Рандин Мариона
Привязанность в жизни ребенка. Создаем прочную связь до рождения и укрепляем всю жизнь

Randine Mariona

Connected before birth and beyond

Unlocking your greatest influence as a parent

© Издательство «Ресурс», 2023, перевод, оформление

© Randine Mariona, Connected before birth and beyond, 2021

Предисловие
Пробуждение

Когда осознаешь важность связи – меняется все.

– Гордон Ньюфелд¹

Жизнь может измениться в одно мгновение. Увидев две полоски в тесте на беременность, я ощутила, как земля уходит у меня из-под ног. От мысли, что я стану матерью, у меня перехватило дыхание.

Мой материнский путь начался в 2000‑м. Я старательно изучала книги о беременности и родах, вникала в тонкую механику развития ребенка в утробе и процесс его благополучного появления на свет. Я поражалась тому, как меняется мое тело. Я каждый день разговаривала с животиком и уже ощутила связь с ребенком, который шевелился внутри меня. Но даже все это не подготовило меня к чувствам, которые пробудились во мне в то холодное декабрьское утро, когда я взяла на руки своего сына Джордана. Сильнее этой любви в моей жизни не случалось.

Мне было 30 лет, и я работала консультантом по зависимостям – наркотики, алкоголь – для подростков. Предыдущие пять лет я провела, наблюдая, как влияет употребление психоактивных веществ на подростков и их семьи. Молодые люди страдали от обид, разобщенности и плохих отношений с близкими. Родители всеми силами старались отвадить сына или дочь от наркотиков.

Когда метод «пряника» неизбежно прекращал работать, в страхе и отчаянии родители часто переходили к методу «кнута». Предполагалось, что «кнутом» легче добиться подчинения. Родители хотели, чтобы подростки обратились к здоровому образу жизни, отказались от наркотиков или алкоголя. «Кнут» представлял собой угрозы и ультиматумы, и когда подчинения добиться не удавалось, он становился все больше и бил все сильнее. В результате такого подхода доверие и связь между подростками и родителями разрушались.

Попытки добиться отказа от наркотиков подкупом приводили к недовольству и апатии. Обнаружив, что подросток продолжает принимать вещества, родители нередко приходили к выводу, что помочь в их ситуации может только жесткий подход, и на сцену выходила суровая любовь. Удваивая ставку, родители бросали на карту все, что у них оставалось. Одни дети в таких условиях выбирали уйти. Другим не давали даже такого выбора.

Только недавно ставшая матерью, я и близко не представляла, что переживают эти родители. Пока мой сын делал первые шаги на полу в гостиной, их дети навсегда покидали дом.

В своем кабинете психологической помощи я не раз наблюдала, к чему приводят напряженные отношения или разрыв между детьми и родителями. В то время я этого не знала, но впоследствии уроки всемирно известного психолога Гордона Ньюфелда очень повлияли на методику моей работы с семьями. Он научил меня, что утрата нормальных взаимоотношений с родителями – удар в самое уязвимое место и многие дети просто не в силах его выдержать².

Столкнувшись с потерей или отвержением родителя, детский разум начинает выстраивать защиты. Дети бессознательно укрываются от этой реальности, которую не могут осмыслить, путем прекращения отношений с родителями. Они перестают воспринимать, ориентироваться на них и отправляются за поддержкой и советом к друзьям.

Мое сердце разрывалось от мысли, что однажды мой собственный ребенок получит от меня такое послание. На работе я видела, сколько страданий и страха порождает это жестокое любовное противостояние. Исчерпав все возможные способы повлиять на ситуацию, исправить поведение сына или дочери, измотанные родители переходили к гневу, погружались в отчаяние и апатию и в конце концов находили единственный выход в том, чтобы указать ребенку на дверь.

Я всегда исходила из того, что люди всегда стараются по максимуму. Я знаю, что на поведение влияет множество факторов (наше собственное воспитание, индивидуальные характеристики личности, травмы, стрессы, страхи, давление общества и т. д.). 25 лет клинической практики убедили меня, что родители любят своих детей и искренне желают им лучшего.

Уже тогда я пришла к мысли, что родительство не только самая важная, но еще и самая трудная работа в мире. Наблюдая, как увеличивается пропасть между детьми и родителями, я часто выходила из кабинета с тяжелым сердцем и втайне надеялась, что никогда не окажусь в подобном тупике, не испытаю подобного отчаяния и страха.

Я пришла к выводу, что ни подкупом, ни угрозой разрыва отношений проблему не решить. Я видела, как эти подходы раз за разом с треском проваливались. Несмотря на их внешнюю простоту, я отказывалась признавать их эффективность, отвергала идею отдаления и отказа в родительской заботе/поддержке.

Я стала интересоваться иными способами разрешения или предотвращения таких конфликтов. Я хотела помочь родителям, вдохнуть в них уверенность, что это возможно: быть рядом, любить и поддерживать, даже если детям приходится нелегко. Мне не нравился метод «кнута и пряника», он казался надуманным, вынужденным и манипулятивным. И самое главное, он не работал. Я часто размышляла о том, что должен быть иной путь, нечто, выходящее за рамки тактики и стратегии по коррекции поведения.

И однажды, в 2003 году, я получила ответ. Я слушала интервью на радио с доктором Гордоном Ньюфелдом. Обсуждались отношения между детьми и родителями. Я отчетливо помню, как прямо там, сидя в своем синем минивэне «Форд», я выбрала тему для своей диссертации и решила, что останусь в университете еще на два года – жить в кампусе, растить сыновей и изучать важность детско-родительских отношений.

Это был момент озарения, и в мозгу у меня все осветилось, будто вспыхнула лампочка. Быть родителем – не значит вырабатывать тактику и стратегию управления ребенком. Быть родителем – значит установить связь. Это значит как можно раньше создать с ребенком отношения длиною в жизнь, основанные на доверии, безопасности и управлении эмоциями. И важнее всего именно эти отношения, а не метод «кнута и пряника».

Быть родителем – не значит вырабатывать тактику и стратегию управления ребенком. Быть родителем – значит установить связь.

Когда я вернулась в университет, моим детям было три года и год. То, что я узнала, работая над диссертацией на тему привязанности и позже, на курсах у доктора Ньюфелда, изменило мою жизнь. Я стала руководствоваться этими знаниями и в родительстве, и в клинической практике. Так началась моя жизнь по велению сердца, как я это называю.

Путешествие

Есть бесспорные истины. Мы стареем. Хорошие времена сменяются плохими и наоборот. Рождение сыновей – однозначно наиглавнейшие события в моей жизни. Материнство сделало меня мягче и придало мне смелости всегда поступать правильно по отношению к детям в самых сложных обстоятельствах. Я привела в мир две прекрасных души, я любила и поддерживала их на пути к взрослению, и это самое важное, что навсегда останется после меня. На собственном опыте, а не только из учебников я познала, что в трудные времена мы нужны нашим детям еще больше, чем всегда.

Никто не идет к алтарю и не заводит детей, планируя, что семья распадется, как случилось со мной. Заключая брак, мы с восторгом и надеждой смотрим в будущее и вместе мечтаем о детях. Развод сопровождается противоположными чувствами – сердце рвется на части от тоски, что мечты не сбудутся.

Вы обнаруживаете себя на неизведанной территории, вы потеряны и сломлены. «Прислоняетесь к стене и проходите сквозь нее», как описывал это всемирно известный семейный психотерапевт и писатель Терри Риал³. Неважно, назревал развод долго или стал полной неожиданностью, горе в любом случае ошеломляет, и проживание этого горя заставляет временно усомниться во всех представлениях о себе, своем бывшем супруге и о жизни вообще.

Порой процесс развода воспринимается как медленная смерть, погружение в неутихающую скорбь, которой не будет конца. Мне по-прежнему больно признавать, что мои сыновья – дети разведенных родителей. Несмотря на все мои усилия и жертвы, мой 16‑летний брак распался, и мои представления о семье навсегда изменились.

Не имеет значения, кто был инициатором расставания, – развод и распад семьи, состоявшись, отправляет в мир боли, смятения, ужаса и потерь. Мне и раньше было свойственно близко к сердцу принимать всякие события, так что мое отчаяние от развода было абсолютно беспросветным. Я слышала, что боль от завершения супружеских отношений похожа на «синдром отмены» при кокаиновой зависимости. В данном случае мне не с чем сравнить, но могу сказать, что мой развод тянулся несколько лет и стал самым болезненным событием в моей жизни.

Отец моих детей был юристом, что никак не облегчило процесс развода. Судебные разбирательства – дело, в принципе, неприятное, но развод с адвокатом по разводу превратился в пытку и высасывал все силы, так что я приняла решение вовлекаться в судебные дела по минимуму. Финансовые и эмоциональные издержки, которые неизбежно последовали бы за моим плотным участием, не стоили моего здоровья и счастья.

Последующие несколько лет я пыталась жить, руководствуясь не только рептильным мозгом. Я постоянно ловила себя на реакции «сражайся/беги» или «замри». Огромными усилиями я отточила свои навыки стратегического планирования и научилась справляться с проблемами, которые потянул за собой развод. Это было тяжелейшее испытание в моей жизни, но мне повезло – горе не сумело подкосить меня полностью. У меня была суперсила, благодаря которой я прошла через все. Это было материнство.

Мои почему и как

Ежедневно я концентрировалась на самом важном – сыновьях. Необходимость поддерживать нашу связь выводила меня из «режима выживания» и упорядочивала мысли. Когда я фокусировалась на заботе о Джордане и Майкле, все отделы моего мозга приходили в порядок. Я начинала мыслить яснее. У меня появлялись силы. Моя беспримерная любовь к ним стала моим «почему». Мальчики дали мне смелость и целеустремленность, чтобы отточить свое «как».

Я знала, что должна залечить свои раны и восстановить пошатнувшиеся представления о доверии и справедливости. Материнство вдохновляло меня склеить жизнь обратно из оставшихся осколков. Я знала: сыновья нуждаются во мне и в моих лучших проявлениях. Я знала, что отвечаю за все, что для исцеления им нужна стабильность.

Каждый день, несмотря на душевную боль, я делала вид, что все в порядке, я справляюсь. В то же время я понимала, что мальчикам нужно демонстрировать не только мое мужество, но и горе, и тоску, хотя бы в какой-то степени. Это давало им самим право и возможность безопасно проживать эти чувства. Любовь и желание поступать правильно ради сыновей придавали мне сил. Мы вместе переосмыслили наши представления о семье.

Порой я ощущала, что не справляюсь, но моя материнская сила и целеустремленность всегда превозмогали боль.

Много лет спустя я услышала подкаст с психологом команды Seattle Seahawks[1] и специалистом по повышению эффективности Мишелем Жерве, который рассказывал о расширении человеческого потенциала. Его слова о боли очень мне откликнулись: «Когда боль сильнее, чем важность вашей цели, она подчиняет вас». Порой я ощущала, что не справляюсь, но моя материнская сила и целеустремленность всегда превозмогали боль. Моя цель была важнее боли. Моя связь с мальчиками и моя преданность им побуждали меня каждое утро вставать с кровати с твердым намерением – прожить этот день нормально.

