# Бирюзовый господин

Элиз Вюрм

Встретившись на съёмочной площадке, Кер и Анима влюбляются друг в друга, но между ними встаёт его прошлое, тайна, которая может разрушить их любовь… Как они поступят? Испугаются, откажутся друг от друга, или решат быть вместе ни смотря ни на что?

## Часть, первая.


Критская пьета̍.

### Глава 1


Он курил, сидел на ласковом солнышке, курил. Мимо, гуськом, прошла молодёжь, – парни и девушки. Они что-то бурно обсуждали, смеялись.

Кер вновь поднёс сигарету к губам, и… увидел девушку, – юное создание, сидящее неподалёку от него с книгой в руках. Она, вжалась в стул, на котором сидела, покраснела и побледнела.

Их глаза встретились.

Он понял, что её не позвали с собой, те ребята и девушки.

И она поняла, что он понял – покраснела ещё гуще.

– Привет! – Глупо сказал он.

– Здравствуйте! – Смущенно сказала она.

– Как дела?

– Нормально.

Они посмотрели друг другу в глаза.

– Вы любите бургеры? – Вдруг спросил Кер, вдруг, даже для самого себя.

– Да. – Удивлённо сказала девушка.

– Я приглашаю вас в Макдак…

Он смешливо улыбнулся.

Малышка изумлённо посмотрела на него.

– А когда?

– Сейчас!


У него было живое, чувственное лицо. Красивый. Не молодой – не мальчик! Брюнет, волосы лежат, как у греческого бога, кольцами. Чёрные глаза. На висках – седина, немного, но… Красивый!

– Наверное, – Подумала Анима. – В молодости этот мужчина был очень хорош собой!

Сейчас же… он годится ей в отцы. Его и выбрали на роль отца, – они начали сниматься вместе в долгоиграющей мыльной опере…

Как он посмотрел, когда понял, что её не позвали! Больно посмотрел, взволнованно.

Ей захотелось сказать ему:

– Меня зовут Анима… Вы, наверное, не помните, – Анима Феррари!

Он то ли улыбнулся, то ли усмехнулся.

– «Феррари»?

– «Кузнец», – это значит «кузнец»!..

– «Феррари» – это «кузнец»? – Удивился Кер.

– Да, – потомок Прометея, вечного ребёнка, Прометея!

– «Ребёнка»? – Вновь удивился он.

– «Познание только тогда истинно, когда оно опирается на нравственность»…

Анима посмотрела на «красавца мрачного», – ему в глаза.

– Разве это не безнравственно, счастье огня всем, даже тем, кто его не хотел?


Странно Кер почувствовал себя… Кто этот ребёнок!? Что!? Сколько ей? Лет… 18? Максимум 22-23!

Милая и добрая красота итальянских мадонн, тёмные волосы, обрамляющие лицо, карие глаза, белая кожа…

«– Разве это не безнравственно, счастье огня всем, даже тем, кто его не хотел?».

Они шли, не рядом и не вместе – случайные люди, вдруг встретившиеся друг другу на жизненном пути. Шли по небольшому, но уютному городку. Здесь недорого снимать кино и сериалы…

Он спросил:

– Вы давно снимаетесь?

– с 14 лет.

Он удивлённо посмотрел на неё.

– Как грустно!

– Почему? – Удивилась она.

– Это значит, что у вас не было детства.

Странно девушка-мадонна посмотрела на него.

– Оно было, просто…

Не договорила, пожала плечами.

– Что?

Кер посмотрел ей в глаза.

– Я была матерью, – я никогда не была дочерью.

Он смутился.

– У вас есть дети?!

– Нет!..

Она заулыбалась.

– Мои, но не мои… Мои родители. Мои родители – это двое великовозрастных детей!

Кер вновь смутился, нахмурился.

– А вы? – Спросила его, Анима. – Давно снимаетесь? Я слышала, что давно!?..

– С юности.

– Почему не снимались?

Она была одета в зелёное платье в маленький горошек, – он, почему-то, обратил внимание, на её платье…

– Взял перерыв.

– Ооо… От чего? Семья? Рождение детей?!

– Дочь умерла!

Анима смятенно посмотрела на него, – смятенно и удивлённо.

– Мне очень жаль!

– И мне.

Кер услышал музыку, – откуда-то звучала музыка – недалеко! Metallica… «Mama Said»:


Мама учила меня,

Говорила мне пацану, —

Сын, жизнь твоя – открытый учебник,

Не закрывай его, пока не закончишь.

Тише едешь, дальше будешь, -

Слышал я от неё.

Слова запали в душу,

Но я искал свой путь.


– Любите Metallica? – Спросила Анима.

– Да, – когда-то, любил.

– Макдак вон там!

Анима махнула рукой куда-то вперёд.

– Да?

Кер, словно очнулся.

– Хорошо…

– Как это, получить Оскара? – Вдруг спросила она.

И он удивился.

– Оскара?

– Да…

Анима кивнула.

– Вы же его получили!..

### Глава 2


«Иксион,

Вечно кружимый крылатым колесом,

Вечно по уставу богов

Кричит смертным:

«Кроткою мздою воздавай благодетелю!»


Вновь странное чувство! То был не он! На той премии, – шоу, был не он – кто-то другой! Другой человек, другой мужчина, с таким же именем, как у него – отец…

– Не знаю…

Кер пожал плечами.

– Просто получаешь и всё!

– «Просто»? – Смутилась она.

– Да.

– Сколько лет было вашей дочери?

– 18.

– Как её звали?

– Фелис.

– «Счастье»[1]!? – Удивилась и не удивилась Анима.

Кер удивлённо посмотрел на неё.

– Вам знаком португальский язык?

– Да…

Она смущённо улыбнулась, улыбнулась с сожалением.

– Мои родители – умники!

Она была этим несчастна, что умники…

– «Умники»? – Спросил Кер.

– Они – учёные.

– Ааа…

Он понял, – ничего не понял, но понял.

– А ваши родители? – Спросила Анима. – Чем занимаются ваши родители?

Посмотрела с интересом, – пытливо.

– У меня есть только мать, – у нас с братом.

– Как это, когда у тебя есть брат? – Тоскливо спросила она.

Кер удивился её тоске.

– Думаю, это, как иметь друга, или врага – ты никогда не перестаёшь о нём думать!


Они, пришли, – в Маке было многолюдно и душно, Керу захотелось на улицу, он украдкой посмотрел на Аниму – ей тоже хотелось на улицу!

Его это удивило, схожесть мыслей-желаний…

– Можно, – Нерешительно и одновременно решительно, начала она. – Я заплачу за бургеры?

Он удивился.

– Я пригласил, а платите вы!..

– Да…

Она посмотрела ему в глаза.

– Вы меня пожалели!

Кер понял, Анима сказала ему: я хочу отплатить… За капельку добра!

– Хорошо…

Он кивнул.

– Я заплачу в следующий раз!

– А он будет, «следующий раз»?

– Какой странный ребёнок! – Подумал Кер. – Ведёт себя как взрослый, – зрелый, поживший человек!

– Если вы не против…

Он тоже посмотрел ей в глаза.

– Я люблю бургер с курицей, листьями салата, сладкой горчицей и майонезом.

– Хорошо.

Она улыбнулась.

Пошла заказывать.

Керу захотелось сказать ей, ты не сказала мне, какой бургер, – с чем, любишь ты!


Он сел за столик, – сам не свой, сел.

Как давно он никуда не ходил!

Испугался даже, сам не зная, чего…

– Испугался, что не один? – Спросил его, внутренний голос. – Так привык быть один, что… трудно?

– Трудно! – Ответил этому голосу Кер. – Возвращаться к людям, – в жизнь!

– Я заказала! – Прозвучал рядом с ним весёлый голос.

Он вздрогнул.

Покраснел.

Побледнел.

Растерялся!

– Я вас напугала? – Оживлённо спросила Анима. – Простите!

Она улыбалась, счастливая.

– Счастливая тем, что не одна? – Подумал Кер.

Смутился.

– Нет, всё в порядке!

Покачал головой.

Ей было к лицу это платье в горошек, – симпатичная… Не красавица, но симпатичная!

Она – странно, отличалась от тех ребят и девушек со съёмок, какая-то не такая – другая, и проще и сложнее, – не похожа на них.

На него вдруг обрушилось понимание того, что они похожи, Анима и Фелис! Мягкие и добрые…

Фелис, была красивее, Анима – миловидная.

Она села, Анима, – за столик – напротив него.

Кер посмотрел на неё, – ей в глаза.

– Сколько вам лет?

– 19. А вам?

– 42.

Она вновь улыбнулась.

– Я думала, вы, старше!..

– Да?

Он смутился, прикоснулся к голове, – к волосам, к виску.

– Седина!?

– Да.

– Предательница, седина! – Смущённо заулыбался Кер.

– Нее, вам идёт!

– Седина?

– Угу.

Он засмеялся.

### Глава 3


Они вошли в зал ресторана, те самые дети, которые… её игнорируют.

Аниме стало страшно, – посмотрела на Кера – страшно!

Вдруг и он станет игнорировать!

Он ни на кого не смотрел, кроме неё, ему, казалось, нет ни до кого дела, ел свой бургер и всё.

Странный.

Анима вновь посмотрела на его «греческую» голову, – на волосы, лежащие красиво – кольцами.

Он был одет в эффектную рубашку из денима цвета морской волны, лёгкие брюки и сандалии.

Доброжелательный.

Доброжелательный и добродушный. Сорок два года, а кажется мальчиком, – иногда – мальчиком!

Мягкая улыбка, добрый взгляд.

Он кажется хорошим парнем.

– Которому не повезло? – Спросил её, внутренний голос. – Просто не повезло!

Анима вспомнила «– Почему не снимались?

– Взял перерыв.

– Ооо… От чего? Семья? Рождение детей?!

– Дочь умерла!».

Такой загорелый… Большие руки, – на пальце – обручальное кольцо, изысканное и скромное.

Благополучный человек, жизнь, которого, возможно, рухнула.

Замкнутый, – замкнувшийся, суровый даже – ни с кем особенно не общается, держится особняком.

Ей захотелось спросить, и она спросила, сама не своя:

– А ваша жена? Где она?

Он удивлённо посмотрел на неё.

– У неё всё в порядке, – живёт с другим мужчиной, родила ребёнка.

Посуровел, нахмурился.

– Я в порядке, если вы об этом!..

Анима поняла, Кер сказал ей: не надо меня жалеть! Всё нормально, – не надо!

– Гордец какой! – Смутилась она.

– Я не жалею, – Тихо сказала она. – Я сожалею!

Кер вновь посмотрел на неё, – с недоумением, удивился:

– Сожалеете?

– Да.

Анима посмотрела ему в глаза.

– Я вас не жалею – я вам сожалею!

– В чём разница?

Он знал, в чём – она увидела это в его глазах.

– Tutto Passa! Есть такое выражение… Оно значит: всё проходит. Всё и правда, проходит, и самое страшное то, что и боль проходит – все маяки тонут, и этот утонет!

– «Маяки»?

Его голос, словно потяжелел.

– Вы бывали на острове Иксион? Это в Греции… Знаете, кто такой был Иксион?

– Нет. – Смутился Кер.

– Первый человек, прогневавший богов, – он был неуёмный!.. Не мудрый! Он желал того, что принадлежало другим…

Кер внимательно посмотрел на Аниму.

– На острове Иксион, – в музее, есть пьета̍ (пьета̍ – это изображение… сожаления Богоматери о своём Сыне). Ей так жаль – Его и себя, что она почернела от горя…

Она заглянула ему в глаза.

– Она смотрит на него, на дитя своё, и не может поверить… в смерть. Для Неё – смерти нет! Поэтому и жаль, – до ужаса – до безумия: даже эта боль не будет вечной! А должна!..

### Глава 4


Он откусил от бургера – жадно, большой кусок. Жрал. Хотелось жить – жрал! Слёзы стали в глазах – жрал!

– Какое безумие, – Подумал Кер. – Сдохнуть хочется, а я ем!

Он увидел их, встали перед глазами – тот Кер и его дочь. Всегда вместе. Жена не мешала, была счастлива их любовью друг к другу.

Его задушила мука сожаления, горькая мука, невыносимая!

Кер вдруг вспомнил о Билле, о юном Билле, возлюбленном дочери. Он хотел жениться на ней, сделал предложение…

Жизнь Билла остановилась тоже – он этому потакал – не хотел страдать один, дурак!

Ему стало стыдно, а может, было? Всё это время, было!?

– Я люблю бургеры с рыбой, – Сказала Анима. – С рыбной котлетой…

Она посмотрела на него со смущением.

– Курица и рыба могут дружить?

Он сначала не понял, а потом прыснул со смеху.

– «Курица и рыба»?

– Угу.

Кер засмеялся, это прозвучало так нелепо… Засмеялся.

Понял.

Посмотрел с симпатией.

– Могут!

Они, вышли на улицу, ребёнок вприпрыжку, а он – степенно, как дед.

Керу стало смешно, он вновь засмеялся.

Не знал, что с ним – смеялся.

Кер поднял голову, и увидел солнце – свет увидел, и листва деревьев была зелёная как платье Анимы…

Людей увидел, а были тени!

### Глава 5


«Оставайся…

Хочешь, оставайся!?

И даже если не хочешь, останься!

Я бы хотела прочувствовать

мою любовь к тебе…

Ты можешь остаться?

Ты можешь дать мне

Увидеть твою любовь ко мне?

Ты так улыбаешься во сне…

Я та радость, которой ты жаждал!?»[2]


– Почему вы дали согласие сниматься в этом сериале? – Спросила Анима, Кера. – Что вас привлекло?

– Да ничего…

Он смутился.

– Хочу двигаться дальше, – сниматься дальше – играть!

Он посмотрел на неё, высокий, крепкий, широкоплечий.

– Хочу вернуться в театр!

Оживился. Анима заметила, что оживился.

– То есть вам нужна практика? – Поняла она.

– И да, и нет.

Она удивилась.

– Хочу понять: моё ли это… Теперь!

Анима удивилась вновь.

– Разве… оно может быть не вашим?

Кер тоже удивился, – посмотрел с удивлением.

– Что вы имеете в виду?

– Один человек сказал: грешно писать стихи после Освенцима, а я думаю, после Освенцима только и остаётся, что писать стихи.

Он смутился.

– Чтобы, что?

– Чтобы превозмочь память… Я думаю, что жизнь – это превозмогание памяти!

Кер вновь смутился.

– Как… Как вы это поняли?

– Читаю.

– Читаете?

– Да… Много!

Анима пожала плечами.

– Я думаю, что профессия актёра – это постоянный анализ, и самоанализ…

Смутилась, нерешительно посмотрела на него.

– Я не много болтаю?

– Нет…

Кер посмотрел на неё в замешательстве.

– Нет!

– Я всегда хотела быть актрисой! А вы?

– «Актрисой»? – Улыбнулся он, с лукавой искрой в глазах. – Нет…

Анима засмеялась, весело засмеялась, озорно.

– А вы – шутник!

Посмотрела с симпатией.

Вновь прыснула со смеху, захохотала.

– Почему вы смеётесь? – Обезоружено заулыбавшись, спросил он.

– Мне – хорошо…

Посмотрела в глаза.

– Хорошо!

Посмотрела – странно, как будто было нехорошо…

### Глава 6


– Вы любите джаз?

– Джаз?

– Угу.

– Даже не знаю…

Они глянули друг на друга.

– Почему? Не знаете…

– Выпал из жизни!

Кер улыбнулся внезапно и больно, улыбкой обращённой внутрь себя.

– Выпал!

– Как это, выпасть из жизни?

– Потерять её смысл…

Он посмотрел Аниме в глаза.

– Думаю, так.

Они шли вдоль тихих симпатичных улиц маленького городка. Кер смотрел на дома; одноэтажная, максимум двухэтажная застройка, как будто город из вестернов…

– Из-за смерти Фелис?

– Да, Анима, из-за смерти счастья.

Анима посмотрела на него.

– Как это, когда умирает твой ребёнок?

– Такое не переживают…

Кер пожал плечами.

– Не переживают!

Он вновь посмотрел на дома, он вновь почувствовал себя измученным.

Он понял, – осознал – до конца только сейчас, почему… заставил себя снова сниматься: чтобы забыться!

Кер вдруг сказал Аниме:

– Моя мать – кальвинистка, а брат женат на мусульманке…

Анима посмотрела на него с удивлением.

– Обе эти религии предполагают свободу воли.

– В чём ваша свобода?

Поняла.

– Жить дальше!?

– Нет…

Он покачал головой.

– Просто – жить! Как могу… Жить!

Анима заглянула Керу в глаза.

– Во имя любви к дочери.

### Глава 7


Он этого не осознавал… Не осознавал, что «во имя любви к дочери»!

Захотелось сказать:

– Да.

Она тоже посмотрела на город, Анима.

– Вы – мужественный человек, Кер!

– «Мужественный»?

Он печально улыбнулся.

– Знаете, что такое смерть? Вам лучше не знать! Расставание! Расставание навсегда!

Ему даже захотелось сказать:

– У дочери был молодой человек. Он сделал ей предложение. Они хотели быть вместе всегда!

Анима вновь посмотрела ему в глаза, словно в страхе за него.

– Как его зовут?

– Кого?

– Молодого человека Фелис.

– Билл.

Кер сделал паузу.

А потом:

– Лучше бы она рассталась со мной из-за него! Уехала с ним куда-нибудь и жила!

– Почему не думать об этом так? Что уехала!

Анима сказала ему это голосом полным смятения.

– Что они живут где-то там, вдвоём! Что им хорошо!

Он вновь ощутил, как разрывается сердце.

Сказал с обидой и болью:

– У него теперь есть другая девушка!

– Я думаю…

Анима заглянула в глаза.

– Что для него это хорошо. Мальчик по имени Билл… тоже решил жить! Возможно, во имя любви к Фелис.

Кер почувствовал себя несчастным.

Захотелось заорать!

Просто заорать.

Он так и не закричал ни разу, всё сдерживает этот вопль.

Вспомнил «…Мальчик по имени Билл… тоже решил жить! Возможно, во имя любви к Фелис».

Кер этого не понял, не понял Билла! Всё понимал, только себя…

– Вы общаетесь? С Биллом…

– Нет.

– Почему? Наказываете?

Кер смутился.

– «Наказываю»?

– За то, что мальчик не сломался…

Он нахмурился.

Анима грустно улыбнулась.

– А должен был, да!?

Улыбнулась с иронией.

– И вы бы страдали вдвоём!..

Кер задумчиво посмотрел на неё.

