Юлия Ильская
Предатель. Ты не достоин нас

Глава 1

Василиса

– Девушка! Что Вы делаете?! Вы с ума сошли?! Девушка! Вам плохо?

– А? – рассеянно откликаюсь я, не отрываясь смотрю через проезжую часть, на другую сторону улицы. Мимо проносятся машины на огромной скорости, и я чуть было не шагнула туда, в этот плотный поток.

Кто-то настойчиво трясет меня за плечи:

– Девушка-а-а-а. Что вы задумали? Вы же беременная!

Да, спохватываюсь я и прижимаю руку к огромному животу. Нет, нет я не желала причинить себе вред, это произошло инстинктивно. Я хотела подойти ближе, убедиться, что мои глаза меня не обманывают, что это не гормоны играют со мной злую шутку.

– Девушка! Что вы творите? Вы сумасшедшая?

Назойливый голос лезет в уши, отвлекает. Да, я, наверное, сошла с ума, у меня галлюцинации. Я снова смотрю туда и вижу ту же картину.

Высокий, светловолосый мужчина страстно целует брюнетку в красном платье. Они меня не видят, а вот я их как на ладони. Вдруг девушка отрывается от мужчины, смотрит мне прямо в глаза, дерзко подмигивает и облизывает пухлые, сочные губы.

Я узнаю Снежану, новую секретаршу моего мужа. Он их поменял уже с десяток, все жаловался, что не может найти толковую. Вот видимо нашел. Или он их всех…? Он со всеми своими секретаршами…?

Смотрю на точеный профиль своего мужа, на широкую спину в белоснежной рубашке. Только сегодня утром я подала ему эту рубашку, любовно выстиранную и выглаженную мной. А теперь по ней скользят холеные, наманикюреные руки другой женщины.

Я как мазохист жадно разглядываю любовницу моего мужа, с горечью понимаю, она красивая, сексуальная, ухоженная. А я? Я беременная!

Чувствую себя нелепой, неуклюжей, толстой. Мое любимое просторное белое платье с вышивкой теперь кажется мне старомодным, глупым. На моих ногах дурацкие резиновые тапки, потому что ноги так отекли, что не влезают ни в какую обувь.

Я машинально попыталась пригладить свои непослушные рыжие локоны, которые не поддавались никакой укладке и жили своей жизнью. Когда-то Слава любил мои волосы. За зеленые глаза и мою страсть к стилю бохо называл меня лесной колдуньей.

Теперь видимо его другая околдовала, накачанная и силиконовая.

Слава, словно почувствовав мой взгляд поворачивается, удивленно смотрит на меня, делает шаг к пешеходному переходу.

Нет! Я не могу, я не выдержу, только не сейчас! Нет сил смотреть в любимые лживые глаза, слушать родной знакомый до боли голос! Я задыхаюсь, в голове шумит, в глазах плывет, сейчас упаду в обморок, но нельзя! Во мне моя дочь, моя любимая малышка. И это ее папа, мой муж сейчас бесстыдно взасос целовал свою секретаршу прямо на виду у всех! Как банально!

– Да очнись же наконец! – кричит здоровенный мужик, который также держит меня за плечи, иначе бы я, наверное, упала.

– Васёна, ты как здесь? – Слава уже совсем близко.

Живот и поясницу скручивает от боли и я сгибаюсь пополам. Между ног становится влажно и горячо.

– Какой срок? Какой у тебя срок?! – голос незнакомца строгий, профессиональный. Я мгновенно подчиняюсь.

– Тридцать шесть недель и три дня. Рано, слишком рано. – шепчу я.

– Беременность протекала нормально? В какой поликлинике наблюдалась? – сыпет вопросами и аккуратно ощупывает мой живот.

– Кто ты такой? Отойди от моей жены! – орет Славка. Тоже мне защитник, сам довел, теперь орет тут.

– Я врач, а ты так понимаю муж? У нее отошли воды, скорая уже едет! На партнерские роды поедешь?

Ага, поедет. Мой крутой бизнесмен муж и, как оказалось, последняя сволочь, до трясучки боится крови.

– Как роды? – Славка выпучил глаза, дурак дураком – еще же рано!

– Последствия стресса, – язвительно говорит мужчина. А мой муж на минуту стыдливо отводит глаза, но тут же справляется с собой.

– Я сам разберусь! – муж еще пытается хорохориться, но в голосе паника.

– Ты уже разобрался… – бурчит незнакомец и продолжает массировать мне поясницу.

Я снова сгибаюсь от боли. Говорят, что боль нарастает постепенно, и если это самое начало, то что же будет дальше?!

– Думай о ребенке! – приказывает мне незнакомец – Думай только о ребенке!

Я вспоминаю чему меня учили в школе родителей и стараюсь успокоить дыхание. Тревога нарастает вместе с болью, как моя малышка там? Ей еще минимум две недели нужно было находится в безопасном пространстве моего тела!

Скорая приезжает быстро, меня укладывают на каталку и надевают кислородную маску. Слышу обрывки фраз «отслоение плаценты», «кровотечение». Новый приступ боли пронзает мое тело, разрывает, переворачивает все внутренности, не дает ни вздохнуть, ни выдохнуть. Так больно мне не было никогда в жизни! Я сжимаю зубы изо-всех сил, но не выдерживаю и кричу, на меня надевают маску, в руку впивается игла.

"Мы ее теряем!" – кричит кто-то, и я понимаю, что сейчас умру.

"Господи, пусть они спасут ребенка?" – молюсь я беззвучно. По щеке течет слеза, я прощаюсь со своей чудесной, беззаботной жизнью.

Глава 2.

Василиса

Открываю глаза и вижу белоснежный потолок, где я?! Руки-ноги словно свинцом налиты, неподъемные. В животе странно пусто! Я поднимаю голову, ребенок, где мой ребенок?!

Хочу закричать, но из пересохшего горла вырывается только хрип.

– Васёна, очнулась?! – в поле зрения появляется обеспокоенное лицо мужа – как ты себя чувствуешь?

– Ребенок… – шепчу я.

– С ней все хорошо, она слабенькая еще, но все будет хорошо. Ей нужно еще чуть полежать в грелке, так врачи сказали – успокаивает меня муж.

Но я не могу быть спокойной! Я хочу увидеть свою дочь, хочу убедиться что с ней все в порядке. Сейчас это для меня самое главное!

Я пытаюсь встать, но острая боль пронзает низ живота, кружится голова, к горлу подступает тошнота.

– Милая, тебе нельзя вставать! Ты потеряла много крови, тебе сделали экстренное кесарево. Ты чуть не умерла! – Слава укладывает меня снова на подушку.

– Попроси чтобы ее принесли! – со слезами на глазах прошу я.

Сердце сжалось от тревоги и страха, роды были тяжелые и для нее и для меня. Я не переживу если с моей малышкой что-то случится! А что если от меня скрывают страшную правду?

– Да, конечно, но ты не вставай. Да не переживай так, она здорова, только немного недоношенная.

– Иди уже – тороплю я.

Муж выходит из палаты а для меня время останавливается, я смотрю на настенные часы и считаю секунды. Как же медленно движется стрелка, кажется жду целую вечность, а прошло только три минуты.

Наконец дверь открывается и заходит муж, на руках у него маленький кряхтящий сверток. Я всем телом подаюсь вперед, рискуя свалиться с кровати, не обращая внимания на боль протягиваю руки.

Молоденькая медсестра следом вкатывает кувез, пристраивает возле моей койки и подключает.

– Не больше десяти минут и кладите в грелку – предупреждает она. Стреляет глазками на моего мужа и уходит красиво покачивая бедрами.

Я смотрю на свою доченьку, такую красивую, такую долгожданную. Длинные реснички, крошечные пальчики, такой маленький алый ротик. Смотрит на меня внимательно и вдумчиво, оценивает, изучает.

А я умираю от любви и нежности, тихонько касаюсь щечек и ручек, покачиваю на руках, вдыхая неповторимый аромат счастья.

– Ну здравствуй, дочь – Слава с интересом ее разглядывает и протягивает руку.

Его рука такая огромная, я боюсь, что неловким движением он может причинить боль малышке.

– Ш-ш-ш, напугаешь! – шиплю я на него и отодвигаю ребенка подальше.

Материнский инстинкт включается сразу на полную катушку, я готова защищать свое дитя от всех на свете. Даже от ее отца.

Десять минут проходят как одна, я с сожалением отдаю дочь мужу и он бережно укладывает ее в кувез. Я же глаз с нее не свожу, не могу поверить своему счастью.

– Зай, я принес твой любимый компот, попей, он сладкий, тебе нужно набираться сил. – Слава, такой родной, такой заботливый, подает мне бутылку с компотом и я долго пью маленькими глотками, наслаждаясь прохладной живительной влагой.

