Лали Аморале
Я купила своего врага

Глава 1

– Милая, ты слишком консервативна. Тебе нужно стать более… свободной, – взмахнула рукой, увешанной украшениями, Роми.

– Рассуждаешь о свободе, а сама ведешь меня туда, где торгуют рабами, – буркнула я, осматриваясь по сторонам.

Мне много доводилось слышать о станции «Мэджик», но прийти сюда даже мысли никогда не было. Станция болталась в так называемом нейтральном секторе, официальными властями практически не контролировалась и имела не самую приличную репутацию.

Я подняла голову наверх, пытаясь определить, где находится потолок, но вокруг были только бесконечные ярусы, на которых кишела жизнь. В плечо ощутимо толкнули, и я проводила взглядом вереницу полуголых мужчин, которые шли затылок в затылок, опустив низко головы.

– Асэна, – Роми остановилась и отодвинула меня с прохода, – если рабами не будут они, то будем мы. Такое есть даже в соседней с нами звездной системе.

– Ты говорила миллион раз, да. Просто для меня это все равно немного странно, потому что…

– Потому что ты с Тары, равные права, бла-бла-бла, и я миллион раз это слышала, Асэна! Купи себе покладистого раба с симпатичной мордашкой и наслаждайся жизнью. Хватит вспоминать материнскую планету.

Роми уверенным шагом направилась туда, где слышался голос распорядительницы торгов, а я поплелась следом. Подруга, в отличие от меня, была известной перекупщицей живого товара. Она отбирала недорогих, но перспективных рабов, доводила их манеры и внешний вид до совершенства, а потом продавала втридорога.

Некоторых мужчин Роми оставляла себе. Она их называла «одарёнными мальчиками», и я старалась даже не думать о том, чем именно они были одарены. Голос распорядительницы становился всё громче, и вскоре мы оказались в толпе разодетых дам.

Вокруг царило веселье: женщины обсуждали выгодные покупки, комментировали внешний вид рабов и смеялись над шутками друг друга. Роми подтолкнула меня ближе к сцене, где были установлены клетки, а потом буквально пропихнула вперед.

– Роми! – я попыталась метнуться назад, но толпа за спиной уже сомкнулась, оставив меня наблюдать за аукционом из первого ряда.

Клетки – всего их было около дюжины – оказались накрыты серебристыми покрывалами. Они были немного сдвинуты к бокам, а середина сцены пустовала. Зачем – стало понятно буквально через минуту.

– Моя любимая часть. Эстер умеет разогревать покупателей, – шепнула мне на ухо Роми, и откуда-то полилась музыка.

Плавная, тягучая она тут же заставила всех присутствующих замолчать. Свет на сцене несколько раз моргнул, а потом лучи сверху упали таким образом, что образовали круглую клетку. Внутри этой «клетки» сидели трое: двое молодых мужчин и девушка.

– Она тоже рабыня? – нахмурилась я.

– Нет. Эстер называет их добровольцами. На сцену поднимаются те, кто хочет на себе испытать товар.

Мои губы сложились в изумленную «о», а Роми совсем по-девичьи хихикнула.

– «Ваши самые тёмные желания», – произнес тем временем мягкий голос, и мужчины аккуратно уложили девушку на сцену.

Ее стройная фигурка казалась такой беззащитной на фоне мускулистых парней. Но судя по судорожным вздохам со всех сторон, именно этот факт заводил зрительниц больше всего. Ладони одного из рабов заскользили по ногам девушки, сминая легкое одеяние. Она вытянулась, закидывая руки за голову, и их тут же перехватил второй. Мужчина наклонился и принялся целовать девушку, лаская языком ее губы и ныряя в полуоткрытый рот. Одна его рука при этом продолжала удерживать тонкие запястья, а вторая выводила узоры на груди.

Я так увлеклась откровенным поцелуем, что когда обратила внимание на второго раба, едва не вскрикнула. Его темная голова покоилась между белоснежных бедер и совсем недвусмысленно двигалась. Я тяжело сглотнула и попыталась отвести взгляд, но Роми тут же сдавила мой локоть.

– Смотри, смотри, Асэна, – зашипела подруга. – Эстер утверждает, что эти двое могут подарить оргазм любой буквально за пять минут. Думаю, девица сдастся гораздо раньше.

Тут я с ней была согласна – девушка извивалась и стонала так громко, что ее стоны было слышно даже сквозь музыку. Буквально через полминуты ее бедра мелко задрожали, и она выгнулась дугой. Неловкость из-за того, что приходится наблюдать за чем-то столь интимным, боролась с нездоровым любопытством.

Загорелые пальцы раба с силой сжали бедра девушки, удерживая на месте. Он не поднимал головы, продолжая ласкать ее и растягивать удовольствие. А когда всё было кончено, парень выглянул из-за обнаженного бедра и одарил толпу таким порочным взглядом, что по рядам пронесся коллективный стон. Не знаю, какими талантами обладали эти рабы, но уносили девушку на руках.

Не успела я прийти в себя, как на сцену выскочила распорядительница, взмахнула рукой, и с клеток в ту же секунду соскользнули покрывала.

Тяжело сглотнув, я исподлобья глянула на ближайшую клетку. Мужчина, который находился в ней, был безумно красив: высокий, с длинными серебристыми волосами и соблазнительной улыбкой. Заметив мой робкий интерес, он поклонился. Наверное, именно такого имела в виду Роми, говоря о покладистом и симпатичном.

Но мой взгляд заскользил дальше. Миновал клетку с рыжеволосым мужчиной, фигурой напоминавшим гладиатора, и отправился вперед.

– А вы, моя дорогая, уже что-нибудь себе присмотрели? – раздался над головой голос распорядительницы.

Женщина широко улыбалась, накручивая на палец высокий хвост. Осознав, что она обращается ко мне, я открыла рот, чтобы ответить, но тут же закрыла его. Мне было совершенно не понятно, как правильно выбрать раба. Это же человек, а не кусок еды, который можно выбросить, если не понравится.

– Посмотрите направо, здесь у нас представлены лучшие экземпляры. Рожденные и воспитанные для того, чтобы предугадывать все наши желания, – продолжила тем временем Эстер.

Она сказала посмотреть направо, но вопреки совету, глаза устремились в противоположном направлении. А в следующую секунду сердце сделало последний удар и остановилось, потому что из клетки на меня смотрел худший кошмар моей жизни.

Элмарин Розвуд. Человек, из-за которого я была вынуждена покинуть материнскую планету. Несколько лет мне пришлось скитаться по галактикам, пока тут на мои способности не обратила внимание Роми.

Это был он и не он одновременно. От холеного плейбоя, с которым я была знакома в академии, не осталось ничего. Передо мной стоял дикарь, закованный в цепи. Хотя нет, вру, кое-что от старого Эла осталось – взгляд, обращенный на меня, был полон ненависти.

Я скорее почувствовала, чем увидела, как у моего плеча встала Роми.

– Присмотрела себе кого-то?

– Почему на них цепи? – вопросом на вопрос ответила я.

