Виктория Райн
Строптивая для бандита

Пролог.

Лира.

– Валиев, ты об этом ещё пожалеешь! Слышишь! Мерзкий уголовник, папа найдёт на тебя управу и ты подохнешь в тюрьме! Ненавижу! Скотина! – кричала брыкающаяся девушка, которую один из моих парней аккуратно держал за локоток и выводил следом за мной. – Отпусти кретин пустоголовый! Кому говорят! У меня останутся синяки на руках! Больно же! – шипела она словно дикая кошка и я не выдержал, обернулся.

– «Графиня», если ты продолжишь и дальше вести себя как торговка на базаре, поверь, отношение к тебе станет таким же, – приподняв бровь и выразительно заглянув в глаза строптивице, сухо сказал я и чуть прищурился.

Парни, что приехали со мной встали едва ли не по стойке смирно. Они давно работают на меня и точно знают, когда следует заткнуться. Только вот этой истеричке такому ещё предстоит научиться, а иначе я сам закрою ей рот. Но вот, как и чем я это сделаю, будет зависеть от её дальнейшего поведения.

Моё пристальное внимание к её приоткрытым розовым губам, вызвало в девушке мгновенный ступор. Слова, брошенные мной с лёгкой угрозой, возымели эффект, и она тут же перестала издавать раздражающие звуки, но при этом гордо вскинула голову.

– Я пойду сама. Отпустите, – сменив маску истерички и вернувшись к образу светской дамы, надменно попросила она.

Медленно моргнув, дал добро на свободное передвижение пленницы и развернувшись покинул дом её отца. Моё личное присутствие при всём этом действе должно возыметь эффект.  Не прислал сюда своих бойцов, а пришёл и сам забрал у Графа самое дорогое. Это не только должно направить его на путь истинный, но и заставить быстрее сдать крысу, что так качественно пыталась меня слить.

Мой начальник охраны навёл бы здесь шороха, стоило только отдать приказ. Его появление в этом доме без меня, вряд ли обошлось бы мирными переговорами. Один лишь мой взгляд может пригвоздить к месту любого из этих людей, не говоря уже о предотвращении стрельбы и крови. Я глава этой своры преданных, но жаждущих расправы псов, и только мне под силу ими управлять.

Глава 1.

Руслан.

Проблемы с полицией, которые мне организовали совсем недавно за счёт Абрамова, лишь едва ощутимо пошатнули мой авторитет. Но кому-то этот случай позволил думать, что меня можно легко заменить. Как же они ошибались. Ведь я за короткий срок нашёл в своём окружении всех крыс, которых мне умудрились подсунуть и расправился с ними одним махом. Сократив прихлебателей в трое, окружил себя лишь верными людьми и надёжными партнёрами. Самым удивительным в этой ситуации стало участие в моём деле предпринимателя с громкой фамилией Граф. Степан Алексеевич был директором крупной строительной фирмы, а также имел акции в половине предприятиях нашего города.

– Наш пострел везде поспел, – вырвалось у меня, когда я читал досье на Графа, что мне собрали парни. Сидя за дубовым столом и потягивая виски.

Вдовец, второй раз женат не был. Имеет на содержании молодую любовницу, едва ли не ровесницу его единственной дочери. Кстати, о ней. Красивая блондинка, звезда местных модных показов и тусовок.

Я неоднократно видел её у себя в клубе, но ни разу она не упивалась в хлам или что-то в этом роде. Выходила строго на своих двоих и редко в чьей-то компании. Девушка не замужем, детей нет. В её ухажёрах числятся все мажоры города, но ни с кем из них она в как таковых отношениях не состояла.

Рабочий стол был завален документами и разного рода отчётами. Единственным, что сильно выбивалось на фоне многочисленных бело-чёрных листов бумаги – распечатка нескольких фотографий Лиры Граф. Я откинулся на спинку добротного кресла и взял их в руки. На одном из них девушка стояла в эффектном красном платье, только оттанцевав жаркое танго с пи**стически зализанным и одетым в трико партнёром.

Глаза сияют, на губах играет улыбка победительницы, голова гордо поднята и всем своим видом словно кидает вызов судьям. На лбу лёгкая испарина, а партнёр косится на её вздымающуюся грудь. Следующий снимок и на нём она вышагивает по местному подиуму в доме мод.

Одета в довольно скучный на первый взгляд классический костюм, но на юбке отчётливо виден глубокий разрез. Он уходит под жакет, благодаря которому кружевные чулки и подвязки в самом выгодном свете выставлены всем на обозрение. Эта деталь в её одеянии единственное, на что я обратил внимание и залип на несколько долгих секунд.

– Хм. Моя кровь начинает вскипать только от созерцания картинки, что же будет при более близком знакомстве? Теперь я просто обязан проверить, так ли ты горяча на самом деле, – сузив глаза сказал я в пустоту кабинета, а член в штанах дёрнулся в ожидании скорой встречи.

Положив распечатку поверх стопки бумаг, собранных по моей просьбе, задумался. По всему выходило, что Граф и является тем самым зачинщиком внезапно образовавшихся проблем. Но, мы с ним лично никогда не пересекались, с чего вдруг он воспылал жаждой от меня избавиться? Насколько я знаю «налог» Степан Алексеевич платит всегда и без лишних проблем. В сомнительных компаниях не замечен. «Чистый» мужик, умеющий делать деньги.

Убрав в сторону фотографии девушки, я взял в руки последний отчёт. Вот финансовый перевод на имя Вадима Фром. Тут же распечатка встреч моего бывшего сотрудника с правоохранительными органами, которого якобы поймали с наркотой. Чистосердечное признание Вадима о том, что он толкал дурь в моём клубе и, по-моему, же приказу.

– Всё слишком гладко, – взлохматил волосы и выдохнул я. – Где-то здесь, должно быть, ещё одно действующее лицо. То самое, что всё это провернуло и мастерски подвело к Графу. Только где? – в очередной раз задал я вопрос себе и взглянув на циферблат часов, понял, почему голова перестаёт соображать. Стрелки неожиданно для меня показывали четыре утра.  – Пора идти на боковую.

Из-за того, что владею ночным клубом, я давно превратился в сову. Пять часов сна и вот я уже вновь у руля. Хотя даже эта роскошь со мной случается нечасто. Это первый нормальный сон за последние две недели. Мне пришлось задействовать все свои силы и возможности, чтобы не упустить ту власть, которую я имею.

Кто-то знатно копал под меня, пытаясь найти повод избавиться. Причём не нанял хорошего стрелка, чтобы одной пулей убрать неугодного «Короля» с пути, а хотел подвести под гаденькую статью. Лет так на двадцать, причём в не самой благополучной колонии и со статьёй, которая мне не сильно страшна, но довольно неприятна.

Сидеть половину жизни в тюрьме я был не готов. Тем более, не за свои грехи, а за чужие. Поэтому уже просто валился с ног от усталости, а в голове всё ещё не выстроилась логическая цепочка из тел, которые скоро окажутся далеко и глубоко в лесу.

Лира.

Мы с папой сидели за столом и чинно ужинали, обсуждая то, как прошёл день и мои новые идеи по улучшению сада. Я едва не подавилась креветкой, когда в наш дом вошли люди с оружием в руках.

– Что вы себе позволяете, и кто пустил вас в дом?! – подскочил со стула отец и тот с грохотом упал на пол.

– Я оторвал вас от ужина, – сверкнув чернотой глаз мужчина в дорогом чёрном костюме, от одного его взгляда по коже прошёл табун мурашек, а затылок обдало холодом. Думаю, именно такие чувства вызвала бы случайная встреча с волком в лесу. Ты на подсознательном уровне чувствуешь опасность и всё, что тебе остаётся – замереть, не делать резких движений и не провоцировать хищника на бросок вперёд. Может, так ты выиграешь время и тебя не сожрут в тот же миг.

– Приятного аппетита, – ухмыляясь сказал мужчина, а мой слух уловил лёгкую хрипотцу и уверенный баритон с нотками властности. – У меня к вам есть пара вопросов, которые хотелось бы прояснить, – подойдя к столу, он выдвинул один из свободных стульев и поставив в удобном для себя положении.

Лицом к нам, не выпуская нас из поля зрения и спиной к своим людям, что словно верные псы стояли за ней, держа оружие наготове, этот опасный человек сел, демонстративно закинув ногу на ногу.

– Валиев? Ты что о себе возомнил?! – шагнул к нему мой отец.

– Степан Алексеевич, вы присядьте, – он небрежно указал глазами на упавший позади папы стул. – Разговор нас ждёт серьёзный и безотлагательный, – довольно сухо и нетерпимо оборвал на полуслове папу наш внезапный гость. Вальяжно откинулся на спинку стула, словно он никуда не торопится и является хозяином положения.  – Мне безумно интересно, когда я успел вам серьёзно насолить? Да так, что вы рьяно бросились поддерживать моих врагов во всех начинаниях. Спонсировать, фальсифицировать, рыть яму налаженному ритму жизни и бизнесу, а после стоять с невинным лицом не стесняясь собственной дочери, – сузив глаза проговорил владелец популярного в городе ночного клуба.

– Руслан, о чём речь? Без приглашения ввалился в мой дом, предъявляешь какие-то претензии, я понятия не имею о том, в чём ты меня обвиняешь! – недоумевал мой родитель и по всей его мимике он действительно не в курсе всего о чём его спрашивает бандит.

– Вы не стесняйтесь, присаживайтесь. У нас по-видимому вот-вот начнётся сеанс восстановления пробелов в памяти, – достал из кармана сигарету и демонстративно подкурив её, проговорил Валиев.

– Как ты смеешь врываться в мой дом и вести себя как свинья?! У нас не курят!!! – перешёл на крик и кинулся к нему папа.

– Раз вы не хотите вести цивилизованный диалог, – выдохнув сигаретный дым, сказал нахальный гость. – Можем продолжить и в других, менее комфортных условиях, – сузил глаза Валиев. – Меня очень, – выделив это слово будто для маленьких детей, – интересует один вопрос. Кто вам помогал? Хотя нет, не так. Кто стоит за вашей спиной и пытается посадить меня? – вновь затяжка и демонстративные колечки, созданные из никотиновых паров, а после он нагло стряхивает пепел на пол.