Я знала, что могу помочь им пройти через все это и сохранить душевную мягкость, а также ощущение доверия и безопасности. Благодаря мне они переживут эту бурю, распад семьи, но только при условии, что я сохраню здоровье и останусь заботливой и принимающей. И в конце концов, через эту связь с ними что-то во мне начало меняться. Тяжелый камень, лежавший на груди и мешающий дышать, стал как будто легче. Я обнаружила, что снова могу улыбаться и даже неожиданно рассмеяться чему-то. И у мальчиков это тоже начало получаться. Мы исцелялись.

Я никогда не желала детям подобного опыта. Развод меняет жизнь, и как мать я отлично осознаю, насколько негативно он повлиял на моих сыновей. Я была не в силах избавить их от страданий, и это понимание причиняло мне боль.

Тогда-то я и осознала, что, конечно, не в силах избавить сыновей от страданий, но определенно могу облегчить эти страдания и ускорить процесс выздоровления, у меня есть для этого способ – наши отношения. Чтобы помочь им пережить это травмирующее событие, навсегда изменившее наши представления о семье, я опиралась на полученные знания, как много значит связь между детьми и родителями.

Мы как будто начали возвращаться к обычной жизни, но впереди нас ждало новое испытание. Однажды в пятницу вечером раздался телефонный звонок – один из тех звонков, которые меняют все и которые не желает получать никто и никогда.

Звонила мама. У отца случился сердечный приступ, когда он играл в хоккей с моим братом, и сейчас его везли на скорой в больницу. Брат был с ним. От ее слов я перестала дышать. Усилив концентрацию, я подавила накрывающие меня чувства. Я позвонила моему партнеру Питеру, с которым начала встречаться относительно недавно, и попросила подвезти маму до больницы, чтобы она в таком состоянии не садилась за руль. Я знала, что Питер, фельдшер по профессии, позаботится о ней. Собрав мальчишек, я помчалась в больницу. В итоге мы приехали раньше скорой.

Вскоре к нам присоединились мама и Питер. Мы вместе ждали возле отделения неотложной помощи и видели, как подъехали скорая и пожарная машина. Выли сирены, и ужас захлестнул меня, вытесняя всякую надежду.

Брат, все еще в хоккейной форме и мрачный как туча, вышел из скорой помощи. Обняв меня, он сказал: «Ничего хорошего… на полпути его сердце остановилось».

Около часа врачи бились над моим отцом. Через окно реанимации мы с мамой и братом наблюдали за их героическими попытками вернуть его к жизни. Питер и мальчики были неподалеку, в комнате ожидания.

Мне тяжело вспоминать те мгновения: шок, отчаяние и надежда сменяли друг друга, пока не осталось только смирение. Мой отец умер. Моя мать внезапно лишилась партнера, с которым прожила почти 50 лет.

Я помню, как вышла из отделения неотложной помощи, чтобы забрать мальчиков. Я вся оцепенела и ничего не замечала вокруг. Я знала, что там люди, слышала гул оборудования и неразборчивую речь. Я открыла дверь в комнату ожидания и уставилась на мальчиков, а потом упала на колени и сказала, что мы потеряли папу. Они залились слезами, и я обняла их.

Потом я собралась и вновь нашла в себе мужество, несмотря на шок. Я предложила им пойти и попрощаться с их единственным дедушкой. Мальчики кивнули и поднялись на ноги. В тишине мы направились в реанимационное отделение.

Я смотрела на безжизненное тело отца, на хоккейную форму, которую срезали с него и бросили на пол, и силилась осознать случившееся. Как это могло произойти? Мы с мальчиками подержали его за руки, погладили по голове, сказали, как сильно мы любим его и будем скучать. Я очень благодарна судьбе, что у нас была такая возможность – в последний раз увидеть его и попрощаться.

Смотреть на горе моих сыновей, на их слезы и смирение с потерей дедушки было невыносимо. Я знала – это еще одна огромная утрата для них. Еще одно трагическое событие, меняющее жизнь, с которым нам отныне придется существовать.

Понимание, как много значит связь, помогло мне и сыновьям справиться не только с мучительным осознанием перемен, которые теперь навсегда, но и с потерей патриарха нашей семьи. Позже я объяснила мальчикам, что связь сильнее смерти, что их дедушка все еще с ними… просто по-другому.

Каждый знает, каково это – пережить потерю, без которой жизнь больше не будет прежней. Но меня утешала мысль, что отношения – это навсегда⁴⁵. Я отлично помнила эти слова доктора Ньюфелда, сказанные десять лет назад на лекции. Позже я прочитала у Митча Элбома, автора книги Tuesdays with Morrie[2]: «Со смертью завершается жизнь, но не отношения». Привязанность к близким и связь с ними продолжают питать нас даже после их смерти.

Пункт назначения: связь

Мы с мальчиками вместе пережили множество значимых моментов, в том числе и трудные времена, которые, несомненно, случались. В мире, который порой наносит раны, от боли не застрахован никто. Но даже несмотря на мучительный развод и внезапную потерю отца, я всегда помнила: в жизни есть масса вещей, за которые я благодарна. Любовь к мальчикам и понимание, как важно поддерживать с ними связь, не только помогали мне в трудные времена, но и позволяли ясно видеть и понимать, что по-настоящему значимо. И строить вокруг этого свою жизнь.

Помимо мальчиков, самым значимым для меня, самым основательным, жизнеутверждающим и ободряющим были мои исследования о важности детско-родительских взаимоотношений. Благодаря этим исследованиям я выработала стиль жизни, направленный на укрепление отношений. Я понимала, насколько важно, взаимодействуя с другими, создавать атмосферу безопасности и доверия, быть отзывчивым. И я практиковала это со всеми – не более, но и не менее, чем с сыновьями.

Сейчас Джордану и Мэтью 20 и 18 лет. Они выросли осознанными, эмоционально развитыми, добрыми, трудолюбивыми, независимыми и жизнерадостными юношами, и я отдаю должное той плодородной почве, которая до и после рождения питала их понимание себя, развивала их склонности и способность радоваться жизни. Я верю, что наши отношения и наша связь помогали им гнуться, но не ломаться, сталкиваясь с невзгодами.

За десятилетия работы в сфере психического здоровья и зависимостей от психоактивных веществ мне доводилось длительное время поддерживать одних и тех же клиентов и их семьи. Я работала с парами, ожидающими ребенка, семьями с новорожденными, школьниками, подростками, студентами университетов, а также со взрослыми и даже постаревшими людьми. Этот разнообразный опыт преподал мне урок, вполне совпавший с утверждением британского психолога и основателя теории привязанности Джона Боулби: «Потребность в привязанности сохраняется от колыбели до могилы»⁶⁷.

Привязанность можно определить по-разному. Я считаю привязанностью отношения, выстроенные на связи, безопасности, доверии и чуткости. Подобную связь мы ищем всю жизнь.

При слове «привязанность» люди часто думают, что сказанное относится только к младенцам. Но потребность в привязанности отнюдь не ограничивается первым годом жизни. Это воздух, которым мы дышим на протяжении всего нашего существования. Эта потребность придает нам сил, помогает расти и справляться с трудностями, не теряя себя. Она возвращает нас к норме.

Я считаю своей задачей и дальше углублять понимание, почему связь так важна. Жизнь и контакт с другими людьми сделали меня счастливой и вдохнули смысл во все, что я делаю, стали источником вдохновения для написания этой книги. Признаюсь, были времена, когда я испытывала сомнения и неуверенность в себе, спрашивала себя, способна ли стать автором, могу ли добавить что-то значимое на тему связи.

Тогда я напоминаю себе, сколько ценного принесла мне жизнь, выстроенная на принципах связи. Я видела, как мои сыновья росли в условиях привязанности, как они развивались и процветали, становились здоровыми и счастливыми молодыми людьми. И это придало мне смелости сесть за книгу. Мои отношения с коллегами, друзьями и родственниками значительно улучшились благодаря близости, щедрости и поддержке, и это тоже доказывает, насколько полезна связь между людьми.

Надежные отношения помогают нам восстанавливаться от травм, расти и оптимально функционировать.

Работая клиническим психологом, я видела, как сильно меняет жизнь людей к лучшему наличие надежных отношений. Надежные отношения помогают нам восстанавливаться от травм, расти и оптимально функционировать. Когда я рассказывала перед аудиторией об этой универсальной потребности в связи и чувстве принадлежности, я видела слезы на глазах слушателей. Участники оказывали мне честь, рассказывая о своем прошлом, о том, как связь помогала им исцелиться, повысить самооценку, измениться к лучшему – и даже в буквальном смысле спасала им жизнь.

О родительстве написаны тонны книг. Через болезненный развод и восстановление после него проходила не только я. Но в этой книге я рассказываю свою уникальную историю, делюсь тем, как справлялась именно я. Моя книга – не инструкция для родителей, как делать то и это. Эта книга по большей части о вас, родителях. В ней я воздаю должное вашей эволюции и показываю, как и почему близость с детьми становится величайшим подарком, который вы можете им преподнести.

Я знаю: мои мысли стоят того, чтобы ими поделиться. Я учусь всю жизнь, и время, когда я смогу сказать себе: «Я знаю все и теперь наконец-то имею право написать книгу», никогда не настанет. Так что я, пожалуй, выйду из зоны комфорта прямо сейчас и осмелюсь поделиться всем, что узнала о важности отношений и связи, изучая эту темы, обучаясь у других, работая с людьми и просто проживая жизнь по велению сердца.

Мы биологически созданы для связи, это главнейшая человеческая потребность и оптимальная среда для развития ребенка. Связь позволяет родителям уверенно руководить, полагаясь на свое сердце. Связь – отличная замена «кнуту и прянику». Понимание, что такое связь и чем она важна, придает смелости и решительности. Встав на путь родительства, который изменит вас к лучшему, сосредоточьтесь на самом главном – на связи до рождения и после него.

Введение в чуткое воспитание

Забота о родителях – это забота и о детях тоже

И я раньше кое-что слышала о писательстве… Например, что люди обычно пишут книги, которые сами хотят прочитать. Также мне говорили, что написание книги помогает интегрировать свои знания. В процессе мы сами постигаем смыслы, а потом делимся понятым с другими.

Американская писательница Сью Монк Кидд говорит, что «желания – один из самых понятных способов, которыми душа говорит с нами»⁸. Моя жажда писательства за последние десять лет ощутимо усилилась. Я чувствовала, как зреет во мне это желание, и делала заметки, сочиняла, размышляла над моментами в жизни, которыми стоит поделиться.

Задумывая книгу, я вовсе не собиралась сводить сложнейшую тему воспитания детей до пошаговой инструкции. Я собиралась описывать и обобщать информацию, намеревалась поделиться накопленными знаниями, которые изменили мою жизнь и принесли мне огромную пользу.

Я хотела написать книгу, в которой родители узна́ют себя, которая их поддержит. Хотела насмешить вас, вдохновить, поощрить, а иногда заставить расплакаться. Мне хотелось открыться и установить связь с читателями.

Я хотела, чтобы книга не только подарила вам ощущение, что все написанное относится к вам и вашей повседневной жизни, но и была вам удобна, чтобы вы всегда могли положить ее на тумбочку возле кровати и сделать паузу, поразмыслить, заглянуть в себя. Надеюсь, что в процессе чтения к вам придут собственные мысли и озарения, что важнее всего именно для вас. Это понимание – что важнее всего – поможет вам определиться с методиками воспитания, найти свой путь и двинуться по нему.

