Айлин
Тот самый

Глава 1

Когда впервые его увидела, почувствовала: вот он – мой будущий муж. Это было так странно, ведь я была обручена с другим, и уже вовсю шла подготовка к свадьбе.

– Есть че пожрать? – спросил он, глядя на меня нагловатым взглядом и улыбаясь самодовольной хитрой улыбкой.

Я опешила сначала, ведь я даже не знала, кто это, как его зовут. А тут такой вопрос.

– У меня с собой обед в контейнере в холодильнике. Могу угостить, – практически прошептала я, сама себе удивляясь.

– Давай варгань, а я пока чайку нам налью, – говоря это, он совершенно по-свойски взял мой стакан со стола и бодро направился к электрическому чайнику.

Я негодовала. Что это такое? Почему незнакомый человек вот так запросто готов съесть чужой обед и ведет себя, как будто мы сто лет уже друг друга знаем.

Пока мысли роились у меня в голове, путаясь и перебивая друг друга, руки привычными движениями накрывали на стол.

Я закончила и осталась стоять, не зная, как лучше поступить теперь. Видимо, заметив мою нерешительность, он снова по-приятельски обратился ко мне:

– Прошу, садись. Ну, рассказывай…

– Что рассказывать?– спросила я.

– Как что? Всё рассказывай: как тебя зовут, какого роду-племени ты, кем ты тут работаешь, замужем, дети. Докладывай по порядку, – говорил он это уже в процессе активного поедания моего обеда.

Я тоже была голодна, но старалась не подавать виду и медленно, по маленькому глоточку, пила чай.

– Меня зовут Вера. Я архитектор, – как можно спокойнее ответила я.

– Дальше. Дальше продолжай… Этого мало… Дети есть? – заваливал меня вопросами.

– Нет, – коротко ответила я, давая понять, что мне не нравится такого рода допрос.

– А, это, муж так называемый имеется? – продолжал он, игнорируя мой тон.

– Нет, – снова попыталась донести ему свою позицию по его допросу с пристрастием.

– Ладно. А что у тебя есть? – спросил он меня, совершенно не реагируя на то, что я по этому поводу думаю.

– В смысле? Я не понимаю,– попыталась я отделаться от этой темы.

– Ладно. А училась-то ты где? Небось и диплом у тебя красный имеется… – иронизируя, обратился он ко мне.

– Имеется. А это что, плохо?– ответила ему, а сама начала уже закипать.

– Просто у нас такие тут долго не задерживаются. Это ж место для пенсионеров и неудачников. Ну всё, если есть больше нечего, то пора и честь знать, – сказал мой собеседник и заторопился уходить.

– А кто посуду мыть будет? – попыталась я возмутиться.

– Сама и помоешь, ты же девочка правильная, – ухмыляясь, ответил он и быстрым шагом вышел из кабинета.

Какой странный товарищ. Но почему-то он не вызвал у меня отторжения, а наоборот, захотелось еще с ним пообщаться. Такой экземпляр мне встречать раньше не приходилось.

Мой голодный желудок просто не позволял забыть его – урчал и требовал еды, никак не соглашаясь ограничиться только чаем. Я погрузилась в работу, чтобы отвлечь себя от мыслей о еде. Проект, который мне предстояло разработать, был масштабным и крайне интересным, над ним трудилась целая команда специалистов из разных отраслей. Я впервые имела возможность не просто наблюдать и выполнять роль обслуживающего персонала, а непосредственно участвовать в качестве архитектора. Некоторые чертежи привлекли мое внимание: бросалось в глаза отсутствие важных данных, причем исполнитель был один и тот же – Котова Мария. Пробежалась глазами по всем чертежам, но остальные были выполнены другими сотрудниками, и там на первый взгляд всё было нормально.

– Ага, надо уточнить, – сказала я вслух самой себе, сгребла чертежи в кучку и пошла искать Котову Марию.

В конструкторском бюро работало много людей и найти того, кто тебе нужен, не так уж и просто. Но сдаваться я не планировала.

– Привет! Подскажите, пожалуйста, как мне Котову Марию найти, – спросила я конструктора, который ближе всех сидел к двери.

– Брунгильда сидит в углу, – ответил парнишка и ткнул пальцем, в каком направлении надо искать.

«Брунгильда…Как он ее странно назвал», – подумала я, но, увидев девушку, сидящую в углу, поняла, почему он так сказал.

Она выглядела привлекательной, но ее красота была скорее скандинавского типа. Мария была крупной, высокой, атлетического телосложения, а густая русая коса мирно покоилась на ее пышной груди.

Подойдя поближе, я почувствовала странный аромат, который исходил от Брунгильды. Я постаралась не подавать виду и приступила к вопросу.

– Здравствуйте, Мария! Меня зовут Вера, я архитектор проекта «Свеча».Посмотрите, пожалуйста: в ваших чертежах отсутствует ряд габаритных размеров, без них нам не справиться. Как быстро сможете исправить? – попыталась я вежливо изложить проблему.

– Клади, посмотрю, – сказала низким грудным голосом Брунгильда.

– Хорошо. Вот эти чертежи, – ответила я и поспешила уйти.

День прошел насыщенно и плодотворно, я почти забыла о Брунгильде, как вдруг она появилась в дверях кабинета.

– Есть время обсудить? – спросила она низким голосом с порога.

– Да, конечно! Проходите, пожалуйста, – ответила я.

Брунгильда посмотрела на мой стол и неожиданно для меня прокомментировала конфеты, которые лежали на блюдечке рядом с чашкой чая.

– Будешь много жрать сладкого, целлюлит задолбает, – сказала она и ткнула пальцем в блюдечко.

– Хорошо, буду знать, – офигевшим голосом ответила я.

Брунгильда села почему-то не напротив, хотя там стоял стул, а переставила его и устроилась рядом со мной. Разложила чертежи и спросила:

– И че тут не так?

Я почувствовала, что меня накрывает непонятное тошнотворное чувство от запаха, который она источала. Я машинально встала, стараясь держать голову повыше, и показала ей пальцем на чертеже, будто бы мне так удобнее это делать.

– Вот тут нет двух габаритных размеров. Это, кстати, касается всех чертежей. А вот тут размер, видимо, неверный, потому что расчетно получается другое число. Надо тоже проверить, – сказала я как можно короче и быстрее, стараясь минимизировать время ее пребывания в кабинете.

– Ну и че? Раз ты всё и так видишь, исправь сама. Чего ко мне-то прицепилась? – удивленно уставившись на меня, произнесла Брунгильда.

– Это же ваш чертеж, в нем ошибки. По правилам, вам их исправлять надо. Не только я буду пользоваться этими чертежами: ошибка разойдется по отделам, и будут проблемы, – попыталась я донести суть вопроса до Брунгильды.

Она вскочила, резко уволокла стул на место и направилась к выходу. С одной стороны, я вздохнула свободнее. С другой, негодовала: и что с этим теперь делать?

Видимо, поняв, что надо все-таки сказать что-то перед уходом, Брунгильда в дверях выдала:

– Ты прям чудная! Доступ к сети есть ведь, исправляй и выкладывай новую редакцию. Больше по всякой херне не приставай, у меня дел полно.

Я застыла на месте: мысли никак не складывались в фразу, чтобы ей членораздельно ответить, поэтому я тупо молчала и смотрела, как она уходит. Мой нос велел мне срочно проветрить помещение, и я, открыв настежь окно и дверь, вышла в коридор, чтобы не попадать под сквозняк.

В таком положении меня застал мой утренний знакомый.

– Чую аромат Брунгильды. Уже познакомились, значит. Ну как впечатление? Физической расправой пока не угрожала? – спросил он.

– Пока что она меня просто послала исправлять ее ошибки в чертежах, – ответила я.

– О-о-о, ты посмела сделать замечание Брунгильде и еще жива? Значит, ты ей понравилась! Считай, тебе крупно повезло, – сказал он улыбаясь.

– И как же мне понять, смеетесь вы надо мной или она правда такая чудная? – с раздражением в голосе спросила я.

