Маричир
Вишну и Его вайшнавы

Умиротворяющему,

Возлежащему на бессмертном Шеше,

Тому, из чьего пупа вырастает лотос жизни,

Господину небожителей,

Хранящему Вселенную,

Безграничному как высокое небо,

Тёмному как грозовая туча,

Супругу прекрасной Лакшми,

Тому, чьи глаза чаруют красотой лотосов,

Кого в медитации созерцают йогины,

Избавляющему от страхов перед жизнью,

Господу всех миров

Посвящаю свой труд.

© Моисеев С. Р. Текст, 2023

© ООО ИД «Ганга». Оформление, 2023

Тёмноликий Вишну, возлежащий на Шеше в окружении Лакшми и небожителей.

Храм Кудал Алгар, Мадурай. Один из 108 дивья-дешам, или священных мест паломничества

О Господь, пробудись ото сна для защиты мира.
Открой прекрасные глаза, чтобы мир стал счастливее.

Гопи жаждут видеть тебя лотосоподобными глазами.
Освяти их светом, сияющим как Солнце.
Разгони тьму, ведь Ты – высший свет.
Открой прекрасные глаза.

Ошибки мира – голубые кувшинки, которые ты освещаешь ночью как Луна.
При тебе птицы поют, исполняя священные гимны.
Ты – дерево Париджата, исполняющее желания преданных.
Открой прекрасные глаза.

Грудь Лакшми – как птица чакравака.
Она нежно прижимается ею к тебе.
О совершенный Господь, пробудись, насладись нашей любовью.
О Вишну, открой прекрасные глаза на наш мир.

Аннамайя, Утренний киртан Medinijeevula gaava

Вступительное слово автора

«Его образ и вера захватили сердца и умы миллионов, привели его последователей к пониманию, что он – Солнце и ежедневная пища, что от него зависит плодородие, он кормит, он защищает и управляет Вселенной, он учит… и когда человеческая душа посвящает себя и объединяет себя с Высшей душой, это гарантирует благоденствие, успех, богатство и добродетель», – отзывался о Вишну голландский востоковед Ян Гонда (Gonda, 1969, рр. 174–175), открывший вайшнавизм для европейской культуры. Однако для того, чтобы божественная природа получила понимание и признание, человечеству потребовалось несколько столетий.

Корни вайшнавизма уходят куда-то в далёкое прошлое, о большей части которого мы мало что знаем. Когда кочевники-арии, исповедовавшие Веды, мигрировали в Древнюю Индию, они не оказались в духовной пустыне. В новых для них землях уже процветали, по меньшей мере, две традиции (Dandekar, 2005, р. 9498). Первой из них была традиция «муни-яти», мудрецов-отшельников. Жизнь философствующих аскетов состояла из йоги, самоограничения и отказа от мира. Из них в последующем вышли шайвы, поклонявшиеся Шиве в лице Пашупати. Другая традиция взращивала любовное отношение к местным и родовым божествам. У каждого клана или регионального сообщества были собственные божества, за которыми ухаживали и у которых искали защиту. Из них в последующем выйдут будущие вайшнавы, у которых взаимоотношения с божествами строились вокруг преданной любви.

Кочевые арии принесли с собой поклонение духам природы – богам огня, неба и другим. Их заселение по Древней Индии сопровождалось слиянием местных и пришлых традиций между VI и V веками до н. э. Ранний вайшнавизм возник где-то во времена упадка ведийских традиций. По мере взросления сознания брахманов, отвечавших за ритуальные связи с божествами, приходило понимание трансцендентной и всеобъемлющей природы Бога. За небом и землей, водой и огнем стояло нечто большее, незримое и объединяющее. Божественная сила проявляется повсюду, всегда и в каждом живом существе. Её имя – Всепроникновение, или говоря языком санскрита, Вишну. Согласно классической трактовке, приведённой в пуранах, Вишну означает «всепроникающий», «всенаполняющий», «вездепребывающий». Один из первых комментаторов Вед, мудрец Яска, в труде «Нирукта» дал определение Вишну как «тот, кто проникает везде» и «тот, кто свободен от оков и ничем не связан» (Adluri and Bagchee, 2012, р. 245).

Уникальность раннего вайшнавизма состояла в том, что безымянные провидцы, которым приписывают сочинение священных текстов, видели единое начало в божествах рода, племени и местности. Понимание, что за разными именами и обликами скрывается один и тот же Господь, стало распространяться с III века до н. э. Универсальное вйдение было поддержано правителями Маурьями (317–180 гг. до н. э.), которые сделали вайшнавизм наследственной религией. Тем самым почитание Всепроникающего, Вездеприсутствующего и Всеобъемлющего поглотило многочисленные родовые и племенные божества (Gonda, 1970, рр. 171–172). Они стали именами и проявлениями одного и того же Вишну, пребывающего во всех. Из лингвистического трактата древнеиндийского учёного Патанджали (II в. до н. э.) мы узнаем, что Вишну признали и в Нараяне, и в Раме (Санкаршане-Балараме), и в Кешаве (Кришне-Васу-деве). К нему добавилось почитание легендарных героев, включая Анируддху, Прадьюмну, Самбу и других, которых стали считать эманациями Вишну (Chattopadhyaya, 1970, р. 35; Jaiswal, 1980, р. 118).

В первые века нашей эры вайшнавизм поселился в Южной Индии вместе с расширением территории правящих Гуптов (320–600 гг.). Здесь он обретает преданных последователей и здесь же наступает его «золотой век». Наряду с североиндийской традицией на юг пришла санскритская и пракритская литература. Санскрит стал религиозным языком, языком брахманской общины, хранившем тексты и практики. Однако распространению веры и любви к Вишну способствовали не столько древние тексты на малопонятном языке, сколько народная поэзия знаменитых тамильских альваров. До признания альваров в качестве образца любви поклонение Вишну осуществлялось в ритуальной традиции вайкханаса. Она представляла собой смесь ведийских обрядов и философии адвайты, где на первый план выходил обезличенный аспект Бога. В последующем традиция вайкханаса выродилась в ритуальное храмовое поклонение, о чём мы расскажем отдельно. Начиная с V–VI веков гимны альваров приобрели большую популярность. Традиция вайшнавизма насчитывает двенадцать альваров. Согласно агиографическим сведениям, Кулашекхара был царём, Тондарадипподи – брахманом, а остальные имели невысокое социальное происхождение. Это во многом объясняет их глубину, искренность и неповторимость. Альвары были свободны от ритуальных традиций и восприятия божественности «по канону». Их любовная поэзия заложила основу будущей философии вайшнавизма.

Гопалачар Лакшми-Нарасимха, «Вараха спасает богиню Земли».

Современная живопись, Индия

Слева: Вишну как могучий Вараха спасает Бхуми (мать Землю). Династия Чалукья стала первым семейством, принявшим Вараху как своего покровителя, в результате чего Вараха стал символом царской власти. Пещерные храмы Удаягири в Мадхья-Прадеш. Период Гуптов, 380–401 годы

После падения Гуптов вайшнавизм расцвёл в южноиндийском государстве Паллавов (VI–IX вв.). Ушла эпоха альваров, ей на смену пришел период ачарьев, или учителей, помогающих добраться до божественного мира. С Натхамуни начинается линия передачи знаний и опыта от учителя к ученику в традиции, получившей название «шри-вайшнавизм» (srivaisnavism) или тех, «кто принадлежит Вишну». Первые ачарьи разработали философско-богословские учения, воплощавшие идеи альваров. Труды ачарьев послужили фундаментом для создания в XI–XIII веках таких философий, как вишишта-адвайта Рамануджи и двайта Мадхвы.

Шри-вайшнавизм стал своеобразным корнем дерева вайшнавского сообщества, куда входят рамананди, варкари, гаудии и множество других традиций. У любой вайшнавской традиции выделяется несколько черт, по которым они отличаются от других религий или философий. В основе вайшнавизма лежит любовь и трепетное почитание Вишну, всепроникающего Господа. Все остальные божества рассматриваются как второстепенные или как проявление его великолепия. К ним относятся боги (дэвы), духи или существа с выраженными качествами Вишну. Исключение составляют отдельные традиции кришнаизма, где персонификация Бога в лице Кришны считается единственной Высшей реальностью. Преданные Вишну также почитают его супругу, богиню Лакшми. Её любят в разных проявлениях – и как богиню счастья и благополучия Шри, и как богиню Земли Бхуми, и как тамильскую жену молодого Канны, Наппинней.