Как у неё это получается? Представить трагедию… комедией, – комедией Жизни!

Он вспомнил «Как вам кажется, хорошо ли я сыграл комедию жизни?

Эти слова стали для императора последними. Октавиан Август умер 19 августа 14 года нашей эры в старом доме своего отца. До самой кончины Август находился в сознании. Сначала он долго беседовал один на один со своим наследником Тиберием, которого срочно вызвали к умирающему Октавиану. Потом он попрощался с друзьями и спросил, хорошо ли сыграл комедию своей жизни. Эту беседу он закончил греческим стихом, которым обычно актёр завершал своё выступление на сцене: «А коль мы прекрасно сыграли, овацией нас наградите и проводите с весельем».

### Глава 8


Кер подумал, – Если понять (и принять) мысль о том, что все мои страдания тупы и бессмысленны, то, что? Можно (и нужно) только радоваться? Радоваться тому, что дочь прожила пусть короткую, но счастливую жизнь – у неё было всё! У неё была любовь всех!

Захотелось спросить Аниму:

– Почему вы спросили про джаз?

Нагнал её, стал рядом.

– Любите джаз?

– Ага.

Ответила легко, смешливо.

– Какой?

– «Какой»?!

Она изумлённо посмотрела на него.

– Ну, стиль.

– Ааа!

Задумалась.

– Да всякий!

– Например?

– Голос Дианы Кролл.

– Ого!

Засмеялся.

– Она крутая!

– «Крутая»?

Анима посмотрела на него с улыбкой, выразительно.

– Угу.

Кер заулыбался.

Она засмеялась.

– Вам хорошо?

– Угу, – очень!

– Почему?

Он улыбался, – ему тоже стало хорошо.

– Куда мы идём?

– Не знаю… Просто!

– Хотите кофе?

– Хочу!

Анима посмотрела на Кера тепло, – с симпатией.

– Я, правда, его не очень люблю!..

– А я – кофеман!

– Да?

– Да.

– Я люблю воду, – минералку…

– Почему?

– Она похожа на шампанское!

Кер улыбнулся.

– Вы пробовали шампанское?

– Да, пару раз.

– И как?

– Не поняла.

Анима посмотрела куда-то вдаль.

– Тут есть маяк!

– Да? – Удивился он. – Где?

Смущённо добавил:

– Хотите сходить?

– С вами – да!

### Глава 9


Маяк был симпатичным, нарядно «одетым» в красное.

Анима поднесла руку козырьком ко лбу, прикрывая глаза от солнца.

– Супер!

Кер прыснул со смеху.

– «Супер»?

– Просто вау!

Она весело посмотрела на него, весело и с улыбкой.

– Вам нравится?

Вновь посмотрела на маяк.

– Да, супер!

Он засунул руки в карманы брюк, стоял рядом с Анимой, и любовался маяком.

– Мне кажется, или вы правда, долго никуда не выходили?

– Шесть лет… Почти, шесть.

Она изумлённо посмотрела на него.

– «Шесть»?!

– Да, – Фелис умерла.

Анима поняла, – сердце сжалось, поняла!

– Давайте спросим, можно ли зайти внутрь?

– Думаю, можно…

Маяк был действующим, но посетителей пускали в строго отведённые часы – им повезло, пустили.

Это было удивительное место, изнутри он был похож на дом, маяк, – на жилой дом!

Потрясающая винтовая лестница из камня, – комнаты, комнаты, комнаты – небольшие, но уютные! В одной из них – дух старого маяка; односпальная кровать, деревянная мебель, керосиновая лампа в виде уютного светильника с абажуром.

Кер и Анима посмотрели друг на друга в восторге этим необычным, харизматичным местом.

– Вы никогда не были внутри маяка?

– Нет. А вы?

– Никогда!

– Здесь жила семья! – Раздался позади них скрипучий старческий голос.

Они обернулись.

Старик махнул рукой в знак приветствия.

– Здравствуйте!

– Здравствуйте! – Растерялись и удивились они.

Старик был – весь седой, в морщинах, у него был добрый взгляд сентиментального человека.

– Любили друг друга, – Сказал старик в продолжение. – Мальчик у них был… Сын!

– Что-то случилось?! – Затаив дыхание, спросила Анима.

– Постарели, вот, что!

Старик добродушно засмеялся.

– Им пришлось покинуть маяк.

Кер и Анима посмотрели друг на друга.

– И никто не умер? – Подумал Кер. – Может быть просто?

«– Постарели, вот, что!».

Можно просто постареть?

«– Любили друг друга, мальчик у них был… Сын!».

Странное чувство… Похолодел. Дочери сейчас было бы 24 года.

Он посмотрел Аниме в глаза.

– Пойдём!? – Сказала она.

Поняла.

– Да.

– Приходите ещё, – Сказал старик. – Приятно, когда приходят родители с детьми!

Анима посмотрела на старика.

– Можно… Можно, я приду одна?

Старик удивился, посмотрел на них обоих.

– Да!

### Глава 10


Они возвращались, – шли – опять, не рядом и не вместе, как случайные люди.

Ниточка была потеряна, ниточка непринуждённого общения – симпатии.

Кер вдруг подумал… О чём? Хочет ли он жить так всегда? Терять всех из-за своей боли.

И не обретать никого.

Хочет ли он быть один? Без друзей, без любви.

Маяк ещё виднелся сбоку, по левую руку. Красный маяк, высокий и… сильный?

Он подумал, – А я сильный? Или я – слабый? Слабый человек, разрушивший всё!

Ему стало из-за этого больно – а раньше не было, из-за того, что… отчаялся.

Кер почувствовал, что не хочет быть один, и… всего боится!

Сантана – его мать, женщина, когда-то усыновившая его и его брата, сказала ему «Твоё спасение в людях».

Понял.

Сейчас понял: в нём и его брате одинокая молодая женщина, нашла своё спасение…

Жизнь вдруг предстала перед ним… «игрой в Радость»? Он понял, что это за игра: поиск смысла жить!

– Я люблю джаз… – Сказал Кер, Аниме. – Люблю!

Она удивлённо посмотрела него.

Улыбнулась с теплом в глазах, – с пониманием.

– Давно?

Он засмеялся.

– Я сказал «джаз»? Я хотел сказать; жизнь!

### Глава 11


«Мне снилось, что я на мрачной вилле

где обычно происходит съёмка

моих кошмаров

но винтовая лестница исчезла

вместе с потайными дверьми и бездонными подвалами

всё было таким светлым и воздушным

отреставрированным заново

что даже призраки

здесь не решались ночевать

и моё полустарое тело с душой на буксире

походило на чудовищный анатомический препарат

в этих стильных покоях

где из динамиков струился спокойный джаз

и бриз касался лёгких занавесок»[3]


Они встретились на следующий день, там же, где Кер заговорил с Анимой впервые – у съёмочной площадки.

– Как дела? – Спросил Кер.

– Хорошо.

Девушка улыбнулась.

– А у вас?

– Хорошо.

Он был одет в оригинальную рубашку кораллового оттенка, из тонкого мягкого льна, чёрные брюки, и кожаные сабо.

Красивый.

Ему невероятно к лицу одежда такого оттенка!

Утром они снимались вместе, – сняли все сцены, и Кер ушёл. Он ушёл так быстро, что Анима подумала, что что-то случилось.

– У вас всё хорошо?

Посмотрела в глаза, – подняла голову, посмотрела.

Он удивился.

– Да…

Смутился:

– Почему вы спрашиваете?

Она почувствовала, что он, как при эстафете, протягивает ей условленный предмет – встречный вопрос, чтобы их диалог продолжался.

– Вы так быстро ушли утром!..

Анима постаралась сказать это так, чтобы в её голосе не прозвучал вопрос.

Кер посмотрел на неё взволнованно.

– Подруга попросила помочь.

– Ваша девушка?

– У меня нет девушки.

У неё внутри что-то задрожало: зачем она задала ему этот вопрос!

Анима решила обратить свой вопрос в шутку:

– У меня тоже нет девушки!

Развеселилась, заулыбалась.

Он мягко улыбнулся, посмотрел в глаза.

– Молодой человек у вас наверняка есть.

Со съёмочной площадки вышли другие актёры – молодёжь, та самая, что игнорирует её.

Анима сжалась от страха, – вдруг он поймёт, почему игнорируют!

Кер Макрис не обратил на них внимания, – он, похоже, ни на кого не обращает внимания.

– Доброго дня! – Корректно сказал ей, он, вежливо кивнув.

– И вам – хорошего дня!


Как чужие.

Это обожгло её, эта мысль – чужие!

Внутренний голос сказал ей, – Вы, и правда, чужие!

Анима вспомнила, каким счастливым он выглядел на маяке – забылся.

Улыбался!

Он совсем другой, когда улыбается… симпатичный человек!

О нём много говорят и пишут – пропавшая кинозвезда…

Анима очнулась, вернулась в реальность, увидела Гайю Брука – заводилу компании, которая её игнорирует.

Их глаза встретились.

Гайя издевательски улыбнулась.

– Ты, как я вижу, переключилась на стариков…

Насмешливо усмехнулась.

– Парней ты не привлекаешь!

– Да…

Анима брезгливо улыбнулась.

– Я привлекаю красивых мужчин, так же, как и они привлекают меня, а ты привлекаешь – тупиц и прихлебал!

Вся компания начала возмущаться.

Анима решила ретироваться – уйти, – убежать, в съёмочный павильон.

И она вошла в павильон – вбежала, испуганная, в восторге от себя и в ужасе.

Придётся звонить Локку…

### Глава 12


Ширли Хорн пела «I Watch You Sleep»:


Смотрю, как Ты

спишь

Где, Ты сейчас?

Куда летит твоя душа?!


Глажу твою голову

Дышу Тобой…

Где Ты, моя любовь?

Почему бы тебе не остаться?

Здесь, со мной


Вита сидела рядом с ним в машине, на пассажирском сиденье.

– Куда мы едем, Кер?

– Подальше отсюда!

– Хорошо.

Кер посмотрел на неё, кивнул.

– Хорошо!

Он нервничал, – сам не свой, забрал её из клиники…

– Ты уверена? – Спросил в бессильном ужасе.

– В чём?

Вита Колсон посмотрела на него.

Усмехнулась.

– Что не покончу с собой?! Не покончу!

Он вновь посмотрел на неё, мужчина в рубашке цвета коралл.

– Что ты вычитал там ещё?

– Где?

– В сборнике скандинавской поэзии.

– Ааа…

Пожал плечами.

– Да ничего!..

– Говори уж!

– Ну, ок!..

Посмотрел на неё.

– Уверена?

– Валяй!

Кер прочистил горло.

А потом:

– «Молодой врач направляет луч света

в мой глаз,

где шелестит немое кино.

Последнего из действующих лиц,

предоставившего мне

записывать историю,

я вчера похоронил,

в то время как сирень, лебеди

и что ещё есть белого на свете

всё остальное покрывали тенью.

Но здесь я лишь сидел и прислушивался

к бурлению

двух таблеток кодеина в воде.

«Это наследственное», говорит он

и выключает фонарик».

– Талантливо!

– Да.

– Сёрен Ульрик Томсен?

– Ага.

– Странно, но талантливо.

– Да.

Он смотрел на дорогу перед ними, Вита – переводчик с нескольких европейских языков.

– Будешь переводить скандинавскую поэзию?

– Не знаю, Кер, скорее всего – нет.

– Почему?

Печально она посмотрела на него.

– Я не сильная – я сломалась!

Потом он думал об этом, – о словах Виты.

Они – друзья, давно, целую жизнь! Муж Виты скончался от онкологического заболевания, и, похоронив его, она впала в депрессию.

Попыталась покончить с собой, но… В итоге штат отправил её на принудительное лечение в государственную клинику. Помогло – на какое-то время, потом была ещё одна попытка суицида, Кер нашёл частную клинику, заставил пройти лечение, нашёл хорошего врача, занимающегося новаторскими методами лечения депрессии. Помогло.

– Надолго ли? – Подумал он.

Кер понимал: если человек не хочет жить – он не будет жить…

Он не знал, как её спасти, – знал, как помочь, но не спасти.

Он… Смирился? С её желанием уйти!?


Кер помог Вите заселиться в отель – в этом отеле живёт он сам – киностудия снимает номера для проживания актёров снимающихся в сериале.

Они, пошли ужинать, – он взял с собой тот самый сборник скандинавской поэзии.

– Стефаун Сигюрдссон, – Прочитала Вита, взяв у него книгу.

И печально улыбнувшись, прочитала:

– Вновь я слышу любви

песнопламенный лад,

вновь я вспомнил твои

чары, чудо-закат,

и осенних лесов

краснобархатный зал,

где с улыбкою день,

как святой, угасал.


Был я слаб и убог,

я в отчаянье жил,

был я сир, одинок,

я о смерти молил:

«Где ж ты, чудище, где,

Смерть, бесчестный игрок?»

Но предстал предо мной

светлой Радости бог!


Заулыбалась по-другому – очарованно:

– Удивительно, Кер!

– Да… – Улыбнулся он, в ответ. – Йокотта!

Вита удивлённо посмотрела на него.

Улыбнулась вновь, – нерешительно и с трепетом.

– Что это за слово?

– «Игра в Радость»!.. Наслаждаться чем-то простым и тёплым!

Вита задумчиво посмотрела на него.

– Почему ты один? Почему не женишься снова? Любишь?

Заглянула в глаза.

– Продолжаешь любить жену?

– Я и не переставал…

### Глава 13


Она увидела его, – он был с женщиной.

Переоделся, – надел пиджак – серый, из шерсти и хлопка.

Женщина была красивой, – высокая худенькая блондинка.

– А говорил, что нет девушки! – Подумала Анима.

Локк болтал, – друг детства, брат, кавалер понарошку…

Она посмотрела на него, – крутой, красивый, высокий – парень-мечта!

Умён, восхищается Захой Хадид[4]…

Долорес Грей бархатно пела в зале ресторана «Kiss Me»:


Поцелуй меня

Поцелуй меня, не таясь

Не позволяй мне ждать!


Один раз

Два

И три…

Как хорошо!

Как прекрасно для нас!


Анима посмотрела на огонь в камине – ресторан с камином…

Какая скука!

Ей захотелось уйти.

Локк что-то говорил, листая «Атаку титанов»[5].

Она встала, внезапно, как будто ноги сами подняли её, и… увидела Кера.

Он посмотрел ей в глаза.

– Потанцуйте со мной, пожалуйста!?

### Глава 14


Анима изумлённо посмотрела на Кера.

И вновь это чувство… Красивый!

Она вдруг поняла, смотря в его глаза, что он сказал ей правду – у него нет девушки!

Поняла: он бы не обманул…

Кер предложил ей руку, и Анима взяла его руку.

Они, вышли на танцпол.

Кер приобнял Аниму, и она приобняла его.

– Спасибо!

– За что?

Они посмотрели друг другу в глаза.

– За то, что мы танцуем!

Они решили объединиться – сели за один столик, Анима и Локк, Кер и Вита.

– Значит, вы, и Кер работаете вместе? – Улыбнулась Аниме женщина с голубыми глазами.

– Да…

Анима посмотрела на неё.

– А вы… друзья?

Вита Колсон заулыбалась.

– Да. Давно!..

Посмотрела на Кера с симпатией и нежностью.

– Он – прекрасный человек! Давно!

И странно звучало это слово – «давно», как будто была другая жизнь…

– А вы? – Спросил Кер, обращаясь к Аниме, но глянув на Локка. – Тоже друзья?

– Давно! – Весело сказал Локк. – Всю жизнь!

Кер внимательно посмотрел на них обоих.

– Потанцуешь со мной?

Вита прикоснулась к руке Кера.

Он удивлённо посмотрел на неё.

– Раз уж ты сегодня танцуешь!..

Они посмотрели друг другу в глаза.

– Да. – Просто сказал Кер, кивнув.

Они, вышли танцевать… Красивые!

– Красивая пара! – Подумала Анима.

Внутренний голос сказал ей, – Они не пара, они – друзья!

– А выглядят как пара. – Сказала этому голосу, она.

– Пойдём!

Локк взял Аниму за руку.

– Куда?!

Она посмотрела на него с недоумением.

– Танцевать!

– Ты умеешь?!

Он посмотрел на неё выразительно, – с нежностью, её всегдашний спаситель.

– Конечно, дурочка!

### Глава 15


Они возвращались в отель, Анима и Локк, Кер и Вита. Локк и Вита разговорились, опередив Кера и Аниму.

– Локк возвращается в Санто-Гатто? – Спросил Кер, Аниму.

Она смутилась.

– Нет, он остаётся со мной.

Кер удивился.

– Снимает номер в отеле?

– Нет, он живёт в моём номере, – у меня апартаменты с двумя спальнями.

– Я понял. – Сказал Кер.

Они, пошли дальше.

Кер замолчал, замолчала и Анима. Она чувствовала, что нужно что-то сказать Керу, но не знала что.

Она растерялась и смутилась.

Анима глянула на Кера, – украдкой, так, чтобы он не заметил. Он производит впечатление человека, который силён духом – мужчина.

– Ни смотря на потерю дочери, – Подумала она. – Он… сильный!

Она посмотрела вперёд, на Виту. Было в ней что-то… Доброе и… неспособное держать удар.

Анима поняла: Кер выдержал удар Судьбы, а Вита – нет!


Утром следующего дня, Кер был корректен – как всегда, слишком вежлив и чрезмерно отстранён.

Анима не знала, как разговаривать с ним – он отвечал односложно. Она расстроилась и замкнулась, отойдя от него в другую часть павильона.

Съёмки продолжались ещё несколько часов.

Они выходили из павильона почти одновременно, когда раздался голос Гайи Брука:

– Значит, вы, тот богатый и красивый мужчина, которого искала Анима!?

Кер посмотрел на неё с недоумением.

Гайя язвительно продолжала:

– Анима сказала нам, что встречается с вами. Это, правда?!

– Я не… – Испуганно начала Анима, и встретила взгляд Кера.

– Donde pongo el ojo, pongo la bala…

Он посмотрел на Гайю.

Не стал церемониться:

– Идите к чёрту!


Анима потеряно, шла по улицам Прадо.

Что он подумал!? Боже!

Ей хотелось провалиться сквозь землю! Им ещё сниматься вместе, и сниматься!

Она вспомнила, как Кер ответил Гайе, – как резко…

Позвонил Локк:

– Привет!

– Привет! – Грустно заулыбалась Анима.

– Как дела?!

– Нормально. А у тебя?

– Отлично!

Пауза.