– Всё возможно. Иди трудись, лошадка, компьютер ждет, – снова с улыбкой выдал он и пошел дальше по своим делам.

Мне хотелось догнать его и заставить вести себя нормально, а не ерничать постоянно. Но, к сожалению, мне и правда пора было идти работать.

В этот день мне изрядно пришлось побегать по кабинетам, что позволило прилично пополнить список сотрудников, которых я теперь знала и в лицо, и по имени. Правда, я всё еще записывала в блокнот все имена, должности, внутренний номер их телефона и ассоциативную подсказку. Например: атлетичный блондин с голубыми глазами, нервная брюнетка с сальными волосами, полная дама со странной прической, седой мужчина с грустными глазами и так далее. Мне так было проще потом вспоминать этих людей. По возвращении из очередной вылазки из кабинета я обнаружила на столе две ароматные булочки и полный стакан чая, еще горячего. Рядом лежала записка:«Жри больше, больно тощая».

Ни секунды мне не пришлось сомневаться, чьих рук это было деяние. Но почему-то я не разозлилась, а улыбнулась. А мой желудок так вообще ликовал.

Весь вечер меня не покидали мысли о новом знакомом. Самым странным было то, что я так и не узнала ни его имени, ни кем он работает.

Глава 2

Сегодня я шла на работу в подавленном состоянии. Вечером пробная прическа для свадьбы, а я совсем не хочу этого, в один миг будто отрезало. Но как взять и перечеркнуть столько лет общения, все данные друг другу обещания и слова любви?

Вероятно, я не совсем понимала, что такое любовь, просто очень хорошо относилась к своему молодому человеку. Скорее как к кому-то близкому и родному, тому, к чьему присутствию я привыкла, и тому, кому я доверяла как себе. Но между нами не было страсти, по крайней мере, с моей стороны. Да, если откровенно, то и с его стороны тоже не особо-то наблюдались искры любви, тоже скорее привыкание, уважение и чувство обязательства перед человеком. А главное – перед нашими семьями. Они ведь ждут, надеются, верят; столько денег вложили в наше будущее: банкет, свадебное путешествие, квартира– совместный подарок от родителей.

Я даже в страшном сне не могла себе представить, чтобы взять и всё отменить. Я просто не смогла бы смотреть после такого людям в глаза, да и перед самой собой было бы очень стыдно.

Мое подавленное состояние было связано с мучащей меня совестью и чувством стыда за сомнения. Но я ничего не могла с этим поделать.

Когда я уже почти дошла до двери офиса, я ощутила, что ко мне на приличной скорости приближается большой черный джип. Он въехал на пешеходную зону и остановился у самого входа в здание.

Я почему-то никак не отреагировала на машину: не отпрыгнула, даже не обернулась, просто оценила краем глаза, что она остановилась в полуметре от меня, и спокойно вошла в офис.

Пока я поднималась по лестнице, услышала разговор охранника с мужчиной.

– Что, не прокатил старый финт? Нервы у дамочки явно стальные. Видал, даже не обернулась! Говорил я тебе, пора что-то новое придумывать, а ты всё своей автоакробатикой занимаешься! – выговаривал охранник кому-то.

Мне стало любопытно, ведь их обсуждение коснулось и меня. Я немного задержалась наверху лестницы и ждала ответа.

– Да я уж понял, что она не такая, как все, нормально держит удар. Ну ничего, время покажет, – ответил мужской голос, и у меня всё опустилось внутри.

Это был его голос. Того самого, которого я никак не могла выбросить из своих мыслей.

Я резко потрясла головой, словно пыталась вытряхнуть все воспоминания о нем, и поспешила к себе в кабинет.

Работы было много, я практически закопалась и уже прилично опаздывала в парикмахерскую. Я попыталась перенести запись, но парикмахер, которая была подругой моей мамы и знала меня хорошо, тут же спустила всех собак на меня.

– Вера, что у тебя в голове вообще творится? Какое «перенести»? У тебя свадьба в пятницу, сегодня среда – и так времени в обрез, чтоб определиться с прической и купить всё необходимое для нее. Не беси меня, собирай свою задницу и чтоб через пятнадцать минут была у меня! Иначе я припрусь к тебе домой, и сама знаешь, как мамка твоя отреагирует на такие новости, – кричала в трубку мне тетя Ирина.

– Я сейчас оглохну, не надо так орать! Сейчас буду собираться. Но через пятнадцать минут я точно не доеду, минимум полчаса. Если нет столько возможности ждать, то я и без прически обойдусь, чего так заморачиваться, вообще не понимаю, – попыталась я успокоить и поубавить пыл тети Ирины.

– Ты чокнутая! Замуж один раз выходят: надо быть королевой в этот день, а ты что, хочешь быть ссаным веником? С твоими волосами что ты собралась без парикмахера на голове у себя делать? А ну, расскажи, может, посмеюсь хоть, – всё еще злясь на меня, ругалась тетя Ирина.

– Ой, всё. Ладно, еду уже, – буркнула я недовольно в трубку и начала убирать документы со стола и выключать компьютер.

Положив трубку, я поняла, что при моем общении с тетей Ириной всё время был зритель.

Мой коллега, так взбудораживший мое сердце, всё это время нахально подслушивал разговор за приоткрытой дверью и ни капельки этого не стыдился. Наоборот, казалось, он совершенно собой доволен и теперь глядел на меня, ожидая, видимо, каких-то комментариев. Но я молчала, боясь выдать свое истинное отношение к нему. Я просто решила минимизировать наше общение.

– Так-так, кто-то у нас замуж выходить не хочет, кажется! Что, мамка заставляет? Типа, старая дева уже, пора и честь знать! Чтож, бывает, сочувствую. Вот, могу предложить услуги экспресс-такси от места до места. Доставка исключительно с комфортом, музыка на выбор, но есть малюсенькое но: обязательным является поддержание диалога с водителем. Как тебе такое предложение? – ерничая, спросил он.

– Спасибо, я услугами незнакомцев предпочитаю не пользоваться, – ответила я максимально недовольным голосом в надежде, что это отпугнет его от меня.

Однако я, видимо, плохо оценила своего собеседника. Мое недовольство вызвало явный спортивный интерес с его стороны, и он, театрально перекрыв мне дорогу из кабинета, сделал короткий реверанс и произнес:

– О сударыня, позвольте мне принести свои искренние извинения за мою невоспитанность. Как я мог предложить услуги прежде, чем представиться вашей светлости? Я простой работяга, зовут Александр, можно просто Санек. Тружусь с вами, сударыня, на одной работе. Надеюсь на ваше снисхождение. Уж простите работягу за оплошность, исправлюсь и впредь буду неукоснительно соблюдать этикет.

– По вам сцена плачет, Александр. Вы прощены.Теперь позвольте мне удалиться, иначе и правда моя тетя припрется домой к маме, что отвратительным образом скажется на всей подготовке моей свадьбы. Подобного исхода мне точно не надо, – ответила я, пытаясь сохранить его тональность, правда, у меня такого артистического таланта не было.

– Благодарю вас, мадам. Прошу. Не смею вас более задерживать, – ответил Александр и освободил мне путь к двери кабинета.

Мы оба вышли. Я заперла дверь и быстрым шагом направилась к выходу из здания. Шагов Александра за спиной слышно не было, значит, еще остался на работе, подумала я.

Такси, как назло, никак не получалось вызвать. Я уже начала изрядно нервничать, а на улице закапал дождик.

– Вот, блин, а зонта-то у меня нет. Этого мне еще не хватало, – пробурчала я себе под нос.

– Дамочка, хорош уже мокнуть !Поехали, диктуй адрес, – услышала я голос за спиной.

Александр сел в машину, опустил стекло и показывал мне на пассажирскую дверь, приглашая принять его предложение.

Я замялась, потом махнула рукой. Из двух зол надо выбирать меньшее, подумала я, а сейчас скандал от мамы был самым страшным злом, поэтому я села в машину к Александру.

– Ну-с, куда мадам изволит быть доставленной? – спросил Александр.

