Юлия Бузакина
Её маленький секрет от босса

Глава 1

Влада

Я стояла у автомата с газировкой посреди просторного холла и была готова взорваться: автомат взял с меня оплату за холодный зеленый чай, но баночка с чаем так и осталась внутри.

От досады я хлопнула ладонью по металлическому корпусу. В голове не укладывалось, что в холле могут стоять неисправные автоматы! Хотя, о чем это я? В нашей дыре по-другому не бывает.

Двери лифта распахнулись, и оттуда вышел мужчина. Он был весьма недурен собой. Стильный костюм и белоснежная рубашка подчеркивали строгость имиджа, а взгляд ореховых глаз пронизывал насквозь.

Этот гипнотизирующий взгляд делал его чертовски привлекательным.

Я затаила дыхание.

Мужчина некоторое время пристально смотрел на меня, а потом уверенно двинулся мне навстречу.

Я напряженно сглотнула. По спине поползли противные мурашки. Я узнала мерзавца!

Не произнеся ни слова, он с силой стукнул ладонью по автомату, и мятный чай с шумом упал вниз. Мой спаситель м подмигнул мне.

– Иногда приходится приложить силу, чтобы получить свое, – уверенно произнес он бархатным баритоном и отправился дальше по холлу – просто двинулся вперед с таким видом, будто у его ног весь мир, а мы никогда не встречались!

Мой ступор длился еще пару секунд, а в следующий миг я ощутила, как в легких закончился воздух. Это был Александр Стенли, владелец нашего издательства. Он не появлялся в нашем городе, а тем более в самом издательстве. Мы… как бы это сказать помягче… совершенно его не интересовали. Издательством владела его мать, а после ее смерти он вступил в права наследования, но у нас так и не появился. Видимо, мы были слишком мелкой организацией, к тому же едва держались на плаву, так что никто не ждал гостя, тем более в пятницу после полудня.

Миллиардер Александр Стенли проживал в Ницце, фотографии его роскошной виллы в процветающем квартале Мон Борон не видел только ленивый.

После отъезда из страны он мало общался со своей матерью, известной писательницей Кариной Стенли. В издательстве поговаривали, что они никогда не ладили. Александр покинул пределы России после громкого семейного скандала, а Карина со старшей дочерью Еленой предпочли остаться.

Ницца слишком далеко от русской глубинки, и там у Александра Стенли все складывалось прекрасно. Неудивительно, что он даже не вспомнил, что несколько лет назад, как раз перед тем, как уехать из страны, он провел ночь со мной. Хотя к чему ему досадные воспоминания? Этот прекрасный подонок менял девушек как перчатки, и даже досадное недоразумение в виде моей невинности его не смутило. В ту ночь после двух бутылок отменного виски ему вообще было море по колено.

Так или иначе, а наутро мерзавец уехал в аэропорт, забрав мою честь и оставив мне две полоски на тесте. В груди полыхала ярость. Ох, мне было что ему предъявить!

Интересно, почему он прибыл без свиты из совета директоров? Почему он без охраны?

Да главного редактора сейчас удар хватит! Учитывая тот факт, что с обеда он отбыл на рыбалку в домик у озера вместе с Еленой Стенли, а я дежурю в офисе одна, его могут запросто уволить. Интересно, Елена Стенли в курсе, что ее брат приехал в город, или она уже слишком пьяна для встреч с родственниками?

Мысли мелькали в моей голове с безумной скоростью.

Сжав в ладонях прохладную баночку чая, я дрожащими руками достала из кармана пиджака мобильник и набрала номер редактора.

– Ответьте же, Виктор! – шептала, как заклинание.

Но нет, телефон главреда был вне зоны действия сети, так же, как и телефон Елены Стенли, финдиректора.

Не зная, что делать дальше, я бросилась вперед.

Когда я появилась в приемной редакции, Александр Стенли с интересом осматривал помещение.

– Здравствуйте еще раз. – Решив сыграть в сельскую глупышку, я осторожно поправила свои темные кудри и приветливо взглянула на него. – Меня зовут Влада, я офис-менеджер издательства. У вас назначена встреча с главным редактором? Наверное, у него совсем вылетело это из головы.

Обернувшись ко мне, хозяин издательства пробежался по мне оценивающим взглядом. Его ореховые глаза хищно сверкнули в сторону моей фигуры и просканировали ее от и до.

Я напряженно сглотнула. От откровенного взгляда Александра Стенли у меня по коже тут же прокатился ворох странных мурашек, и я неловко застыла на своем месте, во все глаза рассматривая миллиардера, которого после вступление в право наследования никто ни разу не видел. Никто, кроме меня. Я видела его даже голым, только он, судя по всему, об этом не помнит.