– О, для антуража. Распорядительница считает, что покупательниц это заводит. На самом деле на каждого надеты браслеты с защитой.

Я рассеянно кивнула, продолжая смотреть на раба. Кстати, а как отпрыск одной из богатейших семей Союза стал рабом? В Амидее, как и в соседней Унн-Ран, конечно, таким было никого не удивить. В системе процветало мужское рабство, хотя на Зои – центральной планете системы – последнее время все чаще вспыхивали недовольства по этому поводу.

– Милые дамы, – распихивая других покупательниц, к нам подошла распорядительница. Легким кивком она поприветствовала Роми.

– Ты для себя?

– Нет, моя очаровательная подруга наконец решилась на покупку. Помогаю ей выбрать, – с улыбкой ответила Роми, а распорядительница тут же замахала руками.

– Тогда не этого, – она отвернулась от клетки. – Мне его отдали в довесок к другим, обошелся всего в сотню. Теперь мечтаю от него избавиться.

– Что так? – заинтересованно склонила голову моя подруга, а я тем временем продолжала коситься на мужчину.

За прошедшие 10 лет Эл стал гораздо… больше. Набедренная повязка не скрывала тренированных ног, а широкая грудь и подтянутый живот были испещрены сеткой шрамов. Он стоял, немного наклонив голову, а копна жестких волос топорщилась с разные стороны.

– Совершенно дикий и неуправляемый, – раздался голос распорядительницы, и я с трудом отвела от Эла взгляд. – Постельным утехам не обучен. Подойдет, только если твоя подруга любит ставить на место.

Распорядительница многозначительно посмотрела на меня, а я – на Роми.

– А?

Роми в ответ на мое недоуменное лицо хохотнула и легонько стукнула меня по плечу.

– Нет, что ты. Асэна у нас и мухи не обидит, – ответила она распорядительнице, а потом повернулась ко мне. – Эстер интересовалась, не любишь ли ты избивать людей, чтобы сбросить напряжение.

Пока я как рыба разевала рот, пытаясь придумать достойный ответ, Роми начала подталкивать меня в сторону от клетки с Элом. Ну уж нет. Я резко развернулась, окликнула Эстер и взглянула на раба. К ненависти в глазах Эла добавился животный ужас. Кажется, он понял, что я собираюсь сделать.

– Эстер, я готова взять этого без торгов.

– Милая, ты уверена? – произнесла с сомнением Роми, снова вставая рядом. – Он и правда выглядит диковатым. Давай возьмем вон того красавчика.

– Нет, – отмахнулась я от подруги, медленно подходя к клетке. – Думаю, я смогу найти на него управу.

Глава 2

Эл

Очередная гнилая звездная система. Плечо до сих пор немного побаливало после того, как чокнутая Эстер пропустила через меня приличный разряд. Еще одна попытка дать знать о себе семье потерпела неудачу. Уверен, после моей выходки Эстер обязательно попробует сбыть меня с рук. Хотя вряд ли я буду скучать хоть по одной из планет Унн-Ранн. Губы пересохли, и я в сотый раз провел по ним языком. Эстер притащила нас на «Мэджик» три дня назад. За это время попить нам дали всего несколько раз и то такой тухлятины, что уж лучше совсем без воды.

Два года. Два бесконечных года я носил рабские браслеты. У меня не было возможности не только сообщить о том, что я жив, но и узнать, как там мама. Два года назад она все так же была не в себе, а я все так же пытался собрать по крупицам то, что осталось от моей семьи после случившегося.

Торги начались, Эстер скинула с клеток нейлоновые одеяла, и я как обычно стал замечать на себя жадные женские взгляды. Как правило, я старался не поднимать голову – это дарило иллюзию уединенности, но сегодня мой взгляд по какой-то причине беспорядочно метался по головам присутствующих. Не знаю, почему я зацепился за эту макушку, но в одно мгновение всё шло как обычно, а в другое сердце нервно дернулось. Девушка повернула голову, и мне стоило большого труда не заорать как раненый зверь.

Этого не может быть! Среди миллиона возможных мест во Вселенной! Нужно было перестать смотреть на нее во все глаза и опустить голову, но я не мог оторваться от знакомого профиля. Секунды растянулись в вечность, которая на удивление быстро закончилась. Ее взгляд плавно скользил по клеткам, пока в итоге не остановился на моей.

Асэна Лефевр. Дочь Кармэллы Лефевр. Тело захлестнула привычная волна ненависти, которую я испытывал всякий раз, глядя на девчонку. Краем сознания отметил, что она стала еще красивее: точеная фигура, безупречная осанка, копна волос цвета красного дерева и бездонная зелень глаз. И эти самые глаза шокировано смотрели на меня. Что ж, один-один. Асэна тоже не ожидала нашей встречи.

До этого мне казалось, что самым ужасным днем моей жизни был тот, когда меня впервые выставили на торги. Я помню пронизывающее ощущение беспомощности, ярости и жажды мести. Но все те эмоции оказались ничтожны по сравнению с тем, что я чувствовал сейчас.

Всё тело пылало от стыда. Сам факт, что мой заклятый враг смотрел на меня с той стороны клетки, повергал в бездну отчаяния. Я ждал какого-нибудь ядовитого комментария или хотя бы усмешки, но Асэна просто смотрела. Сквозь шум толпы я расслышал, как она обсуждает с Эстер и еще одной женщиной покупку раба. Внутри все похолодело от ужаса. Судьба не могла быть настолько жестока со мной. Я перестал дышать, а весь мой мир сжался до одной точки. Асэна отмахнулась от обеих женщин и подошла к клетке.

– Думаю, я смогу найти на него управу.

Это конец.

Асэна

Эстер с сомнением качнула головой, но тут же взяла себя в руки и хлопнула в ладоши.

– Забирай!

Она выкинула вперед ладонь, давая знак работникам увести раба. Я уже открыла рот, чтобы задать вопрос, но Роми наклонилась к моему уху:

– Раба должны привести в порядок, прежде чем передать покупателю.

Ее слова заставили меня нахмуриться. Несмотря на годы, прожитые на Зои, я до сих пор негативно относилась к идее рабства как таковой. В ту же секунду на меня впервые накатило осознание того, что я сделала. Я купила человека! И не просто человека, а Элмарина Розвуда!

Перед глазами начали мелькать картинки из прошлого. Мой первый день в межпланетной академии Союза Равных. Там учились только лучшие из лучших, вся соль пяти галактик. Попасть туда было невероятно сложно, а вылететь – столь же невероятно легко. При этом козырять влиятельными родителями в академии было бесполезно, ведь мы все были такими.

Наши отношения не сложились с самого начала. Не знаю, что я ему сделала, но глаза Эла полыхнули ненавистью, стоило нам столкнуться на учебном полигоне. Первые недели он старался избегать меня, даже не смотрел в мою сторону, но потом что-то изменилось, и Эл начал действовать. То, что он делал, иначе чем травлей назвать было нельзя. Иногда его ненависть заходила так далеко, что ему становилось сложно ее контролировать. После одного тренировочного боя я угодила на три дня в больницу – Эл использовал запрещенный прием и вывернул мне руку.