– Свободы, тридцать три, салон-парикмахерская «Версаль», – ответила я без лишних комментариев.

– Окей, маршрут построен.Поехали, – ответил Александр и буквально рванул с места.

Не знаю, всегда ли он так водил или это было исключительно для меня, но вышла я после такой езды совершенно невменяемая. Мало того что меня укачало, практически как в детстве, так еще и руки до сих пор дрожали от страха: пару раз он делал такие маневры на дороге, что, казалось, всё, конец, разобьемся в хлам.

– Подождать, пока мадам закончит, или отпускаете такси? – как ни в чем не бывало спросил Александр.

Я смогла лишь жестом показать, что больше не нуждаюсь в услугах подобного рода таксиста и, пошатываясь, вошла в парикмахерскую.

– Явилась наконец-то! Проходи давай, пока не услышала всё, что я о тебе думаю! Мне уже кажется, что твоя свадьба нужна вовсе не тебе, а твоим родителям. Ты вообще-то, Верочка, замуж хочешь? Или так просто решила выйти за Мишку: вроде как все выходят, и ты так же? – не унималась тетя Ирина и сверлила мне мозг неудобными вопросами.

Ох, если бы я могла на это ответить! Но и сама толком не знала. Конечно, для тети Ирины у меня был готовый ответ воспитанной и ответственной девушки, который она от меня ожидала и который, я надеялась, успокоил бы ее.

– Конечно, я хочу замуж. Я Мишку люблю. Просто вся эта предсвадебная суета мне кажется лишней. Ну кого мы этим хотим удивить? Мы же знаем друг друга сто лет уже, – сказала я.

– Это надо сделать не для себя, а для будущего.Потом жалеть будешь, что не надела красивое платье, не сделала макияж и прическу. Сохраняться же фотографии, видео…Что потом детям и внукам будешь показывать? Так что прекращай уже нудеть и смотри, какой вариант тебе по душе, – сказала тетя Ирина и сунула мне каталог с прическами.

Интересно, что бы из этого выбрал Александр? Жалко, он уехал, вдруг подумала я и чуть не выронила каталог из рук.

– Вера, ты что, пьяная, что ли? Ну как так можно? Соберись уже, – накричала на меня тетя Ирина.

Я была в тихом ужасе: почему он настолько засел мне в голову, что я вот так запросто с ним решила в мыслях посоветоваться? Я же его совершенно не знаю. Вот засада.

До пятницы на работе с Александром я не пересекалась: дел было выше крыши, надо было всё успеть доделать, чтобы потом спокойно взять отгул на пятницу. Самые большие сложности возникали с Брунгильдой: никак она не хотела исправлять свои косяки, вот мне и приходилось бегать за нее. Моя попытка поговорить на эту тему с ее начальницей никчему не привела: меня просто проигнорировали, махнув рукой, что это всё бесполезно и с Брунгильдой не договоришься.

Однако я начала понимать, на какой козе к ней можно подъехать. Я заметила, что она любит пить необычные чаи, и решила сыграть на этом. Перед тем как просить ее что-то исправить, я за час-полтора приносила ей на дегустацию новый вид чая: настроение у нее улучшалось, и после уже был шанс решить вопрос миром. Закупила я чай сразу оптом разных видов, но, к сожалению, метод помогал не всегда; скажем так, один раз из трех. К тому же еще появился небольшой побочный эффект от моей хитрости: теперь она могла неожиданно нагрянуть ко мне в кабинет за чайком и посидеть немного поболтать, что приводило к необходимости экстренного проветривания после нее.

Сотрудники соседнего отдела заметили, что Брунгильда записалась ко мне в подруги, и каждый раз сочувственно наблюдали за тем, как я устраиваю сквозняки. Я решила спросить у них, в чем дело, почему от Брунгильды такой запах, ведь это явно были не духи.

– Она общается с парнем, который состоит в странной секте. Они считают, что нет ничего лучше, чем естественный запах человека, и просто не моются месяцами. А чтобы волосы прилично выглядели на голове, обрабатывают их каким-то порошком, который убирает жирность, – сказали мне коллеги.

Ответ меня поверг в шок, лучше бы я не знала. Теперь бороться с тошнотой будет сложнее.

Глава 3

Наступил день свадьбы. С утра тетя Ирина колдовала над моей прической. Свадебный маникюр был сделан еще вечером, платье висело на вешалке, выглаженное и очень красивое.

Я чувствовала себя необычно: сегодня важный день в моей жизни, я выхожу замуж, а я не волнуюсь даже. Где же мандраж невесты, слезы, сожаления, что покидаю родительский дом? Ничего не было. Тишина. Я совершенно ничего не чувствовала, и это меня немного напрягало.

Я посмотрела на собранный пакет с вещами, который надо взять в нашу с Мишкой квартиру. Прошлась в уме, всё ли положила, и решила, что надо бы еще фен взять. После такого количества лака точно придется голову мыть, а без фена волосы сохнуть будут сто лет, будут все шансы простудиться, чего бы мне совсем не хотелось.

Пришло сообщение и прервало ход моих мыслей. Я посмотрела на экран, писал Мишка.

«Привет, любимая! Наконец сегодня ты станешь моей женой! Лечу к тебе на крыльях любви, волнуюсь. Встречай», – писал он.

Я дважды прочитала и засомневалась, что это творчество Мишки: он так никогда не изъяснялся, наверняка его дружки прикалываются с его телефона.

Я решила позвонить ему, чтобы не раздувать шутку.

– Алло, любимая, соскучилась? – услышала я Никитоса, младшего брата Мишки.

– Блин, так и знала, что это не Мишка пишет! Вот он узнает, уши тебе поотрывает! Лучше удали всё и телефон на место положи, – отругала я Никиту.

– Какая ты зануда, пошутить уже нельзя. Сразу уши поотрывает, – обиженно заскулил Никита и бросил трубку.

Никита был у них дома главный дурачок, вечно чудил. Мишка только и успевал исправлять за ним косяки. Все ждали, когда же он наконец-то подрастет и бросит дурака валять, а он подрос и стал косячить жестче. И никто не мог с ним справиться.

Пока я думала про то, какой же дебильный Никита, не заметила, как прическа уже была готова.

– Смотри, какая ты красавица! Просто глаз не оторвать! – довольная своей работой, сказала тетя Ирина.

– И правда красиво получилось. Спасибо большое!– ответила я машинально, глядя в зеркало и не узнавая себя с макияжем и прической.

Надо отдать должное мастерству тети Ирины: она из любой девчонки могла сделать принцессу.

– Что уснула-то? Давай, Верочка, платье помогу надеть. Скоро уже жених приедет, не в халате же его встречать планируешь, – сказала тетя Ирина.

Я взглянула на часы. Да, она права, надо уже одеваться.

Платье сидело великолепно. Я боялась лишний раз взглянуть на себя в зеркало: каждый раз просто не верила, что это на самом деле я.

Жених приехал даже немного раньше: нарядный, выбритый и с явным мандражом – руки немного тряслись, голос был тише обычного, и речь сбивалась.

Я смотрела на то, как он старательно выполняет задания, которые ему подготовили мои подруги, и мне стало его жаль. Ну вот зачем это издевательство? Он и так нервничает, а они его еще больше доводят. В какой-то момент я просто вышла из комнаты, взяла его за руку и сказала:

– Всё, девочки, на сегодня хватит. Дальше Миша мой.

В ответ девчонки разочарованно заныли: они явно были настроены его подольше помурыжить, а я им весь кайф обломала. Миша посмотрел на меня щенячьим благодарным взглядом, и у меня что-то щелкнуло внутри: я наконец-то поняла, что люблю его, но не как мужчину, а как младшего брата или сына, которого хочется оберегать, спасать, защищать, о котором хочется заботиться.

«Надеюсь, Мише этого будет достаточно, другую любовь я вряд ли смогу ему предложить», – подумала я в этот момент.

– Вера, пора ехать. Пойдем, – тихо обратился ко мне Миша.

– Ага, – ответила я.

