментально нанесет удар в тыл оппонента, выкашивая одновременным залпом множество противников, а в идеале – и свою главную цель, и, буквально через пару секунд, возвращаясь тем же прямым переходом обратно!

– Гениально! – завопила Фабиола и принялась рукоплескать, не переставая выкрикивать. – Просто изумительный план, надежный, как паровик производства Элдриджей!

В последних словах мне послышалась издевка, да и Винья как-то странно улыбалась и покраснела, словно сдерживала стыдливый смешок.

– Что-то не так?

– А тебя не смущает, что весь путь, который наши маги проделают за два дня до битвы, во время битвы будет занят бойцами Аркейна, а? – усмехнулась Фабиола. – Тебе же сказали – путь не должен меняться, или по крайней мере не должен меняться кардинально. Как маг будет кидать нулевой коридор через противников? Это невозможно! Это физически не сработает!

– Ага. То есть, проблема в физическом присутствии на линии формирования коридора? – уточнил я.

– Конечно же! – всплеснула руками Фабиола. – Если бы не это, твой план уже давным-давно был бы реализован во многих оборонительных сражениях!

– Тогда проблема решается просто. – я пожал плечами. – Пушкой.

– Что пушкой? – не поняла принцесса.

– Пушка, которая стреляет в сторону нужного нам маяка – вот решение проблемы. – я пожал плечами. – Я не знаю, как работают ваши пушки, но в моем мире даже древние гладкоствольные дульнозарядные орудия при стрельбе ядрами делали широкие и длинные просеки в рядах противников, ровно настолько же длинные, насколько далеко ядро летело.

– Наши работают так же. – отстраненно заметила Фабиола и тут же встрепенулась. – То есть, погоди. Ты предлагаешь пробивать коридор в рядах аркейнцев выстрелом из пушки, после чего использовать освободившееся пространство для формирования нулевого коридора?

– А то. – гордо улыбнулся я.

– Но это же… – Винья вступила в разговор и тут же замолчала с открытым ртом, подбирая слова. – Да стоит одному недобитку встать в полный рост, и коридор схлопнется, оставляя всю группу в тылу врага!

– Оправданные риски. – тихо ответила ей Фабиола.

– Грустно признавать, но да. – я кивнул. – Кроме того, если действия нашей активной группы будут ограниченные, действительно, двумя-тремя секундами, то есть, буквально, парой выстрелов, то опасность минимальная – за такое время все, кто оказался на пути пролетевшего ядра, уже не встанут никогда, а те, кто оказался рядом – будут заняты ожогами и контузиями. Конечно, эти маневры надо отработать до полного автоматизма, особенно действия солдат штурмовых групп… Но, если мы все сделаем правильно, это поможет нам сильно подорвать боевой дух врагов и принесет кучу пользы.

– Не такую уж и кучу. – вздохнула Винья. – Подобные махинации можно будет провернуть… Ну, примерно раза по четыре каждому магу. Итого сорок раз. Реально – делите надвое, из-за всякого рода непредвиденных обстоятельств.

– Если мы будем использовать каждую попытку на устранение приоритетной цели, это уже будет огромное подспорье. – ответил я. – Но конкретно на эту тему лучше поговорить с маршалом, он в стратегии сражений разбирается много лучше меня. Я лишь предложил еще одну тактическую хитрость, которая может сыграть нам на руку в предстоящем сражении. Как и обещал, собственно.

Винья погрузилась в задумчивое состояние, явно разбирая по кирпичикам мой план-капкан. Я перевел взгляд на Фабиолу.

А принцесса снова смотрела на меня жадным горящим взглядом, явно намереваясь как можно скорее наверстать упущенное в мастерской из-за визита Виньи.

Глава 7

Принцесса была верна своему слову – без двадцати десять утра она уже была у меня, одетая в ту одежду, что я видел на ней при первом знакомстве – кожаный топик на шнуровке со стальными пластинами, прикрывающими сердце и легкие, и юбку до колен, составленную из кожаных полос, перемежающихся тонкими стальными. Выглядело все это на редкость неудобно, и, несмотря на большую любовь Фабиолы к высоким ударам ногами, должно было жутко мешать эти удары наносить. Но сидела одежда, надо признать, как вторая кожа и безумно шла и без того обворожительной принцессе.

Только вот распущенные, да еще и закрывающие половину лица, волосы не укладывались в у меня в голове в одно целое с образом бойца, тем более, рукопашника. Сколько помню, все на тренировках у нас были либо коротко стрижены, либо собирали волосы в максимально компактные прически вроде косичек или шишечек. Распущенные волосы – нонсенс, чуть ли не прямое приглашение ухватить за волосы и использовать этот сильный прием контроля.

Но, возможно, Фабиола знает, как противостоять подобным грязным приемам. А еще у нее однозначно есть причина носить волосы так, как она это делает. Да, надуманная причина, да, причина, чьи корни кроются в собственной неуверенности в себе же, но для принцессы это крайне важная причина, и она не мыслит жизни с собранными хотя бы на минуту волосами.

Я скорее поверю, что она изучила все возможные способы противостоять захвату за волосы.

Кроме, возможно, одного, которого у нее не было возможности изучить…

Свои сапоги и наручи принцесса держала в руках, перебирая босыми пальцами ног по камню.

– Готов? – вместо приветствия спросила она.

Я отодвинул от себя кучку патронов, за начинением которых коротал время до появления Фабиолы и поднялся со стула:

– А разве не похоже?

На мне была моя форма, вместе с разгрузкой и даже поясом, за которым я наконец выкроил время сходить. Единственное что – разгрузка была пуста, как и кобуры, да шас с баффом я оставил в мастерской. Они не предполагались как элемент именно боевой амуниции, скорее это были утилитарные элементы формы – скрывать лицо, прятать голову от дождя, использовать как простейший респиратор и всякое такое. В бою они только мешали бы, так что я решил, что нет смысла испытывать их в бою.

– Идемте, принцесса. Посмотрим на ваш тренировочный зал.

– Уж надеюсь не ударить в грязь лицом. – фыркнула Фабиола. – И ты уж постарайся не разочаровать меня.

А ведь я ее задел. Просто так принцесса не включает колючий режим, только в ответ на какие-то колкие слова.

Я пожал плечами:

– Да мне как-то все равно, какого мнения ты останешься обо мне и моих способностях, веришь, нет. Мы договаривались о том, что я покажу тебе несколько приемов из крав мага, а не о том, что я буду отплясывать, пытаясь тебя развлечь и заслужить твою благосклонность. В конце концов, есть и так много вещей, в которых я тебя превосхожу, как и много других, в которых ты превосходишь меня. Не вижу смысла устраивать из этого соревнование.

С каждым моим словом Фабиола все больше и больше втягивала голову в плечи, будто боялась, что я ударю ее прямо сейчас. Взгляд из нахального стал по-детски испуганным и печальным.

– П-прости… – запнувшись, выговорила Фабиола. – Я не это хотела сказать… То есть…

– Именно это и хотела. – кивнул я. – Просто не подумала, что такого говорить не стоит. В следующий раз думай.

– Прости. – повторила Фабиола, совсем понурившись.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.