С облегчением откидываюсь на подушку, Слава здесь значит все будет хорошо. Он поддержит, он защитит. Он…

Страшное воспоминание бьет по мозгам! Мой муж и его секретарша, бессовестно целующиеся на улице. Я в шоке поворачиваюсь к мужу.

Глава 3

Василиса

Я ошарашена! Пытливо вглядываюсь в лицо Вячеслава. Его глаза все так же с любовью смотрят на меня, широкая, искренняя улыбка не сходит с по-мужски красивых губ. Нет, этого просто не может быть!

Может у меня все таки гормоны и мне все привиделось? Но все было так реально. Если мне такое почудилось, значит мне надо к психиатру, а если нет…

Я даже подумать об этом не могу, не могу произнести это слово- измена. Гадкое и опасное, словно ядовитая змея.

Это не про нас! Он не может так поступить со мной! Я знаю что он любит меня! Нужно спросить. Этому обязательно есть объяснение, лучше пусть я окажусь сумасшедшей, сейчас все лечится. Все, кроме предательства!

– Васён, ты чего? Болит что-то?

От мужа не укрылись мои переживания, я всегда была для него как открытая книга.

– Слава, – робко начинаю я, – я видела…

– Не продолжай, – прерывает он меня. – Я ее уже уволил.

– Так это правда? – слезы мгновенно потекли у меня по щекам, как будто только того и ждали.

– Что ты имеешь ввиду? – удивленно спрашивает он.

– Ты…ты мне…– я так и могу высказать это, слова застревают в горле и протолкнуть их нет никакой возможности.

– Изменяю? – помог мне муж. -. Ну конечно нет! Как ты можешь обо мне так подумать?! Разве я давал тебе повод? Ты моя единственная лесная колдунья, я только тебя люблю!

– Ну как же…– совсем теряюсь я.

– Снежана просто зарвалась, она давно строила мне глазки, но я не обращал на это внимание. Тогда она решила пойти ва-банк. Она позвонила тебе, ведь так?

– Смс прислала…– шепчу я, отчаянно желая что бы, Слава убедил меня что у нас все по прежнему замечательно.

– Вот поэтому когда я выходил из кафе она кинулась мне на шею. Я растерялся, не успел ее оттолкнуть. Мне жаль, что ты увидела, прости.

– Но ты тоже ее целовал! – слезливо кричу и сама себе противна за этот жалкий тон.

– Да ты что, Василиса! Как бы я мог, ты мне дочку родила, красивую такую! Я бы не предал тебя! Никогда! Тебе показалось! Перестань подозревать меня, ты думаешь, что я такой козел? – Слава так искренне возмущается и так трепетно сжимает мою руку, что я отбрасываю все сомнения.

Это мой муж, я люблю его и теперь у нас есть ребенок, наша дочь Ева. Мы семья, у нас все замечательно!

– 

Прости…Это все беременность. Я сама себя накрутила – мне стало стыдно.

– 

Брось, я все понимаю, гормоны и все такое – благородно отмахивается мой муж.

– 

А как же Снежана? – я даже готова пожалеть незадачливую

соперницу.

Понимаю ее прекрасно, в Вячеслава трудно не влюбиться.

Синие – синие, как океан, глаза; волевой подбородок; озорная мальчишеская улыбка; в придачу сильное, тренированное тело и просто неприлично много денег. Настоящий Аполлон!

– 

Забудь о ней, любимая! Ты о ней больше не услышишь – заверил Слава. – лучше скажи как дочку назовем?

– 

Ну Славик, мы же уже обсуждали. Ева!

– 

Хм, не помню. Ну Ева так Ева. Я так люблю тебя Василиска! – Славка крепко меня обнял и впился в губы жарким поцелуем.

В этот момент я чувствую себя самой счастливой на свете! Глупая! Как можно сомневаться в таком мужчине?

– 

Кхм-кхм, – внезапно услышали мы, увлеченные поцелуем.

Глава 4

Василиса

Мы с удивлением уставились на здоровенного мужика в белом халате.

– Кто это? – шепотом спросила я мужа.

– Я ваш доктор Василиса. Не помните меня? – громко представляется детина – это я вас привез сюда.

Я с трудом вспоминаю сцену на улице, перед тем как отключиться в скорой. Так значит это тот самый мужик.

– Василисе нужен отдых, вы задержались – врач строго посмотрел на Славу.

– Да, ухожу. – засуетился мой супруг.

– Зайка, я тебе позвоню. – он чмокает меня на прощание и выходит.

Врач уселся на его место. Стул под ним жалобно скрипнул, вот- вот развалится под горой мышц.

– Итак, меня зовут Егор Александрович Соболев. Я заведующий этой клиникой. Это я принимал у вас роды. Скажу прямо, роды были тяжелыми, вы потеряли много крови, нам пришлось делать экстренное кесарево. Ребенок родился немного недоношенный, но не критично. В целом состояние вашего ребёнка хорошее, через недели две, скорее всего, сможем отпустить вас домой. А сейчас дайте я вас осмотрю – сказал он низким рокочущим голосом.

– Две недели?! – ужаснулась я. – Все так плохо? Моя дочь больна?!

– Нет, если бы была больна, мы бы оставили вас гораздо дольше. Ее конечно еще будут осматривать специалисты, но мы никаких отклонений от нормы не увидели. Хорошенькая, активная девочка, но подстраховаться не мешает – доктор внимательно и очень бережно осматривает мои швы.

– У вас тоже все хорошо, но вставать сегодня с постели я вам запрещаю, ребенка доставайте только на кормление, медсестра вам поможет. После такой кровопотери нужно долго восстанавливаться. В моей клинике мы сможем обеспечить вам полный покой и заботу. А также круглосуточное наблюдение за состоянием ребенка. Если будете меня слушаться все будет хорошо.

Я внимательно смотрю на доктора и снова удивляюсь его внешнему виду. Коротко стриженные каштановые волосы, недельная щетина, руки и мощная шея в татуировках. Он больше походит на байкера, а не на доктора. Зато глаза удивительного янтарного цвета светились добротой и пониманием. Этакий лесоруб-добряк.

Я беспрекословно верю его словам и успокаиваюсь.От него чувствуется очень мощная энергетика, но она мягкая, обволакивающая и умиротворяющая. Именно про таких мужчин говорят “как за каменной стеной”, когда рядом такой человек, понимаешь что ничего плохого с тобой не может случиться. Но Боже упаси иметь такого врага! Снесет и не заметит. Наверное, именно такими были былинные русские богатыри.

– Спасибо вам большое – спохватилась я, осознав что неприлично долго рассматриваю доктора – как мы можем вас отблагодарить?

– Поскорее восстановиться, большей благодарности мне не надо – улыбается он.

Улыбка у него тоже оказалась теплой и светлой, как будто лучиком согрела. На небритых щеках заиграли ямочки, в глазах заплясали золотистые искорки.

Я невольно улыбаюсь в ответ:

– Мы с Евой постараемся!

– Ева значит? Красивое имя – Егор Александрович заглянул в кувез, где сладко спала моя малышка.

– Ну отдыхайте, если что жмите на кнопку, медсестра сразу придёт.

Он направился к двери, но внезапно повернулся и внимательно посмотрел на меня:

– С мужем, я вижу, все в порядке?

Ох, наверное он тоже видел ту некрасивую сцену и теперь думает что Славик мне изменяет, а я лохушка его прощаю.

– Да, понимаете, это просто недоразумение… – почему-то мне хочется оправдаться перед этим незнакомым мне мужчиной, объяснить ситуацию.

Но он останавливает меня взмахом руки:

– Это абсолютно не мое дело. Мне важно чтобы вы были спокойны. Больше меня ничего не касается. Отдыхайте. Я рад, что у вас все хорошо.

Он вышел а я осталась в разобранных чувствах. Ведь этот доктор тоже видел то же что и я. Почему я не спросила у него? Рука тянется к кнопке вызова, но тут же отдергивается назад.

“Егор Александрович, а вы видели как мой муж целуется со своей секретаршей? Как вы считаете ему понравилось?” Так что ли?! Стыд-то какой!

Сейчас, когда Славы нет рядом и его обаяние на меня не действует, я пытаюсь снова восстановить в памяти тот поцелуй. Перед глазами ее руки с красными ногтями на плечах моего мужа, его сильные загорелые ладони на ее тонкой талии, склоненные друг к другу головы. Страсть, животная, неприкрытая, отчаянная. Не со мной!

Сердце защемило от боли, на глаза навернулись слезы, душа словно разбилась на осколки и колет в груди так, что хочется выть. Не хочу! Не могу думать об этом!