Да, сейчас там было на что посмотреть! Его темные волосы были зачесаны назад, на чувственных губах играла ухмылка, а греческий профиль и чуть ослабленный галстук на белоснежной рубашке и вовсе заставили меня затаить дыхание. Несомненно, этот красивый хищник привык получать от жизни все. Его образ совсем не вязался с устаревшим интерьером нашей богадельни и пожелтевшими страницами выцветших от времени томов книг, пылившихся на полках. Кровь предательски пульсировала у меня в висках. Как будто и не было тех лет, что прошли после нашей единственной ночи!

– Нет, что вы, у меня ни с кем не назначено встреч. Я проездом в вашем городе, поэтому решил заглянуть в издательство и осмотреть все на месте, – с налетом легкой снисходительности пояснил он. – Я – Александр Стенли, владелец, и судя по отчетам моего управляющего финансами, дела у издательства идут из рук вон плохо.

– Ох, очень приятно познакомиться с вами лично! – наигранно заволновалась я. – Хотите чаю? Или кофе? Могу сделать вам отличный кофе, кофемашину вчера починили.

«Могу добавить туда чего-нибудь пикантного, чтобы вам жизнь медом не казалась!» – мстительно подумала я.

Его губы тронула улыбка.

– Как же давно я не был дома! – покачал головой он. – Что ж, раз кофемашину починили, я готов рискнуть и выпить чашку кофе, особенно, если его предлагает красивая девушка.

Я мило улыбнулась и занялась делом: включила кофемашину и достала из шкафчика пачку хорошего кофе. Рука тянулась к средству для похудения, которым пользовалась Елена Стенли, чтобы держать себя в форме, и я едва сдерживалась. Не знаю, как она на нем худела, по мне, сомнительный БАД вызывал исключительно диарею – самое то, что нужно Александру Стенли, прекрасному подонку, укравшему мою честь.

Колдуя над кофемашиной, я призадумалась. Никто не мог понять, почему Карина Стенли отписала издательство «Фикус» Александру, а не Елене, которая трудилась в издательстве на должности финансового директора. Хотя у Елены Стенли была одна маленькая, но очень неприятная проблема: она злоупотребляла алкоголем и весьма в этом преуспела.

Так или иначе, а после смерти Карины Стенли никто не занимался делами издательства. Елена Стенли вела финансовые дела из рук вон плохо, и мы существовали исключительно потому, что Александр Стенли не добрался до нас, чтобы закрыть. Поправочка: он наконец добрался.

– Главный редактор сегодня в отъезде вместе с вашей сестрой Еленой, поэтому я держу руку на пульсе. Хотите, проведу экскурсию по издательству? – засыпая кофе в кофемашину вперемешку с БАДом, ворковала я.

Стенли поморщился.

– Нет, спасибо, мне и так все ясно. Передайте моей сестре, что я буду в городе еще пару дней. Как только она появится, пусть свяжется со мной. Скажите, она так же зависима от алкоголя, как и семь лет назад?

Подхватив чашку кофе, я поставила ее перед Александром.

– Как вам сказать…

– Говорите, как есть, Влада. Я не люблю лжи.

Я пожала плечами.

– Не знаю, что было семь лет назад, но сейчас проблема имеется, и немаленькая: после того как Карина Стенли отписала издательство вам, Елена совсем не держит себя в руках.

Алекандр пригубил кофе и усмехнулся.

– М-м-м, аромат матушкиного любимого кофе! Надо же, а я не забыл, какой он на вкус. Этот тонкий персиковый аромат, несомненно, придает кофе пикантности.

Я взглянула на него, и с губ сам собой сорвался вопрос:

– Вы нас… закроете?

Александр испытующе взглянул на меня.

– А вы расстроитесь, Влада?

Печально вздохнув, я присела напротив него в старое кресло.

– Если издательство закроют, я потеряю работу. У меня на руках ребенок, найти работу по моему профилю будет весьма сложно.

Он потер подбородок.

– А чем вы занимаетесь, кроме того, что отвечаете на звонки?

Я робко пожала плечами.

– Городок у нас небольшой. Все достопримечательности – это озеро и сосновый бор. По профессии я биограф. Я создаю биографии известных людей, но здесь мои услуги никому не нужны. Самый известный человек в городе – владелец торгового центра, и я уверена, что он не прочитал за всю жизнь ни одной книги. Вряд ли ему потребуются мои услуги.

– Значит, вы воспитываете ребенка одна? – Во взгляде Стенли сквозило любопытство.

Я кивнула.

– Так вышло, да. Отец моего сына не посчитал нужным оформить законные отношения. Все, что у меня есть – это работа в издательстве.

Я угрюмо уставилась на свои руки с аккуратным маникюром без покрытия. Зачем я ему об этом рассказываю?! Передо мной сидит миллиардер, ему плевать, что он отец моего ребенка и не дал ему свою фамилию! Этот красивый мужчина из другого мира. Он приехал, чтобы закрыть издательство, и его закроют. А я пойду работать в торговый центр к Черновым разнорабочей. На кассу меня точно не посадят: с математикой я никогда особо не дружила.