А потом:

– У тебя грустный голос, Ани… Что произошло?!

Как требовательно он спрашивал, юный мужчина…

– Ничего.

– Не ври!

Вдохнул и выдохнул:

– Тебя опять буллят!? Я скажу Керу…

– Нет!

Анима панически сжала телефон.

– Не говори! Не говори ему ничего!

– Анима!

– Локк, пожалуйста!

– Да что произошло?!.. – Удивился и растерялся он.

– Потом расскажу!

– Хорошо!

Замолчал.

А потом:

– Я жду тебя к обеду. Иди быстрее!

Спохватился:

– Или за тобой заехать?!

– Нет…

Анима хотела побыть одна.

– Нет! Я скоро буду.

– Хорошо. Жду!

И она шла по улицам городка, шла. Самая не своя, чуть не плача.

### Глава 16


Кер лежал на кровати.

Он был, в ужасе.

Сам от себя, – в ужасе!

Почувствовал в себе мужчину…

В ужасе!

Уже и забыл, как это!.. И вдруг – мужчина!

С тех пор как умерла Фелис, он был сыном, братом, другом, деловым партнёром, но не мужчиной!

Он весь горел, – как будто у него – температура, горел!

Он даже не… Не занимался самоудовлетворением – не хотелось, ничего и никого!

Эта хорошенькая девушка… Анима. Умная и добрая.

– Двадцать три года, – Подумал Кер. – У нас с ней разница в возрасте – двадцать три года!

Я сошёл с ума!

Ему стало смешно и захотелось заплакать – сам не знал от чего!

Сумасшедший!

Он вспомнил «– Значит, вы, тот богатый и красивый мужчина, которого искала Анима!?».

– Богатый, – Подумал Кер. – Денег заработал… Красивый? Да нет, наверное…

Как долго ему ничего и никого не хотелось! Никто не был нужен – никто не был интересен! Смерть забрала всё и его мужское я…


Анима вернулась в отель к Локку. Он ждал её в зале ресторана, высокий, красивый, стильно одетый молодой человек!

– Ты плакала!? – Ошеломлённо сказал он, посмотрев ей в глаза.

– Нет…

Анима с усилием улыбнулась.

– Поторопилась снять грим.

– Грим, да!?

– Угу.

– Дурочка!

Локк поднял руку и прикоснулся к её щеке, погладил.

– Я же говорил тебе: не будь такой чувствительной!

– Научи, как!?

Она посмотрела ему в глаза, – подняла голову, и посмотрела.

– Иди ко мне!

Локк обнял её, нежно прижав к груди.

– Любишь ты поплакать!

– Дурочка же!

Анима прижалась к его груди, и… заплакала, – не сдержалась, заплакала, сама не зная, почему.

Он погладил её по голове, – по волосам.

– Любимая!

– Прости!

– Прощаю!


Керу позвонила мама, – Сантана.

– Здравствуй, сын!

– Привет, мам!

Разговаривая с ней, он каждый раз чувствует себя тем ребёнком, которого она однажды привела в свой дом.

Их родители погибли, – его и брата, просто – роковое стечение обстоятельств! Ему было шесть лет, а Коста – четыре года.

– Как дела?

– Хорошо, мам!

Она усмехнулась.

– Я знаю моего сына… Когда ты так говоришь, значит, плохо!

– Как?!

Кер ощутил глухую тоску по матери. Захотелось к ней. Захотелось прижаться и заплакать как в детстве, когда ему снилось, что никого нет…

– Слишком бодро!.. Ты всегда таким был! Никогда не жаловался!

Мама сделала паузу.

А потом:

– Даже тогда, когда нужно было пожаловаться – я бы тебя защитила!

Кер печально улыбнулся, – она и сейчас готова его защищать!

– Мне сорок два года, мама!

– Да? А я не знала!..

Сарказм в её голосе… Ласковый сарказм, любящий.

– Так что случилось, rojo?

– Не знаю!..

– Если не знаешь, значит, знаешь…

Кер почувствовал… как ему плохо. Чувствовал, что плохо Аниме – мама чувствует, что ему плохо, а он чувствует, что плохо Аниме…

– Знаю, мама!

– Конечно, знаешь, hijo…

Ему захотелось спросить её, – всё хотел спросить…

– Почему ты взяла нас с Коста?

– Я не «взяла», – вы, не котята!.. Я просто… Просто всегда была вашей!

Глава

17


Диана Кролл пела «You Go To My Head»:


Ты не выходишь у меня из головы,

Ты засел там, как навязчивая песня.

Ты кружишь у меня в голове,

Как пузырьки в бокале с шампанским.


Анима чувствовала себя счастливой – слушала!


Ты не выходишь у меня из головы,

Словно глоток пенного бургундского пива.

От одного упоминания о тебе

Меня пронимает, как от рюмки-другой.


Улыбалась, – слушала!


Трепет от одной мысли,

Что ты можешь помыслить о моей мольбе,

Околдовывает меня.

Я продолжаю говорить себе: «Возьми себя в руки».

Неужели ты не понимаешь, что этому не бывать?


– Эту песню пела Билли Холидей? – Спросил Локк.

– Ага.

Они заулыбались друг другу.

– Успокоилась?

– Да!..

– Почему расстроилась? Из-за Кера?

Анима удивлённо посмотрела на него.

– Ты понял!?

– Конечно!..

Кивнул.

– Он так улыбался, когда, вы танцевали!..

– Как?!

– Как я, когда дурында Рикки позвала меня на матч по футболу, в котором играла!

Анима захохотала.

– Нельзя так говорить о своей девушке, Локки!

Он прыснул со смеху.

– Она, правда, дурында, но классная!

Анима вновь засмеялась.

– Насмешил!

– Я старался!

Они всё ещё сидели за столиком в зале ресторана при отеле, в котором живёт Анима.

– Что между вами случилось?

– Да ничего… Между нами ничего нет.

Анима попробовала свинину с чесноком и сыром.

– Как вкусно!.. – Сказала она, Локку. – Хочешь попробовать?

– Хочу!

Кивнул.

– Пробуй мой салат, Ани…

И Анима попробовала – тёплый салат с тыквой, рукколой и кедровыми орешками.

– Вкусно!

Они заулыбались друг другу.

– Он тебе нравится?

– Я сошла с ума!?

Анима и Локк заглянули друг другу в глаза.

– Я не знаю, Ани. – Честно сказал Локк.

– А что ты знаешь, любимый?

– Только одно: я люблю тебя! Я хочу, чтобы, ты была счастлива! А ещё… Он мне понравился!


Кер вспоминал «Я просто… Просто всегда была вашей!».

– Что это значит? – Думал он. – Почувствовала в нас Своё?

Он понял, что чувствует в Аниме… человека похожего на него самого. Когда они гуляли вдвоём, им не было скучно друг с другом, – скучно и тягостно. Она весёлая, живая, умная и добрая, а ещё она деликатная!

Кер понял, что ему нравится Анима Феррари… Даже если он сошёл с ума!

Он вспомнил, как покраснела Анима, когда та сумасбродка заговорила с ним «– Анима сказала нам, что встречается с вами. Это, правда?!

– Я не…».

Заулыбался.

Подумал, – Ну, что же ты, Ани… Растерялась! Сказала бы; да, встречаюсь!

Кер ощутил… воскресение чувств – страсти и её поводыря, Нежности…

И странно – захотелось петь, – взять гитару, и петь!

Как давно он не пел… несколько лет, или век?!

Диана Кролл начала петь по радио «Only The Lonely»:


Куда бы я ни пошла,

Я – одна.


В небольшом кафе

Звучат песни для одиноких

Песни о прошедшей любви.


Кер вспомнил «– Любите джаз?

– Ага.

– Какой?

– «Какой»?!

– Ну, стиль.

– Ааа! Да всякий!

– Например?

– Голос Дианы Кролл».

### Глава 18


На следующий день, закончив съёмки, Анима вышла из съёмочного павильона на улицу, и вновь столкнулась с Гайей и её друзьями прилипалами.

Они снова начали её третировать.

Кер, вышедший из павильона, посмотрел сначала на неё, а потом на них.

Понял.

Подошёл к Гайе.

Заговорил таким жёстким тоном, что Аниме показалось, что его голос скрипит как ржавый металл:

– Если вы не прекратите…

Окинул полным отвращения взглядом, всю компанию.

– Вы все! Я приму, меры…

Вперился взглядом в Гайю.

– Я обвиню вас в буллинге моей коллеги, и сотру ваши карьеры в порошок!

Гневно посмотрел Гайе прямо в глаза.

– Я ясно выразился?!

– Да… Да, сэр!

Гайя притихла.

Анима встретила взгляд Кера.

– Пошли!

Он не спрашивал.

Она посмотрела ему в глаза.

– Да.


Они, пришли на парковку, к машине Кера – это был молочно-белый Мерседес седан.

Он сел, села и Анима.

– Пристегните ремень безопасности. – Грозно сказал Кер.

Анима сделала, как он сказал.

Кер вышел из себя – Анима видела его злость… на неё.

Выпалил:

– Почему вы терпите?!

Посмотрел на неё с недоумением.

– Зачем!?

Недоумение сменилось возмущением:

– Вы что, себе враг!?

– Нет…

Она посмотрела на него.

– Их много, а я одна. Идти на конфликт с ними, значит, провоцировать их на ещё большую агрессию.

Кер понял – Анима увидела это в его глазах. Понял.

– Вы не одна, у вас есть родители, Локк, наверняка, ещё друзья есть…

Он запустил двигатель машины.

– Родные – братья, сёстры…

Анима вновь посмотрела на Кера.

Он говорил как человек, у которого – да, есть не только родные, но и близкие, он не понимает: у неё есть родные, но нет близких!

Внутренний голос сказал ей, – А как же Локк?

И Анима ответила этому голосу, – Только он и близкий!

Кер выехал с парковки.

– Куда мы едем? – Спросила она.

– В отель, нам по дороге.

Анима подумала, – Как горько… Со мной многим по дороге, но не по пути!

Она посмотрела в окно по правую руку – красивый городок!

Красивый, но не родной.

Как много их уже было, таких городков, красивых, но не родных! Дом не обрела, – кого-то доброго, ждущего её всегда – домой!

Как одиноко…

Кер тоже уйдёт, мужчина, который ей понравился, уйдёт в свою жизнь. Уйдёт к своей семье и друзьям, к другой женщине!

Аниме захотелось сказать ему:

– Высадите меня, пожалуйста, где-нибудь… У кафе!

Он глянул на неё.

– Хорошо.

– Спасибо.

И вновь эта мысль – чужие!

Странно Анима почувствовала себя… Раньше чувство одиночества не было таким острым – не тяготило настолько!

Фрэнк Синатра начал петь по радио «Winners»:


За победителей

Поднимем бокалы!

Выпьем за то, что ещё

Впереди!

Выпьем за битву – была, ни была!


Она почувствовала себя счастливой, услышав голос Фрэнка.

«Победители»…

Украдкой посмотрела на Кера – настрадавшийся человек! Но победитель. Победил себя, остался – жить!

Как это затягивает… Жалость к себе!

Маяк сахарной головой упирался в небо – красный дьявол, а может, окровавленный ангел. И море набегало на берег, набегало, набегало, как будто сбегая от самого себя…

Она вновь кусала губы до крови, от едва выносимой тоски! Как он колет – иглой, Дьявол-маяк, обезьяна Бога!

### Глава 19


«Есть только два вечных призрака – призрак Любви и призрак Жизни»


Кер заметил, что Анима смотрит на маяк, – неотрывно смотрит – на тот самый, на который они ходили вдвоём.

– Хотите сходить? – Сказал он, сказал, как в бреду.

Анима удивлённо посмотрела на него.

– Мы можем?!

– Да…

Он кивнул… как в бреду.

– Конечно, можем!

Она просияла как солнце, – засветилась радостью и счастьем.

– Хочу!

Кер улыбнулся – заулыбался, забылся.

– Когда? – Счастливо спросил он. – Сейчас, или попозже?

– «Попозже»? – Удивилась она.

– Вы сказали, что хотите, чтобы, я высадил вас у кафе… Мы…

Запнулся «в смущеньи».

– Вы! Можете сходить в кафе, а я подожду, и мы поедем на маяк!

«Шаг в бреду»… в страшном!

Сердце, вырываясь, ударило в грудь – хотело свободы, – от самого себя, свободы.

Кер вдруг подумал, – Прошло свой путь тяжкий крестный?

Какой страшной была эта мысль, и какой благодатной…

Он устал – в Аду у него есть маленький садик, вокруг полымя, вой, рычание, скулёж, а цветы цветут…

### Глава 20


«– Не бойся взаимности дружбы, Лино, счастье моё, она не такая как любовь; она не обязывает к кресту!»


Они вернулись к маяку – вернулись! Анима была счастлива… Кер рядом!

Кер, с его глазами добрыми и чёрными – агатово.

Он улыбался, – шёл за ней, улыбался.

– Любите маяки?

– Обожаю!

– Почему?

– Он похожи на мечту – близкие, но не достижимые…

Кер удивился.

– Я никогда не думал об этом так!..

Анима посмотрела на него – такой уютный в кремовом свитере с высоким воротником на молнии…

Зяблик? На улице тепло, а он – в свитере!

– Вам холодно? – Улыбнулась она.

Кер заулыбался.

– Я просто…

– Что?

– Однажды попал в холодное место, и сильно там мёрз.

Улыбка стала смущённой.

– С тех пор всегда одеваюсь теплее, чем это необходимо.

Они посмотрели друг другу в глаза.

– Я хотела вам сказать…

– Скажите!?

– Спасибо…

Анима кивнула.

– За защиту.

Старик вновь встретил их и пригласил выпить чаю. Старику, почувствовали они оба – одиноко на маяке.

– Сколько лет… вы тут? – Спросил Кер.

– Всю жизнь…

Жак – так зовут старика, посмотрел ему в глаза.

– Всю жизнь, месье! Я прикован к этому месту!

– Прикованы? – Удивился Кер.

– Я слишком поздно понял… Aimer n’est pas sens amer!

Кер смутился.

Жак пояснил:

– Любовь – не горькое чувство.

Кер и Анима посмотрели друг на друга.

– Почему вы думали, что горькое? – Тихо спросила она.

Старик посмотрел на неё.

– Вы слышали о монахах с горы Синай?

– Нет… – Удивилась Анима.

– Сидя там, на горе, они думают о своих потерях – ни о чём, кроме своих потерь, наслаждаются дорогой для них пустыней!

Жак посмотрел на Кера.

– Я тоже предпочёл наслаждаться дорогой для меня пустыней!

Глава

21


«Tu vois, Julien C'est ça, la chevrotine?»[6]


– Давайте пообедаем вместе?

Кер сжал руль.

– Да. Давайте!

Она ответила так легко, с воодушевлением, что… Он не ожидал. Он не знал, чего он ожидал, но не… простоты. Просто «Да. Давайте!».

Посмотрел на неё, встретил улыбку и лучащиеся радостью, глаза.

Они обезоружили его, эти счастливые весёлые глаза.

– Что вы любите? Есть… Какую кухню?

– Любую…

Анима заулыбалась.

– Всё равно, главное – чтобы было вкусно!

Керу, смотрящему на дорогу перед ними, понравился её ответ – он такой же «главное – чтобы было вкусно!».

Он снял свитер – ещё на маяке, согрелся!

Анима посмотрела на его руки, густо покрытые тёмными волосками. Он не просто красивый – он очень привлекательный мужчина! Не мальчик – мужчина! В нём чувствуется внутренняя сила и воля.

Странно Анима почувствовала себя… Он нравится ей всё больше и больше, мужчина по имени Кер. Мужчина, который на двадцать три года старше её!

Она отвернулась в смятении, посмотрела в окно.

Чокнутая!

Засомневалась в себе: такой мужчина как Кер Макрис никогда не обратит на неё внимание, никогда!

Гайя и компания игнорируют её потому, что она – некрасивая!

– Знаю, что некрасивая, – С болью подумала Анима. – Некрасивая!

Она вдруг поняла, что её так привлекает в этом мужчине – ощущение защиты, у него сильная отцовская энергетика…


Мексиканское кафе было простым и самобытным – яркий интерьер, очаровательные аксессуары…

Кер выбрал столик – Анима подождала, пока он сделает выбор.

– Здесь вкусно готовят Тако с куриными сердцами…

Кер улыбнулся, посмотрев на Аниму, улыбнулся с беспокойством в глазах.

– Любите закуски?

– Люблю!..

Она улыбнулась.

Рассмеялась:

– Когда я голодная, я – люблю всё!

Он тоже заулыбался, в глазах вспыхнул интерес и симпатия.

– Любите покушать?

– О, да!

Кер засмеялся, на правой щеке появилась ямочка.

– Ну, давайте же поедим!

Они сели за столик – Анима продолжала осматриваться.

– Что вы будете пить? – Спросил Кер, взяв меню. – Что вы любите? Чай, кофе? Сок, лимонад?

Анима посмотрела на него.

– Что вы порекомендуете?

– Мексиканский кофе, или Агуа фреска (освежающие напитки из фруктов и овощей), и/или…

Кер улыбнулся.

– Хорчата (рисовая вода с корицей)… Вкусно!

Они посмотрели друг другу в глаза.

– Можно спросить?

– Да?

– Локк – ваш молодой человек?

– Нет, – друг.

Анима заглянула Керу в глаза.

– Вита – ваша девушка?

– Друг.

Они улыбнулись друг другу.

Расслабились.

– Можно называть вас на «ты»? – Успокоился Кер.

– Можно. А мне вас – можно?

– Да!

Напряжение ушло.

– Я закажу, ты, позволишь? – Спросил Кер.

– Конечно! – Улыбнулась Анима.

– Ты любишь мясные блюда, или овощные?

– И то, и другое.

– Хорошо.

Кер улыбнулся, улыбнулся более живо и открыто.

Анима вдруг подумала… О чём? Что это была за мысль? Как ему, наверное, трудно… Трудно, встраиваться в жизнь. После всего!

Она подняла голову, на стене висела шляпа сомбреро, как сувенир, как часть интерьера.

– Знаешь, почему эту шляпу так называют? – Улыбнулся Кер.

– Почему?

Анима посмотрела на него.

– От слова «sombra» – тень.

Он заглянул ей в глаза.

– Когда надеваешь сомбреро, то оказываешься, словно в тени из-за широты её полей.

### Глава 22


– Расскажи о своих родителях!?

– Что ты хотел бы узнать?

– Почему… ты одинока?

– Я не одинока!

– Но всё время одна.