– Асэна, ты в порядке?

Голос Роми вырвал меня из задумчивости.

– Да, прости, – я встряхнула головой.

– Зачем тебе этот раб? – спросила подруга прямо, а я пожала плечами.

– Ты же сама сказала, что мне нужно купить раба.

– Нет, Асэна, я спрашиваю, зачем тебе именно этот раб.

Я усмехнулась – у меня редко получалось скрыть что-то от Роми. Эта женщина была удивительно проницательна.

– Это личное.

– О-о… – губы подруги округлились, и она понимающе покачала головой. – А ты умеешь удивлять, Асэна.

Я благодарно улыбнулась Роми за то, что она не стала выспрашивать подробностей. Не уверена, что готова была рассказать о том, как меня с позором изгнали с Тары благодаря козням Эла.

– Дамы, вы можете забрать раба.

К нам подошел высокий стройный парень и сдержанно поклонился. Роми уже сделала шаг вперед, но я вцепилась в ее локоть.

– Роми, подожди! Я не готова!

– Не готова к чему? – Она приподняла брови и недоуменно взглянула на меня.

– К этому. Ко всему. И… да, его я тоже пока не готова видеть, – обреченно выдохнула в ответ.

В глазах Роми мелькнуло любопытство, но она лишь улыбнулась.

– Это не проблема. Люди Эстер сами доставят его по нужному адресу.

– Роми, у меня даже поселить его негде!

– А ну-ка, посмотри на меня, Асэна Лефевр, – подруга подозрительно прищурилась, – ты не собиралась покупать раба, пока не увидела этого дикого красавчика? Ведь так?

Я смущенно опустила голову и помотала ей из стороны в сторону. Роми тяжело вздохнула.

– Я договорюсь с Эстер, чтобы его привезли к вечеру. А сейчас отправлю к тебе пару своих человек – они приготовят рабскую.

Мне хватило сил только согласно кивнуть. Потом мы подписывали какие-то документы и спустя 20 минут у меня на руках была бумага с голографической пометкой о том, что раб Эл продан Асэне Лефевр за 100 кредитов. Я стала владелицей человека, с которым мы настолько сильно ненавидим друг друга, что будем счастливее, если другой умрет.

Глава 3

Как только наш шаттл оторвался от взлетной платформы «Мэджика», Роми внимательно посмотрела на меня.

– Не хочешь рассказать?

– Это не очень веселая история, – я откинулась на спинку кресла, когда шаттл перешел на сверхзвуковую скорость и устремился к пространственной гипертрубе.

– У нас целый час в запасе.

И я начала рассказывать. Роми по большей части молчала, лишь иногда задавая вопросы.

– То есть ты хочешь сказать, что Эл – раб не по рождению? Более того, он из богатой семьи?

– Одной из самых богатых в Союзе, Роми.

– Девочка, ты купила себе проблему.

– Знаю! – Схватилась я за голову. – Уверена, они рыщут по всем галактикам, пытаясь отыскать своего ненаглядного Элмарина.

– Но почему вы не поладили, Асэна? Вы оба – представители благородных семейств, оба при деньгах, оба красивые. По всем законам вы должны были стать парой, а не заклятыми врагами.

– Скажешь тоже, – отмахнулась я от нее. – Эл был первым, кто обрушил свою ненависть. Я лишь отвечала ему тем же. Он никогда не называл причину, а я не делала попыток узнать её.

– Почему ты не стала мстить после всего, что он сделал?

– Потому что я была разрушена. Уничтожена. Опозорена. Целый год я буквально собирала себя по частям. Я меняла межгалактические корабли, нигде не задерживаясь больше чем на неделю.

Из того первого года я мало что помнила. Зато в мельчайших подробностях помнила день, когда всё рухнуло. Это была среда. Ничем не примечательная среда. Наверное, мне стоило заподозрить неладное, когда один из прихвостней Эла поделился со мной водой после занятий на полигоне. До основного экзамена оставалась пара дней, и я старалась изо всех сил.

Когда через несколько минут у меня начала кружиться голова, я не сразу поняла, что все дело в воде. Только когда из темноты коридора показалась расплывающаяся фигура, а через мгновение сильные руки обхватили талию, я поняла, что это конец. Эла я узнала по запаху: поганец всегда вкусно пах чем-то древесно-лимонным. Цепляясь за остатки ускользающего сознания, я видела, как сверкают торжеством глаза врага.

Пришла в себя от того, что вокруг жужжали голоса. Казалось, что их сотни и всем им что-то было нужно от меня.

– Кто бы сомневался!

– А я всегда говорила, что просто так высшую степень не получишь!

Я моргнула, пытаясь избавиться от пелены перед глазами. Голоса превратились в людей. Здесь были мои однокурсники и они все осуждающе смотрели на меня. Бросив быстрый взгляд по сторонам, я поняла две вещи: я полулежу на небольшом диванчике в гостевой комнате, примыкающей к кабинету ректора; из одежды на мне только нижнее белье.

Я попыталась спросить, что здесь делаю и какого черта происходит, но язык не слушался. Тело было моим и не моим одновременно. Эл и его дружки опоили меня, притащили сюда, раздели, а потом заявили всем, что Асэна Лефевр пыталась соблазнить ректора. Эл уже намекал людям на то, что первую академическую степень я получила через постель, поэтому они так легко поверили в то, что аналогичным путем я решила получить и высшую.

Ректор был в ярости, это был сокрушительный удар по его репутации. Он не стал даже слушать меня – просто вышвырнул из кабинета, бросив вдогонку вещи. В этот же день меня отчислили, а на следующий в прессе разразился такой скандал, что мы с мамой и сестрой неделю не выходили из дома.

Сестра настаивала на том, чтобы обратиться в Межгалактический суд Союза, доказать мою невиновность и наказать Эла. А мама, найдя меня в один из дней скрюченной на полу в ванной, предложила уехать.

Я вынырнула из мрачных воспоминаний и посмотрела на Роми.

– Пока наконец не оказалась здесь, на Зои, в системе Амидея.

– Чему я несказанно рада, – Роми крепко сжала мою руку, а над нашей головой загорелась красная лампочка.

«Ко входу в пространственную гипертрубу готова», – раздался из динамиков металлический голос внутренней системы шаттла.

– Вход в пространственную гипертрубу разрешаю, – отдала приказ Роми, и мир превратился в одно смазанное пятно.

***

На Зои как обычно было пасмурно – от агрессивного воздействия звезды планета была надежно укрыта слоем облаков. В столице, Амид-зу, царил хаос. По пути к дому мы пролетели несколько стычек с полицией.

– Не понимаю, чем им не хватает, – ворчливо произнесла Роми, рассматривая из окна бунтующих мужчин. – Сидят в тепле, сытые, одетые. Из забот – только вовремя ублажать госпожу.

Я пожала плечами.

– Возможно, им хочется чего-то большего?

– Мужчинам? Большего? – Роми фыркнула. – Асэна, я тебя умоляю.