Сами вайшнавы говорят о своей традиции не как о некоторой самостоятельной религии, а как о всеобщем вечном законе (санатана-дхарма, sanatanadharma). Другими словами, остальные религии не считаются конкурирующими, а всего лишь имеющими другую описательную форму. В их основе лежат одни и те же убеждения, касающиеся Господа и его природы, человеческой души, взаимоотношения между Господом и душой, а также пути освобождения или спасения души. Вишну предстает единственной Высшей реальностью, или, как его называли древние, Брахманом (Brahman). Она может проявляться и как обезличенная реальность, и как персонифицированный, то есть в человеческом облике, Господь. Имена и облики Вишну безграничны и бесчисленны. Он может восприниматься и как Высшая космическая душа, и как внутренний правитель, пребывающий в сердце каждого, и как изображение или мурти, которому поклоняются. Приходя на Землю из духовной обители для восстановления гармонии, он может принимать облик человека.

Вишну обладает совершенными и добродетельными качествами, делающими его близким. Обретение стоп Вишну или совместное наслаждение в его небесной обители, Вайкунтхе, является конечной целью жизни. Потеряв заботы и тревоги, погружаясь в гармонию и тепло, душа уходит из земного мира в райскую обитель. Её освобождение возможно благодаря тому, что человеческие души тесно связаны с Вишну, хотя и обладают индивидуальностью и самосознанием. Чистая и необусловленная любовь считается самоценной и конечным результатом – она и цель, и средство освобождения.

Вайшнавизм не является однородной традицией. С XVIII века его делят на четыре главные сампрадаи, каждая из которых неподражаема. Основателями сампрадай были известные учителя, начиная с Рамануджи. Их идеология значительно различается – от теистической двайты Мадхвы до чистого недуализма Валлабхи. Сампрадаи отличаются взглядами на отношения между Вишну и душой, природу Высшей реальности, иллюзию, практики и пути освобождения. Однако их продолжает объединять одно – любовь к Вишну, каким бы именем его ни называли. За несколько столетий возникало множество второстепенных традиций, некоторые из которых живы по сей день: Рамананда-сампрадая (культ Рамы с центром в Айодхье), Варкари-сампрадая (культ Витхобы с центром в Пандхарпуре), Маханубхава-сампрадая (культ Панчакришны с центром в Джалича Деве) и другие. Наш рассказ в основном пойдет о шри-вайшнавизме, стоящем ближе к истокам и больше остальных сохранившем дух альваров. У него есть и другие названия, среди которых «шри-сампрадая», или «Лакшми-сампрадая».

Шри-вайшнавской традиции принадлежат известные храмы. Вишну посвящён самый большой храм в мире. Им является храмовый комплекс Ангкор-Ват в Камбодже, построенный кхмерским правителем Сурьяварманом II в XII веке. Ангкор-Ват воздвигался как воплощение обители Вишну на Земле. Храм Падманабхасвами в Тривандруме, где Вишну возлежит на гигантском многоголовом змее Шеше, является самым богатым храмом в мире. Храм воздвигнут в VI веке, и на протяжении столетий правители, местное население и паломники делали подношения божеству. В 2011 году храм вошёл в «Книгу рекордов Гиннесса» как самый богатый в мире. Под храмом нашли сокровищницу, наполненную золотом, серебром, драгоценными камнями и другими дарами. Суммарная стоимость сокровищ храма Падманабхасвами оценивается в два десятка миллиардов долларов США. Храм Тирумалы Венкатешвары, или, как его ещё называют, Баладжи или Шриниваса, является самым посещаемым храмом в мире. Святыня Вишну расположена на холме Венкатадри, одном из семи холмов Тирумалы, у подножия которых раскинулся город Тирупати. Ежедневно божество храма, дающее благословение и исполнение желаний, привлекает от 60 до 70 тысяч посетителей, число которых в дни праздников возрастает до 100 тысяч человек.

Вне сомнения, шри-вайшнавизм – одно из ярких проявлений культуры и философии. Благодаря ему формируется мировоззрение, менталитет и нормы поведения. Он определяет обряды и праздники, образ жизни, вплоть до выбора профессии, стиля одежды и общения, круга друзей и приготовления пищи. Шри-вайшнавизм лежал у истоков массовой вайшнавской культуры. Одновременно с рождением кинематографа в Индии началаХХ века начали создаваться первые фильмы о Вишну. В 1913 году на свет появился «Мохини Бхасмасур» – немой черно-белый полнометражный фильм, посвященный Вишну в образе Мохини и демону Бхасмасуре. Он стал первым индийским фильмом с участием актрис, поскольку ранее женские роли играли мужчины-актеры. В 1918 году режиссер Дадасахеб Фальке выпустил немой фильм «Шри Кришна Джанма» («Рождение Кришны»), содержавший субтитры на языке маратхи. В 1919 году тот же режиссер снял немой «Калия Мардан» о детстве Кришны, заканчивающийся сценой победы над демоном Калией. Сегодня популярная вайшнавская культура известна по сериалам, посвященным аватарам Вишну, например, телевизионные сериалы «Парамаватар Шри Кришна» или «Шри Вишну Дашаватара».

Прамод Редди, «Посвящая Маха Вишну».

Современная живопись, Индия

Слева: Вишну, сидящий под капюшонами Шеши.

Пещерные храмы Бадами в Карнатаке.

Период Чалукья, 540–578 годы

Вишну в восьмилепестковом лотосе. Вишну восседает в падмасане в сердце розового лотоса в саду небесного наслаждения. Он держит в руках цветок, раковину, сладкий лайм (матулунгу) и сакральный предмет. Во внешнем мире Вишну приходит как аватара. С внутренней стороны лепестков гигантского лотоса находятся Вараха, Нарасимха, Кришна, Даттатрея и другие. У земных воплощений по две руки, в которых они держат символы Вишну: чакру, лук, стрелу, флейту или булаву.

Непал, XII век. Музей Эшмола (Оксфорд)

Подавляющее большинство вайшнавов проживает в Индии. Считается, что в 2010-х гг. к ним относилось порядка 800 млн. человек, не считая население за пределами Индостана. По оценкам американского Pew Research Center вайшнавы составляют чуть менее 8 % населения Земли, что выводит их на третье место после христиан и мусульман. Помимо Индии вайшнавские общины процветают в Индонезии, Малайзии, Сингапуре, ОАЭ, Суринаме, ЮАР и в других государствах. Хотя вайшнавов можно найти на всех континентах, тем не менее, вайшнавизм не считается мировой религией, поскольку большинство последователей живёт в южно-азиатском регионе.

Традиция вайшнавизма в целом и шри-вайшнавизма в частности не предполагает исключительного посвящения. Вайшнавом может стать каждый, разделяющий общие идеи – любовь и преданность Вишну, освобождение от перерождений как цель жизни, уважение к священным текстам и местам, ненасилие и терпимость, вегетарианство. Санатана-дхарма, – несмотря на своё индийское название, – не ограничена этническими или региональными группами. Большое число людей называют себя вайшнавами в США, Великобритании, Европейском союзе и в других государствах, включая русскоговорящие страны.

Сладкий бриз с лепестками жасмина.
Навязчивый запах нилакури́нчи.
Уверенность потеряла я в сумерках.
Вводит в томле́ние багряное небо.
Мой господин с глазами яркими как лотос,
Что бык среди пастухов, как лев, таинственный,
Обнял груди и плечи мои.
Куда он исчез, почему я одна?

Одна я. Покинута. Идти некуда.
Унылые колокольчики на шеях коров. Бриз и кувшинки.
Уходящие сумерки. Вечер. Запах сандала.
Пронзительный нилакуринчи. Жасмин и прохлада.
Весь мир неохватный – рожден, поднят, поглощен и измерен
Таинственным, владыкой пастухов, кто рок для ра́кшасов.
Всё не приходит он.
Кто же спасет мое сердце?

Слева: Прия и Манджу, «Вишну с Лакшми в садах Анандавана».

Современная живопись, Россия.

