Милена Кушкина
Бывшие в графских покоях. На развалинах любви

Глава 1

Пожалуйста, пусть это окажется наваждением, мороком!

Я стояла, не в силах сдвинуться с места и смотрела на своего жениха, который волшебно проводил время с тощей эльфийкой. Ушастая прижималась к моему избраннику за розовым кустом прямо во дворе нашей академии и жеманно хихикала.

– Леонель, – прошептала я скорее, чтобы удостовериться, что это точно он, но предатель даже не повернулся, так был увлечен налаживанием связей.

Хотя какие могли быть сомнения? Тонкие пальцы эльфийки словно изящные змейки скользили в его длинных шелковистых волосах, за которыми он ухаживал, как моя тетушка за орхидеями!

А эти модные сапоги я купила ему со своих скромных подработок. Он же так хотел, чтобы его приняли в высший круг!

– Малышка, – говорил он мне, – ты же понимаешь, чтобы пробиться наверх, я должен соответствовать. Вот получу распределение в дипломатический корпус, буду вращаться в высших кругах, заведу нужные знакомства, стану важной персоной. Заживем! Ты у меня ни в чем не будешь нуждаться, сможешь сидеть дома и готовить свои пирожные.

Сначала был ремень, потом портмоне, а на прошлой неделе я потратила всю свою премию на сапоги, на которые можно было обуть всю нашу деревню вместе с коровами!

И вот теперь я стояла посреди двора и смотрела, как этот ушлый заср… у всех на глазах завел нужное знакомство, его руки активно вращаются вокруг верхних окружностей смазливой девицы, а язык, кажется, пробился уже куда надо.

Сомнений в том, что я верно истолковала то, что вижу, у меня не было. Хотя Леонель наверняка сказал бы, что я все не так поняла, а он лишь помогал однокурснице с подготовкой к вечеру ораторского мастерства. Разминая ротовые мышцы. Он всегда отрицал очевидные вещи и мне иногда казалось, что мои глаза меня обманывают. Но это уже перебор!

В носу предательски защипало, словно кто-то луковицу подсунул под нос. Глаза жгли слезы. Я же стояла и не моргала. Знала, что на меня смотрят жадные до сплетен однокурсницы, которые стали свидетелями моего позора. Казалось, моргни, и раскаленная жидкость потечет по побледневшим щекам.

Я мееееедленно развернулась и пошла к корпусу общежития. Хотелось бежать не разбирая дороги, но становиться всеобщим посмешищем, на которое будут показывать пальцем и обсуждать завтра в столовой не хочу. Я и так вызвала всеобщие пересуды, когда появилась на пороге академии магии три года назад. Еще бы, иномирянка, в которой обнаружилась магия! Правда слабая, за что меня постоянно попрекали.

Всем же ясно, что я не эльфийка! Рядом с ней я смотрюсь как мешок с картошкой.

Конечно, куда мне до ее утонченной фигуры, если я учусь на самом непрестижном факультете бытовой магии на отделении кулинарии. Хотя мне там нравилось, я в своем мире тоже на кулинаром училась, только без магии. А здесь девочки такое вытворяют – дегустировать не успеваем, вот и прилипла пара лишних килограммов. Но пробовать готовое для учебы надо, чтобы различать оттенки вкусов и палитру ароматов.

Так ведь и Леонель не отличался статностью и любил вкусно покушать. Желательно за чужой счет! Он хоть и из местных, но из небогатого рода.

Лишь оказавшись в прохладном коридоре жилого корпуса, я дала волю слезам. И надо же было в этот момент нос к носу столкнуться с деканшей нашего факультета! Хорошо же я, наверное, выгляжу! А ведь она всегда следила, чтобы мы выглядели опрятно и аккуратно. И соблюдали приличия. Словно в прислугу нас дрессировали.

– Беланика, что за вид? – спросил она, поглядывая на меня поверх очков.

Казалось, декан все знает и все видит, даже и отвечать не надо. Я всхлипнула.

– Не нужно пытаться меня разжалобить, – строго сказала она, – я достаточно терпела, но всему приходит конец!

– Что? Что в-в-вы имеете в виду? – не смогла подавить всхлип я.

– Ты уже три месяца не оплачиваешь счета за общежитие! Если ты не погасишь задолженность немедленно, то через час твои вещи будут выставлены за пределы кампуса!

– Но как же? Я же! – начала лепетать я, – у меня все оплачено!

– Деньги не поступали, – припечатала она, – а терпеть блуд и разврат на моем факультете я не буду! Поэтому никаких поблажек!

– Но у меня сейчас нет денег, – я вспомнила, что выгребла последки на злосчастные сапоги и отдала Леонелю, – у меня зарплата через две недели! Да и деньги я платила каждый месяц исправно, это какая-то ошибка!

Деканша смотрела холодно и презрительно, словно перед ней был не человек, а склизкая жаба.

– Хорошо, я пойду на уступки, – согласилась она, – три часа, чтобы освободить место в общежитии. Если ослушаешься, то утром выйдет приказ о твоем отчислении, маленькая распутница!

– Мне некуда идти, академия – мой дом в этом мире, – жалобно прошептала я, но деканша была непреклонна.

В комнату я вошла на негнущихся ногах. Соседка, Лина, куда-то запропастилась. Даже попрощаться с ней не выйдет. Может, боялась, что денег у нее попрошу?

Что ж, даже с единственной своей в этом мире подругой сейчас потеряю связь. Слезы текли из глаз, а я скидывала все вещи в дорожную сумку, с которой впервые появилась в академии, куда меня забрали из нашего мира, когда во мне обнаружилась магия. Академия была межмировой, поэтому тут учились как представители эльфов и драконов, так и обычные земные ребята, которые старались как можно быстрее закосить под местных.

За три года вещей накопилось не так уж и много, правда, сумку пришлось магическим образом немного расширить, но все равно, имущество мое было скудным. Мне бы пойти к Леонелю, попросить денег у него, ведь большую часть дохода от подработок я вкладывала в его имидж. Да только знала, у него их нет, немногим студентам разрешалось работать во время учебы. Мне повезло, кулинарам это было необходимо.

Собрав вещи я рассмеялась, на мне даже джинсы были те же, в которых я в академию попала. И старый папин свитер.

– Ну зачем тебе обновки, – говорил рассудительный Леонель, – лучше купить что-то для инвестирования в будущее. Тебе вот новая гриль-сковорода нужна, а мне ремень с блестящей бляхой. А одежду магией подлатаем у бытовиков.

С тяжелым сердцем я вышла из общежития. Внизу строгая деканша проследила, чтобы я не забежала по дороге к знакомым в другой корпус и успокоилась, только когда я вышла за ворота. Я видела, что у этого действа было достаточное количество зрителей. Наверняка они ждали, когда приблудная иномирянка бросится в ноги и будет умолять выделить ей для ночлега хоть коврик у дверей деканши. Но я шла молча. Язык словно приклеился к небу. Может и надо было попросить милости, но я словно в ступоре каком-то была.

– Занятия не прогуливай, а то отчислю, и диплома тебе не видать! – холодно сказала деканша, захлопывая ворота, разрезая, словно бисквит острым ножом, мою жизнь в этом мире на “до” и “после”.

Куда мне идти, я не знала. Занятия никто не отменял, но впереди два выходных, во время которых я обычно подрабатывала в кулинарии. Только вот сейчас она закрыта, и прийти на работу я смогу утром.

Знакомых у меня за пределами академии нет, денег нет. Поняв, что стоять у запертых ворот академии смысла нет, я медленно побрела вдоль высокого забора.

Смеркалось. Прохожих в это время в нашем городке было мало, и я не таясь, дала волю слезам.

Ночи уже теплые, можно попробовать заночевать в парке или сделать шалаш на берегу реки.

Внезапно совсем рядом со мной я услышала знакомый голос. Огляделась. Никого. Кажется, это за забором академии.

– Да ты не переживай, сестренка, теперь тебя ко мне в комнату переселят от этой грымзы, – да это же голос Линки, моей подружки и по совместительству соседки по комнате.

Я даже хотела закричать ей, чтобы она пошла подтвердила факт оплаты мной общежития. Ведь она сама относила деньги в деканат.

– Нет, она точно не вернется, я ей организовала неуплату. Как раз хватит заплатить за то, чтобы тебя переселили во время учебного года, – говорила моя подруга, а у меня словно земля из под ног ушла.

Лина все это и организовала! Вот я ей покажу сейчас! Бросив сумку на тропинку и ринулась к забору, чтобы перелезть его и задать трепку бывшей подружке.

– И куда это у нас собралась очаровательная мисс?! – услышала я сзади хриплый мужской голос.

Ну вот, не хватало еще попасться на глаза каким-нибудь бандитам. Или службе магического правопорядка. Хотя даже не знаю, что для меня будет страшнее.

Сделала шаг назад и обернулась, готовая дать отпор. Физически я была не очень сильна, но вот в словесном поединке мне уже приходилось участвовать, защищая себя от нападок местных.

Передо мной стоял пожилой преподаватель бытовой магии. Маленький, сморщенный, с кустистыми бровями. Временами казалось, что у него глаз и вовсе нет, одни брови на пол лица. А еще он ими так умело и эмоционально шевелил, что, казалось, мог бы и за ухом почесать, и челку со лба откинуть. Если бы она у него была.

– Здрасьте, мастер Кирик – промямлила я, не ожидая ничего хорошего. Бытовая магия за пределами кухни не желала мне подчиняться, а преподаватель был очень строг.

– Чего это ты тут задумала? – недовольно проскрипел он, вопросительно поднимая бровь.

– Да так. Гуляю, – ответила я уклончиво.

– Хороша прогулка, с вещами, – Кирик указал на мои вещи. Бровью.