– Влада, а вы не хотите поужинать со мной сегодня вечером? – как гром среди ясного неба прозвучало предложение.

– С вами? – недоверчиво взглянув на Александра, оторопело переспросила я.

– А почему бы и нет? – В ореховых глазах прекрасного подонка мелькнуло лукавство. – На вечер у меня заказан ВИП-столик в ресторане «Авалон». У меня есть для вас предложение. Мы бы могли обсудить выгодную сделку.

У меня перехватило дыхание.

– Вы хотите, чтобы я занялась вашей биографией?

Он усмехнулся.

– Скажем так, мне нужна ассистентка, – обжег шею его шепот. – Очень личная ассистентка. Мы бы могли начать с интервью. Если дело пойдет, нароем материал и для биографии. Думаю, моя матушка мною бы гордилась. Ее издательство больше ни на что не годно, но, если создать биографию Александра Стенли, возможно, это поможет ему еще некоторое время удержаться на плаву. Так что, вы поужинаете со мной, Влада?

От наглости этого мерзавца у меня перехватило дыхание. В груди полыхнуло что-то нехорошее. Ох, как же мне сдержаться и не врезать ему кулаком промеж распутных глаз?!

Он улыбнулся и перехватил мою руку.

– Встретимся в семь часов вечера в ресторане «Авалон»? – Его порочные губы коснулись моего запястья. – Не опаздывайте. Я не люблю ждать.

– Я бы с радостью, но тот самый владелец торгового центра тоже сегодня пригласил меня на ужин, – выпалила я.

Стенли с вызовом фыркнул.

– Да что вы говорите?! Тот самый владелец торгового центра, что не прочел ни одной книжки?

– Да, именно он.

– Но ведь вы выберете меня, верно, Влада? Что для вас важнее – встреча с недалеким чурбаном или ужин с мужчиной, от которого зависит ваше благополучие?

Я напряженно сглотнула. Мерзкий распутник и здесь все просчитал!

Он поставил пустую чашку на потертый от времени журнальный столик и поднялся.

– Что ж, вижу, вы уловили суть проблемы, Влада. Передайте привет владельцу торгового центра. Сегодня не его день. До встречи вечером в ресторане!

Стенли посмотрел на меня очень внимательно – так, будто хотел запомнить каждую черточку моего лица, а потом дерзко подмигнул мне и покинул приемную издательства.

Глава 2

Александр

Я быстро покинул издательство «Фикус». Нет, в самом деле, меня здесь ничего особо не держало. Мы с моей матерью никогда не ладили, вернуться в родной город для меня означало лишь одно: снова окунуться в тяжелое эмоциональное прошлое, которого я избегал всеми возможными способами.

С сестрой после моего отъезда во Францию три года назад мы тоже ни разу не общались. Я не видел в этом особой необходимости: каждая наша встреча заканчивалась бурной ссорой, которую провоцировала Елена. Возможно, я до сих пор не женился исключительно из-за того, что у меня не было позитивного опыта отношений в родительской семье.

То, что мать отписала мне издательство, скорее, было насмешкой или упреком, чем желанием, чтобы я продолжал ее дело. Она ведь знала: я никогда не тяготел к издательскому бизнесу.

Я поравнялся с взятым напрокат «Мерседесом», и оттуда выглянул Эдвард Стенли – мой родной дядя по отцовской линии.

– Ну как успехи, племянник? – Дядя с интересом взглянул на меня в зеркало заднего вида. – Твоя картина ожила?

Я усмехнулся.

– Ты даже себе не представляешь, насколько она реальна!

Устроившись на заднем сиденье, я открыл планшет и взглянул на фото Влады Новиковой. Ради нее, собственно, я и решился на путешествие в город, который когда-то разорвал в клочья мою душу и испепелил мое сердце. Из планшета на меня уставились зеленые глаза красотки, и я вынужден был признать, что в реальности Влада оказалась еще лучше, чем показалась на фото: легкая, воздушная, миниатюрная. Накануне я собирался ликвидировать издательство вместе со всеми его сотрудниками, но фотография Влады случайно попала мне в руки, и это все изменило.

У меня было много женщин, они сменяли друг друга, как надоевшие пластинки, оставляя после себя легкий шлейф духов и разные воспоминания, но хранил верность я лишь одной. Я нашел ее совершенно случайно, и с тех пор она неразрывно была со мной.

Наверное, надо пояснить, где я нашел свою музу. Пару лет назад, прогуливаясь по живописному Монмартру среди уютных кафе и художественных галерей под руку с фотомоделью, с которой у нас случился бурный роман, мы свернули на площадь Тертр. Именно здесь можно встретить уличных художников, музыкантов и артистов, создающих неповторимую атмосферу места с живописными видами на Париж.