– Убирайся прочь! – взревела я и запустила в Валиева рядом стоящий стакан из-под сока. Не знаю, что именно послужило спусковым крючком, скорее всего, тот самый злополучный пепел, но мозг сработал за долю секунды и выдал, что выдал.

Что могу сказать, у этого подонка реакция гепарда, не иначе. Мало того, что он увернулся, так ещё и неуловимым жестом дал команду своим людям и те просто в одно мгновенье завернули мне руки и едва не уложили лицом в салат, который я ела пару минут назад. Отца от порыва дать в морду незваному гостю остановили рядом стоящие ребята из охраны Валиева, которые сразу же оказались возле него, но силу пока не применяли.

– Отпустите! – прошипела я словно кошка и дёрнулась в руках бандитов. По-другому шайку, окружающую «Теневого короля» – как за глаза называют смотрящего за нашим городом – Валиева, не назовёшь.

– Я не понимаю о чём ты, – отец обеспокоенно заглянул в мои глаза, сразу после того, как амбалы всё же выпустили из жёсткого захвата мои руки, но как истуканы замерли позади меня, готовые в секунду предотвратить повторное нападение на «любимого» предводителя. –  Мне некогда возиться с такими, как ты. Своих дел по горло, – поняв тщетность действий в сторону незваного гостя, папа не сопротивлялся, но всем своим видом и голосом показывал, насколько ему неприятен человек перед ним.

– Хорошо, – неожиданно согласился мужчина и поднялся со стула. – У вас до завтра есть время подумать, – сделав пару шагов в направлении стола, он просто бросил окурок в один из бокалов. –  Берите девчонку, – дал отмашку своим псам и те, что всё ещё стояли за моей спиной, тут же ухватили меня под локти.

– Папа! – крикнула я видя, как он ринулся ко мне, но ему заломили руки два других прихвостня. – Я никуда с вами не пойду! Отпустите! – стала брыкаться и, вырвав руку у одного из пленителей, залепила пощёчину тому, что тащил меня с другой стороны к этому ужасному человеку.

– Степан Алексеевич, ваша дочь будет почётным гостем в моём доме и ни один волосок не упадёт с её головы. Но… – Валиев сделал театральную паузу. – Это возможно только в том случае, если ваша память восстановится, выдаст имя предателя и главное, в отсутствии полиции. Мы ведь оба знаем, что я так добр лишь в единичных случаях, – сузив свои чёрные глаза и выразительно приподняв бровь проговорил мужчина. – Я сегодня добрый, поэтому у вас будет трое суток, вместо одних – и, не обращая больше на отца внимание, вышел из столовой.

Меня же придерживая за локоть вёл всё же только один из сопровождающих бандита, чуть придавливая руку, когда я начинала противиться.

– Валиев, ты об этом ещё пожалеешь! Слышишь! Мерзкий уголовник, папа найдёт на тебя управу, и ты подохнешь в тюрьме! Ненавижу! Скотина! – кричала я в спину этому гаду. – Отпусти кретин пустоголовый! Кому говорят! У меня останутся синяки на руках! Больно же! – закричала я на моего сопровождающего, когда он впился пальцами в кожу, заставляя двигаться дальше.

– Графиня, – издевательски исковеркал Валиев мою фамилию, превратив её в прозвище, – Если ты продолжишь вести себя как торговка на базаре, поверь отношение к тебе станет таким же, – его темно-карие глаза сурово впились в меня и словно пробрались в самую душу. Схватив её и заставив трястись от ужаса.

– Я пойду сама. Отпустите, – прочистив горло ответила я моему пленителю скрывая за прямой спиной и гордо поднятой головой свой дичайший страх.

Про Валиева и его тёмные делишки в городе не знал только слепой или глухой. И те, скорее всего, на него же и работали, собирая подаяние, да складывая всё это в его кошелёк. Бандит, бывший боец без правил и нынешний «Теневой король» города. Как там принято говорить у блатных – смотрящий. Всё подпольное и запрещённое принадлежит ему.

Буквально несколько недель назад штормило не только все его владения, но и самого всесильного Валиева. Потому что его кто-то очень качественно и нагло хотел сместить с занимаемой должности и отобрать имеющуюся власть. Странно, но ему удалось устоять на ногах и не потерять то, что он имеет.

Насколько мне известно ему пытались приписать торговлю и распространение наркотиков в клубе, провели обыски во всех его владениях, но Валиев умудрился выйти сухим из воды.

Откуда я всё это знаю? Всё просто, я как будущий владелец всего папиного имущества держала руку на пульсе и старалась следить за происходящим не только в делах отца, но и в переделе теневой власти города.

Жаль, конечно, что для родителя я всё ещё была маленькой девочкой, которую стоит наряжать в платьица и сдувать пылинки, но это не мешало мне совать нос в его дела с завидным постоянством.

Стараясь не разочаровывать единственного близкого человека, я успешно ему подыгрывала, но уже несколько лет тайно перепроверяла его документы и сделки по бизнесу. «Предупреждён – значит вооружён». Так, мне пару раз удалось найти изъяны в договоре о поставке сырья на новый строящийся объект и не потерять деньги, которые с таким трудом были однажды заработаны.

Глава 2.

Лира.

На негнущихся ногах усердно пытаясь изобразить довольно уверенную походку и не показать своего страха, я прошла следом за Валиевым к чёрному тонированному внедорожнику. После кинутых мне в лицо угроз он словно потерял ко мне всяческий интерес. Молча, совершенно не замечая моего присутствия рядом сел на заднее сидение и тут же взял в руки какие-то бумаги, что лежали в чёрной кожаной, как и салон машины папке.

– Хам, – фыркнула я, поняв, что Валиев даже не задумался о том, чтобы придержать для меня дверь автомобиля. – Хотя что ещё от такого ожидать. Быдло бандитское, не знающее ни манер, ни нормального общения! – бурчала я, обходя тонированный и, наверное, бронированный «Мерс», с другой стороны.

Возмущение на пару секунд отодвинуло страх и развязало язык. Ещё бы, этот гад захлопнул дверцу едва не перед моим носом, давая понять, что мне не в эту дверь, а может, и вовсе во второй автомобиль к его головорезам. Но сопровождающий меня охранник взял за локоток и обойдя машину сзади привёл всё же к Валиеву.

Дёрнула ручку и хотела сама открыть дверь, но то ли нервное напряжение сыграло со мной злую шутку, то ли кто-то решил поиздеваться и заблокировал её, но она не поддалась. Зато, когда за неё взялся один из бандитов она спокойно и плавно отворилась.

Моя реплика в сторону предводителя этой не самой законопослушной братии вроде осталась не замеченной тем, кому адресовалась, поэтому молча села в машину и отвернулась к окну. Не привлекая к себе лишнего внимания, выдохнула, стараясь взять свои эмоции под контроль и плавно откинулась на спинку кожаного сидения.

Осторожно вдохнула, едва не повторяя дыхательную гимнастику йогов, но лёгкие тут же заполнил терпкий аромат кожаного салона и мужского одеколона, внезапно обрушившегося на мою голову пленителя.

«Мои любимые», – в голове тут же взорвался фейерверк удовольствия. Хотелось обернуться и принюхаться, так словно идёшь по улице и чувствуешь манящий аромат выпечки. Ты вроде и не голоден, но слепо идёшь на запах, а потом покупаешь ещё горячую булочку и впиваешься в неё зубами, едва заплатив за неё.

Обоняние тут же различило апельсин, горечь грейпфрута, свежесть мяты с белым деревом, кожей и пачули.

«Миллион от Пака Рабан», –  невольно прикрыла глаза, наслаждаясь дразнящим рецепторы запахом.

Пару лет назад я дарила такой парфюм папе на день рождения, но флакон, к моему сожалению, остался не тронутым. Он предпочитал более резкие запахи с тяжёлым шлейфом. Поэтому просто изредка приходила к нему в комнату и, прыснув себе на запястье с маниакальным наслаждением, нюхала любимый мужской аромат. Кто же знал, что Валиев предпочитает именно эту марку парфюма.

«Странно, что я не почувствовала любимый запах ещё дома. Хотя ничего удивительного, там было столько народа, что в той какофонии «ароматов» я бы и запах гари не учуяла», – промелькнула мысль, но я старательно отогнала её прочь.

Решив не акцентировать больше внимание на похитившем меня из собственного жилища бандите, уткнулась носом почти в самое стекло. Сквозь тонированное до черноты окно наблюдала за проплывающими мимо машинами и пейзажами.

Для меня стало удивительным то, что дом Валиева находится в центре города недалеко от реки. По соседству стояли не самые шикарные жилища частного сектора. Словно арабские небоскрёбы его трёхэтажный коттедж возвышался над всем окружающим пейзажем. Совсем недавно едва ли не у ворот Валиева сделали развилку с находящегося в непосредственной близости моста.

«Там, наверное, ужасно много комаров и шума, – скривилась я, от перспективы быть искусанной и не выспавшейся. – Хотя в тёмном подземелье или специально оборудованной пыточной, мне однозначно не стоит бояться обычных насекомых. Здесь живёт зверь явно более страшный и зубастый».

Я за проделанный путь пыталась убедить себя в том, что Валиев не причинит мне вреда. Ему это слишком невыгодно, ведь в таком случае папа бросит все силы и деньги на его медленную и мучительную смерть. Я его единственный ребёнок и он не оставит безнаказанной такую выходку. Немного успокоилась от этих дум, и только волнение за отца не оставляло меня до пункта назначения.

За размышлениями не заметила, как мы уже подъехали к высокому забору, который был выкован из прочного даже на вид железа. В разные стороны от ворот расходилась кирпичная кладка, высота которой достигала примерно три метра.

Такой захочешь перемахнуть, да не сможешь. Ворота открылись, и наш автомобиль плавно въехал во двор. Вторая машина, сопровождавшая нас, припарковалась рядом. Большая парковка как минимум на пять машин и обособленный, внушающий уважение дом не вызывали отторжения и не ассоциировались с бандитским убежищем.