Он смотрел в глаза, Кер.

– Я некрасивая, неинтересная! Всё, что я умею – это играть, – сниматься, в этом, я, правда, хороша!

Странно он посмотрел на неё…

– Ты это сама придумала?

Злость в его голосе… Гнев.

– Я не придумала, – Возразила она. – Это, правда.

– Чушь!

Официант испуганно посмотрел на Кера.

Тот махнул рукой:

– Всё в порядке! Мы не ругаемся.

Молодой человек принёс заказ. Кер и Анима поблагодарили его. Он принёс; крокеты[7] – для Анимы, Пататас бравас[8] – для Кера…

– Пробуй, – Сказал он, Аниме. – Не понравится, закажем другие блюда…

Официант ушёл, и вернулся с ещё парой блюд и напитками.

– Это – креветки с чесноком, – Кивнул Кер на одно из блюд. – А это – тимбал из авокадо и тунца…

Анима попробовала креветки с чесноком.

– Вкусно!

Улыбнулась, – посмотрела на Кера.

– Ты хорошо разбираешься в мексиканской кухне?

– Я наполовину мексиканец.

Она удивилась.

– Моя мать была итальянкой, а отец – мексиканцем.

– «Была»?

– Они погибли, когда мы с братом были малышами – нас усыновила Сантана, женщина, которую мы считаем матерью.

Анима подумала, смотря на Кера, – Какая страшная и удивительная судьба!

– Какая она, женщина по имени Сантана?

– Мама.

Короткое – «мама», короткое и полное любви.

Анима ощутила ком в горле.

– Как зовут твоего брата?

– Коста.

Кер отпил кофе.

– А твои родители? Как их зовут?

– Моя мать тоже – итальянка, отец американец скандинавского происхождения, их зовут Лаура и Йон.

Кер отпил кофе.

– Вы не близки?

Аниму почему-то не удивил этот вопрос.

– С мамой, – с папой – ближе.

– Почему?

Он посмотрел ей в глаза.

– Можно спросить?

– Она всегда хочет выигрывать… Она – красивая женщина! Всегда!

Он смутился.

– А ты? Разве ты не хочешь выигрывать?

– Я для этого недостаточно красива, Кер!

### Глава 23


Странно он почувствовал себя… Как её переубедить? Хорошенькая девушка, даже красивая – эти выразительные тёмные глаза… Добрые глаза!

Кер подумал, – Сколько я встречал женских глаз!.. А добрые глаза встречал не часто…

Он понял, что… Что? Рядом с матерью Анима чувствует себя неуверенно – неуклюже, а с отцом – проще, спокойнее.

– Нервирует? – Подумал он. – Мать!..

Кер вдруг понял – дошло: Анима назвала его по имени… Впервые, за то время, которое они проводят вместе – только вдвоём, назвала!

Его это удивило и тронуло.

Кера охватило почти позабытое чувство, чувство, комфорта в компании человека… не из семьи. У него к ней вообще странное чувство; как будто она… его ребёнок!

Анима сказала ему:

– Если бы ты видел мою маму… Ты бы понял.

– Что «понял»?!

Он вновь начал злиться на неё – за нелюбовь к себе!

– Что я дурнушка!

Кер вышел из себя:

– Любят не за красоту! Любят потому, что любят!

Анима изумлённо посмотрела на него.

– Любят потому, что нравишься! Потому, что с тобой хорошо!

Он сказал, посмотрев ей прямо в глаза:

– Любят за то, что рядом с тобой хочется жить!

– А с другими не хотелось? – Тихо спросила она.

Он вдруг понял… Что он сейчас сказал? Жить хочу… Не хотел же! Тянул лямку.

– Я сошёл с ума!? – Вновь подумал Кер.

– Я женат, – Сказал он, Аниме, сказал, механически, как кукла с заводом. – Я не могу быть с тобой!

– «Женат»? – Сказала она.

Она не удивилась – он это увидел, увидел в её глазах… её уже отвергали.

### Глава 24


Они перестали общаться. Они продолжали сниматься вместе, но общаться перестали – Анима стала отстранённой.

Анима перестала общаться – отстранилась!

Кер чувствовал себя опустошённым, видя её такой, волновался за неё. Она как будто погасла, стала как робот – неживой!

Они играли роли Робин и Томаса, то ли влюблённых, то ли отца и дочь.

История такова: девушка ищет своего отца, и находит его… Влюбляется в мужчину старше себя на двадцать пять лет, не зная об их родстве. Её чувства взаимны…

История их любви заканчивается трагедией – Робин делает выбор уйти из жизни.

Её возлюбленный и отец делает свой выбор – белое самоубийство…

Перестав, общаться друг с другом, они оба, стали чувствовать своих персонажей острее и тоньше – они стали ими!

Они до такой степени стали ими, что зрители стали требовать от компании, отменить их родство…

Рейтинги сериала взлетели до небес, все обсуждали Робин и Томаса – весь мир!

Это было бы забавно, если бы не было так странно – история любви Робин и Томаса поразила людей…

Кер тоже был поражён этой историей – он был поражён Томасом, своим персонажем, зрелым мужчиной, безумно влюбившимся в юную женщину.

Томас – бывший полицейский, человек с жёстким, непростым, порой тяжёлым, характером.

Правдолюб.

Томас – бескомпромиссный человек, не терпит даже малейшей лжи, – не прощает!

Томас потерял дочь. Из-за наркотиков. Она умерла.

Он отдал свою молодость борьбе с наркомафией, понимая, что эта борьба – борьба с ветряными мельницами.

Но нужно делать что можешь!..

Поэтому Кер согласился играть роль Томаса – интересный персонаж, не неоднозначный – однозначный, он – добро, которое борется со злом.

Трагедия Томаса в том, что добро не может выигрывать у зла, если только самому быть злом. И он это понимает…

Его это убивает – несправедливость… Его убивает мысль о том, что погибают дети, разрушаются семьи, от этой гнили – от наркотиков!

Семья Томаса разрушена тоже – он и его жена не смогли вместе пережить смерть их дочери…

Кер хорошо понимает этого человека – этого мужчину, потерявшего всё!

Томас ему близок.

Томас встречает Робин, влюбляется, забывается – ему вновь хочется жить!

Внутренний голос спросил Кера, – Тебе тоже захотелось жить?

### Глава 25


«Кто есть тот, что вырывает меня из меня самого?»…

(Миф о Марсии изложил Меланиппид[9]; Афина изобрела флейту (правильнее авлос), но бросила её как негодный инструмент. Марсий, однако, подобрал флейту, за что Афина ударила его.

Марсий непрестанно упражнялся и довёл игру на ней до такого совершенства, что осмелился вызвать Аполлона на состязание. Судьёй был Мидас, который, будучи близким по духу и вкусам Марсию, вынес приговор в его пользу. По другому рассказу, судили Музы, и Марсий победил, но затем Аполлон стал играть на кифаре и петь, после чего Марсий проиграл состязание. Тогда Аполлон подвесил Марсия на высокой сосне и содрал с него кожу, а Мидаса за его суд наградил ослиными ушами.

Умирая, Марсий кричал: «Кто есть тот, что вырывает меня из меня самого?»).


Анима не знала, как она будет играть в любовной сцене. Она знала, как играть в любовных сценах – учили в актёрской школе – она не знала, как она будет играть в этой сцене с Кером…

Его Томас – один человек в жизни и другой со своей юной возлюбленной.

Анима, задумалась: какой он, Томас? Мужчина. Знает, чего хочет. И знает, чего не хочет!

Томас говорит Робин, что не хочет быть один… после всего. Робин спрашивает его, почему, и он отвечает ей, что остаться одному, значит, дать им выиграть – позволить злу победить.

Анима думала над его словами. Думала!

Она поняла его слова так: злу нельзя разрешать побеждать, иначе всё бессмысленно! Иначе человек выучивается быть беспомощным – и, что ещё более страшно, начинает верить в то, что не может ничего изменить!

Она поняла, что Томас стремится к вере в счастье – в торжество Добра. Она поняла, что вера в добро – это и есть вера в любовь…

– Да, – Подумала Анима. – «Кто есть тот, кто вырывает меня из меня самого?»… Кер!

### Глава 26


«Тот, кто не спустился в ад, не воскресает»


Он ласково взял её лицо в руки, наклонился, поцеловал. Девочка по имени Анима… ещё ни с кем никогда не целовалась – он понял, не удивился и удивился…

Заглянул в глаза, с нежностью погладил лицо.

Понял, что сейчас она – беззащитна как никогда! Перед ним…

Кер изменил сценарию – к чёрту! Обнял, закрыл собой от камеры, шепнул Аниме на ушко: не бойся! Делай как я…

Она послушалась – доверилась, обняла его в ответ, прижалась к нему.

Жизнь Томаса началась снова – Кер это ощутил!

Он почувствовал себя – странно, как гигантский ледник под ослепительными и горячими лучами солнца – таял, в трепете Анимы!

Кер забыл, забыл, забыл, как это – любить!

Забыл, как это – быть с любимой…

Смерть Фелис, полусмерть Полы… он всё забыл, всему разучился!

Анима не умеет, а он – разучился…

Он с таким упоением целовал её, Томас… Он не помнил себя!

Он ничего не помнил, была только Анима – её губы, руки, тело в его объятиях – ничего!

Томас вспомнил, как сказал Робин «Не хочу быть один! Не хочу, чтобы Смерть торжествовала! Хочу взять реванш у Судьбы-Смерти!».

И Робин, сказала Керу:

– Есть такая легенда… В одной руке он держит лук со стрелой, а в другой – кнут, Эрот – Судьба-Любовь. Когда мы, люди, не делаем, как он хочет, он наказывает нас кнутом… И я думаю; пусть накажет кнутом, только не смертью, только не одиночеством!

### Глава 27


Она пряталась. Пряталась от Кера.

Анима не могла с ним встретиться! Просто не могла, и всё.

Он всё понял. Боже! Он же всё понял! Как он целовал её!.. Понял!

Анима подумала, – Куда мне провалиться, сквозь какую землю, чтобы ты всё забыл!?

Но он не забудет – она это ощутила – всем своим существом, когда они играли любовную сцену… он не играл. Они оба.

Анима пошла в кафе при отеле – проголодалась!

Она встретила Кера – знала, что встретит… рано, или поздно!

Он был не один – разговаривал с незнакомым ей мужчиной.

Кер увидел её, посмотрел с волнением. Анима поздоровалась с ним и с его собеседником.

Она поспешила пройти мимо – испугалась, что он подумает, что она искала встречи с ним!

Нашла столик, села, снова желая только одного – провалиться сквозь землю!

– Привет!

Анима оторопело посмотрела на Кера.

– Привет…

– Это мой брат – Коста!

Он улыбался, сиял, Кер.

– Брат, это – Анима!

Брат посмотрел на Кера с удивлением.

Перевёл взгляд на неё:

– Здравствуйте, миз!

– Здравствуйте, сэр!

Брат Кера был красив, не так красив как Кер – красив!

– Мы можем сесть?

Он посмотрел ей в глаза, мужчина по имени Кер… В его глазах было: скажи «да»!

– Да.

Что ещё она могла ему сказать!? Поздно…

Они сели, мужчины, и один смотрел на неё счастливо, а другой – с удивлением.

Аниму поразило счастье в глазах Кера – её поразил счастливый Кер!

– Что случилось? – Подумала она. – Почему ты такой счастливый?

– Брат, – Сказал Коста. – Я не вижу официанта… Закажи мне, пожалуйста, кофе!

Кер удивился, оглянулся в поиске официанта – не нашёл.

– Сейчас…

Анима встретила его взгляд – в его глазах было: я сейчас приду!

Встал, и пошёл к стойке бара.

Анима и Коста посмотрели друг на друга.

– У вас пятнышко на манжете… – Заметила она.

Он посмотрел на манжету рубашки, заулыбался.

– Это я Родди кормил…

Коста посмотрел на неё счастливыми глазами.

– Родди – это мой сын, ему семь месяцев.

– «Родди»? – Улыбнулась Анима.

– Родриго… Как брат!

Его чёрные глаза вспыхнули нежностью.

– Родриго – это первое имя Кера – Родриго Керук Макрис!

– «Керук»? – Удивилась она.

– Это значит «медведь», – «Керук» – это значит «медведь», а «Кер» – «медвежонок»!

Анима засмеялась – захохотала.

– Теперь понятно…

– Что вам «понятно»?

Он тоже смеялся, мужчина похожий на Кера.

– Как жаль, что я не познакомилась с вами раньше!

Она посмотрела на него с симпатией.

Вернулся Кер, посмотрел на неё, посмотрел со смятением и гневом, положил руку на плечо брата, сжал.

– Он – женат!

### Глава 28


Они поссорились.

– Или это что-то другое? – Обескуражено, подумала Анима.

Она растерялась, не зная, как себя вести – как правильно себя повести, как ведут себя обычные женщины в таких ситуациях?

Дело в том, что она – необычная… девушка – пока другие девчонки ходили на свидания и строили отношения, она работала!

В общем, в её, так сказать, жизненном образовании, есть пробелы…

Кер сердито посматривал на неё – тоже растерялся.

Аниму это почему-то тронуло и умилило, такой импозантный, очаровательно красивый…

– Ну, говори уж…

Она заглянула ему в глаза.

– Что там внутри… Накипело!

– Понравился мой брат?!

Да… накипело!

Она улыбнулась про себя.

– Понравился…

Анима посмотрела на Кера с нежностью.

– Он – красивый, не так как ты, но красивый!

– Анима!

– Что?!

– Не боишься?!

– Чего?!

– Меня!

Кер заглянул ей в глаза.

– Того, что приду…

– Приходи!

Он накрыл её руку своей рукой, сжал.

– Я же приду, дурочка!

– Приходи…

Они заглянули друг другу в глаза.

Анима смешливо сказала:

– А то приду я!

Его глаза вспыхнули, засмеялся.

И заулыбавшись до ямочки на правой щеке, сказал:

– Ты мне нравишься! Ты живая и не робкая, весёлая и нежная!

– Не любишь робких девушек?

Она почувствовала, как она влюблена в этого человека! Ослеплена…

– Бойких люблю, люблю с характером…

Его чёрные глаза засияли лаской.

– Люблю таких как ты – добрых сердцем!

Анима поняла Кера – он сказал ей «люблю!», – сам не понимаю бездны этой любви… Люблю!

И он пришёл, то ли медведь, то ли медвежонок – он обнимал её, обнимал крепко, уважительно, нежно, и его руки были тяжёлыми, а губы цвета спелой вишни в полузабытьи шептали её имя, и она была счастлива, она поняла их, – влюблённых, она вспомнила «На что похожи влюбленные, идущие на смерть? Они как снег, что тает каждый миг. Жизнь – это сон, а смерть – лишь сон во сне»…

### Глава 29


Они начали встречаться – они встречались уже несколько дней. Они были счастливы!

Жизнь продолжалась – Кер это почувствовал, она продолжалась после всего!

И было странно – он мог жить дальше. Всё не мог, и… начал жить дальше. Сам начал. Сам сделал шаг в жизнь – к Аниме.

Кер вспомнил, как увидел её в кафе, такую юную и такую не испуганную – смущённую, но не испуганную.

С Анимой хорошо – она не уничтожена жизнью как он. Он с ней забывается!

Влюблён ли он? Да. Просто – да! Её легко любить, любить её – это радость!

Возможно, он сошёл с ума – возможно! А может, проснулся – от того ужаса, которым стала его жизнь, когда погибла дочь и фактически погибла жена.

Тогда он потерял всё – он потерял всю свою семью!

Остались мама и брат, и… Даже они не могли спасти его! От него самого… От той бездны боли, которая разверзлась в нём! Он умирал…

И только девочка по имени Анима сказала ему «– Вы общаетесь? С Биллом…

– Нет.

– Почему? Наказываете?

– «Наказываю»?

– За то, что мальчик не сломался… А должен был, да!? И вы бы страдали вдвоём!..».

Кер, правда, этого хотел – страдать – до конца своей жизни!

Он думал, что он это заслужил – не спас дочь и жену – невозможно было спасти, а он взвалил на себя груз этой вины перед ними…

Наверное, так было легче – ему, кто-то должен был быть виноват – должен был быть виновный! Потому, что если нет виновного, то, всё бессмысленно! Бессмысленно думать, что ты чем-то управляешь – ты не управляешь ничем! И так произошло, потому, что произошло – всё, конец! Остаётся только жить дальше, или не жить…

Кер ждал Аниму в отеле, – в её номере – он ждал, когда она вернётся со съёмок; сегодня она снимается (он посмотрел на часы), – уже, снималась, в сцене самоубийства Робин.

Он бы не хотел, чтобы Анима снималась в такой тяжелейшей сцене, но… это работа, работа, которую она любит и которую хорошо знает – профессионал своего дела!

Анима – крайне талантлива, в такие проекты как тот, в котором они снимаются, не приглашают случайных людей – только по-настоящему крутых профессионалов, слишком высокие ставки!

Кер наблюдал за ней во время работы – во время съёмочного процесса – она перевоплощается полностью! Анима работает по технике Майзнера…

У неё большое будущее – он это понимает, и он поддерживает её в её мечте играть, сниматься, работать, оттачивать свой дар!

Он хочет быть с ней.

Он видит, что и она стремится к нему! Такая юная талантливая и прекрасная…

В дверь номера постучали – Кер удивился; у любимой есть ключ…

Встал, подошёл к двери, открыл.

На пороге стояла женщина – Кер узнал её, даже спустя годы, узнал! Лаура! Лаура Казатти…

– Здравствуй, Кер…

Она посмотрела ему в глаза, надменно и ласково – одновременно, так, как умеет смотреть только эта женщина.

– Ты, как я вижу, уже познакомился с нашей дочерью!?

## Часть, вторая.


Другая полусмерть.


«Уже время приходит и мне говорит дождь:

на моём теле листва

и мокрая шерсть волчиц

косточки ягод, белые косточки птиц

на моих рукавах паутина сонных грибниц

посмотри, разве ветвистый такой

тебе нужен я?


посмотри, я, сумрачен словно погост,

над которым шумит брат-близнец лес

и в любом краю -

я нежеланный гость

разве такому ты можешь сказать – люблю?


и объятья мои, осенние, потому -

это саван для мёртвых, не для живых

и зовёт погребальный колокол на ветру

между ветвями ив


разве такому ты можешь сказать – приди?

забери меня из сада солнечных роз?

– я отвечу – да, у меня в груди,

тоже дождь и колыбель слёз»[10]

### Глава 1


Несколько дней спустя


Кер


Он приехал к Биллу, – в колледж, в котором он преподает.