Я потупилась. Ну а что мне нужно было ему ответить? Из моего выселения секрета не делали. Наоборот, это стало главным шоу вечера. Так что даже если он не был его свидетелем, то все равно отпираться не было смысла. От обиды в носу снова защипало, но я решила сохранить достоинство и не разрыдаться перед этим суровым преподавателем, который никому спуску не давал на своих уроках.

– Да чего ты, как пташка перья распушила. Я ж видел все, – проворчал он, а я хлюпнула носом.

Он ждал. Я упорно молчала. За годы жизни в академии я поняла одну вещь: нельзя показывать свою слабость. В следующий раз обязательно уколют в самое больное место. Лучше один раз перетерпеть боль и унижение, можно даже посмеяться вместе со всеми. Зато на следующий день они забудут и переключатся на что-то другое.

– Я знаю, что ты иномирянка, и друзей за пределами академии у тебя нет, – проскрипел преподаватель, – так что не стоит мне рассказывать, что идешь в гости к троюродной бабушке.

А ведь именно это я и планировала наплести. Кто ж знал, что этот старый сморчок помнит все про своих студентов!

– У меня есть работа, вы же знаете, я с кулинарного, нам полагается, – ответила я.

– Знаю, ты работаешь в пекарне мой племянницы, – улыбнулся он, – не удивляйся, многие наши ученики у нее стажировались. Ты же не думаешь, что первая.

Я пожала плечами. Почти все кулинары были с потомственным даром и проходили практику в семейных заведениях. А мне сходу предоставили место, да еще и платить предложили.

– И если ты намеревалась пойти к ней, то хочу напомнить, что у них выходной, – казалось, даже брови смотрели в этот момент строго.

И я глупо разрыдалась.

Профессор Кирик как-то неловко обнял меня. Я лила слезы на его пропахший травами жилет, а он гладил меня по спине.

– Ну-ну, это ничего, – бормотал он, а его бровь по-дружески прильнула к моей зареванной щеке.

Я знаю, что слезы студенток его не трогали. Его предмет был довольно сложным, хотя многие относились к нему с пренебрежением. Зачем тебе бытовая магия, если ты будешь боевым магом или целителем? Поэтому многие студенты, для кого это был не основной факультет, не обращали должного внимания на уроки Кирика. А вот на экзаменах он был безжалостен и черств к слезам и истерикам. Поблажки не было даже звездам академии.

И тем более удивительным и трогательным было его внезапное сочувствие.

– Пойдем-ка я отведу тебя домой к моей племяннице, вместе и решим, что с тобой делать.

Он ловко подхватил мою сумку в одну руку, другой уцепился за мой локоть и потащил меня вдоль по улице. Я хотела было высвободиться, но его правая бровь угрожающе выгнулась, и я смирилась и покорно пошла, увлекаемая профессором вдаль от забора академии.

В том состоянии уволочь профессор мог меня куда угодно – я бы не сопротивлялась. Да и ночью крыша над головой куда предпочтительнее, чем ночлег под мостом.

Шли мы недолго, но за это время на город опустились густые сумерки. По ночному городу мне гулять не приходилось, поэтому без провожатого я бы и назад к академии дорогу не нашла.

Пришли к небольшому двухэтажному домику. В окнах первого этажа горел свет. Профессор Кирик постучал. Дверь открыла Айла – круглолицая улыбчивая хозяйка пекарни.

– Дядька Кирик, Беланика! Что вы здесь делаете?! – всплеснула руками она.

– Да ты в дом-то нас пусти, – проворчал профессор, но брови показывали, что он улыбался, а ворчал просто по привычке.

Айла повела нас на кухню, где пахло самой лучшей выпечкой в городе. Венчики сами взбивали крем, мерные ложки отмеряли пудру, а нож мелко шинковал яблоки.

– Шарлотка, – сразу поняла я, – сюда бы щепотку корицы.

– Корицы?! – удивилась хозяйка дома. Она щелкнула пальцами, и на плите под пузатым чайником зажегся огонь.

– Такая приправа из моего мира, – пояснила я, – хороша с яблоками.

– Так, я эту девицу сюда доставил не для того, чтобы вы приправы обсуждали, – проворчал Кирик, – у нее какие-то проблемы с общежитием, и деканша выставила бедняжку за ворота на ночь глядя. Привел вот к тебе, а то кабы в беду не угодила.

– Ой! – воскликнула Айла, на секунду потеряв самообладание, она едва не потеряла и контроль над процессом готовки.

Миска с тестом, висящая в воздухе, разбилась бы, если б ее не подхватил профессор. Нож слишком громко стукнул, а огонь под чайником полыхнул хищными языками.

– Когда-то Айлу тоже едва не отчислили, – пояснил профессор, при этом правая бровь погрозила племяннице, чтобы та была более собранной.

– Небось, ученицу с боевого факультета выставлять в ночь за ворота не стали бы. А кулинары – существа безобидные, – Айла обиженно надула пухлые губки.

– Поэтому к тебе и привел, – бровь профессора указала на меня, – тем более, она у тебя на практике. Знаю, что здесь не пропадет девка.

Я замерла в ожидании. С Айлой мы виделись не очень много, мне редко доверяли что-то серьезное, и в основном я общалась с младшими поварами. Женщина смерила меня оценивающим взглядом. Брови профессора Кирика ободряюще приподнялись.

– Хорошо, сдам тебе комнату в мансарде, – кивнула Айла, – и больше работы в пекарне, чтоб было на что жить. Только расскажи мне, что за корица.

А потом мы пили чай, я делилась знаниями о приправах. Профессор Кирик сидел в кресле. Было непонятно, спит он или нет – за бровями глаз не видно.

– Вот бы попробовать эту специю, – мечтательно проговорила Айла, – в нашем мире такого нет.

Внезапно оживился профессор Кирик. Оказалось, что он не спал, а внимательно нас слушал.

– А ведь если Беланика постарается, то можно с помощью бытовой магии материализовать любой продукт из ее мира в нашем! – заявил он.

Мы с Айлой опешили. Про такую магию никто не слышал.

– Это и понятно, – левая бровь профессора легкомысленно взметнулась, – иномиряне не так часто попадают на факультет бытовой магии. Обычно они обладают большим даром и стремятся попасть на более престижные факультеты.

В тот вечер я обрела новую жизнь, новую семью и новый дар, который в будущем открывал передо мной огромные перспективы.

Через полгода ежедневной практики я могла добыть щепотку корицы из своего мира, а потом сделать из нее целую чашку. То же самое было с другими специями, необычными сырами и экзотическими для этого мира продуктами.

Айла была очень рада, что в ту судьбоносную ночь именно ее дядюшка встретил меня на улице. Доходы ее пекарни возросли.

Я же ходила на занятия в академию и старалась больше времени уделять практике. Удивительно, но за последние полгода учебы мне ни разу на глаза не попался Леонель. Как и та эльфийка. Они словно сквозь землю провалились. А может быть сбылась его мечта, и он попал-таки в высшее общество. Сначала я была только рада этому, но спустя время мне даже интересно стало, а спрашивать у кого-то в открытую мне не хотелось.

– Ника, ты собираешься пойти на выпускной в академию? – спросила меня Айла, когда мы составляли меню и распределяли заказы поздним майским вечером.

Я вздрогнула. Да, уйдя во взрослую самостоятельную жизнь я выбрала себе новое имя. Короткое и емкое. Ника. Победительница. А фамилия Сладкова очень хорошо описывала мой род деятельности – кондитер-виртуоз.

Профессор Кирик действительно взял меня под свое крыло. Будь он помоложе, про нас в академии явно поползли бы какие-то слухи. Но он только хитро улыбался и разводил бровями.

Мы долго и упорно тренировали мою способность, и теперь я могла извлекать из межмирового кармана какую-то мелочь. Главное – четко представить желаемое и отправить что-то взамен. Так, я меняла специи на яблоки, косметику на шоколадки или мелкие монетки. А потом увеличивала объем полученного в десятки раз.

Так, засохшая тушь в моих руках превращалась в новую, полупустой тюбик крема наполнялся до краев, любимый аромат духов не заканчивался. Профессор гордился моими достижениями, и повторял, что если бы такие результаты показал не бытовик, а кто-то другой, то тут же бы стал звездой академии.

В академии я проводила все меньше времени. Практиковаться перед выпускными экзаменами можно было и дома.

Студенты использовали для этого пустые классы, беседки в парке, специальные тренировочные стадионы. Колдовать в жилых комнатах было нельзя.

Поэтому я даже порадовалась, что теперь обитаю не в общежитии и не связана этими запретами. Не нужно записываться в очередь, чтобы занять аудиторию. А профессор Кирик предпочитал проводить индивидуальные тренировки прямо на кухне Айлы, попивая чая и дегустируя мои кулинарные шедевры.

И вот теперь впереди только итоговый экзамен, а после него – бал.

– Знаешь, Айла, я как-то не думала о выпускном, – смутилась я, – ты же знаешь, я ни с кем не общаюсь. Зачем лишний раз маячить у всех перед носом?

– Может быть затем, чтобы показать, что все их козни не сломали тебя, а наоборот, сделали сильнее. И когда у других только встает выбор первого места работы, ты уже зарекомендовала себя, сделала имя и имеешь стабильный доход.

Я задумалась. И моя бывшая подруга Лина, и Леонель – мы были одногодками, поступили в академию в одно время. Только учились на разных факультетах. Лина на целительском, а Леонель – на факультете международных связей. Поэтому в последние полгода мы не виделись, практику проходили в разных местах, а в столовой академии, как и в жилых корпусах, мне было делать нечего.