Мы, взявшись за руки, не спеша вышли из подъезда, сели в наряженный джип его друга и поехали в ЗАГС.

Роспись, фотографирование у памятников, банкет – всё прошло очень спокойно, традиционно и чинно. Гости, особенно наши родители, были довольны праздником и тем, что в мире зародилась еще одна ячейка общества.

Все без конца желали нам скорейшего пополнения.

Я ела, пила, танцевала и радовалась со всеми, но воспринимала это скорее как нечто очередное, например день рождения, а не что-то особенное, что происходит один раз и на всю жизнь.

Нашу семейную жизнь с Мишей можно было охарактеризовать с первого дня как размеренную: мы понимали друг друга с полуслова и старались не раздражать свою вторую половинку.

А может, просто нам было настолько всё равно друг на друга, что ни у кого из нас даже мысли не возникало о том, чтобы ревновать или обижаться. Если бы не моя навязчивая одержимость Александром, мы могли бы с ним прожить долгую и спокойную жизнь. Но уже через пару недель я стала остро ощущать, что мне лично этого мало: будто ешь суп, который забыли посолить, – одновременно и наедаешься вроде, но послевкусие никакое.

Наконец-то, прислали фотографии из ЗАГСа и с торжества. Все было сделано первоклассно.

– Верка, какая ты тут красивая, глаз не оторвать! Я самый счастливый мужчина на свете, – прокомментировал Мишка, разглядывая фотки.

– Фотограф прям молодец! Все прекрасно получились. Надо родителям тоже отправить, пусть посмотрят, наверняка им очень интересно, – ответила я.

– Ага, отправь тогда сама, ладно? Я сегодня обещал Никитоса забрать из универа, заодно в деканат загляну. Надо проверить его успеваемость, а то снова хвостов наберет, исправлять замучаемся, – сказал Мишка и начал собираться.

– Ладно. Когда он у вас уже подрастет? Дитятко-то уже больно большое, чтоб с ним так нянькаться, – неожиданно для себя высказалась я.

Мишка тоже удивился. Он явно не ждал от меня подобных слов, и видно было, призадумался, что ему надо ответить.

– Не знал, что тебя это бесит. В целом ты права, конечно, надо уже прекращать эту тотальную опеку. Мне просто мать жалко, она звонила, слезно просила, – ответил Мишка.

– Всё я понимаю, не бери в голову. Езжай, я пока поесть на ужин нам приготовлю, – сказала я, стремясь смягчить ситуацию.

Мне совершенно не хотелось вступать в спор с Мишей, да еще и по поводу его братца-дурачка.

Девчонки на работе давно просили принести фотки с торжества, так что я сразу сформировала папку с наиболее удачными кадрами и скинула на флешку.

В обеденный перерыв мой компьютер просто атаковала женская половина нашего коллектива: всем вдруг захотелось взглянуть на меня в свадебном наряде и оценить жениха.

– Ой, какая ты тут красавица, Вера! Просто прелесть, – говорили наперебой тетеньки уже довольно солидного возраста, чтобы позволять себе делать комплименты девушке и при этом совершенно ей не завидовать.

– Верка, и правда красивые фотки получились. Поздравляем тебя, – поспокойнее реагировали дамы помладше.

В разгар просмотра и обсуждения фотографий в кабинет зашел Александр. У меня сердце сжалось от ожидания, что же он скажет. А он, поглядев на всю эту возню у монитора, спросил у меня:

– Ну что, есть фотка у винтовой лестницы в ЗАГСе? Если нет, то, считай, смотреть нечего.

– Есть, – ответила я удивленно.

– Ну тогда ладно. Зайду попозже, покажешь, – ответил он и ушел.

Я сидела и прислушивалась к своему пульсу, как он медленно возвращался в привычный ритм.

Александр сдержал слово и зашел ко мне буквально за пятнадцать минут до завершения рабочего дня.

– Врубай фотки, оценим степень твоей печали. Насколько по десятибалльной шкале ты была несчастна на собственной свадьбе? – сказал сходу Александр и направился к моему рабочему месте.

Он навис над монитором, потом выдал:

– Не, так неудобно. Вали-ка ты чайку налей, а я пока на твоем пригретом месте посижу.

Я уже начала потихоньку привыкать к его манере общения, так что просто вышла из-за стола и включила электрический чайник.

– Да, могут сейчас визажисты изменить человека. Ты тут прям хороша, красотка. Ну, ты и в жизни ниче так, но тут хороша. А жених чего такой потерянный? Тоже жениться не хотел или паспорт потерял? – спросил Александр.

Я подошла к монитору, взглянула на фото и задумалась. У Мишки и правда было очень растерянное выражение лица. Надо же, а я этого не заметила раньше, хотя просматривала эти фотографии уже не раз.

– Может, и не хотел. Откуда же мне знать? ВЗАГСе «да» сказал вроде добровольно, – ответила я, и мне самой в тот момент голос мой показался жалким.

– Ох, Верка, что-то вы с твоим женихом не того наделали. Вы же оба не хотели этой свадьбы. Посмотри: красавица с отпечатком скорби на лице и прикольный парень, загнанный в угол обстоятельствами жизни. Вам для большего драматизма еще не хватает совместной ипотеки и троих детей. Ну да ладно, дело сделано.Теперь у вас есть личный источник для говноедения, я могу только предложить услуги жилетки, если надо будет поплакаться. Ладно, тут всё ясно. Время валить домой, так что пора мне капитулироваться. А вас, Верочка, ожидает дома муж, надеюсь, сегодня с более веселым настроением, чем на свадьбе, – сказал Александр, залпом выпил чай и вышел из кабинета, оставив дверь за собой открытой.

Я смотрела на свое отражение в мониторе и понимала, насколько он прав. Но как вернуть время вспять, как всё исправить? Вот это я наломала дров…

Я шла домой, а в голове крутились слова Александра. Почти у подъезда меня окликнула женщина.

– Девушка, вы, кажется, кошелек выронили! – сказала она, протягивая мне красный кошелек, очень похожий на мой.

– Спасибо, я даже не заметила, – ошарашенно поблагодарила я женщину и машинально убрала кошелек в сумку.

Этот инцидент меня немного отвлек от моих печальных мыслей. Дома я быстренько навела порядок после оставленного нами утреннего хаоса и принялась за готовку ужина.

В морозилке был выбор мяса на любой вкус, разве что только не было баранины, остальное – к вашим услугам. Мишка мой очень любил вкусно покушать и всегда следил за тем, чтобы дома были все необходимые продукты. Он четко разделил все домашние обязанности: основная закупка продуктов и вынос мусора – это его забота, всё остальное хозяйство – моя забота. Я, собственно, не сопротивлялась такому положению дел: детей у нас не было, каких-то невероятных увлечений по вечерам тоже, так что уборка и готовка казались мне вполне приемлемым вариантом времяпрепровождения.

Итак, определившись с выбором мяса, я решила запечь свинину с овощами в маринаде в духовке. Как я это называла,«без прикрас», но сытно, вкусно и ароматно. К приходу Мишки домой аромат стоял уже по всей квартире просто обалденный, у самой уже текли слюнки, но я терпеливо ждала, когда Мишка придет и мы вместе приступим к ужину.

Я любила красиво сервировать стол и старалась вечерний ужин по возможности организовать так, чтобы он был не просто вкусным, но и приносил эстетическое удовольствие своим внешним видом. Пока я была занята сервировкой, особо не обращала внимание на то, что Мишка задержался в ванной. Но стоило мне завершить последние штрихи и сесть за стол, как отсутствие Мишки стало сначала напрягать, а потом и раздражать.

Я решила спросить, что же такое случилось, что он так надолго застрял в ванной.

– Миша, у тебя всё в порядке? Я уже накрыла на стол, приходи ужинать, – крикнула я ему.

– Сейчас иду, я с Никитосом разговариваю, – ответил Мишка.

В итоге я дождалась мужа только через двадцать минут. Ужин остыл, да и настроение у меня уже было довольно унылое. Мишка, явно эмоционально возбужденный, сел за стол и сказал:

– Не хочешь спросить, что же у Никитоса случилось?