«Мальчик по имени Билл» стал мужчиной, – красивым мужчиной – высокий, светловолосый, сероглазый…

У Кера защемило сердце – он мог бы быть сейчас мужем Фелис!

– Здравствуйте, сэр!

Билл пожал ему руку, – крепко пожал, тепло.

– Здравствуй, Билл!

Странно Кер почувствовал себя… Он считает Билла сыном, это чувство не ушло. Даже усилилось – не ушло!

Они сели на скамейку.

– Как вы, сэр? Как ваши дела?

– Нормально. А твои?

– Тоже – нормально.

Он не договорил, Билл – Кер это почувствовал.

– Как ты живёшь? Женился?

Странно Билл посмотрел на него… Больно!

– Нет, сэр.

– Почему?

Кер знал, почему.

– Из-за Фелис?

– Да…

Билл кивнул.

– Я люблю её… Шесть лет прошло. Люблю!

Кер понял.

Он вспомнил слова Анимы, он много думал об этих словах.

– Моя дочь любила тебя. Не останавливайся – живи!

Билл посмотрел на него со смятением.

Кер сказал:

– Затяжное горе – это, значит, остановиться!

– Вы тоже остановились, сэр?

– Да.

Кер посмотрел на краски осени, как красиво!

– Я прощу тебя, если ты будешь счастлив…

Посмотрел на Билла.

– А если не будешь – не прощу!

«Мальчик по имени Билл» печально улыбнулся.

– А вы, сэр? Вы будете счастливы? После всего!..

– Я не знаю!..

Кер покачал головой.

– Я ничего не знаю!

– Что вы имеете в виду?

– Чтобы жить дальше, мне нужно уничтожить что-то в себе, что живёт прошлым – монстра, который не хочет видеть будущее!

### Глава 2


Анима


Она нашла Косту, – в Фейсбуке, она нашла профиль Косты Макриса, и написала ему. Он ответил – быстро и обрадованно.

Анима спросила его, знает ли он, где сейчас Кер, и он ответил ей, что, да, знает, вернулся в дом у озера.

Коста объяснил ей, как найти этот дом, спросил, как у неё дела, не нужна ли ей помощь с чем-либо, и… всё.

Она поняла его, он дал ей понять: дальше сама, – я дал тебе шанс найти брата, дальше сама!

– Ну, хорошо, – Подумала Анима. – Сама!

Она скучала по любимому, – он так внезапно уехал! Позвонил ей, сказал, что они расстаются – он, с ней расстаётся, попросил прощения, а голос дрожал…

Что-то случилось, – он бы не бросил – она это чувствует, он не такой, чтобы бросить!

Сколько она встречала мужчин за эти годы – всяких-разных, но только Кер затронул её сердце, её душу! Он – добрый… Он всегда был добр к ней, на съёмках и в жизни.

Кер Макрис.

Как она его любит!

С ним хорошо и спокойно – с ним тепло!

Анима вспомнила себя в его объятиях… Как ей было хорошо с ним! Как просто и как счастливо!

Она найдёт его – сама, и пусть он скажет ей в глаза, что не хочет быть с ней!

### Глава 3


Кер


«Я уничтожила себя,

И живу только ради тебя,

И если я люблю тебя,

Я люблю себя»[11]


Он возвращался, возвращался домой после встречи с Биллом.

Они хорошо поговорили – как отец и сын!

Кер понял, что надо было давно его навестить – не бояться!

Внутренний голос спросил его, – Чего ты боялся? Его?

Кер понял: боялся нарушить его покой! Ему казалось, что «мальчик по имени Билл» успокоился и живёт счастливо, у него даже, возможно уже есть детишки…

«Мальчик по имени Билл»!

Кер закурил.

Внутренний голос сказал ему, – Не хочешь позвонить девочке по имени Анима?

Хочет, конечно!

Но не станет, может, она тоже уже успокоилась!

– Ты же знаешь, что, нет! – Вновь сказал ему этот внутренний голос.

Он мысленно посадил себя на цепь – он понял, что если не посадит, не остановится!

У них нет будущего, – трагедия в том, что у них нет будущего – можно пережить любую трагедию, но не отсутствие будущего!

Как безжалостно она с ним поступила, Лаура! Она и сама не представляет, насколько, безжалостно! Она отняла у него смысл жизни…

И что-то в нём зверело, неистовствовало, умирало от одной этой мысли: Анима, возможно, его дочь!

Кер не хотел знать правду – он не сможет с ней смириться, он себя знает – просто, не сможет, он сойдёт с ума!

Поэтому он выбрал уйти, – пока ещё может, уйти!

Пока ещё он только влюблён, пока ещё не полюбил – ещё возможно уйти!

У него вновь всё разболелось – нервы, просто боли, просто тупая боль в области торса.

Как его тянет к ней, Господи! Он и забыл что это такое, страсть и желание быть с кем-то!

И эта музыка в его машине – Modjo – «Lady»:


Леди… Слушай меня этим вечером,

Ведь моё чувство реально,

Ведь мы танцуем в лунном свете.

Ты не видишь восхищения в моих глазах?


Леди… Я просто чувствую,

Что не забуду тебя никогда.

И чувствую любовь с первого взгляда,

И я знаю, что это правда, я могу сказать, посмотрев в твои глаза.


Кер подумал с нежностью, – Малышка моя, что ты сейчас делаешь?

### Глава 4


Анима


Дом Кера был построен в стиле Райта и хорошо вписывался в окружающий ландшафт – лес и озеро!

Она вошла в дом – двухэтажный дом у самой воды.

Дом казался одиноким и недовольным своим одиночеством, как пожилой господин, оставшийся без родни – внутри было темно и душно.

Коста сообщил ей все пароли – позаботился о том, чтобы она не ждала Кера на улице.

Она вошла в холл, поставила сумку на пол.

Кер, возможно, разозлится на неё за то, что она приехала, но лучше сделать, чем не сделать!

Ей стало не по себе от мысли о том, что он может её выгнать, а он может – он же решил расстаться с ней!

– Буду как рыба прилипала! – Весело подумала Анима, весело и немного испугано.

### Глава 5


Кер


У ворот дома стояла машина – Ситроен, малолитражка мятного цвета. Он удивился; кто приехал? Понял, или почувствовал… Анима!?

Кер ощутил, как сердце забилось чаще, а боль что мучает его, стала проходить.

Он взбодрился, напустил на себя неприступный вид и пошёл в дом.

Да, это была Анима – пахло ею – парфюмерной водой YSL Mon Paris Intesement.

Кер почувствовал радость и счастье, заулыбался – смелая девочка!

В доме было прохладно, шторы раздвинуты – светло!

Пахло кофе, чем-то жареным, и цветами – он увидел букет полевых цветов в изящной вазе. Он и не знал, что у него есть такая ваза…

Кер подумал, – Сколько ты уже тут? Часа два-три? А дом ожил, и я ожил…

Он ощутил тоску и нежность, подумал, – Любимая, я же к тебе привыкну!

Он ощутил боль – он не хочет с ней расставаться!

### Глава 6


Анима и Кер


Кер приехал домой.

Они посмотрели друг на друга, – заглянули друг другу в глаза.

– Привет, любимый!

– Привет, Анима!

Они так спокойно восприняли друг друга, словно не расставались – словно уже привыкли друг к другу.

– Как дела, медвежонок?

Она подшучивала, смотрела в глаза, смотрела неотрывно, так, словно боялась потерять его из виду.

Кер улыбнулся – заулыбался.

– Хорошо, ангел мой. А у тебя?

– Не очень.

– ¿Por qué?[12]

– Ты уехал!

Он заглянул ей в глаза.

– Не мог остаться!

– Почему?

– Кое-что произошло.

– Что?

Анима вновь заглянула Керу в глаза.

– Не могу сказать.

– Хорошо. Скажешь, когда сможешь заговорить об этом!

– Анима!

– Что?!

– Уезжай! Пожалуйста!

Она подошла к нему, прикоснулась – к предплечью, к руке, – к кисти, погладила.

– Dos cabezas mejor que una…[13]

Посмотрела в глаза.

– Не надо – не страдай один, – в одиночестве!

Подняла руку, прикоснулась к щеке.

– Ты уже настрадался в одиночестве!

Он смотрел на неё, такой интересный – подстригся, волосы стали немного короче, а стрижка стала выглядеть аккуратнее, над верхней губой появились стильные усы…

Анима заулыбалась – он нравится ей даже с усами!

– Нравлюсь?

Улыбка на его губах цвета зрелой сочной вишни… Глаза вспыхнули, – засияли.

– Спрашиваешь!

Он засмеялся, посмотрел на неё счастливо и влюблённо.

А потом:

– Уезжай… Умоляю!

### Глава 7


Кер


«боль, закрытая наглухо,

на рыданья скупа,

кристаллической давности

соляная крупа.

есть ещё полудетская

боль слезливой смолы,

словно клетка немецкая,

где немеют щеглы.

но иная, нездешняя,

с прошлым видится связь -

отболеть да и выпорхнуть,

рассыпаясь, кровясь»[14]


Какая она красивая, его юная девочка! Какая она… домашняя, простая – своя!

Он посмотрел на её чёрную футболку с принтом AC/DC на груди, голубые джинсы-бананы… Улыбнулся – Своя!

– Ты что-то готовила? – Спросил её, Кер. – Пахнет чем-то жареным…

– Хлеб с чесноком и помидором… Пан кон томате!

Анима смущённо улыбнулась.

– Есть захотела!

– А мне оставила?

Он подтрунивающе улыбнулся.

– Угу, – там…

Она кивнула на столешницу.

Кер удивился.

– Оставила?!

– Конечно!

Он недоверчиво посмотрел на неё, встал, и подошёл к столешнице – на тарелке под крышкой клош лежал хлеб. Кер взял один ломтик, попробовал…

– Вкусно!

Французский багет был разрезан на ломтики, и чуть-чуть поджарен на оливковом масле, натёрт чесноком – сверху тёртый помидор.

Анима смущённо улыбнулась.

– Хочешь, я, приготовлю ужин?

– Умеешь готовить? – Мягко спросил Кер.

– Да… Довольно-таки неплохо.

Они посмотрели друг другу в глаза.

Кер понял: она боится, что он снова будет просить её уехать. Он понимал; сказать «да» значит, продлевать агонию – не только свою, но и её!

– Не надо, я сам. Ты скоро уедешь.

Анима посмотрела на него с тоской и болью, и тихо сказала:

– Не выгоняй!

Кер посмотрел на хлеб в своей руке, положил обратно на тарелку, закрыл крышкой.

– Я же тебе сказал; между нами всё кончено.

### Глава 8


Анима


Она не знала, как до него достучаться – он не желал понять её, просто не желал, и всё!

Анима почувствовала глухое отчаянье и боль.

Как до него достучаться?!

Она вдруг сказала ему, сама не своя:

– Я же вижу, как ты на меня смотришь… Почему?

Посмотрела ему в глаза.

– Почему ты не позволяешь мне быть с тобой?!

– Мы не подходим друг другу, Анима.

– Почему?!

– Я старше тебя, – на много лет, старше. К тому же…

– Что?!

Он посмотрел ей в глаза.

– Неужели ты думаешь, что ты – у меня одна?

Анима почувствовала, что краснеет – лицо, глаза, глаза наполнились слезами.

– Не одна? У тебя есть другие женщины?

– Есть…

Его чёрные глаза, казалось, стали ещё чернее.

– Отдохни. Я приготовлю ужин, мы поедим, а потом я отправлю тебя домой!

### Глава 9


Кер


Его вновь объяла боль.

Эта странная сковывающая ноющая боль!

Когда-то он переохладился… и Миозит стал его лучшим недругом!

Кер подумал с усмешкой, – Этот недруг – самый верный, он всегда с ним, недруг Боль!

Он подумал, – Надо позвонить Косте и попросить намазать его волшебной мазью от этой боли египетской!

Анима ушла в гостиную – он обидел её, сделав вид, что не понимает.

Кер подумал, – Чтобы понимать тебя, надо всё тебе отдать, а я бы и отдал, да не могу!

Эта мысль вновь начала мучить его: Лаура отняла у него его самого!

Он порезался, нарезая тыкву – хотел сделать вок: лапша с тыквой и грибами…

Кер смотрел, как кровь капает на столешницу, и было больно, но больнее – его малышка, сидящая в гостиной и не идущая к нему… Обидел!

Аптечка в гостиной, не напугать Аниму не получится.

Кровь капала, капала, а ему казалось, что это – шампанское, опьянён… Пьян, от любви!

### Глава 10


Кер и Анима


– Я не буду ужинать…

Анима вошла в кухню, и увидела Кера, завороженно смотрящего на свою руку, с которой капает кровь.

– Кер!

Она быстро подошла к нему.

– Кер!.. Боже!

Он посмотрел на неё с такой грустью, словно солнце и луна поменялись местами, и на земле теперь всегда будет темно полутьмой.

– Кер!? – Испуганно взмолилась Анима.

Она взяла кухонное полотенце и обернула его руку.

– Сядь!

Посадила на стул.

– Где аптечка?!

– В гостиной.

Кер сказал, где именно.

Анима сходила и принесла.

– Кер?

Она посмотрела ему в глаза.

– Что случилось?!

– Порезался!..

Он улыбнулся её карим глазам.

– «Порезался»?

Анима выразительно посмотрела на него, посмотрела с укором.

– Так больно, что порезался!?

Он заглянул ей в глаза – он был очарован!

– Да.

Кивнул.

– Любимый!.. Поделись со мной!? Что произошло?!

– Не знаю, как тебя отпустить!

Анима поняла, посмотрела на него с любовью.

– Не отпускай!

Она нежно обняла его, прижалась к нему, прижала его к себе.

– Не отпускай… Умоляю!

### Глава 11


Анима и Кер


Нина Симон пела рядом с ними «Ain't Got No – I Got Life»:


У меня нет дома, нет обуви,

Нет денег, нет класса,

Нет юбок, нет свитера,

Нет духов, нет постели,

Нет мыслей.


Нет матери, нет культуры,

Нет друзей, нет образования,

Нет любви, нет имени,

Нет билета, нет талисмана,

Нет Бога.


И что у меня есть?

Почему же я всё равно жива?

Да, что у меня есть,

Чего никому не отнять?


Кер ел без аппетита. Анима видела, что ему нехорошо.

– У тебя что-то болит?

Он удивился, – посмотрел на неё с удивлением и смущением.

– Да…

– Что?

– Спина.

– Травма? – Удивилась она.

– Нет, – Миозит – старая недобрая болячка!

– А что это такое?

– Воспалительный процесс в скелетных мышцах…

Кер заглянул Аниме в глаза.

– Это общий термин. В моём случае – кости ноют, – ломает.

Она улыбнулась – со смущением тоже.

– У меня так болят ноги – на перемену погоды!

Улыбнулась подтрунивающе.

– Не списывай на возраст!

Кер засмеялся. Счастлив… Необыкновенно!

– У тебя есть обезболивающая мазь? – Спросила Анима. – Когда у меня болят ноги, я намазываю их мазью, и становится легче.

– Есть.

Они заглянули друг другу в глаза.

– Давай намажу спину, Кер!?

– Мой ангел, я же живой!..

– Я тоже, Кер, я тоже!


Кер дал Аниме мазь.

– Волшебная мазь!

Заулыбался.

– «Волшебная»?

Она тоже заулыбалась – они, смотрели друг на друга счастливыми глазами.

– Ну, снимай рубашку, ковбой!

Он прыснул со смеху.

– Почему «ковбой»?!

– У тебя крутые сапоги – я видела!

– Понравились?

– Очень!

Кер заглянул Аниме в глаза, подумал, – Как с тобой расстаться!? Это возможно?! Расстаться с тобой!..

Он вновь подумал о Лауре, – матери Анимы.

– Какая страшная ошибка! – Подумал он.

– Помочь?

Анима посмотрела Керу в глаза.

– Снять рубашку…

– Я сам!

Снял – красивую бежевую рубашку.

– Ты носишь красивые рубашки!

– Будем говорить о рубашках?!

Как взволнованно прозвучал его голос…

– Кер?!

– Да?!

– Почему ты уехал?! Что произошло?!

– Я не могу быть с тобой!

– Почему?

Она посмотрела на него так спокойно… Это удивило его – нежно и спокойно!

– Я испорчу тебе жизнь, Анима.

– Называй меня «Ани»!

– Дурочка!

– Просто скажи мне; Ани, я не могу быть с тобой!

Кер расхохотался, так бурно… Посмотрел с блеском в глазах, – ласково и очарованно.

– Умеешь ты быть Женщиной!

Анима посмотрела ему в глаза.

Шепнула:

– Ты меня научил… Помнишь?!

Кер вновь захохотал, – откинул голову назад, и хохотал. И смех звучал горячо и влюблённо.

– Коготок увяз – всей птичке пропасть, да, Ани!?

На этот раз расхохоталась она, расхохоталась сладко, – допьяна.

– Ты говоришь обо мне, или о себе?!..


Они сели на диван в гостиной – Анима не торопясь, намазывала мазью спину Кера.

– Не хочешь поторопиться?

– Не хочу!

Мазь пахла деревом и апельсином – пряно, – резковато, но приятно.

Баночка была алюминиевой с гофрированной крышкой без этикетки.

Анима поняла, что мазь – от частного производителя.

– Кто приготовил эту мазь?

– Местная ведьма—Майя, – жена и дочь Эекатля!

– «Ведьма»? – Очень удивилась она.

– Угу.

– Ты шутишь!?

– Нет, – только её мазь и помогает – снимает боль сразу!

– А кто это Эекатль?

– Бог.

Анима удивлённо посмотрела на Кера.

– А почему «жена и дочь»?

– Он – её отец, и муж.

– Как странно!

– Да!

– Не доверил дочь смертному мужчине?

– Не знаю!.. Легенды они такие – странные!

Анима закутала Кера кардиганом – он откинулся на спинку дивана.

– Можно к тебе? – Спросила она нежно, с тоской.

Он посмотрел ей в глаза – он не мог сказать ей, «нет», – он не мог отказать себе!

– Не в этом, – Подумал Кер. – Не в этом! Чтобы отказать себе в этом, надо начать ломать себя!

– Да, – Сказал он, Аниме. – Можно!

Внутри себя он понимал: он уже всё ей разрешил! Не себе – ей! Они же были близки – он сделал её женщиной!

– Значит, и себе! – Подумал Кер.

Анима забралась к нему на колени, легла на грудь.

– Тебе легче?

– Да.

– И мне.