Но теперь я увижу их на выпускном. Как они посмотрят мне в глаза? Что скажут? Лину я пару раз встречала, она совершенно не смутилась и радостно меня приветствовала, словно мы всего лишь на каникулы разъехались. А вот Леонеля после того дня я и не видела. Надеюсь, Эльфийка его зацеловала до смерти.

Айла вручила мне список дел на следующий день.

– Я дам тебе два внеочередных выходных и выпишу премию. Обязательно сходи на выпускной, – сказала она, – а еще у нас есть заказ на сладости для праздничного фуршета. Разработаешь рецептуру, сделаешь пробные образцы, а Фин и Кира выполнят всю работу. Сможешь блеснуть на вечеринке, что это твои помощники приготовили по твоему личному рецепту. Пусть не думают, что кулинары – люди второго сорта!

Фин и Кира – брат и сестра, которые работали под моим началом. Айла прекрасно понимала, что я рано или поздно уйду из ее пекарни, а мои наработки и рецепты останутся. Я не уставала восхищаться деловой хватке этой милой женщины.

Что ж, буду готовиться к выпускному. Надо закончить эту историю красиво и уйти из академии, раздав долги и оплатив все счета.

К итоговым экзаменам, к явному неудовольствию моей деканши миссис Бинс, я пришла с высшим баллом и рассчитывала показать лучший результат на последнем этапе.

К счастью, на этих испытаниях экзаменаторы были не из нашей академии. Здесь присутствовали представители министерства, академии наук, императорского дома и какие-то крупные бизнесмены.

По итогам экзамена многие выпускники получат предложение о работе. Поэтому каждый ученик старался показать себя с самой лучшей стороны, а само испытание превратилось чуть ли не в шоу талантов.

Не знаю, что было на других факультетах, но бытовики изощрялись как могли. Здесь были и поющие фонтаны, и строительство замка в миниатюре, мгновенная уборка, создание простейших артефактов.

– Мисс Беланика Сладкова, – вызвала меня деканша, – она у нас иномирянка, поэтому давайте будем снисходительны к бедняжке.

Экзаменаторы понимающе покивали, мол поставим мы ей удовлетворительно, но на многое не рассчитываем. Это меня только разозлило. Ну я им покажу сейчас!

На вопросы по билету я ответила блестяще, пришло время практического задания.

– Дамы и господа, – обратилась я к комиссии немного дрожащим голосом, – прямо сейчас на ваших глазах я приготовлю экзотический десерт, который любят и дети, и взрослые в моем мире.

Чиновницы, сидящие прямо передо мной обсуждали какую-то общую знакомую и не особо мной интересовались. Остальные тоже не ждали от моего выступления чего-то необычного, потому что им прямо об этом сказала деканша.

Надеюсь, приготовление мороженого их удивит.

Взмахом руки я описала в воздухе кольцо, которое загорелось синим. Это был межмировой карман, куда я могла едва ли ладонь просунуть, чтобы вытянуть что-то нужное.

Мне нужны были сливки, сгущеное молоко и свежие яйца. Все взбить и заморозить.

Для особого эффекта я извлекала каждого продукта буквально по чайной ложке, а потом магическим образом увеличивала объем. Женщины в первом ряду стали говорить чуть тише, заинтересованно поглядывая на мои манипуляции.

Один взмах руки – и венчики как сумасшедшие начали взбивать сладкую массу в симпатичной кастрюльке в красный горох. В это время вокруг нее взвился морозный вихрь, создавая ледяной кокон.

Я извлекла из сумки заранее припасенную хрустальную креманку. Иллюзия множества – и вот на преподавательском столе стоит целый сервиз. Краем глаза я отметила, что пожилая женщина сделала пометку в блокноте. Деканша сидела поджав губы.

Воодушевившись, я продолжила.

Масса уже едва поддавалась. Еще пара минут, и можно будет дегустировать.

– Дамы и господа, – обратилась я к зрителям, – перед вами мороженое, приготовленное по классическом рецепту моего мира. После того, как оно застынет, я сформирую шарики и подам их с шоколадным топингом. Задний ряд зрителей заинтересованно вытянул шеи в надежде, что их не обойдут угощением.

Горячей ложкой я достала замерзшие шарики и разложила их по креманкам, полила растопленным на глазах зрителей шоколадом и украсила веточками свежей мяты.

Оставалось самое сложное – подача. Необходимо было поднять в воздух сразу все креманки и одновременно поднести их к каждому члену комиссии. Это было сложно, так как все они сидели на разном отдалении, и приходилось контролировать скорость и траекторию каждой порции.

От напряжения намокла спина, креманки медленно продвигались к своим получателям. И в этот момент произошло непоправимое.

– Что ж думаю, что мисс Сладкова показала все, на что способна, – деканша встала с места и подошла ко мне буквально за пару секунд до того, как креманки завершили свой полет.

То, что произошло дальше было либо тотальным невезением, либо результатом спланированной диверсии.

– Ну вы и сырость тут развезли, здесь же теперь скользко! – строго высказала она, поворачиваясь ко мне, а затем действительно поскользнулась на мокром полу.

Чтобы удержать равновесие, миссис Бинс взмахнула руками и случайно задела мою правую руку, которой я контролировала полет мороженого. Я дернулась, креманки ускорились и, резко набрав скорость, врезались во всех членов экзаменационной комиссии, испачкав их сладким лакомством.

– Простите, – прошептала я.

Секундное замешательство, но я вспомнила, что я бытовик. Пара оборотов артефакта, и липкая холодная масса исчезла с одежды потерпевших. А вот недовольные выражения лиц – нет.

Кажется, это провал!

После такого провала моя итоговая оценка была хоть и удовлетворительной, но не блестящей. А потому сияющего аттестата мне не достанется, как и хорошего места по распределению. По правилам академии, выпускники после экзаменов получают назначения и должны проработать на указанном месте целый год. Только тогда у них появляется право работать по своему усмотрению.

– За что она меня так ненавидит?! – рыдала я тем же вечером на кухне Айлы, а подруга гладила меня по голове.

Деканша даже не извинилась передо мной после произошедшего. Только с отстраненно смотрела, как разозленные экзаменаторы выносят мне незаслуженно низкие оценки.

– С таким баллом нечего и думать о карьере, – шмыгала я носом.

– Как это нечего? Да к тебе очередь стоит за сладостями, – возразила Айла.

– Но я же не могу работать у тебя, это ставка для практикантов, – размазывала я тушь по щекам.

– Да если хочешь, мы под тебя отдельную пекарню откроем в другом конце города, пойдешь ко мне в компаньоны, – успокаивала подруга.

– Мне разрешение не дадут, потому что опыта нет. Я должна по распределению поработать год, а распределят меня теперь разве что свиньям готовить.

– Год – это не так уж много, – успокаивала меня подруга, – жить будешь у меня, продолжишь практиковаться с десертами. А как закончится контракт, то я буду рада тебя к себе в компаньоны взять.

– Спасибо тебе, Айла, – прошептала я, а она просто обняла меня.

Следующим испытанием для меня стал собственно выпускной. Надо было прийти туда с гордо поднятой головой, получить аттестат, назначение, выслушать десяток напутственных речей. И все это на каблуках и в тугом корсете.

Конечно, не все сдали экзамены на блестящие оценки. Но некоторые выпускники прямо светились от счастья. Например, моя бывшая подруга Лина. А ведь мне так хотелось утереть ей нос и показать, что я справилась.

Судя по тому, что она едва кивнула мне и более не проявила никакого интереса, увлеченно болтая с однокурсником, я поняла, что это соревнование было лишь в моей голове. А Лина выкинула меня из головы за секунду до того, как выставила из комнаты.

Напрасно я боялась неловкости от встречи с Леонелем – его не было и на выпускном. Аж обидно стало! Для чего я сидела на диете, делала такую укладку и потратила час на макияж? Хотелось показать, что хоть я и не эльфийка, но выгляжу хорошо. Однако, подлого изменщика тоже не оказалось.

Хотя бывшие одногруппники мой внешний вид оценили и на комплименты не скупились. Но полностью расслабиться мы не могли: ожидали оглашения наших назначений. Было ужасно интересно кого куда распределили.

Наконец, официальные речи завершились, ректор стал называть имена выпускников, вручать диплом и сообщать будущее место работы.

Первыми шли боевые маги, потом целители, артефакторы, дипломаты, зельевары… бытовики, как водится самые последние.

Спина уже ныла, ноги гудели от неудобных каблуков. Я злилась сама на себя: ну зачем я так вырядилась?

Когда через час с небольшим очередь дошла до нашей группы, я оживилась. Кого-то отправили стажироваться на королевскую кухню, кого-то взяли на фабрику сладостей.

– Белоника Сладкова, – пророкотал ректор, а я поспешила на сцену.

– Смогла освоить сложную для иномирянки программу и влилась в наше общество, – похвалил он, – желаю тебе успехов. У тебя не такой сильный старт, как у остальных, но определенно есть задатки.

Я с волнением ждала назначения. Ректор заглянул в записи и нахмурился. На секунду мне даже показалось, что меня и вовсе никуда не отправили. Затем он подозвал мою деканшу, и по тому, как она улыбалась, я поняла – распределили меня в самую страшную дыру.

Ректор немного помялся, а потом с воодушевлением сказал:

– К сожалению, желающих дать вам работу, мисс Сладкова, не нашлось. Но мы не можем оставить своих студентов без путевки в жизнь, поэтому деканат подготовил для вас назначение в подшефную школу в южной провинции. Сможете попрактиковаться сразу и в кулинарии, и в бытовой магии, так как эта должность тоже вакантна!

По взмаху руки ректора грянули аплодисменты, я взяла лист в направлением и пошла вниз. Слезы застилали глаза, но я решила, что здесь их никто не увидит.

Да, меня отправляют практически в ссылку, в пустошь. Но я не сломаюсь! Это всего лишь год, я обязательно вернусь и всем им покажу, открыв самую лучшую кондитерскую в городе, а может быть и во всем королевстве!