Я смотрю на свою дочь, она такая маленькая, беззащитная, ради нее я должна быть сильной. Как же я смогу позаботиться о ней, если со своей собственной жизнью справиться не в состоянии?

Я понимаю, что как бы не хотела я верить мужу, какие бы теплые отношения у нас не были, я должна выяснить правду. Что я буду делать если факт предательства подтвердится я еще не знаю, подумаю об этом позже, но я точно знаю что не смогу жить и растить ребенка во лжи. Моя кроха не заслужила этого и я постараюсь окружить ее только любовью. Даже если мое сердце будет разбито на куски, я смогу, я выдержу все и даже больше!

От этого решения мне стало чуточку легче, хотя знаю, что самое трудное еще впереди.

Ева недовольно сморщила носик, проснулась и громко заревела, голодная. Я быстро вытерла слезы и нажала на кнопку вызова медсестры.

Дверь в палату открылась, но это оказалась не медсестра…

Глава 5

Василиса

– Да где же делась эта медсестра? – я отчаянно жму кнопку, но никто не идет.

Хоть и прошло уже несколько дней после родов, но стоять могу только в позе “Зю”. Нечего и думать взять ребенка самостоятельно, у самой ноги еще дрожат. Обычно медсестра быстро приходит и помогает мне покормить Еву, но сегодня, что-то не торопится.

Дверь открывается и в палату входит, нет, влетает как красный пожар, благоухая розами и сандалом, звеня бусами и шелестя пакетами моя лучшая подруга Марго.

– Приве-е-ет! – кричит она с порога, протягивая руки – Поздравл-я-я-яю!

– Привет! – обрадовалась я.

– А кто у нас тут такой сладенький плачет? – она бросается грелке и достает малышку.

– Марго, осторожно – беспокоюсь я.

– Не ссы подруга! Я двоих вырастила и ни одного не уронила! – заявляет Марго – Ну почти…

Ева притихла и рассматривает ярко накрашенную тетку, которая так бесцеремонно схватила ее на руки и кружит с ней по палате. Однако, голод берет свое, и Ева снова кричит во всю мощь своих маленьких легких.

– Дай ее мне, я покормлю – прошу я, грудь расперло и от криков малышки молоко все больше прибывает.

Марго аккуратно кладет дочку мне на колени и я неумело пытаюсь накормить кроху.

Но она отворачивается и кричит, даже покраснела вся.

– Ты не умеешь что ли? – всплеснула руками подруга. – дай помогу!

Она ловко впихивает мою грудь в маленький ищущий ротик и малышка тут же начае сосвть, от удовольствия прикрыв глазки.

В палате воцаряется благословенная тишина, но ненадолго, Марго тут же развивает бешеную деятельность.

Она пододвигает столик к кровати и кидается распаковывать свои многочисленные пакеты. На стол посыпались контейнеры с деликатесами.

– Так, это тебе фрукты, бананы и яблоки, других пока не ешь, может аллергия начаться у ребенка. Это курица запечённая, это котлетки домашние, это вот печенье, пирожки…

– Марго! Куда столько?! Какие пирожки? У меня же диета! – я пытаюсь прервать этот поток гастрономических изысков.

– Так, пирожки, Анна Николаевна пекла, они очень диетические, не жареные, все только натуральное, да я-то знаю, что можно, я ж двоих родила! – Марго сразу пошла с козырей.

Она знает что от пирожков ее свекрови я не откажусь даже под страхом смерти.

Таких вкусных пирожков я не пробовала даже в самых крутых ресторанах, куда частенько водил меня супруг. Я вспомнила, что ничего не ела со вчерашнего дня. Рот моментально наполнился слюной и я, удобнее устроив малышку на коленях, тяну руку:

– Дай!

Марго хитро улыбаясь сует мне пирожок и бросается кипятить чай. Хорошо в палате есть для этого все необходимое.

Через полчаса я с изумлением оглядываю остатки пиршества.

– Я что? Все это съела? – ужасаюсь я.

– Ага, я то знаю какой аппетит после родов. А теперь чай!

Она забирает у меня с колен доченьку, та даже не проснулась, сытая и довольная сладко посапывает. Марго вглядывается в личико малышки.

– Надо же. На Славку совсем не похожа.

– Не выдумывай! Очень даже похожа, и носик и ушки Славины.

– Ну тебе виднее, – не спорит подружка и укладывает мою куколку назад в кувез.

Марго вручает мне кружку с сладким чаем с молоком и открывает контейнер с печеньем. По палате поплыл умопомрачительный запах свежей выпечки.

– Анна Николаевна? – спрашиваю я

– Она самая.

Я решила, что еще пару нежных, рассыпчатых печенюшек в меня точно влезет и с аппетитом захрумкала. Я и забыла, когда в последний раз позволяла себе так объедаться.

В жизни я стараюсь придерживаться правильного питания. Мне так хотелось быть стройной и красивой для своего мужа, что я была готова на любые ограничения. А теперь может и не будет у меня никакого мужа. Ни к чему теперь фигуру беречь

– Эй, ты чего?! – всполошилась Марго. – Васька, ты плачешь? Печенье не понравилось?

Я всхлипнула и вытерла непрошеные слезы. Не хочу вываливать на Марго свои семейные проблемы, но и в себе держать сил нет.

– Я думаю Слава мне изменяет. – вот и высказала я это вслух. Теперь это стало реальным, осязаемым и с этим нужно что-то делать.

Я жду что Марго кинется меня разубеждать, ведь она знает какая счастливая у меня семья, как Слава любит и балует меня. Как мы хотели ребенка, а я все никак не могла родить и мы решились на эко.

Но Марго молчала и о чем-то напряженно думала.

– Что ты молчишь? – кричу я – Ты слышала? Слава мне изменил, с секретаршей!

– Как узнала? – наконец спрашивает она.

– Эта секретутка смс с адресом прислала, и потом они целовались прямо на улице. Но Славка говорит, что это случайно получилось. Говорит она сама на него набросилась. – торопливо говорю я.

– А ты что думаешь?

– Я…Я не знаю – я опускаю голову.

Марго порывисто обнимает меня, а я заливаюсь слезами.

– Ну все, все…перестань, подумай о дочке, молоко пропадет, что делать будешь? -

Эти слова отрезвиляют меня. Нельзя быть такой эгоисткой и ставить свои переживания выше благополучия ребенка.

– Да, да, все, успокоилась – бормочу я вытирая слезы.

– Что будешь делать? – снова спрашивает меня Марго.

– Да не знаю я! – на смену слезам пришла злость – что ты все спрашиваешь у меня?! Это я у тебя совета прошу!

– Вась, ты не кричи, подумай – мягко говорит подруга, и мне становится стыдно, она ж не виновата, что у меня муж козёл.

– Конечно, Славка твой тот еще кобель.

Я удивленно смотрю на подругу.

Глава 6

Василиса

– Конечно, Славка твой тот еще кобель.

– Откуда ты знаешь? – удивляюсь я, никогда не замечала, что Марго такого мнения о моем муже, у них всегда были ровные отношения.

– Да этого только слепой не видит – усмехается Марго, – он же за каждой юбкой ухлестывает стоит тебе отвернуться.

– И…за тобой? – нет этого я не перенесу, чего еще я не знаю о своем муже?

– Ну уж нет, я женщина честная, у меня свой кобель имеется. Хотя Славка твой и намекал, но я сразу расставила все точки над i.

– Намекал?! – в шоке смотрю на подругу – почему ты мне ничего не сказала?

– Да ты ж на него как на боженьку глядела, пылинки сдувала, ничего вокруг не видела. Если б я тебе тогда сказала, ты бы поверила?

– Наверное, нет – соглашаюсь я.

Я вспомнила как безжалостно вычеркивала из своей жизни подруг, которые хоть слово плохое говорили про Славика, до тех пор пока не осталась одна, самая любимая – Марго.

– Еще бы разругалась со мной, а я тебя люблю и не хочу потерять, рано или поздно сама бы узнала.

– Значит, развод, – удрученно говорю я.

– Подожди разводится, с другой стороны, я ж свечку не держала, может у него такой спортивный интерес ко всем клеиться. Может там до постели дело и не дошло. Тут аккуратно надо, развестись не проблема, а вот сойтись потом… Сначала надо все наверняка узнать. Не торопись, выясни потихоньку. А там уже и решать будешь.

Марго права, я слышала, что есть такие мужчины которые без флирта жить не могут, и это совсем не значит что они изменяют. Нельзя рубить с плеча, выпишусь из больницы, там и решать буду. Тем более куда мне идти? Жилья у меня своего нет, а к маме очень не хочется.