– Нет, не хочу. Ты ведь уже всё разрулил, зачем мне еще в это лезть? – резко ответила я и вышла из-за стола.

– Ты чего такая бешеная в последнее время? Никитос тебя явно раздражает. Что происходит, объясни толком, – растерянно обратился ко мне Мишка.

Мое чувство вины перед ним заставило меня сесть обратно за стол. Я еще ничего плохого не успела сделать, лишь не могла выкинуть из головы Александра, но уже чувствовала себя виноватой, словно изменила Мише. Я себя за это просто ненавидела, но сделать ничего не могла.

– Я просто устаю на работе. Прихожу домой в надежде пообщаться с тобой, а с нами всегда проблемы твоего брата. Ты разве не замечаешь? Только на этой неделе ты два вечера уже потратил на него и сегодня больше часа просто решал его проблемы по телефону. Миша, ну он же не болен, он взрослый парень и не нуждается в помощи. Пусть сам чего-то попробует добиться, ты же не сможешь быть ему пожизненной нянькой. А когда у нас появятся дети, ты что, будешь их бросать и ехать спасать Никитоса? – попыталась я объяснить свое состояние.

– Не начинай только. У нас нет отца, мама переживает. Не могу я его бросить на произвол судьбы, надо просто перетерпеть. Он сам поймет со временем и будет жить самостоятельно, – ответил Мишка с явным раздражением в голосе.

Я вдруг поняла, почему мы с ним почти не ссорились никогда: потому что я всё и всегда делала, как он хотел. Всегда мы ели его любимые блюда, смотрели фильмы, которые он любил, даже книги я уже давно читаю те же, что и он, чтобы мы могли потом вместе обсудить их и поделиться впечатлениями.

Я вдруг вспомнила красивое красное платье с V-образным вырезом, приталенное, длиной чуть ниже колена. Оно мне было очень к лицу, я любовалась собой в зеркале, и уже предвкушала, что надену его на праздник, как подошел Мишка.

– Вера, ты чего, на панель собралась подрабатывать? Вот, примерь эти два платья, мне кажется, должны подойти, – сказал Мишка и протянул мне одно черное, другое синее платье.

Оба платья были неплохими, хорошо на мне смотрелись, но скромно. В итоге мы купили синее. Но то красное платье не выходило у меня из головы, и я решила именно сейчас поговорить о нем с Мишей.

– Миш, а помнишь, в магазине красное платье, которое я мерила. Оно тебе правда так не понравилось? – спросила я.

Мишка нахмурился, делая вид, что вспоминает, и ответил:

– Классное платье было, помню, но не для тебя. Ты у меня девочка скромная, хорошая, а это платье тебя бы портило.

– А если я его куплю и буду носить, что тогда будет? – не унималась я.

– Вера, ты что, таблетки какие пить начала? Или думаешь, штамп в паспорте поставила и теперь можно выкобениваться, характер свой демонстрировать? – заорал Мишка на меня.

– Не ори, я просто спросила. Ты ведь никогда не интересовался, что мне нравится, какая одежда, еда, да вообще всё, – ответила я ему, тоже уже эмоционально начиная закипать.

– А зачем мне это знать? Мне надо, чтобы ты обо мне заботилась и чтобы мне было дома спокойно и комфортно. Всё, больше мне от тебя ничего не надо! Это, я надеюсь, тебе понятно? – снова на повышенных тонах сказал Мишка.

– Кристально понятно! Спасибо за разъяснения! – ответила я и ушла в спальню.

Меня начало лихорадить: так вон оно что, я нужна, пока я удобная, а если вдруг мое «я» вылезет наружу и станет поперек его «я», то в моих услугах больше нуждаться не будут. А что, собственно, ты, Верочка, хотела от него услышать? Он никогда не утруждал себя в организации сюрпризов или пламенных признаний в любви, мы просто шли к свадьбе по проторенной дорожке, потому что все так считали правильным: я казалась для Мишки удобным вариантом, а он для меня – подходящей партией.

– Верка, ты давай за ум берись, прекращай эти свои инсинуации. Столько лет общались, дружили, и всё прекрасно было же. Теперь тебе как вожжа под хвост попала. Хочешь, поедем в отпуск куда-нибудь вместе? У нас ведь не было свадебного путешествия. Может, отдохнешь, успокоишься. Что скажешь? – спросил Мишка уже более спокойным тоном.

Было видно, что ему совсем не хочется со мной быть в ссоре, это нарушает его внутреннюю гармонию, которую он так стремился иметь дома. А мне нужно было время всё окончательно осознать и обдумать, что делать дальше.

– Может, позже? На следующей неделе у меня командировка – выезжаем на объект с командой, чтобы на месте снять все острые вопросы, – ответила я отрешенным голосом.

– Ладно, я есть пошел. Перепсихуешь, присоединяйся, – ответил Мишка и ушел на кухню.

Я подумала про командировку. Нам ведь еще не сказали, где мы будем жить, каким составом поедем, на чем поедем. Надо будет завтра всё это уточнить.

Перед сном Мишка делал попытки поприставать ко мне, но, видимо, моя совершенно вялая реакция на все его телодвижения отбила у него всякую охоту, и он, отвернувшись от меня, довольно быстро захрапел. Я этому была только рада: наш с ним секс сложно было назвать чем-то выдающимся, хотя мне особо-то сравнить не с чем было – Миша был моим первым мужчиной и единственным половым партнером. Но даже при таком раскладе я понимала, как всё у нас банально и кисло. Собственно, я не получала от нашего соития никакого удовольствия, поэтому рассматривала данный процесс исключительно как супружеский долг.

Улучив свободную минутку на работе, я забежала к коллегам, с которыми мы должны были ехать вместе в командировку, и начала заваливать их вопросами.

– Вера, нас поедет шесть человек. Поедем на служебных автомобилях. Жить будем в гостинице, уже есть бронь на номера. Всю информацию с адресами и так далее скинут чуть позже на почту. Так что не спеши, всё тебе расскажут. А еще возьми с собой какой-нибудь красивый наряд, обычно нас там ведут вечером в ресторан, вроде как обмен опытом в приятной обстановке, – рассказала мне Юля, коллега, которая также была в команде командированных.

– Хорошо. Спасибо, Юль, – ответила я ей.

Я шла по коридорам офиса и невольно искала взглядом Александра. Я ведь до сих пор не знала, кем он тут работает, а спросить про него боялась – а вдруг выдам свои чувства к нему.

Мне почему-то очень хотелось воспользоваться его предложением побыть плакательной жилеткой для меня, но его нигде не было видно, и в гости ко мне в кабинет он также не заходил.

Дни до командировки пролетели быстро. Было очень много задач, которые надо закрыть практически одновременно, так что даже лишний раз в туалет сбегать некогда. Но наша команда все-таки справилась, и к командировке мы были полностью экипированы.Все проблемные места проекта заранее выявили и ожидали разбора на площадке.

Нас решили отпустить на час пораньше: завтра выезд был назначен на пять утра. Ожидалось, что водитель заедет за сотрудниками по очереди и возьмет курс на объект.

– Верка, пока! Ты платье подготовила? – крикнула мне Юлька, выходя из офиса.

– Пока! – ответила я и задумалась.

А ведь у меня не было ни одного реально красивого нарядного платья, все скромные. И тут меня словно ошпарило: конечно же, я должна купить то самое красное платье. Я доехала до магазина, практически добежала до бутика, повторяя про себя: «Хоть бы не купили еще». Платье висело, как и прежде. Я схватила его и уверенным шагом направилась к кассе. Продавец, удивленно наблюдая за моими действиями, спросила:

– Не желаете сначала примерить?

– Нет. Положите, пожалуйста, в пакет его, – ответила я и приготовила карту к оплате.

Дома я быстренько спрятала платье в чемодан и села на диван. Ощущение было, что я воровка. Сердце часто-часто колотилось и готово было выпрыгнуть из груди. Я начала разбирать сумку, чтобы убрать всё лишнее: тащить с собой в командировку тяжелое совсем не хотелось.