Кроме всего прочего, работа над книгой помогла мне самой восстановиться от травм. С каждой секундой, с каждым разговором и каждым моментом раздумья над материалом я сшивала свое разбитое сердце. Шрамы от этих швов останутся навсегда, напоминая мне, насколько мое сердце нежное и ранимое, но каким сильным и мудрым оно стало. Невзгоды, которые мне пришлось пережить, сделали меня осознаннее и научили ценить то, что у меня есть.

Надеюсь, что многих родителей я застану в самом начале пути. Я хочу, чтобы с моей помощью они воздали должное пережитому опыту и обретенному умению справляться с повседневными трудностями. Я хочу поделиться идеей, которая в корне изменит все. Связь укрепляет чувство собственного достоинства, усиливает ощущение принадлежности и способствует нормальному развитию здорового ребенка. Моя книга – дар вам от всего сердца.

Вдохновение
20 лет материнства ~ первостепенная связь

25 лет опыта социальной работы (консультант по воспитанию детей, развитию младенцев, подростковый психолог, социальный работник в сфере психического здоровья, университетский преподаватель и педагог Практики информирования о травме[3])

У каждого родителя своя история любви с детьми. Это особые отношения, аналогов им нет. С появлением детей мы перестаем быть центром мира, в нем появляется кто-то важнее нас. Нам приходится открывать душу, смягчать сердце и принимать на себя новую роль – добытчика, защитника, воспитателя. Роль, которая позволит сформировать особую связь до конца жизни, отношения, которые вдохновят на жизнь по велению сердца.

Люди – эволюционирующий, думающий и чувствующий вид. Вот почему мы постоянно ищем смысл жизни и пытаемся понять, в чем он заключается. А кто-то бесконечно ищет свое предназначение, интересуется, как изменить мир к лучшему. Неважно, мимолетны эти мысли или возвращаются регулярно, вдохновляя на размышления или переживания из-за отсутствия ответов. Так или иначе, но в какой-то момент мы все задаемся вопросом: «В чем смысл моего существования?»

Отыскать ответ на этот вопрос не так просто. Понимание, зачем мы здесь, может со временем измениться. За последние несколько лет я соединила все точки моей жизни: личный опыт, клиническую практику, все увиденное, услышанное и прочитанное.

И мне кажется, я постепенно обретаю достойную причину быть здесь и начинаю выстраивать свою жизнь вокруг этой главной задачи. Моя работа и двадцатилетний опыт материнства убедили меня, что эта задача – связь. Связь накладывает отпечаток на все, что я думаю, и на то, как действую. Я хочу жить, устанавливая связь и побуждая родителей как можно раньше осознать ее важность. Почему? Потому что, по словам доктора Ньюфелда, «связь меняет все». И лучше не скажешь. Она действительно меняет правила игры.

Связь очень важна, и чем раньше мы установим ее, тем лучше.

Два десятилетия материнства и работы педагогом и психологом убедили меня, что важнее связи нет ничего. Связь повышает иммунитет и помогает ребенку нормально развиваться. Связь добавляет уверенности, радости, устойчивости и усиливает ощущение принадлежности. Связь – важнейший элемент воспитания. Важность связи невозможно переоценить, и чем раньше мы установим ее, тем лучше.

Как педагог Практики информирования о травме я специально изучала нейробиологию привязанности, опыт неблагополучия в детстве и психологическую устойчивость. Детство – период становления, роста и развития мозга. Именно в детстве закладываются основополагающие шаблоны доверия и эмоциональной регуляции, помогающие детям двигаться вперед, познавать себя и осваивать умение справляться с эмоциями. С помощью связи они учатся ориентироваться в нашем прекрасном, но очень сложном мире.

Кому предназначена эта книга

• Родителям, которые пытаются выживать и процветать в условиях беспрецедентного давления современной культуры.

• Родителям, которые запутались и потерялись в обилии информации.

• Родителям, которые ежедневно сталкиваются с трудностями воспитания и которым надо научиться бережнее относиться к себе.

• Родителям, которым нужно лучше понять себя и разобраться в процессе развития ребенка, чтобы обрести уверенность и осознать, что важнее всего.

Родительство – труднейшая работа в мире, требующая максимальной скромности и отказа от себя, и с этим утверждением давно никто не спорит. Каждое поколение родителей утверждает (и, возможно, не без оснований), что их трудности не идут ни в какое сравнение с проблемами родителей предыдущих эпох. Я уважаю чужой опыт и не собираюсь осуждать или обесценивать проблемы воспитания детей в далеком или не очень прошлом. Я думаю, что с теми иными сложностями родители сталкивались в любую эпоху. Но я стала матерью в современном мире и общаюсь со множеством родителей разных возрастов. И я вижу, что давление, которое оказывают на нас, беспрецедентно.

Стараясь как можно лучше воспитывать детей, современные родители постоянно имеют дело со стрессами и неопределенностью. Они пытаются одновременно понять себя, растить детей, стоить карьеру, налаживать и поддерживать супружеские и дружеские отношения, разбираться с финансовыми проблемами, а недавно еще и со сложностями из-за пандемии COVID‑19. И справляться со всем этим они вынуждены в современных условиях: при растущей тревоге о состоянии окружающей среды, экономической нестабильности, политической неопределенности, расовых протестах, циркулирующих инфекциях и стирании границ между работой и домом.

Все эти сложности приходится преодолевать в мире, где душевная связь подменяется псевдосвязью. Когда-то мы превыше всего ценили общение лицом к лицу и старались как можно больше времени проводить с семьей, партнерами, друзьями. Сегодня мы одиноки как никогда прежде.

Спасибо социальным сетям, теперь мы в курсе, что у других людей на завтрак, каким спортом они занимаются и куда ездят отдыхать. Но наша врожденная способность к подлинной связи не получает достаточной подпитки. Цифровая близость угрожает близости человеческой.

Мы живем в культуре кликов, лайков и дизлайков. Эта реальность порождает и продвигает поддельную связь с собой и другими. Наша жизнь перемещается в соцсети – мы выкладываем туда самые яркие моменты жизни, «отчаянно пытаясь установить прямой контакт», как описала это популярный автор, профессор Бренэ Браун.

Размышляя над экзистенциальным вопросом «Зачем я здесь?», родители вынуждены одновременно с этим заботиться о развитии детей, обеспечивать семье достойный уровень жизни, карабкаться по карьерной лестнице и что-то противопоставлять перспективе пополнить статистику разводов и неудовлетворенности браком. При этом им надо еще следить за собой и хорошо выглядеть, оставаться в форме, поддерживать сбалансированные социальные связи, разбираться с долгами и «меньше воздействовать на климат». И все приходится делать в условиях недостатка сна, нехватки поддержки и растущей неопределенности по поводу будущего.

Обобщая все вышенаписанное, я отлично понимаю, почему современные родители измотаны и встревожены. Пытаясь «взять все это в одни руки», они периодически устают, впадают в отчаяние и могут по понятным причинам потянуться к «эффективным методикам достижения воспитательных результатов».

Их манят быстрые решения, как заставить детей слушаться. Но сравнивать своего ребенка с другими детьми всегда означает рисковать отношениями. Неудивительно, что с таким количеством требований мозг современного родителя по большей части функционирует в «режиме выживания».

Чего не ждать от этой книги

Эта книга не решит всех ваших жизненных проблем. Вы не перестанете принадлежать к «самому зависимому, страдающему избыточным весом и залеченному поколению взрослых в истории», как определила это доктор Браун¹⁰¹¹. Эта книга, однако, фокусируется на одной вещи, которая в состоянии значительно повлиять на вышеупомянутую статистику.

Эта книга – попытка рассказать о том единственном, что поможет нам вырасти, почувствовать себя лучше, испытывать меньше стрессов, исцелиться, улучшить взаимоотношения с людьми и создать детям среду для нормального развития.

И эта вещь – сила связи. В этой книге описано самое главное, что есть в жизни. Это попытка рассказать о том единственном, что поможет нам вырасти, почувствовать себя лучше, испытывать меньше стрессов, исцелиться, улучшить взаимоотношения с людьми и создать детям среду для нормального развития. О том, во что я верю – как человек и как профессионал.

Я написала эту книгу, будучи матерью, и я предлагаю всем родителям понять и осознать главную человеческую потребность, которая сохраняется всю жизнь, – потребность в связи. В книге вы найдете результаты исследований и клинических наблюдений, а также личные истории людей, иллюстрирующие важность связи. Мы вместе ответим на вопросы, что такое связь и что в ней такого важного. Мы рассмотрим, как она формируется и как поддерживается.

Я не питаю иллюзий и не претендую на разрешение всех глобальных мировых проблем. Я не собираюсь ничего проповедовать или указывать как правильно. Много лет я жила в несчастливом браке ради детей, уверенная, что для них так лучше. Я трудилась не покладая рук, без сна и отдыха. Иногда я виню себя за то, что по тысяче разных причин взвалила на себя слишком много задач и они все гнетут меня, я утомлена, я бьюсь в закрытые двери, я боюсь.

Что придавало и придает моей жизни и моему материнству смысл и цель – это понимание, как много значит связь. Двадцать лет я наблюдала отдачу от такого подхода к воспитанию. Я видела, как мои и не только мои дети расцветают и преодолевают невзгоды, опираясь на связь с родителями. Видела, как присутствие и поддержка надежного родителя позволяют детям любого возраста нормально развиваться и полностью раскрыть свой потенциал.

Как объясняет в своем подкасте клинический психолог Джерри Ягер, родительская любовь и внимание позволяют детям лучше управлять своей нервной системой. А умение справляться с эмоциями и успокаиваться, в свою очередь, способствует усвоению нового опыта и благополучному росту. Он вспоминает слова биолога Чарльза Дарвина: «Выживает сильнейший». Свой подкаст Ягер заканчивает словами: «Я уверен: выживают те, кого поддерживали»¹².

Исследователь мозга и психолог Луи Козолино с ним согласен. Выживают не те, кто лучше умеет приспосабливаться, а те, кого больше поддерживали, замечает он¹³. Как мать и специалист в области психического здоровья я вижу то же самое на работе и в жизни: процветают те, кого поддерживают. В этот момент вы, читатель, возможно, задаетесь вопросом: что в данном случае означает «поддерживать».

Хорошие отношения помогают детям оптимально развиваться, а родителям – обрести уверенность в себе.

Поддерживающая связь не требует, чтобы мы постоянно занимались только ребенком. Позже мы поговорим о концепциях родительства «вертолет» и «газонокосилка». Наша цель – создавать и поддерживать условия для развития ребенка, а не ставить ему палки в колеса, помогать детям справляться с трудностями, а не все решать за них. Хорошие отношения помогают детям оптимально развиваться, а родителям – обрести уверенность в себе. Я согласна с доктором Ньюфелдом: каждый родитель – самый лучший для своего ребенка¹⁴.

Мое предложение

Родительство – это путь, на котором случаются как чудесные мгновения, так и ситуации, которые триумфально ставят нас на колени. Это большой труд, но он вознаграждается как никакой другой. Эта книга – попытка рассказать о том, что я считаю самым главным, ключом к воспитанию детей и, возможно, к самой жизни. И это главное – связь: с самими собой, с нашими детьми и со всеми прочими. Я верю, что связь – ключ к взрослению, ключ к пониманию, ключ к здоровью, к изменениям, к уверенности и надежде.