Глава 2

Место моей ссылки оказалось недалеко от южной границы, которая была лишь формальностью, так как дальше начиналась южная пустошь – жаркая необитаемая пустыня, тянущаяся на многие километры.

Я провела год в небольшом приграничном оазисе при единственной школе в качестве кухарки, уборщицы и воспитательницы в одном лице. Виртуозно научилась готовить изысканные блюда практически из ничего, строить непослушную детвору одним взглядом и наводить порядок в считанные минуты.

Мне нравилось мое отражение в зеркале. Я подтянулась, кожа стала смуглой. Выгоревшие на солнце волосы я начала красить в темный цвет. Местная одежда мне была к лицу: тонкие воздушные ткани, развевающиеся на ветру, многослойность – это придавало образу загадочность и какой-то восточный колорит. Самой себе я казалась сказочной царевной, сошедшей со страниц сказок, рассказанных Шахерезадой.

Несмотря на то, что приняли меня хорошо, и с работой я справлялась, предложения остаться я не приняла и уже через три дня после окончания годового контракта стояла на пороге Айлы.

Увидев меня, подруга всплеснула руками.

– Какую красавицу занесло к нам южным ветром, – сказала она, бросаясь ко мне с объятиями, – а дядюшка Кирик боялся, что ты к нам не вернешься. А он тебя уже чуть ли не внучкой считал!

Подруга осмотрела меня со всех сторон, удивилась, что у такой интересной девушке нет толпы ухажеров, и потащила на кухню. Накормить сразу за целый год, что мы не виделись.

– Я надеялась вернуться и открыть кулинарию в партнерстве с тобой, – сказала я, потягивая ароматный чай.

– А я даже место присмотрела интересное, – ответила Айла.

До позднего вечера мы проводили расчеты и пришли к неутешительному выводу: денег нам не хватит.

– Неужели тебе так мало платили? Это же грабеж! – возмущалась подруга, узнав о том, какое у меня было жалование.

– Да, деканша мне преподнесла на прощание незабываемый подарок, – грустно вздохнула я.

В дверь вошел мой бывший учитель, профессор Кирик.

– А чего это мои девочки грустят?! – его брови удивленно взметнулись вверх.

Я бросилась к нему на шею. Айла и ее дядя стали для меня настоящей семьей в этом мире. И я по обоим очень соскучилась.

Подруга рассказала о причине нашего расстройства. Банков в этом мире не было, кредит взять было негде. А свою кулинарию очень хотелось.

Профессор долго думал, хмурил брови, а потом предложил:

– На днях один знакомый обратился ко мне с просьбой подыскать работницу-универсала. Чтобы и готовила, и за порядком следила. Работы много, но и оплата хорошая. Проживание и питание за счет хозяина. Так что все заработанные деньги можно будет откладывать.

Я задумалась. Собственную кулинарию очень хотелось, но для этого нужен стартовый капитал. У меня на руках превосходные рекомендации, почему бы и не попробовать?

Я согласилась. Если оплата действительно окажется такой, какую озвучил Кирик, то мне и года работы хватит, чтобы скопить нужную сумму. Тем более, что место работы было совсем недалеко, в пригороде. Это не ссылка на границу империи.

Знакомство с новым работодателем решили не откладывать. Профессор полистал записную книжку и записал адрес, куда следовало ехать.

– Не помню, чтобы там был какой-то богатый дом, – удивилась Айла, через плечо заглянув в записи дяди.

– Старые графские владения, – пояснил профессор, – долгое время стояли заброшенными, а вот недавно наследник объявился. Получил и титул, и развалины родового поместья.

– Главное – чтобы мне там ремонт делать не пришлось, а готовка и поддержание порядка с помощью артефактов будет вполне под силу, – обрадовалась я, – отправлюсь к ним прямо завтра, пока никого другого не взяли на эту должность.

На следующий день я встала пораньше, чтобы прийти к новому работодателю так рано, как того позволяли приличия.

Большой трехэтажный дом. С колоннами, когда-то изящными балкончиками и фонтаном с треснувшей чашей у входа. Внутри рабочие расчищали парковую дорожку и срезали кустарник, который вырос не там, где ему полагалось.

Старшего я увидела сразу – мужчина в почтенном возрасте, но статный, с идеальной осанкой и властным голосом.

– Дорожку необходимо очистить от мусора и растений, гравий собрать, промыть и просеять, а затем снова рассыпать, – говорил он, – соответствующие артефакты я выдам под ответственность старшего в бригаде.

Я вошла в калитку и встала, дожидаясь, когда на меня обратят внимание и пригласят пройти дальше. Но мужчины были заняты обсуждением способов вывоза мусора и на меня просто не обращали внимания. Просто так стоять было уже неудобно.

Пришлось пройти вперед.

– Простите, – попыталась заговорить я, но в этот момент начала падать скульптурная композиция, которая, как оказалось, держалась только за счет кучи мусора, на которую опиралась.

Мужчины кричали, махали руками, но предотвратить неизбежное не смогли. Скульптура завалилась на бок, а затем с грохотом обрушилась на дорожку, превратившись в облако гипсовой пыли.

– Добрый день, – я снова попыталась обозначить свое присутствие, но и эта моя реплика потонула в громких ругательствах, потому то один рабочий не удержал бревно и придавил другому ногу.

Я разозлилась. Я тут за работой пришла или что? Кажется, придется быть чуть более заметной.

– Мне нужен мистер Эдвард! – сказала я как можно громче.

Как назло, именно в этот момент наступила долгожданная тишина. Так что от моего возгласа мужчины вздрогнули, а один из рабочих опять что-то уронил.

Пожилой господин обернулся и смерил меня презрительным взглядом.

– Жилье не сдаем, – почему-то проинформировал он меня и отвернулся.

– Я от профессора Кирика, – сказала я, а потом уточнила, – по поводу работы.

Мужчина медленно повернулся и смерил меня оценивающим взглядом.

– Повар? – уточнил он.

Я кивнула и полезла в сумочку за рекомендациями.

– А еще бытовик с подтвержденной степенью, – я протянула ему бумаги.

– Хорошо, пройдемте ко мне в кабинет, – соизволил ответить он, – там и обсудим.

Я обрадовалась. Раз не сказали, что место занято, значит, я успела.

По ступеням я поднималась с опаской. Дом вообще выглядел совершенно нежилым. Кабинет управляющего оказался практически единственным идеально чистым местом в доме. Он сел за стол и знаком предложил мне сесть напротив. Затем внимательно посмотрел мои документы.

– Вы нам подходите, – резюмировал он, – сначала, как видите, будет много работы по уборке и ремонту. Затем останется только кухня.

Я была согласна на все. Тем более, что предложенное жалованье и правда оказалось вполне достойным. Я с радостью подписала контракт.

– Господин граф прибудет на следующей неделе. Мы хотим успеть привести имение в порядок до его приезда. Так что придется поработать сверхурочно. Естественно, это будет оплачено дополнительно, – пояснил Эдвард.

Я только радостно кивала.

– Может быть у вас есть вопросы? – уточнил он.

– Только один: почему такой дом находится в запустении? – спросила я.

– Старый граф Этсби не особо любил этот город, и жил в другом доме. Но молодой господин сказал, что у него есть личные причины жить здесь. Поэтому он продал часть имущества и переберется сюда.

– Молодой господин? Я думала, что граф – это что-то почтенное, – ляпнула я.

Эдвард посмотрел на меня как на неразумное дитя.

– Мистер Леонель недавно вступил в наследство и получил титул. Но несмотря на то, что вы почти ровесники, относиться вам к нему следует со всей учтивостью, – холодно сказал он.

А у меня кабинет поплыл перед глазами, когда я услышала знакомое имя. Леонель. Так звали моего бывшего.

– Леонель Этсби? – глупо переспросила я.

– Да, после получения титула он носит именно эту фамилию. Но старый граф Этсби приходился ему двоюродным дедом. А других наследников мужского пола не оказалось, – говоря это Эдвард немного сморщил нос, словно считал такое распределение наследства несправедливым, – но до этого мистер Леонель носил фамилию своего отца, Кирстон.

Черт, это действительно был он! Может расторгнуть договор и сбежать? Но мечта о своем деле так манила, что я все же решила не менять своего решения.

– Приступаете к работе завтра, – тем временем продолжал Эдвард, – комнату придется приводить в порядок самостоятельно. Думаю, вы справитесь. Аванс будет на вашем счету уже завтра. А сейчас не смею вас задерживать, у нас много дел. К приезду графа дом должен быть уже жилым.

Домой к Айле смысла идти не было. После приезда я и вещи-то распаковать не успела. Так что долго собираться не придется. Решила зайти в пекарню к подруге, заодно с бывшими товарищами по цеху парой слов перекинуться.

Фин и Кира, которые все еще работали в кондитерском цеху, очень обрадовались мне. Они, как и год назад, готовили десерты по моим рецептам.

– Говорят, тебя еще минимум год не будет с нами? – Фин отвлекся от дрожжевого теста, которое он виртуозно месил руками лучше любых магических приспособлений.

– Да, – вздохнула я, – знала бы, на кого буду работать, предпочла бы вернуться сюда простым кондитером.

– Что такое? – Кира рисовала розочки кондитерским шприцом, а потому сосредоточенно смотрела на десерт, а не на меня.

– Оказывается, особняк, в который я поступила на службу, принадлежит моему бывшему.

– Леонелю?! – отозвалась Айла от кассы.

– Ты же говорила, что у него денег нет, и он у тебя клянчил, – удивилась официантка.

К сожалению, все сотрудники пекарни были в курсе моего неудачно завершившегося романа.

