Эрик Раст
Самка богомола

Глава 1. Здравствуйте, я ваша…

Закинув на плечи свой любимый рюкзачок (спутник всех моих походов по торговым лавкам), я вышла из секции, приложила к магнитному замку руку с браслетом, на котором был чип контроля блокировки двери, дождалась звукового оповещения о закрытии и направилась к транспортным лентам, опоясывающим нашу станцию, как артерии и вены.

Транспортные ленты располагались на уровне пола станционных коридоров, не имея видимых глазом зазоров, составляя с половым покрытием единое полотно (часть которого двигалась, а часть сохраняла статичность). И тянулись по станционным коридорам в бесконечную даль.

Когда я была маленькой, я часто развлекалась прыжками с ленты на статичный пол и обратно, с пола на движущуюся ленту.

Ленты отличались друг от друга цветом, каждому цвету соответствовала своя скорость.

Например, в зонах отдыха, транспортные ленты были серого цвета и двигались с черепашьей скоростью. На них было принято стоять и созерцать красоту, медленно проплывающую мимо.

В свободное время я любила посещать оранжерею. Я садилась на ленту и представляла себя в джунглях, о которых читала в книгах.

Отогнав воспоминания, я шагнула на розовую ленту, которая двигалась со средней человеческой скоростью.

Розовые ленты тянулись вдоль жилых секций, с последующим выходом к центральным перекресткам.

Очень хотелось попрыгать. Осмотревшись по сторонам и убедившись в пустоте коридора, я позволила себе пару раз прыгнуть. Ну, а что?! Не такая я уж и взрослая.

Поправив растрепавшиеся от прыжков волосы, я увидела впереди светящийся указатель перекрестка и приготовилась к пересадке.

М-м-м, интересно, почему говорится – к пересадке?! Я ведь стоя еду, а не сидя. Нужно, наверное, говорить – к «перестойке»!

Я улыбнулась своим мыслям и сошла с розовой ленты, чтобы тут же заскочить на сиреневую.

Сиреневая лента бежала в сторону космопорта и двигалась быстрее розовой.

На этой ленте играть в «прыжки», я бы не решилась.

***

В одиннадцать часов, по внутреннему станционному времени, должен был прибыть торговый корабль Шурхов. Шурхи – раса торговцев. Низкорослые и многорукие существа покупали и продавали все, до чего могли дотянуться своими цепкими ручонками.

Но, как оказалось, Шурхи прибыли раньше обычного, и рыночные павильоны начали свою работу не в одиннадцать тридцать, как всегда, а в десять часов. Так что к началу торговли я катастрофически опоздала и поэтому не смогла купить запланированное количество продуктов.

Шустрые жители ближайших к космопорту секций, к моему приходу успели раскупить почти все мясо. Мне досталось всего полкило нежнейшей лепунятины и два кило с небольшим хвостиком, мяса голубого мурнина.

Еще я купила для папы целый литр жирного козлорожьего молока. Кроме отца, его никто не мог пить. Да и папа его пил маленькими мензурками, как лекарство.

Козлорогов на своих сельскохозяйственных планетах разводили Маархи. Они не могли представить себе ни одного дня без молока этих капризных созданий. А папа как раз и был Маархом.

Вот овощей, в отличие от мяса, мне досталось много, я купила даже больше, чем планировала. Шурхи привезли целый контейнер земных редкостей: капусту, картошку, морковь и даже свеклу. На нашей станции выходцев с земли почти не было, и народ не умел готовить земные овощи. Поэтому я смогла даже поковыряться и выбрать самые лучшие экземпляры.

Моя мама была землянкой, земные овощи готовить мы умели и любили. Поэтому я загрузилась овощами под завязку, активировала в рюкзаке функцию «потери веса» и, напевая модный мотивчик, отправилась домой.

Домом нам вот уже четыре года служила стандартная жилая секция на станции «Золотоискателей», расположенной на Хлое, маленькой холодной планетке в созвездии Мерлодея. Это был аванпост корпорации «Золотоискателей» и здесь вместе с семьями проживали исследователи, работающие на корпорацию.

Мои родители много лет «пахали» на эту корпорацию, в надежде скопить денег на небольшой домик в сердце Федерации – Земле. Контора родителей хоть и носила название: Корпорация «Золотоискателей», но искала совсем не золото, а кристаллы дилития, главного компонента ядра искривления в двигателях космических кораблей. Дилития требовалось много, потому что космический флот Федерации нес большие потери в противостоянии с боевыми отрядами Кррехской империи.

Родители мотались по созвездию на старенькой Церере, а я училась в станционной школе и вела домашнее хозяйство.

В этот раз родители улетели на недавно обнаруженный астероид зет 307. Астероид находился в созвездии Мерлодея, как и наша Хлоя.

За два месяца исследователи мелким ситом прошлись по астероиду, и таки нашли залежи дилития. Кто бы мог подумать?! Причем большое количество. Теперь же бригада исследователей возвращалась домой, на Хлою, и дело было уже за добытчиками.

***

Мама вчера прислала сообщение, что они с папой возвращаются и будут дома где-то завтра к обеду. Поэтому на меня возлагалась важная миссия – приготовить ОБЕД!

За пару месяцев болтания на старом межпланетном исследовательском судне, где из еды были только концентраты и консервы, у отца просыпалась неодолимая тяга к домашней еде. А так как он был Маархом, то он мог съесть очень и очень много. У Маархов был быстрый метаболизм и большая мышечная масса. Мама иногда говорила, что все наши деньги утекают на прокорм отца.

Поэтому к приготовлению завтрашнего обеда я отнеслась со всей серьезностью.

Вечером я порезала и замариновала мясо голубого мурнина. Мясо было очень жестким, поэтому выдерживать в маринаде его надо не менее десяти часов.

Вот я и буду выдерживать. За ночь его волокна качественно размякнут, и назавтра мне останется его просто запечь.

А еще, из неожиданно доставшихся мне редких овощей, завтра я буду варить мамин любимый борщ.

***

Волевым усилием я заставила себя встать с постели раньше обычного, хотя всегда любила поваляться подольше. Натянула на себя легкий спортивный костюм, ноги засунула в тапки «спортивки» – обычный мой домашний комплект одежды. В нем было удобно не только в спортзал ходить, но и заниматься домашними делами. Стянула непослушные волосы в хвост и приступила к кухонному священнодействию. Но самого начала все пошло не так.

Сначала, я задумавшись, перевернула миску с маринованным мясом и поскользнулась на разлившемся маринаде. Пока затирала пол, ударилась головой об незакрытый до конца кухонный шкафчик.

Потом, я порезала палец, а когда доставала специальное средство от порезов и мелких ран, ошпарилась паром от бульона.

Но вот, наконец, борщ был готов, духовой шкаф, в котором запекалась мясо, звякнул и отключился.

По кухне плыли ароматные запахи, вызывая бурное слюноотделение. Я сглотнула и посмотрела на часы, пора бы родителям уже и приехать! Во-первых, я очень соскучилась, а во-вторых, со страшной силой хотелось есть.

Я устало опустилась на стул и понадеялась, что на сегодняшний день неприятности исчерпали свой лимит.

Как же я ошибалась!

***

Резко запиликал сигнал на входной двери. Я подпрыгнула от неожиданности и замерла в недоумении. Гостей я не ждала, а у родителей были чипы. Пока я пребывала в непонятках, сигнал прозвучал снова. Кто-то был настойчив и весьма нетерпелив.

Сбросив с себя задумчивость, я кинулась к двери. На экране, демонстрирующем межсекционный коридор, высветилось усталое лицо Светланы, маминой подруги. Светлана служила офицером связи, в командном пункте станции. Но мы знали, что работа связистом, была лишь прикрытием, основное место службы, у лучшей и единственной маминой подруги было в разведке.

Я провела рукой над магнитным замком, дверь с тихим шипением въехала в стеновую панель.

– Ты что, все еще спишь? – хрипло спросила Светлана.

– Нет, – я отрицательно мотнула головой, – обед готовлю.

– Я пройду, – Светлана отодвинула меня в сторону и прошла вовнутрь.

За спиной у женщины болтался небольшой цветастый рюкзачок, который совсем не сочетался с форменным кителем гостьи. Рюкзак был точной копией того, с которым я ходила за продуктами.

– А мама с папой еще не приехали, – я закрыла дверь и повернулась к маминой подруге.

– Они не приедут, – Светлана прикусила губу и положила руку мне на плечо.

– В смысле?! Как это не приедут? – я недоверчиво посмотрела на Светлану и замерла в ожидании ответа.

– Кррехи сожгли их Цереру на подлете к Бервину. – Светлана прикусила губу и прижала меня к себе. – Не бойся, я тебя не брошу.

Мне показалось, что я оглохла. Меня окружила какая-то странная тишина. Ноги подкосились, и я бесформенным кулем повисла на Светлане. В ушах пульсировало: – они не приедут, не приедут, они не…

Светлана подтащила меня к креслу и аккуратно посадила:

– Тихо, тихо, девочка! Тебе надо быть сильной.

Потом вытащила из кармана форменного кителя какой-то пузырек и сунула мне под нос. Резкий запах ударил по рецепторам и сразу привел в порядок голову.

– Пришла в себя? – Светлана обеспокоенно заглянула мне в глаза.

– Да.

– Теперь слушай меня, – Светлана опустилась в стоящее напротив меня кресло и начала быстро говорить:

– Времени почти не осталось. Кррехский флот через пару часов будет здесь. Мы находимся на траектории их пути. Через тридцать минут будет объявлена всеобщая эвакуация.