В этой книге я поделюсь с вами всем, что знаю, а также расскажу о своих личных попытках проживать каждый день в согласии с этим базовым принципом, о моем стремлении изменить ситуацию к лучшему в самой важной сфере нашей жизни – воспитании и развитии детей.

Книга частично основана на воспоминаниях, в ней нашли отражение мои переживания и впечатления многих лет. Ради анонимности я изменила некоторые подробности, но суть осталась прежней. Я понимаю – это только мой опыт. Я помню, что мы все пока еще в процессе работы над собой, и признаю, что все герои моей книги в конкретные моменты делали все что могли и проявляли свои лучшие качества. Я никого не хочу обидеть.

Мы все сталкиваемся с трудностями и порой погружаемся в отчаяние. Но с этим якорем – связью – мы лучше готовы к преодолению невзгод.

Надеюсь, мне удастся хоть немного развеять тревоги современных родителей. Надеюсь, вы получите эти знания как можно раньше, и это благоприятно повлияет на ваш опыт воспитания детей. Каждый родитель желает дать детям самое лучшее. Мы все хотим научить их справляться с трудностями, болью и неопределенностью.

Главное не в том, чтобы освоить определенный набор родительских навыков, купить послушание наших детей или сделать все за них. Главное и самое значимое – понимание и живая, пульсирующая связь. Главное – выстроить правильные отношения с детьми. Это бесплатно и легко доступно в любой момент. Чтобы построить такие отношения, не нужно быть доктором наук. И еще одна, возможно, лучшая новость – сделать это никогда не поздно.

Можно выдохнуть и успокоиться: чтобы дети выросли, не нужны сила, хитрость или манипуляции.

Родительство – это на всю жизнь, и крепкая связь с детьми позволяет наслаждаться процессом на всем его протяжении. Можно выдохнуть и успокоиться: чтобы дети выросли, не нужно заставлять их, обманывать или манипулировать. Взросление – естественный процесс, наша задача заключается лишь в том, чтобы создать ребенку подходящие условия для роста. Предлагаю вам поразмыслить и привнести в жизнь то, что поможет вам укрепить внутрисемейные связи.

Надеюсь, эту книгу будут дарить новоиспеченным родителям вместе с пеленками и детскими присыпками. Тогда дети вырастут максимально здоровыми. Но на самом деле, извлечь из нее пользу можно с любым родительским стажем. Укрепить связь с детьми и сразу же увидеть отдачу от вложенных усилий никогда не поздно.

Надеюсь, что с каждой страницей ваша связь с детьми будет углубляться. В книге уделяется внимание и вам, родителям, потому что ваше состояние критически важно для благополучного развития детей. Половина книги посвящена вам и значимости вашего опыта, ваших переживаний. Осознать, как прошлое влияет на чувства и поступки, порой нелегко, но оно всегда того стоит. В итоге вы лучше узнаете себя и станете вести себя с детьми как всегда и хотели.

В книге 10 глав, которые я называю «Размышлениями». «Размышления» о связи предназначены вам как человеку и как родителю. Я делюсь ими, чтобы тронуть ваше сердце и вдохновить вас на свершения и творчество ради укрепления связи с детьми. Я уверена, что информация из книги положительно повлияет на процесс воспитания и поможет вам вырастить крепких и здоровых детей.

Я обращу особое внимание на важность первостепенных потребностей. Мы познакомимся с кризисом идентичности и приоритетами, которые ставит перед нами современная жизнь. Мы глубоко исследуем, чего мы достойны как родители и как личности, как справляться с невзгодами и обрести смыслы. Мы сосредоточимся на том, что важнее всего для детей, переосмыслим наши цели воспитания и научимся направлять с помощью связи. В конце книги мы рассмотрим, как урегулировать поведение детей без наказаний и подкупа, а в завершение обсудим, как связь оптимизирует развитие детей, укрепляет их способность преодолевать трудности и делает более уверенными вас, родителей.

Возможно, вас удивит, как много внимания в книге уделено вам, родителям, а не только вопросам воспитания. Скорее всего, вам захочется как можно скорее получить простые советы, как добиться от детей послушания, но вместо этого я вновь предложу вам задуматься о себе. Это неслучайно, и это окупится. Верьте в процесс, он разработан для вашего же блага.

Итак, мы начинаем. Я буду рядом, пока вы работаете над собой. Это непросто, но необходимо, чтобы полностью реализоваться в отцовстве или материнстве.

Каждое «Размышление» – смесь истин, которые я обрела в процессе изучения литературы, общения, наблюдения и жизни с детьми. Я делюсь личными историями, цитатами, идеями, чтобы вы тоже могли все это ощутить и задуматься. Я стараюсь изъясняться как можно более ясно. Будьте готовы к тому, что изменения начнутся уже в процессе чтения книги. Изменятся ваш образ мышления и ваши внутренние ощущения, у вас появится больше сил. Претерпит изменения и цель воспитания.

Возможно, изменения будут едва заметны, возможно – весьма серьезны. В любом случае ждите каких-то сдвигов. Предвкушайте приток вдохновения. Я надеюсь, что книга окажет влияние и на сам воспитательный процесс, и на его результат. Вы станете мягче, но сильнее. Вы обретете ясность и способность двигаться к цели. Вы лучше узнаете себя и продвинетесь в развитии как родитель и как личность.

Как говорила покойная поэтесса Майя Анжелу, «чем больше мы знаем, тем лучше действуем». Получая знания, мы лучше понимаем себя, наши стремления и стремления других. Я делюсь моментами из книг и из жизни, которые подарят вам вдохновение и позволят выстроить прочную связь и крепкие отношения с самими собой, с близкими и, самое главное, с нашими детьми. Так вперед, путешествие начинается.

Для вас

Размышление № 1
Современная жизнь
Кризис идентичности и приоритетов

Починка сломанных взрослых обходится обществу слишком дорого. Намного проще и экономичнее сразу растить детей здоровыми.

– Стивен У. Ванной¹⁶

Давление

Моя подруга только что стала матерью. Ей чуть за 30, она замужем, работает в системе здравоохранения. Она планировала беременность, готовилась к ней и рада предстоящему материнству. Она познает глубины родительской любви и наслаждается своей новой ролью – и в то же время признает, что понятия не имела, насколько ей будет трудно. «Почему люди не предупреждают, как сложно приходится молодой матери?» – спрашивает она.

Хороший вопрос – и один из самых сложных по многим причинам. Материнство порой – отличная штука, а порой – трудное испытание. В подкасте New Family («Новая семья») детский психолог Ванесса Лапойнт отмечает, что растить детей временами непросто. Она говорит, что родительство не всегда приносит нам счастье, но дает цель в жизни и полноту бытия¹⁷.

У каждого человека свой путь отцовства или материнства, основанный на предыдущем опыте и текущих жизненных обстоятельствах. У одних в прошлом были поддержка, деньги и возможности, у других – трудности, бедность и все прочее, далекое от идеальности. Сегодня у одних больше вариантов, куда обратиться за помощью, и больше информации, а у других – меньше. Если есть знания и поддержка, перемены даются легче.

Жизненный путь никогда не бывает гладким, но 25 лет работы в помогающей профессии научили меня, что надежда есть всегда, в любых обстоятельствах, а также тому, что бороться с трудностями приходится постоянно. Степень и суть такой борьбы бывают разные, но это всегда борьба.

Чем сильнее давит, нагружает и чем больше требует от нас современное общество, тем вероятнее, что мы начнем искать свою ценность, а также признание и принадлежность не в самих себе, а вовне. Нынешние родители очень подвержены давлению общества. Мы отчаянно пытаемся «держать лицо», изображать благополучие в соцсетях и при этом не развалиться на части в буквальном смысле слова.

Общество давит на нас, требуя свершений, достижений и видимых результатов, и каждый из нас вольно или невольно подпитывает эту систему. Я считаю, что один из способов изменить поведение – привлечь внимание и пробудить интерес людей, только ставших родителями. Больше зная, родители лучше действуют. Но прежде чем начать лучше действовать, нам нужно понять, что происходит внутри и вокруг нас. Что движет нами персонально и как влияет на нас общество.

Вопрос, который напрашивается сам собой, – где мы сейчас? Если вы следите за исследованием доктора Браун о нынешнем состоянии всех форм разобщенности и разрыва связей, у нас большие неприятности. Выше я уже упоминала, что нынешний уровень нашей разобщенности с собой и другими – рекордный¹⁸. Давление современных условий жизни ставит родителей в крайне затруднительное положение. На конференции в 2019 году известный спикер, популярный автор и эксперт по зависимостям Габор Матэ с сожалением заметил, что «условия для здорового воспитания становятся все хуже и хуже»¹⁹.

Современные родители гораздо больше своих предшественников ощущают пристальное внимание общества.

Родителей истощают в том числе постоянные попытки справляться с ежедневными задачами и ответственностью и одновременно поддерживать отношения на желаемом уровне. Современный образ жизни с его постоянной суетой реально утомляет. Мы все больше отдаляемся от самих себя и волей-неволей делаем то же самое с нашими детьми, которые в свою очередь и к большому сожалению отдаляются от самих себя.

Давление на современных родителей и степень их изоляции беспрецедентны. Сертифицированный консультант и специалист по работе с травмой Линда О’Нил уверена, что родители сегодня – наиболее осуждаемая категория населения²⁰. Общество наблюдает за нами куда внимательнее, чем за нашими предшественниками. И при этом перед нами стоит огромное количество задач, которые давят на нас и которые нужно разрешать быстрее и без такой поддержки, которая была у родителей прежде.

Как говорит доктор Матэ, «… в семьях накапливается огромное напряжение из-за сумасшедшего ритма жизни и разрушения традиционных опор»²¹. Уровень тревожности зашкаливает. Мы тревожны и одиноки как никогда прежде. Когда я стала матерью в 2000 году, мне очень отозвались слова писательницы Катрины Кенисон, что «требования, которым мы должны соответствовать, вытягивают из нас душу». Я и представить не могла, насколько актуальны эти слова будут 20 лет спустя.

Как давление влияет на родителей

Сегодняшние родители находятся в постоянном движении, как голкипер, которому нужно отбить все летящие в ворота мячи. Многие перерабатывают, трудятся сверхурочно и очень устают. Мы крутимся как белки в колесе.

Американский раввин, ортодоксальный еврей и писатель Шамли Ботич утверждает, что «мы часто ощущаем, что сломлены и искалечены культурой, в которой ценится не душа, а кошелек, не характер, а продуктивность»²³. От родителей ждут, что они будут ежедневно обрабатывать весь этот огромный массив информации и по-прежнему выполнять все свои обязанности по дому и вне его.

Мне попадалось такое утверждение: чем больше нас тревожит современный мир, тем тщательнее мы хотим все контролировать. Психолог и автор книги The Blessing of a Skinned Knee: Raising Self-Reliant Children Венди Могул рассказала в подкасте нечто похожее – чем большее давление ощущают родители, тем более они склонны контролировать все аспекты жизни своих детей. Общество давит на нас, требуя делать «все правильно». Как говорит доктор Могул, «даже простой разговор о воспитании может вылиться в спор, потому что затрагивает напрямую наши страхи и заставляет нас сражаться друг с другом»²⁴.