«О, дорогой! Найдется ли женщина во всех трех мирах, которая не забудет о благородстве, едва заслышав завораживающую мелодию твоей флейты, будучи околдована твоим обликом, самым очаровательным во всех трех мирах, вводящим в восторг даже коров, птиц, деревьев и зверей?» – «Бхагавата-пурана», песнь 10, глава 29, шлока 40

Спасет ли он меня теперь?
Нежные груди и бедра мои касаньям его уступили.
В меня он вошел. Глубоко. Мы слились.
Бросил затем, сбежав словно вор.
Лев молодой, мой таинственный – не идет.
Глаза его лотосовые, полные губы и темные локоны,
Четыре его широких плеча – терзают сердце мое,
Стал он моей бедовой судьбой.

Я утопаю в томлении. Бриз сердце треплет.
Мгновение холода сменяет жаркую страсть.
Бледность Луны освещает постель из цветов.
Он прилетел на Гаруде, приблизился.
Словно божественная пчела отхлебнула меня как цветок.
Меня больше нет, я закончилась.
Его плутовские пути мне неведомы.
Мое сердце больше не дружит со мной.

Сердце – не друг мне.
Бредут назад коровы к вечеру,
Сердце пастушки становится камнем.
Его сладкая флейта сердце пытает.
В томле́нии подруга моя.
И мается у меня на глазах.
Кто утолит её жажду?
Как воротить расположение?

Сколь нелегко возвратить его милость,
Но лишь его благодати достаточно.
Ничто без нее не спасет мою жизнь.
Вечер подходит к концу, сердце ноет.
К Шиве, Брахме, Индре он возвращается.
Он истязает меня.
Где от чувств спрятаться?
Что мне остается сказать?

Что сказать?
Острый бриз мою жизнь охладил.
Одинокое сердце с ним осталось.
С лживым Канной, темным как дождевые тучи.
Ветер с севера.
Тонкий запах аки́ла, мелодия флейты и пьянящий жасмин.
С такой армией он воюет со мной.
Моя крепость пала.

Я сгораю от чувств.
Молодой ветер с севера.
Пьянящий жасмин и багровый закат терзают больше, чем ложь Канны.
Он пришел. Он ушел.
Жестокий, медово-сладкий жасмин и свежий сандал.
Более жестокого нет ничего.
Но безжалостнее – навязчивая мелодия флейты,
Что заводит он для пастушек своих.
Я не вынесу этого.

Он заполучил меня сладкой песней.
Блеск его глаз шепчет тайны,
Быстрый взгляд играет со мной.
Он делает вид, что грустит, затем показывает муку.
Чтоб облегчить боль в глупом сердце,
Заводит тягучую песню другую.
Нет ничего без него.
Вечер настал, а его нет.

Спустились сумерки, все нет его.
Колокольчики на шеях звучат плачем.
Это коровы жмутся к могучим быкам.
Жестокая флейта заполняет пространство.
Вьются пчелы над бутонами кана́нги с жасмином.
Рёв океана оглашает небо.
Как мне утешить себя,
Когда я не могу без него?

Голоса пастушек наполнили вечер,
Без него – обделенный.
Десять стихов из тысячи —
Это сердечная мука Марана Сатакопана,
Его песня тоски,
Для того, кто порождал и поглощал миры.
Сплетите же гирлянду его слов и живите счастливо!
Спойте их и подойдите к Темному как дождевые тучи.

Наммальвар. «Тируваймоли», стих 9.9

Пролог

Таинственную завесу, окружающую происхождение Вишну и преданной любви к нему, можно приоткрыть, обратившись к истокам вайшнавизма. Они позволяют понять пёстрое разнообразие божеств и причины миграции брахманов, без которой Южную Индию не озарил бы свет преданной любви. Главные события, определившие судьбу раннего вайшнавизма, происходили в Северной Индии между II веком до н. э. и II веком н. э. На рубеже тысячелетий преобладало три культа, которые в последующем станут составными частями вайшнавизма. Это Вишну-Васудева, триада с Кришной и пять божественных героев.

Васудева из Девангарха в абхайя-мудре развеивает страх перед миром.

У Васудевы четыре руки, три из них держат короткую булаву, чакру-диск и священную раковину шанкху.

Бихар, I век. Музей Патны

Во II веке до н. э. Вишну именовали Васудевой. Об этом говорит шлока из древнейшей «Тайттирия-араньяка» VI века до н. э. Вместе она связывает Нараяну, Васудеву и Вишну («Oṃ Nārāyaṇāya vidmahe, Vāsudevāya dhīmahi tanno Viṣṇuḥ prcacodayāt»). После многократного повторения шлока превратилась в самостоятельную мантру Вишну-Гаятри (Viṣṇugāyatrī). «Васудева» (Vāsudeva) – это имя-эпитет, впервые его можно встретить ещё в «Ригведе». В гимне автор обращается к Индре за благосклонностью: «Предки славили тебя, получая желаемые [богатства]; твой дар – коровы, которых легко доить, и лошади, ты – щедрый богатством для просящих (vasu devayate vaniṣṭhaḥ)» («Ригведа», 7.18.1). В буквальном смысле Васудева – Господь процветания, богатства, благополучия. Его щедрое качество сохраняется в «Вишну-сахасранаме», или гимне тысячи имён Вишну. Он – Богатство (Vasu), он – Податель богатств (Vasuda), он – Дарующий сокровища (Vasuprada), он – Утверждающий благо (Punarvasu) и т. д.

Почитание Щедрого – удел немногих, следовавших ведийским традициям. Вплоть до начала нашей эры большинство в Северной Индии поклонялось змеям-нагам и духам природы-якшам. Об этом свидетельствуют многочисленные находки их фигурок в Пакистане, Непале и Северной Индии, объединенных общей культурой. Вишну как Васудеву почитали правящая династия, состоятельная элита и её окружение, включая обслуживающих брахманов. В Мадхья-Прадеше сохранилась известная колонна Гелиодора. Её воздвиг во II веке до н. э. посланник соседнего индо-бактрийского царства перед несуществующем ныне храмом Васудевы. Она представляет собой Гаруда-стамбху, каменный столб, увенчанный изображением Гаруды – неотъемлемую часть всех храмов Вишну. Васудеве щедро жертвовали, рассчитывая на его благосклонность. Цари из династий Кушан и Канва принимали имя Вишну в расчете на процветающее правление и чеканили его символы на монетах.

До начала нашей эры мы не встретим у Вишну знак Шриватса на груди, драгоценный камень Каустубха на шее или сияющий нимб за головой. Однако его неизменно можно узнать по чакре и булаве. В Северной Индии, особенно в регионе Матхуры, четырехрукий Васудева занимает третье место среди находок после фигурок нагов и якшей. Его почитание носило традиционный ведийский характер.

Колонна Гелиодора.

Под колонной надпись Археологического управления Индии: «Местные называли колонну Хамб Баба, ей поклонялись, преимущественно, рыболовы. Она содержит две надписи символами брахми на пракрите. Одна из них гласит, что колонна с Гарудой установлена в честь Бога Васудевы (Вишну) Гелиодором, греческим жителем Таксилы, прибывшим ко двору Бхагабхадры, царя Центральной Индии, как посол царя Антиалкида, индо-бактрийского царя Пенджаба. Гелиодор очевидно принял индуизм, поскольку он заявляет о себе как о бхагавате, то есть последователе вайшнавской традиции. Приблизительная дата колонны – 150 лет до н. э.»

Беснагар, Мадхья-Прадеш, 113 год до н. э.

Вишну предлагали огненное жертвоприношение и гимны. Вишну был Бхагаваном (Bhagavān), то есть Господом, а его последователи – бхагаватами (Bhāgavata). Основная мантра того периода, известная как двадакшари-мантра, «Om Namo Bhagavate Vāsudevāya», то есть «я приветствую Бхагавана Васудеву». Считается, что мудрец Нарада поделился ею с Дхрувой, когда тот жаждал получить даршан (лицезрение) Вишну.