Я прикрыла глаза, пытаясь, как- то остановить и собрать в кучу пляшущие в разнобой мысли.

– Иржи, ты меня слышишь?! – Светлана схватила меня за плечи и встряхнула. – На рефлексию и слезы нет времени. Мы с тобой потом поплачем, если живы останемся.

Я открыла глаза и кивнула. Светлана продолжила:

– Сейчас быстро берешь документы, все ценное и пару штук нижнего белья. И быстро за мной. Бегом!

И я, стараясь не думать, понеслась выполнять приказ. Быстро схватила такой же рюкзачок как у Светланы, вытряхнула в него ячейку с пластиком: – документы, банковские карты, флешки и чипы. Потом сверху кинула нижнее белье и маленького, игрушечного медвежонка, сколько себя помню, сидевшего в изголовье моей постели.

***

Сирена, оповещающая об эвакуации, догнала нас уже возле космопорта. Проход на взлетное поле перегораживал КПП, вросший между двумя секциями забора из титановой сетки.

Светлана, пискнув пропуском по магнитному замку, протащила меня за собой, крепко ухватив за руку.

– А как же эвакуация? – пройдя КПП, я слегка притормозила. – Тебе разве не надо быть на посту.

– Я в первую очередь офицер разведки, отвечающий за этот сектор. – Светлана, сердясь, поджала губы и дернула меня за руку. – И да, мне надо быть на посту. Но мой пост находится вон на том маленьком кораблике, на котором мы с тобой должны как можно быстрее взлететь.

Светлана махнула рукой в сторону МХ12, в просторечье – Мухи, и продолжила:

– То, что я беру тебя с собой, я совершаю должностное преступление. Поэтому ты молчишь и делаешь, что я скажу.

И мы побежали через поле.

***

Подбежав к «Мухе», Светлана нажала на пульт управления, закрепленный у нее на запястье. Из корабля выдвинулся трап, и одновременно с ним открылась небольшая шлюзовая камера входного люка.

Мы взбежали по трапу и нырнули в открытый люк шлюзовой камеры, за нашими спинами с тихим шипением закрылась крышка люка. Светлана приложила руку к двери, ведущей из шлюза на корабль, что-то негромко пискнуло, и дверь отъехала в сторону.

Светлана кинулась к рубке, велев следовать за ней. Пока она активировала управление кораблем, я прислонилась спиной к стене, а потом и вовсе съехала по стенке на пол. Ноги гудели и отказывались держать мою вздрагивающую от напряжения субтильную тушку.

Резко загудели двигатели, и подо мной затрясся пол. Светлана повернулась в мою сторону и указала на кресло второго пилота:

– Быстро садись в кресло и пристегивайся. Мне некогда с тобой нянчиться.

Я перевернулась и встала на карачки, встать во весь рост, у меня не вышло. И таким образом, добралась до кресла. Потом держась за подлокотники, подтянулась и плюхнулась в вожделенное кресло.

На панели управления щелкали приборы, пищала радиосвязь, мигали разноцветные лампочки. Я еле успела пристегнуться, как мы взлетели. Меня раздирала целая куча вопросов, но посмотрев в напряженное лицо Светланы, я решила промолчать.

Выйдя за гравитационное поле Хлои, наш корабль сразу вошел в гипер. Меня вжало в кресло и затошнило.

***

Когда самочувствие более-менее пришло в норму, по крайней мере, меня перестало тошнить, и я уже не боялась уделать приборную панель продуктами своей жизнедеятельности, я повернула голову в сторону капитанского кресла.

Светлана сидела с закрытыми глазами и мерно дышала, казалось, что она спит. Но почувствовав мой взгляд, не открывая глаз, она тихо произнесла:

– Спрашивай…

– Куда мы летим? – начала я сыпать вопросами.

– Для начала на ближайшую военную базу, – ответила Светлана, не открывая глаз.

– А потом?

– А потом дальше.

– А куда?

– Отдам тебя в закрытое спецучилище, – Светлана доносила до меня информацию, медленно и четко, все также с закрытыми глазами, – для детей, погибших военнослужащих.

– Но… родители не были военнослужащими.

– Ты моя племянница…

– Но ведь это не правда! – возмутилась я.

– Правда. – Тихо ответила Светлана.

– Но почему…

– Потому! Просто не надо было, чтобы об этом знали.

– А…

– Все, игра в вопросы и ответы, на сегодня закончена. – Светлана открыла глаза и встала с кресла. – Пойдем что-нибудь съедим.

***

Сказать, что я была в трансе, это ничего не сказать! Меня плющило и таращило, пока я пыталась уложить в голове происходящее. Вот буквально только что у меня был, какой-никакой, а всё же дом. Были родители, были мечты. А потом раз и ничего нет. Ни дома, ни родителей, ни мечтаний. Я была совершенно опустошена, и внутри меня все звенело от напряжения.

В подпространстве мы пробыли двое суток. За это время я проплакалась и загнала тоску по родителям глубоко в душу, в самый дальний и тайный угол. Стало легче, но опустошенность и потерянность никуда не делись.

Светлана посмотрела на меня, обняла и сказала, что мне всем назло надо выжить. Родители были бы с ней согласны, поэтому я начала усиленно выживать.

Светлана выдала мне «комкос» – комбинезон космонавта, обтягивающий тело, словно вторая кожа и специальные летные ботинки, которые при необходимости могли примагничиваться к внутренней обшивке корабля. А всю мою одежду и тапки засунула в маленькую походную стиралку, которая чистила одежду с помощью кислорода, магнитов и ещё какой-то неизвестной для меня технологии. Особо углубляться в изучение этого агрегата я не стала. Стирает? И пусть стирает!

А то как-то раз, ещё в дошкольный период я задумалась над механизмом дыхания человека, начала обращать внимание на свои вдохи и выдохи, пытаясь проконтролировать процесс. Угу! Чуть не задохнулась.

Так и со стиралкой, вдруг она от моих изучений, тоже забудет как «дышать».

***

При выходе из гипера, Светлана вбила на панели управления какой-то код, дождалась ответа и только после этого завершила прыжок.

Выход из подпространства прошел для меня чуть легче, чем вход. Мутило меня в этот раз меньше, но капитально заложило уши. Хорошо, что все побочные эффекты быстро прекратились, еще до того как мы пристыковались к военной базе, дрейфующей где-то в галактике Андромеды1. Точный адрес базы, мне Светлана не сообщила, да и что это бы мне дало?

Я с интересом уставилась в иллюминатор, вокруг нас двигалось множество цветных огней. Маленькие кораблики, типа нашего, шустрые одноместные шлюпы, огромные военные крейсера, все это швартовалось к базе или отстыковывалось от нее. База же была невообразимо большой и похожей на огромного круглого монстра, вытянувшего в разные стороны множество своих уродливых лап – стыковочных шлангов-переходов.

Перед стыковкой Светлана задраила все иллюминаторы и приказала мне:

– Сиди тихо как мышь! Незачем всем вокруг знать о твоем присутствии на борту моей «Мухи».

– Почему? – я очень удивилась. Ведь мы на свою базу прибыли, а не на Кррехскую. Зачем мне прятаться?

Но у Светланы были свои резоны, и она мне их озвучила:

– Ты лишний рычаг давления на меня, моя слабость. Моя Ахиллесова пята. Мне нельзя иметь слабости. Сожрут! Поэтому официально у меня и нет семьи.

Светлана одернула мундир старшего офицера разведки, хранившийся на борту ее «Мухи» и надетый ей перед самой стыковкой. И спросила:

– Понятно?

– Да! – кивнула я. Но сама не очень поняла, кто может сожрать мамину то ли сестру, то ли подругу.

– Командованию я о тебе, конечно, сообщу, – продолжила Светлана, – мне нужно будет получить для тебя пропуск на Землю и направление в спецучилище.

– А училище на Земле?

– Почти. На Луне.

– Круто!

Три часа я тупо пролежала в своей каюте, уставившись в потолок. В голове было пусто. Мысли хоть и бежали сплошным потоком, перескакивая, и обгоняя друг друга, но, ни одна надолго не останавливалась.

Вернувшись, Светлана заглянула в мою каюту и позвала меня в рубку. Не успела я зайти, как меня тут же посадили в кресло и пристегнули.

– Уходим! – Светлана сразу начала отстыковку. – Намечается большая заварушка. Что-то Кррехи активизировались. Ни хотелось бы попасть в грядущую мясорубку.

Отлетев от базы на безопасное расстояние, Светлана резко отправила нашу «Муху» в подпространство.

***

Знакомство с Солнечной системой, началось для меня с уже привычной тошноты. «Муха» рыбкой шустро вынырнула из гипера, а меня, как всегда приложило побочками от этого действа. Но я предпочла взять себя в руки и не обращать на побочки внимания. Все мое существо устремилось к обзорному экрану, расположенному над пультом управления. Впереди по курсу нашего корабля виднелся голубой шарик. Земля!

Заворожено, уставившись в экран, я представляла себе жителей этой планеты. Как они живут, работают, о чем мечтают.

Я думала о том, что скоро и я стану частью этой, другой, незнакомой мне жизни.

Когда я была маленькой, станция на которой я проживала с родителями, казалась мне огромным миром. Потом я немного подросла и узнала, что размеры мира не ограничиваются стенами родной станции. Что мир намного больше и многограннее, чем мне представлялось изначально.

