Ольга Князева
Заблудшие души

Глава 1

Раздражённо отключив будильник уже в третий раз, Ангелина через силу встала с кровати, чувствуя, как болезненно гудит от недосыпа голова. Сопротивляясь желанию упасть обратно на подушку, она по привычке подошла к шкафу, но увидев вместо своего отражения заклеенное бумагой зеркало, тихо выругалась, вспомнив о своём «квартиранте», который лишил её возможности любоваться своим внешним видом. А она очень любила это делать, каждый раз получая удовольствие от своей стройной фигуры, длинных, чуть вьющихся волос, выкрашенных в ярко рыжий цвет. Ей нравилось её идеальное лицо, привлекающее к себе внимание мужчин, и, конечно же, она была просто в восторге от своих татуировок, которые так красиво смотрелись на её светлой коже, лишённой родинок и прочего, по её мнению, уродства.

Раздражённо выдохнув, Ангелина сдержала порыв отклеить уголок бумаги и посмотреть на своё отражение, вместо этого сонно и без особого желания зайдя в ванную, надеясь, что терроризирующий её «квартирант» не будет снова портить ей жизнь, по крайней мере, так сильно, как он делал это позавчера.

Умывшись и почистив зубы, Ангелина немного постояла над вторым заклеенным зеркалом, решая, стоит ли новый стресс того, чтобы увидеть своё отражение и накраситься, или нет. Но перед её глазами тут же появилось бледное лицо с перекошенным ртом, и она поёжилась от страха, смешанного с отвращением, после чего сразу же вернулась в спальню, решив привести себя в порядок с помощью тёмного экрана телефона. И только она взяла его в руки, как он снова зазвонил, но на этот раз информируя о полученном от администратора сообщении.

«Ангелин, ты помнишь, что у тебя первый клиент на девять утра? Пожалуйста, не опаздывай, это придёт та скандальная тётка, которая была у тебя две недели назад»

Три раза прочитав сообщение, пытаясь спросонья вникнуть в его смысл, Ангелина недовольно поджала пухлые губы. Уже ни один раз она говорила Наташе, чтобы к ней не записывали эту женщину, но она словно назло продолжала это делать. Хотя почему словно, они ведь обе испытывают друг к другу обоюдную неприязнь, в которой угадывалось презрение.

Ничего не ответив, Ангелина медленно оделась, собрала волосы в высокий хвост и, достав косметичку, посмотрела на время, понимая, что у неё уже вряд ли получится вовремя прийти на работу. И было только два дальнейших пути, идти в салон ненакрашенной, или в спешке накраситься так, что змеиный коллектив будет ещё долго обсуждать её навык в этом деле. Хотя приди она без макияжа, это тем более не останется без внимания.

Немного подумав, Ангелина закинула мобильный в сумку, на свой страх и риск достала из комода настольное зеркальце, после чего, задержав дыхание, посмотрела на своё отражение. Всё было нормально и ничего жуткого она не увидела. Разве что ей категорически не понравилось её бледное и немного опухшее из-за недосыпа лицо. Не теряя зря время, она быстро накрасилась, только в последний момент, когда она уже вставала из-за стола, увидев, как её отражение в зеркале помутнело и словно пошло рябью, а сквозь молодое лицо стало проступать чужое, уже тронутое морщинами.

Испугано вздрогнув, Ангелина раздражённо закинула зеркало обратно в ящик комода, услышав характерный треск бьющегося стекла. И в этот момент в её голове как специально пробежала глупая мысль, что разбитое зеркало непременно влечёт за собой несчастье. А глупой она была по простой причине того, что Ангелина никогда не верила в такую чушь как приметы. Но, как видно, в связи с последними событиям, которые нельзя было охарактеризовать никак иначе, как чертовщина, ей придётся поверить и в приметы.

Спустя полминуты на телефон пришло второе сообщение от администратора.

«Ау! Может ты мне хоть что-то ответишь? Я должна знать, успеешь ты вовремя приехать или нет. И я не хочу, чтобы было как в тот раз. Ну ты помнишь, да?»

Ангелина зло усмехнулась, подумав, что она тоже кое-чего хочет, к примеру, чтобы ей каждый раз не написывали и не подгоняли, а ещё не выносили мозг из-за пустяков и не распускали сплетни. Вот только всё это было почти неосуществимо. Наташа никогда не пропитается к ней симпатией, ну а она не пропитается симпатией к трусливой девчонке, которая не решается её набрать, чтобы в открытую высказать свои претензии или задать свои глупые вопросы, вместо этого прячась за сообщениями. Для Ангелины Наташа была не более чем пустоголовой малолеткой, которую по непонятным причинам наняла Евгения Максимовна. А ведь по девушке было видно, что она совершенно неспособна ни то что руководить коллективом, но даже хоть как-то настроить его на продуктивную работу. В этом плане второй администратор был намного лучше. Конечно, если не брать во внимание, что Аня уже давно переступила черту пятидесяти лет, так что Ангелине было непонятно, зачем держать в салоне людей, которые близки к статусу пенсионера. Разве что Евгения нанимала админов по контрасту, один старый, один молодой, или один умный, один глупый.

Проигнорировав и второе сообщение, Ангелина зашла на кухню, собираясь выпить кофе. Но вот только она потянулась к кружке, как та неожиданно проскользила по столу прямо к его краю, тут же упав и разбившись на мелкие осколки и самых ног девушки.

– Блядь! Ну спасибо! – зло вскрикнула Ангелина, быстро отскочив в сторону.

Но несмотря на злость, её сердце чуть ёкнуло, испуганно сжавшись, но уже не так сильно, как это было впервые дни. Когда только началась вся эта чертовщина, оно билось с такой болезненной скоростью, что это не могло привести ни к чему хорошему.

Сдерживая раздражение, сквозь которое всё же пробивалось волнение, Ангелина сбегала за веником, аккуратно сметя осколки. И пока она была занята этим делом, что-то за её спиной тихо упало и, покатившись по столу, повторило участь кружки.

Открытая банка растворимого кофе тоже превратилась в осколки.

– Да ты издеваешься! – Зло откинув веник в сторону, Ангелина повернулась, увидев на столе рассыпанные горстки кофе, которые сложились в слова «сук никто не любит».

На пару мгновений впав в ступор, девушка одним движением смела кофе на пол, после чего отряхнув руки, решив попить кофе на работе. И больше не желая находиться в квартире, Ангелина забежала в спальню, схватила свои вещи и сразу же выбежала на лестничную клетку. И не успела она сама закрыть за собой дверь, как та, словно движимая сильным порывом ветра, с громким ударом захлопнулась за её спиной.

Несмотря на то, что нечто подобное в последнее время происходило довольно часто, Ангелина всё равно вздрогнула от страха и чуть не сбежала вниз по лестнице, вовремя вспомнив, что надо закрыть дверь на ключ, что она и сделала.

И оказавшись на улице, Ангелина только сейчас поняла, как же невыносимо ей было находиться в собственной квартире. Хоть вспышки страха стали реже, и она, можно сказать, немного свыклась со своим положением, но вот психологическое давление от происходящего только усиливалось. Да и было заметно, что она стала раздражительнее, а из-за того, что она не могла ни с кем поделиться творящимся в её жизни кошмаром, она чувствовала себя только хуже. Но ведь это «хуже» могло стать намного сильнее, если она кому-то откроет свою тайну и её сочтут ненормальной. Хотя порой девушке казалось, что так оно и есть, и у неё появлялись мысли, что всё, что она видит, ей просто мерещится, и на самом деле нет никакого призрака, и всё это не более чем игра её больного воображения. Но в таком случае когда она успела сойти с ума?

Всё, что сейчас происходило с Ангелиной, казалось ей каким-то абсурдом. Даже если принять тот факт, что она не сошла с ума и в её доме и правда живёт призрак, то откуда он мог там взяться? Два года с момента её переезда не происходило никакой чертовщины, а тут раз, и предметы стали сами двигаться, а в отражении зеркал начали мелькать размытые силуэты. И ладно бы это нечто было привязано к квартире, Ангелина бы тогда сразу же её продала и переехала в другое место, но ведь это призрачное нечто пару раз мелькало на улице, когда сгущались сумерки, и появлялось у неё на работе. Даже вчера, когда она отдыхала с подругами у Лены на квартире, она  увидела, как словно из воздуха появился призрачный, еле различимый силуэт, выбежавший из гостиной. И его видела только она. А может это значило, что Ангелина как раз таки и сошла с ума, раз призраки мерещатся только ей одной?