Со II века до н. э. Вишну поклонялись отдельно или вместе с Санка́ршаной (Saṃkarṣaṇa), божественным змеем (nāga, на́гом), которого сегодня зовут Анантой. Позднее его стали отождествлять с Баладевой (Baladeva) или Баларамой (Balarāma). «Бессчетное число подвигов свершил могущественный Баларама, бесконечный (Ананта) и загадочный, принявший образ смертного, облачившись в собственную иллюзию-майю. Тот, кто помнит о них на восходе и закате, становится возлюбленным Господа Вишну», – гласит «Бхагавата-пурана» (книга 10, глава 79, шлоки 33–34). Местные верили, что их род ведет происхождение от древних нагов. У истоков каждой семьи стоял какой-либо из нагов. Их десятки имён, включая Санкаршану, сохранились в кашмирской «Ниламата-пуране». Наги олицетворяли плодородие, пищу и изобилие, они же защищали род. Когда Санкаршана принимает человеческий облик, над его головами возвышаются змеиные капюшоны.

Пещерный храм Нанегхат на одноимённом горном перевале в Западных Гатах.

Пуна, Махараштра, II–I века до н. э. Надписи на каменных стенах внутри пещеры рассказывают о ведийском поклонении Санкаршане-Ананте и Васудеве-Вишну

Семьи, ведущие родословную от нагов, правили в Видите, Кантипури и Матхуре. Историки именуют их собирательным названием «династия Нагов», власть которых распространилась на Северную и Центральную Индию со II по IV век. Родство Сатаваханов, Кушан и Нагов привело к тому, что на одном семейном алтаре красовались и Васудева, и Санкаршана, а древний змей стал для Вишну спутником, братом и другом. Почитание обоих носило ведийский характер. В известном пещерном храме на перевале Нанегхат Васудеву и Санкаршану упоминают вместе с другими ведийскими богами. Пещерный храм на горном перевале вытесали между II и I веками до н. э. Жена Сатакарни I из рода Нагов (Nagāikā после смерти мужа оставила на каменной стене надпись в память о своем жертвоприношении: «[Поклонение] Дхарме [Господу сотворенных существ]; поклонение Индре; поклонение Санкаршане и Васудеве; потомкам Луны, наделенных величием; и четырем стражам мира, Яме, Варуне, Кубере и Васаве; хвала Ведишри, лучшему из царевичей!» (Büler, 1883).

Позже, когда старшего брата Кришны стали отождествлять с Санкаршаной, его ведийское происхождение затерялось. К имени брата, которого петроглифы в 50 г. нашей эры возле городаЧилас в Пакистане (т. н. Chilas II) называют Рамой, добавился эпитет «Сильный» (Бала). Если до нашей эры Санкаршана приносил плодородие и изобилие, то уже в первые два века нашей эры (Бала-)Рама был воином, олицетворением силы. В результате сочинения пуранических рассказов Санкаршана ушел на второй план, хотя бхагаваты из числа Нагов ставили его имя всегда первым перед Васудевой. Примечательна каменная надпись, оставленная представителем династии Канва, правившей Магадхой в Восточной Индии в I веке до н. э., известная в эпиграфике как «надписи из Хатибада и Госанди» в Раджастхане. В честь жертвоприношения коня правитель Нараяна (52–40 гг. до н. э.) записал: «[Это] каменное ограждение в честь поклонения Бхагавану Санкаршане и Бхагавану Васудеве, непобедимых господ всех, [воздвигнутое] [царем] родаГад-жа, Сарватата, победителем, исполнившим ашвамедху, сыном Парашара» (Preciado-Solis, 1984, р. 23). Самостоятельно Санкаршану можно было встретить на домашнем алтаре и в храме, пока вместе с Гарудой он не стал неразлучным спутником Вишну в первые века нашей эры.

Личность Кришны (Krsna) была и остаётся загадочной. Ему поклонялись потомки вождя Вришни из рода Яду, асам Кришна выступал для них клановым божеством. Традиционно считается, что когда-то он правил Матхурой. Как показали археологические раскопки, заселение Матхуры началось с VI века до н. э. (табл. 1). Раннее поселение представляло собой крошечную бедную деревню, состоявшую из древесных хижин, иногда на глиняном фундаменте. На столицу целого царства, которым правил сначала Камса, а затем Кришна, деревня никак не походила. Маловероятно, что госвами, отправленные Чайтаньей в XVI веке на поиски мест Кришны, ошиблись. Это была та самая Матхура, хорошо известная, поскольку с древности она лежала на пересечении торговых путей. Однако вряд ли Кришна мог ею править в VI веке до н. э., иначе упоминание о легендарном герое нашло бы отражение в исторических хрониках его современников-буддистов. По всей видимости, жители Матхуры до IV века до н. э. приписали ей место рождения Кришны ради повышения статуса поселения. В Древней Индии городские легенды о том, что место посещал Будда или Махавира или здесь родился святой, были распространены: они позволяли привлекать паломников. Сам же Кришна жил в гораздо более ранние времена. Его племя кочевало по иранскому нагорью в дни бронзового века. Выходцы из племени, осевшие в Матхуре, уверовали, что легендарный предок вырос на новой Родине. Мудрец Ангирас оставляет ему краткие наставления в «Чхандогья-упанишаде» (часть III, шлока 17), которую сочинили между VIII и VI веком до н. э. Это самое первое упоминание Кришны среди всех известных. Из упанишады понятно лишь, что у Кришна была мать Деваки и ничего больше. Из уст Ангираса он получает наставления, которые позже озвучит от своего имени в «Бхагавадгите» (Saxena, 2021, chapter 4).

Табл. 1

Культурные слои Матхуры по результатам археологических исследований

Источник: Singh, 2004, р. 381

Санкаршана, воплощение царственных добродетелей. Над Санкаршаной раскачиваются капюшоны с семью змеиными головами, его рука поднята в мудре, вселяющей уверенность.

Матхура между 150 и 200 годами. Фонд Нортона Саймона

Санкаршана, воплощение царственных добродетелей.

Над Санкаршаной раскачиваются капюшоны с семью змеиными головами, его рука поднята в мудре, вселяющей уверенность.

Матхура между 150 и 200 годами. Фонд Нортона Саймона

Во II веке до н. э., когда возникает почитание Вишну-Васудевы, Врадж в Уттар-Прадеше представлял собой массив бескрайних лесов. Вриндаван, или леса туласи, где Кришна провел юность, никому не известен. Он станет легендарным уже в XVI веке, когда в Вардже «найдут» места Кришны, превратившие Вриндаван в культовый центр. На стыке тысячелетий Матхура являла собой благополучный небольшой город, известный скульптурным производством. В регионе преобладали буддизм и джайнизм, народные массы верили в нагов и якшей, а ведийские брахманы почитали Вишну с Санкаршаной. Кришне поклонялась немногочисленная клановая группа, которая боготворила своего предка и чествовала его вместе с братом (Бала-)Рамой и сестрой Эканамшей (Ekānaṁśā).

В IV веке до н. э. Каутилья, автор «Артхашастры», после «Чхандогья-упанишады» упоминает о Кришне второй раз: во время магического обряда наряду с другими именами нужно упомянуть «Кришну с его последователями» (книга 14, глава 3, шлока 44). На протяжении нескольких столетий вплоть до IV века скульптурные изображения Баларамы-Кришны отсутствуют, хотя наши современники нередко путают их с парой Васудева-Санкаршана (Saxena, 2021, chapter 4). Об их существовании мы знаем по петроглифам да редким схематическим изображениям. Расцвет популярности триады с Кришной происходит между I и IV веками после того, как почитатели признают в нём воплощение Вишну. У Кришны возникают символы Вишну, однако его личность продолжает восприниматься победоносно-героической. Хотя в ранних источниках упоминается лишь мать Кришны, Деваки, к началу нашей эры у него появляется отец, сам Васудева, который метафорически проносит его сквозь бушующие воды Ямуны.

