Роман Вольтеров
Мальчик и деревце. Книга добрых сказок

Цветы

У одной красивой женщины, в ее большом чудесном саду росли цветы: благородные розы, бархатистые пионы, высокие стройные гладиолусы, веселые крокусы, белые как чистый горный снег подснежники и ландыши, разноцветные тюльпаны, нежные фиалки и анютины глазки, а еще петунии, бархатцы, лилейники, гиацинты, астры… всех и не перечислить.

Ни в одном саду на много километров вокруг не росло столько разных цветов. Сад был такой красивый и так тщательно ухоженный, что со всей округи к этой женщине съезжались разные люди на него посмотреть. Они бродили между цветочными грядками, и умиленно вздыхали от восхищения.

Ох, и хорошо жилось цветам в этом саду, ведь эта женщина их очень любила. Каждое утро, если не было дождя, она поливала их. Каждую неделю – пропалывала сорняки и рыхлила землю вокруг цветочных кустов. А когда подходило нужное время, подкармливала цветы плодородной землей и разными удобрениями.

А цветы отвечали ей на любовь – любовью. После хмурой и холодной зимы, только чтобы порадовать хозяйку, всегда спешили они, несмотря на весенние холод и колючий ветерок, как можно быстрее устремить вверх свои тонкие стебельки и расправить свои нежные листочки. А потом – скорее-скорее выбросить бутоны и цвести так долго, насколько хватит сил.

Все они, даже самые маленькие цветочки, мимо которых проходишь, порой и не замечая их, такие как фиалки, армерии или виолы с колокольчиками, были влюблены сами в себя и горды собой. Не забудем еще и про комплименты, которые они щедро получали изо дня в день от многочисленных посетителей сада. В такой обстановке недолго было стать хвастунишкой, но с нашими цветами этого не происходило. Все дело в том, что они всегда и во всем подражали своей любимой хозяйке, которая была женщиной красивой, но очень скромной, простой и даже немного застенчивой. Вот и цветы, глядя на нее, прятали далеко вглубь своих цветочных душ едва пробивавшиеся наружу росточки самоуверенности и зазнайства.

Чтобы там наши цветы не воображали в своей цветочной душе о себе, «на людях» они привыкли вести себя порой точь-в-точь как их хозяйка, скромно и без излишеств. Например, умели выслушивать соседа, поддержать его или подчеркнуть его совершенство. Часто, обращаясь к цветку напротив, они употребляли такие выражения, как «вы просто замечательно сегодня выглядите!», «этот наряд вам так к лицу!», «скорее распускайтесь, мы очень этого ждем!», «хорошего вам цветения!» и тому подобное.

Но все же был среди них один цветок, который очень любил похвастаться собой. Он действительно был очень красив, даже великолепен: тонкая стройная зеленая ножка, окаймляющие ее такие же тонкие заостряющиеся кверху листочки, шесть ярко-белых лепестков с одетой на них сверху ярко-желтой короной. Звался этот необыкновенный цветок нарциссом.

Точнее, это он так любил о себе говорить:

– Посмотрите, какой я необыкновенный! Нет в мире таких как я!

И, хотя нарцисс этот действительно был прекрасен, и многим посетителям сада, и другим цветам, и самой хозяйке он нравился, но все же, вокруг него росли не менее чудесные цветы. Не менее яркие, не менее необычные, не менее необыкновенные.

Но сам нарцисс почему-то об этом все время забывал. Или попросту не хотел замечать, что рядом с ним есть кто-то, кто вовсе не уступает ему в красоте. А может быть, даже и немного превосходит.

И все же нарцисс где-то в глубине своей цветочной души понимал, что если он не будет сам себя громко нахваливать, то его так никто и не заметит. Ну, может и заметит, но все равно равнодушно пройдет мимо.

Поэтому нарцисс старался изо всех сил, буквально «из кожи вон лез», чтобы стать самым приметным, самым узнаваемым в этом великолепном саду. Для этого он мечтал стать крупнее, выше, а еще зацвести раньше всех и так и цвести до самой зимы, до той поры, когда на землю не начнут падать с неба белые назойливые мухи.