Был конец августа. Жаркое солнце уже палило не так сильно, воздух был наполнен неповторимыми нотками едва ощутимой осени.

Одна картина меня особенно поразила – на фоне Лазурного берега стояла молодая женщина с рыжеватыми волнистыми волосами, будто выжженными на солнце, и выразительными глазами. Изящная и хрупкая, в длинном платье цвета слоновой кости, женщина на картине наслаждалась морем и солнцем. О да, она являлась воплощением женской красоты!

Женщина на картине была настолько прекрасна, что я не скупясь выкупил картину у художника, и ее повесили в моей просторной гостиной у камина. С тех пор, каждый раз отдыхая в гостиной после долгого трудового дня, я любовался красавицей на фоне лазурных волн. Эта женщина на картине стала для меня всем. Я возвращался домой, зная, что сейчас увижу ее образ над камином и усталость от напряженной работы отступит, уступив место приятной расслабленности.

Я стал одержим. Отношения с женщинами перестали дарить мне радость. Все, чего мне хотелось, это вернуться домой, в прохладу моей гостиной и любоваться картиной. Сколько я ни искал похожую женщину, все было тщетно.

Когда мне в руки попали личные дела сотрудников матушкиного издательства, я был искренне удивлен. Даже на небольшой фотографии для документов Влада Новикова в точности повторяла мою музу с картины над камином.

У меня выдался небольшой отпуск, и я решился на путешествие в родной город. Результат меня поразил: Влада оказалась той самой девушкой с моей картины! Та, в обществе которой я находил утешение, внезапно стала реальной, и это не могло не шокировать.

– Куда дальше? – Эдвард с ожиданием взглянул на меня.

– Едем к нотариусу. Он звонил накануне, сказал, что у него есть для меня письмо от матери, а также некоторые распоряжения. Последняя воля Карины Стенли, которую обязан выполнить ее родной сын.

Я поморщился, словно мне пришлось пожевать лимон без сахара. Уж что-что, а последнюю волю Карины Стенли надо было поручить выполнить моей сестричке Елене. Я никудышный сын.

– О, пока тебя не было, я успел почитать про особняк Карины Стенли в интернете! Этот дом хорошо известен в городе. Ты знал, что он имеет статус музея? – Дядя оживленно ткнул мне в лицо экраном своего мобильника. Уж он воспринял нашу поездку как приключение. Еще бы, дядя никогда не был в России и теперь повсюду высматривал бродящих без присмотра по улицам медведей и «матрешек»!

Я приподнял бровь. Как интересно!

– Разве? Где тогда живет моя сестра Елена Стенли?

– Елена живет там же. Иногда она пускает экскурсии в рабочий кабинет, где Карина Стенли создавала свои сюжеты. Поэтому дом на улице Алой и Белой розы, сто три, так известен в городе, – охотно пояснил Эдвард.

– Странно, что моя мать никогда не хотела отсюда переехать. Что может быть хуже, чем прожить всю жизнь в глуши?

– Медведи?

– Дядя, ну какие медведи, скажи на милость! Может, в лесах Сибири они и водятся, но уж никак не в этом чахлом городишке!

– Тогда, дорогой Саша, не вижу ничего удивительного в том, что твоя скандальная мать любила свой дом. Городок небольшой, но места здесь очень живописные, особенно озеро. Ты знаешь, что твоя мать купила там роскошный двухэтажный дом?

Я усмехнулся.

– Нет, я не знал. Кажется, ты знаешь о моей семье больше, чем я сам.

– Интернет, Саша! Похоже, твоя мать была местной знаменитостью. Здесь даже есть небольшой парк, названный в ее честь.

– Парк Карины Стенли? Интересно было бы на это посмотреть!

– В парке есть отличный ресторанчик, можем заодно и пообедать. Свежий воздух пробуждает зверский аппетит.

– Что ж, я не против пообедать в парке, названном в честь моей матушки. Но сначала едем к нотариусу.

Кто-то настойчиво постучал в дверцу нашего авто.

Эдвард недовольно высунулся из окна.

Перед нами стоял пацан лет шести. Одет он был весьма скромно, но его наглый прожигающий взгляд дал бы фору любому.

– Эй, дядя, купите лимонад? – показывая свой наполовину беззубый рот, улыбнулся он.

Эдвард сурово прищурился.

– А у тебя разрешение на торговлю лимонадом имеется?

– Вы что, дядя, я же еще маленький! – насупился мальчишка. – Так что, купите? – И протянул нам два пластиковых стаканчика с подозрительной теплой жижей.

– А ну, пошел отсюда вон! – нахмурился Эдуард. – Ты смотри, завели детей, а смотреть за ними не хотят! В этом городишке растят вымогателей!