Как это отражается на процессе воспитания

Давление в наши дни – неотъемлемая часть родительского опыта. Ежедневное планирование и поддержание порядка в доме – отдельная работа. А когда в 2020 году вдобавок к обычному давлению общества и требованиям «не отставать от самых лучших родителей Петровых» началась пандемия COVID‑19, многие матери и отцы однозначно приблизились к точке слома.

К обычным стрессовым факторам добавились потеря работы, проблемы с детским садом, офис на дому, попытки учить детей дома, необходимость постоянно мыть руки, соблюдать социальную дистанцию и правильно носить маску. И все это навалилось на родителей вдобавок к обычному ежедневному давлению, как бы не отстать от всех прочих, которое они ощущают сознательно или бессознательно.

Состояние страха всегда было для родителей привычным, но современный мир безжалостных сравнений в разы усиливает его.

Мы живем в культуре нагнетания страха, которая лишает родительского счастья очень многих. Клинический психолог и спикер с мировым именем Шефали Цабари утверждает, что в процессе воспитания детей мы утрачиваем радость жизни²⁵. Растить детей – значит постоянно испытывать страх. Состояние страха всегда было для родителей привычным, но современный мир безжалостных сравнений в разы усиливает его.

Мы живем в обществе, где «догнать и перегнать» – новый культ. На нас давит необходимость соревноваться друг с другом. Нам не хватает времени на нормальные отношения. Доктор Матэ задается верным вопросом: «Почему общество так неохотно признает разрушительность такого образа жизни?»²⁶

Доктор Ньюфелд помог мне понять: когда мы ориентируемся только на продуктивность и результат, начинаются проблемы. В условиях стресса все системы нашего организма переходят в рабочий режим, режимы игры и отдыха при этом отключаются. А именно эти два режима, игры и отдыха, во многом отвечают за нашу способность регулировать или контролировать эмоции²⁷. Эти режимы – не роскошь, от которой можно отказаться. Чтобы заботиться о детях и создавать им условия для оптимального развития, родители не должны постоянно функционировать на пределе.

Как утверждает доктор Могул, если в течение дня утомительная работа или тревога истощила наши резервы, у нас не хватит сил отдавать себя детям и заботиться об их благополучии²⁸. На каком основании мы ожидаем от детей, что они выдохнут и справятся с эмоциями, если сами не в состоянии этого сделать? Я не раз слышала признания родителей, что они сдаются и позволяют детям все, потому что на все остальное уже просто не способны.

Думаю, это состояние знакомо всем родителям, и все мы понимаем, сколько мужества требуется для такого признания. Я очень нам сочувствую и прекрасно знаю, как сильно мы стараемся отдавать себя детям, одновременно справляясь со всем прочим. Но когда мы идем у детей на поводу и закрываем глаза на плохое поведение, появляется еще одна проблема, помимо очевидных, – страдает иерархия отношений, необходимая для нормального развития ребенка.

Нормальные детско-родительские отношения легко представить на примере гусыни с гусятами. Гусята следуют за матерью, и мы точно так же хотим сохранить ведущую роль в отношениях с детьми. Вам не захочется, чтобы гусята вели за собой гусыню, замечает доктор Ньюфелд²⁹. Но чем сильнее мы устаем и чем больше у нас стрессов, тем скорее мы откажемся от ведущей роли и подчинимся давлению текущих обстоятельств.

В дальнейшем мы еще поговорим о том, чем чревата передача ведущей роли гусятам. Уверяю, что взять на себя лидерство и при этом сохранить тепло и чуткость в отношениях с детьми вполне возможно. Правда в том, что установление границ и удовлетворение ожиданий дают детям ощущение безопасности. А когда они чувствуют себя в безопасности, они более склонны к послушанию.

Отвлечься и развлечься

Современные технологии мешают всем видам связи. Они легко отвлекают и развлекают, позволяя нам избегать встречи с самими собой.

Английский профессор неврологии и психологии Мэтью Уокер замечает, что «мы постоянно воспринимаем больше, чем обдумываем»³⁰. Наша явная жажда стимуляции и желание отвлекаться мешают нам смотреть на вещи глубже и как-то значимо проявляться в общении с другими.

Воздействие современных отвлекающих факторов на ребенка начинается очень рано. Медсестры в роддомах просят матерей отложить мобильники во время кормления, чтобы те лучше улавливали сигналы детей. Медсестры в поликлиниках видят, как родители сидят в своих смартфонах возле прививочного кабинета, им все чаще приходится напоминать, что детей надо бы успокоить после укола. Но чтобы побыть с ребенком, нужно отложить телефон.

Как и во всем остальном тут, как по мне, главное – умеренность. Социальные сети будут развиваться и дальше, и в них есть свои плюсы. Со временем мы лучше изучим их воздействие. Актер Джозеф Гордон-Левитт называет технологии, захватившие общество, «новым наркотиком»³¹. Мы смотрим на экран нашего мобильника в среднем 150 раз в день. Такова реальность, и ее приходится учитывать, когда мы разрабатываем стратегии снижения вреда и придумываем, как избежать полного поглощения гаджетами.

Проблема не только в том, что мы постоянно отвлекаемся и «залипаем» в социальных сетях, но при этом не можем сконцентрироваться на чем-то одном. Еще нас буквально заваливают рекламой. По утверждению доктора Браун, в среднем мы видим примерно 3000 рекламных постов и объявлений в день. Помимо товаров, отмечает она, нам продают и наборы ценностей³². Ценностей, которые навязывают нам производители, задавая планку и заставляя соотносить с этими ценностями нашу значимость, наши отношения и нашу популярность.

Быстро возникающие отношения в соцсетях не удовлетворяют нашу внутреннюю потребность в душевной связи.

Британский писатель и журналист Йохан Хари предупреждает: «мусорные» ценности[4], которые мы усваиваем каждый день, опасны. Он сам активно пользуется социальными сетями, но тем не менее убежден, что их избыток – что-то вроде «KFC для души». Работа Хари о тревожности, депрессии и боли уделяет немало внимания нашей потребности в глубокой связи.

Быстро возникающие отношения в соцсетях не удовлетворяют нашу внутреннюю потребность в душевной связи. Мы проводим кучу времени в состоянии, которое доктор Браун называет сомнением, что мы достаточно хороши и достойны любви, достойны быть с кем-то³³³⁴.

Она предостерегает, что технологии «превратились в самозванца на месте подлинной связи, они заставляют нас верить, что связь между людьми сохраняется, хотя это не так, по крайней мере, это не та связь, которая нам необходима»³⁵. Потеря работы, развод, измена, проблемы с детьми или со здоровьем и другие серьезные проблемы никак не отражаются на страницах в соцсетях. Люди предъявляют другим свой выдуманный образ и отчаянно сражаются за принятие, даже если это означает скрывать боль и одиночество, ставшие частью их реальности.

Есть мнение, что причина роста тревожности и депрессии – видео в соцсетях с самыми яркими моментами жизни, а также постоянное давление и необходимость успевать за другими. По мнению моей коллеги и подруги, трудотерапевта Джен Ховс, онлайн-травля матерей, например, частенько выходит из-под контроля. Недавно она сократила свое время пребывания в сети и вышла из одного сообщества для мам, потому что устала от постоянного негатива³⁶.

Нам приятно, когда люди ставят лайки, то есть «нравится», нашим постам, потому что нам приятно нравиться и в нашей крови появляются соответствующие химические вещества, от которых нам становится лучше. Нас захлестывают окситоцин – «гормон объятий» – и дофамин, вместе отвечающие за хорошее самочувствие и позволяющие временно ощутить себя нужными и любимыми. Лайки в социальных сетях дают нам ощущение, которое мы принимаем за связь, но в конечном итоге это вовсе не она, а подделка.

Мы непрерывно отдаляемся от своего истинного «я», оно больше не определяет наше поведение и наши проявления вовне. Большинство из нас не живет, а лишь изображает жизнь. Цифровая близость угрожает подлинной связи с собой и другими. Все больше людей начинают осознавать это и применять собственные методы цифрового детокса, к примеру, ставят на ночь заряжаться телефоны в другой комнате, назначают время для выхода в интернет с утра и убирают гаджеты, встречаясь с друзьями. Таким образом они пытаются восстановить нарушенную гармонию в жизни.

Эксперт по воспитанию Эми МакКриди подчеркивает, что технологии влияют на процесс воспитания детей. Из-за технологий, утверждает она, даже темп воспитания за последние 10 лет ускорился. По ее словам, ожидание нынешних родителей, что все будет происходить «быстро», порождает дополнительное давление на всех³⁷. Работа проникает во все сферы жизни, критерии успеха постоянно изменяются, мы вечно сравниваем себя с другими и переживаем по этому поводу. Нам кажется, что мы по большей части остаемся наедине со всеми своими обязанностями.

Сегодняшние родители должны разбираться во множестве вещей. От них требуется делать все больше, но они более одиноки, чем когда-либо, – и физически, и морально.

Мэри Гордон, основатель Roots of Empathy[5], предостерегает от риска «зачерстветь эмоционально от сенсорной и информационной перегрузки». Перегрузка вызывает онемение как при анестезии.

Психологическая нагрузка на родителей не только усилилась, она привела к истощению и одиночеству. Родители устали и чувствуют, как будто их все бросили. Вспоминаются слова терапевта Вирджинии Сатир: «С родителей так много спрашивают, но им так мало дают». От родителей часто требуется успевать везде.

…Быть не только мамой и папой?

Такое ощущение, что стиль воспитания «вертолет», или «нависающий родитель», растворяется в туманной дали, и на его место приходит стиль, который многие называют «газонокосилкой». Это о тех мамах и папах, которые считают своим долгом прокладывать для своих детей путь по жизни. Когда я размышляю об этом стиле воспитания, я вспоминаю пословицу «Готовь ребенка к дороге, а не дорогу к ребенку».

Сегодня многие родители частенько берут на себя не только роль мамы или папы, но и друга, тренера, учителя плюс детского психолога и эксперта по возрастной психологии. Воспитатели и педагоги сообщают, что родители стали больше интересоваться учебой ребенка. Иногда они требуют продлить сроки сдачи контрольных или повысить ребенку оценку за работу. Это касается и спорта: некоторые родители старательно подсчитывают, сколько времени ребенок проводит на корте, на поле или на льду, и забрасывают тренера тревожными сообщениями, как ему следует выстраивать игру.

Я знала одну маму, которая с 8‑го класса два-три часа каждый вечер занималась с дочерью уроками, чтобы девочка получила золотую медаль об окончании школы. Столь тесная вовлеченность привела к ряду проблем, включая супружеские конфликты и возросшую тревожность у дочери: ей казалось, что она не справляется с учебой самостоятельно.

Эти родители любят своих детей и очень хотят, чтобы у них было все в порядке. Настолько, что невольно готовы подавлять, обесценивать их собственные усилия и контролировать всю их жизнь. Зачем же они так делают, спросите вы.

Нынешние родители в среднем старше, чем их предшественники. Они отточили навыки многозадачности. На них давят позитивные видео френдов и коллег в социальных сетях, побуждая их отдыхать, работать, жить, играть «быстрее, выше, сильнее», чтобы не отстать от общества, главный принцип которого – «догнать и перегнать».

Я не прошу вас изменить общество, которое вас окружает. Я предлагаю создать дома, для себя, иную среду, в которой вам будет приятно жить самим и где будут нормально расти и развиваться ваши дети.