Она так ушла в несвойственные ей размышления, застыв перед дверью подъезда, что та с силой ударила её по спине, заставив отскочить в сторону.

– Ой, Ангелин, что ж ты тут под дверью-то стоишь? – Соседка с первого этажа лицемерно улыбнулась, покачав головой, после чего пробежалась по девушке внимательным взглядом мутно-карих глаз.

Ангелина с трудом подавила отвращение, которое всегда охватывало её при виде стариков. Они были для неё напоминанием, что молодость проходит, а вместе с ней слабеет не только тело, но и разум. Эти люди порой вели себя так странно, что начинало казаться, будто в их голове вместо мозгов находилась каша. А ещё от них просто ужасно воняло пылью, плесенью и чем-то трупным, отчего у неё неприятно щипало в носу. К тому же Ангелина прекрасно знала, что соседка её просто теперь не может, и её удивляло, что несмотря на это, она постоянно ей улыбается и пытается сделать дружелюбное выражение лица. И вот зачем? С какой целью?

Ничего не ответив соседке, даже не вспомнив её имени, Ангелина молча сбежала по лестнице и быстрым шагом направилась вдоль двора к своей машине. Её настроение стремительно падало, вместе с самочувствием, так что желание идти на работу отсутствовало от слова совсем. Да и в последнее время салон «Сакура», вместе с его приторно-лживым коллективом, пробуждал в ней раздражение и подталкивал к увольнению.

– Ангелина Михайловна, доброе утро. Я хотел бы с вами поговорить. – Не пойми откуда взявшийся мужчина появился прямо перед девушкой, напугав её до чёртиков и заставив испуганно вскрикнуть.

Ангелина так резво отскочила назад, что чуть не запнулась о тротуар, успев в последний момент устоять на ногах, правда не удержав в руках сумку с инструментами, уронив её на асфальт.

– Блядь! Это снова вы! – Она зло взмахнула руками, чувствуя, как её переполняет агрессия направленная на застывшего истуканом мужчину. На этот раз даже не пытаясь скрыть своих эмоций, она смотрела на него со всей ненавистью, на которую только была способна, не понимая, почему он прицепился к ней как клещ. А ведь она ещё в прошлый раз ясно дала ему понять, что она больше не намерена отвечать на его глупые вопросы, как и раз за разом мусолить то, о чём бы она хотела больше никогда не вспоминать.

Частный детектив, – по мнению Ангелины, представитель довольно невостребованной в наше время профессии, который может разве что следить за неверными жёнами, – видно понял, что снова напугал девушку своим появлением, поэтому сразу же как-то стушевался, виновато посмотрев ей в глаза. А вот Ангелина буквально кипела от гнева. Она ненавидела, когда её ставили в неловкое положение, в котором она казалась настолько зашуганной, что испуганно кричала, прямо как дура, при появлении обычного мужчины. Но больше всего её взбесило осознание, что она уронила сумку с дорогими инструментами прямо на асфальт.

«Если я из-за этого дебила что-то сломала, то ему конец! Пусть только попробует не возместить мне убытки» – подумала Ангелина, чувствуя, как по телу пробежала нервная дрожь.

– Вы специально каждый раз ко мне подкрадываетесь? – сквозь зубы спросила девушка, подняв сумку с земли и снова посмотрев на детектива, даже и не пытаясь вспомнить его имя.

В сериалах детективы почему-то выглядели или сексуально, или устрашающе грозно, этот же выглядел комично. Мужчине уже было лет так под пятьдесят, о чём говорили не только морщины, заметно покрывавшие его лицо, но и лысина, которую он позорно пытался скрыть, зачесав жиденькие, почти полностью седые волосы на одну сторону. И хоть на вид он был довольно худой, но из-за расстёгнутой ветровки выглядывал вполне себе отвратительный живот. Лицо у него напоминало своим выражением побитую собаку, особенно из-за опущенных вниз уголков губ, висящих щёк, густых, полукруглых бровей и грустного взгляда тусклых, голубых глаз. Но зато он был одет более менее прилично, правда хорошая одежда в его случае просто ужасно сочеталась с его убогой внешностью.

– Извините, мне показалось, что вы меня заметили, – тихо ответил детектив, не задумываясь соврав, и Ангелина это прекрасно знала.

Она, конечно, ушла в себя, погрязнув в мыслях, но не настолько, чтобы не увидеть приближение столь отталкивающего по её мнению представителя мужчин. Так что она не сомневалась, что он специально выжидал её у дома, чтобы снова пристать с расспросами, ведь она уже несколько дней не отвечала на его звонки, а он всё никак не хотел оставить её в покое, словно он и правда верил, что ей было что-то известно.

– Послушайте, давайте я сейчас не буду говорить, в каком направлении вам надо двигаться, и вы сами от меня отстанете, хорошо? Просто этот разговор ничего не даст, ни вам, ни тем более мне. Предлагая вам обо мне забыть и поискать других свидетелей.

Ангелина шагнула вправо, собираясь обойти детектива, но он снова встал на её пути, не давая пройти. При этом он вёл себя так, словно у него были особые полномочия это делать, хоть взгляд его голубых глаз и оставался затравленным. Вот только его действия не запугивали, а заставляли испытывать к нему ещё больше отвращения, ведь Ангелина знала, что в случае чего, она сможет написать на него заявление, потому что он никто, пустое место, которое никак не связано с полицией.

– Постойте! Я просто хочу с вами поговорить. Это ведь нетрудно…

– Трудно, очень трудно, так что идите в жопу и не возвращайтесь. – И во второй раз Ангелина попыталась обойти детектива, но он встал перед ней, мешая пройти, этим прямо распаляя её ярость до предела.

– Да неужели вам всё равно? Вы ведь всё видели! – На лице мужчины отразилось такое сильное возмущение, смешанное со злостью, что Ангелине на долю секунды показалось, что он сейчас схватит её за плечи и как минимум встряхнёт. – Вы ведь можете помочь семье погибшей выйти на убийцу! Так почему вы молчите? Вас запугали? Заставили молчать?

– Что за хрень вы несёте? – Ангелина сделала шаг вперёд, вплотную подойдя к детективу, и тот, почему-то сразу же растеряв весь свой пыл, заметно смутился. И это очень её позабавило, потому что натолкнуло на мысль, что до этого момента он никогда не стоял так близко с такой красивой девушкой как она.

– Но Ангелина…

– Ладно, давайте снова разъясним ситуацию. Я уже говорила полиции, что я просто проходила мимо этого места и я слышала только ссору, но никак не видела момент убийства. К тому же у нас на районе часто кто-то на кого-то орёт, так что я даже не прислушивалась, просто посмотрела в их сторону и ушла. Я ни то что не запомнила ни одного слова, но я даже не разглядела их лиц. Так что я ничего не знаю и я ничем не могу помочь ни вам, ни семье убитой. И я честно не понимаю, почему вы всё ещё меня преследуете, выбирая время, чтобы застать меня врасплох. Ваше расследование в таком тупике, что кроме меня вам и ухватиться не за что? Тогда выходите на пенсию или ищите другую работу, а то с этой вы явно не справляетесь.

Мужчина даже не попытался её перебить, спокойно выслушав и проглотив обидные слова. При этом он и не думал уходить, как видно, надеясь, что ему всё же повезёт получить хоть какую-то крупицу информации.

– Вы ведь даже не пытаетесь ничего вспомнить.

– Да потому что мне нечего вспоминать!

– Но на камере с магазина было видно, как вы остановились и пять секунд смотрели в сторону будущего места убийства. Неужели за эти пять секунд вы не рассмотрели хоть что-то, что указало бы на убийцу?

– Пять секунд! Что я могла рассмотреть за пять секунд? Не несите хрень и просто оставьте меня в покое. А если вы это не сделаете, то я напишу на вас заявление, и может когда ваша лицензия будет под угрозой вы исчезните из моей жизни.

Ангелина в третий раз обошла детектива, на этот раз специально задев его плечом, чтобы он понял, что ему лучше оставить её в покое. И он понял. Почти. Уже не пытаясь преградить дорогу, он всё равно кинул ей в спину несколько фраз, которые он так любил повторять.

– Ангелина, я искренне не понимаю, как вам может быть так сильно плевать на произошедшее? Убили женщину, а вас это как будто не волнует. Значит, вы и правда гнилой человек, каким пытаетесь казаться? Неужели вам всё равно, что виновный может навредить кому-то ещё? Вдруг в следующий раз его жертвой станет кто-то из ваших близких?