Поэтому каждое утро, как только он пробился одним из первых из-под только что оттаявшей от мороза земли, он просыпался раньше всех и изо всех сил тянулся к солнцу.

Соседи говорили ему:

– Многоуважаемый нарцисс, побереги свои силы! Ты так пыжишься, так усердствуешь, что скоро их растратишь. Оставайся таким, как есть. Оставайся самим собой!

Но нарцисс никого не слушал. И каждый день, и даже каждую ночь упорно продолжал тащить свой тонкий зеленый стебелек прямо к огромному звездному небу.

И нарцисс, действительно, вскоре зацвел одним из первых в саду, и это был, наверно, самый счастливый день в его короткой жизни. В то солнечное весеннее утро он свысока оглядел всех своих еще мирно дремавших соседей и с непередаваемой гордостью сказал:

– Смотрите все вокруг! Я, великий нарцисс, уже зацвел, а вы, ничтожные соседи, еще даже не выбросили бутонов! Я уже целый час разговариваю с солнцем, а вы еще безмятежно дрыхнете!

И на его такие необычные, удивительные слова тут же сбежались и все посетители, которые были в тот ранний час в саду, и хозяйка, и ее милые маленькие дети, только что севшие завтракать.

Цветы со всего сада в одно мгновение повернули к нарциссу свои стебельки и листочки, и начали громко охать и вздыхать.

– Ну и дела! Вот это да! Ничего себе! – слышалось буквально изо всех уголков.

А один цветок даже выкрикнул:

– Да здравствует великий нарцисс!

Хозяйка тут же побежала за лейкой, лопатой и подкормкой, чтобы сразу и полить нарцисса, и убрать сорняки, вновь пустившие свои стебли невдалеке от цветка, и добавить ему сил.

Только одно не нравилось хозяйке, да и всем вокруг. Это то, что нарцисс беспрерывно хвастался тем, что зацвел почти раньше всех, и никак не мог остановиться.

– Ну помолчи уже хоть немного, пожалуйста, – умоляла хозяйка, но нарцисс не слушал и ее.

Он любовался собой, крутился во все стороны и без остановки продолжал нахваливать сам себя и ругать соседние цветочки.

Но вот опустилась на землю прохладная весенняя ночь, высыпали яркие звезды и сад, весь день находившийся во взбудораженном состоянии из-за необычного поведения нарцисса, быстро и крепко уснул. Ушла и хозяйка в свой дом, чтобы немного отдохнуть от дневной суматохи.

И только нарцисс продолжал крутиться, тянуться вверх и что-то бормотать. Но к утру силы покинули и его.

Поэтому, когда наступил рассвет, и хозяйка пришла посмотреть на вчерашнего героя, она увидела только разбросанные по сырой утренней траве увядшие желтые лепестки, и поникший, пригнувшийся к самой земле стебелек с немногочисленными листочками.

Хозяйка немного расстроилась, но вскоре развернулась и отправилась к соседним грядкам. Ведь в саду у нее, как мы уже говорили, было очень много разных цветов, нуждавшихся, как и нарцисс, в нежной и бережной заботе.

Лошадь и корова

Жили-были в хозяйстве одного фермера пегая лошадь и такая же пегая корова. Были они между собой не то, что похожи, корову с лошадью, конечно, никогда не спутаешь… но вот окраска одинаковая как будто бы их немного сближала. Поэтому они и паслись частенько рядом друг с дружкой, и в соседних стойлах жили, и гулять вместе ходили, и шутили и веселились по вечерам вместе, и даже близняшками иногда себя называли. Дружили, одним словом. Хотя у фермера и другие коровы и лошади тоже имелись.