Он улыбнулся.

– Потому, что мне легче?

– Потому, что я могу к тебе прикоснуться!

Кера зазнобило от желания.

Он понял – ощутил, что боль прошла, – всё прошло – успокоился, Анима рядом – успокоился!

Ему не было покоя все эти дни, он понимал: он уехал от любимой!

Он успел привыкнуть к ней за несколько дней – он тосковал по ней! По близости с ней, по её объятиям, весёлому нраву, поцелуям, разговорам с ней – по всему с ней!

Он влюблён – он страстно влюблён!

Внутренний голос спросил его, – Что будешь делать? Скажешь ей, что, возможно, она – твоя дочь? Что она – возможно, влюблена в своего отца!

Кер вспомнил «– А кто это Эекатль?

– Бог.

– А почему «жена и дочь»?

– Он – её отец, и муж.

– Как странно!

– Да!

– Не доверил дочь смертному мужчине?

– Не знаю!.. Легенды они такие – странные!».

Он подумал, – Смогу ли я отдать тебя другому мужчине?

Он вспомнил, как у него внутри всё перевернулось, когда Анима сказала ему, что Локк живёт в её номере, в отеле. В глазах потемнело от… желания быть с ней, – самому!

Как он был зол на неё – она не понимала: Локк – друг, но мужчина, пусть и юный!

Кер поднял руку, и погладил Аниму по голове.

– Я пойду спать. Твоя комната – комната для гостей.

– Хорошо!

Анима поняла его: он не подпускает её к себе… близко.

### Глава 12


Анима


Утром следующего дня Кер уехал в офис – помогает брату вести бизнес. Он не стал просить её уехать, спокойно отнёсся к её желанию приготовить обед, и просто отдохнуть.

Анима спросила Кера, как он себя чувствует, и он ответил ей; лучше, – намного, лучше!

Они позавтракали, и Анима проводила Кера до машины.

– Ты приедешь на обед?

Он улыбнулся до ямочки на щеке.

– Пока не знаю…

Посмотрел ласково, с трепетом.

– Хочешь, чтобы, я приехал?

– Хочу!

Она заглянула ему в глаза, прикоснулась к предплечью.

– Я буду рада…

Улыбнулась с нежностью и любовью.

– Нет!.. Я буду счастлива!

Кер посмотрел на неё с интересом, чёрные глаза заблестели.

– Я приеду.

– Правда?!

Анима обрадованно заулыбалась.

– Чтобы увидеть тебя счастливой!


Она сходила в душ, помыла голову, нанесла чуть-чуть макияжа, и задумалась; что приготовить на обед? Анима поняла, что забыла спросить Кера, что он любит есть, – какие блюда, к чему он привык!

В двери позвонили – Анима удивилась; кто это?

Она пришла в холл и посмотрела в монитор видеодомофона: у ворот стояла женщина – брюнетка в возрасте.

Анима, почему-то, поняла, что это – мать Кера.

Открыла.

Женщина вошла в дом.

Красивая – потрясающая фигура! Высокая, с шапкой чёрных вьющихся волос…

– Кто вы?!

Анима встретила её полный недоумения взгляд.

– Гостья Кера.

– «Гостья»?!

Вновь недоумение.

– А где ваши родители, «гостья моего сына»?!

Аниме стало больно от её пренебрежения.

– Я – совершеннолетняя, если вы об этом.

– Да? А выглядите лет на пятнадцать!

– Перестаньте! – Одёрнула её, Анима. – Моя молодость не повод для издевательств вашей зрелости!

Женщина возмущённо фыркнула.

– Я сейчас же позвоню сыну!

– Хорошо.

Анима развернулась, и пошла в гостиную.


– Меня зовут Сантана.

– Меня – Анима.

– Вы встречаетесь с Кером?

– Я с ним – да, он со мной – не знаю!

Красивая черноволосая женщина, похожая на изящную птицу, прыснула со смеху.

– То есть, вы, решили, что он – ваш!?

– Я не «решила», я – знаю!

– Каким образом?

– Когда думаешь о ком-то больше, чем о себе… разве это не Судьба!?

Сантана смутилась.

– «Судьба»?

– Любить!

Анима посмотрела ей прямо в глаза.

– Необязательно мужчину! Кого-то необъяснимо родного – родство необъяснимо!

– Да…

Сантана усмехнулась.

– И не сродство в родстве!

Анима удивилась.

– Значит, вы любите моего сына.

– Люблю.

– И не боитесь?

Сантана колюче, с насмешкой заглянула Аниме в глаза.

– Чего?

– Что он никогда не полюбит вас так, как любит свою жену!

– Не боюсь.

Мама Кера посмотрела на неё с ехидцей.

– Почему?!

– Даже если мне достанется только капелька его любви, я буду счастлива!

Сантана изменилась в лице.

### Глава 13


Кер


Он ехал домой!

Счастливый!

Домой!

Он ехал к Аниме!

Он хотел быть с ней – хотел к ней, обнять, забыться!

Кер Макрис был счастлив.

Он понимал… всё! И не хотел об этом думать!

Понимал!

– Если Лаура права, – Думал Кер. – То, что? Незачем жить? Опять… Незачем!

Он вспомнил «мальчика по имени Билл».

Понимал ли он его боль?

Понимал ли, что его боль – боль не мальчика, это боль мужчины лишившегося любимой!

Не понимал…

Понял только сейчас, сейчас, когда сам боится лишиться любимой!

Кер почувствовал, что прошлое не так страшно мучает его – мучает, но уже не хочется проснуться в ужасе, – нет ощущения, что всё это сон.

Полы – его жены, не стало в его жизни слишком внезапно – просто дом обрушился…

Всё рухнуло!

Вся его жизнь, рухнула!

У жены случился инсульт через несколько дней, после гибели их дочери – она жива, но не жива, она никогда больше не будет ждать его дома.

Мозг умер четыре года назад – есть тело, тело, лежащее в паллиативном центре, а жены давно нет…

Мама – Сантана, просила его (и просит) дать Поле умереть.

Для него она жива.

Как дать умереть живому – Своему, – тому – той, что считаешь Своим!?

Как они любили друг друга! Все – втроём, – любили! Он так и не забрал у мамы Куки – собачку дочери…

### Глава 14


Анима и Кер


Он приехал… ковбой!

И она забылась, побежала ему на встречу!

Он обнял её, приподнял, обвил руками, прижал к себе.

– Как я соскучился!

– И я, Кер!

– Малышка моя!

– Кер!

Анима обняла его за шею, прижалась к нему.

– Я долго?!

– Очень долго!

– Прости!

– Я уже!

– «Уже»?!

– Всё, простила!

– Я люблю тебя, Анима!

Анима отстранилась, посмотрела Керу в глаза.

– Ты не расстанешься со мной?!

– Я не знаю… Я не знаю, хватит ли у меня сил – расстаться!

Она посмотрела на него с нежностью и любовью.

– Зачем нам расставаться?!

– Я тебе всё объясню!

– Не объясняй! Я не хочу ничего знать! Я хочу только одного – быть с тобой!

– Я тоже хочу…

Кер смотрел на любимую, смотрел… Какая она… Своя!

– Малышка моя!..

Он заглянул ей в глаза.

– Ты мне очень нравишься!

– А ты – мне!

Анима прикоснулась к лицу Кера, погладила.

– Ты мне тоже очень нравишься, любимый!

Анима нежно поцеловала его в губы, и он закрыл глаза, не стал отталкивать, – не смог, – не смог бы оттолкнуть!


– Что ты приготовила на обед?

– Я забыла спросить тебя, что ты любишь… Приготовила курицу, – запекла в духовке с имбирём и апельсином – на гарнир: булгур с томатами!

– Любишь томаты, малышка?

– Люблю!..

Анима посмотрела Керу в глаза.

– Тебя!

Он заулыбался, – на щеке появилась ямочка.

– Я так влюблён в тебя, милая!

Она тоже заулыбалась, засветилась счастьем.

Они сели за стол в красивой кухне Кера, – сели рядом – близко.

– Ты останешься? После обеда!?..

– Хочешь побыть со мной? – Улыбнулся Кер.

– Очень!

Анима посмотрела ему в глаза.

– Не уезжай! Побудь со мной! Ты хочешь?!

Кер поднял руку, и ласково погладил любимую по щеке.

– До безумия!

– Я…

Она смутилась.

– Я хочу спросить… Можно?!

Они заглянули друг другу в глаза.

– Да, малышка, – спрашивай!?

– У тебя, правда, есть другие женщины?!

Кер заулыбался – с волнением, засмущался.

– Нет. Никого у меня нет!

– Почему сказал, что есть? – Тихо спросила Анима.

– Не знал, как с тобой расстаться!

– Зачем расставаться?! – Больно спросила она.

– Есть кое-что.

– Я не хочу ничего знать!

Кер посмотрел на неё, подумал, – Боишься? Почему? Что ты чувствуешь?

Он вдруг сказал ей:

– Давай погуляем? После обеда!.. Если ты не сильно устала… Давай?!

Анима удивилась, – посмотрела на него с удивлением.

– Давай! Куда пойдём?

– Куда-нибудь, – Улыбнулся Кер. – Поместье большое…

– «Поместье»? – Удивилась она. – Ты богатый человек?

– Скорее удачливый.

– «Удачливый»?

– Несчастливый, но удачливый.

Анима смутилась.

– Можно быть несчастливым, но удачливым?

– Как сказал один человек: я не создан для счастья – я создан для денег.

– Что за чушь!

Кер улыбнулся – её глазам, её юности.

– Думаешь, чушь?

– Уверена!

Она обняла его, – обняла за шею, прижалась к нему.

– Не придумывай, дурачок!


Они вышли на улицу, – после обеда, они вышли прогуляться.

Кер вновь надел один из своих тёплых свитеров, – шерстяной, кремового цвета с круглой горловиной.

– Как ты заболел? Этим… Мио…

– Миозит.

– Да!

– Родители погибли.

Анима посмотрела на него с болью и с сожалением.

– Сколько тебе было лет?!

– Шесть.

– А Косте?!

– Четыре. Он был страшно напуган – всё время плакал.

Аниме тоже захотелось заплакать.

– У вас никого не было?! Кроме родителей!..

– Тётка. Но она не захотела нас взять.

– Взяла мама Сантана!?

– Да – мама Сантана!

– Как больно!..

Её это поразило, равнодушие одного человека и неравнодушие другого.

Анима подумала, – Что делает человека – Человеком? Способность пожалеть? Или способность увидеть своё, – в чужом – Своё!

Она вспомнила «– Когда думаешь о ком-то больше, чем о себе… разве это не Судьба!?

– «Судьба»?

– Любить! Необязательно мужчину! Кого-то необъяснимо родного – родство необъяснимо!

– Да… И не сродство в родстве!».

Сейчас слова Сантаны поразили её – «И не сродство в родстве!»…

– О чём ты думаешь?

– Мне жаль, – жаль, что жизнь беспощадна и… благостна?.. Жаль!

– «Благостна»?

– Вы потеряли, но обрели – женщину по имени Сантана, – маму!

– Да, – Сказал Кер. – Да!

Он внимательно посмотрел на неё, – какая она необычная – не по годам… Его Анима!

Он вновь подумал, – Как с тобой расстаться?! Это возможно!?

Анима остановилась, посмотрела на Кера.

– Почему ты не занимаешься со мной любовью? Что не так?

Он порывисто поднял руку, погладил её по щеке.

– Всё так!

– А к себе не подпускаешь…

У Кера внутри всё перевернулось – он нежно взял лицо любимой в руки.

– Мы не можем быть вместе, Анима!

– Почему?!

Она заплакала.

– Что я сделала не так?!

– Малышка моя, это я… Я виноват!

– В чём?!

– Во всем!

Он посмотрел ей в глаза.

– Я никогда не скажу тебе правду! Я ставлю, точку в наших отношениях! Ты должна уехать!

Анима подошла ближе, взяла край его свитера, подняла, погладила живот – грудь, и Кер застыл, застыл, как кролик перед удавом – в страхе и в восторге. Смотрел на неё, смотрел, как завороженный, – растаял!

– Ну, я поехала!

Убрала руки.

И ему захотелось завыть, – зарычать, от желания!

### Глава 15


Кер


Два дня спустя


И она уехала, не хотела уезжать – уехала!

Кера охватила такая боль, что, пока не выпил текилы – легче не стало!

Он понимал, что поступил правильно, только… скучал, – соскучился сразу, как только Ани уехала!

Как она преобразила его жизнь своим присутствием, своей любовью и заботой! Какая она добрая и весёлая, – он с ней воспрянул духом…

Как он скучает по ней, Господи! Как с ней хорошо – легко, – спокойно, как он влюблён!

Солярис Тарковского по телевизору… Крис и Хари в невесомости – Кер всё не понимал эту сцену, а теперь понял! В космосе… они в своём космосе – влюблённые… как звёзды – в космосе, светят загадочно и неведомо!

Анима тоже светит ему, светом странным, светом непонятным, но счастливым! С ней хочется жить!

### Глава 16


Анима


Она не уехала, – заселилась в отель, заболела – болезненные месячные! Лежала, и было больно.

Как она его любит!

И как скучает!

Неужели всё?!

Неужели, он, правда, от неё отказался?!

Какая невыносимая мысль!

Всё её тело страдало по нему – грудь, лоно… Всё!

Какой он нежный – любовник, – человек! Как с ним хорошо!

Анима испугалась этой мысли: она больше никогда не будет счастлива!

Он дал ей что-то… Он дал ей больше, чем дали другие – тепло!

Внутренний голос спросил её, – И ты не боишься? Не боишься любви мужчины, который старше тебя на двадцать три, года!

И она ответила этому голосу, – Его – нет!

### Глава 17


Кер


Мама позвонила ему, и попросила помочь – сломалась дверца шкафчика на кухне!

Он приехал – он всегда рядом и она это знает!

– Здравствуй, сын!

Мама посмотрела на него с нежностью.

– Привет, мам!

Кер поцеловал её, обнял.

– Как ты, мама?

Посмотрел в глаза.

– Хорошо, любимый. А ты?

– И я, – хорошо!

– Правда?

Сантана посмотрела на своего любимого сына задумчиво.

– Я сама Честность, мам, ты же знаешь!

Заулыбался – рассмеялся.

– Ну-ну.

Она тоже рассмеялась.

Она умирала от любопытства – хотела спросить о той, о молоденькой девочке ждущей его дома!

– Влюбился? – Подумала она. – Наконец-то! А то всё один да один!

Улыбнулась про себя: пусть и в эту бойкую малышку!

Как она ей понравилась, девочка! Не испугалась… ни её, ни своей любви! Интересная…

– Как твои дела, сын? Что у тебя нового?

– У меня? Да ничего!..

Сантана заулыбалась вновь.

– Это же я, твоя дорогая мама – мне можно сказать всё!

Кер расхохотался.

– Я сказал!

Посмотрел в глаза, весело, с любовью.

– Я тебе доверяю, мам, ты же знаешь!

Сантана поняла, что не готов сказать, – не готов делиться – чувствами, ещё не пережил их внутри себя. Он всегда был таким, её старшенький – ему нужно время, чтобы поделиться чувствами – он поделится, но не сейчас!

Она заметила в ребёнке перемену – так улыбается… Как раньше!

### Глава 18


Анима


Анима пошла прогуляться – устала лежать! Она чувствовала себя нехорошо, но решила, что на улице станет легче. На улице, и правда, стало легче, но разболелось сердце – стало тяжело.

Анима поняла, что нужно было лежать. Как давно у неё не было таких тяжёлых месячных – всё болит!

Она зашла в кафе, выпила чаю с пряником – стало лучше.

Внутренний голос сказал ей, – Почему не уезжаешь? Чего ждёшь?

Анима знала чего – Кера!

Она подумала, – Человек всегда так живёт? Надеждой… Надеждой, которая глупа!

Она подумала, – А может, это я – глупа, влюбилась в мужчину, которому я не нужна!

Анима прислушалась к интуиции: не, не нужна – что-то другое… Не говорит – что-то другое!

Другая женщина?

Нет.

Она вспомнила, как Кер замирает, когда она прикасается к нему – какими глазами смотрит!

Улыбнулась.

Такой очевидный!

Как он вспыхнул, когда она погладила его – живот, грудь! В глазах было: продолжай, – не останавливайся – продолжай!

– Любимый! – С нежностью подумала Анима. – Что не так?

Она вспомнила, какие у него руки, большие и тёплые – добрые! Как Кер обнимал её тогда, в отеле в момент их первой близости.

Как он целовал её! – С каким трепетом и нежностью, что ей было не страшно… не страшно, стать женщиной в его объятиях!

Анима вновь подумала, подумала влюблённо и нежно, – Мой красивый седеющий мальчик, что не так?

### Глава 19


Кер


Он не хотел домой – там нет Анимы, не хотел!

Затосковал.

Запереживал: Анимы нет дома пару дней, а он… беспокоится!

– Где ты? – Думал Кер. – С кем?! С Локком?

Соскучился!

Если бы не Лаура, он бы её не отпустил, Аниму!

Как она ему нравится, Господи! Какая она необыкновенная юная женщина! Сколько в ней женского…

Улыбнулся.

Кер смотрел на город, на людей – все к кому-то возвращаются! – Есть к кому!

Ему хотелось только одного: найти Аниму, обнять, прижаться к ней и быть вместе! Забыть про слова Лауры – быть вместе!

Он понимал, что она может быть и не права, Лаура – он это понимал! Но если она права, то что?! Он сгорит в аду?

Кер подумал, – Я там уже столько лет, – так долго!.. Уже не страшно – страшно, жить без любви! Человек жив любовью – страшно! Страшно умирать без любви…

### Глава 20


Анима


Ей стало плохо – упала!

Вышла из кафе, и упала.

Сама не поняла, что произошло!

Просто – плохо!

Голова кружится, живот болит, грудь болит – всё!

Её быстро окружили люди, начали спрашивать, что с ней – кто-то дал воды, протёр руки, помог встать и уйти с жары в помещение с кондиционером, сесть на стул.

Аниме стало лучше.

Она увидела Сантану.

– Ну, привет!

Красивая черноволосая женщина смотрела с тревогой.

– Здравствуйте!

Аниме было – всё ещё нехорошо, трясло, и руки дрожали.

– Я позвонила сыну. Он сейчас приедет и заберёт вас!

– Нет…

Анима покачала головой.

– Он не хочет меня видеть… Мы – расстались!

– Да?

Мама Кера посмотрела на неё, приподняв красивую тонкую бровь – насмешливо.