Мой пленитель, не обращая на меня внимания, вышел из автомобиля и уверенной походкой направился в дом. Мне же открыл дверь и даже подал руку, кто-то из прихвостней Руслана, пытаясь проявить галантность. С гордо поднятой головой я приняла помощь и, встав рядом с автомобилем, огляделась.

Валиев уже скрылся в доме и как ни странно, меня никто не торопил идти следом. Вдохнув глоток на удивление свежего воздуха, я огляделась. Газон был ровно подстрижен, а недалеко от окон первого этажа росли несколько кустов роз. Создавалось впечатление, что к ландшафту приложил руку мастер своего дела, умело сочетав мужскую харизму и яркие детали.

«А что собственно ты ожидала увидеть? – сбросила сама себя. – Гаражный кооператив или заброшенную лачугу? Он владелец нескольких ночных клубов, это не считая прочих не слишком чистых делишек. Деньги у него явно имеются».

Пока я вела мысленный диалог сама с собой меня в очередной раз взяли под локоток, давая понять, что я тут задержалась. Дёрнув руку из захвата, я пошла в ту же сторону, куда недавно ушёл мой пленитель.

– Руслан Рахимович просил вас проводить в одну из гостевых комнат. Вы будете под домашним арестом, но в качестве почётной гостьи, – проговорил мне амбал, что пытался вести меня силой.

– Как вас зовут? – повернув к нему голову, спросила я.

– Константин, – представился мужчина.

– Ведите, только без рук. Раз я гостья в этом доме, то обещаю, что не буду сопротивляться, – гордо вскинув подбородок ответила ему, всем своим видом показывая, что условия проживания и плен не могут сломить моей воли.

Руслан.

Эта богатенькая фифа сумела меня удивить. Ни истерик, ни попыток кинуться и придушить меня прямо в машине. Идеально ровная спина и царственный взгляд серых глаз, говорящий о том, что я лишь пыль с подошвы её «хрустальных туфелек».

«Куда уж нам обычным парням, выбившимся в люди, за счёт кулаков и Дурости. По-другому не назовёшь отсидку по малолетке за массовую драку», – хмыкнул про себя, искоса поглядывая на её тонкую шею, слегка смуглую кожу, спрятанную под белым жакетом, что был на ней надет.

Едва сев в машину девушка демонстративно отвернулась к окну и дала возможность рассмотреть её получше. Сам не понял, зачем посадил её в свою машину, а не отправил с парнями из охраны. Обычно такие порывы мне несвойственны.

Пока «Графиня» молча сидела рядом и не подавала признаков историки, я  искоса поглядывал на неё. В моей жизни было много женщин, разных возрастов и состоятельности, но мало кто из них был настолько "породистым". Как говорят: кровь не водица. Это однозначно про Лиру.

В аккуратных мочках ушей сверкали бриллианты, чётко выраженная линия скул и подбородка. Словно скульптор, лепивший профиль, старался убрать излишнюю мягкость и подчеркнуть аристократичность резкими линиями. Кожа идеально ровная без единого изъяна.

«На ощупь она, наверное, нежная словно бархат» – подсказал внутренний голос. Кончики пальцев закололо от желания к ним прикоснуться, но я одёрнул себя и уткнулся в документы, пытаясь сосредоточиться на буквах, но глаза словно магнитом притягивало к загадочной девушке. «Графиня» на поверку оказалась не настолько глупой, чтобы вывести меня из себя, чем невольно и привлекла внимание.

Курносый, чуть вздёрнутый нос и пухлые губы, на которых был едва заметный блеск. То ли совсем недавно она прошлась по ним языком, то ли имеет в арсенале настолько стойкую косметику.

Пушистые опахала ресниц и такие же тёмные брови вразлёт. Светло-русые волосы, которые больше назовёшь пшеничным блондом, чем обычным русым цветом. Я ждал, когда она начнёт задавать вопросы о том, куда и в качестве кого её везут, но нет. Девушка молчала, чем невольно вызывала лёгкую смесь уважения и раздражения.

– Посмотрим, настолько ли ты холодна как пытаешься мне показать, – ухмыльнулся я и вышел из машины, когда мы, наконец, приехали в мой дом. Поднимаясь по лестнице отдал приказ разместить гостью с удобством и тут же ушёл в кабинет.

Едва я сел в кресло и включил камеры наблюдения, расставленные по всему дому, как раздалась трель телефона. Звонил один из парней, которых я оставил с отцом девчонки на «всякий случай». Сейчас, когда у меня только прошли сейсмические активности под жопой, я не имел права пускать всё на самотёк и дать Графу связаться с ментами.

– Руслан Рахимович, Степану Алексеевичу стало плохо, – едва я принял входящий, сказал мне звонивший.

– Что произошло?

– У него случился сердечный приступ. Мы вызвали скорую из нашей больнички. Едем за ним.

– Блядь, только этого мне не хватало! – выругался я, отдав приказ охранять пациента. – О его самочувствии и заключении врачей сообщать незамедлительно! – взлохматил волосы понимая, что всё прошло не так гладко, как я того хотел.

Отключил входящий и устремил взгляд в экран монитора. Там транслировались все комнаты, но рука сама потянулась к мышке и включила камеру, что размещалась в одной из гостевых спален.  В ней сейчас находилась моя временная заложница, которая с опаской вошла в её новое пристанище.  Откинувшись в кресле и развернув картинку на весь экран, я стал с интересом наблюдать за девочкой.

Едва за её спиной захлопнулась дверь, она вздрогнула, но не кинулась биться в истерике и пытаться выбить её с разбега.  С жадностью вглядывался в её мимику и жесты, ожидая дальнейших действий.

– Лира, это прям несерьёзно! – едва не хохотнул я, глядя на то, как она кинулась к панорамному окну, что выходило на берег реки. Вернее, на лес, росший вдоль него. – Мой дом, моя крепость. Неужели ты думаешь, я настолько глуп, что оставил тебе возможность сбежать? – фыркнул вслух.

Распахнув двери, что вели на небольшой балкон, она вышла на него. Я подался вперёд переключив камеру на ту, что находилась во дворе и стал наблюдать дальше. Вот она оглядела открывшийся вид, перегнулась через перила, а после кивнула каким-то своим мыслям и вернулась в комнату.

Следующим действием она проверила второе окно. За ним не было балкона и открывалось оно лишь на проветривание.  С него открывался классный вид на мост и прилегающие территории. Эмоционально стукнув кулаком по руке, она стала расхаживать вперёд-назад, явно размышляя над сложившейся ситуацией.

Когда у меня самого едва не закружилась голова от её стремительных перемещений девушка остановилась. Спустя пару мгновений развернулась и с интересом разглядывала представшую перед ней кровать.

Большое дубовое ложе, по-другому эту махину не назовёшь. Сев на краешек постели и едва не попрыгав, проверяя её на прочность девушка откинулась на спину, расставив руки в стороны. Её грудь часто вздымалась, а глаза смотрели в потолок.

– Вот такой тигрицей, запертой в клетке, ты нравишься мне намного больше, – ухмыльнулся своим мыслям я.

Глава 3.

Лира.

Комната, в которую меня привели, оказалась довольно просторной, и я бы даже сказала уютной. Светло-бежевые обои, мягкого песочного цвета шторы и ковёр с длинным ворсом под ногами. Посредине стояла большая кровать из дерева, напротив и сбоку были два больших панорамных окна.

К одному из них я рванула в желании отыскать лазейку для возможного побега. Распахнув створку тут же оказалась на небольшом балконе и едва не ликовала, что он не застеклён. Но пункт охраны, что располагался прямо напротив него и кусты тех самых роз под ним, что были мной примечены ещё при въезде во двор стёрли с лица довольную улыбку.

– Почему папа не дал мне записаться на курсы самообороны или какого-то скалолазания? – шёпотом выдохнула я.

В годы пубертатного периода я всё время пыталась заменить папе сына, которого он, как и все мужчины, страстно хотел. Но на все мои просьбы о чём-то довольно рискованном или на корню уничтожающем женственность всегда получала жёсткий отказ.

– Ты девочка. Тебе разбитое лицо с кучей шрамов совершенно противопоказано, – отвечал отец на мои просьбы заняться боксом или карате.

– С такими умениями я могла бы попробовать сбежать, но всё, что мне остаётся теперь – сидеть словно принцесса в башне, охраняемая злым драконом и его приспешниками.

Из небольшого  одноэтажного строения напротив, вышел и помахал мне Константин.

– Тебя мне ещё не хватало, – плюнула я в сердцах и вернулась в комнату, перестав любоваться красотами, что были видны с высоты второго этажа.

Решила проверить заодно и второе окно, вдруг именно там есть возможность покинуть дом Валиева. Но, окна открывались лишь наполовину, а за ними простирался двор с машинами и вид на панорамы города.

Психанув просто рухнула на кровать, обдумывая ситуацию, в которой я оказалась и как из неё выбраться. Телефон остался дома, на мне единственная одежда и полное отсутствие сменного белья вызывало раздражение. Если я здесь надолго, то мне нужны хотя бы элементарные средства гигиены.

– Гадство, – выдохнула, понимая, что раз мне тут как минимум ночевать, то без этого атрибута я жить не готова.

Повернула голову вправо и обнаружила дверь. Приняв сидячее положение, решила исследовать и эту часть моей тюрьмы. За ней оказалась ванная комната. Я была удивлена, что оформление её совпадало с тем, что имелось в моей спальне в нашем с отцом доме. Обожаю это ощущение, словно ты попал в одно из курортных бунгало острова Сейшелл, поэтому и оборудовала ванну в таком экстравагантном стиле.

В шкафчике я нашла набор запасных гигиенических принадлежностей. Выдохнув, что всё же мне не придётся выпрашивать настолько элементарные вещи, пришла к выводу, что Валиев верен своим словам и несмотря на плен, проживать в его доме я буду как гостья.

– Милая, ты должна радоваться, что тебя не заперли в мрачном подвале с кучей крыс или пыточной, оборудованной всяческими атрибутами для этого. Здесь хотя бы есть вода и прочие блага цивилизации, – проговорила я, глядя на себя в зеркало.

В душе зрело беспокойство за папу. Как он там? Не наделает ли глупостей? Сердце было не на месте, поэтому я тут же направилась к двери, но она оказалась заперта. Дёрнув её ещё раз для верности, стала стучать по ней ладонью. На стук так никто и не пришёл, поэтому я вышла на балкон и позвала по имени единственного представившегося охранника.