О том, как воспринимали Кришну в начале тысячелетия, можно судить по пьесам драматурга Бхасы (Bhasa). Его произведения на санскрите датируются между I и II веками, но не позднее IV столетия. Пьесы Бхасы оставались неизвестными, пока их рукописи на пальмовых листьях не были обнаружены Археологической службой Майсура в Южной Индии в 1910-х гг. В нескольких пьесах Бхаса описывает героические похождения Кришны. В глаза бросается, что автор называет Кришну общепринятым именем только дважды и один из них косвенным образом. В основном же его именуют Дамодарой (Damodara, Привязанным [Яшодой] веревкой), что оставляет пространство для размышлений, как его звали на самом деле (Reimann, 1993, р. 8). В пьесе «Балачарита» цель рождения Кришны объявляется уже в первом действии. Мудрец Наряда поясняет, что он пришел на Землю ради Господа Нараяны и родился как Кришна в роду Вришни. Последовательно Кришна расправляется со злобными демонами. Ими выступают Путана, притворившаяся матерью; Саката, ставший колесницей; Ямала и Арджуна, принявшие форму деревьев; Дхенука, обернувшийся ослом; и Кеши, явившийся как лошадь. После всех сражений Кришна предстает непобедимым героем, ловко расправляющимся со злом. Однако архаичные духи – не простые демоны. Каждый из них олицетворял родоначальника племени и его хранителя. В отличие от Васудевы и Санкаршаны, где родство приводило к тому, что оба становились другом и братом, в случае с вождем Вришни итог иной. Одолевая соперничающее племя, предводитель отправлял его племенное божество в небытие. У Кришны осталось бы амплуа непобедимого вождя, если бы в первый век нашей эры почитатели не разглядели в нём божественное проявление Бога богов, Васудевы (Brockington 1998, рр. 277–279).

Остросюжетные приключения Кришны, составлявшие его мифическую биографию, к IV веку легли в основу «Харивамши», написанной в духе пуран как дополнение к «Махабхарате». Её рассказы унаследовали более поздние «Вишну-пурана» и «Бхагавата-пурана». В качестве проявления Вишну Кришна перенял его черты, от эпитета Васудева и внешнего облика до миролюбивых качеств и божественных атрибутов. Баларама стал Санкаршаной, или воплощением бессмертного змея Анаиты. Его сестра Эканамша также претерпела изменения. В Ориссе она стала двоюродной сестрой Кришны по имени Субхадра. В Южной Индии её знают как Наппинней, юную жену Канны (Каппап), то есть «Любимого» (Couture and Schmid, 2001). Ничего удивительного в преображении нет, учитывая, что клановые нормы Южной Индии позволяли жениться на кузинах. Самостоятельные изображения Кришны с вайшнавской символикой впервые появляются в дни «Харивамши» уже после IV века.

О знаменитой раса-лиле (rasalila) по ночам, или мистических танцах Кришны с пастушками-гопи, в Северной Индии в первые века нашей эры никому не известно. Романтика чащи Враджа родилась уже после X века. В основу раса-лилы лег южноиндийский круговой танец куравей, во время которого юноши и девушки берутся за руки (Hardy, 2014, р. 221). Пропитавшись тамильской любовной поэзией, куравей с участием Наппинней и её любимого Канны в XV веке становится манипури, классическим стилем танца. Метаморфоза с Кришной, случившаяся в первые три века нашей эры, была бы невозможной без усилий панча-ратриков.

Триада: (Бала-)Рама с плугом и гарпуном, Кришна с булавой и цветком вместе со своей сестрой Эканамшей, держащей балдахин.

Наскальный рисунок в Тикла (Харьяна) между III и II веком до н. э.

Пять героев Вришни вместе с Нарасимхой. Слева направо: Санкаршана, Васудева, человек-лев, Прадьюмна, Самба, Анируддха. Легендарные герои Вришни оставались популярными вплоть до V века, пока им на смену не пришли аватары Вишну.

Каменный рельеф в Кондамоту (Андхра-Прадеш), IV век. Государственный музей Хайдарабада

Панчаратрики исповедовали альтернативный бхагаватам путь. Они придерживались учения панчаратра (Pañcharātra), буквально означающее «пять ночей» или «пять знаний». С III века до н. э. панчаратрики почитали пять славных героев из рода Вришни. Стихи главы 97 «Ваю-пураны» гласят: «Знай [имена] богов, которые изначально были [людьми] и которые воспеваются [мной]: Санкаршана, Васудева, Прадьюмна, Самба и Анируддха – о пятерых говорят как о героях династии [Вришни]». Санкаршана считался старшим братом Кришны от Рохини, Прадьюмна и Самба – сыновья Кришны от жен Рукмани и Джамбавати, а Анируддха – сын Прадьюмны от Рукмавати.

Кем на самом деле были герои племени, память не сохранила. Одни говорят, что это легендарные братья, возможно, Пандавы, чьи настоящие имена история умалчивает. Другие верят, что герои были главами семей или потомками знаменитого родоначальника. Наконец, третьи полагают, что легендарные герои – это покровители древних родов. Вместе пятерых называли «панча-вира» (paṁcavīrāṇām). Некоторые индологи считают, что героями изначально были Баладева, Акрура, Анадхришти, Сарана и Видуратха, упомянутые в «Харивамше» (Saxena, 2021, chapter 4). В последующем их имена заменили на эпитеты, которые, в отличие от оригинальных имен, сохранились.

Во избежание противоречий, с которыми столкнулись почитатели Кришны, панчаратрики нуждались в гармоничном объяснении, как герои соотносятся с Вишну. Все божественные личности были объявлены эманациями, или вьюхами, Вишну. Позже Самба выбыл из списка, в результате чего «панча-вира» превратилась в «чатур-вьюху» (catur-vyūhas, или четыре вьюхи). Развитие идеи четырех вьюх имело далеко идущие последствия. Каждая из них получила собственную символику и ритуалы поклонения (табл. 2). Считалось, что последовательно вьюхи проявляют себя одна за другой: из Васудевы рождается Санкаршана и т. д. Идеологически четыре вьюхи отражали четыре цели земной жизни, четыре образа жизни (ашрама), четыре главные касты и пр.

Табл. 2. Идеология Панчаратры

Панчаратрики оказались успешными в объяснении, в чём различие между Вишну и другими племенными божествами или божественными личностями. Они предложили идею вибхава (vibhāva), или божественных воплощений Вишну. В результате родовые, клановые и племенные божества бесконфликтно объединялись в вайшнавизм. За каждым объектом поклонения, каким бы он ни был, стояло одно и то же божественное всеприсутствие, или Вишну. Как бы божества ни выглядели, какие имена ни носили, чем бы ни отличались, у них одна и та же божественная природа. И эта природа – Вишну, «проникающий во всё». Все вибхавы равны между собой и являются полноценными воплощениями. Это позволило к III веку связать с панчара-трой остальных региональных божеств, включая Нарасимху и Вараху. Всего панчаратра насчитала тридцать восемь вибхав. К VI веку понятие вибхава расширилось до аватара (avatāra), или (земных) инкарнаций, в чей пантеон вошли Будда и Калки. Иконографическое представление панча-ратры оформилось к V веку как Вайкунтха-Чатурмурти или Вайкунтха-Вишну. Это четырехликий образ Вишну, популярный в Кашмире и Северной Индии. Один лик представляет Васудеву, два других – Нарасимху и Вараху, четвертый – мудреца Капилу.

Странные идеи панчаратры не всегда находили понимания у современников. К примеру, во II веке Бадараяна сочинил «Брахма-сутры», или краткое изложение Упанишад. В сутрах он отмечает, что панчаратра не соответствует ведийским принципам (шлоки II.2.42-II.2.45). Из Всевышнего не могут рождаться его частичные «копии»-вьюхи, иначе они будут ограничены и не смогут обладать совершенными качествами. Если же вьюхи равны и наделены всеми божественными качествами, то нет никакого смысла в их множестве. Аналогично, душа не рождается из Брахмана, – как полагали панчаратрики, – поскольку она вечна и неизменна (Веданта Сутра, 1995).