Современная культура – как мощное течение, которому трудно сопротивляться. Стоит лишь вслух допустить, что можно что-то делать по-другому, – и на тебя немедленно обрушиваются чужие страхи, сомнения и рассуждения, насколько это сложно. Я не прошу вас изменить общество, которое вас окружает. Я предлагаю создать дома, для себя, иную среду, в которой вам будет приятно жить самим и где будут нормально расти и развиваться ваши дети.

Как сказал однажды общественный деятель Махатма Ганди, «станьте переменами, которые хотите видеть в обществе»³⁸⁴⁰. Как по мне, этот призыв одновременно вдохновляет и пугает. Чтобы не утонуть в этом мощном потоке и не отстать от Петровых с их рассказами об успехах в соцсетях, нужно прилагать огромные усилия. Мы, родители, должны делать все и сразу.

Я не предлагаю вам перестать грести или вовсе выйти из лодки, я призываю к осознанному поведению в этом бурном потоке. Как хорошо вы умеете плавать, насколько уверенно держитесь на воде? Владеете ли пресловутым искусством гребли? Как далеко берег? Как сильно вы устали? Есть ли у вас помощники? Какие-то другие плавсредства поблизости? А как насчет выносливости?

Не отдавая себе отчета о целях, направлении движения и уровне своего мастерства, можно однажды обнаружить, что бессознательно вы уже втянулись в современную культуру воспитания под давлением. В этом потоке мамы и папы очень уязвимы для осуждения. Они постоянно сравнивают себя с другими и стремятся ничего не упустить, вовремя дать детям все необходимое, чтобы те, в свою очередь, смогли успешно конкурировать со сверстниками.

Прекрасное послание, отражающее надежду на разрешение этих культурных «недомоганий», сформулировал раввин Ботич: «…исцеление начнется, когда наступит понимание, что успех в жизни измеряется не размером счета в банке, а качеством ваших отношений с людьми, и что суть человека не в накоплении богатств, а в установлении связей»⁴¹.

Культура потребления, ориентированная на результат и активно внедряющая цифровые технологии, не отвечает нашим глубинным потребностям в установлении связи. Занятые полировкой и усовершенствованием образа для демонстрации другим, мы утрачиваем понимание, что действительно важно для всех каждый день. Как говорит Рабби Ботич, «детство – величайшая жертва, принесенная современному образу жизни»⁴².

Культура потребления, ориентированная на результат и активно внедряющая цифровые технологии, не отвечает нашим глубинным потребностям в установлении связи.

В нашей жизни случаются переломные моменты, когда мы решаем поступить так или иначе, и нейтральных решений не бывает. Наш выбор всегда влечет за собой последствия. Нужно четко представлять, что мы хотим получить в итоге, чтобы принять правильное решение, сделать верный выбор для себя и своей семьи.

Наши силы не бесконечны. Нам предлагают посмотреть на жизнь как на череду решений и возможностей. Я принимала решения, которыми невероятно горжусь, – и решения, которые мне дорого обошлись. Умение замечать и вслух говорить о том, что важнее всего, помогает утвердиться в своих ценностях и лучше ориентироваться в сложностях современной жизни.

Два десятка лет материнства и двадцать пять лет клинической практики дают мне право от всего сердца заявить: чем больше у нас связей, тем лучше мы чувствуем себя психологически. Отношения с людьми делают нас благополучнее. Прочные социальные связи как таковые уже обладают «защитными свойствами».

К чему я стремлюсь

К тому, чтобы у родителей становилось меньше поводов для тревог. Я хочу поделиться знаниями о связи, накопленными почти за 20 лет: в аспирантуре, на тренингах доктора Ньюфелда, благодаря собственным наблюдениям. В книге я фокусируюсь на главном, что помогает родителям установить связь с самими собой и с детьми. Я даю вам в руки инструмент для внедрения в жизнь любых идей, слов и мыслей, которые покажутся вам полезными.

Я убеждена, что связь – ключ ко всему, и в трудные времена мы нуждаемся в ней еще больше, чем обычно.

Как по мне, перенимать образ действий и поведение у других очень полезно. Мне не нравится идея учиться всему на собственном опыте. Нельзя стать экспертом во всех областях жизни, на это слишком мало времени в сутках. Я предпочитаю учиться на чужом горьком опыте. Вот я и подумала, что мне стоит поделиться своими знаниями с другими родителями. Стоит рассказать, что действительно делает нас хорошими, ответственными матерями и отцами и позволяет вырастить детей здоровыми и приспособленными к жизни. Именно это я и собираюсь сделать.

Я убеждена, что связь – ключ ко всему, и в трудные времена мы нуждаемся в ней еще больше, чем обычно. Я даю вам возможность поразмыслить о самом главном для вас и вашего ребенка. Не упустите ее. Эти размышления окупятся стократно – их благополучием и вашей уверенностью. Когда мы осознаем, что для нас важнее всего, мы становимся счастливее, больше доверяем себе. Родительство обретает смысл и начинает приносить удовлетворение.

Доктор Могул процитировала в подкасте британского психотерапевта Дональда Винникотта и его определение нашей Маниакальной Защиты от Отчаяния. Опираясь на его слова, она поведала, как старательно мы занимаем себя, чтобы не чувствовать ничего, кроме умеренного утомления… В результате нам кажется, что мы движемся вперед и «догоняем» других⁴³. Необходимость преуспевать и выкладываться по максимуму настолько распространилась, что разумность такого подхода к жизни даже не обсуждается.

Усталость – единственная эмоция, которую нам позволено демонстрировать другим, это своего рода значок с надписью «Ты правильно живешь». Постоянно занятые, мы не видим, что с нами происходит, и тем более отказываемся за это отвечать. Мы черствеем или отвлекаемся, чтобы справиться с одиночеством и неудовлетворенностью.

Подруга недавно рассказала мне, что собирается снова пойти к семейному психологу. Больше всего ее тревожит одиночество. Семейная жизнь не приносит ей удовлетворения. Ей часто кажется, что она тащит на себе все: работу, дом, ответственность за детей. У нее нет ощущения, что они с мужем команда, а муж, похоже, этого не замечает. Прожив с ним почти десяток лет, она сомневается, что он вообще способен измениться, и не знает, останется ли с ним.

Слова доктора Браун и рассказ подруги заставляют меня вспомнить свой собственный брак и свое одиночество в этом браке. Да, подруга прекрасно справляется, прям как я в свое время – спорт, родительский комитет, вечеринки с друзьями и родными, – но она одинока в собственном доме, и мне знакомы ее переживания. Мне вспоминается еще один подкаст, Emotional First Aid («Скорая эмоциональная помощь»), где психолог и писатель Гай Винч утверждал: 60 % людей с жалобами на одиночество состояли в браке и имели семью⁴⁴.

Мы одиноки, и это ощущение лишь усугубляется. Мы разобщены и рискуем отдалиться друг от друга еще сильнее. Мы ищем вовне нашу ценность и принятие. Мы ищем вовне связь.

Как добавляет Рабби Ботич, «внутренняя пустота – движущая сила ненасытности»⁴⁵. Я вспоминаю, как доктор Браун говорила о «синдроме вечной неудовлетворенности» и связанном с ним стыде⁴⁶. Если мы всегда недостаточно хороши, мы будем постоянно искать недостающее вовне и никогда не почувствуем подлинного счастья и удовлетворенности жизнью.

Надежда есть

Когда мои сыновья были еще маленькими, у нас на холодильнике висело стихотворение Дороти Нотл Children Learn What They Live. Оно служило мне ежедневным напоминанием, что дети не только слушают, но и подражают. Мне важно было помнить, что сильнее всего на них влияют не мои слова, а мои действия.

Я помню, как во втором классе забирала Джордана из школы и поговорила с учителем. Миссис Андерсон рассказала, что один ученик начал капризничать (опять) и она отправила его в кабинет директора. Но на этот раз они взяли с собой сверстника, положительно влияющего на класс.

Этим сопровождающим стал Джордан. Дальнейшее заставило директора прослезиться. С тем учеником, Джейком, они обычно обсуждали безобразное поведение последнего – конечно, с угрозами наказать его или вызывать родителей.

В тот день, однако, все было не так. Как объяснила миссис Андерсон, когда Джордану дали слово, он повернулся к однокласснику и вытянул вперед сжатые кулаки. Подняв левый кулак, он сказал: «Джейк… это ты», а затем, подняв правый, добавил: «А это твое поведение». Вновь показав левый кулак, он продолжил: «Джейк, ты хороший». Потом поднял правый и закончил: «Но твое поведение – не всегда, и мы хотим поговорить именно об этом».

Директор был очень впечатлен способностью семилетки понимать такие вещи, и мне как матери тут было чем гордиться – ведь Джордан повторил те слова, которые я много раз говорила ему и Мэтью. Я очень старалась отделить поступки детей от них самих. Это не значит, что я не стремилась изменить их поведение, если нужно. Но я постоянно сообщала, что их ценность для меня от их поведения не зависит. Именно это было самым главным.

Мальчики знали, что я люблю их вне зависимости от их поступков. Словами и действиями я сумела донести до них, что наши отношения неприкосновенны. В тот день Джордан не только применил это на практике и помог Джейку, но и напомнил взрослым, как важно смотреть дальше поведения, чтобы поддерживать связь.

2007 г.

Понимание, что связь и сопричастность необходимы всем, – ключ к раскрытию родительского потенциала.

Став родителями, мы порой покоряем вершины, а порой стоим на коленях, измученные и униженные. Но все равно это того стоит. Наши дети в корне меняют нас, и осознание, что они учатся на нашем примере, очень многое нам дает, но и возлагает на нас определенную ответственность.

Это означает, что заботиться о себе тоже важно, что надо работать над собой, чтобы правильно вести себя с детьми. Мысль о том, что дети усваивают все, что видят, приводит нас к осознанию важности родительской роли. Понимание, что связь и сопричастность необходимы всем, – ключ к раскрытию родительского потенциала. Связь позволяет нам построить с детьми такие отношения, о которых мы мечтаем.

Наша родительская задача – не в том, чтобы прокладывать детям жизненный путь или заставлять их добиваться того, чего мы не достигли сами. Наша задача осознать, что развитие ребенка – естественный процесс. Я помню слова доктора Ньюфелда: «Не нужно объяснять яблоне, как выращивать яблоки, а реке – как течь… это происходит, потому что это естественно»⁴⁸. Чтобы помочь детям полностью реализовать свой потенциал, нужно просто создать им благоприятные условия для развития и устранить возможные препятствия на этом пути.

Правильные отношения с родителями позволяют детям оставаться детьми и сфокусироваться на познании и росте. Я согласна с утверждением клинического психолога Карен Кэссиди: «Не рассказывайте детям, покажите им»⁴⁹. Дети хотят чувствовать готовность родителей взять на себя ответственность и главенство в семье, их это успокаивает.

Главенство означает, что родители становятся для детей «Старшими». И когда мы по праву возлагаем на себя эту роль, дети привыкают быть «Младшими». И тогда Старшие могут заботиться о Младших, удовлетворять их потребности.

Я призываю двигаться к чуткому воспитанию постепенно.

Я призываю двигаться к чуткому воспитанию постепенно. Отзываться на плач, разрешать конфликты между братьями и сестрами, понимать, отчего подростки раздражительны и закатывают глаза, сопереживать их внутренней борьбе и ограниченной способности управлять эмоциями. Но чтобы справиться со всем этим, необходимо позаботиться о себе. Старшим нужен ресурс, чтобы растить Младших.