Я с интересом взглянул на мальчика. Хм, бравый малыш, далеко пойдет. Кажется, в детстве я тоже таким был: торговал лимонадом тайком от матери и сестры, чтобы заработать себе на карманные расходы. Рецепт лимонада хорошо известен в этом маленьком городке: два лимона, сахар, чистая вода. Ву-а-ля, даже шестилетний ребенок справится!

– Ну и ладно! – Пацан показал нам язык. – Жадины-говядины! Чтоб вам пусто было и шины прокололись!

Чувствуя неловкость за грубость дяди, я полез за бумажником.

– Эй, сюда подойди! Давай свой лимонад, – позвал мальчика.

– Ты поощряешь несанкционированную торговлю! – оскалился дядя Эдик. – Ты понимаешь, что таким образом помогаешь ребенку нарушать закон?

– Дядя, расслабься: в этом городе законы не работают, – протягивая ребенку банкноту, ухмыльнулся я. – К тому же это ребенок. Лимонад не надо, малыш. Выпей его за наше здоровье!

– Ну нет… так не пойдет. У меня бизнес! – нахмурился малец. – Я вам – товар, а вы мне – деньги.

Дядя фыркнул.

– Такой маленький, а уже соображает!

Я браво подмигнул пацану и забрал у него два стаканчика лимонада.

– Взгляд у него, как у тебя, честное слово! – распыхтелся дядька. – Здесь у всех такой выразительный взгляд?

Я пожал плечами. Впереди маячила встреча с нотариусом матери, и меня это немного нервировало. Уж не знаю, что она хотела мне сообщить в письме, но точно ничего хорошего.

В зеркале заднего вида я поймал стоящего на обочине дороги мальца с термосом и пачкой пластиковых стаканчиков, и губы невольно тронула улыбка.

Что-то в нем такое было, в этом беспризорном ребенке. Может, то, что я успел растерять за годы жизни в Ницце? Дух авантюризма?

Машина тронулась с места, и тут меня затошнило. К горлу подкатился ком, и мне с трудом удалось восстановить равновесие.

«Мне просто показалось», – приободрил себя я. Но жижу из стаканчиков на всякий случай выплеснул в окно.

Нотариус встретил нас в своем кабинете. Нет, в моем родном городишке ничего не менялось десятилетиями. Вот и здесь, в кабинете, мебель осталась из прошлого столетия, да и сам пожилой нотариус выглядел так, будто ему не меньше ста лет.

– Александр Дмитриевич, добро пожаловать! Ох, мы вас заждались! Ваша матушка отдала Богу душу почти год назад, а вы так и не соизволили явиться, чтобы услышать ее последнюю волю, – взглянув на нас с укором, запричитал он.

– Простите, путь из другой страны неблизкий. – Мне совершенно не хотелось оправдываться за свое долгое отсутствие. К тому же меня почему-то снова подташнивало. – Предлагаю закончить все дела поскорее.

– Конечно-конечно… Письмо ваша матушка приказала отдать вам лично в руки. Надеюсь, вы понимаете, отчего я не выслал вам его почтой? На почте оно могло потеряться.

– Естественно, оно бы затерялось! Судя по интерьеру, вы до сих пор используете почтовых голубей?

– Очень смешно, молодой человек! – Нотариус закатил глаза и направился к серванту, который, кажется, использовали еще в восемнадцатом веке.

Дядя Эдуард шумно плюхнулся на старинный диван, поправил лацканы своего пиджака, пригладил благородную седину на висках, а потом манерно фыркнул.

– Очень хочется есть, дорогой племянник. Буду рад, если ты прочтешь письмо как можно скорее.

Я ничего не ответил. Просто устроился рядом с ним, и принялся ждать, когда нотариус вскроет видавший виды сейф.

Меня больше волновала тошнота. Я никак не мог понять, отчего появилось это странное недомогание с персиковым привкусом.

Наконец нотариус открыл старинным ключом не менее старинный сейф и торжественно достал оттуда пыльный конверт.

Письмо, написанное моей матушкой, было запечатано так, будто там хранился ключ к сундуку с сокровищами.

Только вместо сокровищ, скорее всего, в воображаемом мною сундуке хранились угли. Мать никогда меня не любила. Вряд ли она припасла для меня что-то доброе, даже посмертно.

Я нетерпеливо разорвал все печати и принялся читать. По мере того, как слова, написанные забористым корявым почерком Карины Стенли, складывались в предложения, я медленно бледнел.