– Ты прав, мне плевать, – Ангелина окончательно потеряла уважение к мужчине, решив, что он не заслуживает обращения на «вы», – и, к твоему сведенью, я никогда не пыталась строить из себя кого-то другого. И повторяю в последний раз, я не знала этого человека, и мне нет никакого дела до его смерти, как и нет дела до личности убийцы.

В этот момент Ангелина дошла до своей машины, закинула сумку с инструментами на заднее сидение и обернулась. Ей почему-то показалось, что в след ей полетит ещё парочка фраз, чтобы как-то выразиться насчёт её чёрствости, но нет, этого не произошло. Мужчина наконец-то отстал от неё и, пройдя мимо, не сказал ни слова, а просто направился к своей машине, брошенной в начале улицы.

Потеряв к нему интерес, Ангелина уже хотела сесть за руль, когда ощутила в затылке неприятное покалывание, которое обычно возникает из-за пристального и недружелюбного взгляда. Почувствовав, как по телу прошёлся неприятный озноб, она обернулась, посмотрев на свой дом. Взгляд сразу же зацепился за бледный силуэт, застывший в чёрном окне… в её окне. Страх полностью парализовал её тело, холодной волной пройдясь по коже и сжав сердце с такой силой, что у неё перехватило дыхание.

Пытаясь себя убедить, что это просто обман зрения, преломление света или, в крайнем случае, криво задёрнутая штора, Ангелина судорожно втянула воздух и с трудом отвернулась, пытаясь выкинуть увиденное из головы, как она делала уже ни раз, после чего села в машину. Страх ещё не до конца её отпустил, так что схватившись за руль, она с силой сжала его в руках, тяжело дыша и не желая вспоминать о том, что случилось две недели назад. При этом она ещё умудрилась злиться на себя за то, что посмотрела на своё окно, хотя за секунду до этого почувствовала, что этого не стоило делать. Сколько раз она говорила себе просто игнорировать происходящее, не поддаваться страхам и ни в коем случае не вспоминать тот вечер, но стоит только увидеть этот белый силуэт, с размазанным и словно искривлённым в крике лицом, как она теряла над собой контроль.

Закрыв глаза, Ангелина стала считать на каждом вдохе, но когда в голове появилась картинка, как она возвращается после работы домой, она зажмурилась с такой силой, что уже не видела ничего, кроме ярких, разноцветных точек.

«Не вспоминать. Главное не вспоминать. Я не должна это вспоминать» – раз за разом мысленно настраивала себя девушка, но это уже не помогало. Воспоминая снова стали просачиваться в её память, заставляя её одновременно испытать дискомфорт, злость и страх.

Всё ещё сжимая в руках руль, словно он был её спасательным кругом, Ангелина завела мотор и выехала со двора.

Глава 2

Зайдя в салон, Ангелина всё ещё чувствовала себя не вполне хорошо из-за всех нахлынувших на неё воспоминаний, так что когда к ней подскочила Наташа, схватив за руку и утащив в подсобное помещение, она не особо сопротивлялась, даже не услышав, что администратор говорил ей по дороге.

– Ангелина, я не понимаю, ты над нами издеваешься? Ты опоздала на двадцать минут! Клиентка психанула и ушла, пообещав написать начальнице. Неужели так сложно было ответить? Или ты делаешь это назло?

Наташа отпустила руку Ангелины, продолжая злобно на неё смотреть, и, как видно, этот взгляд должен был призвать к её совести, но этого не произошло. Да и покрасневшее лицо администратора вызывало в ней больше презрения, чем пробуждало раскаянье. Сколько ей было лет? Двадцать? Или восемнадцать? Ангелине казалось смешным, что такая девчонка может управлять салоном и держать под контролем мастеров, когда никто не воспринимает её всерьёз.

У Наташи и внешность была под стать её глупому, раздражительному, но трусливому характеру. Она не отличалась высоким ростом и красивым телосложением, её кожа имела бледный, сероватый оттенок, и её облик в целом можно было охарактеризовать как незапоминающийся. Её лицо казалось настолько постным, что Ангелина несколько недель не могла к ней привыкнуть, постоянно путая и забывая кто она такая. Блеклые, блондинистые волосы, которые Наташа всегда завязывала в высокий хвост, почти сливались с её кожей, голубые глаза были водянистыми и пустыми, круглое лицо напоминало кукольное, но не то красивое личико, которым хочется любоваться, а на которое смотришь с усмешкой. Пухлые сделанные губы и густые длинные ресницы не гармонировали с её внешностью от слова совсем. И стоит сказать, Ангелина всё надеялась, что один добрый человек когда-нибудь намекнёт Наташе, что косметика бы точно никак ей не повредила.

– Не надо на меня рычать, я просто застряла в пробке. В следующий раз лучше мне звони. И я точно помню, что я просила не записывать мне новых клиентов. Мне пока моих хватает.

– Ты ведь понимаешь, что я буду вынуждена поставить начальницу в известность? – с вызовом спросила Наташа, видно думая её припугнуть, что было глупо. За всё время работы в салоне, Ангелина ни раз давала понять, что ни клиенты, ни администраторы, ни даже начальница не были в состоянии как-то на неё повлиять.

– Ну так звони ей, в чём проблема?

– Ангелин, ты когда-нибудь доиграешься и…

– И что? Что же будет? Я пришла сюда со своей клиентской базой, так что если меня и уволят, то мои клиенты знают, как со мной связаться. И я знаю, что Евгения Максимовна хорошо подумает, прежде чем пойдёт на такой шаг, ведь салон лишится четверти своей прибыли.

Ангелина улыбнулась, смотря на растерянное лицо администратора, чья нижняя губа дрожала от раздражения. И будь Наташа чуть твёрже, то она нашла бы в себе храбрости как-то отчитать парикмахера, или бы поняла, как на неё воздействовать и как припугнуть. По крайней мере, она бы попыталась это сделать. Но всё, что она могла, так это злиться, без возможности сказать что-то в ответ.

– Во сколько у меня там следующий клиент, в десять? Отлично, как раз успею попить кофе.

Повернувшись к Наташе спиной, Ангелина переобулась и, поставив чайник, отнесла инструменты в зал, разложив их на своём месте, после чего открыла программу с записью на своём телефоне.

Следующей у неё была мужская стрижка, и был записан некий Варсис. Это имя показалось Ангелине крайне глупым и смешным, и она точно его не знала. А это значило, что кто-то из администраторов снова записал ей нового клиента. И вот зачем, если она просила записывать их к Маше или Лере?

Разозлившись, Ангелина раздражённо сжала руки в кулаки, с трудом подавив рвавшуюся на свободу ярость. И вроде бы это была не такая большая проблема, но и она смогла взбесить её чуть ли не до предела, а всё потому, что Ангелина уже ни раз обращалась с одной и той же просьбой что к Наташе, что к Ане. Но почему-то ни один из администраторов не горел желанием её услышать.

Вернувшись в подсобное помещение, Ангелина сделала себе кофе, после чего в буквальном смысле упала на диван. И впервые у неё в груди зародилось настолько сильное желание взять и переехать в другое место, заодно поменяв салон, что она была готова сразу же поддаться этому порыву. А что, это было бы для неё отличным способом сбежать от ненужных воспоминаний. К тому же она всё ещё надеялась, что всё то, что она видела, это лишь плод её воображения, порождённый стрессом и усталостью, и новая обстановка поможет ей перешагнуть через этот кошмар. Так что да, она определённо должна всерьёз об этом задуматься.

Время пролетело слишком быстро. Не успела Ангелина допить кофе, как к ней заглянула Наташа, посмотрев на неё с нескрываемым раздражением. Выждав секунду, наверное с целью, чтобы она в полной мере прочувствовала её настроение, администратор сухо и отрывисто произнесла:

– К тебе уже пришёл клиент. – И вот стоило ей договорить, как она тут же хлопнула дверью.