– Да, представляете, он каким-то образом получил в наследство от дальнего родственника имение, графский титул и какую-то сумму.

– Не удивлюсь, если для этого ему пришлось сначала жениться на престарелой графине, – скривилась Кира.

Фин хрюкнул, пытаясь сдержать смех. Сестра толкнула его в бок.

– Зато теперь можешь стребовать с него за сапоги и что ты там ему еще покупала со своей зарплаты, – заметила Айла.

– Да я даже видеть его не хочу, – вздохнула я.

– Бедняжка, – Кира вытерла руки и обняла меня. От девушки пахло ванилью – такой родной и успокаивающий запах.

– Но еще меньше я хочу, чтобы он видел меня. Мы же даже не объяснялись в тот день, когда меня выставили из общежития академии. А после того случая, я его так и не видела больше. Наверное, поехал обхаживать родственника. Возможно, сразу с новой подружкой

– А вот с этим я легко тебе смогу помочь, – отозвалась Айла, – у меня есть артефакт, способный немного изменить внешность. Не сильно, но ты будешь выглядеть немного старше, голос слегка поменяется. Учитывая, что ты за год и так изменилась, вероятность узнавания будет минимальной.

– А это отличная идея! – подхватила Кира. – Сможешь работать без нервотрепки. А если захочешь, то и отомстишь ему за все пролитые слезы. А в последний день контракта, получив деньги и документы, откроешь свое истинное лицо и выскажешь все, что думаешь!

– Ну вот чему ты нашу Нику учишь?! – всплеснула руками Айла, но судя по смешинкам в ее глазах, я поняла, что она совсем не против.

Уже через несколько минут подруга принесла артефакт и принялась за его активацию. Весь дружный коллектив затаил дыхание в ожидании моего преображения.

Сначала я почувствовала легкое покалывание в конечностях, потом жар прокатился по лицу. Немного закружилась голова, и я присела.

– Ну как-то так, – удовлетворенно сказала Айла, а коллеги пристально меня рассматривали.

– Вроде узнаю, а вроде и нет, – сказал Фин.

– Да богатеи на служанок никогда не обращают внимания, – отмахнулась его сестра.

– Этот только недавно богатым стал, до этого наверняка и со служанками не брезговал общаться, – возразила Кира.

– Да нет, он же всегда тянулся к знати, до эльфийки даже дотянулся. Так что служанка – точно не его уровень.

Я придирчиво осмотрела себя в зеркале. Определенно у этой молодой женщины не было ничего общего с той растерянной девчонкой, которой Леонель изменил на глазах у всей академии.

Следующим утром я стояла у калитки. В руках лишь маленькая дамская сумочка. Все мои вещи я научилась виртуозно складывать в пространственный карман, который “пришила” к этому милому аксессуару.

Поправила прическу и смело шагнула на дорожку, ведущую к графской резиденции. Рабочие вчера хорошо постарались, лишней растительности здесь не было, цветной гравий мягко шуршал под ногами.

Правда, за пределами дорожки были непролазные джунгли. Там, мне кажется, можно еще парочку графских домов прятать. С фонтанами и статуями.

Подошла к полуразрушенному крыльцу. Дом выглядел заброшенным и нежилым. А вдруг здесь никого нет? Сразу стало как-то зябко. Тут же показалось, что на меня из зарослей плотоядно поглядывает пара оборотней в поисках истинной.

Дверь оказалась заперта, но на стене висел круглый металлический молоточек, которым нужно было стукнуть по специальной площадочке. Прямо как в наших фильмах ужасов про заброшенные дома. Я поежилась и посильнее стукнула. Хотелось как можно скорее внутрь попасть.

Дверь распахнулась мгновенно. На пороге стоял суровый домоправитель Эдвард. Он пристально посмотрел на меня.

– Мы ничего не покупаем! – холодно сказал он и захлопнул передо мной дверь.

Я даже пискнуть не успела. От возмущения я бесцеремонно забарабанила кулаками в дверь.

– Подождите! Эдвард! У меня же контракт на год! – выкрикивала я, совершенно позабыв, что под действием артефакта моя внешность изменилась и мужчина меня элементарно не узнал.

Я стукнула еще пару раз, а затем добавила ногой. Так сказать, для усиления эффекта. А затем набрала в грудь побольше воздуха и крикнула изо всех сил:

– Я Ника Сладкова, ваша новая кухарка!

К сожалению, именно в этот момент дверь распахнулась. И последнюю фразу я буквально прокричала в лицо Эдварду. Тот лишь поморщился. Внимательно посмотрел на меня. Затем достал из нагрудного кармана очки с толстенными стеклами, надел их и посмотрел на меня еще внимательнее. Как какой-нибудь профессор-энтомолог рассматривает засохшую муху.

– Ника? – переспросил он.

Я помахала перед его носом документами, который он сам подписал днем ранее.

– Мне казалось, что вы несколько младше, – он смутился.

– Это все макияж, – улыбнулась я, – хотела произвести впечатление.

– Что ж, так даже лучше, – успокоился домоправитель и отступил на пару шагов вглубь, приглашая меня войти, – проходите.

Я с опаской вошла в аварийное здание. Внутри вид был еще более плачевный, чем снаружи. Тут даже привидения заводить не нужно – и так страшно.

– Какие-то у нашего графа владения… не статусные, – заметила я, – больше на развалины похожи. Эдвард, вы уверены, что здесь безопасно жить?

– И жить, и работать, – сказал домоправитель, – прошу выбрать одну из комнат и приступать к обязанностям. Мы ожидаем графа Этсби через три дня. Он очень торопится сюда приехать. Юноши бывают слишком пылкими, надеюсь, вы понимаете, о чем я.

Я молча кивнула в ответ и пошла по коридору в поисках своего нового жилища.

О, я прекрасно помнила пылкую натуру Леонеля! Ни на минуту не забывала! И очень надеялась воспользоваться измененной внешностью, чтобы отомстить сполна. Пока еще не знаю, как. Но обязательно придумаю. Судьба дала мне такой шанс, и я обязательно им воспользуюсь, господин граф!

Однако, мои мечты о мести разбились о необходимость выбрать себе одну из комнат, которые были совершенно непригодны для жизни. Где-то отсутствовали окна, в одной комнате дремали под потолком летучие мыши. Мебели не было почти нигде, а там, где она была, хотелось ее немедленно сжечь вместе с тараканами и клопами.

Эдвард следовал за мной с совершенно невозмутимым видом. Словно крысы, доедающие остатки спального гарнитура, были для него в порядке вещей. А может быть, нечеловеческое самообладание – это его суперспособность?

Кое-как выбрав себе комнату, в которой меня не начало тошнить от отвращения в первые же три секунды, я принялась за обустройство.

Навести порядок в комнате, имея соответствующий артефакт, довольно легко. Один маленький камушек работает как пылесос: положи посередине комнаты, активируй, и уже через минуту от пыли и грязи не останется и следа.

Для того, чтобы избавиться от насекомых, нужен другой артефакт. Погладила круглый бок, и вот пауки маршируют прочь из комнаты, подгоняя суетливых муравьев.

У меня с собой был даже артефакт для стирки. Такой, чтобы простынь хрустела и от штор альпийская свежесть шла. И утюг не нужен.

На уборку я потратила полчаса от силы. Довольная, сложила камушки и медальоны в специальную коробочку – набор бытового мага первого уровня.

Но не стоит думать, что так может любой. Большинство артефактов подвластны только бытовым магам. Остальные либо справляются по старинке, либо приглашают для проведения уборки мага с соответствующей квалификацией. Богатые могут себе позволить и нанять такого специалиста. Такие, как граф Этсби.

Представляю, как Леонель радовался, получив внезапное наследство. Еще бы, он так мечтал стать богатым и знаменитым! А тут целый граф. Правда вместо имения – развалины. Но иногда фасад важнее содержания, которое за ним кроется. А тут титул есть, останется только невесту найти с хорошим приданым, чтобы оплатить капитальный ремонт этих руин.

Воспоминания о бывшем возлюбленном вызвали спазмы в животе. А может, это от голода?

Кажется, в моем контракте оговаривалось питание за счет работодателя. Осталось раздобыть еду. Но сначала провести раскопки и найти кухню.

Эдвард обнаружился в холле. Вчерашняя бригада строителей столпилась у некогда шикарной лестницы, у которой не хватало почти половины ступеней, а оставшиеся были такими ветхими, что подниматься на второй этаж было просто опасно.

– Тут одной магией не обойтись, – чесал затылок старший, – надо и на материалы потратиться. Вы же не хотите, чтобы случайно действие магии рассеялось, и ваш граф рухнул бы вниз, неся на руках благоверную в опочивальню!

Я задумалась. Пожалуй, именно этого я бы и хотела. Даже представила, как Леонель роняет свою эльфийку аккурат в щель между девятой и одиннадцатой ступеньками. Чтоб падение было более запоминающимся. Еще бы хорошо, чтобы внизу оказалось мышиное гнездо.

Но Эдвард был более заинтересован в сохранении рабочего места, а потому согласовал покупку необходимых материалов.

– Ника, вы выглядите слишком мечтательной! – неожиданно окрикнул меня домоправитель, – надеюсь вы с таким счастливым выражением лица меню придумываете?

– Кстати, о меню, – встрепенулась я, сбрасывая наваждение, – где тут у нас кухня и какие есть продукты?

Я, конечно, могу стянуть из своего мира картофелину, увеличить ее до гигантских размеров, а потом уже порезать и пожарить. Но питательная ценность такого продукта не будет очень большой, а затраты магии будут такими, что дешевле мешок картошки купить.