– Чего кричишь «Рапунцель»? У тебя не настолько длинные косы, чтобы я мог по ним забраться, – усмехнувшись отозвался на мой крик охранник.

– Очень смешно! Тебе нужно работать не на главного бандита города, – махнула я рукой на двор вокруг дома Валиева, – а в «Камеди клаб» выступать! Мне нужен мой телефон или дайте другой, я хочу позвонить отцу, – крикнула мужчине, поставив ладони на перила балкона.

– Руслан Рахимович запретил давать вам средства связи, – категорично ответил он мне и с него тут же слетела вся напускная весёлость.

– Где ваш босс? Я хочу поговорить с ним, – крикнула в ответ, не давая уйти охраннику обратно в здание. Хорошо, что на улице разгар лета и можно было стоять тут хоть до завтрашнего утра, не боясь простудиться.

– Его нет, вы встретитесь вечером за ужином, – ответил мне Константин и всё же ушёл.

В сердцах стукнув по перилам рукой и ничего не добившись вернулась в комнату. Походив из угла в угол, не придумала ничего лучше, чем сесть на диван, что стоял вдоль окон, выходящих на город и, стала просто смотреть на бесконечный поток транспорта и пассажиров, которые то приезжали, то уезжали с остановки.

Жаль и тут меня не хватило надолго. Поняв, что заняться мне совершенно нечем просто легла на кровать и, свернувшись в позу эмбриона, постаралась заснуть.

– Может, так этот день быстрее закончится?  – выдохнула закрывая глаза и расслабляясь.

Руслан.

С интересом наблюдал за действиями моей «гостьи» и понял свою оплошность. В её комнате нет даже простенького телевизора. Стал соображать, чем ещё можно заняться, сидя в четырёх стенах молодой и современной девушке, не вышивать же крестиком как в Средние века. Набрал номер одного из своих людей и попросил приобрести полку для книг и небольшую плазму.

– Вечером во время ужина и поставят, – закончил разговор и пошёл разгребать очередное дерьмо, которое мне организовали местные гопники с перестрелкой и погоней.

Перед этим узнал о состоянии её отца и получив ответ о том, что он всё ещё в реанимации уехал наводить порядки в своих «владениях».

Глава 4.

Руслан.

Едва вернувшись с разборок, на которые мне пришлось выехать лично, сразу же спросил у Кости о том, как разместилась и поживает наша «гостья». Не знаю почему, но для меня оказалось это таким же нормальным, как спросить у кухарки, что у нас на ужин.

Ответ Константина меня несказанно радовал. Ни истерик, ни сломанной мебели пока не было.

– Меня удивляет её спокойствие. Другая билась бы в истерике, попыталась сбежать или причинить себе вред на худой конец, Лира же не выдаёт ни одной из этих эмоций. Или ждёт, что её заберут уже сегодня, либо что-то замышляет и старается заранее подготовить для этого благодатную почву, – задумчиво проговорил я своему начальнику охраны и по совместительству правой руке в «бизнесе».

– Всё это мне напоминает старенький советский фильм, «Кавказская пленница». Помнишь такой? – выдал Кос.

– Там девушку всего лишь замуж выдать хотели. У нас же другая цель. Хотя условия для «пленницы» и впрямь краше некуда, – сев в кресло я вновь включил камеры наблюдения и на экране отобразилась спящая, свернувшаяся в клубочек девушка.

– Главное, чтобы нам как в том фильме никто потом за неё мстить не надумал, – хохотнул мой начальник охраны. – Соль в заднице может знатно подпортить репутацию.

– Считаешь соль в заду, проблема серьёзнее обычной пули в лоб? – поднял брови, удивляясь его логике. – Некому это сделать. Отец в больнице, матери уже несколько лет нет в живых. Хотя было бы весело. Разборок на фоне украденных невест у меня ещё не было, – сам не заметил, как у меня дёрнулся уголок губ в подобии улыбки.

– Телик и полки уже доставили. Я проверил, можем ставить, – тут же перевёл тему Константин.

– Устанавливайте, – махнул я рукой и поднявшись пошёл в сторону временного жилища «Графини».

Осторожно открыв дверь, вошёл. Стараясь не шуметь, оглянулся и решил разместиться на диване.  Откинувшись на его спинку невольно, стал разглядывать спящую девушку.

«Красивая», – пронеслось в мыслях, но я отмахнулся едва не прокручивая череду невероятно привлекательных женщин, желающих скрасить мой досуг.

Лёгкий макияж, без претензий на вульгарность. Пухлые губы, явно свои, а не это безобразие, что так любят творить с собой молодые охотницы за туго набитым кошельком. Тонкие пальчики, что так по-детски сейчас лежат под щекой. Пушистые ресницы, которые тут же задрожали, и она сонно моргнула, а после открыла глаза. Недоверчиво оглядела обстановку, видимо, не сразу поняв, где находится и обернулась ко мне.

– Что ты тут делаешь? – хрипло спросила она, увидев меня в обозримом пространстве.

От всего этого зрелища мне внезапно захотелось прижать девушку к себе, впиться в такой манящий рот и уложив на простыни заставить стонать так, чтобы воздух гудел от нашей обоюдной страсти. Входить в податливое тело, срывая и выпивая её стоны наслаждения. Не только брать, но и дарить этой девочке удовольствие, чтобы комнату наполняли жаркие шлепки наших тел и на пике страсти Лира выкрикивала именно моё имя.

– Пришёл пригласить тебя на ужин, – голос охрип от картинки, что всё ещё стояла перед глазами. Пришлось прочистить горло и усилием воли прогнать из головы образы нашего безудержного секса.

– С тобой?! – вскинула она свои брови и посмотрела словно на букашку у её ног. – Убийцей, бандитом и похитителем?! Что ты о себе возомнил?! – выплюнула она с дерзким вызовом и горящими от ненависти глазами.

Медленно, тягуче встал, так чтобы она почувствовала весь уровень моего недовольства и опасности, которую только что навлекла на свою голову. Впился глазами в её стальные и шагнул вперёд, не разрывая зрительного контакта.

– Пока, – сделал акцент на это слово. – Только пока, ты находишься в этом доме в роли гостьи, – мне даже не нужно было подходить на близкое расстояние, чтобы она почувствовала себя неловко. Девушка сидела на постели, и я в силу того, что стоял рядом возвышался над ней монолитной чёрной скалой. – Не советую вести себя подобным образом, иначе условия в которых ты здесь существуешь, могут резко измениться, – холодно проговорил я, стоя всего в шаге от неё.

– Засунь себе это долбанное гостеприимство в задницу! – подскочила словно ужаленная с постели. Видимо, ощущения, которые я вызывал на таком расстоянии, не нравились Графине. –  Такие как ты лишь заноза под ногтем у честных предпринимателей вроде моего отца! – на эмоциях выпалила девчонка и сделала шаг вперёд, оказавшись едва ли не нос к носу со мной.

Её дыхание коснулось моих губ, и я молниеносно схватил девчонку за шею, впиваясь в сладкий рот, который ещё секунду назад сыпал в мою сторону проклятья, а теперь находился в моей власти. Как голодный зверь я лизнул верхнюю губу прикусывая, резко выпустил её и тут же ухватил за нижнюю не жалея, не нежничая. Опешив от случившегося, она приоткрыла рот, а я ворвался в него своим языком.

В какой-то дикой жажде я готов был сожрать эти нежные губы полностью, атаковал язык девушки вынуждая ответить на поцелуй. Сначала её кулачки пару раз стукнули меня в грудь, давая понять, что Лира не согласна с тем, что происходит между нами. Но через пару ударов сердца она сдалась и, прекратив сопротивление, ответила на мой поцелуй.

Почувствовав её отклик я словно не видевший ранее женского тела, неандерталец стал ощупывать тело девушки, что оказалось в моих руках.

Внутри разгорался пожар, а член уже просился наружу, желая насадить на него эту «горячую штучку». Округлая попка так приятно ощущалась в ладони, что я, не сдержавшись, сжал её ещё сильнее.

Притянул Графиню к себе настолько близко, что моя эрекция показала себя во всей красе. В этот же момент Лира болезненно и, похоже, до крови прикусила мою губу, а после дёрнувшись разорвала наш контакт.

– Козёл! – выпалила она, начав активно сопротивляться и дёргаться в объятиях, словно выброшенная на берег рыба.

Разжал руки, удерживающие добычу и посмотрел прямо в её серые глаза. Видел в них затихающий туман страсти, который превратился во что-то более яростное. Руку, поднятую для пощёчины, поймал на лету и дёрнув её на себя, впечатал в грудь.

– В обычной жизни, ты словно замороженная рыба, – аккуратно отодвинул упавший на лоб локон волос. – Холодная, неприступная и неживая. Может, стоит кинуть тебя на сковородку и хорошенечко прожарить? – оскалился в улыбке, от которой она едва не отшатнулась. – И когда с тебя, наконец, слетит эта высокомерность и спесь, ты покажешь мне свою настоящую горячую натуру? – Лира нервно облизнула нижнюю губу и шумно выдохнула.

– Пошёл ты! Никогда слышишь?! Никогда не смей больше ко мне прикасаться! – прошипела она в ответ.

– Ужин через полчаса. Не придёшь, останешься голодной, – слегка оттолкнув от себя девушку, я развернулся и походкой победителя пошёл на выход из её временного пристанища.

Ожидал, что девушка попытается напасть со спины, в конечном счёте запустит в меня подушкой, но на удивление я покинул комнату без происшествий. Лира проводила меня гробовым молчанием.

Глава 4.1.

Лира.

Проснулась резко. Просто в какой-то момент открыла глаза, не понимая, где нахожусь и сколько прошло времени.  Сердце бешено стучит, кажется, вся кожа зудит от чьего-то пристального внимания. Распахнув глаза с удивлением и неверием, обнаружила сидящего на диване Руслана Валиева.

Мой похититель, бандит, "Теневой король" нашего города просто сидел и смотрел, как я сплю. Моё негодование и переживание вылилось на него ушатом помоев. Ещё бы, ведь я и не подумала сдерживаться в словах и эпитетах, которыми щедро сыпала в сторону Руслана.