«Дорогой сын! Если письмо попало к тебе в руки, то ты наконец добрался до родного дома. Признаюсь честно, я не имею не малейшего желания с тобой общаться, но у меня нет другого выхода, кроме как оставить тебе мое детище – издательство „Фикус“. К сожалению, Елена ни на что не годна. Ее зависимость от алкоголя настолько быстро разрушает ее личность, что боюсь, она пустит по миру „Фикус“ быстрее, чем ты. А еще хочу сообщить тебе, Саша, что, сбежав от нас в другую страну, ты успел наследить. Здесь растет твой сын. Девушка, которую ты обрюхатил, назвала мальчика в твою честь. Я не имею ни малейшего желания помогать тебе в поиске сына, который растет, как трава у дороги, без должного воспитания, так что всего тебе хорошего, мой дорогой. Живи теперь с этой информацией. Твоя мама Карина Стенли».

Я напряженно сглотнул и ощутил, как на лбу выступил холодный пот. Ребенок?.. У меня есть ребенок?! Как такое возможно?!

Я представил матушкин дьявольский хохот, и по спине прокатилась волна неприязни.

К горлу снова подкатила тошнота. Перед глазами потемнело, и все, что я успел сделать, это всучить дяде пыльное письмо и схватить ведро для офисного мусора. На глазах у изумленного дяди Эдика и нотариуса меня громко вырвало.

– Простите… пожалуйста… не знаю, что со мной… – ошеломленно пробормотал я, и меня снова вывернуло в ведро.

У меня началась стойкая аллергия на Карину Стенли и на все, что окружало ее при жизни?

Дядька выхватил из кармана пачку бумажных платков и вложил их мне в руку. Подумав несколько мгновений, достал бумажник, сунул нотариусу купюру и с бормотанием: «Это вам за ведро, купите новое!» поволок меня на свежий воздух.

Глава 3

Спустя десять минут я сидел на лавочке в тени двух одиноких сосен, а дядя Эдик пытался отпоить меня минералкой, купленной в каком-то сомнительном ларьке у проезжей части, и пачкой таблеток активированного угля, приобретенной в не менее подозрительной аптеке.

Меня трясло, но не от холода. Было такое ощущение, что меня отравили.

– Похоже, здесь вместо кофе пьют цианистый калий! – отхлебнув глоток воды, простонал я. – Иначе не знаю, чем объяснить мое недомогание. Кроме кофе из матушкиной приемной я ничего не пил и не ел.

– Вряд ли виноват кофе. Все дело в нервах, Саша. – Дядька помахал у меня перед носом письмом. – Не каждый день узнаешь, что у тебя есть сын.

Я шумно выдохнул. Кажется, минеральная вода и уголь начали действовать, мне стало легче.

– Надо немедленно разыскать ребенка. В голове не укладывается, что моя мать несколько лет подряд наблюдала за тем, как растет ее внук, и не предприняла никаких шагов для того, чтобы сообщить мне! Это чудовищно!

Дядька фыркнул.

– А по мне, так это в стиле Карины Стенли и ее кровавых детективов.

– Если мать знала о ребенке, значит, моя сестрица тоже в курсе. А поехали-ка к дому у озера? Ассистентка главного редактора сказала, что Елена с редактором отбыли на рыбалку именно туда.

– Саша, я есть хочу! До дома у озера почти час пути.

– Как ты можешь думать о еде, когда мой сын болтается без присмотра неизвестно где?!

Дядя печально покачал головой, видимо, мысленно прощаясь с надеждой сытно пообедать в парке Карины Стенли.

– А если твоя сестра не сможет сказать ничего вразумительного?

– Тогда мы пообедаем, выдохнем, и завтра с утра отправимся в местный загс. Уверен, нам помогут найти ребенка, который родился в неполной семье шесть лет назад.

– Может, поступим проще? Вспомнишь, с кем у тебя был роман шесть лет назад?

Я печально покачал головой.

– Дядя, у меня не было романов. У меня были короткие интрижки. В ту осень перед отъездом я как с катушек сорвался. Прежде, чем переехать к вам и остепениться, я пил, пил, пил и совокуплялся со всем, что движется. Даже в ночь перед отлетом во Францию я продолжал кутить. Думаешь, я могу вспомнить хоть одно женское лицо? Да я имя свое не помнил!

Эдвард неодобрительно цокнул и достал из кармана пиджака ключи от машины и купленный в аптеке батончик мюсли.

– Ладно, едем к дому на озере, заодно и познакомимся с твоей сестрицей. Может, она укажет нам путь?

Я кивнул и потащился за ним следом. Видеть Елену Стенли мне хотелось меньше всего на свете, да и послеполуденная жара меня окончательно разморила. Все, чего хотелось после отравления – это принять холодный душ и полежать с холодным полотенцем на лбу, но нет. Как я могу отдыхать, если где-то здесь у меня есть сын?! Вдруг он в беде или хочет есть? А может, его обижают? Еще полчаса назад я не знал, что у меня есть ребенок, а теперь во мне внезапно пробудился родительский инстинкт! Кошмар… как мне не сойти теперь с ума?!