Выбирайте моменты для подпитки, моменты для объятий, для общения и признания ценности. Изменение принятых сегодня подходов к воспитанию в вашей конкретной семье потребует времени, но в наших силах сознательно замедляться в течение дня, ловить такие моменты и наслаждаться ими.

Эти моменты греют и питают душу, напоминают о радостях материнства или отцовства. Эти моменты позволяют хоть ненадолго выскочить из круговорота тревог и забот и сосредоточиться на том, что действительно важно здесь и сейчас для здоровья нового поколения.

Я завершаю эту главу первой из своих «Мыслей по ходу дела». Это рассказ о детстве Джордана и Мэтью и о том, как я повела себя не лучшим образом и как потом исправила невольно причиненный вред.

Мысли по ходу дела

Признание четырехлетки (2007)

Важная часть моей работы – развенчание мифа об идеальном родителе. Быть родителем – самая трудная в мире работа. Я не встречала родителей, которые не сожалели бы хоть раз о сказанном или сделанном. Мысли об этом часто порождают вину и раскаяние за свои слова и поступки. Никто не хочет специально обидеть ребенка, но периодически это происходит.

Хорошая новость заключается в том, что детям не нужны идеальные родители, чтобы вырасти здоровыми и счастливыми. Сильнее всего влияет то, что случается чаще. Если обычно мы общаемся с детьми с любовью и уважением, скорее всего, у нас будут близкие, доверительные отношения, и редкие срывы им серьезно не повредят. Это понимание, конечно, не освобождает нас от ответственности за наши действия. Совершив ошибку, ее надо исправить, сделать все возможное, чтобы постфактум восстановить связь с ребенком.

Пару месяцев назад я тоже повела себя так, что стыдно вспомнить. Чаще я делюсь историями про старшего сына, но на этот раз меня вернула в разум мудрость четырехлетки. Заодно я получила важный урок.

Как-то воскресным утром я была занята по уши – красила стены в нашей спальне внизу. Рядом в гостиной сыновья играли в «Звездные войны». Муж был в гараже, разбирал коробки. Последние две недели нас абсолютно истощили: переезд, уборка, ремонт, работа, детский сад, спорт, свадьба и начало учебы старшего в первом классе.

Я слышала из гостиной слова старшего, что ему надо в туалет. Он просил четырехлетнего брата подняться наверх в уборную вместе с ним – в это время он как раз переживал один из периодов, когда дети боятся оставаться одни в определенных помещениях. Младший, поглощенный игрой, толком не слушал, как это случается с братьями. Старшему пришлось несколько раз повторить свою просьбу.

Я продолжала яростно красить стену, понимая, что сегодня выходной и у меня еще полно дел. В последний раз проведя валиком по стене спальни, я услышала, как младший громко зовет меня. Вам наверняка знаком этот тон, означающий, что надо все бросить и бежать на помощь.

Я бросила валик и помчалась вверх по лестнице. Голоса детей раздавались из ванной комнаты. Из той самой ванной комнаты, где я на прошлой неделе доделала ремонт. Я завернула за угол и увидела старшего, он сидел на унитазе со спущенными штанами. Младший сказал: «У него тут авария». Старший опустил голову, на его лице было написано раскаяние.

Обычно при подобных инцидентах я просто говорила: «Ну, у всех бывают аварии, давай приведем тебя в порядок», мыла ребенка, вручала ему чистую одежду, закидывала коврики в стирку и протирала пол. Какое счастье, что обычно я поступала именно так! Я и подумать не могла, какую роль сыграют эти пустяковые «обычные действия».

В тот день я была неспособна на сочувствие. Не успев даже осознать этого, я заорала как типичный взрослый: «Сколько раз я говорила тебе прислушиваться к телу, а не ждать, когда лопнешь?!! Посмотри, что ты наделал, обоссал новые коврики для ванной!» Полагаю, двух этих крайне несвойственных мне фраз моему сыну хватило за глаза. Он сидел на унитазе, пряча глаза, явно очень расстроенный.

Заметив его взгляд, я замолчала. До меня дошло, что я пытаюсь его пристыдить. Но полностью мой гнев улетучился и сменился сочувствием после слов четырехлетки. Мэтью обнял брата, посмотрел ему в глаза и утешительно сообщил: «Ничего, у всех бывают аварии».

Можете представить мое состояние. Это был полный провал. На мгновение я поставила мою взрослую озабоченность ремонтом выше уважения к собственному сыну и его достоинству. Какое счастье, что мой четырехлетка проявил сочувствие и тем самым преподал мне важный урок. Я извинилась перед Джорданом и поблагодарила младшего за науку, как любить и принимать другого в любых обстоятельствах. Именно так я всегда и хотела вести себя.

Я помыла сына, дала ему чистые штаны и сказала, что мама была очень занята взрослыми делами, что он не заслужил такого обращения, я была неправа и прошу прощения. Я сказала, что его чувства и потребности всегда важнее всего… остальное – на втором месте, в том числе покраска стен и эти дебильные коврики для ванной.

В тот день я выучила урок: к счастью, обычно у меня хватает терпения и сочувствия, и это компенсирует вот такие случаи далеко не идеального поведения. Мой четырехлетка напомнил мне, как важно уважать достоинство любого человека. Детям нужны родители, которые любят их, уважают и стремятся исправлять совершенные ошибки. К счастью, сильнее всего влияет то, что случается чаще.

♥ Р.

Размышление № 2
Значимое
Наша первостепенная потребность

Дети не отвлекают нас от важных дел. Они и есть наше самое важное дело. –  

Джон Трейнер⁵⁰

Чтобы дети ощутили свою важность для нас, мы должны быть важны для самих себя. Прежде чем заниматься собой, родителям необходимо уделить внимание себе как личности. Не спешите закрывать книгу, я не буду проводить вам психотерапию. Я знаю: вы читаете это, чтобы научиться быть хорошими мамами или папами, а не чтобы разбираться в себе. И с этой точки зрения вам нечего опасаться.

Но если мы хотим кому-нибудь что-нибудь обеспечить, неплохо бы самим понимать, что это такое. В данном случае я говорю о связи. Мы все запрограммированы на связь и чувство сопричастности.

Осознавая собственную потребность в связи, мы лучше распознаем потребность наших детей в любви и поддержке. Как писала доктор Браун, нам всем нужно чувство, что мы имеем право быть просто самими собой, что этого достаточно⁵¹. Это помогает нам обрести чувство собственной ценности, которое потом мы транслируем другим. Я хочу, чтобы к концу этой книги вы осознали, что связь и в самом деле величайший дар.

Связь с собой

Нет такой близости, которая превзошла бы ощущение, что тебя знают – и при этом любят, принимают, приветствуют и приглашают существовать. –  

Гордон Ньюфелд⁵²

Найдите минутку и перечитайте эту цитату доктора Ньюфелда. Она отражает бесспорную для любого человека истину. Неважно, насколько мы это осознаем и осознаем ли вообще, но нам всем нужно, чтобы нас видели и ценили, важно ощущать сопричастность. Прежде чем стать родителями и прийти к сегодняшнему дню, мы прожили определенную часть жизни, получили определенный опыт. И сейчас мы захотели приложить усилия, чтобы дать детям самое лучше, растить их правильно.

Я уверена, что в прошлом у каждого из вас есть хорошие времена и приятные моменты. Также я уверена, что порой с вами случались вещи неприятные и даже травмирующие, о которых вы, скорее всего, хотите забыть. Реальность такова, что на пути к взрослению мы все получаем царапины, синяки и даже переломы.

Когда мы доверяем, нам могут причинить боль. Это неизбежный риск.

Самую сильную боль причиняют нам близкие. Такова природа близких отношений. Главные причины, по которым нам так больно, – доверие и уязвимость. Доверять другому бывает очень трудно. Мы верим, что близкие – это наш тыл. Мы рассчитываем на их безопасность и надежность, а когда мы рассчитываем на чью-то безопасность и надежность, то оказываемся в уязвимом положении. Когда мы доверяем другому, нам могут причинить боль. Это неизбежный риск.

И хуже всего, когда боль нам причиняют близкие люди, те, кого мы любим, на чью любовь и надежность рассчитываем. Вот факторы, усугубляющие травму: возраст, в котором это произошло, как часто это происходило, что это была за травма и кто ее причинил. Чем раньше мы пострадали, чем чаще нам причиняли боль или оставляли в опасности и чем более близким для нас был человек, который делал нам больно, – тем сильнее травма.

Став взрослыми, мы нередко оглядываемся назад и вспоминаем детство: кто и когда обидел нас или отказал нам в поддержке, когда нас пугали, угрожали нам, пренебрегали нами и все это нас ранило. Подобные случаи называют опытом неблагополучия в детстве, и такой опыт может стать причиной социальных, эмоциональных, психологических и физических проблем во взрослом возрасте.

На конференции Recovery Capital доктор Матэ заявил, что исследование опыта неблагополучия в детстве (ОНД), проведенное в 1995 и 1997 годах компанией «Кайзер Перманенте» и американским Центром по контролю и профилактике заболеваний (CDC), – самое ценное исследование такого рода⁵³. Оно выявило бесспорную корреляцию неблагополучия и травм, полученных в детстве, и последующих трудностей с эмоциональной регуляцией, склонностью к опасному поведению, с употреблением психоактивных веществ, физическим и психическим здоровьем. Это свидетельствует, что воздействие детских травм длится очень долго и влияет на всю жизнь.

Для нормального развития ребенку жизненно важно ощущать поддержку и безопасность.

Для нормального развития ребенку жизненно важно ощущать поддержку и безопасность. Чем больше травмирован ребенок и чем меньше поддержки он получает в детстве – тем больше у него будет проблем. Люди запрограммированы на выживание. В любом возрасте наш мозг оценивает угрозы и реагирует соответствующим образом. Когда ребенка, по его ощущениям, оставляют в опасности, игнорируют или причиняют ему боль, он делает то, что сделал бы на его месте любой, чтобы почувствовать себя лучше. И делает это неосознанно.

Люди делают все возможное, чтобы справиться с проблемой и уменьшить боль. Если просто жить или оставаться собой не вариант, мы жертвуем связью с некоторыми частями своей психики и теряем эту связь, чтобы уцелеть. Чтобы справиться со своими чувствами и сохранить связь с объектами привязанности, дети могут отказываться от своих нужд или минимизировать их.

Выживание ребенка зависит от того, насколько о нем заботятся родители или опекуны, и он будет делать все, чтобы установить и поддерживать с ними связь. Дети прекращают плачем звать на помощь. Они подавляют свои чувства. Они могут даже усомниться в своей ценности и поверить, что заслуживают плохого обращения.

Пытаясь справиться со сложными эмоциями, позднее они часто испытывают замешательство и гнев или ведут себя импульсивно. В процессе жизни, чтобы как-то со всем этим совладать, подростки и взрослые начинают употреблять алкоголь и наркотики, у них развивается склонность к перееданию, сексу, самоповреждению и другим формам девиантного поведения. Они пытаются таким образом регулировать или контролировать накопившиеся эмоции, но в итоге стресс только возрастает, а иммунитет, напротив, ослабевает. Отношения разлаживаются, отчаяние нарастает, они все сильнее ощущают, что их никто не понимает и они одни в целом мире.