Я люблю свою маму, но у нас сложные отношения и жить с ней я соглашусь в последнюю очередь. Тем более она просто обожает Славу, он оплачивает ее бесконечные санатории и лечебницы. Мама моя, обладая недюжинным здоровьем, очень мнительная и регулярно находит у себя симптомы все новых болячек. Подозреваю это ее способ развлекаться, бедные врачи просто не могут противостоять ее настойчивости и раз за разом отправляют ее в очередную здравницу, естественно за кругленькую сумму.

Марго конечно пустит пожить, но у меня совесть не позволит упасть ей на голову с ребенком. У нее своя семья, причем довольно большая.

– Ну чего загрустила? Не пойман, не вор! Выше нос, может еще образуется все. Глянь, зато какая у тебя девчонка теперь есть! – Марго пихает меня в плечо и кивает на дочурку.

– Да, правда она красавица? – я невольно расплываюсь в улыбке.

– Глаз не отвести – заверяет Марго. – А теперь слушай…

Следующие тридцать минут она подробно рассказывает мне что и как делать с ребенком, показывает как поменять памперс, смазывать складочки и все такое. От количества информации у меня даже голова разболелась, но я внимательно слушаю и стараюсь запомнить, я же теперь мама. Наконец-то, когда Марго уже дошла до режущихся зубок, медсестра напоминает, что время посещения закончено и Марго удаляется.

Я с облегчением откидываюсь на подушку, поворачиваюсь и смотрю на свою крошечку.

Воспоминания накрывают меня волной.

Год назад

– Боюсь, мы не можем ничем вам помочь, – пожилая врач разводит руками – мы испробовали все способы консервативного лечения. Вы не сможете забеременеть естественным способом. Так бывает, вроде все анализы в норме, а беременность не наступает.

Для меня ее слова как приговор, как гром среди ясного неба! Мне требуется несколько минут, чтобы осознать: я не могу иметь детей! Уверена, что причина во мне, ведь Славик сказал, что проходил обследование в клинике у своей матери и у него все в порядке. У меня нет причин ему не верить.

На ватных ногах я выхожу из женской консультации, невидящим взглядом нахожу машину Славы и иду к ней. Он, увидев мое лицо выскакивает навстречу и тут все осознание моего горя, вся безысходность рушится на меня лавиной, сметает все на своем пути, уносит меня в пучину отчаяния. Я захлебываюсь в рыданиях у мужа на плече, порчу его дорогущий пиджак от Армани, но не обращаю на это внимания.

– Я бесплодна! Я бесплодна! Я не смогу родить тебе ребенка! – повторяю это раз за разом, мучаю себя, отдаюсь вся без остатка своей беде.

Долгими ночами, после горячей любви мы мечтали о детях. Гадали какими они будут, цвет глаз, волос. Славик даже имена им придумал! Девочка – Ева, мальчик – Кирилл. Он красочно рассказывал как будет играть с ними, водить на футбол, учить водить машину, и со всей серьезностью заявлял, что его сын никогда не будет носить колготки. Я со смехом отвечала, что девочке не будет интересен футбол, а колготки носят все дети, это удобно. Как же мы были счастливы! А теперь все рухнуло и виновата я! Не могу родить ребенка мужчине, которого люблю больше жизни!

Я встряхиваю головой, не хочу вспоминать то тяжелое для нашей семьи время. Самое главное, что чудо произошло и вот наша доченька здесь, со мной, и благодарить за это я должна свою свекровь.

Надо признать, что поступила она очень благородно, хоть мы с ней и не переносим друг друга. Она меня за то что я не ровня Славе, а я ее просто не люблю, но это не мешает мне благодарить ее каждый раз как я смотрю на своего долгожданного ребенка.

Измученная событиями сегодняшнего дня я засыпаю чутким, материнским сном. А утро встречает меня сюрпризом…

Глава 7

Василиса

Чувствую запах маминых духов, такой знакомый с детства, такой родной. Показалось, думаю я, и лежу не открывая глаз, принюхиваюсь, стараюсь растянуть удовольствие. Мама ведь далеко, в Кисловодске пьет минералку, а мне ее так не хватает.

– Вставай засоня, уже двадцать минут жду – слышу родной голос.

Я сажусь на постели и протираю глаза, мама собственной персоной, сидит, улыбается, но уголок рта недовольно кривится. Сердится.

– Мамочка, ты приехала, я так соскучилась! – лезу обниматься, как маленькая девочка.

Я действительно рада, что она пришла, у нас сложные отношения, но роднее ее у меня никого нет. Отец ушел когда я была совсем маленькая, и мама тянула меня одна. Было трудно, денег часто не хватало на самое необходимое.

Я как могла помогала, рано пошла работать, а потом вышла замуж за Славу. Я бы вышла за него даже если бы он был нищим студентом, но так получилось, что он из очень богатой и влиятельной семьи. А теперь и сам успешно руководит семейным бизнесом вместе со своим отцом.

Мама всем хвасталась, что я вытащила "счастливый билет" и мужа моего готова была на руках носить, Слава отвечал взаимностью и не жалел подарков любимой теще.

– Надо же, как на Славочку похожа! Только волосы твои будут, рыжие – мама внимательно разглядывает Еву.

– Да, она прелесть правда? – с гордостью говорю я.

Мама игнорирует мой вопрос и недовольно хмурится.

– Она что, больна? Почему она лежит в этой колбе?

– Нет, что ты! Она здорова, просто родилась раньше срока, ей нужно время.

– Ох, Василиса! Ты как всегда в своем репертуаре, даже родить нормально не смогла! – раздраженно говорит мама.

– Мама! – возмущаюсь я, становится очень обидно, радость мгновенно улетучивается – Я специально что ли?

– Ладно, как назвали – то? – она меняет тему.

– Ева! – мне кажется что это самое красивое имя на свете, но мама видимо так не считает

– Ну и имечко! Е-е-е-ва, – тянет она – ты небось в своих книжках вычитала?

– Славе тоже нравится! – я знаю, что против Славы она не пойдет.

– Ну пусть…– мама больше не спорит.

Моя крошечка, как будто слышит, что про нее говорят, просыпается и громко плачет, требует еды. Я поднимаюсь, не обращая внимания на боль, беру ее из кувеза, прикладываю к груди.

– Ты как здесь? – запоздало интересуюсь – я думала ты в Кисловодске.

– Да вот, Слава попросил отложить поездку. Говорит помощь тебе требуется. Как же так получилось-то? Все ж нормально было всю беременность.

Мама пытливо смотрит на меня, я не хочу посвящать её в наши со Славой неприятности, но и не могу ей врать, поэтому тяну с ответом, делаю вид, что очень увлечена кормлением.

Но пауза затянулась, мама ждет, смотрит на меня.

– Мне кажется Слава мне изменяет – наконец произношу я, не поднимая глаз.

– Кажется? – сразу переспрашивает мама, она как будто и не удивлена.

– Я не уверена, но я видела его с секретаршей. Они целовались.

– Этого не может быть! – мама как всегда полностью на стороне моего мужа. – Слава так поступить не может! Этому есть объяснение.

– Он говорит что она сама на него охотилась и специально все это подстроила. Как думаешь, правда? – я кладу дочь и усаживаюсь, сложив руки на коленях.

– Конечно, правда. Ты же не собираешься от него уходить из-за такой мелочи?

– Для меня это не мелочь, мама?! А что, если у них все серьезно? Что если он и с другими гуляет? Я так не смогу жить! Почему ты вечно его защищаешь? Его, а не меня! – меня прорывает и я снова плачу.

– Василиса, перестань истерить! Ну сама подумай! На кой ляд ему эта секретарша, если у него ты есть. Славка твой мужик видный, богатый, естественно, что к нему всякие липнуть будут, а тебе умнее надо быть. Эта секретарша только и ждёт, что ты уйдешь и ей место освободишь! А сама цап-царап и заарканит Славика! – мама срывается на крик, а мне так хочется чтобы она меня поддержала.

Я качаю головой:

– Ну и пусть арканит, если он предатель, нам такой не нужен…

– А если нет!? Если зря ты на него клевещешь? Дурость свою прекращай, послушай вон свои медитации и бред из головы выбрось! Хочешь дочь отца лишить? Забыла как мы с тобой жили?

Последний аргумент становится решающим! Мне нечего сказать. Конечно, я не хочу чтобы у моей девочки было такое же детство как у меня. И, конечно, я очень люблю Славу, не хочу его потерять, но мне так обидно, что моя мама даже не замечает, что мне действительно плохо, мне нужна ее поддержка, почему она не может быть со мной чуточку помягче.

Спор прерывает наш могучий доктор Егор Александрович, он без стука входит в палату, смотрит на мое зареванное лицо и недовольно хмурит брови.

– Что за шум в палате? Вы кто?! Что вы здесь делаете? – он в упор смотрит на маму.

Ой, что сейчас будет! Мне хочется закрыть глаза, мама не выносит такого тона и сейчас Егору Александрович не поздоровится.