Взятый напрокат «Мерседес» медленно тащился по залитой июньским солнцем дороге мимо зеленых полей и редких лесополос, а меня клонило в сон. Я уже начал клевать носом, когда сидевший за рулем дядька решил со мной поговорить.

– Ну найдем мы его, а дальше, что?

– Заберу его домой. У ребенка должны быть нормальные условия существования: воспитание, хорошая школа, образование.

– Позволь, но как ты заберешь ребенка, если у него здесь есть семья?

Я отмахнулся.

– Предложу им денег, и дело в шляпе. Уверен, ребенок, рожденный вне брака, доставляет всем одни неприятности. За приличную сумму местные всегда были готовы маму родную продать, а ребенка продадут еще быстрее.

– Боюсь, Саша, все будет намного сложнее.

– Не дрейфь, прорвемся. Я приехал сюда исключительно ради одной женщины, и теперь я не уеду, пока не получу ее в свой любимый дом в Ницце! Но раз уж так вышло, что у меня есть сын, его я тоже намерен забрать с собой – разумеется, после всех необходимых процедур, которые подтвердят наше родство.

– Надеюсь, это не тот беззубый наглец, занимающийся несанкционированной торговлей лимонадом. Того уже точно не выправит никакое воспитание… – ядовито подметил дядька.

– Нет, тот мальчик точно не мой сын, – уверенно произнес я.

Дядька недовольно фыркнул и попытался поймать радиостанцию. Увы, в этой глуши ловились только помехи. Вместо этого он случайно поймал волну, на которой переговаривалась местная полиция.

– Внимание всем постам! Из городского зоопарка сбежал бурый медведь! Животное откликается на кличку Каштан, любит сладости и умеет танцевать под музыку! Несмотря на внешнее дружелюбие, медведь очень опасен! Внимание всем постам! Из городского зоопарка сбежал бурый медведь! Животное откликается на кличку Каштан…

– Это что еще за ерунда?! – напряженно уставился на меня дядя Эдик.

Я провел по лицу рукой. Только бешеного медведя нам не хватало! Впрочем, вряд ли мишка побредет в дом у озера, в котором, судя по информации, резвятся моя сестрица и ни на что не годный главный редактор «Фикуса».

– Ну, дядя, ты же мечтал увидеть медведя? Вот заодно и с медведем тебя сфоткаем на память. Будешь в Ницце друзьям показывать, если он тебе, конечно, голову не откусит во время фотосессии!

Дядя нервно сглотнул и прибавил газа. Машина понеслась по пустой трассе, поднимая клубы пыли. Меня разбирал смех. Надо же, припугнулся!

Вскоре вдалеке блеснуло голубизной озеро. А я уже успел забыть, как здорово было бегать сюда купаться летом с друзьями! Прохлада тени от вековых сосен, чистая, как слеза, водичка, старый причал, с которого можно нырять вниз головой… Неудивительно, что в этот жаркий день Елена Стенли решила отправиться на отдых, а вместо себя оставила в чахлом офисе ассистентку.

Полистав интернет, я выяснил адрес приобретенного матерью дома у озера, и вскоре величественный дом на сваях вырос среди сосен.

Мы заехали на парковку с обратной стороны обнесенного невысоким забором участка и выбрались из машины. Дядя с восторгом крутил головой по сторонам.

– Ничего себе! Здесь целый пляж, Саша! А дом – как в красивых американских фильмах.

Я не разделял его радости, поэтому просто указал кивком на калитку.

– Пойдем, надо разыскать мою сестру. Не хочу терять время зря. Успеешь еще искупаться в озере.

Во дворе было довольно уютно – подстриженный газон, парочка высоких сосен, беседка с зоной для барбекю. На широкой террасе перед входом были установлены большие садовые качели. В общем, все, что надо для счастья в погожий летний денек.

Поднявшись на крыльцо, я громко постучал в дверь. Ответом была тишина. Нет, дома никого не было.

Я осмотрелся. Интересно, где моя сестрица?

И тут вдалеке у озера я заметил разложенный клетчатый плед, корзину со всякой снедью и сброшенные в кучу вещи.

– Кажется, кто-то отправился поплавать? – перехватив мой взгляд, предположил дядя Эдвард.

Засунув руки в карманы брюк, я направился туда.

Бутылка белого полусладкого вина была пуста, а веселый визг со стороны озера намекал на то, что Елена отправилась поплавать вместе с редактором.

Да, так и было. Они резвились, как малые дети. Брызгались холодной водой и хохотали. Поправочка: они резвились голышом, оставив на берегу всю одежду, включая белье.

Я нахмурился и достал мобильник.

«Хорошие же у меня работнички!» – подумал зло, включая видеокамеру, чтобы заснять это безобразие.

Елена на миг обернулась на берег, увидела меня с телефоном в руках, и улыбка начала медленно сползать с ее лица.