Я совершенно не была готова к тому, что произошло дальше. Подсознательно ждала, что он схватит за волосы, ударит, или на худой конец просто уйдёт из комнаты, оставив меня одну без еды и воды на несколько дней в качестве наказания.

Но никак не могла и представить себе настолько неожиданный поворот в наших отношениях. От резко и беспощадно накрывших мой рот губ, я растерялась. Замерла. Сердце рвануло с такой силой, что кровь ударила в голову и, видимо, взорвалась там атомной боеголовкой. Секунда, две и я ответила на поцелуй врага.

Жаркий, поглощающий, выпивающий душу и заставляющий померкнуть даже самый громкий голос разума. Такой эмоциональной встряски от, казалось бы, простого слюнообмена у меня не было ещё ни разу в жизни. Руки дрожат и цепляются за его рубашку, ноги подкашиваются, а в животе поселилось тёплое солнышко, которое щекочет и раскидывает свои лучи по всему телу.

В себя пришла лишь оттого, что его достоинство настойчиво упёрлось объёмной выпуклостью в мой живот, показывая все его истинные желания. Одной рукой он не то ласкает, не то сминает мою попу, второй же намертво фиксирует затылок. Направляет, прижимает всё ближе, словно желает растворить в себе.

С каждой прошедшей секундой порабощает меня и моё тело, не позволяя отстраниться или вырваться из капкана в который угодила добыча в моём лице. Когда его рука пробралась к бюстгальтеру я, наконец, вернула рассудок на место и с силой прикусив его губу, отвернула голову в сторону, прерывая наше обоюдное помешательство.

«Как он посмел?! Что это было за помутнение рассудка, заставившее меня ответить на поцелуй Валиева?! Или он таким образом решил просто заткнуть мой рот?!  – бились суматошные мысли в моей ещё чумной голове».

 Руслан с каким-то маниакальным удовольствием лизнул кровь, что выступила на прикушенной мной губе, а потом молча направился на выход. Я в смятении, с колотящимся сердцем и, кажется, неадекватном состоянии проследила за ним.

– Не пойду с тобой на ужин! Я объявляю голодовку!

Крикнула уже в закрывшиеся двери и, нервно сцепив пальцы в замок, ждала, что сейчас дверь отворится, и Руслан вернётся в комнату, но этого не произошло. Лишь удаляющиеся шаги сообщили о том, что меня, возможно, услышали.

«Лучше умру с голоду, чем пойду ужинать с ним. Нет уж, такой радости как моё послушное выполнение его команд я ему не доставлю, – кивнула своим мыслям и дотронулась кончиками пальцев до губ, которые всё ещё хранили на себе ощущение прикосновения Валиева».

Руслан.

«Строптивица, чертовка и «папина принцесса». Как в одной девушке может уживаться столько противоречивых черт?»

– Я оказался прав? – встретив внизу у лестницы и вырвав меня из мыслей, спросил Костя.

– В чём? – вскинул бровь, не понимая значения его реплики.

– Голодовка, – кивнул он в ту сторону, откуда только что я слышал слова строптивой девчонки.

– Посмотрим, – многозначительно проговорил в ответ и пошёл на выход, где меня уже ждала машина.

Вернувшись спустя пару часов я сел за накрытый стол, но моя пленница так и не пришла. Как истинный джентльмен подождал девушку минут десять и поняв, что она решила в очередной раз показать характер, принялся за еду.

Поужинав в гордом одиночестве, я уехал в клуб, но мысли о Лире не покидали мою голову, как не пытался их прогнать. Мне хотелось вернуться, войти в комнату и отшлёпать её по такой аппетитной и упругой заднице за то, что я не могу сосредоточиться на том, что мне говорят или о чём просят.

«Решила, что если доконает себя, то я тут же верну её отцу? Это вряд ли, – прокручивал мысли в голове».

Домой собрался раньше обычного. «Крокодил не ловится, не растёт кокос» – как пел когда-то в фильме Андрей Миронов, а всё потому, что мои мысли заняты одной богатенькой девочкой с не самым покладистым характером.

Уже подъезжая к дому понял, что впервые за всё это время, мне хочется возвращаться в тот самый огромный коттедж, который был отстроен больше как крепость, чем как постоянная жилплощадь.

Чаще всего я приходил сюда переночевать или решить очередные вопросы в более цивилизованной обстановке, зная, что я на своей территории. Сейчас же запертая в "башне" принцесса манила вернуться пораньше.

«Просто здесь поселился тот, к кому хочется спешить и оказаться в непосредственной близости» – эта мысль неожиданно крепко засела в голове.

Хотя  я понимал, что с моим образом жизни любовь в прямом смысле может быть только "до гроба". Постоянные разборки, перестрелки и теневой рынок, на котором я завязан, не позволяют иметь "Ахиллесову пяту" в виде возлюбленной и тем более семьи. Для них это приговор.

– Кос, как её отец? – спросил, переступая порог дома у Кости, который только что разговаривал по телефону с парнями из охраны Графа.

– Без изменений. Стабильно тяжёлое состояние, – отчитался он и тут я понял, что совершил ошибку.

 Глава 5.

Лира.

После ухода Валиева мне принесли телевизор, которому я несказанно обрадовалась. Всё же сидеть взаперти одной, не имея возможности как-то скоротать время, толкает на необдуманные поступки и заставляет раз за разом прокручивать в голове тяжёлые мысли. Об отце, о Руслане, который ни с того ни с сего превратился из пленителя и бандита в страстного мужчину вызывающего интерес.

Взяла в руки пульт и решив таким образом отвлечься, с маниакальным азартом переключала каналы в поисках чего-то стоящего. Просмотрев подряд несколько фильмов, поняла, что с голодовкой я немного погорячилась. Попробовала пораньше лечь спать, но так и не смогла сомкнуть глаз.

Желудок напевал рулады, сосущее чувство внутри не сумели заглушить даже пять стаканов воды. Разве что пришлось чаще наведываться в уборную по естественным надобностям. Перестав бороться сама с собой в конечном счёте сдалась на милость собственного желудка. Тихонько подошла к двери и повернув ручку, с замиранием сердца услышала, как она щёлкнула и открылась.

Лёгкая дрожь от неожиданной свободы прошла по телу, и я нерешительно выглянула в коридор, подсознательно страшась увидеть кого-то из охранников, приставленных к моим дверям.

«Пусто», – мысленно возликовала я.

В обозримом пространстве было тихо, и я едва не пританцовывала оттого, что мне не попался кого-то из обслуживающего персонала. За окнами уже давно стемнело, и весь коридор освещался лишь несколькими потолочными светильниками. Так чтобы внезапно решившим прогуляться полуночникам не свернуть себе шею, но и не вызывая неудобство от резкой смены освещения.

Тихонько прокралась к лестнице на первый этаж и решила сделать набег на кухню, точнее на местный холодильник. О том, чтобы попробовать совершить побег я и не подумала. Ещё днём убедившись в тщетности этого мероприятия.

Едва я ступила на последнюю ступеньку, как услышала приближающиеся шаги и голос владельца дома. Спрятавшись за лестницей с трепыхающимся словно попавшаяся в сачок бабочка, я ждала, что мужчины просто пройдут мимо, а я прошмыгнув к холодильнику всё же сумею перехватить хотя бы бутерброд. Только я застала разговор Валиева и его охранника, который изменил все предыдущие планы.

– Что ты сейчас сказал?! – кажется, мой крик разбудил всех, кто находился в доме, а, возможно, и за его пределами. – Вы только что говорили о моём отце?! – выскочила как чёрт из табакерки я и едва не бежала к Валиеву. – Отвечай! – практически схватила его за грудки.

– Полегче, – подал голос появившийся откуда-то сбоку Константин, но отцеплять от босса пока не стал.

– Руслан! Сейчас же скажи, что случилось с моим папой?! – выкрикнула практически ему в лицо и ожидая ответа, заглянула в глаза, чтобы понять, насколько его слова окажутся правдивыми.

– Он в больнице, – после секундной заминки ответил мне мужчина, даже не поморщившись от того, насколько крепко я вцепилась в его рубашку. –  Лучшие врачи нашего города следят за его здоровьем. На данный момент его состояние стабилизировали, но он в реанимации, – ответил Валиев мне спокойным и размеренным голосом. Словно разговаривал с маленьким совершенно несмышлёным ребёнком, успокаивая его и не давая поводов для развития дальнейшей истерики.

– Это ты! – едва не, брызжа слюной, крикнула в лицо хозяина дома и ткнула в него указательным пальцем. – Только ты виноват в том, что мой отец попал в больницу! – с ненавистью оттолкнула Руслана от себя.

Моей силы хватило лишь на то, чтобы сдвинуть Валиева только на крошечные полшага назад. Нестерпимо хотелось вытереть руки, словно прикасаясь к дорогому костюму, я измаралась в навозе.

Во мне клокотал вулкан эмоций. Хотелось крушить всё на своём пути и желательно об голову хозяина дома. Я стала безумно шарить глазами вокруг пытаясь найти что-то потяжелее, но, как назло, ничего нужного в обозримом пространстве не было.

Тут в мою голову пришла просто безумная мысль. Я вспомнила, что Константин всегда вооружён. Не раздумывая и секунды, я дёрнулась в его направлении и не иначе как чудом, мне удалось поймать край его пиджака.

С неизвестно откуда взявшейся силой дёрнула его на себя и выхватила пистолет из кобуры. Видимо, охранник носил её не застёгнутой, раз мне так легко удалось умыкнуть у него оружие. Тут же перехватив довольно тяжёлый ствол двумя руками, я сделала шаг назад держа обоих мужчин в поле зрения.

– Кос, я так понимаю тебе пора на пенсию. Теряешь хватку, – выдал мой похититель и чуть склонил голову к плечу, ожидая моих дальнейших действий.

– Я сейчас выйду из этого дома, и мне никто в этом не помешает, – ошалев от собственной смелости и везучести, проговорила я, указав в сторону дверей пистолетом.

– Блядь, шеф. Я кобуру не застегнул, – видимо, находясь в не меньшем шоке от произошедшего, ответил начальник охраны Валиева.