– Ты забываешь, что я была знакома с другими мужчинами. Такими, кто сам отвечает за свою жизнь, учится, строит карьеру.

– Ну да. И один из них сломал тебе жизнь. Как по мне, лучше держать их на привязи. Так они доставляют гораздо меньше проблем.

Я тяжело вздохнула. Мы не впервые спорили с Роми по поводу рабства, но изменить ее мнение мне было не под силу. Подруга была уверена, что мужчины существуют только для услады и тяжелой работы. Видеть в них личностей она отказывалась, хотя и относилась к своим рабам по-доброму.

Роми не обманула и к моему приезду рабская для Эла уже была готова. Сообщила мне об этом ее домоправительница Элиза, которую я встретила во дворе.

– Я все приготовила. Не желаете взглянуть?

– Эм, нет, Элиза. Спасибо, у меня сейчас нет времени.

Я проскочила мимо немного удивленной девушки и убежала наверх, в свою комнату. До того как привезут Эла, оставался буквально час, а я была совсем к этому не готова. Я то металась по комнате, то падала на кровать в попытке успокоиться, но в итоге все равно вскакивала. Когда раздался осторожный стук в дверь, я замерла испуганной белкой.

– Кто там? – Мой голос охрип от волнения.

– Это Элиза. Вашего раба доставили. Мне привести его к вам?

– Нет-нет! – практически заорала я. – Отведи его в рабскую. Я спущусь позже. И ты можешь идти, Элиза. Передай спасибо Роми!

Элиза несколько секунд молчала, и в этом молчании чувствовалось недоумение.

– Хорошо.

После раздались ее удаляющиеся шаги, и я обессиленно рухнула на кровать.

До самого вечера я боялась вылезти из комнаты и только ближе к ночи решилась. Осторожно спускаясь на первый этаж, я смеялась над собой: это надо же, бояться собственного раба!

Дверь рабской по периметру мерцала мягким голубым светом – работал защитный барьер. Роми объяснила, что для владельца он не опасен и реагирует только на ограничивающие браслеты. Если раб решится на побег, то барьер сработает и его просто вырубит. Я сжала в руках небольшой гладкий предмет – кнопку управления браслетами. С помощью этого приборчика можно было ограничить радиус, на который раб может отойти от госпожи.

Погладив небольшую выпуклость, я вспомнила слова Роми. Подруга назвала это датчиком воспитания. Он предназначался для рабов, которые вздумали дерзить хозяину. Что-то подсказывало, что Эл как раз из таких рабов.

Я стояла перед дверью и напряженно прислушивалась к звукам, но с той стороны было тихо. Неужели причина всех моих бед действительно там? Мой кулак с силой сжался, а воспоминания нахлынули как цунами.

Сложно поверить, но Эл когда-то мне нравился. Он был умен, хорош собой и умел производить впечатление. Но с каждым новым днем моя симпатия к нему таяла, пока жалкие ее крохи окончательно не развеялись по воздуху учебного полигона. Когда он почти сломал мне руку, я наконец осознала всю глубину его ненависти.

Неужели жизнь подарила мне шанс расквитаться с ним?

Эл

Она шла тихо, но я все равно услышал за дверью легкие шаги. Наверное, это из-за того, что нервы были натянуты до предела. Я знал, что ничего хорошего в этом доме меня не ждет. Я уничтожил ее жизнь, а она без раздумий уничтожит мою. Хотя почему же без раздумий – уверен, Асэна придумает что-нибудь эдакое. Вряд ли она купила меня лишь для того, чтобы убить. Я видел, на что способны люди, когда получают абсолютную власть над другим человеком.

Даже те, кто называл себя доброй, в итоге превращались в безжалостных монстров. По телу прошлась дрожь отвращения, когда в голове возникли воспоминания того, что сумасшедшие суки заставляли делать меня. Наверное, стоило подчиниться, выучиться всем тем штучкам, которые требовались от вышколенного раба, но у меня не получалось переступить через себя. Даже ценой собственной безопасности.

Если семья не найдет меня в ближайшее время, то, скорее всего, Асэна станет моей последней хозяйкой. Я усмехнулся. Однажды она разрушила мою жизнь, и мне потребовалось несколько лет, чтобы уничтожить ее. Я всего лишь сравнял счет, так какого черта?

Какое-то время я боялся даже пошевелиться, вслушиваясь в звуки за дверью. Но минуты шли, а на пороге так никто и не появился. Я уже решил, что шаги мне послышались, но тут в тишине раздался шорох, а потом мягкая поступь шагов. Почему она ушла?

Глава 4

Асэна

Всю ночь я проворочалась без сна, проклиная себя за то, что так и не смогла вчера зайти в рабскую. Последнее, чего бы мне хотелось – это чтобы заклятый враг считал, будто я размякла за эти годы. Я не спеша позавтракала, одновременно давая домашнему роботу-андроиду поручения на день, а потом попросила привести раба в мою комнату.

В коридоре послышался механический голос андроида, и все тело охватило волнение.

Едва дверь открылась, как я резко развернулась. Это и правда был он. Эл смотрел на меня не отрываясь, а в его глазах к обычной ярости примешивалась какая-то обреченность. Я постаралась как можно незаметнее сглотнуть ком в горле.

– Подойди.

Секунду поколебавшись, он сделал шаг вперед.

– Ближе.

Он был одет так же, как и вчера на аукционе – в одну набедренную повязку, поэтому мне стоило большого труда не опустить смущенно глаза. Тело Эла было словно слеплено гениальным скульптором: широкая грудь, крепкие бедра, четкие линии мышц, на которых играли тени. Почему в такое совершенное тело оказалась заключена столь гнилая душа?

– Ты стала плохо видеть? – Эл усмехнулся, а один край его губы при этом пополз вверх.

В ту же секунду во мне взыграли обида и злость, копившиеся годами и не находившие выхода. Пальцы сами нажали на одну из двух кнопок на гладком пульте, и Эл согнулся пополам.

– А ты забыл приветствие? – процедила сквозь зубы.

Эл вскинул голову, по-прежнему держась за живот. В его взгляде полыхнуло что-то настолько темное, что я на секунду пожалела о своей импульсивной покупке. Он выпрямился, и мои глаза снова уперлись в стальные мышцы пресса. Они мелко сокращались – видимо, разряд тока по-прежнему давал о себе знать. Я вопросительно выгнула бровь. Несколько раз сжав губы, Эл всё же произнес:

– Весь твой, госпожа.

Наверное, я должна была почувствовать какое-то удовлетворение, ведь враг сейчас корчился от боли у моих ног, но вместо этого меня душила обида.

Сделав несколько глубоких вдохов, Эл отвел назад плечи и приблизился ко мне еще на шаг. Я чуть не дернулась в сторону, но вовремя вспомнила собственную команду подойти ближе. Мужчина смотрел на меня, брезгливо изогнув верхнюю губу и ожидая дальнейших указаний.

Я обошла его по кругу и остановилась за спиной. Когда глаза, полные ярости, перестали преследовать меня, дышать стало легче. Я подмечала все шрамы: парочка крупных на груди и животе и россыпь мелких на спине. Забавно, но как минимум три из них были оставлены мной.