Кажется, мой вопрос поставил Эдварда в тупик. Он не знает, где здесь кухня? Хотя спроси любого мужчину, он тоже с трудом вспомнит, где у него в доме то место, где специальная женщина готовит еду. А вот то место, где он результаты ее трудов вкушает, он найдет даже ночью. Не открывая глаз. Меняются женщины, но навык поиска пищи остается.

– Я пока не наводил там порядок. Времени не было, – смутился мужчина, – думаю, что вы можете прибраться там своими силами и предоставить мне список необходимой техники и продуктов, которые надо приобрести.

Так я и думала.

– Направление хоть задайте. Не хочу случайно зайти не в ту комнату, и получить куском штукатурки по голове, – попросила я, на что Эдвард, уже отвлекшийся на падающие перила, лишь махнул рукой вдаль по коридору.

В этом крыле было всего три двери. В первой меня ожидали буйные заросли какого-то колючего кустарника. Кажется, разрушена часть стены и с течением времени сад отвоевал у дома эту площадь.

За второй дверью было квакающее болотце. Возможно, ванная или прачечная. Отлично, наловлю тут Леонелю лягушек. Пусть всех перецелует в поисках принцессы. Он в этом мастер.

Кухня обнаружилась за третьей дверью. Ну как кухня. Покосившийся и полусгнивший стол, закопченный очаг и холодильный шкаф. Ни посуды, ни тем более продуктов здесь не было.

Кажется, за обедом я отправлюсь в гости к Айле. А пока достала свою коробочку с моими маленькими артефактами-помощниками.

– Да начнется магия, – улыбнулась я, приступая к уборке.

Питаться у подруги мне пришлось и в этот день, и в следующий. Айлу интересовали все подробности, но пока рассказывать было особо нечего.

Сначала я наводила порядок, а потом заказывала доставку нужных продуктов, приспособлений и артефактов. И все это в условиях довольно жесткой экономии. Кажется, наследство Леонеля было не таким уж значительным.

А ведь еще нужна была посуда, приборы и мебель в столовую. И это только то, что потребуется непосредственно для моей работы. А там еще целый дом, который держался только за счет какого-то чуда и очень нуждался в капитальном обновлении.

– Эдвард, – обратилась я к домоправителю накануне прибытия нашего графа, – а кто будет подавать еду на стол? Не кажется ли вам, что наш штат слишком мал для такого большого дома?

– Думаю, этим займется лакей графа Этсби. Надеюсь, он у него есть. В любом случае, это не работа для женщины, – сухо отрезал домоправитель, – в графских домах за столом, как правило, прислуживают мужчины. Обычно лакеи.

– Что прикажете подать к приезду графа? – я сделала вид, что не заметила неодобрение, которое сквозило в словах Эдварда.

– Я не знаю его привычек. Что-то простое, на ваше усмотрение. У меня еще много дел, надеюсь, вы справитесь со своими обязанностями самостоятельно.

О, я справлюсь! Можете даже не сомневаться! И привычки Леонеля мне хорошо знакомы! Наверняка он, как и раньше, любит пустить пыль в глаза, продемонстрировать свой достаток и превосходство, только теперь у него хотя бы есть титул. А вот всего остального как не было, так и нет.

Я непременно воспользуюсь этой его слабостью к показной роскоши и отыграюсь на бывшем возлюбленном за все прошлые обиды. Только надо убедиться, что он точно меня не узнает.

Прибытие графа ожидалось к ужину. Я решила поразить его оригинальной подачей блюд на красивых тарелках, но сделать при этом минимальные порции. Пусть питается как в дорогом ресторане: дорого, красиво и очень мало. Разве не об этом всегда мечтал?

Навести порядок в доме к прибытию хозяина Эдвард не успел. Да и как можно было это сделать, если дому требовался как минимум капитальный ремонт, а еще лучше было бы отстроить новый.

В назначенный час в ворота, которые для устойчивости подперли парой гипсовых вазонов, въехал экипаж. Я отдернула шторку и выглянула в окно. Дрогнет ли мое сердце, когда я увижу бывшего возлюбленного? Кажется, ничего. Это к лучшему.

Каким же щегольским был экипаж Леонеля! Сияющий на солнце хром, полированное дерево и дорогие ткани обивки. Складной механизм крыши откинут. Ни дать, ни взять кабриолет!

И Леонель в дорогом дорожном костюме. Но при этом без лакея. Только возница правил экипажем. Экономит? Это на него так похоже!

Я возмущенно хмыкнула, откинула прядь со лба и вернулась посмотреть, как работают зачарованные венчики и ножи.

На ужин подавалось каре ягненка под гранатовым соусом и карпаччо из кабачков.

Эдвард с сомнением смотрел на большую тарелку, на которой лежала пара кусочков мяса и тонко нарезанный сырой кабачок. Все это было сбрызнуто густым соусом.

– Это все? – удивился он.

– Ох, совсем забыла про карамелизованную грушу! – я положила тонкую дольку сбоку. – и обязательно веточка мяты!

Довольная, я отдала тарелку домоправителю. Смотрелось красиво, изысканно, но все же голодно.

– Эдвард, обзательно громко анонсируйте название блюда. Граф это оценит, – напутствовала я его.

Для слуг я пожарила картошки с салом. Совершенно не статусное блюдо, которое не достойно того, чтобы очутиться на столе у такой знатной персоны, как наш Леонель. А нам с домоправителем и кучером в самый раз.

Пораженный Эдвард вернулся через минуту.

– Действительно, господин граф пришел в восторг от блюда, название которого звучало солиднее, чем его собственная родословная, – после ужина он попросил кофе и десерт.

Пока варился кофе, я открыла буфет с посудой. Помня, каким кофеманом Леонель был раньше, я выбрала самую маленькую чашку, чтобы подать крепко сваренный напиток.

Поставив на поднос чашечку величиной чуть больше наперстка, я дополнила ее цветной зефиркой.

– Королевская меренга, – указала я на скромный десерт и улыбнулась самой очаровательной улыбкой.

Я помню, как Леонель жаждал питаться только в дорогих ресторанах и вкушать гастрономические изыски каждый день. Что ж, милый, судьба наказывает нас исполнением наших желаний!

Глава 3

С появлением в доме хозяина штат прислуги увеличился не сильно – всего на одного человека. Герт был и за кучера, и за садовника, и за конюха. Славный малый лет пятидесяти. Немногословный и очень исполнительный. Тоже маг.

Я заведовала кухней и чистотой в доме. А Эдвард всем остальным. И этого остального было так много, что я удивлялась, как он вообще справляется. Он руководил приходящей бригадой ремонтников, вел финансы, исполнял обязанности камердинера, прислуживал за столом.

Сам же свежевылупившийся граф хозяйством интересовался мало. Проводил вечера в разъездах, заводил полезные знакомства. Денег на обустройство дома выделял немного, а потому ремонт продвигался медленно.

Я продолжала баловать Леонеля изысками, достойными шеф-повара столичного ресторана. Названия таких блюда произносились дольше, чем граф тратил на их поедание. Надеюсь, удовольствие он получал несоизмеримо размерам порций.

Сами же мы питались сытно и по-простому. Мужчинам нужно было много энергии, чтобы выполнять свою работу.

– Эдвард, а когда мы приступим к уборке на втором этаже? – поинтересовалась я, подавая на завтрак сладкую овсяную кашу.

– Господин граф считает пока это нецелесообразным. Лестница в аварийном состоянии, на ее ремонт нужны значительные средства. Ходить по ней просто опасно. А для всех его нужд хватает помещений внизу.

– Но ведь он спит в кабинете на диване! – поразилась я тому, какие человек готов терпеть лишения.

– Зато на сэкономленные деньги мы сможем починить протекающую крышу и на фасад хватит, – сказал Эдвард, с аппетитом уплетая овсянку, – кстати, а почему бы не предложить такой завтрак и господину графу? Мне кажется, он на меня такими голодными глазами смотрит, когда я на стол накрываю.

– Да вы что?! Как можно оскорблять его утонченные вкусовые рецепторы такой простой кухней! – деланно возмутилась я. – Он и так себя во всем ограничивает. В кабинете спит, чтобы сэкономить на ремонт. Неужели мы позволим графу питаться как обычный крестьянин и лишим его последнего удовольствия?

Герт хотел было поддержать нашу беседу, но только проурчал что-то с набитым ртом. Кажется, он не горел желанием делиться с господином овсянкой.

Леонелю же в тот день полагалось на завтрак перепелиное яйцо пашот с микро зеленью, кофе в чашке размером с наперсток, а также безглютеновый хлебец с обезжиренным творогом. Дорогой фарфор, накрахмаленные салфетки и столовое серебро создавали в столовой атмосферу роскоши. Однако ничто не могло заглушить голодного урчания в животе у моего бывшего. Кажется, мне его и через стенку отчетливо слышно.

После завтрака встревоженный Эдвард вошел в кухню. Я как раз составляла меню на обед. Для себя – наваристый борщ, а Леонелю молодой горошек и суп-мусс из тыквы.

– Господин граф желает с вами познакомиться поближе и побеседовать, – встревоженно сказал Эдвард.

Я вздрогнула. За неделю пребывания Леонеля в поместье мы ни разу не разговаривали. Да и виделись-то мельком. Я старалась не попадаться ему на глаза, хотя сама ловила себя на том, что прислушиваюсь к его шагам, его голосу, наблюдаю, как он идет по дорожке к экипажу.

Я одернула передник и поправила прическу. Меня сложно узнать, ведь артефакт надежно скрывает истинные черты и делает меня старше своих лет. За это не стоило переживать. Но ведь глупому сердцу нельзя приказать биться тише. Руки слегка дрожали, а щеки предательски покраснели.

– Не волнуйтесь Ника, – ободряюще сказал Эдвард, по-своему истолковав мое волнение, – вы хорошо выполняете свою работу и вас не в чем упрекнуть.