– Я ее мать, Ирина Андреевна! А вы кто? – мама с вызовом смотрит на врача.

Глава 8

Василиса

– Я Егор Александрович Соболев, врач Василисы и Евы. Это я спасал жизнь вашей дочери, которую вы сейчас зачем-то гробите своими воплями. Что вы творите?! Хотите чтобы у нее молоко пропало? Сами внучку потом выкармливать будете? – наверное и действующий вулкан заледенел бы от такого тона, но не моя мать.

Я все-таки зажмуриваюсь, ожидаю грома и молний, матушка моя в гневе очень страшна.

– Я разговариваю со своей дочерью так, как считаю нужным и между прочим, мой зять и ее муж Вячеслав Кротов, поэтому попрошу…

– А мне плевать кто ваш зять, здесь я оберегаю здоровье своей пациентки и если вы сами не уйдете я вас выведу собственноручно.

Мама совсем офигевшая от таких слов переводит взгляд на меня, ища поддержки, но я быстренько отворачиваюсь, пряча улыбку.

– Ну знаете! Ну подождите! Позовите заведующего! – голос ее срывается на фальцет.

И тут бабах! Контрольный выстрел!

– Я заведующий и владелец этой клиники – Егор складывает руки на груди и выпрямляется во весь свой богатырский рост.

Мама, как выброшенная на берег рыба, начинает багроветь и хватать ртом воздух. Я уже даже волнуюсь, не хватит ли ее удар от злости, но организм закаленный санаториями справляется с адреналиновым взрывом.

– Я этого так не оставлю! – кричит она в ярости.

– Прошу вас удалиться и впредь заходить в палату только с улыбкой и в добром расположении духа. – Егор демонстративно распахивает дверь.

Мама как кипящий чайник, красная, злая выскакивает за дверь и громко цокает каблуками по коридору.

– Вот это да! – я в восхищении смотрю на своего спасителя, – лихо вы!

– У меня богатый опыт. – улыбается врач, – обращайтесь, дам пару мастер-классов.

– У меня не получится, это все таки моя мать. Хоть она бывает невыносима, я все равно благодарна ей, за все что она для меня сделала. – отвечаю грустно, – мне проще промолчать.

И тут Егор Александрович неожиданно берет меня за руку и смотрит в глаза. Я снова восхищаюсь необычным цветом его глаз, прямо засматриваюсь, вот бы мне такие, несправедливо, зачем мужчине такие глаза!

– Василиса ты теперь сама мама, ты должна заботиться только о своей доченьке, мама твоя заботилась о тебе, это хорошо, но ты должна научиться выстраивать личные границы ради себя и своего ребенка. Благодарность и покорность это разные вещи!

– Да, я понимаю, придется походить к психологу, пройти сепарацию и все такое.. – нервно усмехаюсь я.

От его прикосновения по телу бегут мурашки, я убеждаю себя, что это просто забота врача о пациентке. Интересно, он всех своих пациенток вот так за ручку держит. Очередной кобель на мою голову! Мужа мне мало что-ли! Настроение портится и я забираю свою руку из мощной лапы Егора.

Егор, понимает намек и сменяет тему, он осматривает малышку и меня, дает рекомендации и уходит.

Следующие две недели пролетают незаметно. Я настолько погружаюсь в заботы о малышке, что все мои переживания теперь кажутся мне глупыми и ненужными. Марго притащила мне кучу книжек о воспитании детей и я каждую свободную минутку учусь быть мамой. Я хочу быть самой лучшей мамой для своей куколки! Ева уже совсем окрепла, подросла и радует хорошим аппетитом.

Слава приходит каждый день, клянется в вечной любви и выполняет все мои капризы. Только мама больше не приходит, дуется, но я не переживаю, отойдет.

Егор Александрович ( про себя я давно зову его просто Егор) держится вежливо отстраненно, как и положено врачу, за руки больше не хватает и в глаза не заглядывает. От этого немного грустно, все таки мне было приятно его внимание.

– Ну что ж Василиса, у вас все хорошо! Я могу отпустить вас домой.

Наконец-то! Я так долго жду этих слов! Я так скучаю по дому!

– Сегодня?! – радостно спрашиваю я.

– Сегодня – кивает Егор. Почему-то он как будто не рад.

– Ура! Спасибо вам большое! – восклицаю я и, не подумав, кидаюсь на шею нашего доброго врача и целую в небритую щеку.

Его тело горячее как печка, напряженные руки обнимают меня совсем не по-дружески, он лицом зарывается мне в волосы и судорожно втягивает воздух. Ох, что я наделала!

Я понимаю что совершила ошибку, не стоит давать ложных обещаний хорошему человеку, между нами ничего не может быть, я люблю мужа и некоторые недоразумения не разрушат мой брак. Сегодня мы уедем и скорее всего больше никогда не встретимся с Егором Александровичем.

Я выпутываюсь из медвежьих объятий и смущенно смотрю на него.

– Извините, – бормочу я.

– Ничего, мне было приятно – в его глазах снова скачут смешинки, его этот неловкий момент как будто даже позабавил.

– Эмм, ну я тогда буду собираться – я начинаю хватать вещи, складывать их, а в голове все еще пульсирует от жара большого надежного тела.

– Собирайтесь, но есть одно но…

Глава 9

Василиса

– Что? – я испугалась, что Егор передумал.

– Каждую неделю вы с Евой будете приходить ко мне на прием.

– Но у нас есть семейный доктор, он вполне может осматривать Еву, хоть каждый день. – мне не хочется больше провоцировать этого мужчину, и так понятно, что я ему нравлюсь, но ответить взаимностью не могу.

– Дело, конечно ваше, но я не рекомендовал бы менять лечащего врача первый год жизни ребенка. Тем более я принимал роды, знаю все нюансы, все анализы. Ева мне уже как родная – улыбается он.

Не могу не признать его правоту. Для моей крохи так лучше будет, а я потерплю как нибудь.

– Да не волнуйся ты так, Василиса! Я тебя не съем! Обещаю больше не обниматься, если сама не попросишь. – Егор задорно подмигивает и я не могу удержаться от улыбки.

– Хорошо, Егор Александрович – отвечаю я.

– Для тебя – просто Егор, можно Егорян, на “ты”! – он по-королевски взмахивает рукой и я хихикаю.

– Окей! А я Василиса, можно Вася, можно на “ты”. – поддержала я игру.

– Друзья? – он протягивает свою медвежью лапу

– Друзья! – вкладываю руку в опасный капкан.

Он легонько пожимает мне руку. Мы согласовываем время следующего приема и Егор уходит по делам, обещая обязательно собственноручно выдать Еву моему мужу и принять от него традиционный коньяк.

Только вот до мужа я дозвониться никак не могу. Где же его носит?

Через час безуспешных попыток, я решаюсь ехать на такси. К черту традиции! Меня поймет лишь тот кто долго лежал в больнице. Какая бы комфортабельная клиника не была, домой хочется ужасно.

Я прошу Егора сохранить мои многочисленные манатки, что скопились у меня в палате за две недели. Натягиваю помятый сарафан, беру только Еву и небольшую сумку с самым необходимым и вызываю такси.

– Василиса, ты всегда можешь ко мне обратиться! Хоть днем, хоть ночью. Звони в любое время. – Егор усаживает меня в такси и смотрит долгим, пронизывающим взглядом. Я киваю и поскорее захлопываю дверцу.

Дома! Наконец-то я дома!

Я иду от калитки по дорожке и внимательно осматриваю свой сад. Это моя гордость! Я сама разработала ландшафтный дизайн и своими руками посадила здесь все растения.

Собственно этот сад познакомил нас со Славой. Я тогда работала в фирме по ландшафтному дизайну и меня как молодого специалиста отправляли на самые сложные, запущенные участки. Приехав сюда я ужаснулась, работы было немеряно! Как мне объяснили, участок купил жутко богатый бизнесмен и собирается построить здесь загородный дом. Место действительно было шикарное, на достаточном удалении от города, но с доступной инфраструктурой, лес, речка, чистейший воздух! Я с воодушевлением принялась за работу, представляя какую красоту здесь можно создать.

Когда я увидела на стойке молодого, сумасшедше красивого парня в майке и джинсах я и подумать не могла, что это и есть тот самый хозяин. Он сразу обратил на меня внимание, а я мгновенно влюбилась в синие глаза и красивые мускулистые руки. Наш роман развивался стремительно, вскоре мы уже не расставались ни днем ни ночью. Я активно участвовала в стройке и Слава учитывал все мои советы.

Слава очень быстро рассказал мне кто он, но для меня это не имело никакого значения. Я наслаждалась своей любовью и щедро делилась ею со всем миром. Наверное, поэтому сад и дом получились такими чудесными, в каждый кустик, в каждую травинку, в каждый кирпичик я вкладывала свою любовь.