Перед приземлением я надела свой домашний костюм, тапки-спортивки и забрала из каюты рюкзачок с флешками и чипами. Светлана же надела платье-балахон, на ноги сандалии с плетеными ремешками и водрузила на нос большие цветные очки, используемые жителями «живых» планет, для защиты глаз от яркого света.

Глава 2. Вот это я прилунилась!

Космопорт встретил нас гулом, шумом, суетой и всевозможными запахами, больше половины которых я не смогла опознать. От перенапряжения рецепторов у меня закружилась голова. Заметив, что у меня дрожат руки, Светлана бросила:

– Привыкай!

И потащила меня в другой конец космопорта. Нас ждала посадка на челнок, курсирующий по маршруту – Земля-Луна2-Земля.

Я никогда не видела столько народу! Повсюду, куда хватало глаз, шныряли представители инопланетных рас, в процентном соотношении намного превышая людской поток, змеившийся между ними.

Толпа многоруких Шурхов, размахивая конечностями о чем-то с упоением, спорила. Все пространство вокруг них было заставлено контейнерами различных форм и размеров.

Вот прошла семейная пара Маархов, держа за руки двоих детей. Я сразу вспомнила про потерянных навсегда родителей. В носу предательски защипало: меня больше никто не возьмет вот так вот за руку.

Сложив за спиной крылья, так что они стали похожи на пестрые плащи, пробежала группа шустрых Итийцев.

Итийцы раса «Знаек», больше всего они любят впитывать различные знания. К ним можно обратиться по любому вопросу и что самое главное – получить на него ответ.

Но что это?! Я сначала не поверила своим собственным глазам. Навстречу нам двигалась группа Кррехов! Стройной колонной, печатая шаг, они шли прямо на меня. Кррехи почти ничем не отличались от людей, может, были, чуть шире в плечах, чуть выше ростом. И черты лица у них чуть резче, чем у обычного человека. Словом, они один в один походили на Маархов. Если бы не более темные волосы и военная форма.

– Ты чего на них вылупилась! – Светлана выдернула меня с пути врагов. – Это делегация «переговорщиков». Пошли быстрей, опаздываем!

***

От взлета до посадки прошло всего двадцать минут. Все время пути я провела у иллюминатора. Вначале смотрела, как уменьшается, удаляясь все дальше красивый голубой шар, потом, как увеличивается, приближаясь, яркий желтый шарик, становясь серым и тусклым.

Челнок, подняв тучи пыли, мягко приземлился, вернее, прилунился в маленьком грузовом порту «Луна2». Кроме нас двоих, пассажиром челнока был еще пожилой Шурх (куда же без них), сопровождающий на Луну какой-то груз.

Луна была закрытой территорией, и попасть на нее можно было только челноком с Земли. Поэтому даже Шурхам приходилось перегружать товары со своих кораблей на челноки, если их надо было доставить на Луну.

К челноку пристыковался рукав перехода, и мы прошли под купол с искусственной атмосферой и гравитацией.

Училище располагалось сразу за складами Лунного порта и ничем, кроме высокого бетонного забора от них не отличалось. Над забором виднелись точно такие же крыши, как и у стоящих вокруг складов и ангаров.

Мы со Светланой долго шли вдоль забора, пока, наконец, в стене не показалась массивная дверь из толстого железа. На двери не было никаких опознавательных знаков, кроме обшарпанной временем таблички с молнией и надписью – Не влезай, убьет!

Светлана решительно повернула ручку и толкнула дверь, потом также решительно взяла меня за руку и протащила в дверной проем. Она вообще очень решительная женщина, не то, что я.

***

За таинственной дверью оказался обычный контрольно пропускной пункт, охраняемый вооруженными военными. Перед окном из пуленепробиваемого стекла, вдоль стен, покрашенных в цвет хаки, стояли железные скамейки, такого же болотного цвета, как и все вокруг.

В помещении было темновато, Светлана подняла очки на лоб и осмотрелась.

Офицер, стоящий за ограждением, подошел к окну и спросил:

– Вы к кому?

– Дежурного преподавателя вызовите, пожалуйста! – ответила Светлана и просунула в щель под окном мои документы и направление от своего командования.

Я дернула ее за руку и прошипела:

– Здесь страшно! На тюрьму похоже, а не на училище.

– Я буду тебе писать. – Светлана была спокойна как танк. – А если разрешат, то и приезжать.

Зря она думала, что этим меня успокоила – мне было реально страшно. Что значит – разрешат? А кто может запретить?!

– А почему тут все такое старое и несовременное? – я решилась на еще один вопрос. – Я думала на Земле супертехнологии, а здесь даже хуже, чем на станции старателей.

– Все дело в финансировании, – начала рассказ Светлана, – училище содержится на деньги военных, на личные деньги. Мы все перечисляем часть дохода на счет училища.

– А зачем?

– Своего рода подушка безопасности, – вздохнула Светлана. – Так мы уверены, что наши дети получат достойное образование, даже если мы погибнем.

– Поэтому тут здания похожи на склады?

– Когда зародилась идея этого училища, первый директор просто выкупил у космодрома «Луна2» часть территории. Она все равно пустовала. А потом уже ангары и склады, постепенно переделали под учебные и жилые корпуса.

***

Минут через пять, в здание КПП со стороны училища вошла женщина в цивильном брючном костюме, а не в форме, как можно было бы предположить, глядя на окружающую обстановку. На ногах у женщины были туфли на высоких тонких каблуках. Но она как будто бы их не замечала, двигаясь легко и непринужденно. Я стояла и хлопала глазами, удивляясь, как на этом вообще можно ходить.

Женщина что-то сказала охране и одна из стен КПП отъехала в сторону.

Светлана взяла меня за руку и провела на территорию училища.

За КПП оказалась небольшая бетонная площадка, окружённая забором. В заборе было двое раздвижных ворот.

***

– Ланка! – женщина, впустившая нас на территорию училища, взвизгнула и повисла на шее Светланы.

– Лиска! – Светлана крепко прижала к себе почему-то начавшую рыдать женщину. – Держи себя в руках.

– Ты знаешь, что Липа погибла?! – сквозь слезы спросила, та, которую Светлана назвала Лиской.

– Знаю! – Светлана тихонько погладила Лису по спине. – Все Лис, прекращай! А то ты мою племянницу напугала.

– Я ведь думала, что и ты… – женщина хотела еще что-то сказать, но потом до нее, видимо, дошел смысл сказанного Светланой. – Племянницу?!

– Да, Лиса. – Светлана аккуратно отодвинула от себя женщину и развернула в мою сторону. – Знакомься! Это Иржина, моя племянница.

– Подожди! Но ведь когда тебя привезли сюда, ты сказала, что твоя сестра потерялась. – Лиса повернулась и вопросительно посмотрела на Светлану.

– Я нашла ее, десять лет назад. Ника уже успела выйти замуж и родить Иржи.

Женщины дружно посмотрели в мою сторону. Я уже устала без дела стоять и переминалась с ноги на ногу.

– Лан! Но к нам ведь только сирот принимают… – Лиса извинительно развела руками.

Я посмотрела на Светлану и сделала шаг вперед:

– А я и есть сирота!

– Родители Иржи оказались на пути армады Кррехов. – тихо добавила Светлана.

Немного помолчала. А потом продолжила:

– Лис! Отведи Иржи в казарму. А я тебя на КПП подожду. Посидим, поговорим.

– Не говори глупостей! – Лиса махнула рукой на тетю Свету (наконец-то в моей голове уложился тот факт, что она моя тетка). – Ты же знаешь, что в любой момент можешь пройти на территорию училища. Все мы можем…

Иди-ка ты лучше в столовую. Барго Тынович все еще на своем посту, то-то он рад тебе будет. Ты ведь всегда была его любимицей. Заодно и пообедаешь.

– Ну, а ты красавица, – Лиса повернулась ко мне, – пойдешь сейчас со мной.

– Ничего не бойся! Я справилась, и ты справишься. – Тетя Света погладила меня по голове и поцеловала в щеку.

– Ты тоже здесь училась? – решилась я на вопрос.

– Да. Мы жили в одной комнате: я, Лиса и Липа. Наше звено так и называли – три Л.

– А почему Л? Ты ведь Света?

– Светлана-Лана, Лиса-Алиса, а Липа вообще Татьяна. Просто она любила говорить: – А это все липа! В смысле – неправда. Вот и стала Липой.

– Все давай беги, Алиса ждет! – тетя Света отвернула меня от себя и слегка придала мне ускорения, шлепнув по мягкому месту.

Алиса нажатием кнопки, возле левых ворот, открыла небольшой проем и пропустила вперёд тетю Свету:

– Помнишь еще, где столовая?

Светлана хмыкнула и направилась к длинному одноэтажному зданию, Находящемуся справа от ворот.

Мы же с Алисой поспешили к соседнему похожему на исполинский ангар корпусу.

***

Я шла за Алисой по коридору казармы и вертела головой из стороны в сторону.

– Одежду и все необходимые вещи тебе выдадут. – Алиса всю дорогу знакомила меня с местными правилами и уложениями. – Сейчас я тебя устрою в комнату, а после обеда сходим на склад за вещами.

– А что здесь только одни девочки учатся? – за всю дорогу я не увидела ни одного парня, поэтому и решилась спросить.

– Парни рядом через забор, – ответила Алиса, – но вы с ними только на общих учениях пересекаетесь. А так у нас тут два монастыря – женский и мужской, только преподаватели туда-сюда шастают.