Мысленно послав её на три буквы, Ангелина подкрасила губы и вышла в зал, чувствуя на себе внимание не только Наташи, но и Маши. Это дало понять, что девушки уже успели её обсудить. Первая явно завидовала её внешности, а вторая её зарплате. Игнорируя их взгляды, Ангелина подошла к своему рабочему месту, за которым уже сидел мужчина, и взглянула в зеркало, рассматривая отражение Варсиса. Ей понадобилась всего секунда, чтобы вынести ему вердикт и сложить о нём своё мнение. Мужчина был молод, но, по её мнению, он был некрасивый от слова совсем: бледный, худощавый, с чёрными как пакля волосами, вот прямо чёрными, без блеска и глянца, с продолговатым лицом, с сильно выпирающей вперёд массивной челюстью и длинным носом. Глаза у мужчины были маленькими, чёрными и колючими. Встретившись с ним взглядом, Ангелина ощутила неприятное касание мороза по коже, и это при том, что в салоне было более чем тепло.

Да, мужчина был отталкивающий. Видно поэтому его и записали к Ангелине, решив хотя бы так доставить ей какой-то дискомфорт. И, что странно, у неё всегда была проблема с именами, но вот его имя она запомнила с первого раза. А энергетика от Варсиса исходила настолько удушающая и тяжёлая, что она буквально давила на виски.

Ангелине хотелось отказаться от такого клиента и она могла это сделать, пусть даже был бы скандал, но что-то внутри неё резко воспротивилось этому желанию. Присмотревшись к мужчине, она нашла в его одежде несколько сглаживающих его внешность плюсов. Он был одет очень даже хорошо: на нём были качественные тёмные брюки и чёрная, тонкая водолазка, и это, конечно, не являлось показателем уровня моды, но часы на его правой руке, как и свисающая с правого уха крестообразная серьга, из какого-то чёрного сплава, сверкающая в искусственном освещении, говорили о приличной себестоимости. Да и обувь у него была отличная, сразу было видно, что эти оксфорды он нашёл не на рынке. Ещё стоило обратить внимание на то, с каким достоинством мужчина сидел в кресле. Ангелина ещё ни у кого не встречала столько гордости и буквально волнами исходящей надменности. И это с его-то далеко не симпатичным лицом.

Снова встретившись взглядом с блестящими глазами Варсиса, Ангелина на несколько секунд просто выпала из реальности, и по её телу на этот раз пробежалась волна слабости. Казалось, будто в неё проникло что-то леденящее, что-то чужое и злобное, что больно укололо сердце и начало ядом растекаться по венам.

«Так, что это со мной?» – удивлённо подумала Ангелина, с трудом прервав зрительный контакт с мужчиной. – «Совсем уже сдаю заднюю из-за всех этих событий. Надо взять себя в руки и просто сделать свою работу. Но вот о переезде надо задуматься более тщательно, потому что если так пойдёт и дальше, то я точно слечу с катушек».

Натянув на себя свою фирменную, так сказать, рабочую улыбку, Ангелина взяла пеньюар и, не горя желанием ни то что разговаривать с этим Варсисом, но даже касаться его волос, постаралась настроиться на нужную волну.

– Доброе утро. Меня зовут Ангелина. Как будем стричься?

– Мне просто убрать длину по бокам, – медленно ответил Варсис, сильно растягивая слова, при этом его голос прозвучал как-то хитро и урчаще.

И всё бы ничего, Ангелина смогла бы просто сделать свою работу, но мужчина продолжал сверлить её странным взглядом через отражение в зеркале, и как она ни пыталась не обращать на это внимание, у неё это так и не получалось.

– Под какую насадку? – Поборов неожиданно возникшее отвращение, Ангелина коснулась мужских волос, и хоть голова у него была чистой, но вот ощущения у неё возникли какие-то странные. Его волосы словно растекались под пальцами и отдавали прохладой. А ещё от мужчины исходил еле ощутимый запах пепла, который вызывал раздражение в гортани и оседал мерзким привкусом на языке.

– Под шестёрку.

Ангелина снова зачем-то посмотрела в зеркало, встретившись взглядом с Варсисом.

«Варсис! И кто же из родителей его так не любит, раз дал ему такое дурацкое имя? И ладно бы…»

– Вас что-то смущает? – протянул вопрос мужчина, немного прищурив глаза. И взгляд у него стал такой внимательный и цепкий, что можно было подумать, что он смог пробраться Ангелине в голову и покопаться в её мыслях.

– Нет, что вы, всё нормально. – Ангелина с трудом растянула губы в якобы милой улыбке, пытаясь попутно разгрести беспорядок в эмоциях .

Варсис тоже почему-то улыбнулся и, вроде бы, ничего такого в этой улыбке не было, но у девушки по коже снова пробежался неприятный озноб.

Заставив себя не обращать внимания на личную неприязнь к этому странному мужчине, Ангелина занялась его волосами, и таких непонятных волос на ощупь она ещё никогда в своей жизни не встречала. И хоть она уже не смотрела в зеркало, но она продолжала чувствовать на себе цепкий взгляд чёрных глаз, от которого у неё чуть подрагивали руки. Быстро закончив с его висками, радуясь, что больше ничего не надо ровнять, хоть другому клиенту Ангелина бы и посоветовала чуть убрать длину с макушки, она сняла с него пеньюар и отступила в сторону, пропуская его к стойке администратора.

– Спасибо, – тягуче поблагодарил Варсис, оставив на её передвижном столике пятьсот рублей на чай.

– Приходите ещё, мы будем вас ждать. – Говоря всё это с улыбкой, Ангелина только и думала, что о том, что если этот тип снова окажется в их салоне и будет записан именно к ней, то она ни в каком случае снова за него не возьмётся. Это был первый раз, когда она испытала настоящий стресс от простой стрижки.

Губы Варсиса растянулись ещё шире, а глаза хитро прищурились, из-за чего у Ангелины уже во второй раз возникло ощущение, что все её мысли для него как на ладони.

– Обязательно приду ещё, Ангелина, – «обрадовал» её Варсис, бросив деньги на стойку администратора и сразу же покинув салон.

И вот стоило ему уйти, как Ангелине стало легче дышать, да и слабость волшебным образом прошла, словно её и не было. Быстро сметя волосы и подготовив место к следующему клиенту, она чуть ли не выбежала из парикмахерского зала. Подойдя к подсобному помещению, она уже коснулась дверной ручки, когда её привлёк звенящий от злости голос Маши, которая хоть и старалась говорить шёпотом, но терпела в этом неудачу.

–… шлюха рыжая. Она выглядит как подружка байкера и только отталкивает от себя клиентов, но Евгения ей и слова не говорит о её внешнем виде, хотя нас она постоянно отчитывает.

– У нас нет такой клиентской базы, как у неё, – раздался тихий голос Гали, работавшей в салоне мастером маникюра. – Думаешь, она будет отчитывать мастера за внешний вид и татуировки, когда у того каждый рабочий день расписан? К тому же стоит признать, что она знает, что делает, и клиенты в восторге от её креативных стрижек и окрашиваний.

– Ага, только она ещё та тварь. Это ведь она выжила отсюда Таню. Помнишь, как она с ней общалась? Да она и со всеми нами так общается, как будто она королева, а мы её холопы. Сука! Ей же на всех насрать, кроме себя любимой! Ты знаешь, у неё даже мужика нет, потому что никто не может вывезти её характер. Мне ещё Света рассказывала, что у неё никогда не было серьёзных отношений, и ей всегда только пользовались. Представляешь, ей двадцать восемь, а её ни разу не звали за…

– Но зато мне не надо сосать строителю, боясь, что этот образцовый самец сбежит к другой, более сисятой женщине, необременённой сопливым ребёнком, – с усмешкой произнесла Ангелина, до этого бесшумно открыв дверь и шагнув в комнату.

Женщины вздрогнули, вмиг замолчав и с удивлением посмотрев на неё. Маша первой пришла в себя, хоть на её лице ещё какое-то время читался страх, вызванный неожиданным появлением обсуждаемого парикмахера.

– Ангелин, ты чего? – натянуто спросила женщина, тут же встав со стула и напряжённо ссутулившись, словно собиралась в случае чего защищаться от неё не только словесно, но и с помощью кулаков.

Ангелине это показалось забавным, ведь Маша была тощей, мелкорослой, но при этом агрессивной, как мелкая собачонка. Да и её, как видно, тоже часто били за неумение держать язык за зубами. Тот же строитель, которым она так любила хвастаться, неоправданно преувеличивая его скромные достоинства.

А ведь она попросту завидовала Ангелине, вот прямо по-настоящему завидовала. В отличие от неё, Ангелина не была привязана к пьющему мужчине, у неё не было обузы, в виде пятилетнего сына, который понимал только крик, она была наделена яркой внешностью и красивой фигурой. Так что всё, что оставалось Маше, так это принижать её за спиной, постоянно высмеивая её огненный цвет волос, татуировки и сделанные губы, чтобы с помощью этого почувствовать себя хоть чуточку лучше.