Слева: Вира-мурти Вишну, воплощение доблести и мужества. В нём соединены аватары Вишну, в которых прослеживаются идеи чатур-вьюхи. Слева от лица Вишну-Венкатешвары виден защитник Нарасимха, справа – спаситель Вараха, снизу – хвост Матсьи. Своим обликом он благословляет на преодоление жизненных препятствий. Современный постер из Тирупати

Расхождение во взглядах ведийских брахманов и пан-чаратриков в последующем осталось как спор между вайкханса и панчаратра. Несмотря на умозрительное деление на вьюхи панчаратра сумела увязать отдельные культы вместе, заложив непротиворечивость раннего вайшнавизма. Её провидцы различали Вишну в пяти проявлениях: Пара (Верховный Вишну-Васудева на Вайкунтхе), вьюха (его эманация), вибхава (земное воплощение), антарьями (внутренний повелитель существ) и арча (зримый образ для поклонения). Идея вибхава-аватара позволила избежать конфликта между племенными божествами и обеспечила их общее понимание. Именно панчаратрикам принадлежит прозрение, что за ними кроется одна и та же божественная личность, меняющая облики и имена как одежды. Панча-ратрики распространяли видение божественного начала во всех существах, в трансцендентной и земной форме. Они же разнообразили поклонение, предпочитая домашнюю и храмовую пуджу. Их усилия позволили заложить основу для личных взаимоотношений и преданной любви.

Рис. «Махабхарата» и её редакции

Источник: Mahadevan, 2008, p. 10

С середины I века до н. э. ведийские брахманы уходят на юг, унося с собой Вишну-Васудеву. Их эпоха прошла, вера в ведийских богов осталась далеко позади. Волны политической нестабильности накрывали Северную Индию. Индо-греки, за ними индо-скифы, Кушаны, Сасаниды сменяли друг друга на престоле. Царская милость обходила стороной, дары подносили и храмы строили для новоявленных религий. Уже несколько столетий в Северной Индии процветали аскетические буддизм и джайнизм. Пространство для жизни сжималось, ведийские брахманы порой подвергались гонениям. В поисках новой жизни они уходили через ущелье Нанегхат, по Малабарскому побережью вдоль Карнатаки и Кералы. Здесь родилась легенда о брахмане из рода Бхригу, взявшем в руки оружие для защиты веры и сородичей. Расправившись с недругами, он закинул окровавленный топор в океан и удалился в пещеры горы Махендра. Океанические воды в ужасе отшатнулись, породив Малабарский берег. Отважному брахману в Керале воздвигли храмы, сегодня мы его знаем как Парашураму.

В течение ряда поколений несколько тысяч семей ведийских брахманов переселилось в Южную Индию. Большинство из них было родом из Пенджаба и Кашмира. Все они придерживались древней ритуальной традиции шраута, предпочитавшей яджни. Часть семей добралась до южной оконечности Индостана, получив название намбудири. Они по сей день продолжают поклоняться Парашураме как семейному божеству, спасшему их в прошлом. Другая часть семей осела в Андхра-Прадеше вокруг холмов Тиру-малы и в Тамилнаде вдоль реки Кавери. С собой брахманы принесли сокровища: Вишну-Васудеву, огненные ритуалы, двадакшари-мантру и эпос «Бхарату», содержащий их духовные ценности.

Курукшетра. Городские ворота при въезде, которые венчает колесница Арджуны с возничим Кришной

«Бхарата» дошла до нас в двух редакциях, северной и южной. Большинство современников знает её по «критическому изданию», подготовленному редакторами-индологами в Пуне на протяжении 1933–1970 гг. В ходе работы над разновозрастными рукописями редакторы выяснили, что северная редакция представляет собой исходный, едва ли не наивный текст (рис.). Южная редакция является поздним переработанным сочинением. Где-то в основе обеих редакций лежит оригинальная индоарийская поэма (Mahadevan, 2008). Это было короткое устное произведение о политической борьбе, славившее победы прошлого. Поэма включала описание традиций и легенд племенного объединения Куру, жившего до IX века до н. э. вдоль реки Ямуны, на территории Харьяна и Пенджаба.

«Бхарата» – коллективный труд, который дополнял не один автор. Они оставили о себе память, упоминая собственные имена в эпосе: Суманта, Джаймини, Вайшм-паяна, Пайла и другие. Между III и I веками до н. э., когда оформилась письменность на брахми, эпос из устного стал

Курукшетра. Городские ворота при въезде, которые венчает колесница Арджуны с возничим Кришной письменным, что позволило его непрерывно переписывать. По существу, прототип «Бхараты» представляет собой свод, который необходимо знать каждому придворному брахману для популярных объяснений, учёных наставлений и ведения ритуалов. Как говорит о себе произведение, «здесь всё, что есть, где бы то ни было» и «чего здесь нет, нет нигде» (шлоки 1.56.33 и 18.5.38). Эпос содержал историю правящей семьи, обычаи и философию. Хотя правителей уже давно не было в живых, их легендарные истории продолжали вдохновлять, а также поддерживать идеалы. По мере взросления сообщества ведийских брахманов материал «Бхараты» переосмыслялся и переделывался. Одни разделы уходили, новые сюжеты появлялись, литературно текст становился богаче и разнообразнее. Это объясняет, почему переработанные южноиндийские версии столь сильно расходятся с ранними северо-индийскими. В конечном счете, «Бхарата» становится художественным произведением, призванным не столько передавать историческую достоверность, сколько доносить идеологию её авторов. Обширные версии на тамильском (грантха) и телугу, набравшие сто тысяч шлок, являются конечными фазами эволюции «Бхараты». История гласит, что, когда безымянные мудрецы взвесили четыре Веды и «Бхарату», последняя оказалась тяжелее, после чего её окрестили «Махабхаратой», то есть «Великим сказанием о потомках Бхараты» (шлоки 1.1.208–209). Относительно устоявшуюся редакцию, как её знают наши современники, эпос получил уже в VI веке.

Джампаоло Томассетти, «Пандавы и Кунти входят в Хастинапур».

Современная живопись, Вилла Вриндавана, Флоренция

Главной сюжетной линей «Махабхараты» является противостояние между братьями Пандавами, олицетворяющими добродетель, и их родственниками, братьями Кауравами, исполненными пороков. Их противостояние заканчивается эпической битвой на Курукшетре, потрясшей человечество, в которой сошлись сотни тысяч людей с обеих сторон. Именно на Курукшетре Вишну устами Кришны излагает Арджуне «Бхагавадгиту», легшую в основу вайш-навской философии. Сегодня Курукшетра известна как тиртха, то есть священное место, которое ежегодно привлекает до 1,5 млн туристов и паломников. Оно расположено в одноименном городке Курукшетра в 160 км к северу от Дели. В небольшом городке находится несколько храмов, музей Кришны и даже художественная панорама битвы. Археологическое управление Индии проводило раскопки, связанные с битвой, дважды, в 1952 и 2018 гг. Исследования подтвердили существование некогда Индрапрастхи (столицы Пандавов) и Хастинапура (столицы Кауравов) и нашли признаки наводнения, разрушившего древние города. Индологи полагают, что эпические события происходили в Пенджабе между третьим и вторым тысячелетием до н. э., то есть в эпоху бронзового века.

Удивительно, но исторические анналы ничего не содержат о битве на Курукшетре, её описание встречается только в «Махабхарате». В неисторических источниках Курукшетра упоминается в девяти местах. Два из них, «Майтраяния-упанишада» и «Панчавимша-брахмана», написаны еще во времена процветания племени Куру. Пять других – значительно позднее, когда племя уже исчезло с демографической карты Индии. Раннее упоминание Курукшетры связано с жертвоприношением на месте, где боги Агни, Индра и Сома явили себя. Никаких подробностей первые источники не оставляют. В «Ригведе» встречается событие, похожее на эпическое сражение, это «битва десяти царей» (часть VII, гимны 18,33 и 83.4–8). «Ригведа» повествует, как племя тритсу под предводительством Судаса было прижато противниками к реке. Взмолившись богам, которые приняли их жертвоприношение, племя выиграло битву. Произошло божественное вмешательство Индры и Варуны: река разлилась, часть противников погибло, остальные были истреблены. Историю битвы десяти царей унаследовали потомки племени тритсу. Спустя несколько поколений предводитель племени Бхаратов женился на девушке из тритсу. У них родился сын Куру, ставший родоначальником знаменитого племени Куру, где родился эпос (Серебряков, 1963, с. 31, 195). Таким образом, битва десяти царей стала историей семейного выживания Бхаратов и легла в основу «Махабхараты».