Когда дом был построен, Слава сделал мне предложение. Это было как в сказке! Мы сами себе построили свой дом мечты и собирались жить в нем долго и счастливо с кучей ребятишек.

Слезы наворачиваются мне на глаза от воспоминаний, как же счастлива я была тогда!

“И сейчас! Я и сейчас счастлива” – сердито одергиваю себя – “ Я принесла в этот дом нашу первую дочь, плод нашей любви и неважно что нам пришлось пережить, у всех пар бываю трудности. У нас теперь есть Ева! Муж любит меня. Все чудесно!”

Но я совсем не чувствую себя так. Наоборот, сердце сжимает тревога, какое-то предчувствие беды, тело начинает противно вибрировать, горло перехватывает. Я встряхиваю головой, пытаясь избавиться от противной дрожи и решительно направляюсь к двери дома. Надеюсь, хоть наша домработница – Татьяна Афанасьевна дома. Звоню в дверь и не слышу ни звука. Снова звоню и снова. Да куда все подевались?!

Наконец слышу шаги и звонкое “Иду!”. Сердце останавливается на секунду и начинает бешено колотиться. Дыхание прерывается, меня словно внезапно окатили ледяной водой. Ноги прирастают к крыльцу и я вынуждена только стоять и тупо смотреть на открывающуюся дверь.

Глава 10.

Василиса

– Явилась! – недовольно заявляет Снежана.

Я так поражена, что не могу и слова сказать. Эта шваль стоит на пороге моего дома в моем же халате! Этот халатик мне дарил Слава на какой-то праздник или просто так, не помню. Я его одевала только чтобы порадовать мужа, очень уж он заводился когда видел меня в нем. Но когда была одна, я забрасывала его подальше, какой-то он…шлюхский что ли.

Вызывающая леопардовая расцветка, короткий под самое не могу, вся моя немаленькая грудь наружу. Причем дорогой шелк все время норовил соскользнуть или перекрутиться, очень неудобный халат, одевала только, чтобы через пять минут его сорвал с меня муж. А эта ходит и ничего, и сиськи не вываливаются, не брезгливая оказалась.

– Что смотришь? Слава мне ключи дал, теперь я здесь живу! Ты же не думаешь, что он выгонит свою беременную женщину?!

– Беременную? Ты беременная?! – до меня с трудом доходят ее слова. Я концентрирую внимание на этом злополучном халате.

– Да, уже третий месяц. – она довольно оглаживает себя по еще плоскому животу, – ты бы видела, как Славунчик обрадовался, он сказал что разведется с тобой сразу как ты родишь. А ты все не рожала никак, пришлось тебя поторопить.

Я удивленно смотрю на Снежану, она ненормальная что ли?

– Но ты же тоже женщина, а если бы мы с дочкой погибли? Как бы ты жила потом? – у меня в голове не укладывается, что из-за мужика можно рисковать чужими жизнями.

– Нормально бы жила! – взвилась Снежанна – Даже все проще было бы! А так сейчас с разводом заморачиваться, но ничего, Славунчик сказал что заплатит кому надо и вас быстро разведут!

– Хорошо, – я подозрительно спокойна, хотя внутри все кипит от злости, но я не буду опускаться до скандала с этим ничтожеством – я уйду, живите на здоровье. Только халатик мой не забудь постирать, мы со…Славунчиком этим самым в нем занимались, ну ты понимаешь. Теперь тебе дарю, донашивай! Тем более у тебя в нем грудь поместилась, у меня постоянно вываливалась. – я сокрушенно качаю головой.

Снежана распахивает рот и заливается краской. Затем ее прорывает такой бранью, что вокзальные проституки бы обзавидовались. Она протягивает руку чтобы вцепиться мне в волосы, но я смотрю ей в глаза и тихо говорю:

– Только попробуй, – вложив в свой взгляд все презрение на которое только способна.

Если начнется драка мне придется защищать свое дитя, и тут у меня может сорвать крышу. Снежана, видимо, понимает это и делает шаг назад.

– Ой-ой, ребенка она родила, чуть не померла, бедняжка! Я тоже ему рожу! Нормального, а не из пробирки! А ты пошла вон отсюда со своей недоразвитой! Он теперь мой! – любовница моего бывшего мужа стоит на крыльце моего бывшего дома и орет как базарная торговка, уперев руки в бока.

Если бы не малышка у меня на руках, я бы показала ей “недоразвитую”. Но я лишь крепче прижимаю маленький сверток к груди, сжимаю зубы, разворачиваюсь и молча ухожу, глотая злые слезы.

Слава, Слава что же ты наделал?! Как мог ты предать нас?! Цинично лгать глядя мне в глаза, неужели после пяти лет любви и обожания я не заслужила даже правды?

Что-то ломается во мне, до боли, до зубного скрежета выворачивает наизнанку. Как будто внутри меня происходит ядерный взрыв и выжигает все эмоции и чувства, остаются только руины среди которых мне предстоит жить. И я не знаю как мне жить после такого чудовищного предательства, как собрать себя, свое сердце из осколков.

Единственный ориентир в этой поганой жизни – мой ребенок. Только ради нее я продолжаю дышать и двигаться. Двигаться вперед не оборачиваясь!

Теперь только я ответственна за жизнь своей крошечной доченьки и я сделаю все, чтобы она была счастлива! Никому ее не отдам! А любимый муж пусть живет со своей мегерой, другой он не заслуживает и дочь нашу он тоже не заслуживает.

Я выхожу за калитку, достаю телефон и набираю знакомый номер.

Глава 11

Набираю номер и глотая слезы говорю:

– Мама! Я сейчас приеду.

Динамик разражается треском, но я уже не слушаю, кладу трубку. Мне сейчас нужно отдохнуть, накормить и переодеть Еву и собраться с мыслями.

Такси везет меня к родному дому. Надо же, а двор совсем не изменился, краем сознания отмечаю я. Захожу в родной подъезд и поднимаюсь на лифте. Мама уже стоит в дверях и выражение ее лица не сулит ничего хорошего. Похоже, отдохнуть мне здесь не светит, с горечью понимаю я.

– Как же так получилось?! – с укором восклицает мама, вот так всегда, я виновата априори.

– Мам, я очень устала и Ева голодная, дай нам передышку, я обязательно все расскажу. У тебя найдется что перекусить? – прошу я. Других вариантов у меня сейчас нет, придется потерпеть.

Мама поджимает губы и идет на кухню, гремит там кастрюлями. Я прохожу в бывшую свою комнату. После того, как Слава сделал здесь ремонт, все неузнаваемо изменилось, стало безликим, новомодным, холодным.

Но ничего, мы с дочей создадим здесь уют и нам будет хорошо. Я кладу Еву на широкую кровать и облегченно выдыхаю, маленькая – маленькая, а тяжеленькая, на руках не наносишься. Нужно будет что нибудь с коляской придумать.

Все детское приданое, что я так любовно готовила, осталось в моем доме. То есть уже не в моем, поправляю я себя. Наверное, Снежана все себе уже захапала. Да и все равно я не смогу ничего взять из этого дома, как подумаю, что вещей моей девочки касались руки этой потаскушки, начинает тошнить.

Придется все с нуля покупать. Своих денег у меня нет, у нас всегда был с мужем общий бюджет. Слава настаивал, чтобы я не работала после свадьбы, и я с удовольствием занималась только нашим домом и садом. А теперь я осталась без средств к существованию.

Но ничего, мама моя хоть и сложная, но не зверь же, не выгонит нас на улицу. И Марго поможет с вещами и кроваткой, знаю у нее после пацанов осталась в хорошем состоянии. А я постараюсь вспомнить все, чему меня учили в институте и начать работать удаленно. Я не привередлива, готова на любую работу. В конце концов не я первая, не я последняя. Живут же как-то женщины в разводе.

Развод! Никогда не думала что меня это коснется, не предусмотрела! Наивная, решила что муж будет любить меня вечно. Глупая, не видела очевидных вещей. Теперь мне многое стало ясно: и поздние Славины совещания, и запах чужих духов, противно приторных, а он смеясь рассказывал как его в лифте прижало к бухгалтерше Анне Сергеевне и он чуть не задохнулся. Интересно в командировки он тоже с ней летал?

“Хватит! – одергиваю себя, – после себя жалеть будешь!” Сейчас надо подготовиться к разговору с мамой. Проблема в том, что подготовиться абсолютно невозможно, и предугадать ее реакцию тоже. Это как по канату над болотом ходить, одно неосторожное слово и летишь в трясину, то есть выслушиваешь долгие, нудные нотации.