Я откинула со лба непослушную прядь волос, глубоко вдохнула и пошла в столовую. Взглянуть в глаза своему бывшему возлюбленному.

Мы уже пересекались с Леонелем несколько раз, но беседы он меня не удостаивал, что меня вполне устраивало. Хотелось бы работать и дальше в таком же режиме.

С волнением я вошла в столовую, ожидая, что получу разнос за маленькие и не очень сытные порции. Ненадолго же его хватило!

Эдвард вошел следом и встал несколько в стороне. Он не принимал участия в разговоре, но присутствовал на случай, если что-то понадобится господину. Идеальный домоправитель.

– Здравствуйте, Ника, – начал Леонель вполне учтиво, – все ли вас устраивает на этой работе? Как вы находите мой дом?

Какая забота! Хочет показаться рачительным хозяином и чутким работодателем. А я думала, нос воротить будет от прислуги, хотя еще недавно сам не сильно отличался. А он даже беседы ведет.

– Благодарю вас, господин граф, меня все устраивает, – я была не в силах перестать теребить кончик передника.

Наверное, со стороны казалось, что бедная кухарка разволновалось от того, что с ней решил заговорить целый граф!

– Вы прекрасно готовите, – начал Леонель, – и все такое вкусное, что мне всегда хочется добавки.

Ага, проголодался, голубчик! Кстати, о голубцах, надо бы их приготовить для слуг. А господину графу сделаю мини-голубцы, завернутые в листья винограда редкого и очень дорогого сорта. Хотя почему голубцы? Одного достаточно будет!

Кажется, я замечталась. Что он там говорит?

– Прием, на десять человек, – тем временем пояснял мне Леонель, – хотелось бы угостить моих друзей по высшему разряду. Я рассчитываю на несколько закусок, одно-два горячих. И десерт! Непременно нужен необычный десерт.

– И когда же Ваша светлость ожидает гостей? – уточнила я.

– Завтра к ужину. Будут мои друзья по академии, с некоторыми мы были довольно близки. Хотелось бы их удивить, – ответил Леонель, – кажется, вы тоже учились в нашей академии?

Ах он гад! Неужели эльфийку свою притащит! Кажется, я начинала закипать. Надо постараться взять себя в руки. Резко откинула со лба непослушную прядь. Бывший возлюбленный очень внимательно на меня смотрел. Словно пытался что-то вспомнить.

– Да, я тоже обучалась в академии на факультете бытовой магии, кулинарное отделение, – сказала я глядя ему прямо в глаза.

Он вздрогнул. Посмотрел на меня долгим и каким-то разочарованным взглядом. Вспомнил ли он свою подружку Беланику? Неужели вообще ничего в памяти не всколыхнулось? Стало ужасно обидно.

– Будет здорово, если прием не обойдется мне в целое состояние, но при этом поможет произвести правильное впечатление, – задумчиво закончил Леонель.

Я поклонилась и поспешила выйти из столовой. Боялась, что если начну говорить, то сорвусь на скандал. Кажется, для этой работы мне понадобится больше выдержки, чем я рассчитывала.

Подумать только! Друзья по академии! Интересно, а кем была для него я? Даже не вспомнил.

Что ж, будет вам званый ужин, господин граф!

И я принялась скрупулезно составлять меню и записывать список ингредиентов. Эльфы не едят мяса, значит стоит сделать больше таких блюд. А овощные подать с чесночным соусом, чтобы отбить охоту к излишне близкому общению.

Раз сам граф Этсби попросил сделать меню разнообразным, но не дорогим, то будем удивлять гостей подачей.

Канапе, горячее в мини-тарталетках, красивая овощная нарезка, салат, поданный в хрустальной рюмочке. Блюда будут поражать своей формой и исполнением, но не вызовут приступов сонливости у гостей после обильного застолья. Наоборот, к десерту все будут ощущать легкое чувство неудовлетворенности.

Каждое блюдо будет сопровождаться красивой аннотацией. А для десерта я заготовлю целую легенду. Такое должно запомниться.

– Вы такая задумчивая, мисс Ника, – сказал Герт, который принес свежую зелень к обеду.

– Переживаю о том, как пройдет наш первый прием, и как гости графа оценят мои кулинарные изыски.

– Не знаю, как графьим гостям, но мне очень нравится, как вы готовите, – он мечтательно погладил себя по животу.

Я усмехнулась. Если бы я кормила простого работягу всякими канапе и крутонами, то он бы меня первую же съел.

– А что вы будете готовить? – спросил наш мастер на все руки.

– Вот сейчас думаю про десерт. Это будет очень необычный легкий торт с романтичным названием.

– Ваши блюда носят такие имена, которыми не каждый граф может похвастаться, – заметил Эдвард, который тоже уже вернулся на кухню после разговора с Леонелем, – каждый раз восхищаюсь, когда вы даете мне описание обычного, казалось бы, бутерброда. И что же у нас будет на десерт?

– Торт, – ответила я коварно улыбнувшись, – графские развалины!

Эдвард прыснул в кулак, а вот Герт не удержался от смеха.

– Как символично, – с деланным равнодушием сказал домоправитель, – думаю, гости оценят шутку.

Я с волнением ждала прибытия гостей Леонеля. Было ужасно интересно, как развиваются его отношения с эльфийкой. Судя по тому, что я видела два года назад, они должны были стремительно перетечь в соответствующую плоскость. Многие считают, что эльфы холодны и рассудительны. Но, пожив в студенческом общежитии, я насмотрелась на всякое!

Ужин был готов и ожидал своего часа. А я притаилась за занавесочкой и погасила свет, чтобы из своего окошка наблюдать за прибывающими гостями.

Экипажи катились по подъездной дороге. Эдвард и Герт превзошли себя, выложив из гравия цветные узоры и расставив вдоль дороги вазоны с цветущими кустами. Пришлось применить магию активации роста. Зато теперь за пышными магнолиями не было видно хищных сорняков, которые тянули свои лапы к случайным прохожим. Искоренить вредные растения пока не получилось. Решили прикрыть.

Первой прибыла парочка. Молодые мужчина и женщина шли в обнимку и постоянно хихикали. Кажется, молодожены. Девушка была мне смутно знакомой, кажется, встречались в академии.

Следом в наемном экипаже приехали трое молодых магов. Кажется, дружки Леонеля. Раз нет своего транспорта, да еще и явились сразу втроем, значит, не сильно обременены средствами. Возможно, решили поесть на халяву у бывшего товарища по академии. Я усмехнулась. Какое же их ждет разочарование.

Следом прибыли две группки девушек, пара молодых мужчин с собственными экипажами и… все. А где же эльфийка? Или юный граф больше не в ее вкусе?

Я разочарованно задернула штору и принялась готовить блюда к подаче. Моя маленькая и так тщательно спланированная месть оказалась напрасной. Коварная разлучница не приехала.

А разлучница ли она? Может, Леонелю она была нужна как и я, для каких-то своих целей? А потом она раскусила его замыслы и бросила? Внезапно я даже зауважала ушастую девицу. Уж она-то наверняка обставила расставание красиво и не позволила помыкать собой. И уж точно сапоги ему не покупала из своих карманных денег.

В коридоре раздались веселые разговоры гостей. Что-то кольнуло в груди. Нет, не ревность, а какое-то разочарование. Вот ведь могла бы с Леонелем так же разъезжать по гостям и или принимать его друзей на правах хозяйки дома. И тут же одернула себя. Не могла. Я не была нужна ему даже когда мы оба были бедными студентами. А теперь ему такая, как я, не по статусу. Он граф, хоть и бедный. Найдет себе в невесты богатую дурочку, чьи родители мечтают породниться с титулом.

– Пора подавать ужин, – отвлек меня от мыслей Эдвард.

По моей задумке, закуски и легкий аперитив должны были внести в гостиную, где сейчас собрались все гости. Три вида канапе неплохо с этим справились. Все легкое и очень красивое. Я разместила на магическом столике все подносы с едой и, отправив домоправителя к гостям, занялась подготовкой горячего.

По-хорошему, для такого приема стоило пригласить еще одного лакея. Но мы же помним про режим тотальной экономии. Ладно хоть садовника в ливрею не додумались нарядить!

Эдвард вернулся спустя полчаса.

– Гости довольны, подача необычная, канапе вкусные, – отчитался он и устало опустился на стул.

Я понимающе поставила перед ним чашку кофе, а сама заглянула в столовую. Достала заготовленный артефакт, подкрутила настройки и сервировала стол на одиннадцать персон. Именно столько было гостей вместе с хозяином. Девушек на одну меньше, словно именно хозяину не хватило пары. Как символично.

Домоправитель благодарно кивнул. Ему для идеальной сервировки стола понадобилось бы не менее часа. Я же управилась за пару минут. Зато каждая вилочка на своем месте, прозрачный, как слеза, хрусталь на правильном расстоянии от тарелки, а накрахмаленные салфетки безупречно сложены.

– Пора, – сообщил Эдвард.

Что ж, две перемены блюд. Морепродукты со сложной подачей, закуски в тарталетках, мини порции салатов и куропатки в брусничном соусе. На столе смотрится красиво и дорого, но есть такие блюда еще надо уметь.

Надеюсь, наш граф не ударит в грязь лицом и не перепутает приборы. Куропатка – птица благородная, ее как цыпленка рукой за окорочок не ухватишь. Тем более у графа за столом!

Судя по тому, что шумная беседа в столовой сменилась несколько напряженным молчанием и нервным стуком приборов, предложенные угощения поставили новоявленных аристократов в некоторое замешательство. Я довольно потирала лапки и заваривала ароматный чай, который станет прекрасным дополнение к десерту.

Наконец, время подавать торт.

– Ого! – услышала я восторженный возглас Эдварда.