Разбирая, я вдруг обнаружила, что у меня в сумке два абсолютно одинаковых кошелька. Как странно, подумала я и тут же вспомнила, как женщина на улице отдала мне его, сказав, что я уронила. Я открыла первый кошелек – он был точно мой: мой пропуск в офис, карточки, фотография, всё мое лежало там. Открыла второй и поняла, что это не мое: кто-то его потерял рядом с нашим подъездом, и он по воле случая оказался у меня.

Я начала в нем копаться: была одна купюра в пять тысяч рублей и две купюры по тысяче. Еще – огромное количество скидочных карточек. Одна из карточек оказалась именной, были указаны имя и фамилия владельца карты – Самбурова Алина. Немного подумав, я позвонила на горячую линию сети магазинов, в которой данная карта была оформлена, и обрисовала оператору колл-центра ситуацию. Предоставить телефон хозяйки карты мне отказались, но предложили сообщить мой телефон, чтобы он смог со мной связаться. Я не особо ожидала, что они станут заморачиваться и искать владельца карты, чтобы передать мой номер телефона, но все-таки, сделала что смогла, чтобы появился шанс вернуть кошелек хозяйке.

Я еще раз посмотрела на кошельки и снова удивилась: абсолютно одинаковые на вид и, похоже, куплены примерно в одно время, потому что оба относительно новые еще. Этот кошелек мне подарил месяц назад Мишка на день рождения. Говорил, что купил его в брендовом бутике. Надо же, какое совпадение.

Я ушла в душ и оставила свой телефон в спальне на зарядке. Выйдя, обнаружила четыре пропущенных вызова с одного и того же незнакомого номера.

Перезвонила, и мне тут же ответили.

– Алло, это Алина Самбурова. Мне ваш телефон дали в колл-центре. Сказали, вы нашли мой кошелек. Это правда? – спросил молодой женский голос.

– Да, правда. Можете забрать его, только лучше сегодня, а то я в командировку уеду на три дня. Сможете приехать? – спросила я.

– Да, конечно. Какой адрес? – спросила Алина.

– Перспективная, двадцать, квартира двести пять, – ответила я.

Повисло какое-то странное молчание. Я даже спросила:

– Алина, вы еще тут? Рассказать, как добраться? Вам откуда ехать?

– Я знаю, где это. Буду через полчаса. Удобно так? – ответила Алина подавленным голосом.

– Да. Жду вас, – ответила я и положила трубку.

Какая странная девушка: расстроилась, что кошелек нашелся, или еще что у нее стряслось? Да ладно, бог с ней, главное, отдать уже находку хозяйке, и всё.

Мишка пришел с работы недовольный, всё ныл, что устал, а тут еще я уезжаю. Кто будет о нем заботиться?

– Миша, не зуди, я наготовила на роту солдат, всё в холодильнике. Ты даже съесть это всё не успеешь, пока я буду в командировке. Рубашки все чистые, наглаженные, в шкафу висят, меняй хоть каждый день. Так что не заметишь даже моего отсутствия, – ответила я ему на нытье.

Неожиданно Мишка замолчал. Я обернулась посмотреть, чего это он завис. А он стоял у подоконника и не моргая смотрел на кошелек, на котором лежала карточка Самбуровой Алины.

– Миш, не трогай, это не наше. На улице женщина подобрала пару дней назад и мне дала, думала, что я выронила. А я только сегодня хозяйку по этой карточке нашла. Представляешь, какое совпадение: у меня ведь точно такой же, ты мне дарил. Сейчас эта Алина приедет и заберет свой кошелек, – рассказала я Мише.

У Мишы словно кровь от лица отхлынула: он побледнел и схватился за подоконник.

– Мишка, ты чего? Тебе что, плохо? – подбежав к нему, спросила я.

– Голова закружилась. Говорю же, устал капец как на работе. Я полежу в спальне немного, – ответил Мишка и поплелся на кровать.

Я была растеряна: впервые видела, чтобы Мишке становилось так плохо. Ход моих мыслей был прерван звонком в домофон, это была Алина. Красивая, даже, правильнее сказать, эффектная брюнетка, явно любительница бьюти-процедур. Забрала свой кошелек, мило поблагодарила меня, протянув коробку конфет, и ушла.

Мишка весь вечер разыгрывал больную карту, лишь изредка с кем-то переписываясь в телефоне. Пришлось тащить ему ужин с доставкой в постель и выполнять его капризы до тех пор, пока он не уснул.

Глава 4

Я проснулась намного раньше будильника, был мандраж от ожидания предстоящей поездки. Без десяти пять я уже стояла у подъезда с чемоданом и ждала машину. На улице было тихо и свежо. Я успела немного озябнуть, когда рядом со мной остановился большой черный джип. Стекло опустилось, и я увидела Александра.

– Запрыгивай греться! Смотришься, как отмороженный суслик! – сказал он.

– Я водителя жду. Сегодня же командировка! – растерянно сказала я и стала озираться по сторонам, а у самой уже от нахлынувших эмоций подкашивались ноги и заплетался язык.

– Водила слег, я за него.Давай уже запрыгивай, нам еще остальных забирать, – скомандовал Александр, а сам открыл багажник и направился ко мне за чемоданом.

Александр забрал мой чемодан, практически вырвал у меня из рук его, потому что я стояла, как застывшая фарфоровая кукла, и не понимала, как сейчас должна себя вести. Вот уж чего не ожидала, так это того, что мне придется ехать в командировку именно с ним. А его это, кажется, изрядно забавляло. Он обошел машину, открыл пассажирскую дверь, поклонился мне вальяжно и сказал:

– О сударыня, простите меня великодушно! Забыл, что вашему высочеству необходимо подавать автомобиль правильным образом и приоткрывать дверку, чтобы вы могли аккуратно присесть своей милой попкой на подогретое специально для вас кресло.

Я ошарашенно продолжала смотреть на него. Он еще раз поклонился и показал мне рукой в сторону открытой дверцы. Тут я уже начала медленно соображать: всё равно долго стоять в таком положении было просто глупо, поэтому я прошла и села молча в машину. Он закрыл за мной дверь, а сам занял место водителя.

– Так, ну рассказывай, что с тобой такое приключилось, что ты превратилась в безжизненную куклу со стеклянными глазами? – обратился ко мне Александр.

– Не знаю. Наверное, я просто не выспалась, – попыталась оправдаться я, но получилось у меня это крайне неуверенно и нелепо.

– А где же твой благоверный? Чего не вышел провожать тебя? Или он не боится, что его сокровище может кто-то с утра стырить на улице? – не унимался Александр, задавал мне всё более неудобные вопросы.

– Он даже не проснулся, когда я собиралась и выходила из квартиры, – ответила я с явным разочарованием в голосе.

– О как! Я смотрю, у вас полная гармония продолжает царить в доме. Ну и как тебе семейная жизнь? Всё продолжает играть разнообразными красками, или уже успели побить друг друга скалкой? – видно было, настроение у Александра явно на высоте, не то что мое.

– Ну, побить пока еще не успели друг друга, но пару раз вступить в словесную перепалку успели. Даже было немного обидно, – ответила я честно.

– Вон как. Наконец-то живые подробности из жизни знаменитой семейной пары! А можно конкретики? Ехать-то всё равно нам долго и скучно, – спросил Александр.

– Ой, да на самом деле вообще ничего интересного. Просто я решила спросить его, почему он как-то не разрешил мне купить красное платье в магазине, а он ответил, что оно только для шалав. А платье мне очень понравилось и показалось вполне приемлемым на праздник. На мой вопрос, почему он так взбесился, что начал орать, сказал, что полученный штамп в паспорте вовсе не является для меня основанием для демонстрации характера и что ему нужна дома тихая удобная жена, а не та, которая будет постоянно перечить, – попыталась я объяснить ситуацию, правда, получилось у меня довольно сумбурно.