После вывернутой руки я быстро поняла, что наше с Элом существование перешло в режим «убей или будешь убит». Я не стала девочкой для битья и при любой возможности гадила Розвуду. Это превратилось в некое извращенное соревнование без правил. Даже если у Эла и были какие-то причины для ненависти на первом курсе академии, то к шестому мы ненавидели друг друга уже просто за все то, что сделали в предыдущие годы.

Я подняла руку и обвела шрамы пальцами, не касаясь кожи. Вот этот – от «случайно» выпущенного пульсара. Неровная отметка на талии – сработавшая с моей легкой руки плазма-ловушка. А тот, что на лопатке, был особой гордостью. Ядовитая змея с необитаемой планеты Хосна. Лишает мужских сил минимум на полгода. Я улыбнулась – Розвуд тогда быстро растерял всех своих подружек. Правда, после этого он пустил слух, что я больна, и мои поклонники тоже разбежались.

Мышцы на спине Эла пришли в движение, словно ему хотелось повернуться. Боится, что нападу на него со спины? Что ж, и такой грешок за мной водился.

Я встала практически вплотную, чтобы понервировать его, и услышала, как он резко втянул воздух. Годы, которые мы не виделись, стерли из памяти тот факт, что Эл был высоким, почти на голову выше меня. Отсюда мне очень хорошо была видна подрагивающая от волнения жилка на его шее. Эл походил на каменное изваяние, настолько неподвижным он был. Я наклонилась еще чуть-чуть. Тепло, исходящее от его кожи, коснулось губ, заставляя меня отпрянуть.

– Давно ты стал рабом?

Он несколько секунд молчал, видимо, оценивая риски снова получить разряд в случае неповиновения. Я могла бы сказать ему, что больше не намерена применять силу, но тогда он станет для меня опасен. Не знаю, как долго Эл носил невольничьи браслеты, но они ни капли не улучшили его гадкий характер.

– Пару лет назад.

Два года? Это большой срок, особенно для кого-то с нравом и замашками Розвуда. За это время его семья уже должна была найти его.

– Как это произошло?

– Мой корабль попал в засаду на границе системы Висептис, – Эл повернул голову и мне стал виден его четкий профиль.

– Там всё кишит пиратами, – пробормотала я.

– Я этого не знал, – в его голосе послышалась досада. – У этих дикарей не было с собой компьютерных идентификаторов с доступом к базе Союза, а на слово они мне не поверили. Решили, что я обычный торгаш.

Я не смогла сдержаться и фыркнула.

– В тебе не признали Великого Эла Розвуда? Какая жалость. Для тебя, конечно же.

Эл медленно повернулся, и внезапно наши лица оказались в опасной близости.

– Дядя рано или поздно найдет меня. Только представь, какой скандал разразится на Таре, когда все узнают, что ты купила меня?

– Скандал? – я выгнула бровь. – Это как тот, что произошел, когда ты подло подставил меня? Я плевать хотела на скандалы, а вот твоя нежная душа вряд ли переживет заголовки в духе «Элмарин Розвуд был в рабстве у Асэны Лефевр», «Асэна Лефевр стала госпожой Элмарина Розвуда».

Мои губы сами собой растянулись в улыбке, когда я представила реакцию дружков Эла на такую новость. Он нахмурился, и его тонкие ноздри хищно раздулись.

– Когда я освобожусь, тебе конец, Асэна.

Он сказал это с такой уверенность, что мне на секунду стало смешно. Похоже, даже став рабом, Эл считает, что может повелевать людьми.

– На твоем месте я бы не рассчитывала на свободу, – холодно ответила я.

Он явно собирался сказать что-то еще, но я толкнула его в грудь и пошла к выходу.

– Ты теперь мой раб, Эл. Не забывай об этом. Надежда на то, что твоя семья скоро найдет тебя, может сделать только больнее.

Небрежным жестом я подняла руку с коммуникатором на запястье и отдала короткий приказ андроиду увести Эла.

Моей прямой осанки и величественной походки хватило ровно на то, чтобы выйти из комнаты. Закрыв дверь, я бросилась в соседнее помещение и сползла вниз по стене. Руки тряслись, а ноги стали ватными и совсем не держали.

Эта небольшая стычка полностью выбила меня из колеи. Я отвыкла постоянно быть в состоянии войны. Мне срочно нужен был план действий.

Глава 5

В понедельник я первым делом отправилась к Роми. Это она потащила меня на «Мэджик», пусть теперь думает, что со всем этим делать.

– Боюсь, придется подняться на уровень выше, – извиняющимся голосом произнес блок управления такси. Голографическая проекция очень натурально нахмурилась, а автомобиль начал набирать высоту.

– Снова беспорядки?

В последнее время митинги и стычки буквально захватили Амид-зу. Роми не видела в них ничего страшного, она верила, что в случае чего армия примет жесткие меры. Мне же происходящее казалось тревожным звоночком.

– Переживать не о чем, – ворвался в мои мысли голос таксиста, – на третий уровень чернь не пускают.

Наверное, он думал, что такое обращение к протестующим порадует меня, но ошибся. Настроение окончательно испортилось.

Дом Роми как обычно светился со всех сторон. Подруга никогда не жалела денег на иллюминацию. Автомобиль медленно опустился на подъездную дорожку.

– Дом Роми Тасаки. Сообщить о прибытии?

– Да, пожалуйста.

Буквально через минуту входная дверь открылась и оттуда выпорхнула помощница Роми, Элиза.

– Асэна!

В ее приветствии слышался вопрос. Обычно по понедельникам я работаю в психиатрическом отделении центральной клиники Амид-зу. Собственно, Роми меня туда и привела.

Мы познакомились на прилетной станции Зои. Едва я сошла с космолета, как услышала звуки какой-то заварушки. Как выяснилось позже, у одного из свежекупленных рабов Роми случился срыв. Парень пытался покалечить себя, а когда не получилось, начал бросаться на других людей. Разряд, поданный через браслеты, должен был его вырубить, но что-то пошло не так.

Парень был уже совсем плох, поэтому я сразу бросилась к нему, игнорируя предупреждающие крики. Несколько успокаивающих пассов руками и он напряженно замер, лишь тяжелое дыхание вырывалось из груди.

Это было мой дар или как его называли ученые – особый талант. Я могла успокоить кого угодно – будь то взбесившийся тигр или слетевший с катушек убийца. Это не был гипноз или что-нибудь вроде того. Мне удавалось восстановить душевное равновесие, починить сломанную психику.

Роми сразу смекнула, что успокоившийся раб не был слепой удачей. Она узнала, где я поселилась, и изводила меня до тех пор, пока я не согласилась на работу в клинике, в которой когда-то трудилась ее мать. Так и началась наша дружба, а я приняла решение остаться на Зои.

Сейчас ее помощница выжидательно смотрела на меня.

– Мне очень нужна Роми! – выпалила я.

– О, – Элиза как будто немного смутилась. – Она сейчас занята, но я могу проводить вас.