– Ничего не знаю! Ребёнок мне ничего не говорил!

– «Ребёнок»?

Анима улыбнулась, забывшись.

– Он – добрый, только немного очерствел в своём одиночестве! Мужчинам, Анима, нельзя быть одним – они теряют себя!

Сантана заглянула ей в глаза.

– Не надо его бояться, Кер только с виду медведь, а в душе – медвежонок! Он – хороший человек и чувствительный мужчина – вы будете счастливы с ним!

Анима удивлённо посмотрела на Сантану.

– Я ему, возможно, не нужна!

– Он тоже так думает, что он, возможно, вам не нужен… Вы ещё не поняли друг друга – ещё рано!

– Что «рано»?

– Чтобы «за тобой хоть на крест»!

– А когда будет не рано?

– Когда придёт ощущение Судьбы!

Аниму поразили слова Сантаны.

Её поразила незаурядность этой женщины.

– Мама, что произошло?! – Раздался рядом с ними голос Кера, вошедшего в магазин.

– Привет, сын! – Сказала Сантана, как будто с укором.

Она закрыла Аниму собой, женщина по имени Сантана…

– Что же это ты… Недосмотрел – твоя юная любовь лишилась чувств около кафе господина Балама!

Сантана отошла, и Анима увидела Кера – их глаза встретились.

Сантана насмешливо, с лаской к сыну, добавила:

– Девочка, возможно, беременна, а ты не с ней!..

Кер изменился в лице.

– Что? Ты беременна?!

Анима не успела ответить – Кер быстро подошёл к ней, и обнял её.

Анима была потрясена.

– Дурочка! Надо было мне сказать!

– Кер!

– Я рад… Я счастлив! Ничего не бойся!

– Быстро же вы!.. – Поражённо рассмеялась Сантана.

### Глава 21


Кер и Анима


Он был счастлив.

Он был так счастлив, что забыл прошлое.

Кер подумал о том чернокнижнике из Санта-Фе, к которому хотел поехать, – о котором всё думал и думал… Этот человек может лишить человека памяти, стереть её, как капли дождя со стекла…

Как много он думал об этом – забыть!

Имел ли он на это право, забыть? Это было бы правильно? Не жестоко? Не беспощадно к тем, кто «светит ему в небесах»?

Кер посадил Аниму в машину, пристегнул ремнём безопасности, ласково прикоснулся к щеке – погладил.

Малышка, правда, беременна, или это сон? Сон, в котором он счастлив – сон, в котором он начинает другую жизнь!

Кер вспомнил пьету Ронданини[15] – Христос и Мария «сплавлены» в одно. Вдвоём в этом одиноком мире, – скорбном мире!

Кажется, что Богоматерь учит ребёнка ходить, – после всех смертей – учит! И ребёнок её плачет, но идёт – шаг за шагом – в жизнь!

Он понял, что никогда никуда её не отпустит, – если Анима беременна, не отпустит! И будь он проклят!

### Глава 22


Анима и Кер


Какой он красивый, мужчина по имени Кер… Мужчина, одетый в красивую синюю рубашку в тонкую белую полоску из плотной ткани.

Она засмотрелась на его массивную шею, – на грудь, виднеющуюся в открытом воротнике рубашки – красивый!

Анима ощутила, как её сердце тянется к нему, – как она скучает по нему!

Чувствует ли он, если не то же самое, то хотя бы чуть-чуть думает о ней?

Он вдруг показался ей совсем молодым – мальчишкой! Мальчиком с сединой на висках…

Как странно!

Анима поняла, что так она чувствует его сердце – воспрянул духом, стало легче, стало веселее жить!

Суровость, конечно, не ушла – не ушла горечь – он моментами так горько усмехается, – горько складывает губы!

Ей захотелось погладить его, – прикоснуться к лицу – погладить! Любовь жива нежностью, невозможно представить отношения влюблённых без нежности!

– Ты познакомилась с моей мамой!?

Кер глянул на Аниму.

– Да.

– Когда?

– Она приходила.

– Мне не сказала!

Недовольство в голосе Кера… Металлическая нота.

– Извини, пожалуйста.

Анима почувствовала себя несчастной – она его раздражает!

– К чёрту извинения! – Вспылил он. – Ты говоришь мне то, что считаешь нужным!

– Я… – Начала она. – Я…

– Жалеешь, что встретила меня!? – Севшим голосом сказал Кер. – Жалеешь, что беременна от меня!?

– Не жалею!

– Разве?

Они посмотрели друг на друга.

Анима заглянула ему в глаза.

– Разве чувствуешь, что жалею?

Она прикоснулась к нему, – к его ноге – к бедру, провела рукой, погладила.

– Разве в том, как я смотрю на тебя, есть сожаление?

– Нет, Ани.

Кер сглотнул, – как голодный, сглотнул.

Он посмотрел на дорогу перед ними.

– Я не беременна, Кер, но я бы хотела, я бы хотела, чтобы у нас был ребёнок – я знаю; я сделала бы тебя счастливым! Знаю, – я всё знаю, Кер, любимый!

Он вновь посмотрел на неё, посмотрел с таким томительным желанием, что Анима почувствовала боль внизу живота.

– Нам нельзя!

– Чего «нельзя»? Любить друг друга? – Удивилась Анима. – Почему?!

Кер вновь посмотрел на дорогу.

– Возможно, я – твой отец…

Он глянул на любимую.

– Девичья фамилия твоей матери – Казатти, вы – наследники несчастного графа Казатти!..

Его глаза покраснели.

– Проклятые – проклятые им самим же, – любить и никогда не быть счастливыми – вы перед ним согрешили!

– Да.

Анима знает эту историю, эту «сказку старых времён».

– Значит, ты был знаком с Лаурой!?

– Да.

– Ты был женат, когда… Что? Влюбился в неё?

– Был!

Кер взял Аниму за руку, – сжал, сжал её руку в своей руке.

– Молод был…

Посмотрел на любимую с мрачной усмешкой.

– Горячий был!

Она слабо улыбнулась, ощущая силу его руки.

– Уезжай от меня, – Сказал ей, он. – Уезжай так далеко, чтобы я не смог тебя найти!

– А то, что?

Они вновь заглянули друг другу в глаза.

– Не смогу остановиться… Ещё немного, Анима, и я не остановлюсь – я не смогу, я себя знаю, – не смогу!

– Почему?

– Любовь – это Дьявол, увидевший ангелово перышко – ему же тоже хочется летать! И он тянется за этим перышком, тянется – он сломает себе руки, но тянуться не перестанет всё равно!

## Часть, третья.


Пьета̍ Ронданини.


«– Никогда ничего не бывает потом. Это только, кажется, что всё ещё впереди, что жизнь длинна и счастлива. Что сейчас можно прожить так. Что потом всё можно поправить. Никогда это «потом» не наступит.

– Зачем же ты не искал меня?

– Я был молод, я верил в долгую и счастливую жизнь. Я верил в «потом»…»

### Глава 1


Более двух месяцев спустя


Кер


Он приехал к маме – ремонтировать чёртову дверцу шкафчика, – сломалась опять!

– Что ты с ней делаешь, мам? – Ворчливо спросил Кер. – Почему она у тебя всё время ломается?!

– Чтобы ты приехал! – Не моргнув глазом сказала Сантана, сыну. – Ты что-то у меня не в духе…

Вопрос в её голосе.

– Всё нормально! – Отмахнулся Кер, и… услышал в своём голосе горечь, горечь и боль.

– Где твоя молоденькая Душа?[16]

– Я не знаю.

Опять эта горечь и боль, боль, которая разъедает его, просто – разъедает!

– Она тебя бросила? – Недоверчиво спросила Сантана, сына.

– Нет.

Керу захотелось сказать маме; она бы не бросила! Но испугался – ощутить ещё большую боль и сожаление!

– Я ничего не понимаю! – Бурно сказала Сантана.

– Всё просто мама, Анима – возможно, моя дочь!

Сантана смутилась.

– «Дочь»?

– Согрешил когда-то с её матерью!

Сантана только сейчас осознала – прочувствовала, как ему плохо, – если заговорил, значит: невыносимо!

– Мой любимый сын, – Уравновешенно, мягко, но твёрдо начала она. – Вы сделали ДНК-тест на отцовство?

– Нет!

Какая бурная реакция… Сантану это поразило.

– Почему?

Кер посмотрел на неё заплаканными глазами.

– Я умру, если она – моя дочь!

Сантана поняла сына.

– Тебе нужна надежда… Что у вас есть шанс быть вместе!

– Да, мама, да!

Она встала со стула-кресла, на котором сидела, подошла к нему и обняла его.

– Любовь моя, как же тебе тяжело!

А потом:

– Неси проклятый кальвадос!

### Глава 2


Анима


Она чувствовала себя пустой, – даже не опустошённой – пустой! Ничего не хотелось, только – спать! И она спала, – много, не хотела просыпаться!

Локк – весь в любви со своей Рикки, не забывал о ней – беспокоился! Звонил, интересовался, звал с собой и Рикки хоть куда-нибудь.

Она не хотела – ничего и никого! Ни видеть, ни слышать! Всё просто… постылое!

Анима умирала – страдала, – горела тоской!

Хулио Иглесиас пел рядом с ней «Lía»:


Свяжи

Свяжи нас с тобой,

Чем-то неразрывным.

Захлебнувшись тоской,

Я узнаю; как рыба убивает ртом

И находит смерть во рту.


Она поняла, чем – свяжи, – Судьбой!

### Глава 3


Кер


– Я никогда не рассказывала тебе о моём прошлом, – Сказала Сантана, Керу. – Я как ты – я любила моего дядю!

Кер смутился и удивился.

– Хави?

– Да, – Хави.

Она посмотрела на бокал тюльпан, из которого пила кальвадос.

– Конечно, нас разлучили – нам просто не дали быть вместе!

Сантана посмотрела на сына.

– Хави сказал мне, что я полюблю другого мужчину… Но не полюбила – я всегда любила только его!

Кер посмотрел на маму внимательно, – с пониманием.

– Моя трагедия в том, – Продолжала Сантана. – Что меня обрекли на одиночество… Это я к тому тебе говорю, чтобы ты не утешал себя, что, дескать, у твоей юной возлюбленной получится судьба без тебя…

Сантана посмотрела сыну прямо в глаза.

– Может и не получиться – ни у тебя, ни у неё!

Кер понял её.

– Сколько раз я могла выйти замуж!..

Сантана отпила кальвадос, съела кусочек сыра и кусочек паштета.

– Были мужчины!.. И хорошие – достойные были! А я любила Хави.

– И до сих пор любишь!? – Понял Кер.

– Да.

Кер вытащил из себя:

– Что ты пытаешься мне сказать, мама!?

Они посмотрели друг другу в глаза.

– Люби её – даже если она твоя дочь!

– Это же немыслимо!

– Забери её, увези туда, где вас никто не знает, и… любите друг друга!

Керу стало нехорошо от волнения.

– Так нельзя!

– А как можно, Кер? Можно любить, но не быть вместе?

Сантана посмотрела на него глазами глубоко несчастливого человека, – с неизбывным сожалением.

– Знаешь, как сложилась судьба Хави?

– Как?

Кер тоже пил кальвадос.

– Он женился – был женат несколько раз, но покоя так и не нашёл…

Усмешка на её губах… Печальная усмешка.

– Когда видел меня – переходил на другую сторону улицы, или делал вид, что не увидел!.. Когда была молодой – обижалась, постарела, поняла: он себя боялся – не меня, – себя! Знал: сделай он шаг ко мне – назад не вернётся!

Она накрыла его руку своей рукой.

– Не думай, что Судьба даёт второй шанс – не даёт! Она – дама своенравная и крайне взыскательная – не даёт!

Сантана посмотрела на сына с любовью.

– Если бы не любовь к Хави, я бы тебя не поняла! Но любя его, я понимаю: только он имеет значение – больше ничто!

Она мягко усмехнулась.

– Я люблю тебя и твоего брата – я вами жива! Но спасает только любовь к Хави!

### Глава 4


Анима


– Значит, он сказал тебе!

– Сказал.

Они посмотрели друг на друга, мать и дочь.

– Бросил!?

Она не спрашивала, Лаура.

– Объяснил. – Сказала Анима.

– Что он – твой отец!?

Лаура надменно посмотрела на дочь.

– Да.

Анима не стала выяснять с ней отношения – пустое!

– Вы полюбили друг друга как мужчина и женщина!?

Насмешка в голосе матери, – издёвка.

Аниму поразила мысль – осознание: как Сантана любит Кера, и как Лаура не любит её!

Не любит – полнейшее равнодушие!

Её поразила мысль: её мама – это мама Сантана, а не эта равнодушная мать по имени Лаура!

Ей с ещё большей силой захотелось к Керу и к Сантане! Они её семья, – они, а не эта страшная бессердечная женщина!

### Глава 5


Кер


Кер вернулся домой, – обескураженный, домой!

Странно – он всё ждёт Аниму! Такое ощущение, что она должна приехать!

Дом вновь был тёмным недовольным и как будто замершим в недоумении: где же Анима?!

Дом был возмущён.

Цветы увяли, – Кер не убрал их, и не убирал – пусть уберёт Анима, она тут хозяйка…

Он ощутил её – странно, – как родное, как жену! Ему даже показалось, что они – женаты много лет, и она уехала, а потом приедет и он недоволен, что она уехала…

Он лёг на диван, – на диван в гостиной, в спальню – в кровать, идти не хотелось – слишком одиноко!

Кер повернулся лицом к спинке, и… плакал – то ли от тоски, то ли от боли – то ли от бесправия! Он не имеет права её возвращать!

Он вспомнил «– Люби её – даже если она твоя дочь!

– Это же немыслимо!

– Забери её, увези туда, где вас никто не знает, и… любите друг друга!

– Так нельзя!

– А как можно, Кер? Можно любить, но не быть вместе?».

Кер понял – ощутил, что – нет, нельзя «любить, но не быть вместе»!

Осознал: если можешь не быть вместе, значит, это не любовь…

### Глава 6


Анима


Она хотела только одного – вернуться к Керу.

Она поняла, что не хочет так жить – без любви!

Внутренний голос сказал ей, – Что если ты ему не нужна?

И она ответила этому голосу, – Не чувствую, что не нужна – чувствую, что ему страшнее, чем мне!

Анима поняла, что боится за него, – как он там один в своём большом доме!?

Странное чувство пришло к ней – страх за него, как будто Кер без неё не справится…

– Справлялся же, – Подумала она. – Все эти годы – всю эту жизнь!

Анима плакала, лежала у моря, и плакала. Ничто не грело – ни песок, ни солнце, ни ласковый морской ветерок!

### Глава 7


Кер


Кер поехал по делам Косты в Санто-Гатто.

Надо было…

– Что? – Подумал он. – Жить дальше?

Он вновь прочувствовал, как это, когда не знаешь, как жить дальше!

И Кер не знал.

Он просто делал что-то, какие-то дела – насущные, и не очень.

Кер припарковался у кафе, – захотелось кофе.

Заказал латте с сиропом «лесной орех» как он любит.

– Мистер Макрис? – Прозвучал рядом с ним молодой голос.

Он поднял голову и увидел Локка – друга Анимы.

– Здравствуйте, сэр!

Молодой человек с радостью заулыбался, и подошёл к нему.

– Здравствуйте, Локк!

Кер пожал ему руку.

– Как я рад! – Оживлённо сказал Локк. – Увидеть вас!

– И я рад – увидеть вас! – По-доброму сказал ему, Кер.

– Как ваши дела?

Локк с недоумением разглядывал его – Кер знал, что выглядит… не очень, – борода, волосы отрасли – не очень!

– Нормально. А ваши?

– Мы с Анимой решили пожениться!

– Что?!

Кер был потрясён.

– Вы рады за нас?

Локк весело улыбался, пристально смотря на него.

– Да…

У Кера земля ушла из-под ног.

– Да…

Он забыл про кофе, он забыл про всё – он просто обезумел!

### Глава 8


Анима


Тролль по имени Локк дозвонился до Анимы.

– Привет, Ани!

– Привет!

У неё был грустный голос, у его Ани…

– Как дела?

– Нормально. А у тебя?

Его удивило, что они отвечают одинаково, Кер и Ани.

– Я встретил Кера.

– Как он? – Печально спросила Анима.

– Плохо, Ани. Ему очень плохо!

– Почему ты так решил?

– Он выглядит как чувак в депрессии, Ани! Когда я сказал ему, что мы с тобой женимся, он посмотрел на меня так, словно мир рушится!

– Локк! – Смутилась Анима. – Зачем!..

– Я хотел понять, что он чувствует…

Локк тоже смутился.

– Я хотел убедиться, что он любит тебя…

– И он любит? – Перебила она, плачущим голосом. – Любит, Локк?!

– Он так убежал… Словно хотелось только одного – заплакать!

### Глава 9


Кер


Он любил.

Влюблённость переросла в любовь – полюбил!

Знал, что полюбит – чувствовал.

Как её не полюбить – вся была в нём!

Такая искренняя…

Кер улыбнулся.

Он вспомнил, как Анима прикасалась к нему, когда намазывала спину мазью – с каким трепетом!..

– Любимая, – С нежностью подумал он. – Как я скучаю по тебе!

Кер немного успокоился после встречи с Локком – понял, что мальчишка застал его врасплох! – Потроллил!

– Не ожидал! – Со снисходительной усмешкой подумал Кер.

Внутренний голос спросил его, – Если бы они, правда, так решили – пожениться, как бы ты поступил?

– Понял бы её, – Ответил этому голосу, он. – Пришёл бы к ней, посмотрел в глаза, если бы увидел, что любит – понял бы!

Его охватило чувство – люблю, – гибну без тебя – люблю!

### Глава 10


Анима


Она поехала к нему.

Она больше не могла не видеть его!

Она больше не могла без него!

Внутренний голос спросил её, – Не боишься, что у него появилась другая женщина?

И она ответила этому голосу, – Никого у него нет, кроме меня!

Она чувствовала это – всем своим естеством!

Аниму охватило странное чувство: Кер чувствует то же самое – никого у неё нет, кроме него!

Она ощутила, что стала женщиной не только физически, но и ментально – она чувствует его – его мужское… я.

Как она желает его, Господи! Она недобрала – «не отлюбила, не вылюбила»!

Анима вновь вспомнила, какие у него руки – губы – тело! Какой у него фаллос… О, как этот мужчина занимается любовью!

Анима вспомнила, как Кер обнял её, когда подумал, что она беременна – порывисто обнял, крепко, тепло. Тогда она почувствовала – поняла, что он не трус, он – мужчина, она любит Мужчину!