Мы поднялись по закрученному в спираль пандусу на второй этаж, и дошли до комнаты под номером двадцать семь.

– Вот здесь теперь ты и будешь жить! – Алиса распахнула дверь и вошла вовнутрь.

В комнате было три стандартных, откидывающихся к стене лежанки, две из них были застелены цветастыми пледами, а третья была откинута к стене.

Слева от дверей притаился санитарный модуль. Алиса сдвинула фальшпанель, продемонстрировав блестящие санприборы. Я тут же спряталась в этой комнатке уединения.

Через пять минут я вышла наружу довольная и посвежевшая. И мы продолжили осмотр окружающего пространства.

В стенах виднелись панели от выдвижных шкафчиков, а напротив двери, под большим фальшивым окном, демонстрирующим цветущий сад, расположились три компьютерных столика.

Алиса включила крайний правый комп, потом прислонила к экрану руку с коммуникатором, на экране заставки появилось овальное окошечко.

– Палец приложи! – велела Алиса.

Я приложила к экрану палец, Алиса набрала что-то на коммуникаторе, и под окошечком появилось мое имя – Иржина Сохес. А ниже – 1 курс, поток «М» комната 27.

– Ну вот, – улыбнулась Алиса, – все официальные процедуры пройдены. Теперь это твое личное место для занятий, кадет Сохес. Сюда тебе учителя будут скидывать задания для самостоятельного выполнения.

– А что здесь кто-то уже живет? – спросила я, кивнув на расстеленные постели.

– Да! – ответила Алиса. – Здесь уже есть две воспитанницы, ты будешь третьей.

– А где они?

– На занятиях. На обеде познакомитесь.

Алиса прошла к выдвижным сейфовым ячейкам, и мы повторили процедуру кодирования. Я вставила в специальную выемку палец, Алиса поднесла коммуникатор, в ячейке что-то пикнуло и замигало зеленым.

– Клади рюкзак! – велела Алиса, отойдя от стенной панели. – И пошли обедать.

Я сунула рюкзак в ячейку и пошла вслед за Алисой на выход.

***

Столовая находилась в соседнем, похожем на ангар здании. Скорей всего оно и было переделано из ангара. В зале было около ста одинаковых столиков, каждый из которых был рассчитан на троих человек.

У раздачи змеилась очередь из девчонок, которая очень быстро двигалась. Из раздаточного окна по транспортерной ленте выползал поднос, заставленный коробочками и судочками, стоящая у окна девочка забирала поднос и шла в зал, на ее место тут же становилась следующая. Все ученицы были одеты в одинаковые платья, различающиеся только по цвету.

Пока я разглядывала девчонок, Алиса подошла к неприметной дверце рядом с раздаточным окном и, приоткрыв ее, позвала:

– Барго Тынович!

Из двери, вытирая руки о полотенце, выглянул пожилой Маарх:

– Чего тебе, Лиска?

– Барго Тынович, нужно приготовить еще один комплекс, у нас новенькая.

– Ланочка уже предупредила.

– Барго Тынович, – притворно насупилась Алиса, – вот почему она у вас всегда – Ланочка, а я всегда Лиска?

– Ну, это ты сама у себя спроси! – усмехнулся главный повар. – Кто воровал с кухни продукты для побега?! Кто постоянно качал права и бил посуду?! А кто рассыпал мешок муки?!

– Муку я рассыпала нечаянно! – покрасневшая Алиса, от досады даже ногой притопнула.

– Лана, даже нечаянно, ничего подобного не делала. – Маарх махнул рукой и пошел обратно на кухню, – ладно, не буду дискредитировать преподавателей в глазах учащихся. Потом остановился в дверях, обернулся к Алисе и, смеясь, фыркнул: – Лисонька, устроишь девочку, приходи обедать, а то тебя Ланка заждалась! – и, захохотав во весь голос, скрылся в дверях.

– Вот же м-м-м…Маарх! – Алиса в последний момент удержала готовое сорваться с губ ругательство. И оглянулась по сторонам.

Заметив стоящую рядом меня, извинительно пробормотала:

– Все мы люди, все мы «человеки».

Потом вспомнив о своих обязанностях, подошла к уже опустевшей раздаче, взяла сиротливо стоящий там поднос и позвала меня с собой:

– Пойдем, я покажу тебе столик, закрепленный за вашей комнатой.

***

У стены за крайним столом, обедали две очень похожие друг на друга девчонки, отличавшиеся только возрастом и комплекцией. Скорее всего, они были сестрами. А еще в них явно чувствовалась кровь Маархов.

Девчонки шустро жевали, со стремительной скоростью освобождая судочки. При нашем приближении, они прекратили сражаться с едой, поздоровались с Алисой и заинтересованно уставились на меня.

Алиса поставила на стол поднос и сказала:

– Девочки, знакомьтесь это Иржина. Она будет жить с вами. После обеда помогите ей найти дорогу в казарму.

Потом повернувшись ко мне, добавила:

– Подождешь меня в комнате, пообщаешься с девочками, а я, как освобожусь, отведу тебя на склад.

–Хорошо, – кивнула я Алисе и села на свободное место.

Первым делом нужно было познакомиться с соседками. Я подняла взгляд на девчонок, все ещё внимательно меня разглядывающих, и сказала:

– Привет, я Иржи!

Девчонки переглянулись и заулыбались.

–Я – Кэт! – представилась та, которая была постарше и покрупнее.

– А я, Тэс! – мило улыбнулась младшенькая.

– Очень хочется, есть! – я подвинула к себе поднос поближе и начала открывать коробочки с едой.

– Ешь! – кивнула старшая. – Мы уже почти пообедали, но ты не торопись. Мы тебя подождем.

– Да, я вроде запомнила дорогу! – я засунула в рот кусок мяса и, прожевав, продолжила: – Если торопитесь, идите. Сама дойду.

– Нет, ты слышала?! – возмущенно фыркнула старшая. – Она сама дойдет!

– У нас тут попадаются разные личности, – включилась в разговор младшая. – Могут и накостылять в честь знакомства.

– А зачем? – удивилась я. – Ничего плохого я ещё не успела сделать.

– Да мало ли. Во-первых, могут устроить проверку на вшивость, – начала перечислять старшая.

– Во-вторых, могут сразу попытаться поставить на место, показать, кто тут круче самой большой кручи! – засмеялась младшенькая.

– Причин для агрессии может быть множество, – вынесла вердикт Кэт.

– Поэтому пока что ты не будешь ходить одна! – погрозила мне пальцем Тэс.

***

После обеда, смеясь и пихаясь, мы с девчонками ввалились в нашу комнату под номером двадцать семь.

– Сейчас бы полежать, – мечтательно протянула Тэс, выдвигая стул из-за компьютерного столика.

– Я бы тоже не отказалась! – зевнула Кэт, умостившись на своем стуле.

– А чего вы на постели не ложитесь? – я откинула от стены предназначенную для меня лежанку, на которую и плюхнулась с огромным удовольствием.

– Нам нельзя днем на постелях валяться! – одновременно фыркнули девчонки и захохотали, от того, что очень уж складно получилось.

Отсмеявшись вместе с соседками по комнате, я решила узнать об их возможном родстве.

– Я вот все спросить хочу – вы случайно не сестры?

– Сестры. И вовсе не случайно! – ответила старшая. – Кэтси и Тэсса Борхес. Мы Маархи.

– Здорово! – обрадовалась я. – А моя фамилия Сохес. Мой отец тоже Маарх. Был…

В комнате воцарилась вязкая тишина. Потом Кэт тихо сказала:

– Все мы тут без родителей остались. А Маархов у нас здесь много, почти треть.

– А другие расы есть?

– Нет! – покачала головой Кэт. – Только Люди и Маархи. Так как мы к одной генетической группе относимся. Все те, кто изначально были выходцами с Земли.

– Не все! Кррехи ведь тоже изначально выходцы с Земли,– для объективности я озвучила всем известные данные.

– Ну, ты сказала! – возмутилась Тэс. – Они же враги.

Наш спор прервала вошедшая в комнату Алиса. – Смотрю, вы уже познакомились?! Прекрасно! Общаться продолжите вечером после ужина.

– Кадеты, – обратилась Алиса к сестрам, – вам пора на занятия. У вас сейчас этикет, а потом танцы.

Девчонки согласно кивнули и без возражений направились к выходу.

– Ну, а мы с тобой сейчас пойдем на склад. – А это уже было сказано мне.

По дороге на склад я спросила у Алисы про тетю Свету, на что получила лаконичный ответ:

– Улетела. Служба. Как вырвется, приедет.

***

Мы зашли в раздвинувшиеся при нашем приближении двери, и я залипла на уходящие вдаль стройными колоннами полки и стеллажи.

Склад был очень похож на огромный супермаркет. Я видела такие торговые центры только на картинках из инфосети. На станции же у нас, таких больших магазинов не было.

Алиса нажала на кнопку, расположенную на стене у входа, – сейчас появится завсклад, займетесь вместе с ней подбором вещей. Я за тобой приду примерно через час.

Потом посмотрела на меня заворожено уставившуюся вдаль, подумала и спросила:

– Ты меня поняла?

Я согласно покивала в ответ, не отводя взгляда от тянувшихся в бесконечность стеллажей.

Через некоторое время откуда-то из глубин склада послышался шум приближающейся пневмоплатформы.

– Вот и наш кладовщик! – обрадовалась Алиса.

С остановившейся возле нас «пневмушки», сошла дородная пожилая женщина, очень легко двигающаяся для своих весьма внушительных объемов.