– Будь добра, – кивнула я.

Элиза провела меня через внутренний двор, просторный холл, стеклянные лестницы, переливающиеся всеми цветами радуги и наконец остановилась у полупрозрачной двери. Оттуда лилась приятная музыка.

– Роми сказала, что вы можете зайти.

Я бросила взгляд на помощницу, которая шустро что-то набирала на своем коммуникаторе. Даже мои андроиды не работали так быстро, как эта женщина. Элиза нажала светящуюся кнопку на боковой панели, и дверь отъехала в сторону. Я шагнула в полутемное помещение, пытаясь проморгаться – после яркого дневного света мне практически ничего не было видно. Дверь за спиной закрылась, а откуда из глубины помещения донесся голос Роми.

– Асэна, милая, проходи. О да, Сумаи, ты просто волшебник.

Я еще раз моргнула, пытаясь рассмотреть, кто еще находится в комнате, и шагнула чуть дальше. Носом уперлась в натянутую материю и поняла, что именно она закрывала обзор.

– Роми, что тут у тебя нагороже…

Я выглянула из-за ширмы, и слова застряли в горле. Подруга лежала абсолютно голая на массажном столе, а над ней извивался какой-то парень. Он тоже был без одежды и судя по тому, как блестело его мускулистое тело, весь был измазан в масле. Мой взгляд прилип к внушительной эрекции, которую мужчина даже не старался скрыть, скорее наоборот.

Отжимаясь от стола, он медленно скользил своим телом по телу Роми. Его грудь терлась о спину подруги, а член двигался взад-вперед между пышными полушариями. Роми блаженно постанывала, вытянув руки над головой. Я откашлялась.

– Если ты занята…

– Нет-нет, проходи, – Роми повернула голову в мою сторону. – Сумаи просто делает мне массаж. Садись, мы скоро закончим.

А, так это массаж?! Я нашарила рукой стул и плюхнулась на него, продолжая наблюдать за «массажем». Мужчина в какой-то момент навис над распростертой на столе Роми, а потом его голова опустилась и наружу показался язык. Сумаи медленно провел им вдоль позвоночника, продолжая удерживать свое тело на весу. Я невольно залюбовалась игрой мышц на руках, обтянутых рабскими браслетами.

– Ох, ладно, – Роми начала подниматься с кушетки, и Сумаи тут же спрыгнул на пол как большая грациозная кошка. Он метнулся к небольшой стойке и, припав на колено, подал подруге шелковый халат.

– Спасибо, Сумаи, ты можешь идти.

Роми завернулась в халат и плавной походкой поплыла ко мне. От вида разомлевшей подруги стало как-то не по себе.

– Все хорошо? – она подозрительно прищурилась.

– Да. Я просто… В общем… Дело в Эле. Рабе, которого я купила.

– Поняла. Пойдем в гостиную.

Через несколько минут мы уже сидели на овальных диванах, потягивали крепкий чай и обсуждали мою проблему.

– Что мне вообще с ним делать, Роми?! – я была так взволнована, что с трудом могла усидеть на месте.

– Это зависит от того, чего ты хочешь, Асэна. Получить удовольствие сама или наказать его?

Я нахмурилась, вспоминая, как двигался раб Роми.

– Последнее, чего я хочу, это чтобы его член терся о мою задницу. – подруга громко захохотала, а я угрюм продолжила. – К тому же не думаю, что у него вообще способен встать в моем присутствии.

Роми в ответ на это изящно махнула рукой.

– О, это вообще не проблема. Есть парочка подкожных препаратов, после которых его дружок будет в твоем полном распоряжении.

Я покачала головой. Есть вещи, на которые я не пойду никогда. Склонять кого-то к сексу против воли – одна из таких вещей.

– У тебя очень послушные рабы. Я думала о том, что мне никогда не добиться подобного от Эла.

Глаза подруги тут же загорелись, и она повернулась ко мне.

– Тебе это и не надо. Ты ведь не хочешь сделать из него покладистого раба, ты хочешь проучить его. Сделать так, чтобы он страдал. Я права?

Я осторожно кивнула, а Роми продолжила.

– Наверняка ты знаешь, что твой приятель не любит больше всего. Используй свои знания против него!

Мне стал понятен замысел Роми и я изумленно покачала головой. Всё же она прирожденный манипулятор. Но идея пришлась мне по душе. Я быстро попрощалась с подругой и снова вызвала такси, по пути обдумывая, какое испытание устроить для Эла.

В голове всплыл один выпускных балов в академии. Тогда на праздник прилетела вся верхушка Союза, на прилетной площадке между космолетами можно было ходить только бочком. Это был вечер веселья и танцев. Вот только Эл не танцевал, лишь брезгливо кривил губы. Он ненавидел танцы, считал их пережитком и отказывал даже первым красавицам академии.

Я довольно оскалилась, вылезая из такси. Кажется, сегодня кому-то придется поступиться своими принципами. Проходя мимо рабской, на секунду задержалась и прислушалась к звукам внутри. Хмыкнула. У меня был очень тихий раб. Улыбка снова озарила мое лицо, и я быстро побежала наверх.

Устраивать представление в своей спальне не хотелось, поэтому я отправила парочку андроидов в самую дальнюю комнату. Она была предназначена для гостей, но так как гости у меня бывали редко, там хранился всякий хлам. Через час роботы управились, и я одобрительно кивнула.

Я плюхнулась на подушки, приняла одну из поз, подсмотренных у Роми, и стала ждать. Когда Эла привели, мне пришлось приложить максимум усилий, чтобы не повернуться и не закричать ехидно: «Ну сейчас ты у меня попляшешь!». Нужно было сохранить лицо. Эл должен думать, что для меня это обычная ситуация, а он – лишь один из. Ему незачем знать, что я специально ездила к подружке, чтобы та научила меня обращаться с ним.

Взяв с низкого столика бокал, я сделала глоток и только потом бросила взгляд через плечо. Эл стоял у двери, глядя на меня исподлобья. Видимо, опасался, что я что-то замышляю. Ха-ха.

Глава 6

Я сделала небрежный жест, давая ему знак выйти на середину комнаты. Он молча повиновался и встал передо мной. Вот только в его позе не было ни капли почтения. Я смерила оценивающим взглядом высокую поджарую фигуру. На Эле были свободные штаны и легкая укороченная рубаха без пуговиц. Она открывала кусок смуглой груди и полоску кожи на животе. Очень аппетитном твердом животе.

Когда наконец мой взгляд добрался до его лица, резко очерченные губы скривились в понимающей ухмылке. Я нахмурилась. Он думает, что привлекает меня? Я поднесла запястье ко рту и отчетливо проговорила:

– Музыку.

Помещение тут же наполнилось звуками. Я специально подбирала нечто похоже на то, что играло на «Мэджике», – такое же тягучее и пропитанное томлением. Эл не отделается простыми прыжками под какую-нибудь дурацкую модную песню. Как только из динамиков полилась музыка, улыбка сползла с лица Эла. Зато теперь повеселела я.