Главные персонажи «Махабхараты» вместе с Кришной пережили не менее удивительное преображение. Победить недругов арийскому племени помогли вседержители Индра и Варуна, кому ведийские брахманы устроили жертвоприношение на поле Курукшетры. «Махабхарата» повествует об их божественном вмешательстве. Арджуна— не кто иной, как Индра, это имя было одним из его эпитетов. Кришна – сам владыка вод Варуна, нерождённый, великий, возлежащий в глубинных водах, из чьего пупа вырастает дерево. Варуна – один из многочисленных образов Нараяны (Solomon, 1970, р. 41), популярных в ведийские времена. Память о них сохранилась в гимне тысячи имён «Вишну-сахасранама» (имена 553 и 554 Varuna, Varuna). Кришна напрямую заявляет в «Бхагавадгите»: «Среди обитателей вод я – Варуна» (шлока 10.29). В «Махабхарате» можно встретить, что за каждым Пандавом кроется божество (Murthy, 2003). Юдхиштхира – бог Дхармы, Бхима – бог ветра Ваю, близнецы Накула и Сахадева – пара Ашвинов, даже неоднозначный Карна – бог Солнца Сурья. В ведийские времена они были силами природы, и для обращения к ним брахманы представляли богов как личностей. В сознании молящихся брахманов божественные силы спустились на Землю, приняв облик эпических героев, чтобы одолеть зло. Для панчаратриков, сочинявших «Махабхарату», Пандавы были вибхава, или божественными воплощениями. Это раскрывает изначальный смысл эпоса, который оказывается не кровавым повествованием о войне, а изложением вайшнавской философии. Он иллюстрирует сострадание, когда боги услышали молящихся; милосердие, когда высшие силы вышли навстречу; божественную помощь, когда чудо сохранило жизни.

В Южной Индии ничего подобного «Махабхарате» не было. Эпос представлял собой энциклопедию жизни, сюжеты которой посеяли семена вайшнавской культуры в земле тамилов. Однако произведение не оказалось в необжитом пространстве. На юге уже почитали тамильских богов и богинь, прежде всего, Муругана и Котравей. На свой манер тамилы называли Вишну «Тирумалем» (Tirumal) – «восхитительного цвета синего сапфира, кого сопровождает победа, на чьём флаге развевается птица [Гаруда] в небесной выси» («Пуранануру», стих 56). В отличие от ведийского духа, пронизанного суровостью, доктринальностью и патетикой, тамильское почитание богов и богинь носило глубоко интимный и семейный характер. Для прибывших ведийских брахманов Вишну был совершенным сознанием и бесконечным принципом, которому приносят жертвы, передаваемые богом огня Агни куда-то на небеса. Местные же воспринимали его как близкого и родного человека, которого кормят из рук и рядом с которым получают облегчение от невзгод. «Я обещаю коснуться стоп Тирумаля, на чей гороподобной груди восседает [супруга] Тирумакаль», – говорили тамилы. Взаимоотношения преданных с Тирумалем носили романтический характер.

Среди белых пляжей и туманных гор,
В окружении говорливых волн океана,
С воздетыми в высь неба руками
Преданные вместе поют славу.
Их голоса уносят четыре бескрайние дали,
Под звон высокозвучных колоколов.
В прохладных водах пред молитвой омываются
Те, кто дал постный обет.
Они молят Тирумаля, несущего чакру,
Кто трепет благоговейный рождает.
И надевают на него ароматную гирлянду
Туласи, где роятся шумные пчёлы.
Склонившись к безупречным стопам Тёмноликого,
Они возвращаются в родные дома
С радостью, наполняющей сердце.

Каппиятру Каппиянар, «Ароматные гирлянды туласи», сборник «Патитрупату»

Оригинальные северные истории энтузиасты переложили на тамильский язык. Сохранилось имя одного из них, некого Перундеванара (Peruntevanar, букв. «Великий бог»), получившего псевдоним «Перундеванар, певший Барадам», т. е. «Бхарату». Её сюжеты легли на плодоносную почву, из которой начали появляться ростки преданной любви. Всеобщая любовь к благостному Тирумалю стала возможной благодаря тому, что поклонение Вишну вышло далеко за рамки брахманского сообщества. Это в Северной Индии брахманы были посредниками между Богом и людьми, хранившими секреты мантр и правильных ритуалов. В краю тепла Тёмноликий был доступен каждому, невзирая на его знания, опыт и статус. После прибытия северных брахманов, начиная с I–III веков, Тирумалю посвящались стихи, вошедшие в сборник «Парипадаль» (Paripāṭal). Их авторами были самобытные поэты, чьи имена история преимущественно не сохранила. Среди стихов «Парипадаля» на ведийских брахманов приходилось не более одной десятой всех произведений. Они воспевали его простыми словами, радовались Вишну как Солнцу и Луне, благодарили за благословения и наслаждались человеческими отношениями. «Будем петь и молиться Тирумалю из благоуханного леса, где пчелы поют, для защиты наших суровых быков и наших возлюбленных», – говорили тамильские женщины стихами куравей. Красочные сюжеты расцветали в духе любовной лирики. Безымянные поэты придумывали новые всё более чудные и чувственные истории, которыми обогащалось произведение. Их творчество сродни плетению бесконечного полотна, из которого была соткана культура будущего шри-вайшнавизма.

В Южной Индии ранний вайшнавизм распространялся по трем направлениям: повторение отдельных фрагментов «Махабхараты» как мантр, театрализованные представления и ритуальные действа. Для большинства жителей Тамилнаду и Кералы сюжеты про Вишну представляли собой живой интерес, прежде всего, как сочетание идеи и приключения. Они вышли далеко за пределы брахманской среды. На мотивы «Махабхараты» сочиняли народные пьесы, которые разыгрывали уличные и дворцовые театральные труппы. Например, обман Вишну-Мохини, защита богини Земли Варахой, явление Нарасимхи, спасение слона Гаджендры, игра в кости и раздевание Драупади, гибель Карны, приключения Канны в молодости и т. д. Всего насчитывается несколько десятков пьес с участием вайшнавских персонажей. Любимые герои выделялись и почитались за их непревзойденные качества. В тамильской среде расцвело поклонение Драупади, которая в Северной Индии оставалась второстепенным персонажем. Она слилась с сельскими женскими божествами, такими как Мариямман, и играла заметную роль в ритуальной практике.

Традиции народной драмы в Индии продолжают процветать. Вишну появляется перед зрителями на выступлении в Маджули, Ассам

Театрализованные представления носили мистический характер. На актеров сходил дух героев, которые словами и действиями раскрывали иную реальность. Зрители погружались в атмосферу легендарных событий, концовкой которой было прозрение или божественное благословение. Постановка превращалась в ритуал, связывающий зрителей и высшие силы. Все они были частью повседневной жизни: театрализованное представление могло вызывать дождь или одарить богатым урожаем.

Облака пьют воду ревущего прохладного океана,
Быстрой поступью они поднимаются в горы словно Тирумаль,
Кто защищает Землю, держа чакру с раковиной.
Забравшись высоко, их воды изливаются, охватывая Землю,
Это Тирумаль нежно обнимает Тирумакаль (богиню плодородия Лакшми).

Наппутанар, «Муллаиппану», вступительные стихи

Отдельные пьесы ставили после чьей-либо кончины, что должно было помочь освобождению души (Дубянский, 2018, с. 246). В конечном счете, сюжеты с вайшнавскими персонажами легли в основу классического репертуара театральных драм кутияттам, которые исполняются в храмах Кералы; катхакали, состоящего из танцев, пантомимы и языка жестов; и кутту, сельского театра в Тамилнаде.

Покрытые лесами низкие горы Нилгири, проходящие в Южной Индии через Кералу и Тамилнад. Любовные мотивы «тиней», посвященные Вишну, связаны с цветущий лесами и горами, такими как гряда Нилгири

Истории древнего эпоса, разносившие по Южной Индии чудесные рассказы о Тирумале, посадили ростки, превратившиеся в сады любви. Народная молва чистосердечно славила Тёмноликого, превознося его на все лады. Поэзия сангам в его честь, сочинённая до III века, лежала за границами брахманских шраута и ритуалов. Переживание и восприятие были непосредственными. Самобытные поэты пели хвалу как чувствовали, не скованные рамками традиций. Они любовались его образом, признавались в любви и навещали в храме, тонко чувствуя цветущий мир Вайкунтхи без забот и тревог. Наследие тамильской поэзии сангам, чей дух царил первые столетия, с IV века унаследовали альвары. Как и большинство поэтов сангам, они не принадлежали какой-либо строгой традиции. Среди всех «погруженных [в Вишну]» только Тондарадипподи, Перия и Андаль были потомками мигрировавших брахманов. Завораживающие произведения альваров несли всё туже искреннюю и неподдельную любовь. Во многом они повторяли лирические сюжеты сангам. Про детишек, строящих домики из песка; стихи о посланниках с весточкой к Вишну; жемчуг, «капающий» с белоснежных клыков слона; северный ветер, причиняющий боль разлуки; и многие другие. Когда Натхамуни в X веке впервые услышал стихи, он навсегда попал под их очарование. С влюбленной поэзии начинается отсчет будущего шри-вайшнавизма.