– Ага, значит, Мишенька завел себе удобную домашнюю собачку и вовсе не желает, чтобы она выгуливалась в ярких нарядах. Интересненько, интересненько, насколько же хватит тебя в этой ситуации? – прокомментировал услышанное Александр.

– Да ни насколько меня не хватило. Когда Юлька сказала, что в командировке нужно будет с собой иметь нарядное платье, вроде как нас поведут в ресторан, я ничего умнее не придумала, как сходить и тайком от мужа купить то самое красное платье. И сейчас оно едет с нами в чемодане. Я спрятала его поглубже, как последний воришка, чтобы он не заметил, – рассказала я о своем глупом поступке, и у меня заполыхали щеки.

– О, а ты, Верка, молодец! Я думал, совсем тутеха, а ты, оказывается, ух какая баба с огоньком!– сыронизировал Александр.– А чего это у нас лицо покраснело? Стыдно, что ли, за то, что впервые в жизни сделала то, что хотела сама? Ты что, росла на домострое? Откуда у тебя такая лишенческая позиция? Кто тебе внушил, что делать, как хочется тебе самой, – это плохо? – серьезным тоном обратился ко мне Александр.

– Ну просто надо же учитывать мнение мужа. Ведь если он узнает, что я это платье купила, дома будет скандал. Да и вообще, получается, что я потратила деньги из семейного бюджета без согласования с ним, – попыталась ответить максимально честно.

– О боже, какой кошмар! Как же теперь тебе с этим жить?! Я даже не представляю, как ты сможешь угомонить свою чертову совесть теперь! – начал причитать Александр.

Я прекрасно понимала, что его и мое представление о данной ситуации совершенно не совпадают: если мне было горько и стыдно, то ему было смешно и непонятно, как можно вообще из-за такой ерунды переживать.

Вскоре мы заехали за двумя моими коллегами и уже продолжили движение не одни, поэтому разговоры на такие темы больше не заводили.

Когда мы прибыли на объект, нас разместили в прекрасной гостинице.Номера оказались очень уютными, и Александр, как истинный джентльмен, притащил всем дамам чемоданы в номера.

В этот день нам предстояли лишь ознакомительная поездка на объект и встреча с коллегами в ресторане.

– Уважаемые коллеги, рад приветствовать вас сегодня на нашем грандиозном объекте под названием «Проект “Свечаˮ». Сегодня нам предстоит плодотворно потрудиться: нужно пройти не один квадратный метр данного объекта, оценить все минусы и плюсы, задокументировать. И уже с завтрашнего дня мы начнем работать в офисе и постараемся разобрать все недостатки совместными усилиями, –такой речью встретил нас руководитель объекта и проводил к небольшому домику, где всем выдали жилеты и каски.

Уже через пару часов обхода у всех изрядно гудели ноги: лазание по стройплощадке явно не было нашей сильной стороной. С непривычки мы уже хотели присесть, поесть и, в принципе, отдохнуть. Я обратила внимание, что в течение всей нашей работы на объекте с нами не было Александра.

Вероятно, он остался в гостинице, подумала я.

Вечером всем велели быть нарядно одетыми и ожидать у барной стойки, нас должны были проводить в ресторан на встречу с коллегами.

После лазания по стройке у меня было только одно желание – поскорее принять душ, смыть с себя всю эту пыль. Приведя себя в порядок, я достала из чемодана платье и поняла, что оно настолько мятое, что без глажки надевать его было нельзя.

Я схватила платье, посмотрела на часы и поняла, что времени осталось не так уж и много. Быстрым шагом направилась к предполагаемому месту расположения гладильной доски и утюга.

Завернув за угол, я практически чуть не налетела на Александра, который в это время аккуратно разглаживал свою белоснежную рубашку.

– Ой, простите, я случайно, – еле-еле пролепетала я в оправдание.

– О, какие люди на горизонте образовались! Надеюсь, сегодня я все-таки увижу легендарное красное платье, – сказав это, Александр обернулся и заметил, что я в руках держала именно то самое красное платье.

– Так это просто судьба! Оно само пришло ко мне, и я обязан тебе его погладить! Ну-ка, давай скорее сюда его, оценю хоть, – Александр буквально выхватил платье из моих рук, отбросил свою белоснежную рубашку и начал церемонно гладить мое платье.

– Ну так себе платьице, не прямо вау, есть в нем что-то монашеское. Я-то думал, что сейчас увижу нечто, а это просто обычное красное платье, – нарочито обыкновенным тоном сказал Александр.

– Дайте, я сама его доглажу! Что вы делаете такое? Это же просто ни в какие ворота не лезет! Я умею сама гладить свою одежду, – попыталась я отобрать у него утюг.

Но силы у нас явно были неравны: он выставил вторую руку так, что я могла бы добраться до утюга, только если полностью бы приобняла его, но такого я себе позволить не могла. Поэтому мне оставалось просто глупо стоять позади него и наблюдать, как он, присвистывая и пританцовывая, доглаживает мое платье.

– О сударыня, примите свое прекрасное красное платье из рук своего раба и будьте так любезны надеть его к сегодняшнему ужину. Буду вас ждать у барной стойки с нетерпением. Ваш раб Александр, – сказал Александр, снова иронизируя.

В данный момент поддержать его тон я не могла, слишком было волнительно для меня всё, что происходило вокруг, и его присутствие тем более вызывало у меня массу эмоций и заставляло нервничать. Поэтому я просто схватила платье и побежала к себе в номер.

Когда я спускалась по лестнице, мое сердце готово было выпрыгнуть из груди и вернуться обратно в номер, спрятаться где-нибудь под одеялком и не выползать оттуда весь вечер. Было ужасно страшно: во-первых, потому что я для самой себя выглядела непривычно ярко, а, во-вторых, потому что боялась, что не обнаружу Александра у барной стойки и что он просто смеется надо мной, а на самом деле считает меня глупой дурочкой, не стоящей его внимания.

Однако я ошиблась. Стоило мне показаться из-за угла, как Александр застыл, его взгляд зацепился за мой, и он отставил свой бокал и поспешным шагом подошел ко мне, протянул мне галантно руку и сказал:

– Вы просто очаровательны, сударыня. Позвольте мне в этот вечер стать вашим сопровождающим кавалером.

Я, краснея от смущения, протянула ему руку, и мы вместе последовали в зал ресторана.

Увидев нас издалека, руководитель строительного объекта Валерий Игоревич вдруг резко встал со своего места и направился к нам.

– Добрый вечер, Александр Михайлович! Очень рады, что вы смогли сегодня присоединиться к нам за ужином. Вот, пожалуйста, ваше место. И рядышком может расположиться ваша очаровательная спутница, – тепло поприветствовал Александра Валерий Игоревич.

– Ну что, Верочка, вот видишь, какой эффект производит на людей прекрасно выглядящая женщина. Валерий Игоревич даже не признал тебя, – при всех решил смутить меня Александр.

– Ой, Верочка, и правда, простите меня великодушно! Я вас не узнал. Вы просто прелестны, – удивленным голосом сказал Валерий Игоревич.

Я поймала на себе косые взгляды моих коллег, особенно Юльки: она явно была не рада тому, что я пришла под руку с Александром.

Я начала понимать, что Александр не обычный работник нашего офиса, но кто он был на самом деле, я никак не могла сообразить. А просто взять и спросить в лоб было крайне неудобно.

Я сидела в номере и думала: какая же я все-таки глупая, почему же я ничего не понимаю в жизни, а тем более в мужчинах. Умудрилась сразу же вляпаться в неудачный брак. Хотя что значит неудачный, я сама до сих пор не понимаю. Как охарактеризовать брак удачный или брак неудачный? Меня учили мама и бабушка, что главное в браке – это взаимопонимание, спокойствие и стабильность. Не было и слова о том, что должна присутствовать страсть или любовь. Поэтому сложно было сказать, правильно ли я выбрала себе спутника жизни. Ведь если я стану вести себя, как раньше, то есть просто плыть по течению и делать всё, как нравится Мише, то наш брак можно будет назвать по канонам моей бабушки и мамы вполне себе счастливым.