Тут я была согласна, превзошла себя. Из воздушного безе сложила настоящий замок с башенками. Имению нашего графа было до него далеко. Чернослив и орехи добавляли к сладости десерта немного изысканности, а темный шоколад завершал картину, делая торт идеальным.

– Великолепное исполнение, – с придыханием прошептал Эдвард, – но как это есть? Безе же разлетится в мелкую крошку.

Я легкомысленно пожала плечами, уже представляя, как белая сладкая пыль оседает на черном фраке Леонеля.

Гости, по словам Эдварда, были очень довольны приемом. И настоятельно звали Леонеля к себе с ответным визитом.

Как я и ожидала, не все блюда можно было съесть без ущерба для самолюбия. Гордость пересилила, и Леонель отрезал от куропатки всего несколько кусков мяса. Представляю, как бедняжка смотрел на румяную птичку и мечтал впиться зубами в ее ароматный бок, обглодать ножку. Но нежелание упасть в грязь лицом перед гостями пересилило.

Морепродукты наш граф не стал есть, сославшись на аллергию. Десерт был вкусным, но легким и очень сильно крошился. Да и добавки просить было не очень вежливо.

Когда я закончила уборку и мытье посуды, то почувствовала такую сильную усталость, что отправилась в кровать пораньше, а ночью проснулась с ощущением сильной жажды.

Обычно я беру с собой в комнату стакан воды, но в этот раз так хотелось спать, что я совершенно позабыла о нем. Пришлось вставать и плестись на кухню.

В доме было темно и тихо. Лишь из комнаты Герта неслось тихое похрапывание. А из-за полуприкрытой двери кухни – слабое свечение. Неужели я так устала, что не выключила свет?

Когда я подошла ближе, то поняла, что там кто-то есть. Почему-то первая мысль была о том, что это злоумышленники проникли в дом. Воры! Позарились на самое ценное!

Вместо того, чтобы позвать на помощь, я решила обезвредить бандитов самостоятельно. Осторожно толкнула дверь, та мягко отворилась.

В бледном свете холодильного шкафа я увидела фигуру в темном балахоне и капюшоне. Злоумышленник склонился над кастрюлей и наворачивал прямо оттуда вчерашнее рагу. Так увлекся, что аж голову по плечи в холодильник засунул.

Я обалдела от наглости ночного вора. Схватила первое, что подвернулось под руку. К несчастью, это оказалась блинная сковорода. Небольшая, но чугунная.

Подкралась ближе. Незнакомец все так же продолжал разорять мой холодильник. От удовольствия он едва ли не рычал.

Перехватив сковороду поудобнее, я издала индейский победный клич, щелчком пальцев включила яркий свет и со все силы приложила вора. Почему-то по заду, который очень сильно выпирал за пределы холодильника.

Мужчина взвыл, попытался распрямиться, но стукнулся головой о полочку с яйцами. Те жалобно крякнули, а одно, самое крайнее, не смогло удержать равновесия и свалилось ему на макушку.

Я приняла самый грозный вид, готовясь дать отпор злодею. Тот обернулся и выставил вперед ложку. А этот гад не собирался так легко сдаваться!

С капюшона стекали яичные потеки, в темных ворсинках халата застряли осколки скорлупы. Мужчина, одетый в огромный банный халат поверх пижамы сделал шаг мне навстречу и со злостью откинул капюшон.

– Ой, – пискнула я, увидев разъяренное лицо Леонеля.

– Что здесь происходит?! – в кухню ворвался Эдвард с тростью наперевес.

Батальная сцена, развернувшаяся перед ним, поражала воображение своей масштабностью и нелепостью.

Граф Этсби в халате, все лицо и волосы в сыром яйце, в руке ложка с остатками рагу, на лице, перепачканном в соусе, животная ярость. И напротив него кухарка в шелковом халате с блинной сковородой в руках.

Вразумительного ответа на вопрос домоправителя у нас не было.

Надо отдать должное Леонелю, он распрямился, расправил плечи, легким движением руки откинул волосы назад, а затем проследовал к выходу из кухни, слегка придерживая ушибленную ягодицу. У выхода он остановился, величественным жестом вручил Эдварду грязную ложку, после чего молча удалился с кухни.

Домоправитель повернулся ко мне с немым вопросом. Я же сползла на пол, нервно хихикая. Довела мужика до того, что он ночью, как вор, вынужден пробираться на собственную кухню, чтобы доесть остатки ужина за собственными слугами. Даже если завтра утром я получу расчет, это того стоило!

Глава 4

Расчета я не получила ни на следующий день, ни позже. Господин граф сделал вид, что ночного происшествия не было. Просто одна большая коллективная галлюцинация. У меня даже мысль мелькнула, а вдруг он вообще спал и набег на холодильник совершил во сне? Приступ лунатизма на фоне голода.

Эдвард тоже ни словом, ни взглядом не намекал на ночное столкновение. Леонель же провел последующие несколько вечеров в разъездах. Скорее всего, посещал с ответным визитом своих приятелей. Надеюсь, там кормили не менее изысканно, чем на нашем приеме.

Однако через неделю Эдвард с волнением сообщил, что к вечернему чаю ожидается юная особа, и граф Этсби пребывает по этому поводу в сильном волнении.

– Гостья будет одна? – уточнила я.

– Да, одна. Но я все же думаю, что юная леди приедет в сопровождении кучера и камеристки, – предположил домоправитель, – и если первого займет разговорами Герт, то служанка наверняка придет на кухню.

Не скажу, что я была рада предполагаемой компании, но такова работа служанки – находиться в обществе тех, кого ты не выбирал себе в компаньоны.

– Что подать графу и его гостье? – спросила, постаравшись скрыть внезапное раздражение.

– Один из ваших фирменных десертов и легкие закуски, – предложил Эдвард.

Я задумалась. В качестве закуски отлично подойдут мини-бутерброды с ржаной гренкой, вяленым томатом и тонким слайсом ветчины. Компанию им составят мини рулетики из сырого кабачка, фаршированные мягким сыром с зеленью. И для украшения нарезала розы из сырой морковки и огурца. Ярко, красиво и ароматно.

На десерт приготовила сладкие канапе с миндальным бисквитом, свежей малиной и взбитыми сливками. Веточки мяты и цветная сахарная пудра для украшения.

– Как всегда, непонятно, это надо есть или любоваться, – прокомментировал Эдвард, разглядывая результат моих кулинарных опытов.

Для своих же я нажарила пирожков с картошкой и капустой. Как говорится, и на столе не пусто, и съедят – не жалко. Не держать же мне впроголодь ни в чем не провинившихся слуг нашей гостьи.

В половине пятого к крыльцу подъехал экипаж. Довольно богатый, насколько я поняла. Возможно, потенциальная невеста для нашего графа.

О том, что Леонель собирается жениться, я уже слышала. Но очень хотела, чтобы это радостное событие произошло уже после того, как мой контракт закончится. Не хотелось бы каждый день смотреть на семейное счастье своего бывшего.

Миловидная блондинка прибыла в сопровождении молодой горничной. Я, как обычно, наблюдала из-за шторки.

Девица мне сразу показалась высокомерной. Холодно кивнула Эдварду и спровадила свою компаньонку в людскую. Кажется, дамочка из богатого дома, раз у них есть специальная комната для слуг. У нас же такой не было. Много ли места нужно для троих?

Горничная нашей гостьи скромно постучалась в дверь кухни.

– Привет, заходи, располагайся, – я указала на плетеный стул с мягкой подушечкой, – сейчас чай пить будем.

Девушка с удивлением рассматривала уютную кухню. Здесь с одной стороны было все под рукой, куча артефактов и гаджетов, разнообразная посуда, пучки трав и специй, а с другой – уютные стулья, мягкий диванчик с пледом. Кухня была больше похожа на рабочее место ведьмы-травницы, при этом все поверхности были кристально чистыми.

Девчушка, которую звали Вирта, сначала держалась настороженно, но уже через полчаса и пары кружек ароматного какао мы были лучшими подружками, обсуждали рецепты десертов и городские сплетни.

– Будет так здорово, если мисс Бинс и господин Этсби поженятся! – в восторге воскликнула Вирта. – Мы сможем чаще общаться. Ты намного веселее, чем наша старая кухарка Энн. И готовишь вкусно!

– Бинс? – глухо уточнила я, вспоминая единственную, кого я знала с такой фамилией.

Свою деканшу, которая так жестоко выставила меня из университетского общежития.

На следующий день у меня случился выходной. Событие для кухарки довольно редкое. Чем чаще отдыхаешь, тем меньше денег заработаешь, а мне надо копить.

Поэтому я решила брать полдня два раза в неделю. Сходить на шопинг или к подруге заглянуть. Семьи и близких друзей у меня не было, поэтому могла прожить без частых отлучек с работы.

Но эта вылазка в город была как нельзя кстати. С кем-то же надо поделиться полученной информацией. А заодно и план действий продумать.

Поэтому оставив завтрак на плите, я распрощалась с Эдвардом и упорхнула в свободную жизнь до вечера. И сразу же направилась в пекарню к Айле.

– Представляете мое удивление, когда я узнала, что Леонель пригласил родственницу миссис Бинс на чай? – возмущенно рассказывала я друзьям о внезапной гостье.

– Ну и что в этом такого? – удивилась Айла. – Девица у Бинсов на выданье. Она, кстати, внучкой приходится твоей бывшей деканше. А граф Этсби – прекрасная партия.

– И вам не кажется это странным?

– Дорогая, подозреваю, что скоро очередь выстроится за забором, чтобы почаевничать с вашим графинчиком! – отозвалась Кира, смешивающая красители для глазури. – Повидаешь еще и племянниц ректора, и кузин мэра.

– С чего бы? – ее брат бахнул в опасной близости противень с горячими кексами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.