### Глава 11


Кер


Он ехал домой.

Он вспоминал, как ходил с Анимой в мексиканское кафе – как рассказывал ей о шляпе сомбреро.

Уже тогда это чувство – с тобой успокаиваешься…

Сколько рядом с ним женщин… осталось! Мама, невестка, Вита! И только с Анимой это чувство – в тебе опора и сила!

Странно? Да. Дико? Наверное…

Он пережил то, что не переживают – смерть ребёнка, полусмерть жены! Он долго выкарабкивался из этого ада! Сильнее не стал… Стал – понял: «никогда ничего не бывает потом»!

Они часто откладывали – что-то на потом, а потом оказалось, что нет никакого потом, и уже не будет…

### Глава 12


Анима


Она вновь вошла в дом Кера.

Дом был неприветливо тёмным, как будто неживым.

Она вдруг поняла, когда дом жив, в нём горит свет!

В доме – на этот раз, было прохладно, не душно, были открыты двустворчатые балконные двери.

Анима включила свет.

Она увидела фотографию в настенном блоке гостиной – жена Кера.

Красавица! Нежный цветок!

Сантана права – Кер никогда не полюбит её, Аниму, так, как любит жену!

Внутренний голос сказал ей, – Ты не понимаешь… Для него любовь к тебе – жизнь после смерти!

### Глава 13


Кер


Она приехала, его малышка! Он чувствовал, что Анима приедет, чувствовал – всем своим естеством!

Кер понимал: если бы она не приехала к нему, он бы приехал к ней! Он это отчётливо понимал!

И было всё равно, кто кому – кто, – уже, всё равно!

Внутренний голос спросил его, – Что ты чувствуешь, любовь, или судьбу?

И Кер ответил этому голосу, – Неизбежность!

Он прикоснулся к маленькой машинке Анимы, провёл по ней рукой, заулыбался счастливый, и пошёл – побежал в дом.

### Глава 14


Анима и Кер


Анима посмотрела, что можно приготовить на ужин – что у Кера есть из продуктов.

Можно приготовить картофель «Айдахо» и Греческий салат с красным луком…

Внутренний голос сказал ей, – Не боишься, что Кер будет недоволен твоим приездом?

И она ответила этому голосу, – Боюсь! Но надеюсь, что Кер будет рад, что я приехала!

Анима осознала, что они прожили врозь почти три месяца… Будет ли он рад видеть её?

Она вдруг поняла, что он мог сменить пароли на замках, но не сделал этого… ждал? Что она может приехать…

– И я приехала, – Подумала Анима. – Я так больше не могу!

Локк сказал ей, что Кер явно в депрессии, плохо выглядит…

– Переживаешь!? – Подумала она. – Чувствую, что переживаешь! Чувствую, что тебе плохо!

Анима почувствовала, что Кер скоро приедет – скоро будет дома.

Она успела приготовить картофель и почти приготовила салат, когда позади неё раздалось:

– Привет, Ани, любимая!

Анима развернулась и увидела Кера.

Какие грустные уставшие глаза! И эта борода…

– Привет!

Она заглянула ему в глаза.

– Ты приехала, малышка!..

Он тоже заглянул ей в глаза.

– Я не могла не приехать!

– Почему?!

– Люблю!

Кер кинулся к ней, обнял – до боли, прижался.

– Я тоже люблю, Анима!

Анима обняла, – обвила Кера руками, погладила.

– Сам бы не приехал, медвежонок?

Лукавая нота в её голосе, лукавая и нежная.

– Приехал бы, Ани!

– Когда?

– Ещё чуть-чуть… когда понимаешь, что уже всё равно!

– Что «всё равно», мой милый Кер?

– Я люблю тебя, даже если твоя безжалостная мать сказала правду… Люблю!

– Это неправда!

– Нет!

Они крепко-крепко прижались друг к другу.


Кер и Анима сели ужинать.

– Как ты? Без меня…

– А ты? Без меня!

– Тяжело, Кер!

– И мне тяжело, Ани! Очень!

– Вижу!

Анима заглянула Керу в глаза.

– Что ты «видишь», любимая?

Он тоже заглянул ей в глаза.

– Что тебе плохо! Я это чувствовала! Всё это время!

Кер печально улыбнулся её карим глазам.

– Два месяца и 22 дня!?

Анима посмотрела на него с изумлением.

– Ты считал?!

– Конечно!

Кивнул.

Она смутилась.

– Так переживал?

– А ты, нет!?

– Да, любовь моя, да!

Кер заулыбался – Анима поняла, что он хотел это услышать.

Заулыбалась тоже.

Такой очевидный!

Как ей это нравится в нём – чувствительность, чувственность, – не сухарь!

Она нежно обняла его, погладила, – затылок, плечи, спину.

Ласково шепнула:

– Мой красивый седеющий мальчик, если бы ты только знал, как я скучала по тебе!

– Сильно?

– Изнемогала!

Кер засмеялся.

Анима отстранилась, посмотрела на Кера.

– Умирала! – Весело добавила она.

Ямочка на щеке Кера.

– Ты такая весёлая, Ани…

Его глаза вспыхнули.

– Мне очень нравится твоя живость!

Он посмотрел ей в глаза.

– Я не понимаю… Почему я? Почему ты полюбила меня?!

– А почему не тебе?!

Анима взяла его лицо в руки.

– Любовь моя… Кер! Почему не тебе!

Он ответил ей не сразу, ответил с усилием:

– А я заслуживаю счастья!?

Она посмотрела на него с сожалением, – не с жалостью, – с сожалением.

– Да…

Кивнула.

– Даже если не можешь простить себя!

### Глава 15


Кер и Анима


Кер обнимал любимую, – начал успокаиваться – обнимал.

– Спасибо, малышка моя, – за то, что любишь!

Он прижался к ней.

– Спасибо за то, что понимаешь, – стараешься понять!

– Я просто – люблю!

Анима обнимала его, обнимала и гладила.

– Я бы приехал, Ани! Не сомневайся! Я просто…

Пауза.

А потом:

– Часто сам не свой, – нервничаю, переживаю, вижу всё в чёрном цвете!

– Это – постравматический синдром[17], Кер…

– Да!

Она погладила его голову – волосы.

– Ты ходил к психотерапевту?

– Ходил!

– Помогло?

– Немного.

Анима поняла.

– Душа болит!?

– Да, любимая, да!

Она тихо спросила:

– В чём ты себя винишь?

– В том, что живу – в том, что жив!

Анима вновь поняла, – синдром выжившего[18]!

– Винишь себя в том, что хочешь жить!?

– Хочу!

Кер отстранился, посмотрел на неё.

– Хочу, Ани! Полюбил!

Они посмотрели друг другу в глаза.

– Я часто думаю, – Сказала Анима, Керу. – Чего мы желаем тем, кого любим?.. Любви! Я думаю, твои любимые желают тебе любви!

– Прости меня, Ани! Прости за это всё!

Она посмотрела на него с нежностью и любовью.

– Нечего прощать, Кер! Когда-нибудь эта рана заживёт!

– Не боишься жить с психом?

Кер печально улыбнулся её карим глазам.

Анима грустно улыбнулась.

– Ты не псих, ты – живая душа, ты – страдающий мужчина!

Кер внимательно посмотрел на неё.

– И ты не боишься?

– Чего?

Она заглянула ему в глаза.

– Моей любви к ним!

– Нет…

Она задумалась.

– Я боюсь моей любви к тебе – она делает меня безумной, безрассудной, и… счастливой!

### Глава 16


Анима и Кер


Они лежали, обнявшись, в спальне Кера.

– Как ты жила эти месяцы?

– Невесело, любимый!

– Без меня!? «Невесело»…

Он заулыбался.

– Ооо… С тобой знаешь, как весело!

Она тоже заулыбалась.

Анима обнимала Кера, – гладила, гладила его спину.

Шепнула на ушко:

– Как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно!..

Он отстранился, посмотрел на неё, – глаза блестели, смотрел.

– С тобой!

Анима смотрела на Кера счастливыми глазами.

– Знаешь, как я скучала!?

– Как, малышка?

Вновь заулыбался, засиял счастьем и нежностью.

– Дай руку!

– Руку?

Кер удивился.

Дал.

Анима поцеловала его кисть, – пальцы.

– Вспоминала!..

Его чёрные глаза потемнели от ласки, от страсти.

– О чём?

Спросил взволнованно и нежно.

– Каким ты был, тогда, когда пришёл ко мне!

Она заглянула ему в глаза.

– Помнишь?!

– До безумия!

Кер тоже заглянул ей в глаза.

– Ну, поцелуй же меня, дурачок!

Он прыснул со смеху, прижал Аниму к себе и прильнул губами к губам.

– Малышка моя!.. Будь такой всегда!

– Какой?

Они вновь посмотрели друг другу в глаза.

– Женщиной! Доброй и нежной, способной сделать первый шаг!

Анима посмотрела на Кера с удивлением.

– Так трудно? Делать «первый шаг»?!..

– Трудно!..

Он посмотрел ей в глаза, – кивнул, посмотрел.

– Почему? – Тихо спросила она.

– Не хватает уверенности в себе, – уверенности в том, что я заслуживаю счастья – Тебя!

Анима посмотрела на него задумчиво.

– Из-за Фелис и Полы!?

– Да!

– Один человек сказал: всем нам хватит душевных сил, чтобы пережить страдания ближнего… Когда страдаешь, смотришь на себя, как будто со стороны, не воспринимаешь себя как живое. А ты посмотри… Посмотри на себя как на живое!

– «Живое»? – Удивился Кер.

– «Не посылай на кораблекрушение живое»!

Он смутился.

Она добавила:

– В тебе так много живого, любовь моя!.. Зачем убивать… хорошее, мертвящей тоской! Да, так произошло… Помни их – люби, но не умирай, им это не нужно, им уже ничего не нужно!

Анима посмотрела Керу в глаза.

– Им не нужна твоя тоска смертельная – им, я думаю, нужно только одно: покой! У них, Кер, свои раны.

– Как ты это поняла? Как ты это понимаешь?!

– Не знаю!.. Иногда я так остро всё чувствую! Сама не понимаю, откуда это!

– Обними, любимая, обними!

Он прижался к ней, прижался, как маленький испуганный мальчик.

И она обняла, нежно обняла, – сильно, насколько хватило сил.

А потом:

– Я хотела спросить, Кер!..

– Спроси!?

– Как твоя мама? Как у неё дела?

Кер удивился, – отстранился, посмотрел на Аниму, удивился.

– Хорошо!

Внезапно улыбнулся, внезапно и немного обескуражено.

– Понравилась моя мама?

– Да!

– Почему?

Посмотрел внимательно и мягко.

– Из-за нелюбви моей мамы!

Он смутился.

– Ани…

– Если бы ты знал, как я страдаю!..

Голос Анимы дрогнул.

– Как твоя мама любит тебя, и как моя – не любит меня!

Аниме захотелось сказать Керу:

– При всём её уме, она удивительно глупа!

И вновь:

– Я хочу спросить… Можно?!

– Можно!

Он вновь посмотрел на неё со смятением.

– Почему ты не остался с ней?

– Был женат.

– Почему изменил? С ней!..

– Дурак был, Ани.

– И всё?

Анима посмотрела на Кера с недоумением.

– Всё, – к сожалению!

– Почему «к сожалению»?

Она посмотрела на него внимательно и пытливо.

– Не стоило того…

Он поднял руку, и прикоснулся к щеке Анимы.

– Молод был… Очень! За женой бегал богатый парень – ревновал! Она не давала поводов для ревности, а я с ума сходил!

Анима очень удивилась.

– Ты не всегда был… обеспеченным человеком?

– Не всегда!

Кер смущённо улыбнулся.

– Это всё пришло потом…

Усмешка на его губах… В ней было сожаление, в этой усмешке.

– Ум и деньги!

Он добавил со стыдом:

– Знаешь, какой я был мудак!

– Переживал!? – Поняла Анима.

– Ужасно!

– Из-за денег?

– Я не понимал, малышка, что женская любовь – это любовь к личности мужчины, к его характеру – к умению преодолевать жизненные трудности… Не понимал!

– А когда понял?

Анима посмотрела на любимого с интересом.

– Когда появились деньги, я сказал Поле; давай переедем – в другой дом, больше, комфортабельнее, район – лучше. Она осмотрелась, посмотрела на наш маленький домик, и сказала мне «Я так счастлива здесь с тобой и Фелис… Ну, зачем нам другой дом!».

Тогда я понял, Ани, что эта женщина, правда, всегда любила меня и всегда будет любить!

Кер вновь со смущением добавил:

– Я не был мудаком, мне не хватало уверенности в себе!

– Ты быстро забыл Лауру?

– Я не помнил! Было и прошло! Больше так не поступал.

– Не изменял? – Подтрунивающе улыбнулась Анима.

– Малышка моя! Анима!..

Кер посмотрел ей в глаза.

– Ты можешь мне доверять!

– Хорошо!

Она кивнула.

– Только…

– Да?!

– Если захочешь… другую женщину, не дай мне узнать – меня это убьёт!

– Любимая!

Он крепко обнял её, прижал к себе.

– Девочка моя!.. Этого не произойдёт – ты можешь мне доверять!

– Хорошо, Кер, хорошо!

Анима прижалась к нему, заплакала.

– Ты плачешь!?

Кера это поразило.

– Угу.

– Почему?!

– Боюсь!

– Что изменю?!

– Да!

Она уткнулась лицом в его плечо, прижалась, сжалась от страха потерять Кера.

– Любимая моя, не изменю – в этом я в себе уверен! Я могу быть не уверен в чём-то другом, но в этом – уверен!

– Почему?

– Люблю!

Он тоже прижался к ней.

– Изменяют, когда перестают любить!

Кера это поразило, эта мысль, это осознание: он, что, почти разлюбил Полу тогда? Из-за недоразумений, из-за нервов – чуть не разлюбил?!

Он почувствовал себя шокированным.

– Удивительно, – Подумал он. – Каким я был мужчиной? Не очень надёжным, тревожным, слишком впечатлительным?

Внутренний голос сказал ему, – У тебя был невроз нищеты…

### Глава 17


Кер и Анима


Потом, когда Ани уснула, он встал, и закурил сигару, вышел на террасу с видом на пруд, сел в кресло.

Вновь это чувство – чтобы быть с тобой, надо всё тебе отдать!

– Готов? – Спросил его внутренний голос.

И Кер понял, что, да, – готов! – Жаждет!

И внутренний голос вновь спросил его, – Жаждешь жить дальше, или любить?

И он понял – ощутил: любить – это и есть «жить дальше»!

Как она ему нравится, его юная девочка! Такая милая и нежная – умная и чувствительная!

Нравится!

Кер почти преодолел это в себе – страх перед будущим, и прошлым – страх перед Лаурой, её вмешательством в их с Анимой отношения.

Немного успокоился.

Ещё нервничает и переживает, но уже…

– Что? – Подумал он. – К чёрту Лауру! К чёрту страх перед будущим – надо просто жить!

Кер вспомнил слова мамы «– Не думай, что Судьба даёт второй шанс – не даёт! Она – дама своенравная и крайне взыскательная – не даёт!».

Он понял, понял, что Судьба дала ему второй шанс – Аниму!

Кер долго сидел на террасе, долго курил, всё думал, думал, думал – о прошлом, о том, из-за чего запереживала Ани, – об измене, о настоящем, об ощущении жизни – об ощущении себя живым, о своём внезапном счастье, – об Ани.

У него вновь всё заболело – спина, вновь сковало болью!

Такая странная боль, ноющая, ломающая, довольно мучительная – он уже привык, всё равно мучает!

Кер прикоснулся к лицу – захотелось сбрить бороду, надо сходить, подстричься, хватит ходить в таком виде!

Захотел жить.

Хочется нравиться Аниме!

Ночь была прохладной и тёмной, пела ночная птица, редко, коротко, и забавно крякали утки.

Кер подумал, – Надо показать утиное семейство Аниме, – она будет в восторге, селезня, утку, и их «детей», у них их с десяток!

Заулыбался.

Пришла Анима, пришла к нему, закутавшись в плед, такая сонная и растрёпанная, что Кер вновь заулыбался.

– Что случилось, Ани, любимая? Почему ты проснулась?!

– Можно к тебе?

– Конечно!

Он раскрыл ей объятия, и она села к нему на колени, прижалась к нему, – к его груди.

– Соскучилась, Кер… Я по тебе соскучилась!

– Я ушёл час назад, а ты уже соскучилась!..

Кер обнял её, погладил, нежно прижал к себе.

– Не могу поверить – что ты рядом! Что мы вместе!

Кер удивлённо посмотрел на Аниму.

– Так переживала? Всё это время…

– Да!

Он понял.

– Прости меня! Я больше не оставлю тебя одну!

– Обещаешь?

– Да, любовь моя, да!

Анима подняла голову, и посмотрела на него.

– А если это, правда… Если узнаешь, что, правда!.. Не откажешься от меня?!

Кер посмотрел ей в глаза.

– Я не думал об этом.

– А я думаю!..

– Не надо.

– Почему?!

– В душе я всё решил, Ани.

– «В душе»?

– Это внутренняя решимость – внутри себя я готов ко всему!

– Не испугаешься? – Тихо спросила Анима.

– Нет.

– Почему? Почему ты так в себе уверен?!

– До того как я познакомился с тобой… В тот день, когда мы пошли в Мак! Меня не отпускала мысль: для чего это всё? Для чего я это делаю? Зачем снова сниматься, играть – к чему-то стремиться… Для чего?!

# Примечания

1

От слова на португальском языке – Felicidade (счастье)

2

Shirley Horne « Once I Loved»

3

Сёрен Ульрик Томсен

4

Архитектор

5

Манга

6

«Ты видишь, Жюльен, что делает картечь?» (из кинофильма «Старое ружьё»)

7

Шарики с разнообразной начинкой

8

Картофель в остром соусе

9

Древнегреческий поэт и музыкант

10

Софья Игла

11

«Не смотри вниз» из фильма режиссёра Элисео Субьела («No mires para abajo»)

12

Почему?

13

Вдвоём думается лучше

14

Григорий Стариковский

15

Скульптурное произведение Микеланджело Буонарроти

16

«Анима» – это душа

17

ПТСР (Посттравматическое стрессовое расстройство)

18

Или – вина выжившего, вина уцелевшего (форма посттравматического стрессового расстройства, при котором пострадавшего человека преследует сильное чувство вины, поскольку он пережил экстремальное событие, тогда как другие люди погибли в результате или во время этого события)