– Вы ведь обо мне сейчас говорили, разве я не права? – сладко улыбнулась Ангелина, наслаждаясь перекошенными лицами женщин, которые впали в ступор, не зная, что ответить.

– Нет, что ты. С чего ты вообще это взяла? – Галя нервно усмехнулась и от волнения её уши приобрели гранатовый цвет.

Галя была правильной женщиной, вежливой и деланно-доброй, но лично Ангелине она всегда напоминала мышь, которая постоянно везде крутится, строя из себя безобидное создание, всё вынюхивая, везде влезая, а потом делая из себя мать Терезу на минималках.

– Да так, показалось. – Ангелине довольно быстро надоело любоваться их растерянными лицами, так что она подошла к своей сумке.

– Постой… – тут у Маши произошло осмысление, и её голос завибрировал от злости. – Это ты сейчас про меня говорила?

– Нет, что ты. С чего ты вообще это взяла? – невинно спросила Ангелина, с трудом сдержав усмешку. Достав из сумки телефон, она посмотрела на женщин, ожидая их реакции.

Ангелина видела, что Маше так и не терпится высказать ей в лицо всё, что она о ней думала, но её почему-то что-то сдерживало. Может страх, что Ангелина ответит куда жёстче. В любом случае она просто прожигала её взглядом на протяжении нескольких секунд, пока к ней не подошла Галя и что-то не шепнула на ухо. После этого женщины молча вышли из подсобного помещения.

Всё же усмехнувшись, Ангелина проверила свои соцсети, в глупой надежде, что Андрей за это время хоть что-то ей написал. Но нет, он был в сети, но всё ещё продолжал её игнорировать.

Разозлившись на саму себя из-за своей же глупой привязанности к этому мужчине, которого она постоянно отслеживала, превратившись уже в зависимую истеричку, наравне с Машей и Галей, Ангелина постаралась выкинуть его из головы. Для неё всё это было уже слишком сложно и унизительно. Ведь в её случае именно мужчины должны добиваться её внимания, а никак не наоборот.

Вот только, как оказалось, мысленно проговорить всё это было намного легче, чем исполнить в жизнь и выкинуть Андрея из головы. По какой-то непонятной причине Ангелина испытывала странную тяжесть внутри, которую можно было даже описать болью. Но не может быть такого, чтобы она в него влюбилась. Андрей, конечно, и при деньгах, и ещё тот красавчик, но порой он ведёт себя как полный кретин, и он в своей жизни ещё не сделал для неё ничего романтичного. Хотя ей и не нужна была никакая романтика.

Убеждая себя, что так оно и есть, и Андрей ей вовсе не интересен, как и его любовь, Ангелина кинула телефон в сумку и открыла дверь, уже собираясь вернуться в главный зал, когда кто-то с той стороны с силой её толкнул, вынуждая захлопнуться. И последнее, что увидела девушка, прежде, чем её ударило по лицу, так это размазанный, туманный силуэт, проскользивший вдоль коридора.

– Чёрт! Твою ж мать! – Схватившись за нос, Ангелина чуть ли не взвыла от боли, отступив назад и согнувшись пополам, пытаясь справиться с обжигающей, пульсирующей болью, которая быстро распространялась по всему лицу.

Новая вспышка злости на несколько секунд полностью заглушила все чувства, оставив после себя разъедающее послевкусие. А ведь Ангелине ещё повезло и она в последний момент успела немного придержать дверь, что уменьшило силу удара. Правда по ощущениям всё равно казалось, будто её нос вбили в череп, хотя крови, к счастью, не было. Но самое ужасное, что всё это дело рук мстительного призрака, который привязался к Ангелине и теперь медленно разрушал её жизнь. Или это был не призрак, а Маша, и дымчатый силуэт привиделся ей на нервной почве?

– Ангелина, уже пришёл следующий клиент! Ты что, опять пьёшь кофе? – раздался за дверью недовольный голос Наташи, которая не рискнула заходить в подсобное помещение.

– Сейчас выйду!

Осторожно коснувшись уже чуть опухшего носа, Ангелина тихо выругалась, даже не представляя, как она покажется в зале в таком виде. Но зато кое-кто явно будет рад и сумеет вдоволь позлорадствовать. А ведь ей повезло, что она чудом не сломала нос, иначе радости её «дружного» коллектива не было бы предела.

Достав пудру, Ангелина подошла к зеркалу, всё ещё стойко сдерживая слёзы, чтобы в дополнение к опухшему красному носу у неё ещё и не было покрасневших глаз, не говоря уже о растёкшейся по всему лицу туши. Осторожно припудрив нос, она взяла салфетку и промокнула глаза, избавляясь от слёз, после чего выпила воды и вышла из подсобки.

При этом Ангелина уже начала опасаться за этот день, ведь если он начался настолько ужасно, то не стоит даже надеяться на его приятное завершение. Так что ей оставалось только верить, что к вечеру она не получит никаких серьёзных повреждений и призрачное нечто больше никак себя не проявит.

Глава 3

К концу своей смены Ангелина была окончательно измотана, ведь каждый следующий клиент был всё сложнее и по характеру, и по фронту работ, не считая её первого, Варсиса, который оставил о себе впечатление на целый день. Плюс к этому ещё и со стороны коллектива всё сильнее чувствовалась агрессия. Они все, конечно же, ни капли не волновали Ангелину, но ровно до момента, когда они не пытались как-то ей подгадить, на что было просто невозможно не обращать внимание. После инцидента с Галей и Машей все словно сговорились и у Ангелины постоянно пропадали то расчёски, то фартуки, то оксиды перебирались с полки на полку, а упаковки с красками терялись. Хотя, может быть, коллектив был здесь ни при чём, всё-таки им не по возрасту было так глупо и мелко мстить. Возможно, всё дело было в её персональном кошмаре, который мучил её уже две недели. Но сути это не меняло – день прошёл отвратительно и его даже не скрасила зарплата, выданная перед уходом.

А ещё Ангелине пришлось задержаться из-за сложного окрашивания, которое то ли Наташа, то ли Аня записали ей на слишком позднее время. Так что из салона она вышла почти в десять вечера, жутко уставшая, голодная и злая. Ещё никогда она не работала двенадцать часов, с девяти утра до полдесятого вечера, и такой график ей совсем не нравился. На её руках была краска, которую оказалось невозможно отмыть, в носу словно забился порошок для осветления, ноги гудели от долгого стояния, а в глазах всё ещё рябило от яркого освещения.

Сев в машину, Ангелина доехала до ближайшего к своему дому супермаркета, найдя заодно и место для парковки, и зашла за продуктами. Потратив ещё пятнадцать минут на покупки, она выбрала дорогу в обход того злосчастного места, из-за которого и начались все её проблемы, и медленным шагом направилась к своей девятиэтажке, уже мечтая побыстрее отварить макароны с сосисками и поужинать.

На улице было так темно из-за недостатка работающих фонарей, что Ангелине постоянно мерещились какие-то тени, скользящие за ней по пятам, а кошки, которые почему-то ещё не спали, вместо этого прыгая по кустам, здорово играли на расшатанных нервах, заставляя её испытывать раздражение на саму себя из-за своей же трусости. И хоть до её дома идти было совсем ничего, но дорога каким-то магическим образом словно удлинилась, а время замедлилось, так что Ангелина в полной мере ощутила вкус одинокой прогулки по слабоосвещённому двору. А ведь она никогда не была трусихой. По крайней мере, до той роковой ночи.

Звуки её шагов, шелест пакетов и чуть учащённое дыхание, вместе с ночной прохладой, пустынной улицей и темнотой, вернули Ангелину на две недели назад, когда она точно также возвращалась домой, правда шла немного другим путём, ведущим напрямую к её девятиэтажке. В тот день она тоже была безумно уставшая и ей очень сильно хотелось наконец-то оказаться дома, переодеться в удобную одежду и завалиться в кровать с ноутбуком. И Ангелина уже была близка к своей цели, когда услышала… А что она услышала?

Это было так странно, хоть воспоминания всё ещё и мелькали в голове, появляясь в самый неудачный момент, но они уже были настолько смазанными, что эти обрывки больше не связывались в общую картинку. Похоже на то, что Ангелина наконец-то начала стирать неприятные моменты из своей памяти, прямо как она того и хотела. Да и стресс способствовал обнулению хранившейся в голове информации, стоит только вспомнить, как её вначале доставали полицейские, а потом и этот надоедливый детектив. Они должны были искать убийцу, а вместо этого прицепились к ней, словно подозревая, что она состояла с ним в сговоре или намеренно умалчивала его имя.