– Лира, опусти пистолет, – вновь заговорил Руслан на этот раз, глядя мне в глаза.

– Чёрта с два! Я сейчас спокойно уйду отсюда или прострелю кому-то из вас дыру в башке! – выкрикнула в ответ, понимая, что вряд ли смогу это сделать.

Всё же пистолет в руках я держу первый раз в жизни.

 Мой мозг работал в каком-то ускоренном режиме, я знала, что выполнить угрозу не в силах, просто потому, что понятия не имею, где находится предохранитель и есть ли он вообще на этом пистолете. Хотя если учитывать, как легко мне удалось выхватить оружие у годами тренированного человека, то удача на моей стороне и, возможно, мои слова окажутся не пустым звуком.

Глава 6.

Лира.

Пока я отвлеклась на владельца дома, Константин сделал резкий выпад в мою сторону и ударив по рукам, всё же выбил пистолет. От неожиданности и прострелившей боли я вскрикнула и осела на пол. Оружие отлетело к Руслану, и он наклонившись молча поднял его.

– Я должна его увидеть, – подняв голову вверх с выступившими слезами на глазах, проговорила Валиеву.

– Сегодня часы приёмов уже закончились, – безэмоционально ответил он мне.

– Неужели в тебе нет ничего человеческого! – выкрикнула я, срываясь на истерику. – Я всего лишь хочу убедиться, что он жив! Твои люди сопроводят меня и вернут, – стерев нервным движением пролившиеся солёные капли с лица.

– Хорошо, но ты поедешь со мной, – всё тем же непрошибаемым спокойствием окатил меня Валиев.

Руслан.

«Чёрт. Как она тут оказалась? Почему именно в этот момент?! – прокручивал мысли в голове, когда эта фурия едва не выстрелила мне в лоб».

Я понимал постигшее девушку горе и отчаяние, но практически ничем не мог помочь. Если я сейчас отпущу девушку это, не вернёт Степану Алексеевичу здоровье. Лира пропишется в больнице, но никому от её жертвенности не будет пользы.

"Как же она хороша в своём гневе! – от вида этой воительницы по моим венам начал распространяться жидкий огонь. Раскрасневшиеся щёки, азартный блеск в глазах всё это притягивало взгляд к девушке. Хотелось подойти вплотную к пистолету и испытать нас обоих на прочность. Меня на пуленепробиваемость её на храбрость. – Выстрелит или нет?»

Костян всё же исправил свою оплошность и сработал чётко, но рано. Я только почувствовал сладкий привкус желанной добычи. Не такой лёгкой и доступной как обычно, а такую, за которой нужно хорошенько погоняться по лесу, и на открывшемся втором дыхании загнать в угол без шанса на побег.

После сразится с ней едва ли не в рукопашном бою, ведь добыча не сдастся без последней схватки.  Именно эта победа бывает самой сладкой, ведь она была окрашена тысячью эмоций, драйвом и вкусом крови.

После потери контроля над ситуацией Лира сразу сдулась. Словно в одну секунду из неё выкачали весь воздух. Костя подал ей руку и помог подняться с пола. Боковым зрением я видел, как мой заботливый охранник подал ей пачку салфеток и пошёл следом за мной. Машина, на которой я только что вернулся домой, всё ещё стояла во дворе. Ею мы и воспользовались.

– Пристегнись, – указал на ремень безопасности моей пленнице, после того как согласился сам сопроводить её к отцу. Лира молча выполнила указания и, сложив руки на коленях, как школьница с прямой спиной уставилась на дорогу.

Она не лила слезы, не проклинала меня на все лады, лишь сверкала своими стальными глазищами, показывая мне всё, что она думает только ими. Завёл двигатель и вырулил со двора.

Я не взял охрану, сам сел за руль и вообще хрен пойми, зачем сказал, что свожу её в больницу. Не иначе умственное помешательство на фоне усталости и решительного вида девушки, а может, во мне всё же проклюнулось чувство вины, и я решил таким образом сгладить перед ней хоть малую часть того, чему стал причиной.

Медицинский персонал в частной клинике был невероятно учтив, что несказанно радовало. Ещё с бурной молодости ненавидел наши бюджетные больницы, запах тлена и смерти словно навсегда въедался под кожу после недельного пребывания в них.

Сейчас же современные и главное, платные больницы радовали своим отношением и сервисом, встретившая нас на входе девушка проводила нас до нужной палаты и напряжённо улыбнувшись оставила у дверей.

Лира тут же рванула на себя створку представшей перед нами палаты и вошла внутрь. Глянув на подскочившего с кресла охранника, в котором он совсем недавно довольно удобно сидел, вошёл следом.

– Папочка, – услышал я сдавленный всхлип от девушки. Она осторожно села на край его кровати и взяла мужчину за руку.

– У него был сердечный приступ, – сам не знаю, зачем стал рассказывать всё Лире. – Врачи вовремя приехали и им удалось его стабилизировать. По всем их прогнозам он скоро пойдёт на поправку, –  оставаясь у входа, поведал обо всём произошедшем я.

– Это ты во всём виноват! – шёпотом шипела на меня Лира. – Если ему станет хуже, я не задумавшись и секунды убью тебя, – повернувшись и сверкая своими стальными глазами грозно сказала она мне. – Поверь, я найду способ.

– Лира, – внезапно произнёс только что пришедший в себя Степан Граф.

– Я здесь, – тут же откликнулась она и обратила всё своё внимание на родителя. – Со мной всё хорошо. Ты только не нервничай, я рядом, –  ласково успокаивала девушка своего отца.

Запищала аппаратура, что повсюду была подключена к пациенту и в палату практически вбежал запыхавшийся врач. По отметине на щеке мужчины было видно, что он прилёг подремать, а внезапно сработавшие датчики заставили его бегом бежать к нам.

– Руслан Рахимович, покиньте, пожалуйста, помещение и заберите девушку, – едва зайдя в палату и кивнув в знак приветствия, попросил доктор. Следом за ним вошла медсестра с капельницей в руках.

Лира встала с постели отца и отошла на шаг в сторону, позволяя медикам оказать помощь больному, но и показывая всем видом, что никуда отсюда не пойдёт. Пришлось подойти и крепко стиснув её локоть повести на выход слегка упирающуюся девушку.

– Я должна быть рядом! – дёрнулась она в моей хватке и грозно сверкнула сталью глаз.

– С ним сейчас лучшие врачи нашего города. Он пришёл в себя, всё будет в порядке, – приблизившись едва ли не вплотную негромко проговорил девушке. – Оттого что ты будешь сидеть у его палаты словно сторожевой пёс, состояние твоего отца не изменится. Идём, – уже настойчивее сказал ей, утягивая в сторону выхода из отделения.

– Только попробуй увести меня отсюда! Я буду звать на помощь, – разъярённой фурией прошипела она мне в лицо.

– Давай, – подначивал её к активному противостоянию. – Больница находится под моей «опекой», и никто из персонала не рискнёт остановить меня, даже если я потащу тебя силой. Только тебе выбирать, как мы вернёмся в мой дом, – дёрнул уголком губ, подзадоривая её.

В мыслях я уже закинул брыкающуюся девушку на плечо и укусил за манящую попку, пока нёс до машины. Видимо, разглядев в моих глазах это обещание, она перестала сопротивляться.

– Сначала мы дождёмся врача и его профессионального заключения.

Молча согласился с её просьбой, понимая, что по-другому даже моя совесть не успокоится. Через пятнадцать минут нам предоставили полный отчёт о состоянии здоровья Степана Граф, и он однозначно шёл на поправку.

– К нему можно?

– Нет. Мы вкололи ему снотворное, чтобы он ещё немного побыл в покое, но завтра вы сможете его навестить.

Выслушав всё ещё раз и задав какие-то вопросы, девушка молча пошла на выход с гордо поднятой головой и походкой королевы, не меньше.

– Ну да, куда уж нам простым бандитам до самой «Графини», – едва слышно произнёс я, следуя за девушкой.

– Зачем я тебе сейчас? Отец всё равно ничего не может тебе сказать, да и я уверена, он понятия не имеет о том, кто тебя подставил, – сказала девушка едва я сел на водительское сидение, а она разместилась на пассажирском.

– Ты пока что моя гостья, – дёрнув бровью ответил ей и завёл машину.

– Сам то себя слышишь? Гостей не запирают в спальне, не водят под конвоем и не угрожают их отцам, – сложив руки под грудью тут же воинственно проговорила Лира.

– Учитывая, что ты с лёгкостью вышла из своей комнаты, тебя никто не запирал, – парировал я, выруливая с парковки у здания больницы.

Тут её желудок выдал урчащие звуки и скосив глаза в сторону пассажирки чуть не улыбнулся. Уголки моих губ, видимо, всё же дрогнули, раз она вскинула на меня свои стальные глаза.

– Ничего смешного, между прочим. Подумаешь есть хочу. Это естественная человеческая физиология, – насупилась ещё больше девушка.

– Так, ты же сама объявила голодовку. Я тут совершенно ни при чём, – пожал плечами в ответ на её слова.

Мне было легко в обществе Лиры. Впервые за последние лет пять я чувствовал себя парнем, которого не сковывают по рукам и ногам обязательства перед "братвой". Не нужно натягивать на лицо маску мрачного и грозного волка одиночки. Я едва удержал себя, чтобы не остановиться и не проверить, боится ли эта девочка щекотки.

«Валиев? Кукушка блядь съехала?» – задал вопрос сам себе и, круто вывернув руль, повернул к шаурмичной, которую только что приметил недалеко от дороги.

– Почему мы остановились? – тут же спросила моя временная спутница.

– Кормить тебя буду, – ответил ей и вышел из машины, поставив ту на сигнализацию.

Лира дёрнула дверцу в попытке выйти, но я лишь показал ей зажатый в руке брелок от машины. Она сузила свои стальные глаза и вновь гордо отвернулась к окну, полностью игнорируя мою персону. Я понимал, что, скорее всего, она бросит эту шаурму мне в лицо, но почему-то страшно захотелось съесть что-то с запахом свободы.