– Здравствуйте, Маргарита Петровна! – Алиса протянула женщине руку для пожатия.

– Здравствуй, Алисонька! – хрипло пробасила женщина, пожимая протянутую ладонь.

– Вот новенькая у нас, – кивнула в мою сторону Алиса. – Надо бы обеспечить девочку базовым комплектом.

– Как скажешь, Лиса! – закивала Маргарита Петровна. – Все сделаем. Сейчас только мерочки сниму.

Одним ловким движением, кладовщица выдвинула из стеновой панели отливающий серебром компьютерный комплекс округлой формы, со встроенным монитором, диванчиком и множеством ящичков, спрятанных в фальшпанелях. Достала из верхнего ящика, какой-то агрегат, похожий на сканер, используемый на КПП, и направила его на меня.

– Ладно, разбирайтесь сами. Я пошла. – Алиса махнула рукой и выскользнула за дверь.

***

В это время кладовщица закончила водить возле меня этой штуковиной для снятия мерок и включила комп.

– Тебя как звать-то? – Маргарита Петровна села перед монитором и подняла на меня взгляд.

– Иржи.

– Садись, – женщина усадила меня на диванчик рядом с собой. – Сейчас я тебе открою каталог с базовым женским кадетским набором. От тебя требуется с каждой страницы выбрать по одной вещи.

– Вот смотри, – Маргарита Петровна ткнула пальцем в экран, – первая страница – форма номер один.

На экране появились цветастые платья, наподобие тех, в которых были на обеде ученицы. Все платья были одной модели, отличаясь друг от друга только расцветкой.

– Тебе какое платье больше нравиться? – спросила кладовщица.

– Синее.

– Значит, ставишь напротив него «галочку», – Маргарита Петровна ткнула пальцем в пустое окошечко рядом с понравившимся мне платьем, – и переходишь на следующую страницу. Поняла?

– Да! – я перелистнула страничку каталога.

– Хорошо! – покивала кладовщица. – Давай теперь сама. А я за НПН для тебя съезжу.

– НПН?! – я вопросительно уставилась на женщину.

– Набор первой необходимости. Они все одинаковые. Прокладки, маникюрный набор, салфетки, косметика и т.д.

Маргарита Петровна виртуозно, как заправский гонщик, развернула платформу и унеслась в складские джунгли.

Я же приступила к вдумчивой расстановке «галочек».

На второй странице каталога под названием – форма два, располагались спортивные костюмы. Но не такие, в котором я вышла из дома и все ещё «щеголяла», а больше похожие на «комкос», который я носила на борту «Мухи».

К возвращению кладовщицы, я успела пройти весь каталог до конца и проставить на каждой странице по галочке.

Маргарита Петровна привезла не только НПН в симпатичном прозрачном баульчике, но и пластиковую коробку с несколькими наборами постельного белья.

Женщина припарковала свою платформу у выхода из склада и аккуратно с нее спустилась. Потом из стенной панели выдвинув вторую «пневмушку», скомандовала:

– Ну что, кадет Иржи, забирайся! Поехали вещи по твоему заказу забирать.

***

И мы поехали. И не просто поехали, а помчались, погнали, рванули и понеслись! Это было целое приключение! Маргарита Петровна, оказалась ярым гонщиком, мы так проносились мимо складских рядов, что у меня свистело в ушах. Хорошо, что на платформе были небольшие ограждения с поручнями. Я крепко вцепилась в поручень и запищала только на особо крутом повороте.

На что Маргарита Петровна рассмеялась и похлопала меня по спине:

– Не бойся, Иржиночка! Я в свое время все гонки на шлюпах выиграла.

Потом кладовщица остановила «пневмушку» и начала рассказывать:

– А как я крейсера водила, закачаешься! Эх! Я бы и сейчас погоняла, да на берег меня списали. Вот и остаётся только на платформах «черепахаться»!

–А почему списали? – было так интересно, что я отступила от своего правила – не лезть человеку в душу.

–Так по ранению. У нас, за редким исключением, тут все такие. Те, кто не захотел на пенсии дома отсиживаться. Целое боевое братство.

– А Алиса?

– Лису тоже после тяжёлого ранения списали. Только не расспрашивай ее. Она ещё не смирилась.

– Не буду…

Мы ненадолго замолчали. Каждая думала о своем. А потом Маргарита Петровна спохватилась:

– Ой, и заболтались мы с тобой! Скоро Лиса явится, а мы с тобой даже не начали вещами затариваться.

И мы продолжили рейд по стеллажам.

Кладовщица, сверяясь с кодом, высвечивающимся на ее коммуникаторе, подводила пневмоплатформу к нужному стеллажу и подносила руку к считывающему устройству. В электронном мозгу агрегата, отвечающего за данный стеллаж, что-то щелкало, и начинался процесс выдачи. Шуршал автопогрузчик, пищали сканеры на манипуляторах, перекладывающих стопки с вещами. Потом что-то тихо гудело и к нам на «пневмушку» опускались упаковки с одеждой.

– Ну, что понравилось тебе в моих владениях? – спросила Маргарита Петровна, когда мы вернулись к компьютерному комплексу.

– Очень! – Восхищенно выдохнула я. – Это-то какое-то завораживающе волшебное действо.

Кладовщица довольно покивала, сошла с «пневмушки» и добавила к привезенным нами вещам, постельное белье и НПН с первой платформы.

Вещей набралось столько, что нам, с пришедшей за мной Алисой, пришлось доставлять их в казарму прямо так, на складской пневмоплатформе.

Маргарита Петровна на прощание подала мне руку:

– Если что понадобится, заходи! По воскресеньям у нас выделены специальные часы выдачи для учащихся.

***

Когда мы вышли из склада, Алиса улыбнулась и спросила:

– Ну, что Марго тебе все тайны училища выдала?

Я отрицательно помахала головой, а потом спросила:

– А она, правда, космическими кораблями управляла?

– Правда, – кивнула Алиса. – Не просто управляла, а в свое время была легендой космофлота.

Когда мы с Алисой груженные по самые макушки появились в моей комнате, соседок ещё не было.

Алиса нашла мне пустые шкафчики и полочки, показала куда лучше сложить обувь, которой оказалось огромное количество: от армейских ботинок до туфелек на супервысоких каблуках. Надобность которых в стенах военного училища, была мне не совсем понятна. Точнее, совсем не понятна. Как и уроков – этикета и танца.

Я начала заправлять постель, а Алиса, предупредив, что через полчаса ужин, опять умчалась по своим суперважным делам.

Когда с заправкой постели было покончено, я оглядела свое «шикарное» ложе, под кодовым названием – лежанка казарменная обыкновенная, и подумала, что чего-то до полноты картины мне не хватает. Потом вспомнила про захваченного из дома игрушечного мишку. Достала «старого» друга из рюкзака и посадила на подушку.

Оставшись довольной произведенными манипуляциями, достала синее платье под официальным названием форма номер один и наконец-то переоделась.

Потом засунула снятую одежду в стиральный бак и со спокойным сердцем отправилась в столовую.

***

Вернувшись после ужина в комнату, мы с соседками для порядка, поспорили об очередности принятия душа. Хотя девчонки были сразу готовы запустить меня первую. Им до сна ещё нужно было выполнить домашку.

Девчонки включили компы и занялись делом, а меня отправили мыться.

Я, не спеша, приняла душ, потом встала под теплые струи воздуха, раздариваемые большим сушителем, и позволила себе немного погреться. Подождала, когда досохнут волосы, и натянула на себя новенькую пижаму. Вышла довольная, разморенная и почти уснувшая. Но пересилила себя и заплела волосы в косу. Иначе, с их непослушностью, мне утром просто не справиться.

Потом я пожелала соседкам хороших снов, нырнула под одеяло и практически сразу отрубилась. Сказалось обилие полученных впечатлений такого насыщенного и долгого дня.

Глава 3. Нагружать все больше нас…

Утро, моего первого дня в училище, началось с сирены. Она гудела так, что подо мной ходила ходуном лежанка. Я соскочила с постели и заозиралась, не понимая, где я и что случилось.

Первой мыслью было – Кррехи! Потом, вспомнив, что я сейчас на Луне, отогнала эту мысль, как безумную. Кто бы их подпустил к «Сердцу Федерации» – Земле?!

Потом заметив спокойных, но сосредоточенно одевающихся девчонок, немного успокоилась. Соседки быстро натягивали на себя спортивную форму училища, а по мне так обычный «комкос».

– Быстро одевайся! – крикнула мне Кэт, доставая из шкафчика армейские ботинки.

– Что случилось?! – спросила я, ныряя в свой «комбинезон космонавта». Хорошо, что я его положила на передний план. Не нужно было сейчас терять время на поиски.

– Тревога! – фыркнула Тэс.

– А почему? – пропыхтела я, защелкивая магниты на армейских ботинках.

– Наверно, учения, – пожала плечами Тэс. – Мы здесь сами недавно, а вот старшие потоки говорят, что учения часто проводят.

– Хватит болтать! – крикнула Кэт, направляясь к выходу. – На плац, бегом!

Поток кадетов стремительно стекал по междуэтажным пандусам вниз, и через широко распахнутые двери выливался во двор. Перед зданием казармы располагался плац из композитного покрытия, заглушающего звуки. Покрытие упиралось прямо в забор, но не заканчивалось, а уходило куда-то дальше. На плацу девчонки строились квадратами, по четыре человека в четыре ряда. Я встала рядом с соседками.