Впереди показался её дом и только Ангелина обрадовалась, как в ушах зазвенели чьи-то крики, отсылая её к почти стёршимся воспоминаниям. Она слышала властный женский голос и приглушённый мужской, но не могла разобрать ни слова. Из-за них у неё так сильно разболелась голова, что можно было подумать, будто её со всей дури ударили чем-то тяжёлым по затылку, да так, что у неё потемнело перед глазами.

Пошатнувшись от неожиданно сковавшей её слабости, Ангелина остановилась, полной грудью вдохнув прохладный, осенний воздух, чувствуя, что что-то не так. Да и стало как-то слишком прохладно, так прохладно, что холод неприятно пробрался под одежду.

Выдохнув воздух, Ангелина с удивлением заметила вырвавшийся из её рта пар, и это при том, что температура была далеко не минусовая, да и конец сентября всё ещё хранил летнее тепло. Странно. Похолодание, конечно, порой наступает резко, но не настолько же, чтобы за какие-то секунды так существенно поменять температуру. Но всё стало намного хуже, когда Ангелина услышала за своей спиной шаркающий шаги, словно кто-то с трудом волочил по земле ноги.

И чего, спрашивается, бояться, да? Это ведь может быть какой-то старик, или калека. Да мало ли кто! Даже взрослые, здоровые люди порой шаркают так, что от раздражения уши сворачиваются в трубочку, вот только эти звуки спровоцировали в Ангелине новую волну страха, затруднившего дыхание и с силой ударившего по вискам, заставив её скривиться от странной, до этого момента незнакомой боли.

Ангелина прекрасно понимала, что всё, что ей надо сделать, чтобы избавиться от страха и разъедающей неизвестности, так это просто взять и обернуться, но она не могла это сделать. Если быть честной с самой собой, она знала, что за её спиной нет никакого старика или калеки, а то, что она могла увидеть, напугало бы её только сильнее. Это был он, её персональный кошмар, призрак, который мучил её на протяжении этих четырнадцати дней. Но почему? Она ведь не была причина к смерти этого человека. Да она вообще никак не была к этому причастна и ничего не могла сделать, чтобы это предотвратить. Так почему сейчас страдает именно она? С какой это радости призрак выбрал её своей целью?

Но опять же, вдруг никакого призрака нет и всё это была просто игра её больного воображения? Что ей делать в таком случае?

Ангелина не хотела давиться таблетками и тем более не хотела, чтобы её закрыли в больнице для умалишённых. Но она также была не в состоянии больше не обращать внимание на всё происходящее. Да и вообще, разве не надо встречаться со своими страхами лицом к лицу, чтобы их преодолеть? К тому же её собственная галлюцинация не сможет нанести ей какой-то серьёзный физический вред, как и призрак… вроде бы.

Полной грудью вдохнув жалящий холодом воздух, Ангелина мысленно досчитала до пяти и обернулась, посмотрев прямо перед собой.

Нечёткая белая тень рябила в метрах десяти от неё, напоминая голограмму, у которой были сильные проблемы со связью, или её выключали и сразу же включали. И чем дольше Ангелина смотрела на застывшее нечто, тем сильнее болела её голова и чётче становился призрак. Вскоре можно было понять, что это женщина, с неестественно отклонённой назад головой, перекошенным в крике ртом и выпуклыми глазами. Одета она была в брючный костюм и на её белой блузке, как, впрочем, и на лице, были заметны бурые пятна засохшей крови.

Страх достиг своего апогея и он причинял Ангелине вполне реальную боль. Особенно сильно болело сердце, ускоренно бившееся и с силой ударявшееся о рёбра. Тело же так напряглось, что мышцы болезненно натянулись, заставив её ощутить себя настоящей бомбой, готовой вот-вот взорваться.

Женская фигура не шевелилась, неподвижно застыв и словно чуть-чуть паря над землёй. И Ангелина тоже не двигалась, просто больше не находя в себе сил сделать хоть что-то, несмотря на то, что опыт из просмотренных фильмов давал понять, что призраки обычно преследуют цель не только напугать до полуобморочного состояния, но и убить.

Шли секунды, но ничего не происходило. Призрак продолжал безмолвно смотреть на Ангелину, чуть рябя в воздухе, а вот она начала чувствовать, что ещё немного и она просто потеряет сознание от пульсирующей боли в висках. Да и не только в висках. По ощущениям, всё её тело разваливалось на части и рассыпалось на кусочки, при этом оголяя каждый нерв, вспыхивавший агонией на морозном воздухе. Она уже чувствовала, как её ноги дрожали не только от страха, но и от слабости, и понадобилось бы не больше минуты, чтобы она сдалась и упала на колени.

Но тут тишину вспугнула мелодия и Ангелина почувствовала лёгкую вибрацию в правом кармане куртки. В эту же секунду призрак просто исчез, оставив после себя холод и страх, удушающей петлёй стянувшийся на молодой шее. И да, Ангелина не выдержала напряжения и всё же осела на землю, безвольно склонившись вниз и тяжело дыша. Только сейчас она заметила, как от боли горят лёгкие из-за недостатка кислорода. Как видно, всё это время она не дышала и даже этого не заметила.

Телефон уже давно отзвонил, температура заметно поднялась, а вот Ангелина всё ещё сидела на асфальте, тяжело дыша и справляясь с болью, которая всё никак не хотела проходить. Вскоре страх сменился злостью и Ангелина впервые всерьёз задумалась над своей, скажем так, призрачной проблемой.

«Гадство! Даже если я ещё окончательно не сошла с ума и меня действительно преследует призрак, то после пары таких вечерков меня точно заберут доктора в белых халатах, предварительно надев на меня похожий, только с завязками на руках. Я должна что-то сделать. Вот только что? Есть у меня хоть кто-то, кто мог бы мне помочь, перед этим не высмеяв меня и не посоветовав завязывать с алкоголем? Нет, таких людей в моём окружении пока что нет»

– Девушка, с вами всё в порядке?

Мужской голос прозвучал так неожиданно, пробившись сквозь гул в ушах, что Ангелина резко вскочила на ноги, но, как оказалось, она уже успела их отсидеть, так что она тут же снова упала на асфальт, больно ударившись левым коленом.

– Блядь! – зло выдохнула Ангелина, откинув упавшие на лицо волосы, чтобы посмотреть на того, кто посмел подкрасться к ней так бесшумно.

– Да что же это вы! Аккуратно. Вы не ударились? – Старый мужчина, державший на поводке такую же старую таксу, протянул к ней руки, в то время как его собака стала обнюхивать её ноги, при этом тихо потявкивая. – Давайте же руку, я помогу вам встать. Или вы не можете? – Он ещё ближе протянул к ней свою морщинистую ладонь, но Ангелина ударила его по руке, не собираясь принимать помощь от пропахшего валерьянкой старика.

– Не надо! Всё в порядке. – Вторая попытка встать с земли увенчалась успехом, и хоть она всё ещё  нетвёрдо стояла на ногах, Ангелина быстро отряхнула джинсы и через силу зашагала к своему дому, чувствуя, как страх почти исчез, а злость стала гаснуть, но вместо них медленно просыпались съедающая живьём боль и чувство стыда.

Никогда ещё Ангелина не чувствовала себя такой слабой и бессильной, но хуже всего было то, что она не контролировала ситуацию и не имела ни малейшего понятия, как восстановить свою жизнь и повернуть её в нужном ей направлении, в котором её не будут преследовать жуткие видения и призраки.

Вспомнив о звонке, Ангелина достала из кармана телефон, посмотрев на экран. Звонил Андрей, что одновременно и обрадовало её и расстроило. Всё-таки он наконец-то вспомнил о ней спустя целых три дня тишины, в течении которых она себя изводила. И Ангелине было бы лучше тоже его немного поигнорировать и позвонить уже завтра, сославшись на занятость, чтобы он задался вопросом, а какие это у неё могут быть дела поздно вечером, но она не сдержалась и скорее на автомате, чем осознанно, набрала его номер.

И Андрей ответил чуть ли не на последнем гудке, заставив Ангелину вспыхнуть от раздражения всего лишь за считанные секунды.