Не все эти модные креветки и прочие морские ресторанные гады, а простая и понятная еда, которую раньше себе позволял лишь в дни зарплаты или крупного выигрыша в тотализаторе. Я бы даже выпил бутылку дешёвого пива, находясь прямо на улице в компании Графини, но прекрасно понимал, что сейчас не время для столь неординарных выходок.

Мы не на свидании, у нас нет взаимной симпатии, и она по факту просто моя заложница. Единственная избежавшая участи пострашнее, чем быть запертой в чистой комнате. Та, что не сидит в подвале с крысами и не верещит от страха и холода. Мотнул головой прогоняя воспоминания, забрал заказ и сел за руль. Второй свёрток я протянул Лире, но она всё ещё играла в обиженную.

– В меня две точно не влезет. Я, конечно, могу попробовать, но думаю твой желудок не простит моего издевательства, – помахал перед её лицом, набитым овощами и мясом лавашем.

– Что за гадость? – вскинула она свою идеальную бровь.

– Неужели ты ни разу не ела эту «плебейскую» еду? Если так, то ты многое теряешь, – хмыкнул на её мимику и с наслаждением откусил довольно большой кусок шаурмы.

Прикрыв глаза, я с удовольствием прожевал и впился в еду зубами вновь. Лира смотрела на меня, периодически бросала взгляд на вторую порцию, которую я благоразумно оставил на виду и под рукой. Когда её желудок в очередной раз издал трель, она всё же плюнула на гордость и, взяв в руки свёрток осторожно его, укусила.

Глава 7.

Лира.

В голове билась мысль о том, что он просто издевается надо мной. Сначала его приезд в наш дом и последствия, которые привели отца на больничную койку. Я действительно готова была пристрелить Валиева, жаль не умела, но всё чаще задумывалась о том, чтобы научиться этой науке. Ведь папа, единственный родной человек, что у меня остался, и я просто не имею права его потерять! Когда Руслан привёз меня в больницу, и я увидела своими глазами состояние родителя, мне хотелось рвать и метать.

– Я должна быть рядом! – неоднократно пыталась достучаться до этого самодура, но нет.

Какой там, всё равно что разговаривать со стенкой. Его железобетонное – «Нет, он находится под наблюдением лучших врачей, а ты только будешь мешаться под ногами, – было неоспоримо».

Сев в его машину вновь я искала глазами то, чем можно огреть Валиева и выскочить из транспорта ради обретения свободы. Но понимала, что сейчас машина движется, скорость не маленькая и мы можем попасть в аварию. Несмотря на вечернее время на дороге ещё есть машины и стать виновником аварии, отправив на тот свет несколько участников дорожного движения, я была не готова. Поэтому благоразумно отложила свою месть на возвращение в мою временную «тюрьму».

Когда мой живот на все лады начал рассказывать, как он голоден я, кажется, покраснела. Издевательские улыбочки со стороны Валиева лишь добавляли мне плюсов в копилку его приговора. Мысленно я представляла, как бьётся о его голову какая-нибудь ваза и с громким звоном разбитого фарфора разлетается на части, а злобный взгляд Валиева сходится в кучу, и он оседает на пол у моих ног.

Когда Валиев неожиданно свернул, к какой-то забегаловке я решила: вот он мой шанс. Сейчас выйду с ним на улицу и если не получится сбежать, то смогу заорать с просьбой о помощи. Надеюсь, хоть кто-то откликнется и не побоится заступиться за девушку в беде. Но этот гадкий бандит заблокировал машину и, издевательски помахав мне ключами, отвернулся, делая заказ.

– Божечки, что это за месиво из овощей и мяса? – проскользнула мысль, когда Руслан откусил от «чудо-блюда» хороший кусок.

Он словно издеваясь положил вторую порцию, видимо, приготовленную специально для меня, между нами. Если честно сначала я хотела взять этот свёрток и просто дать ему им по морде, но аромат мяса наполнил салон и мой желудок вновь заурчал, напоминая о том, что я голодна.

«Кому я делаю хуже этой голодовкой?» – задала себе мысленный вопрос. Плюнув на не сильно приятную компанию и обстоятельства в связи с, которыми я здесь оказалась, всё же попробовала шаурму.

Прожевав первый кусочек толком не поняла, где там мясо и попробовала ещё раз. По улыбающейся физиономии Валиева я поняла, что он полностью доволен едой и компанией в которой он ужинает. Второй укус позволил добраться до курицы, и я едва не застонала оттого, что мой организм вот-вот получит пищу не духовную, а насущную. Отодвинула нашу с Русланом войну на попозже. Обессиленная я всё равно не смогу дать ему должного отпора и уж тем более не смогу от него сбежать.

– Ну что Графиня, никак плебейская еда пришлась вам по вкусу? – издеваясь произнёс Руслан.

Я едва не подавилась от внезапно прозвучавшего голоса Валиева. Ведь я только что откусила новую порцию от свертка и старательно его пережевывала.  Перевела на него свой возмущенный взгляд, но с набитым ртом отвечать не стала. На губах Валиева, к слову довольно привлекательных, чуть припухлых, но неженственных, застыла не издевательская, а вполне обычная человеческая улыбка.

Она настолько не вязалась с образом сурового бандита, который держит весь теневой «рынок» в кулаке и «крышует» остальной более легальный бизнес, что кажется на пару секунд я зависла на этом зрелище. Иначе почему, когда его рука потянулась ко мне и стерев с моих губ пальцем кетчуп, я не среагировала. Словно загипнотизированная я следила за тем, как он поднёс этот палец к губам и лизнув его, собрал с него соус.

– Знаешь, мне давно не было так хорошо и спокойно, как сейчас, – внезапно выдал он, глядя своими карими, а в ночи они казались чёрными, глазами.

– Ещё бы. Отец мой всё же пришёл в себя и на тебе не будет висеть очередного трупа, – едко ответила на его слова, чем, скорее всего, испортила момент душевных бесед.

– Одним больше, одним меньше, – пожал он плечами. – Моя репутация от этого не пострадает, – вновь вернув на лицо каменную и до отвращения спокойную маску, произнёс Валиев.

– Конечно, это же не твой отец. Тебе-то переживать не о чем, – сунув остатки шаурмы в пакет, я отвернулась к окну. Кусок в горло больше не полез.

Мужчина завёл двигатель и плавно выехал с парковки. Наваждение от вечера и его улыбки сошло на нет. Я вновь вспомнила кто передо мной и что он сделал.

«Лира! Глупая ты курица! Очнись! Он угрожал твоему отцу, взял тебя в заложницы и довёл папу до сердечного приступа, – орала и давала я себе мысленные оплеухи. Во рту скопилась желчь, оттого что я невольно восприняла Валиева обычным человеком. – Нет. Он волк, который, когда ему удобно может прикинуться милой овечкой! Ты не пятнадцатилетняя дура, которая от разыгравшихся гормонов может поверить в чудеса. Такие, как он, не меняются. Никогда!»

Вернувшись в особняк, я тут же поднялась по лестнице и скрылась в "золотой клетке". Мне хотелось выветрить из головы все посторонние мысли и не придумав ничего лучше, просто отправилась в душ. Стоя под струями, стекающими с потолка, я представляла, как с меня вместе с водой уходит усталость, переживания этого дня и мысли о Руслане. Те самые, которые ненароком воспроизводят его улыбку.

– Тьфу ты! – в сердцах ударила рукой по стене и выключила воду.

Выйдя из душа, поняла, что кроме тех вещей, что были на мне вчера ничего больше нет. После душа стало неприятно надевать на себя, уже явно несвежее бельё, поэтому единственным выходом было остаться в халате или надеть, но уже на голое тело только верхнюю одежду.

Ткань раздражала, без трусиков я чувствовала себя голой, хотя на самом деле это было не так. Глухая злость и женская обида толкнула меня на необдуманный шаг. Я пулей выскочила из комнаты и отправилась на поиски Валиева. Мне просто жизненно необходимо было высказать ему всё, что я думаю о нём и его чёртовом гостеприимстве.

Глава 8.

Руслан.

Вернувшись домой, решил притупить муки откуда-то взявшейся совести и выпить, но едва вошёл в кабинет, как руки сами потянулись к монитору и включили камеры видео наблюдения. Словно маньяк я в очередной раз смотрел на "пленённую" мной девушку, крутя в руке бокал с виски. Она только что вышла из душа и словно промачивала свои влажные волосы. Мой мозг уже вовсю подключил фантазию и вместе они создавали жаркий образ о том, что вот так Лира могла бы выйти из душа после нашего горячего и необузданного секса.  Подался вперёд и впился в изображение взглядом.

«Блядь! Какого хрена Рус?! Еще ни одна девка не открывала в тебе неандертальца, а этой кажется удалось. Ты медленно, но верно превращаешься в пещерного человека: поймать, запереть, обладать».

Девушка словно услышала мой разговор с монитором, и её лицо сначала приняло озадаченное выражение, а после его прочертила гримаса отвращения. Пара секунд ушла на принятие девушкой какого-то решения и кивнув, видимо, своим мыслям она стремительно направилась к двери.

Подавшись вперёд ждал момента, когда она её откроет и куда пойдёт. Переключил камеру на ту, что находилась дальше по коридору, и понял, она идёт ко мне. Одним глотком осушил бокал ирландского пойла и, выключив камеры, пошёл налить себе вторую порцию, ибо она мне явно ещё пригодится.

– Сколько это будет продолжаться?! – вскричала разъярённая и чем-то недовольная «Графиня», ворвавшись ко мне в кабинет.

– Что именно? – повернулся к ней, ведь до этого стоял спиной, наливая выпивку в бокал.

– Мало того, что держишь меня тут как ручного зверька, так ещё и издеваешься?! – её глаза метали молнии, кажется, сталь в них сейчас сменилась на грозовые серые тучи.

– Если ты, не начнёшь изъясняться человеческим языком, я не пойму того, что ты от меня хочешь, – отпил глоток из бокала и понял, что прошлая, выпитая залпом порция уже подействовала на меня умиротворяюще и расслабляюще. В желудке поселилось тепло, и оно постепенно распространялось по всему телу.

– Валиев, не прикидывайся дурачком! Тебе это не идёт, – гордо задрала она свой носик и скрестила на груди руки. И вот тут я по-настоящему понял, что опьянел.