Прежде чем вернуться к рассуждениям о вашей важности для самих себя, полезно понять, как общество дошло до жизни такой. Вкратце мы рассмотрим, что в былые времена влияло на философию и практику воспитания детей. Это поможет нам лучше разобраться в современных воспитательных тенденциях.

Как было раньше

Теории о воспитании детей существовали всегда. Во времена наших родителей или их родителей господствовал принцип: «Жалеть розги – портить ребенка». Считалось, что детей должно быть видно, но не слышно. Но чтобы лучше понять природу человека и влияние медицины (которая спасает жизни, но мешает развитию детей), нам придется углубиться в прошлое еще немного.

Кристин Холлетт, британский социолог, описывает феномен XVIII–XIX веков, повлиявший на здоровье женщин и развитие детей⁵⁴. В то время у женщин после родов нередко развивалась лихорадка, боль в животе, тошнота и рвота. Нередко от этой болезни наступала смерть. Впоследствии врачи и ученые назвали ее «послеродовой лихорадкой».

В 1840‑х годах немецко-венгерский исследователь и врач Игнац Земмельвейс разгадал эту загадку⁵⁵. Оказалось, что в процессе родов у женщин развивалась инфекция в матке. Земмельвейс предположил, что все дело в риске распространения бактерий, который увеличивается в родах. Так родилась микробная теория.

Земмельвейса беспокоило, что бактерии могут распространяться в том числе от пациентов к медицинскому персоналу и наоборот. Работы Земмельвейса положили начало практике мытья рук, после чего количество маточных инфекций значительно уменьшилось. Жизни многих женщин были спасены. В следующем веке его исследования оказали влияние не только на практику деторождения и другие области медицины, но и на подход к обращению с детьми в специализированных учреждениях.

В детских домах и приютах для брошенных детей наблюдался тогда очень высокий уровень смертности. Огромное количество детей умирало в первые два года жизни, несмотря на кормление и лечение. В книге The Happiness Hypothesis социальный психолог Джонатан Хайдт рассказывает о происхождении микробной теории в 1840‑х годах и о том, как она повлияла на обращение с детьми⁵⁶.

Как пишет доктор Хайдт, работы Земмельвейса спровоцировали настоящий крестовый поход против микробов, и вскоре в детские дома и приюты спустили рекомендацию минимизировать физический контакт с детьми. Чтобы остановить распространение бактерий от пациентов к врачам и медсестрам, медицинский персонал призвали со всем тщанием изолировать детей и как можно меньше прикасаться к ним, брать на руки, успокаивать.

Пока медицина боролась с передачей микробов, психологические теории того времени разъясняли матерям, что от чрезмерной заботы дети становятся уязвимыми и испорченными. «Как врачи и психологи могли так заблуждаться? – вопрошает доктор Хайдт. – Куда подевались любовь и потребность в близости», – интересуется он⁵⁷.

Столетие спустя два лидера нового подхода поставили прежние теории под сомнение. Гуманизацию обращения с детьми считают заслугой американского психолога Харри Харлоу и доктора Боулби. Оба они говорили об огромном значении привязанности между родителем и ребенком.

Доктора Харлоу прославило исследование макак-резусов, проведенное между 1957 и 1963 годами. Благодаря его неоднозначным экспериментам мы многое узнали о «важности заботы, привязанности и взаимодействия с себе подобными в раннем возрасте»⁵⁸. Доктор Харлоу вместе с другими пионерами в этой области настаивал, что для нормального развития ребенку необходим физический контакт с опекуном и что этот контакт обеспечивает ребенку комфорт и безопасность.

Детенышей макак забирали у матерей сразу после рождения и предлагали им на выбор двух «суррогатных» матерей: жесткую проволочную и резиновую, завернутую в мягкую махровую ткань. Детеныши обезьян предпочитали мягкую «махровую» маму, особенно когда чего-то пугались или сталкивались с чем-то новым. Они выбирали мягкую маму, даже если она не «кормила», то есть к ней не прилагался источник питания (бутылочка). Когда изолированным макакам не предлагали суррогатную мать, к которой можно прильнуть и успокоиться, они начинали вести себя ненормально: обхватывали себя руками, качались из стороны в сторону, в ужасе кричали, а позже не могли нормально взаимодействовать с сородичами.

Примерно в то же самое время доктор Боулби продолжал исследовать и постигать важность отношений между родителем и ребенком. Его работа показала, что дети при физической или психологической угрозе ищут близости с теми, кто о них заботится⁵⁹. Доктор Боулби и последующие теоретики привязанности изучали качество родительского отклика, которое позволяет младенцу сформировать доверие и чувство защищенности.

Важность доступности и чуткости родителя стала очевидна.

В аспирантуре я узнала, что самые сильные привязанности формируются у ребенка в первый год жизни. Важность доступности и чуткости родителя стала очевидна. Когда у ребенка есть доступные и чуткие объекты привязанности, он чувствует себя в безопасности и больше способен на доверие.

А что (предположительно) сейчас

А теперь вернемся в настоящее, к вам, родителям. Испытанные в прошлом ощущения, что о вас не заботятся, не поддерживают, что вы заброшены и одиноки, разумеется, значат очень много. От интенсивности и частоты этих переживаний зависит, как глубоко укоренились эти чувства и насколько они бессознательно влияют на вас. Здесь я хочу подчеркнуть, что боль от отвержения и собственной «недостаточности» испытывали мы все. И все в какой-то момент ощущали одиночество.

У мужчин свой список того, что они «недостаточно»: недостаточно сильные, недостаточно дают, недостаточно защищают и просто недостаточно хороши. У женщин – свои поводы для беспокойства: недостаточно стройная, недостаточно симпатичная, недостаточно заботливая, недостаточно молодая. Независимо от того, какие мысли и чувства возникают от этой «недостаточности», – мы все равно сжимаемся, теряем уверенность и в какой-то степени замыкаемся в себе⁶⁰. Эмоционально черствея, мы защищаем себя.

Распознать эти чувства и сориентироваться в них нелегко, даже будучи взрослым, а подобные события, пережитые в детстве, часто калечат психику. У детей слишком мало жизненного опыта, чтобы опереться на него и сбалансировать свою индивидуальность и самооценку. Мозг ребенка куда меньше родительского приспособлен к обработке информации, регулированию эмоций и видению перспективы. Одни дети сталкиваются просто с обычными повседневными стрессами разного характера, а другие переживают травмирующий опыт неблагополучия, последствия которого ощущаются всю жизнь. Тем не менее чувство одиночества и «недостаточности» когда-то испытывали все, кто-то больше, кто-то меньше.

Конечно, это явление нельзя назвать новым. Давление было всегда. Предыдущие поколения, как и мы, пытались отрицать боль, отвлекаться от нее или «замораживаться». Чтобы справиться с этой болью, некоторые доходили до крайности и доказывали собственную ценность путем накопления богатств или превосходства над другими.

Не имеет значения, подавили мы что-то в себе или слишком озабочены собственной ценностью, мы в любом случае сделаем все возможное, чтобы избавить наших детей от одиночества. Если мы в состоянии сделать так, чтобы они почувствовали себя «достаточно» ценными, защищенными и любимыми, мы сделаем это, не сомневаясь ни секунды. Только скажите, что для этого требуется!

В первом «Размышлении» мы говорили о современной жизни и том давлении, которое испытывают со всех сторон нынешние родители. С этого необходимо начать, нужно увидеть это и назвать своим именем. Когда мы видим и называем – мы начинаем понимать, как устроен мир и каковы причины наших поступков. После этого у нас появляется возможность выбирать, куда направить свои силы. Я знаю, что мы все хотим для детей самого лучшего и стараемся ради этого изо всех сил. А когда мы знаем, что можно по-другому, мы можем и действовать по-другому.

Мысль, которую я стремлюсь до вас донести, – невозможно повзрослеть без единой «царапины». Время от времени нам всем делают больно, не видят нас, не ценят и не хотят иметь с нами дела. Но я надеюсь – хотя и не могу предполагать это с уверенностью, – что у всех нас есть также опыт сочувствия и принятия, признания нашей ценности и приглашения к совместному существованию. Не нужно специально останавливаться на том, насколько приятны такие ощущения. Если вам доводилось их испытывать, вы и сами это знаете.

Однажды в 2020 году, после моей презентации в Управлении здравоохранения о ценности и связи, одна из участниц захотела со мной поговорить. Сквозь слезы она призналась, что тема очень резонирует с ее переживаниями и что каждое слово в моей презентации – о ней. Потом она притихла, опустила глаза и сказала: «В детстве мне всего этого не давали или давали нечасто, но как мать я понимала, насколько это важно». Стараясь успокоиться и выровнять дыхание, она добавила: «С моим сыном и дочерью я все делала по-другому, насколько могла. Я была рядом и вкладывалась в наши отношения, потому что сама взрослела в одиночестве и это было ужасно».

Всю жизнь мы проводим в поисках связи. Доктор Ньюфелд называет это нашей «погоней за единением»⁶¹. Отношения с людьми требуют смелости и осознанности. Доктор Цабари в своем подкасте задавал важный вопрос: «Как можно растить детей, не осознавая своих возможностей и собственной ценности?»⁶²

В «Размышлении № 3» мы уделим больше внимания ощущению собственной ценности, а также смелости и решениям, которые мы принимаем, но пока остановимся на следующем выводе: главное – это вы, ваш прошлый опыт и ваше нынешнее поведение. Не столь важно, благополучным или не очень было ваше детство, пример вышеупомянутой матери показывает, что со своими детьми вы в любом случае можете поступать по-другому. Вы в состоянии предоставить им более подходящую площадку для старта. Мы первые и самые авторитетные учителя наших детей, формирующие их представления о любви, доверии и безопасности. Мы подаем им пример чувства собственной ценности и достоинства, с которым они дальше пойдут по жизни.

Связь помогает нам справляться с жизнью в современном мире с его шумом и прессингом.

Мы жаждем связи – с самими собой и с нашими детьми. Связь ценна сама по себе, она постоянно развивается и по-разному переживается в каждой семье. Связь помогает нам справляться с жизнью в современном мире с его шумом и прессингом. Доктор Браун называла связь энергией, которая циркулирует между людьми. По ее словам, эта энергия позволяет людям «получать поддержку и черпать силу в отношениях»⁶³. Британский клинический психолог и семейный терапевт Сью Джонсон уверена, что привязанности – иначе говоря, значимость для кого-то и знание, что к нему можно обратиться за поддержкой, – кислород, необходимый нам для дыхания⁶⁴.

Понимание привязанности

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Морские ястребы Сиэтла», команда по американскому футболу. – Здесь и далее примеч. переводчика.

Вернуться

2

Элбом М. Вторники с Морри. – М.: Азбука, 2022.

Вернуться

3

Trauma informed practice (TIP) – система, основанная на понимании последствий травмы и реагировании на нее. Заключается в создании физически, психологически и эмоционально безопасного пространства, в котором пережившие травму могут вернуть себе уверенность и ощущение контроля над происходящим в жизни.

Вернуться

4

По аналогии с джанк-фуд (фаст-фуд) – мусорная, вредная еда.

Вернуться

5

«Корни эмпатии» – обучающая программа в Торонто, в рамках которой младенцев приносили в школы, чтобы познакомить учеников младших классов с их развитием и поведением.

Вернуться