– Чем ты планируешь заняться этой ночью? – услышала она тягучий, чуть хриплый голос Андрея, от которого, вопреки её желаниям, у неё по коже пробежались приятные мурашки.

Ангелина прекрасно знала, к чему он ведёт, когда начинает разговор с подобного вопроса, да ещё и таким соблазнительным тоном. И вот теперь она оказалась в крайне неприятном положении. Если она ему откажет, то он снова исчезнет на неопределённое время и найдёт себе ту, которая без размышлений бросится ему в кровать, а если согласится, так снова станет настолько от него зависимой, что её мозг в его присутствии будет самостоятельно выключаться. И тут в ней проснулись два чувства, ревность и гордость, которые никак не хотели мириться друг с другом. Ревность кричала, что Андрей принадлежит ей и только ей, и она не должна его отпускать, гордость вопила, что она не может и дальше позволять этому мужчине пользоваться собой, как своей личной игрушкой. Но, помимо них, его приятный голос затронул кое-что глубоко внутри, навеяв горячие сцены с Андреем, который мог делать с ней такое, что у неё голова шла кругом, а тело горело от наслаждения.

Всего одно мгновение, одно маленькое сомнение и Ангелина сдалась. Но сдалась ни гордости, ни ревности, а неожиданно вспыхнувшему в ней возбуждению, которое требовало его удовлетворить. Но она пообещала себе, что это будет последний раз, когда она ему поддаётся и позволяет с собой играть. Ещё не зная как, но Ангелина собиралась перетянуть вектор влияния на себя, так, чтобы уже Андрей был от неё зависим, а не наоборот.

– Пока нет никаких планов, а что? У тебя есть какое-то предложение? – задала она те же вопросы, что и всегда, уже зная, что он на них ответит.

– Есть одно, – хитро протянул Андрей и кожу девушки защипали слабые разряды тока, пробуждённые быстро растекающимся по венам желанием. – Я соскучился по своей рыжей дьяволице и очень хочу её увидеть. Как насчёт того, чтобы приехать ко мне?

Ангелина посмотрела на время и недовольно поджала губы. Уже было пол-одиннадцатого, она стояла почти у самого дома, а завтра была её вторая смена, так неужели она согласится на такое предложение? Она ведь не собирается сейчас сломя голову мчаться на другой конец города только из-за того, что одному кабелю захотелось с ней развлечься? Нет! Она точно этого не сделает, но… Хотя она и сама этого хочет. После такого дня, наполненного одним стрессом, ей надо было срочно расслабиться. Вот только у Ангелины не было желания ехать к Андрею.

– А давай ты приедешь ко мне? Я жутко измоталась за этот день. – Для себя же она решила, что если он сейчас согласится приехать, то тогда она будет думать о дальнейших отношениях, а если не захочет тратить своё время на дорогу и предпочтёт позвонить другой такой же дуре, то на этом она с ним попрощается. Всё же Ангелина не собиралась быть девочкой по вызову ради секса, даже если это был отличный секс.

Несколько секунд тишины заставили её напрячься и усомниться, что Андрей сделает выбор в её пользу, но он наконец-то ответил, и ответил согласием.

– Хорошо, буду через полчаса.

Он нажал на отбой, а вот Ангелина глупо улыбнулась, тут же заставив себя взять эмоции под контроль. Андрей ещё не сделал ничего такого особенного, чтобы она радовалась его приезду как влюблённая десятиклассница. По факту, он вообще ничего не сделал и никак себя не проявил, разве что показал, что он умеет пользоваться тем, что находится в его штанах.

Зайдя в подъезд, Ангелина вбежала по лестнице на свой этаж, уже не услышав тихий, хриплый голос, прозвучавший ей вслед:

– Так быстро выкинула меня из головы, мразь!

Глава 4

Андрей не приехал ни через полчаса, ни через час, ещё и перестал брать трубку, заставив Ангелину почувствовать себя униженной. И вопреки желанию разозлиться и стереть этого мужчину из памяти, она расстроилась. Вот прямо по-настоящему расстроилась, почувствовав себя обманутой. Ещё и слова Маши, о которых она так не вовремя вспомнила, неприятно резанули по её самооценке и настойчиво крутились в голове – «у неё никогда не было серьёзных отношений, и ей всегда только пользовались».

Ангелина так не считала, хотя с мужчинами у неё не завязывалось довольно продолжительных отношений, и она обычно не встречалась ни с кем дольше четырёх месяцев, а потом просто теряла интерес и искала кого-то другого, кого-то лучше, но ей никогда и никто не пользовался. Даже наоборот, это она всегда играла с мужчинами, используя их в своих целях, часто для того, чтобы просто развлечься. По крайней мере, так было до момента появления в её жизни Андрея, который поменял их ролями.

И, если так подумать, то Ангелина и сама не знала, что она нашла в этом мужчине. Да, он был красивым, да, он умел доставлять женщине удовольствие, но он ведь также был такой эгоистичной сволочью, так похожей своим поведением на неё саму, что она просто не могла его долго терпеть, хоть от его близости у неё и сносило голову. Было невероятно тяжело, когда в паре двое одинаково любят самих себя. Хотя Андрей уже стал её обгонять, иначе бы она из-за него не мучилась, а уже нашла кого-то другого, кто не смел бы обращаться с ней так пренебрежительно.

Если подвести итог, то день начался, прошёл и закончился для Ангелины просто кошмарно. Её радовало только одно, её нежеланный «квартирант» больше не показывался и никак не портил ей нервы. Но, несмотря на отсутствие призрачных силуэтов, самостоятельно открывающихся и закрывающихся дверей, она всё равно чувствовала чьё-то присутствие и всю ночь не могла полностью погрузиться в сон из-за враждебного взгляда, прожигавшего её с каждого угла спальни.

С каким настроением Ангелина встретила новый день? С самым ужасным и отвратительным. Она проснулась разбитая, с ощущением, будто её пропустили через мясорубку, с неутолённым желанием, которое скопилось внизу живота и от которого сводило мышцы, с обидой на Андрея и нежеланием выходить на работу. И она не ждала от этого дня ничего хорошего, предчувствуя, что он может пройти ещё хуже, чем вчерашний.

Вставать не хотелось, но Ангелина всё же нашла в себе силы и выбралась из тёплой кровати. Первым делом подойдя к окну, чтобы посмотреть погоду, она этим ещё глубже закопала своё настроение. Дождь и ветер, что могло быть «лучше»? Разве что ей снова надо было быть к девяти утра на работе. Почему так рано? А это извечная загадка, которую Ангелина никак не могла отгадать, ведь ей бы никогда не пришла в голову идея записаться в такую рань на стрижку или окрашивание.

Только Ангелина захотела пойти в ванную, как на телефон пришло сообщение, и ей не надо было долго гадать, от кого оно было, ведь некое чувство уверенно прошептало – это от Андрея.

Застыв посреди комнаты, Ангелина смотрела на телефон, больше всего на свете желая прочитать, что же он там ей написал, но вместе с этим разрываясь на части от второго желания –заблокировать этого эгоистичного нарцисса и больше никогда о нём не вспоминать. И что она сделала? Ну конечно же подбежала к телефону, как дура забыв о гордости и уже зная, что если повторится нечто подобное и Андрей отпишется парочкой слов, то она снова его простит и будет ждать встречи с ним.

Нет, этот мужчина определённо послан ей в качестве наказания за её небольшие грешки. Он как язва, которую невозможно вылечить и которая разрастается изо дня в день, желая распространиться не только на всём теле, но и на душе. Если душа вообще существует.

«Прости, моя дикарка, вчера произошли непредвиденные обстоятельства, но скоро я буду только твой»

Непредвиденные обстоятельства. Ангелина прекрасна знала, что это были за обстоятельства, которые отличаются только оттенком волос, ведь Андрей подбирал эти обстоятельства по одному типажу. Но при этом она считала всех его пассий однотипными и до тошнотворности одинаковыми.

Вздрогнув от неприятного сравнения с самой собой, Ангелина посмотрела на своё отражение, точнее захотела это сделать, забыв, что все зеркала в её квартире уже давно заклеены бумагой. Она всегда считала, что выглядит ярко, сексуально и, конечно же, никак большинство девушек её возраста. Но сейчас в голову пришла мысль, что она просто одна из многих, которые привлекают внимание Андрея, а так как женщин он меняет постоянно, только некоторых удостоив чести параллельно с этим оставаться рядом с ним, то в ней не может быть ничего такого особенного.