– Саша? – Сестра пораженно рассматривала меня.

Я приподнял бровь.

– Привет, сестренка! Вижу, ты отлично проводишь рабочий день в моем издательстве?

Главный редактор сначала побледнел, а потом, зажав нос пальцами, нырнул под воду.

– Черт бы тебя побрал! Что ты забыл в нашем городе? – Елена воинственно зажала ладонями свою обнаженную грудь.

– А ты как думаешь? Приехал посмотреть, как работают сотрудники принадлежащего мне издательства. Знаешь, кажется, мне теперь многое понятно, особенно то, отчего у издательства сплошные убытки. Ну же, помаши на камеру ручкой, крошка!

– Подай мне полотенце и заканчивай снимать меня на телефон!.. Эй, ты! А ну, не трожь нашу еду!

Я обернулся. Дядя Эдуард, усевшись на клетчатый плед, набивал рот нарезкой сыров и ветчины.

– Судя по угощению, моя сестренка не бедствует? – Даже не подумав подать полотенце, я продолжал ядовито ухмыляться и делать снимки сестры.

– Если хочешь нормально поговорить, заканчивай издеваться! Выключи камеру и подай мне полотенце! – зашипела на меня Елена.

С вызовом ухмыльнувшись, я выключил камеру, но подать ей полотенце и не подумал. Краем глаза заметил, как главред вынырнул в зарослях камыша и со страхом вертит по сторонам мокрой головой.

– Кажется, твой бойфренд решил тебя бросить на растерзание моему телефону, – смешливо сообщил я Елене.

– Ты как был придурком, так им и остался! – Зло фыркнув, сестра показала мне средний палец, а потом гордо распрямила плечи и вышла из воды.

У дядюшки Эдика изо рта выпал кусок ветчины, когда она походкой фотомодели подошла к нему и вырвала у него из рук бокал вина.

– Хватит пялиться, дядя Эдик! Что, голых баб не видел?! Я тебя никогда не любила! Помню, как ты приехал к нам в гости из Франции и дразнил меня матрешкой.

Я едва сдерживал смех. Судя по всему, дядя потерял дар речи. Обнаженная племянница напрочь отбила у него аппетит.

Дернув на себя полотенце, Елена вытерлась насухо и злобно взглянула на меня.

– Ну, что ж, раз ты соизволил явиться домой, давай побеседуем.

Я брезгливо огляделся.

– Может, пройдем в дом и выпьем по чашке чая? Как-то неудобно болтать среди камышей и квакающих лягушек.

Елена пожала плечами, накинула на обнаженное тело полупрозрачное парео и махнула рукой.

– В дом так в дом. – И зашагала босиком по песку в сторону прекрасного дома на сваях, позабыв на пляже корзинку со снедью и голого главреда.

Переглянувшись, мы с дядей Эдиком пошли за ней следом. Вот не люблю я посещать песчаные пляжи в хорошей обуви! Мои модные летние туфли вмиг наполнились песком, и теперь я был вынужден вытряхивать его обратно.

Когда я вошел в дом, сестра уже возилась на кухне с чаем. Честно говоря, после кофе я опасался что-либо брать в рот в этом городе, но мне нужно было знать, где мой ребенок, поэтому я уселся на мягкий угловой диван за столом и принялся ждать, когда же Елена соизволит сесть рядом со мной.

Дядя Эдик в дом не пошел. Он бродил по участку и фотографировал на телефон все подряд, восторженно причмокивая и что-то бормоча на французском.

Сестра громко бухнула чашкой о стол и шумно залила пакетик черного чая кипятком, после чего села рядом со мной и щедро налила в свою чашку «Шардоне» из бутылки.

– Признаюсь честно, Саша, мама разбила мне сердце, оставив такое несправедливое завещание. – Нисколько не стесняясь моего присутствия, сестра отхлебнула вина из кружки и нахмурилась.

Я рассмеялся ей в лицо.

– Очнись! Издательство на грани банкротства!

– А ты думал, что я буду поддерживать его на должном уровне, заботясь о твоей прибыли?!

Я хитро взглянул на нее.

– Хочешь получить «Фикус» обратно?

В успевших осоловеть от вина глазах сестры вспыхнул азарт.

– Очень хочу!

– Тогда помоги мне разобраться в одном деле, и я тебе его подарю со всеми убытками.

Елена недоверчиво взглянула на меня.

– И что за дело могло появиться у самого неблагодарного сына в округе?

Я покрутил кружку с горячим чаем и внимательно посмотрел на сестру. Елена, конечно, ни на что не годна, но она здесь живет. Ее рана, которую матушка оставила своим завещанием, до сих пор кровоточит. Ей нужно это чахлое издательство? Я ей его подарю в обмен на Владу Новикову и сына. Пусть только поможет разыскать мальчишку как можно скорее!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.