Блин, блин! Я расчесаться не успела! Хорошо девчонкам, у них волосы короткие. А у меня вся коса растрепанная. Хорошо, что я ее на ночь заплела! А то бы у меня на голове вообще полный «шухер» был.

Я только сейчас обратила внимание, что все девочки здесь с короткими волосами. Надо будет спросить соседок – их, что тут заставляют коротко подстригаться?

***

Перед строем учащихся стояли преподаватели. В такой же амуниции, как и мы. Один из преподов, пожилой светловолосый мужчина поднял руку, и на плацу установилась звенящая тишина. Потом он что-то тихо сказал молодому брюнету стоящему рядом с ним. Брюнет нажал на браслет и стальной забор, как оказалось, деливший плац на две половины, отъехал в сторону.

На той стороне, такими же квадратами стояли мальчишки. И вторая часть преподавателей.

Ух, ты! Значит, у нас совместные учения. Интересно, а в каком формате они будут проходить? А кто эти мужчины? Блондин на нашего бывшего начальника базы смахивает.

Я хотела пихнуть соседок и шепотом обо всем расспросить. Но вокруг стояла такая тишина, что я не решилась.

В группе преподавателей, я заметила Алису. Ей очень шел «комкос». Она была вся такая изящная и фигуристая.

– Сегодня у нас, как вы уже наверно поняли, очередные учения, – пожилой блондин обвел взглядом обе половины учащихся. – Так что не будем терять время, на пустую болтовню. И так распределение: – потоки четвертого курса – «А», «Б» и «В», со своими кураторами отправляются на орбиту.

Девушки и парни подбежали к своим кураторам и построились в три ровные шеренги. Причем каждый поток состоял как из девушек, так и из парней, и на обе половины был один куратор.

И сразу, по команде: – «бегом!», – три составные шеренги покинули плац.

– Теперь потоки третьего курса – «Г», «Д» и «Ж», отправляются на полигон, – куда-то вправо махнул рукой блондин.

Следующие учащиеся, тремя стройными шеренгами, спешно покинули плац.

– Потоки «З», «К» и «Л», второго курса – полоса препятствий. А младшие – «М» и «Н», три круга по плацу и в спортзал. Еще три потока дружно утопали с плаца. Остались только самые младшие. Как я понимаю, мы и есть потоки – «М» и «Н». Кстати! На входной заставке моего компа было написано – 1 курс, поток «М» комната 27.

***

К нам подошли кураторы, две женщины, одной из которых оказалась Алиса. И мальчишки. Мальчишек было явно больше чем нас. А еще они поглядывали на нас с явным превосходством и пренебрежением. Всем своим существом выражая: – «Девчонки?! Да что они могут! Зачем их вообще сюда берут?!».

Мне сразу захотелось утереть им нос и показать кто тут «круче самой большой кручи!» – как сказала Тэс. И я решила, что приложу к этому все усилия.

Алиса отозвала наш поток в сторону, построила и начала объяснять предстоящие задачи. Оказалось, что «Мэшки», все новички. Так, что для всех нас эти учения первые.

– Вы сейчас видели перед собой Джона Бриона. – Для тех, кто, как и я попал в училище буквально на днях и совсем ничего еще не знает, Алиса начала рассказ с азов. – Он уже десять лет, как бессменный начальник нашего училища.

– Джон Брион?! – воскликнул какой-то парень, стоящий через двух человек слева от меня. – Тот самый адмирал Брион? Гранд Адмирал Брион, который десять лет назад разбил эскадру пиратов и уничтожил их самую большую базу в галактике М64 «Черный Глаз»?!

– Насколько я знаю, – Алиса усмехнулась, – то тот самый!

– Вот это да! – парень явно впечатлился полученной информацией.

Все это время, пока мы тут разговоры разговаривали, поток «Н» нарезал круги по плацу. А закончив «беготню», куда-то дружно утопал.

– А сейчас прекратили разговоры, – Алиса обвела шеренгу строгим взглядом, – и внимательно меня слушаем. Два раза повторять не буду.

– Сейчас вы делаете три круга по плацу, и мы дружно идём в спортзал. – Алиса медленно шла вдоль шеренги и четко артикулировала, делая паузы после каждого слова. – Потом, не переодеваясь, вы идете обедать. Девочки остаются здесь, а мальчики уходят на свою территорию. После обеда у вас двадцатиминутный перерыв на личные нужды.

В строю, на этих словах, кто-то хихикнул. Алиса резко остановилась и спросила:

– Я что, сказала что-то смешное?!

Ей никто не ответил, и она продолжила: – потом, вплоть до ужина, вас ждут занятия с инструктором по стрельбе.

Алиса оглядела нашу не очень стройную шеренгу и спросила:

– Всем, все понятно?

Мы невпопад «заблеяли»:

– Да!

Что это?! – Алиса, голосом дала нам понять как велико ее возмущение. – Как должны отвечать кадеты? Вы должны отвечать: – Так точно! И никак иначе.

Ну-ка, на раз, два, три, дружно кричим:

– Так точно!

Алиса заставила нас прокричать это словосочетание раз семь, а может, и все десять. А потом отправила на пробежку, сама встав у казармы.

На втором круге я выдохлась и сошла с дистанции, хватая ртом воздух. И не только я одна. Третий круг осилили немногие, половина парней и всего несколько девчонок. Мои соседки к этим «монстрам бега» не относились. Мы с ними, на краю плаца, согнувшись в три погибели, дружно пытались отдышаться и восстановить дыхание.

Когда экзекуция, под названием «Три круга по плацу», закончилась, Алиса нас построила и повела в спортзал. Он располагался сразу за казармой и привлекал внимание своими исполинскими размерами.

Спортзал был практически пуст, только где-то в самом конце зала, поток «Н» усиленно трудился над выжиманием пота. Видимо, сейчас нам предстояло то же самое действо.

Долго любоваться на кадетов из соседнего потока нам не дали. К Алисе подошёл лысый крепыш (как я потом узнала, крепыш носил прозвище «Орк» и вел физподготовку, и рукопашный бой у нашего потока), поздоровался и кинул нас в сражение с жиром и ленью.

Как же я собой гордилась, когда этот «комок мышц» похвалил меня за наработанную растяжку. Не зря я все свободное время, на станции старателей, проводила в спортзале. Но это мне мало помогло, Азнаак выжал из нас все соки. Так что в столовую я еле доползла.

***

Очень хотелось остаться в комнате, просто лечь, и не вставать с постели до утра. Но желудок, своим настойчивым урчанием победил желание спать, пришлось встать и шагать на обед.

Мои соседки были в том же положении, что и я, желание спать и есть, у них тоже вели между собой яростную битву.

И взяв себя в руки, а по большому счету «в ноги», мы плелись, друг за другом, как сомнамбулы. Мне хотелось задать девчонкам кучу вопросов, их с утра, накопилось множество, но язык не хотел ворочаться. (Интересно и где это он так устал?) Но я все же уговорила его на один вопрос:

– А почему нас завтраком не покормили?

– Так, ведь подняли по тревоге! – сердито буркнула Тэс. – При настоящем «шухере» тебя ведь никто завтраком кормить не будет.

– Старшие курсы сегодня и без обеда! – нашла силы на разговор Кэт. – Так что нам еще повезло!

Потратив оставшиеся крохи сил на разговор, дальше мы шли молча.

В столовой было необычно малолюдно, вернее «малодевачково». Зато можно было взять добавку. Повара наготовили на весь состав училища, а обедать пришла только половина кадетов.

Алиса стояла возле выдачи и контролировала, чтобы мы не брали больше положенного. Она сказала, что если мы переедим, то на занятиях просто уснем. А этого она позволить никак не может!

Быстро закинув в себя, все, что мне выдали на раздаче и чтобы не уснуть за столом, я начала донимать подруг вопросами:

– А почему все девочки с короткими волосами?

Тэс, сосредоточенно жуя сладкий пирог, пожала плечами. Кэт посмотрела на сестру, а потом повернулась ко мне:

– А тебе удобно было сегодня с косой бегать?

Я вспомнила, как во время бега коса больно била по спине и отрицательно помотала головой.

– Вот и ответ на твой вопрос, – вздохнула Кэт. – На многих занятиях длинные волосы мешают.

– Угу! – Тэс доживала пирог. – Мы сразу подстриглись.

– А где тут подстригают? – я перекинула косу вперед, подняла за кончик и критично рассмотрела.

– Это в воскресение в штабном корпусе. – Отмахнулась Кэт. – Мы тебе потом покажем. А сейчас пошли в бункер, через десять минут занятия начнутся.

***

Вход в бункер был расположен прямо под спортзалом. За железной дверью, с торца здания, начинался пандус, который плавно уходил вниз. А заканчивался пандус в длинном коридоре, из которого вели несколько бронированных дверей.

От резких запахов, которыми пропиталось все помещение, я с непривычки расчихалась. Бункер источал ароматы дыма, железа, пороха и машинного масла.

Возле единственной открытой двери, нас встречала инструктор по стрельбе, хрупкая маленькая, налысо бритая женщина.

Пока все собирались, я пихнула Кэт и шепотом спросила:

– А чего она так, очень уж радикально с волосами!

– У нее черепная коробка из параксилола. – Тихо ответила Кэт, так чтобы инструктор не услышала. – А парик она принципиально не носит.

– Ранение?

– Угу. У нее еще и нога механическая.

– И прозвище «Киборг»! – влезла в разговор Тэс.

Когда весь наш поток был в сборе, инструктор завела нас в помещение для стрельбы и закрыла дверь на магнитный замок.