А я так устала! Сейчас бы свернуться калачиком на широкой кровати и уснуть рядом со своей малышкой, слушая ее дыхание и вдыхая молочный аромат. Но очень хочется есть! Придется выползать из мнимой безопасности комнаты и шагать на кухню.

Я кормлю и переодеваю Еву; укладываю ее на кровать и обкладываю подушками, (чтоб не упала, хотя понимаю, что она еще и перевернуться не может, но на всякий случай) и иду на кухню.

Мама ставит передо мной тарелку с яичницей и я жадно набрасываюсь на еду.

– Рассказывай – матушка и не собирается ждать пока я поем.

Аппетит сразу пропадает и я откладываю вилку.

– Я ушла от Славы. Он нашел другую, и она теперь живет в нашем доме. Я только что с ней разговаривала – выпаливаю скороговоркой.

– Она в доме? А ты ушла? – мама как всегда слышит только то, что хочет.

– Именно так! – киваю и ковыряюсь в тарелке. Мне нужно есть, чтобы было молоко.

– Но почему ушла ты, а не она? Ты законная жена!

– Мам, ну как ты себе представляешь? Я с ней драться что ли буду? Да и зачем мне там оставаться. Ты что, не слышишь меня? Он мне изменил! Нашел другую и сделал ей ребенка!

– Ну и что?! Надо было полицию вызвать, в конце концов ты там прописана!

– Ага, приезжайте, пожалуйста, и выгоните любовницу моего мужа! Он ей сам ключи дал, сам! Ты не понимаешь что ли? Все! Это конец! Я не смогу с ним жить больше!

– Василиса! – мама применяет свой самый строгий тон, – ты бред то не городи! Как это не сможешь!? Ребенок у тебя! На что кормить собираешься?! Мало ли кто там пришел, ушел! Ты должна бороться за свое. Мужики они кобели, все до одного, а твоя задача семью сохранить! Я помогать тебе не смогу, у меня пенсия маленькая, а мне лечение требуется! Кто это теперь будет оплачивать?! О себе не думаешь, о матери, да о дочери хоть подумай!

Я не хочу с ней ругаться, она человек старой закалки, но я хочу достучаться до ее души. Ну не может же быть такого, что она совсем меня не услышит! Просто нужно подобрать правильные слова. Я ведь знаю, она меня любит и желает добра, только вот делает это своеобразно.

Внезапно звонок на мамин телефон прерывает наш спор, она смотрит на экран и поднимает на меня испуганный взгляд.

Глава 12

Василиса

– Это Слава, – почему-то шепотом говорит она.

– Не бери!! – так же шепотом отвечаю я.

Не понимаю, почему так боюсь. Тело начинает сотрясать мелкой дрожью, я чувствую себя преступницей, которая сбежала с места преступления. А ведь это он предатель, он изменил и приволок в наш дом, в наше уютное гнездышко свою любовницу.

Это он лгал мне, он почти заставил меня поверить, что я параноик и мне все показалось. Из-за него я теперь сижу здесь и ломаю голову как мне жить дальше. Подонок, мразь! Злость поднимается во мне, как черная удушливая волна. Я готова порвать его своими руками. Так лучше! Злость лучше страха, злость лучше боли! Я должна быть злой, чтобы выжить!

Я протягиваю руку к маминому телефону, чтобы выплеснуть всю ярость, но он умолкает. Мы обе смотрим на телефон.

– Интересно, почему он мне звонит? – запоздало удивляется мама.

– Мой наверное разрядился. – глухо отвечаю я.

Я иду в комнату и подключаю свой телефон к зарядке. На него немедленно начинают приходить СМС. Двадцать пропущенных от Славы, десять фото с незнакомого номера. Я догадываюсь что там за фото, но как зомби открываю их и тупо смотрю. Десять квадратиков запечатлели историю предательства моего мужа.

Десять квадратиков за одну минуту рассказали мне столько, сколько я бы никогда не узнала за годы “счастливой” супружеской жизни. Слава со Снежаной на белоснежном пляже, Слава со Снежаной на фоне Эйфелевой башни, Слава со Снежаной в альпийских горах. В ресторане, в парке, в бассейне. Снежана на Славе, Слава на Снежане, сверху, снизу, сбоку в самых откровенных позах.

“Ишь ты, в нашей семье гимнастка появилась” – отстраненно отмечаю я. Вон как изогнулась ради удачного кадра. Все фото датированы и я вспоминаю все отмазки совпадающие с этими датами.

То в Париж с деловыми партнерами, то в командировку в Дубай, то открытие нового офиса в Америке. Самое по последнее вчерашним числом, он и она в постели. Он и вчера был у нее! Я уже ничему не удивлюсь, может и сейчас лежит в ее постели и мне названивает, подонок.

Телефон как по команде начинает звонить.

– Да – спокойно отвечаю я на громкой связи, сама смотрю на фото, подкидываю дрова доказательств в моей костер злости и обиды.

– Васен, ты где?! Я извелся весь! В больнице тебя нет, сказали выписалась, и дома нет.

– Дома?! – я поражаюсь такой наглости – Ты что, ожидал что я с твоей Снежаной буду сидеть чаек попивать, тебя дожидаясь?! Султан ты хренов!

– При чем тут Снежана? – неподдельно удивляется Славик, ай да артист!

– Ты идиота то не разыгрывай, она там в моем халате уже ходит. Давно ты ее в наш дом перевез?

– Никуда я ее не перевозил! Ты опять за свое?! Так, нам надо поговорить!

– Нам не о чем говорить! Я не позволю тебе больше обманывать меня! – кричу я в ярости – за что ты так со мной?! Что я тебе сделала? Ты мразь, ты врал мне все время!

– Василиса, ты должна меня выслушать! – его голос становится злой и холодный.

– Не буду я тебя больше слушать! – я в ярости бросаю трубку.

Выхожу на кухню и показываю маме наименее откровенные фото.

– Вот! Смотри! И ты хочешь чтобы я дальше с ним жила?!

Маме в кои-то веки нечего сказать, смотрит неодобрительно, качает головой и уходит в свою комнату.

Я бессильно опускаюсь на стул. В голове шумит, как после алкоголя, я как будто оцепенела и не в силах сдвинуться с места. Наваливается страшная слабость, тошнит. Я бегу в туалет и освобождаю желудок, я даже рада отвлечься на это неприятное физиологическое действие.

Только легче мне не становится. Чувствую, что вот вот упаду в обморок, скорее выпиваю тёплого, очень сладкого чая. И плетусь в комнату, шаркая тапочками как старая бабка. Падаю на кровать рядом с дочкой и забываюсь тяжелым беспокойным сном.

Резко просыпаюсь от того что дочь начала хныкать, подгребаю ее к себе и кормлю, напеваю тихонько песенку, глажу мягкую нежную щечку. Я не знаю что бы сейчас со мной было, если бы не она.

Мне стало значительно лучше, теперь я готова противостоять всему миру, не то что какому-то изменщику. Слышу негромкие голоса на кухне, наверное к маме пришла очередная подружка. Не торопясь переодеваю Еву, укладываю удобно в подушки и выползаю на кухню.

Смотрю на накрытый стол. На столе фирменные мамины пирожки, и чашки с недопитым чаем. Какая мило! Любящая теща угощает любимого зятя пирогами, хоть картину пиши! Всю сонливость как ветром сдувает! Ну сейчас я тебе покажу!

– Что ты приперся?! – вызверилась я с порога, глядя на беспечно улыбающегося без пяти минут бывшего мужа.

– И ты его еще тут пирогами кормишь?! – это уже маме.

Мама с испугом и удивлением смотрит на разъяренную растрепанную ведьму в которую превратилась ее дочь и бочком отступает:

– Ну вы тут поговорите, а я с внучкой посижу.

Я провожаю ее злым взглядом и поворачиваюсь к негодяю.

– Уходи!

– И снова здравствуй, жена! – Слава протягивает мне огромный букет роз.

Я швыряю его ему в рожу и с удовлетворением вижу, что одна роза глубоко царапнула по гладко выбритой щеке.

Слава удивленно приподнимает бровь, вытирает капельки крови большим пальцем и смотрит на него, затем он делает то, что никогда не позволял себе за все годы нашего брака…

Он медленно поднимается, в глазах холодная голубая ярость. Я вдруг обращаю внимание какие они пустые, бесцветные как у рыбы, а ведь раньше считала их самыми прекрасными. Его рот кривится, красивые черты лица искажаются от злости. В этот момент он по настоящему уродлив.

Он хватает меня за плечи и припечатывает к стене, от неожиданности я стукаюсь головой и прикусываю язык.

– Пус-с-с-ти! – шиплю я и тщетно пытаюсь вырваться из цепких лап.

Ну почему я такая слабая? Почему вместо того чтобы заниматься йогой я не занималась боевыми искусствами!? Мне оставалось только кипеть от злости и смотреть в мерзкие водянистые глаза.