– Ты что-то приуныл… раб.

– Чего тебе… – Эл запнулся, сжал руку в кулак и сдавленным голосом продолжил. – Чего желаете, госпожа?

– О, – я приложила палец к губам, делая вид, что раздумываю. – Станцуй мне.

Эл окаменел. Я внимательно следила за выражением его лица, чтобы поймать этот момент. Секунду, когда он осознает, что танец я выбрала не случайно. И он настал. Белоснежные зубы погрузились в нижнюю губу с такой силой, что я начала опасаться, как бы Эл не прокусил ее до крови.

– Я не танцую. Тебе… Вам это прекрасно известно, – процедил он сквозь зубы, а я немного подалась вперед.

– Что, прости? Не расслышала.

Одновременно я начала крутить между пальцами маленький пульт от браслетов. Взгляд Эла остановился на моей руке, а потом обжег лицо. О да, красавчик. Ты все правильно понял.

– Я не очень люблю танцевать. Возможно, госпожа хочет чего-то еще?

Он даже почтительно склонил голову, настолько не желал делать это. Я могла бы пощадить его и придумать что-нибудь другое, а то и вовсе отпустить. Но за годы учебы в академии Эл ни разу не пощадил моих чувств.

– Мои приказы не обсуждаются. Я говорю – ты делаешь. Приступай.

Он с трудом держал себя в руках. Уверена, не будь у меня пульта, он бы бросился ко мне и попробовал придушить. Грудь Эла высоко поднималась, пока он пытался справиться со своей яростью. Внезапно мое тело окатило волной удовлетворения, граничащего с возбуждением. Я ощущала свою власть над ним, и это было очень грязное, неправильное чувство. Неправильное – потому что невероятно заводило. Я щелкнула пальцами, демонстрируя нетерпение, и Эл начал танцевать.

В первую очередь в движение пришли его руки. Я практически перестала дышать, когда его ладонь плавно заскользила по предплечью, собирая ткань рубашки. Потом он проделал то же самое со второй рукой, не сводя при этом с меня яростного взгляда. Эл вскинул обе руки к лицу, и блики света заиграли на сплетениях тугих мышц.

Я нахмурилась. Даже в этих скупых движениях чувствовалась отточенная годами пластика. Он словно вспоминал давно забытый танец. Но как такое возможно? Эл повел головой по кругу и прикрыл глаза. Готова поспорить, именно в тот момент он смирился с неизбежным и погрузился в звуки.

Это должно было выглядеть смешным и глупым. Взрослый мужчина, сотканный сплошь из стали и тугих узлов, двигается под плавную музыку. Вот только смешно мне совсем не было. В его движениях было столько эротизма, что я беспокойно заерзала. Дыхание сбилось, а язык несколько раз прошелся по пересохшим губам. Похоже то, что задумывалось как испытание для Эла, становилось испытанием для меня.

Эл

Она лежит на подушках, делая вид, что расслаблена, но в прошлые годы я изучил ее настолько хорошо, что мне видна каждая напряженная мышца. Асэна нервничает и это вызывает во мне какое-то темное удовлетворение. Хочется подойти и сжать в руках её тонкую шею. Когда она приказала танцевать, я едва не слетел с катушек. Наверное, всю ночь придумывала, чем меня задеть.

С другой стороны, Асэна столь наивна в своих попытках уязвить меня. В голове всплывают воспоминания, одно хуже другого. Те женщины, что покупали меня до нее, были гораздо более извращенными. Последняя заставляла совокупляться со всеми своими подружками, а иногда и другими рабами. Я передергиваю плечами, делая очередной выпад.

Давно не танцевал. Последний раз был еще до поступления в академию. После случившегося ушел из танцевальной школы и больше не смог вернуться. Но тело быстро вспоминает забытые движения, скользит в пространстве само, без подсказок. Музыка заполняет все вокруг, вытесняя боль воспоминаний, и я снова смотрю на нее.

Легкая ткань сползает с ее бедра, обнажая кусочек загорелой кожи. Асэна настолько занята разыгрыванием передо мной жесткой рабовладелицы, что даже не замечает этого. Но вот я – замечаю. И меня это злит. Тело Лефевр не должно волновать меня. Я уже проходил это и вырвал надоедливое желание с корнем. По крайней мере так мне казалось.

Внезапно перед глазами встает ее более молодая версия. Парни тогда чуть не передрались из-за того, кто будет раздевать Асэну. Мне стоило большого труда сдержаться и не набить их наглые морды. Сделав вид, что забочусь об их же безопасности – вдруг о нашей подставе станет известно – сделал это сам. Но на самом деле я просто не мог позволить кому-то другому прикоснуться к ней.

Когда толпа завалилась в кабинет ректора, а она лежала там дезориентированная и полностью беззащитная, мои кишки скрутились в тугой узел. Мне хотелось броситься вперед, замотать ее в одеяло и скрыть от чужих глаз. Идиот. Тупой идиот. Я до крови прокусил губу, чтобы прийти в себя. Вспомнил горе и отчаяние в глазах матери. И все из-за этой эгоистичной сучки.

Тогда я смог отбросить в сторону все другие чувства и довести начатое дело до конца. Но сейчас никто и ничто меня не сдерживает, поэтому я откровенно пялюсь на ее обнаженное бедро.

Асэна хмурится, следит за направлением моего взгляда и вспыхивает. Изящная ладонь дергается, и она быстро сжимает ткань в кулаке, натягивая подол обратно. Я усмехаюсь – всё такая же стыдливая, ничего не изменилось. Я ведь и правда знал о ней все – привычки, слабости. Это было нужно, чтобы бить всегда в цель. И я не промахивался.

– Куда ты пялишься, раб? – выкрикивает она возмущенно, но я никак не реагирую, продолжая танцевать.

Асэна повторяет вопрос громче, добавляя пренебрежительное «эй». Я останавливаюсь.

– Всего лишь думал, что вы намекаете на то, чтобы я удовлетворил вас… госпожа.

Асэна сначала непонимающе смотрит на меня, а потом резко соскакивает с подушек.

– Придурок!

Она подлетает ко мне, хватает за рубаху и впечатывает в стену, обдавая ароматом иланг-иланга и теплого женского тела. Ее колено врезается между ног таким образом, что любая попытка сдвинуться приведет к тому, что я останусь без яиц. Я предусмотрительно замираю – боевая подготовка у Асэны всегда была на высоте. Она сильнее сжимает кулак, натягивая футболку и практически оголяя мою грудь. Горячее дыхание опаляет кожу, и я с трудом сглатываю.

– Еще одна подобная шутка и будешь сидеть на привязи, Эл, – рычит Асэна мне практически в лицо, одновременно сильнее надавливая коленом на пах.

– Если вас это заводит, госпожа, то я готов даже есть из миски, – не получается удержаться от шпильки.

Ее глаза сверкают бешенством, и удовлетворение теплом разливается по моим венам. Я больной ублюдок. Прошли годы и ничего не изменилось.

– Подумаю над твоей просьбой.