Огромный зал убегал куда-то вдаль, где-то в самом конце тира виднелись ростовые мишени. А сразу у наших ног лежали маты из греепласта – упругого и прочного комбинированного материала.

– Для тех, кто не в курсе, меня зовут – Эвелина Тиоли! И я ваш инструктор по стрельбе, – представилась женщина и начала раздачу оружия, сопровождая свои действия необходимыми пояснениями.

– Сейчас каждая, по очереди подойдет ко мне и получит винтовку. – Эвелина подошла к стене, сдвинула в сторону фальшпанель и приложила запястье с коммуникатором к магнитному запору. Внутри механизма, что-то загудело, щелкнуло, и бронированная дверь отъехала в сторону.

– Сегодня мы будем изучать старинную снайперскую винтовку ОРСИС Т-5000 М. оружие снайперской элиты, – продолжила рассказ Эвелина, вручая каждой по винтовке. – Это многозарядка с продольно-скользящим затвором. В армии, конечно, используются более современные образцы. Но за основу взята именно эта винтовка. Вы можете мне сказать, что сейчас войны ведутся совсем в других масштабах и будете, конечно, правы, но иногда разведчику бывает нужно и такое оружие.

***

Я осторожно приняла из рук инструктора винтовку и отошла в сторону. Я не знала, с какой стороны взяться за эту штуку и поэтому держала винтовку на вытянутых руках, подальше от себя. А вдруг я что-нибудь задену, и она начнет стрелять?!

Чтобы прояснить ситуацию, и возникшие по ходу дела вопросы я направилась к соседкам по комнате. Должен же мне кто-то помочь с этой штуковиной! Девчонки получили оружие одними из первых и теперь стояли далеко от меня.

Пока я пыталась пробраться сквозь вооруженную толпу, инструктор закончила выдавать оружие и начала раздавать указания:

– Первая группа, занять позицию! Вторая группа приготовиться.

Блин! Мои подруги встали во вторую группу. И я не успела их расспросить на тему стреляющих железных агрегатов.

Пятнадцать девчонок залегли на матах. Эвелина продолжила командовать:

– Кадеты, которые на стрельбах первый раз, вам построиться по двое возле меня. Для вас у меня приготовлена «песочница».

Инструктор указала на два мата, расположенные немного в стороне от основной массы. Вокруг них мерцало защитное поле, из тех, что гасят скорость.

***

Нас было пять человек, оставшихся возле Эвелины. Пока мы неумело строились, она отдавала дальнейшие приказы:

– Первая группа, у вас три выстрела – голова, сердце, живот. Начали!

И тут же затрещали выстрелы, я от испуга присела, закрыла глаза и выронила винтовку.

Эвелина подошла ко мне и спросила:

– Так, цветочек! Ты когда-нибудь стреляла?

Я открыла глаза и помотала головой:

– Нет.

– Тогда подняла винтовку и бегом на позицию! – приказала инструктор, кивнув в сторону «песочницы».

Я осторожно взяла эту опасную железяку двумя пальцами и чуть опять не уронила. – Бери нормально! – гаркнула Эвелина и показала мне, как правильно держать винтовку. – Она не кусается. Оружие на предохранителе.

– А теперь принять позицию «Лежа»! – скомандовала Тиоли и отошла к основной группе.

Я прошла сквозь защитное поле, как через густой тягучий кисель, подошла к матам, плюхнулись на живот, положив возле себя винтовку.

В это время Эвелина командовала основной группой:

– Первая группа покинуть позицию, вторая группа на исходную! Задание тоже. Стреляем по команде.

Потом инструктор повернулась ко мне, покачала головой и подошла поближе:

– Ты что тут спать легла?! Упор на локти принять! Ноги вытянуть прямо и раздвинуть в стороны.

Я попыталась изобразить, то, что от меня хотели. Но, то ли с соображением у меня туго, то ли хотели от меня не того. Но все мои попытки, ни к чему не привели.

– Ноги раздвинуть, я сказала! – инструктор подошла и пнула мне по ногам. – Детский сад!

Я, конечно, промолчала, но про себя взвыла. Тяжелым армейским ботинком! Это что нас тут ещё и бить будут?!

Додумать паникерские мысли мне не дали.

– Руку на локоть под винтовку. – Эвелина продолжила надо мной измываться. – Снять с предохранителя. – Тиоли наклонилась и ткнула пальчиком в какую-то железку.

Я потрогала железку и подняла вопросительный взгляд на инструктора. Куда и что снять я не очень поняла, вернее совсем не поняла. Инструктор вздохнула, опустилась рядом со мной на одно колено и оттянула железку, переведя рычажок вверх.

– Теперь крепче прижми к плечу приклад и направь винтовку на мишень.

Ну, направила я винтовку на мишень. А дальше что?! Они так далеко, что их почти не видно, мишени эти!

– А теперь нужно совместить мушку с прицелом и нажать на курок. – Инструктор ткнула пальцем в каждую названную деталь и поднялась с колена.

– Только смотри, не попади в какого-нибудь! – криво хмыкнула Эвелина.

Вот зачем она это сказала про – «не попади»?! У меня сразу зубы заклацали и руки затряслись.

– Ну чего ждём? – спросила инструктор у замёрзшей в нервной трясучке, меня. И заорала: – Пли!

Ну, я и пальнула, закрыв от страха глаза. Отдача дернула дуло вверх, пуля звякнула о плафон на потолке и куда-то отрикошетила. Хорошо, что защитное поле погасило скорость пули. Плафон, к моей радости, остался цел, видимо, от таких, как я стрелков, он был сделан бронебойным.

– Все живы? – инструктор обвела взглядом тир. – Прекрасно! – и обращаясь уже ко мне, засмеялась: – Вот ведь можешь, когда хочешь!

Юмористка!

Вторя инструктору, мерзко захихикали четыре новеньких девочки, стоявших рядом и ждущих своей очереди в «песочницу».

– А вы «цветочки» чего смеётесь?! – вызверилась инструктор на группу новеньких. – Я вот посмотрю, как вы будете стрелять!

Я потом узнала, что у Тиоли «цветочек» – это самое страшное ругательство.

А пока она опять повернулась ко мне:

– Продолжай! Твоя цель попасть в любое место мишени. Будешь стрелять, пока не попадешь.

Инструктор развернулась к остальным кадетам:

– Запомните все! Здесь армия, а вы кадеты. Нянчиться никто с вами не будет.

***

– А теперь, вторая группа, у вас также три выстрела. Начали!

Мой следующий выстрел был намного удачнее. Пуля не ушла в потолок, а полетела туда, куда я ее послала. (Ага! Послать бы их всех, вместе с пулей!) Короче, пуля ушла в сторону мишеней и даже попала, но не в ту, которую было надо.

Инструктор долго сверялась с коммуникатором, на предмет того, как могло так оказаться, что в мишени одной из девчонок оказалось одновременно две пули. Выстрел был один, а пули две. Потом она вывела на экран код и заводской номер этих пуль. Угу! Тогда Тиоли и догадалась, что вторая пуля оказалась в этой мишени моими стараниями. Эвелина, конечно же, не упустила возможности надо мной посмеяться.

– Ну, что кадет?! Хвалю! Ты у нас почти снайпер, – инструктор подошла ко мне поближе. – Давай старайся! Глядишь и, правда, снайпером станешь.

Ну, что! На пятом выстреле я сообразила, как и что надо совмещать, и попала в мишень, и даже на этот раз в свою.

Мне разрешили встать и отойти к группе отстрелявшихся. Вскоре к нам присоединилась и вторая группа.

Все были заняты делом. Девчонки сплетничали и, обсуждали свою и чужую меткость. Инструктор вплотную занялась новичками, уложив сразу двоих в «песочницу». Я же терроризировала своих соседок вопросами.

– А чего Эвелина меня сразу стрелять заставила, наверно надо было сначала теорию преподать, ну объяснить там чего-нибудь?

– А, – отмахнулась Кэт, – она всегда так! Считает, что это, как плавать учить.

– В смысле? – не поняла я проведенной параллели.

– Ну, раньше было принято бросать ребенка в воду и ждать, когда он сам выплывет. Выплыл?! Хорошо, значит, плавать научился.

– А если не выплыл?! – спросила я, слегка шокированная старыми обычаями.

– Значит, утонул! – фыркнула Кэт. Потом посмотрев на мое обалдевшее лицо, добавила: – Да, шучу я! Если не поплыл, значит, не дано плавать. Вытащили и все на этом. Так и Эвелина, сразу новеньких «понюхать пороху» посылает.

– А чего она вместо того чтобы объяснить или показать, как правильно лечь, по ногам пинает? – насупилась я, вспомнив чувствительный и обидный пинок.

– Да с нервами у нее не в порядке после контузии, – пожала плечами Кэт.

– И вообще, не лечь, а принять положение «Лежа»! – спародированным нарочито скрипучим голосом ворчливо добавила Тэс.

Отпустили нас со стрельбищ перед самым ужином. Хорошо, что на нашем пути здание столовой стояло перед казармой, а то бы до столовки я бы не дошла.

Как и что ела, я не помню. И как до казармы дошла, тоже в памяти не зафиксировалось. Помню, что девчонки заставили меня стянуть «комкос», затолкали в душ, потом подержали под сушителем и засунули под одеяло.

Спала я без задних ног.

Глава 4. Теперь я …

Проснулась я от того, что меня кто-то усиленно тряс за плечо.