И было довольно неприятно осознавать, что ты хоть и лучше основной массы женского населения, но недостаточно яркая, чтобы полностью привлечь внимание того самого мужчины, ради которого ты забываешь о своих чувствах и гордости.

«Да и хрен с ним! Ничего не буду ему отвечать… Пока он снова мне не напишет, а я, соскучившись, как идиотка не отвечу ему согласием на всё» – раздражённо подумала Ангелина, всё равно не в состоянии до конца заглушить жгучую обиду, которая обещала пробыть с ней как минимум полдня.

Несмотря на слабость и явный недосып, Ангелина умудрилась собраться довольно быстро и даже успела выпить кофе. И, что её приятно удивило, никакой потусторонней ереси за это утро не произошло. То ли призрак сам устал её мучить, то ли ещё не проснулся, но Ангелина впервые за эти дни вышла из квартиры без тени страха и злости. Даже в её окне не маячило никаких силуэтов, хотя она минуты две простояла во дворе, не веря, что призрак и правда решил оставить её в покое. Но ещё больше её обрадовало отсутствие детектива, и почему-то она была абсолютно уверена, что он больше её не потревожит, а раз так, то больше никто не будет ей напоминать, что произошло пятнадцать дней назад.

Вот только почему-то Ангелине было неспокойно, и она никак не могла понять причину этого странного волнения.

– Ого, ты сегодня пришла за пятнадцать минут до записи, – с наигранным удивлением произнесла Наташа, стоило девушке войти в салон.

– Доброе утро, – хмуро бросила в ответ Ангелина, собираясь пройти в подсобное помещение и сделать себе ещё кофе, чтобы взбодриться. Но стоило ей поравняться с администратором, как она шагнула к ней навстречу.

– Кстати, сегодня приедет Евгения Максимовна. Она очень хочет с тобой о чём-то поговорить.

– Ну и супер. – Обойдя Наташу, которая явно ждала от неё других слов, так что теперь вопросительно хмурила свои брежневские брови, Ангелина пошла вглубь салона.

И так, слова администратора дали понять, что на неё всё же нажаловались, иначе бы Евгения и не подумала приезжать в салон ради простого разговора, который можно было провести в телефонном режиме. Теперь Ангелина надеялась, что её не будут отчитывать и говорить, как надо себя вести в коллективе, попутно втирая про рабочую этику, ведь она это просто на дух не переносила. К тому же она за день делала приличную кассу, так что начальница не должна рискнуть сильно повышать на неё голос, в противном же случае она точно распрощается с этим местом.

Рабочий день прошёл относительно нормально, клиенты наконец-то были только Ангелинины, никто не портил ей настроение, а коллектив так и вовсе предпочитал её игнорировать, что не могло не радовать, ведь натянутые улыбки и выдавленное через силу дружелюбие, за которым пряталась неприязнь, были ещё хуже, чем когда тебе в лицо говорят, что ты мразь и тебя не могут терпеть. По крайней мере, так было для Ангелины.

Евгения появилась только под самое закрытие, когда Ангелина уже складывала инструменты и убирала рабочее место. И что-то ей совсем не понравилось выражение лица начальницы. В Евгении так и чувствовалось напряжение, а в её глазах застыла такая решительность, что напряглась уже Ангелина, которая догадалась, что разговор будет далеко не таким лёгким, каким она его себе представляла.

Евгении было уже сорок три года, и когда Ангелина впервые её увидела, то она сразу же пропиталась к женщине симпатией, ведь она понравилась ей как и своей внешностью, так и исходящей от неё силой. Несмотря на свой возраст, Евгения выглядела очень эффектно, и было сразу видно, что она следит за собой и не экономит деньги на своей внешности. У неё была шикарная фигура, красивое лицо, ещё и настолько и ухоженное, что многие и в двадцать лет не могли выглядеть так соблазнительно. Её глаза имели просто невероятный голубой оттенок, хотя тут Ангелина склоняюсь к линзам, а длинные каштановые волосы были настолько густые, что не могли не вызывать зависть. Ну а стиль в одежде у Евгении был просто идеален, даже Ангелина ни разу не смогла придраться к её нарядам. И да, она завидовала начальнице, ведь ей тоже хотелось тратить на себя столько же денег, сколько их тратила Евгения. Её успех Ангелина оправдывала не только бизнесом в сфере красоты, но и наличием состоятельного мужчины. И самым неприятным для неё было то, что она не видела между собой и начальницей большой разницы, напротив, она считала, что в некоторых вещах она даже её превосходит.

Бросив на Ангелину быстрый взгляд и натянуто улыбнувшись, Евгения подошла к Наташе и что-то ей тихо сказала, после чего они обе ушли во второй зал. И Ангелина догадалась, что это могло значить только одно – сейчас её будут обсуждать. Так неужели Евгения и правда задумалась об её увольнении? Нет, даже такая мысль показалась Ангелине абсурдной, хотя интуиция подсказывала, что так оно и есть.

Зло закинув чехол с ножницами в сумку, Ангелина пошла следом за женщинами, не собираясь стоять в стороне, пока кто-то будет говорить какая она грубая и безответственная.

Евгении с Натальей не было в маникюрном зале, как и не было в подсобном помещении, эти двое укрылись в массажном кабинете, и когда Ангелина открыла дверь, резко шагнув в помещение, то она чуть не налетела на администратора, так сильно увлечённого разговором, что её появление заставило Наташу испуганно вскрикнуть. А вот Ангелина успела услышать обрывок её последней фразы.

–… накаляет отношения в…

– А вот и я, здравствуйте. Вы ведь хотели со мной поговорить, я права?

И Евгения, и Наташа удивлённо посмотрели на парикмахера, выглядя по-глупому обескуражено. Начальница довольно быстро взяла себя в руки, и вместо смущения на её лице отразилось раздражение.

– Ангелина, тебе не кажется, что совсем невежливо так врываться? Когда мне будет надо, я сама к тебе подойду.

– Просто я подумала, что раз вы тут говорите обо мне, то мне лучше поприсутствовать, а то вдруг я смогу что-то дополнить. К тому же моя смена уже подошла к концу и у меня совсем нет желания задерживаться на работе. Так что давайте мы с вами решим всё прямо сейчас?

Евгения недовольно поджала губы, смотря на Ангелину таким злым взглядом, что ей показалось, что кое-кто сейчас укажет ей на дверь. Ну и, конечно же, на такое отношение Ангелина ощетинилась только сильнее. Она просто не понимала, что сейчас происходит, ведь была уверена, что Наташа уже не в первый раз рассказывала начальнице о том, какой у них плохой и безответственный сотрудник, так какой смысл было всё это сейчас дублировать и заставлять её ждать? Внеурочные часы не оплачивались, салон работал до девяти вечера, так что ничто не мешало Ангелине просто взять и уйти.

Немного помолчав, взвешивая ситуацию, начальница повернулась к Наташе.

– Оставь нас, пожалуйста, мне надо переговорить с Ангелиной наедине.

– Да, конечно, – тут же ответила Наташа, даже не пытаясь скрыть своё злорадство, в котором проскальзывала радость.

И это, по мнению Ангелины, было попросту глупо. Похоже, Наташа и правда не понимала, что добившись её увольнения, она не сможет этим изменить свою жизнь. На её место придёт новый мастер, а она как и была выряженной дурой, так такой же дурой и останется, не способной накопить ни на что стоящее, и чей удел подстраиваться под истеричных клиентов и характерных мастеров.

Дверь за администратором закрылась и Ангелина с Евгенией остались вдвоём, при этом девушку позабавило выражение лица начальницы. Она и злилась на неё, но и видно уже подсчитывала убытки, которые ожидали салон с её увольнением. А вот сама Ангелина ничего не теряла, у неё была и связь с поставщиками красок, и были свои клиенты, которые в случае чего могли прийти к ней домой, и достойное портфолио с работами, так что она везде могла бы пристроиться.

– Так о чём вы хотели со мной поговорить? – не сдержала нетерпение Ангелина, внимательно смотря на начальницу, которая уже начала пробуждать в ней агрессию. Это было даже немного странно, ведь до этого момента Евгения вызывала у неё симпатию, которой немногие могли удостоиться.

– Видишь ли, Ангелина, успех салона зависит не только от мастерства работающих в нём людей и способности находить общий язык с клиентами, но на него также влияет взаимоотношения внутри коллектива. Мы все с вами представляем собой слаженную команду, которая трудится во благо…