– Послушай меня – цедит сквозь зубы – побесилась и хватит! Я Снежану никуда не перевозил, она воспользовалась моментом, когда я отправил ее к нам домой за важными документами и нацепила твой дурацкий халат, а тут и ты приперлась. Я провел с ней беседу. Ты больше ее не увидишь! Возвращайся домой и не беси меня!

Я вдруг успокаиваюсь, понимаю, что мое сопротивление только раззадоривает его, не хочу доставлять ему удовольствие своим бессилием и застываю как каменная статуя.

– Хочешь сказать и ребёнка ей не делал? – усмехаюсь как можно язвительнее.

– Делал – кивает он, – но тебя это не касается. Я не собираюсь с тобой разводиться. Все будет как раньше, я буду заботится о тебе и Еве.

– Слава! Ты в своем уме?! Ты собираешься жить на две семьи и хочешь, чтобы я приняла это? – у меня не укладывается в голове, то что он предлагает.

– Ну жила же ты так все это время и не жаловалась – цинично усмехается он. – только не говори, что ты ничего не замечала. Я изменял тебе всегда, прямо у тебя под носом и сейчас для тебя ничего не изменится. Живи как раньше.

Я во все глаза смотрю в его лицо и удивляюсь, как же раньше я не замечала, что живу с таким подонком. Где были мои глаза?!

– Об этом не может быть и речи! Я развожусь с тобой! – выплевываю ему в лицо.

– Об этом не может быть и речи – передразнивает он меня – развод ты не получишь, это плохо скажется на моем бизнесе! Последний раз прошу! Бросай свои истерики и возвращайся домой! Пой свои мантры, выращивай цветочки, воспитывай дочь.

– А что скажет твоя матушка, когда приедет из Израиля и узнает что у тебя ребенок на стороне? – бью по больному, пытаюсь я пробить его броню, знаю, что мать он очень любит, и боится ее огорчить, а сейчас когда у нее проблемы с сердцем, особенно внимателен.

– Не смей! Говорить! Моей! Матери! – чеканит мне в лицо – Я сам разберусь!

– Это невозможно! Не собираюсь жить с гнидой вроде тебя! – вздергиваю подбородок, хотя внутри все трясется от страха и ярости.

– Тогда я заберу у тебя дочь – мерзко ухмыляется он.

При этой угрозе у меня падает планка! В глазах все темнеет, ярость придает мне сил и я со всей дури бью ему коленкой в пах. С удовлетворением вижу в его глазах боль и растерянность! Не ожидал?!

Слава отпускает меня и хватается за свое мужское достоинство.

– Ах ты с-с-с-с-с….– вырывается из-за стиснутых зубов

Я отталкиваю его, хватаю с плиты сковородку и встаю к двери в комнату, где спит моя дочь. Сейчас я как львица, готова драться, до последней капли крови за своего детеныша. Пусть только попробует подойти! Адреналин бьет по мозгам и венам побуждая драться или бежать. И я выбираю драться.

Слава с трудом разгибается и делает шаг ко мне.

– Не подходи! Убью! – кричу я в надежде что мама выйдет на шум, но мама и не думает помогать мне.

Муж останавливается видимо размышляет надавать мне хорошенько или не опускаться до драки с ослабленной, кормящей женщиной, матерью своего ребенка.

Не удивлюсь если решит вступить в бой, но из-за стресса совсем не боюсь, только поудобнее перехватываю ручку сковороды, намереваясь сделать из него отбивную.

Видимо какое то чувство собственного достоинства у него еще осталось и он отступает.

– Василиса! Ты дура! – зло кричит он, – я не позволю тебе тебе уйти и забрать мою дочь!

– Иди, иди, сама разберусь – я замахиваюсь сковородкой.

Слава материться сквозь зубы и уходит, на пути крикнув моей маме:

– Валентина Семеновна, образумьте вашу дочь!

Дверь громко хлопает и я бессильно опускаюсь на пол. Сковорода с громким лязгом падает на пол, у меня больше нет сил ее держать. Мама выходит и молча поднимает сковороду, ставит на место, укоризненно покачивая головой.

– Ты почему не вышла? Вдруг бы он меня прибил? – еле ворочаю языком от усталости, как будто и вправду битву отмахала.

– Ты не кричала “убивают”, а даже наоборот – возмущается мама. – Милые браняться только тешаться. Вы потом помиритесь, а я крайняя останусь. И вообще…

Ну вот завелась…Спас меня телефонный звонок, я удивленно смотрю на имя и осторожно отвечаю.

Глава 13.

Василиса

– Алло – осторожно отвечаю я.

– Привет, как дела?

– Привет, все хорошо – на автомате отвечаю я.

– Я тут вещи твои собрал, говори адрес, куда отправить? – сходу командует Егор.

– А, спасибо большое! – я называю адрес.

– Уверена? – в некотором замешательстве спрашивает Егор.

– Вполне, почему ты спрашиваешь?

– Ну, ты в клинике нам другой адрес называла…

– А, ну…Я у мамы в гостях – выкручиваюсь я.

– Окей, жди.

Я снова благодарю и кладу трубку. Ну хорошо, хоть какие-то вещи у Евы будут. На первое время хватит.

– И вообще…– мама оказывается не забыла наш разговор и намерена продолжать.

– Мам, не сейчас, – устало говорю я. – давай лучше чай попьем с твоими чудесными пирожками.

– Пей одна, я пойду прилягу, давление у меня. Ты меня в могилу загнать хочешь. – мама не клюет на лесть и громко топая уходит, а я ставлю чайник.

Ох, много всего мне предстоит выслушать, но это сейчас беспокоит меня меньше всего.

Есть совсем не хочется, меня еще потряхивает от напряжения, но я должна подкрепиться, для своей маленькой куколки. Жую пирожок, но вкуса не чувствую, в голове крутятся слова мужа "Я заберу у тебя дочь".

Неужели он сможет забрать у меня мою девочку. У него конечно деньги и связи, но ведь она еще такая маленькая! Ей мама нужна! Разве можно забирать таких маленьких?

Вот почему я не училась на юриста? Вот, что действительно пригодилось бы мне сейчас, а не разметка сада и свойства растений.

Чувствую, что подступает паника, пытаюсь размышлять разумно, но как ни размышляй, выходит, что Слава вполне может отобрать у меня ребенка, если я не соглашусь на его условия.

Так, сама я не справлюсь, придется подключать Марго. У моей своеобразной подружки уйма знакомых и она точно знает грамотного адвоката. Я уже тянусь к телефону, чтобы позвонить Марго, но меня отвлекает звонок в дверь. Подхожу к двери и смотрю в глазок и вижу только букет цветов.

Опять?! Как только у Славки совести хватило?! Хотя, как оказалось, у него ее никогда не было, ну уж нет!

– Пошел вон, урод! – кричу я, – пока сковородкой по своей тупой башке не получил!

За дверью раздается недоуменное покашливание, цветы освобождают глазок и я вижу Егора. Ой!

Поспешно открываю дверь.

– Эммм, извини, это я не тебе.

– А это я тебе – Егор, как вежливый человек делает вид что не замечает моей оплошности и протягивает мне букет.

– А это зачем? – удивляюсь я.

– Просто так! – говорит он смешным мультяшным голосом. – бери, тебя это ни к чему не обязывает, а мне приятно будет.

Я улыбаюсь и принимаю букет.

– Я думала ты доставку закажешь или пришлешь кого нибудь, зачем сам-то время тратишь? – я удивлена, но догадываюсь, что неспроста доктор с цветами заявился, наверняка у него есть дела поважнее.

– Да все равно в эту сторону ехал, заодно и Еву осмотрю. Можно зайти? – вид беспечный и равнодушный, может я и ошибаюсь.

Уже везде подвох вижу. Может человеку действительно было по пути, может и цветы просто так, а я сразу с подозрениями своими.

– Да, конечно, – я распахиваю дверь. Егор вносит мои сумки, в его огромных руках они кажутся игрушечными.

– Это вы?! Как вы посмели сюда явиться?! – мама видимо забыла, что у нее давление и стоит на пороге уперев руки в бока. Похоже она намеревается ни за что не пустить гостя в дом, да еще и поскандалить с ним.

Егор жестом фокусника достает откуда то из-за спины еще один букет и галантно преподносит разъяренной маме.

– Мадам, наша прошлая встреча вышла неудачной, предлагаю познакомиться заново – он по гусарски кивает головой, – Егор.

– Валентина Семеновна – недовольно бурчит мама, но цветы берет.

– Мам, Егор…Александрович привез наши с Евой вещи – встреваю я – мы обязаны угостить его чаем. А заодно пусть Еву посмотрит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.