И вот однажды, несмотря на такую замечательную дружбу, говорит вдруг корова лошади:

– Смотри, соседка, какое дело получается. Я с утра до вечера тружусь, молоко даю. В день по три раза хозяин с хозяйкой меня выдаивают, молочко из меня добывают. А потом они из моего молочка еще и масло, и творог, и кефир, и ряженку, и сыр делают! Мало того, что сами все это едят, так еще и на рынок отвозят, продают. Много денег зарабатывают! Так что, можно сказать, я и кормлю, и пою хозяина. И деньгами его снабжаю. А от тебя какой прок? С утра до вечера ты на лугу просто так пасешься, потом в стойло приходишь. Ладно бы хозяин ездил на тебе. Или возил что-то на тебе. Так у него же две машины есть. А еще трактор и грузовик. Не нужна ты ему! Не пойму, зачем он тебя держит!

Расстроилась лошадь. Горькую правду о себе услышала, да еще от лучшей подруги. Стоит вечером в стойле и думает про себя:

– Действительно, права корова. От нее – столько пользы. И прибыли. А от меня – ничего. Хожу себе, гуляю. Бездельничаю. Никому не нужна. Зачем живу, не понимаю.

Так и уснула, расстроенная.

А утром пришел хозяин, принес седло, сбрую. Снарядил лошадку, одел. Вывел в поводу на улицу и говорит:

– Эх, день-то какой. Красота необыкновенная! Солнышко светит, птички поют, ветерок играет.

Запрыгнул он на лошадь. И понесла она его по полям, да по лесам, да вдоль рек и ручьев. Скакал он на ней, скакал. Пока не устал. Спешился на лесной полянке, сам отдохнуть прилег, да и лошади наказал немного без седока побродить, травы молодой пощипать, энергией подзарядиться. Иди, говорит, пегая, расслабься.

А потом снова сел на нее и другим маршрутом домой вернулся. Расседлал ее, поставил в стойло рядом с коровой и говорит:

– Ох, спасибо тебе, лошадка. Каждый раз, когда на тебе катаюсь – столько удовольствия получаю. В тысячу раз лучше ты всяких машин, тракторов и грузовиков. Одна ты у меня такая! Никому тебя не отдам. Очень уж ты мне нужна.

Приободрилась лошадь, обрадовалась.

– Вот и я в дело сгодилась, – подумала.

А хозяин взял ведерко и пошел доить корову.

Мальчик и деревце

Жил-был мальчик, ни большой, ни маленький, ни толстенький, ни худенький, не самый умный, но и не дурачок, конечно.

И заметил этот мальчик, что одни люди ходят по улицам все время грустные. А другие – веселые. И задумался он, почему так происходит.

Пришел он к своему деду и говорит:

– Вот смотри, дедушка, я заметил, что одни люди часто улыбаются, как будто они счастливые. А другие – грустят. Наверно, они несчастны. Мне очень хочется быть в жизни счастливым. Научи меня, как это сделать!

– Хорошо, – ответил дед, – пойдем.

И они вышли в большой-большой сад, раскинувшийся позади их дома. В нем было много разных деревьев – и тех, которые дают плоды, и тех, которые плодов не приносят, а просто растут и радуют глаз.

И сказал дед:

– Рецептов у счастья много. Сегодня я расскажу тебе только один. Вот смотри, – и он указал рукой на большое раскидистое дерево неподалеку, – сейчас мне семьдесят пять лет, и это дерево я посадил, когда был таким, как ты. Его принес однажды откуда-то мой отец, твой прадед, дал мне в руки лопату и сказал: «Копай!». Я выкопал небольшую ямку. Отец ее расширил, очистил от комьев земли, бережно опустил туда маленький саженец, расправил ему нежные корни, потом присыпал корни землей и аккуратно ее разровнял. Все лето я брал большую лейку и ходил этот саженец поливать. И год, и два, и три он был меньше меня. Потом стал почти как я. Потом немного выше меня. А сейчас это могучее сильное дерево! – и дед указал рукой на терявшуюся где-то в небесах, посреди солнечных лучей, пушистую дубовую крону.

Затем дед подвел внука к нескольким деревьям поменьше.

– А вот эти деревья я посадил, когда женился на твоей бабушке. Мы их сажали вместе. Ее уже давно нет с нами, а деревья наши живут.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.