Но сидел во мне какой-то чертик или бесенок– как его назвать, сама не знаю, – который требовал от брака нечто другое. Я хотела, чтобы мой муж меня боготворил, носил на руках. Хотелось испытать к нему подобные чувства, хотелось, чтобы между нами кипела страсть и летели искры и чтобы нам было хорошо друг с другом, именно с такими, какие мы есть на самом деле, а не с теми нашими вариациями, которые просто подстраиваются под другого человека.

Только это всё осознание ко мне пришло поздновато. В моей жизни появились чувства к Александру тогда, когда я уже обещала и дала слово другому.

В данный момент я чувствовала, что связана узами брака. Именно связана. Этот брак стал для меня ошейником, который душил меня сразу же, как только я пыталась отойти на какое-то расстояние. Неужели мне теперь всегда нужно будет жить по правилам Миши и в тени Миши, неужели я буду согласна на это? Смогу ли я когда-нибудь решиться взбрыкнуть и показать свое«я», поставить свои желания выше мнения родных, не испугаться, что все меня предадут анафеме, и выбрать путь, который я считаю правильным для себя.

Сейчас я не знала, как правильно поступить. Я понимала, что не очень-то и нужна Александру: у него наверняка есть своя интересная, бурная жизнь, в которой мне нет никакого места, а мне он оказывает знаки внимания просто потому, что я показалась ему приемлемым экземпляром для игр, не более того. Но так хотелось верить в свою уникальность и нужность, так сильно хотелось, что сердце отказывалось от того, чтобы принимать доводы и аргументы головы.

Оставшиеся дни командировки прошли в плодотворной работе. Мне некогда было особо думать об Александре. Единственной, кто мне не давал забыть о моем неподобающем поведении, была Юлька, которая при каждом удобном случае считала своим долгом уколоть меня и напомнить, что я делала не так в тот вечер.

– Верка, ты мне скажи, как ты вообще додумалась пойти с ним в номер? Ты хоть понимаешь, что теперь все, абсолютно все, уверены, что он с тобой переспал? – спросила меня Юлька, когда мы вместе пошли на обеденный перерыв.

– Юль, ну хватит, перестань, не говори глупостей. Я замужняя женщина и ни с кем я не собиралась переспать, он просто проводил меня до номера. Сказал, что чувствовал ответственность за мою безопасность, потому что поздно вечером по коридорам гостиницы могут шастать различные нетрезвые типы, вот и всё. И хватит уже об этом, а то я начну думать, что ты сама положила глаз на Александра и просто тупо ко мне ревнуешь, – сказала я Юльке.

У Юли моментально изменилось выражение лица: из милой благовидной тетушки, которая любила наставления, она превратилась в женщину-хищницу, которая, сощурив глаза, посмотрела на меня пристально и сказала:

– А может, и так, что с того? Ты замужняя женщина, я свободная женщина. Так что делаю, как хочу, и меня никто не сможет осудить за это.

– Вот и отлично, Юля, отлично! Забирай себе Александра и пускай на него свои флюиды. Пусть он всё свое внимание обратит на тебя, я совершенно ничего против этого не имею, – уже с заметным раздражением в голосе сказала я Юле.

– Окей, Верочка, договорились, значит, – заулыбалась мне в ответ Юля.

Я смотрела на свою коллегу и не понимала, как раньше я не разглядела в ней такую страстную хищницу. Мне казалось, что она спокойная домашняя девушка, а на самом деле это было очень далеко от правды. Единственное, что я теперь знала, в отличие от Юли, что Александр был не самого высокого мнения о ней, так что заполучить его для Юли будет довольно сложной задачей.

Сегодня был последний вечер, когда мы находились на объекте. Рано утром у нас был запланирован выезд домой.

Мы должны были всей дружной компанией пойти рассматривать местные достопримечательности в близлежащем городе. Оделись все максимально уютно и удобно, в основном в джинсы, кроссовки, теплые худи, и ждали, когда за нами заедет микроавтобус.

Микроавтобус уже подъехал, начали рассаживаться, как вдруг в салон зашел Александр и скомандовал:

– Добрый вечер, дамы! Мне нужны две девушки для организации фуршета. Добровольцы есть?

– Я пойду, – сказала Юлька и стала медленно вставать со своего места.

– Отлично. Еще кто осмелится побыть в моем обществе примерно часик? Потом обещаю отвезти на экскурсию и нагнать всё пропущенное, – сказал Александр.

Дамы упорно молчали: было видно, что их держит вовсе не нежелание помочь Александру, а страх быть растерзанными на кусочки Юлей, которая за спиной у него красноречиво показывала жестами, что сделает с той, которая решится нарушить ее уединение с Александром.

Мне стало даже смешно от такой глупой ситуации. А Александр вмиг распознал выкрутасы Юли и решил взять инициативу в свои руки.

– Верочка, вы же не бросите свою подругу одну? Я уверен, что вы захотите ей помочь как можно скорее управиться с поставленной задачей, – сказал Александр и довольно бесцеремонно вытащил меня из микроавтобуса за руку.

Юля была недовольна, но в данной ситуации уже не могла явно выражать свой гнев, так что она мило улыбалась и делала вид, что всё нормально.

Александр уселся в автомобиль и подъехал к нам.

– Запрыгивайте, красотки, поехали кутить! – крикнул он нам в окно.

Юлька бесцеремонно отпихнула меня и села на переднее сиденье, а я влезла назад.

– Александр, а далеко нам ехать? Может, музыку послушаем? Что вы любите обычно слушать в машине? – практически замурлыкала Юля.

У меня от такого откровенного флирта подкатил ком к горлу. Стало мутить, как в детстве, когда укачивало в дороге. Я отвернулась и попыталась сосредоточиться на виде из окна.

– Обычно, Юленька, когда я езжу один, то слушаю григорианские хоралы. Хотите, включу? – сказал Александр.

Я невольно хихикнула на его предпочтения в музыке, что не ускользнуло от внимания Александра.

– Что такое, Верочка? Не любите литургические песнопения? – спросил меня Александр.

Я даже не успела сообразить, как мне правильно ответить, чтобы никого не обидеть, как услышала голос Юльки.

– Ой, Александр, да какая разница, ей там и слышно-то не будет. Включайте музыку. Она не хочет, пусть не слушает, а мы с вами насладимся, – снова промурлыкала Юля.

Александр демонстративно положил руку на коленку Юльке, которая была совсем не против этого, и ответил ей:

– Как скажете, Юлия. Я всегда за наслаждение.

Меня от этого всего бросило в жар, тошнота уже практически меня душила, было огромное желание открыть дверь машины и просто выпрыгнуть на ходу, лишь бы больше не видеть и не слышать их.

Хорошо, что ехать нам пришлось недалеко. Вскоре Александр припарковался рядом с деревянным срубом. Недалеко была большая беседка с мангалом и возможностью посидеть за столом.

– Так, давайте, дамочки, быстрее шевелите своими булками: нам надо буквально за пятнадцать–двадцать минут разложить всё для фуршета. Алкоголь и соки на полу в пакетах, бокалы смотрите в шкафчиках на кухне. Салфетки и так далее, всякая мелкая приблуда, тоже должны быть в пакетах, но уже в багажнике машины. Сейчас я всё притащу. А вы давайте скорее приступайте, – начал Александр энергично раздавать команды.

Я вылезла из машины и побрела в сторону дома. Обернувшись, увидела, что Юлька продолжает крутиться вокруг Александра и делает вид, что помогает ему с пакетами. Мне было тошно на всё это смотреть, поэтому я, дернув за ручку двери и убедившись, что она открыта, просто зашла в дом, разулась и стала осматриваться.

Изнутри домик был похож на охотничий: на стенах висели чучела голов животных, на полу валялась медвежья шкура, был настоящий камин, который явно недавно топили – в комнате стоял запах горелого дерева. Дом состоял из залы, небольшой спаленки, кухни и коридора.

Я увидела столик, рядом с которым находились пакеты. Не дожидаясь Александра с Юлей, я приступила к выполнению задачи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.