Причём не столько от виски, сколько от вида этой фурии с торчащими и призывающими меня их прикусить сосками. Я медленно прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, но мне это не удалось.

Её образ, кажется, отобразился на сетчатке, словно я только что взглянул на лампочку, и она ещё долго не гаснет, даже если ты зажмуришься до боли. Выдохнул. Открыл веки, стараясь смотреть выше, чем того хотели мои глаза. Сделал очередной жадный глоток виски и второй раз спросил:

– По-русски Лира. Словами, а не загадками. Что ты от меня хочешь?

– Мне нужна сменная одежда! Я не могу ходить в одном и том же столько времени! – едва не выкрикнула девушка и её щёки окрасил нежный румянец.

Видимо, ей неприятно и стыдно о таком меня просить, но она всё же это сделала.

– Скажи, что нужно и тебе привезут необходимое, – мои глаза вновь прилипли к её груди. Она часто вздымалась, отчего торчащие вершинки двигались. Манили меня.

– Нет! – поспешно ответила она мне. – Я не хочу, чтобы кто-то рылся в моих личных вещах, – едва не притопнула она ногой.

– У тебя есть что скрывать? – вскинув бровь усилием воли, поднял взгляд к её широко распахнутым глазам. – В твоих трусиках глубоко на дне лежит вибратор, и ты стесняешься того, что его кто-то обнаружит? – усмехнулся я, видя, как вытягивается лицо девушки от услышанного.

Лира тут же сорвалась с места и в пару шагов преодолела разделяющее нас пространство.

– Козёл! Что за поганый у тебя язык! – она, по всей видимости, хотела дать мне пощёчину или что-то в этом роде, но замерла, понимая, на кого в очередной раз решила напасть.

Расстояние между нами было не больше ладони. Качнись она ко мне, и её острые вершинки упрутся в мою грудь. Штаны уже трещали по швам, но Лира либо умело это оставляла без внимания, либо действительно в пылу гнева над девушкой преобладали другие эмоции.

– Давай проверим, насколько он поганый? – и обхватив затылок, со струящимися чуть влажными волосами, впился в манящий, но иногда такой грязный рот.

Я не успел поставить стакан с виски на стол, и он оказался между нашими телами. Часть его содержимого выплеснулась на нас от моих резких движений. Спустя секунду почувствовал, как моя рубашка намокла вместе с топом Лиры. Ощущения были сродни тому, что мы сейчас прикасаемся кожа к коже. Я с безумной жаждой и напором ворвался в её рот.

Атаковал языком не давая возможности вырваться или оказать сопротивление. Стакан же, я просто бросил в сторону, кажется, он даже не разбился. Второй рукой я тут же притянул девушку за талию к себе, прижимая как можно ближе. Так, чтобы между нами не осталось и миллиметра.

Она попыталась выставить между нами свою руку и открыла глаза. Я же обезумев от сладкого аромата кокоса, которым пахло её тело и нежных губ, потерял контроль над собой. Голодный, алчный поцелуй, которым я порабощал волю девушки, не давал и секунды на раздумья становился всё жарче.

Сам не понял, когда успел запустить руку под одежду девушки, и в моей ладони тяжелело полушарие её идеальной груди. Острый сосок манил приласкать его, и я был не в силах устоять перед этим чувственным соблазном. Выпустив припухшие от поцелуя губы, я склонил голову и жадно вобрал вершинку в рот. Втянул глубже, лаская, выписывая круги и дурея от ощущения её нежной кожи в моих руках.

Лира явно внутренне боролась сама с собой и по совместительству со своим телом, которое несмотря на её протест, всё же реагировало на мои ласки. Звонко выпустив изо рта набухшую вершинку груди подул на неё и услышал едва различимый стон, который тут же что сорвался с её губ.

Вторая рука всё ещё придерживала девушку за талию, не позволяя упасть или разорвать объятия. Лира размякла в моих руках, стала податливой словно воск под действием огня. Своими тонкими пальчиками она зарылась в моих волосах и чуть прихватывала корни, когда я делал что-то особо приятное для неё.

В какой момент она успела расстегнуть на мне рубашку, я просто упустил из виду. Понял это, когда в очередной раз нехотя оторвался от такой манящей меня груди, и заглянул в подёрнутые страстью глаза девушки.

Я вновь припал к её рту, словно это был последний глоток воздуха под водой. Желанный, нужный и дарящий возможность жить. Потираясь об неё своим стояком, кажется, я готов был позорно кончить даже от этого трения через одежду.

Её попка уже была в обоих моих ладонях, дыхание срывалось, сердце отбивало барабанную дробь и я, не выдержав, сунул руку под пояс её брюк. В мозгу взорвался фейерверк и остатки самообладания покинули окончательно.

«На ней нет трусиков!» – единственная мысль, которая была похожа на бегущую строку, улетучилась, открывая путь сплошным инстинктам.

Глава 8.1

Руслан.

Я подхватил её за бёдра усаживая на себя словно обезьянку и тут же прошагал к дивану. Сел в него, отчего Лира оказалась на мне верхом. Её грудь часто вздымалась и показывала, что она так же, как и я, опьянена всем происходящим. Зарылся лицом в ложбинку, обхватив оба полушария.

Спустя пару секунд захватил в плен рук соски и слегка прикусил так бешено бьющуюся жилку на её шее. В этот раз она перестала себя сдерживать и простонала уже во весь голос. Я тут же задвигал под ней бёдрами потираясь стояком о её промежность. На щеках девушки выступил румянец, и она прикусила губу от нахлынувших на неё ощущений.

Упиваясь шелковистостью её кожи, неровным дыханием и такой податливостью я просто потерял рассудок. Поглаживая попку и совершая едва не диверсионную вылазку, добрался до влажных складочек и потёр клитор.

– Какая же ты сладкая и мокрая. Так и съел бы тебя!

– Нет! – словно ошпаренная соскочила с меня Лира и едва не упала на спину. – Не смей ко мне прикасаться! – срывающимся голосом и на довольно высокой ноте выкрикнула она мне.

– Тебе не кажется, что для этого немного поздно? Я уже прикоснулся, – не понимая её действий и пытаясь вернуть рассудку ясность, переспросил девушку. – Ещё пару минут назад тебе всё нравилось. Что изменилось сейчас?

– Ненавижу! – выплюнула она мне и судорожно поправляла на себе одежду. – Никогда! Слышишь?! Больше не смей ко мне прикасаться! – воинственно выговорив каждую букву и так некрасиво ткнув в мою сторону пальцем, она тут же выскочила из кабинета.

«Что за чёрт в неё вселился?! – мысленно вопрошал себя и пытался утихомирить колом стоящее достоинство. – Решила поиграть в недотрогу? Хорошо, посмотрим, как ты убежишь от меня в следующий раз», – едва не потёр ладони от предвкушения я.

О том, что этот раз обязательно будет, я не сомневался. Её эмоции были настоящими, живыми и искренними. Ей было хорошо со мной, ровно до того момента, как я не прикоснулся к её бархатной и влажной коже между бёдер.

– А может ты девственница? – задал я вслух вопрос, на который мне нужен был ответ. – Возможно, стоит перетрясти всех её ухажёров? Хотя самый короткий путь – спросить у неё об этом напрямую. Только ответ вряд ли будет правильным. Она может сказать что угодно, – устало растёр переносицу и, взглянув на часы, пошёл в душ. Сейчас мне жизненно необходимо охлаждать не только голову, но и те части тела, что остались без внимания строптивой «Графини».

Лира.

Из кабинета Валиева я вылетела пулей. Словно за мной гнались полчища монстров из преисподней. Быстрым шагом, войдя в комнату, я со всей силы хлопнула дверью и прислонилась к ней спиной, пытаясь выровнять дыхание.

«Лира, ты безмозглая дура, которая умудрилась от поцелуев врага потерять голову! – едва не рвала на себе волосы от всего произошедшего я. – Серьёзно!? Как ты могла растечься лужицей и чуть ли не переспать с Валиевым? Уму непостижимо! – вела я мысленный диалог сама с собой. – Он довёл твоего отца до больничной койки, а ты сверкаешь перед ним голой грудью и млеешь от поцелуев! Нельзя здесь больше оставаться. Нужно попробовать сбежать».

Дошла до окна и, стараясь не выдать себя, выглянула во двор. Там на посту, как обычно, дежурили его охранники.

«У них что, не бывает пересменки или как там ещё. Они же, в конце концов, люди. Как минимум должны обедать и ходить в туалет, – прокручивала в голове новые нерадостные мысли. – Может, стоит попробовать проскользнуть в самые ранние часы утра. Глядишь, кто-то задремлет и мне удастся проскочить незамеченной. Я же в это время прошмыгну мимо», – так и замерла у окна, пытаясь выгадать момент.

Только вот чуда так и не случалось. Парня, которого я так пристально рассматривала, просто сменил другой и он-то был бодр, по сравнению с предшественником.

«Да чтоб вы все провалились в пекло и не смогли оттуда выбраться! – в сердцах пожелала охранникам я. – Хотя, чему удивляться. Врагов у Валиева немало, как и противников. Нужно всегда держать руку на пульсе», – плюнув в очередной раз на затею с побегом легла на кровать прямо в одежде и уснула.

Всё оставшееся время мне снился хозяин этой благоустроенной тюрьмы, который не только кормил шаурмой из собственных рук, но и страстно целовал. Да так, что я теряла связь со всем миром, горела в его руках пожаром страсти и падала в то самое пекло, куда совсем недавно хотела отправить его.

Подскочила на постели, не понимая, где я нахожусь. Ущипнула себя за руку и похлопала по горящим щекам. Уже в ванной я ужаснулась от своего вида и алеющих щёк. Лихорадочный блеск в глазах, неровное дыхание, искусанные губы, словно всё, что мне сейчас снилось, происходило наяву.

– Неужели я схожу сума? Это не может быть правдой, – выдохнула в зеркало и умылась холодной водой. Кожу едва не щипало от ледяного прикосновения жидкости, но так я хотя бы приходила в себя. Вытерев лицо, я вновь выглянула во двор по пути к кровати и о счастье! На посту у ворот никого не было!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.