Она также резко отпускает меня, толкает в сторону и выходит из комнаты. Я одергиваю одежду, а в голову приходит совершенно дурная мысль. А что, если бы Асэна действительно заставила заняться с ней сексом? Был бы я против?

Глава 7

Асэна

Я выбежала из комнаты, на ходу остервенело дергая подол туники. Дело было даже не в пошловатом намеке Эла, а в том, как его раздевающий взгляд подействовал на меня. Я замечала его и раньше, еще в академии, и он сбивал с толку. Не уверена, что Розвуд сам это осознавал, но иногда к ненависти в его глазах примешивалось какое-то другое чувство. Такое же темное и неправильное. Я всегда отмахивалась от него, не желая анализировать. Именно так планировала поступить и сегодня. Не прошло и часа, как я вошла в приемную клиники.

– Лефевр, у тебя же выходной, – донеслось в спину, заставляя скривиться.

Марика возглавляла отделение антропологических изысканий и была первостатейной сучкой. Она, как и Роми, часто подшучивала над тем, что у меня нет рабов. Вот только ее шутки не были добрыми.

– Я очень предана работе, – бросила я, даже не поворачиваясь.

Марика усмехнулась.

– А я думаю, причина в том, что в твоей жизни нет ничего, кроме работы. Бедная Лефевр всё никак не может влиться в приличное общество, – протянула она противным голоском и обошла меня, якобы случайно толкнув плечом.

Я остановилась и сконцентрировалась на ее спине и голове. А потом быстро догнала ее и положила руку между лопаток, мысленно посылая приказ расслабиться и уснуть. Ноги Марики подкосились, и она едва успела схватиться за стену, прежде чем растянуться посреди коридора.

– Вот ты сука, Лефевр! – проговорила она, еле ворочая языком и борясь с накатывающим сном.

– От суки слышу.

Пожав плечами, я обошла ее и направилась к лифтам, чтобы спуститься в свое отделение. Особо буйных пациентов содержали на минус 3-ем этаже. Только двери лифта разъехались, как уши наполнили возбужденные голоса. Чьи-то руки выдернули меня из кабины.

– Асэна, хвала Вселенной, ты здесь! Я собиралась звонить тебе.

– Что случилось, Лира?

– Ардо.

Одного имени было достаточно, чтобы я стремглав бросилась в отсек особого содержания. Туда обычно попадали пациенты, которые плохо поддавались медикаментозному воздействию. Другими словами – мой рабочий кабинет.

Ардо когда-то был рабом Марики, но после первого же срыва она от него избавилась. Новой хозяйки для него не нашлось, поэтому большую часть времени он был занят на общественных работах в деловом квартале Амид-зу. Раз в несколько месяцев его привозили ко мне «поправить голову». Вот только последний приступ у парня был совсем недавно – буквально недели три назад.

Я со всей силы стукнула по панели, словно это могло ускорить процесс. Дверь медленно начала отъезжать в сторону, и я протиснулась в образовавшуюся щель. Ардо был примотан к кушетке белыми ремнями, его тело била мелкая дрожь.

– А ну-ка, иди сюда, красавчик, – подлетев к нему, я просунула руку под голову и приподняла.

– Почему голову не зафиксировали, Лира? – раздраженно бросила за спину.

– Не успели, – медсестра развела руками.

– Ладно, иди, – я зарылась пальцами во взмокшие волосы и попыталась установить контакт.

Лира молча кивнула, убавила на панели яркий белый свет и выскользнула из отсека, позволяя мне остаться с пациентом один на один. Это никогда не было просто. Нырять в чужие эмоции – больно. Никто не делится с мозгоправом радостью, все делятся болью. Прошло минут пятнадцать, прежде чем Ардо начал дышать ровно. Он открыл глаза и улыбнулся.

– Асэна.

– Привет. Как ты? Могу расстегнуть ремни?

Ардо прислушался к себе, а потом кивнул.

– В этот раз я быстро, да? – он невесело усмехнулся.

– Три недели. Что спровоцировало приступ, Ардо?

Парень некоторое время молчал, а потом повернулся и обхватил руками мои плечи.

– Ты добрая Асэна. Уезжай. Скоро здесь начнется ад.

– О чем ты? – я нахмурилась, опасаясь, как бы ему снова не стало хуже.

– Рабы, Асэна. Недовольство зреет. Этот вулкан уже проснулся и процесс не остановить.

***

Вечером по пути домой я обдумывала слова Ардо. Можно было бы списать все на приступ, но парень работает на улице. Он многое видит и слышит. Если бы я жила на Таре, то просто переехала бы из столицы в более спокойное место. На Зои была слишком маленькой планетой, которая по сути состояла из огромной столицы и десятка городов-спутников.

Внизу мелькали огни жилых уровней, на каждом из которых кипела жизнь. Я подняла голову вверх на беззвездное небо. Их никогда не было видно из-за облаков, и только по ним я скучала. Зои стала моим домом и мне совсем не хотелось снова искать новый.

Дома как обычно было тихо, и я на мгновение даже забыла, что теперь живу не только с роботами-андроидами, но и с человеком. Я уже была на лестнице, когда до ушей донесся какой-то сдавленный звук. Пару минут я напряженно вслушивалась в тишину, и он раздался снова. Теперь я была уверена, что звук идет из рабской. На цыпочках подкралась к двери и приложила к ней ухо.

Я могла уйти. После Ардо я была выжата как лимон, а Эл был последним человеком в обитаемых галактиках, кому мне хотелось бы помочь. Я уже повернулась, чтобы уйти, но новый стон, полный боли, буквально развернул меня на месте.

– Я только посмотрю. В конце концов я целитель и не могу пройти мимо, – произнесла в потолок, одновременно нащупывая в темноте кнопку на приборной панели.

Эл спал. Если, конечно, так можно назвать состояние, при котором человек мечется на кровати, выгибается и отмахивается от кого-то руками. Пару минут я не решалась подойти, просто смотрела. Сон стер с лица Эла злость и пренебрежение, оставив лишь боль. Снова боль.

Я тяжело вздохнула и потянулась к нему раскрытой ладонью. Эл взмахнул рукой, отбиваясь от невидимого соперника, и мне с трудом удалось увернуться. Легкое покрывало давно сбилось и теперь обвивало мускулистые ноги, оставляя грудь обнаженной. Упав на колени рядом с кроватью, я быстро положила ладонь Элу на лоб.

– Вот дерьмо, – вырвалось наружу, когда эмоции Элмарина хлынули в меня.

Мысленно я выстраивала барьер за барьером. Первое правило мозгоправа – сначала обезопасить себя. Когда поток ощущений превратился в едва различимый ручеек, я облегченно вздохнула. Теперь можно было работать.

Я криво усмехнулась. Много лет мне хотелось покопаться в башке Розвуда, вот только повода все никак не подворачивалось. Эл придет в ярость, если узнает, что я использовала на нем свои приемчики, поэтому нужно будет свалить до того, как он придет в себя. Нет, не потому, что я его боюсь. Просто сидеть с ним вот так, в темноте, казалось слишком… интимным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.