– Иржи! Подъем! Вставай! – надо мной стояла Кэт и ухмылялась: – Что укатали сивку крутые горки?!

– Ни слова не поняла из того, что ты сказала! – я натянула на голову одеяло и попыталась продолжить просмотр сказочно прекрасного сна.

– Вставай, говорю! – повысила голос Кэт, наглым образом вырывая меня из сладких объятий Морфея. – Умывайся и на зарядку! Бегом! А то опоздаем, – резким движением подруга стянула с меня одеяло. – Если опоздаем, вместо завтрака будем нарезать круги по плацу.

Нарезать круги мне не хотелось, чтобы это не значило. Пришлось послать прощальный поцелуй богу сна, встать и нестись в санмодуль. Потратив три минуты на все гигиенические процедуры, я выскочила к девчонкам и заорала:

– Я готова!

Тэс бросила на меня лукавый взгляд, уперла руки в боки и съехидничала:

– Ты прямо так, в пижаме на зарядку пойдешь?

Я оглядела себя и поняла, что дала маху, пижамка явно не подходила для прогулок вне спальни. Мне нужно срочно переодеться, только во что?

На девчонках были надеты легкие комбинезончики. У меня тоже где-то должен быть такой же. Но где? Вещи же я еще не успела разложить, они так и лежали непонятно как запиханные по шкафам.

Я растерянно посмотрела на девчонок.

– Кэт, ты помнишь маркировку на упаковках со спортивными принадлежностями? – Тэс ринулась к моим шкафчикам.

– Ищи Т-35. – Кэт метнулась на помощь сестре.

Наружу полетели упаковки и баульчики. Вскоре возле шкафов образовалась приличная куча вещей. Интересно, когда я буду все это убирать?

– Девочки! Вы, почему опаздываете? – в дверь заглянула встревоженная Алиса. Всмотревшись в творимое безобразие, наш куратор тут же повысила голос: – Это что?!

– Простите! – крикнула Кэт, вынимая из шкафа очередную упаковку, – мы не объяснили Иржине, что надо заранее подготовить костюм для зарядки.

– Нашла! – пискнула Тэс, достав упаковку с кодом Т-35.

Пока я переодевалась, Алиса читала девчонкам нотацию.

– А то, что вы здесь устроили, будете убирать после обеда! – втолковывала Алиса. – Если не успеете, продолжите после ужина. А теперь бегом на построение! Осталось две минуты.

И мы побежали. И даже успели. Зарядка прошла в штатном режиме. Помахали руками, ногами, да пробежали кружок по плацу, словом ничего экстраординарного.

***

По дороге на завтрак, девчонки усилено посвящали меня в сегодняшний распорядок дня. В первой половине, вплоть до обеда, у нас значились занятия по рукопашному бою. Поэтому мы не пошли после зарядки переодеваться, а рванули в столовку прямо так, в комбезах. Потому как эти комбинезоны предназначались не только для зарядки, но и числились как форма для рукопашного боя.

А послеобеденное время у нас было поделено поровну между этикетом и танцами. Интересно, зачем разведчику танцы?

Этот вопрос я озвучила девчонкам в столовой, пока ждала, когда они уничтожат свои порции. Соседки ели намного больше меня, я уже налопалась, так что тяжело было даже дышать, а они все еще жевали. Вот что значит чистокровные Маархи.

– Потому что неизвестно, какая у тебя будет легенда, для работы под прикрытием. Может, придется танцевать, – безразлично ответила Кэт, дожевывая котлету.

– Голой! – буркнула Тэс, допивая компот.

– Как это голой?! – вскинулась я возмущенно.

– Обычно, – пожала плечами Кэт. – Если придется, например, идти работать танцовщицей в бар к пиратам, то и голой может танцевать придется. Тебе потом все расскажут. А сейчас пойдёмте-ка в спортзал, а то наш «Орк» не любит опаздывающих.

Всю дорогу до спортзала, я думала о том, как это я буду танцевать голой перед пиратами???

– Нет! Вы мне скажите, а что обязательно голой танцевать?! – остановила я девчонок перед входом в спортзал.

Девчонки притормозили и посмотрели на меня как на полоумную.

– Ты чего завелась с этими танцами?– фыркнула Кэт.– Ты вон лучше про «Орка» думай. Не знаю как с танцами, а вот драться голыми нам, сто процентов придется!

– З-з-зачем?! – у меня даже зубы от страха заклацали.

– Для деморализации противника. Выходишь ты вся такая беззащитная из душа, такой нежный цветочек, в одном полотенце. Боишься, смущаешься, а потом неожиданно полотенце в сторону, да как наведешь шороху! Так что мало не покажется! И свидетелей твоего обнажения не останется.

– Но это на старших курсах, а пока нас просто драться учат. – Тэс посмотрела на мое перекошенное лицо и поспешила меня успокоить.

– Это поэтому у нас обучение проходит отдельно от мальчишек?

– Нет! – Покачала головой Кэт. – Чтобы мы не влюблялись. А то вдруг влюбимся, поженимся, а потом и дети пойдут. Это все мешает работе и становится слабым местом разведчика.

Потом немного помолчав, добавила:

– И пошли быстрее, а то Азнаак приседать или отжиматься заставит, если опоздаем.

***

Спортзал встретил нас мягким пружинистым покрытием и жёсткими спаррингами. Нас расставили по парам и велели показать все, на что мы способны.

В качестве награды победителям схваток, пообещали досрочный роспуск с занятий. И, естественно, увеличенное личное время. А проводить основное время занятия, инструктор рукопашного боя, будет с аутсайдерами, проигравшими в спаррингах.

Мне дали в пару угловатую приземистую брюнетку по имени Миритта. Она плотоядно усмехнулась и встала в боксерскую позицию. Я же приготовилась получить очередную порцию оплеух от судьбы. Вот почему мне не попался кто-нибудь менее агрессивный?

«Орк» свистнул, и я чуть не пропустила первый удар. Не мудрствуя лукаво, брюнетка просто выбросила кулак в сторону моего лица. Я едва-едва успела отклониться в сторону и получила удар по касательной в плечо. Миритта тут же пнула меня в коленную чашечку, я рухнула на пол и взвыла от боли, но успела откатиться в сторону. Эта брюнетистая киксерша (киксер – производное от кикбоксера) собиралась прыгнуть мне на голову.

Сначала я пыталась сопротивляться, и даже смогла пнуть этой бойцовой курице по ногам и встать. Но потом удары посыпались на меня градом, я скорчилась и прикрыла руками лицо. Моя противница молотила кулаками с такой скоростью, что отвечать на удары я просто не успевала. Ноги у меня дрожали и подкашивались, но я стояла из последних сил, потому что очень боялась упасть. Мне казалась, что эта девица тогда меня просто запинает. Мне повезло, что на спарринги было выделено короткое время. Спасением прозвучал свисток инструктора, удары прекратились, и я мешком упала на пол.

По-моему, на мне совсем не было живого места, болело все, что могло болеть. В ушах шумело, из носа бежал красный ручеек. Я ревела и размазывала его по лицу вперемежку со слезами.

– Победители свободны! – гаркнул Азнаак, во всю мощь своих богатырских легких. А потом почти шепотом продолжил: – Побежденные идут смывать с себя кровь и слезы. У вас десять минут. Время пошло!

– Да пошел ты вместе со своим временем! – прошептала я в ответ.

Мне казалось, что у меня не осталось пустого места на теле, где не было бы синей печати Миритты. Двигаться мне было больно, поэтому я валялась буквально пластом и вставать не собиралась. По крайней мере, сейчас!

– Иржи! – ко мне подошла Кэт. – Вставай! Надо встать.

Я открыла глаза и уставилась в разукрашенное лицо подруги. У Кэт полностью заплыл правый глаз, а на левой щеке кровоточила глубокая царапина. Еще одна красавица!

– Пойдем! – Кэт протянула мне руку, помогая подняться. – Там Тэс ждёт. Я ее у стены санмодуля усадила.

– Зачем это все? – я развела руками, указывая на избитых девчонок.

– Пойдем, пока ты будешь умываться, я попытаюсь тебе объяснить.

Я оперлась о руку Кэт и, кряхтя, как старая бабка, поднялась. Потом осторожно переступила с ноги на ногу, проверяя их на устойчивость, и побрела вслед за Кэт в сторону санмодуля.

Кэт подняла сестру и подтащила к свободной раковине. Потом включила холодную воду и засунула голову Тэс под струю. Я проделала эту процедуру сама.

Вода ударила мне по волосам, потекла по лицу, смывая кровавые сопли, ледяным потоком заструилась по спине, охлаждая разгоряченное тело. Я впитывала в себя воду как губка. Кэт встала вместе с сестрой под сушитель и махнула мне, чтобы я присоединялась к ним.

Я же стояла и смотрела на кровавые подтёки, пока меня не затрясло от холода. Тогда я, наконец, занырнула к девчонкам под теплые потоки воздуха.

– Ты хотела объяснить… – пролепетала я сквозь боль разбитых губ.

– Это просто такое испытание, испытание на прочность. Те, кто не выдержат и сломаются, уйдут в другое училище. Там учатся на факультетах вспомогательных служб. Разведке нужны не только оперативники, но и операторы, секретари, механики, и так далее. Отчисленные кадеты останутся в разведке, но не в боевой группе.

– Если бы меня спросили, я бы сразу ушла в то училище. Мне не нравиться, когда меня бьют! – я поспешила высказаться, возмущенная решением, которое Светлана приняла за меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.