Мандала с Вишну. В центре мандалы – четырехрукий Вишну с супругой Лакшми, вокруг них десять сура-сундари (небесных красавиц) и беседки, утопающие в пышных садах Вайкунтхи. Они сложены из золота, горного хрусталя, жемчуга, граната, бирюзы, кораллов и аметиста. Как окно в мир Вишну, мандала служит для медитации на его цветущую вечность.

Непал, XVIII век. Художественный музей Ньюарка

Океана звуки стихли.
Рощи прибрежные не шелохнутся.
Заводи тёмные приуныли.
Ибис на пальме слышен едва.
[Вместе] вы будете вечны, подруга моя!
Хоть ты сердишься,
Он придёт сегодня, сбежав от разлуки.
Тот, кто любит тебя,
И кого невозможно забыть.

Безымянный автор поэзии сангам, «Курунтокай», стих 177

Слева: Вишну со своей супругой Лакшми в храме Нараяна-Тирумала в Шрикакуламе, Андхра-Прадеш

Твои имена – наше сокровище и сокровищница.
Твои имена – волшебный бальзам для душ.
Приветствую Кешаву, приветствую Нараяну!
Приветствую Мадхаву, приветствую Говинду!
Приветствую Вишну, приветствую Мадхусудану!
Приветствую Тривикраму, приветствую Ваману!
Приветствую Шридхару, приветствую Хришикешу!
Приветствую Падманабху, приветствую Дамодару!
Приветствую Санкаршану, приветствую Васудеву!
Приветствую Прадьюмну, приветствую Анирудху!
Приветствую Пурушоттаму, приветствую Адхокшаджу!
Приветствую Нарасимху, приветствую Ачьюту!
Приветствую Джанардану, приветствую Упендру!
Приветствую Венкатешу, приветствую Кришну!
Приветствую того, кто един во многих именах.

Аннамайя, киртан Nee Namame Маки

Глава 1
Шри-вайшнавизм

1.1. Краткий обзор шри-вайшнавизма

Название «шри-вайшнавизм» возникло от сочетания «шри» и «вайшнавизма» – традиции почитания Вишну как Высшей реальности и персонифицированного Господа, дарующего душе освобождение. «Шри» (Sri) можно перевести как «священный» или «уважаемый». Подобное обращение подчёркивает божественные качества преданных Вишну. В то же время приставка «Шри» – это не что иное, как имя супруги Вишну, богини Лакшми. Её упоминание призвано обратить внимание на особую роль Лакшми в освобождении от круга перерождений и смертей. Последователей или преданных Вишну называют «шри-вайшнавы» (śrīvaiṣṇava): мужчин – «шри-вайшнав» и женщин – «шри-вайшнави».

Шри-вайшнавская семья в Шрирангаме

Становление шри-вайшнавизма произошло благодаря миссионерской деятельности Рамануджи (1017–1137). Однако ещё до него шри-вайшнавизм был известен как вайшнавская традиция. Упоминание шри-вайшнавов обнаруживается в комментариях, оставленных двоюродным братом Рамануджи, Парашара Бхаттаром, между XI и XII веками. Впервые выражение «шри-вайшнава» встречается на каменных надписях храма Венкатешвары в Тирумале и датируется 966 годом. Это означает, что сообщество, называемое шри-вайшнавами, сложилось ещё до Рамануджи. По всей видимости, этимология выражения восходит к первым векам нашей эры (Narayanan, 2018). Первое упоминание в тамильской литературе о Вишну можно найти в «Парипадал», одном из десяти пространных стихотворений эпохи сангам, датируемым между II веком до н. э. и II веком н. э. Вишну упоминается в нём как Маяван (Mayavan, «темного цвета») вместе с двумя другими тамильскими богами: Муруганом, который позже станет известен как Сканда, и Котраваи, которая будет отождествляться с Дургой.

Главной фигурой шри-вайшнавизма выступает вечный, всемогущий и везде присутствующий Господь – Вишну, имя которого обозначает всепроникновение. Высшая реальность (Брахман) не является обезличенной, она предстаёт в человеческом облике Вишну, близком и понятном. Только Вишну может даровать счастливую и благополучную жизнь, а также освобождение от бесконечных циклов рождения и смерти. Освобождение от череды перерождений и связанных с ней страданий получило название «мокша» (mokṣā. Между Вишну и его преданными складываются близкие отношения. Они находят выражение в любви (бхакти, bhaktī и её культивировании (бхакти-йога, bhaktīYoga), предании себя на милость Вишну (прапатти, prapatti) и получении в нём убежища от невзгод (шаранагати, śraṇāati). Близкие отношения с Вишну приносят плоды в виде божественной благодати и его милости. Благодаря тесным отношениям преданный может чувствовать себя рядом с Вишну в небесной обители на Вайкунтхе уже при земной жизни.

Объектом любви шри-вайшнавов является сам Вишну и его многочисленные облики. Среди них можно встретить классических аватар Вишну – Раму и Кришну, – а также популярные мурти Вишну. Например, Вишну, исполняющего желания как Венкатешвара; Вишну, возлежащего в йога-нидре как Ранганатха; Вишну как лотосоподобного Падманабху. Обликам везде присутствующего и всепроникающего Бога нет конца, хотя каждый преданный среди них имеет свой излюбленный. Кроме того, в храмовом и домашнем поклонении используются камни с символами Вишну, известные как шалиграмы. Рукотворные изображения Вишну в тысячаххрамов и на миллионах домашних алтарей считаются земными воплощениями Вишну, арча-ватарами (arcāvatāra), служащими для поклонения.

Источниками духовного знания в шри-вайшнавизме считаются логические умозаключения, личный опыт и священные тексты. В отсутствие богатого личного опыта священные тексты помогают вдохновить и настроить преданного. Как и в других традициях вайшнавизма, последователи шри-вайшнавизма принимают классические священные писания – Веды, эпосы «Рамаяна» и «Махабхарата», а также пураны. Однако помимо них почитаются тексты панчаратры на санскрите и четыре тысячи тамильских стихов, сочинённых святыми поэтами-альварами (āḻvār). Название последних переводится как «погружённые глубоко [в любовь к Вишну]». Большая часть стихов во славу Вишну написана между VII и IX веками. Однако и в последующем Вишну воспевался поэтами, такими как Аннамая и Венгамамба. Тамильская поэзия признаётся богооткровением (шрути) и аналогом классических Вед. Стихи передавались из уст в уста и запоминались на память. Первый учитель шри-вайшнавизма (ачарья) Натхамуни (тамил. Натамуни, Natamuni) собирал стихи и записывал их на пальмовых листьях. Его сборник стихов известен как «Дивья-прабандха» (Divya-praloandha) или «Священный сборник четырёх тысяч стихов».

Любовь к Вишну, струящаяся в стихах альваров, переложена другим ачарьей шри-вайшнавизма, Рамануджей, и его учениками в стройную философию. Тексты Вед и священные писания объясняются шри-вайшнавами сквозь наставления и толкования Рамануджи. Его последователи гордятся своим двойным наследием – санскритскими гимнами Вед и тамильскими сочинениями альваров. Оба источника божественного вдохновения считаются равными, в результате чего шри-вайшнавизм называют системой «убхая-веданта» (ubhaya vedānta) или дуальной ведантой. Известных приверженцев шри-вайшнавизма почётно именуют «убхая-ведантачарья» (ubhaya vedantacariyar), то есть «исповедующие двойную веданту». Префикс можно встретить в обращениях не только к учителям шри-вайшнавизма, но и к преданным Вишну (Narayanan, 2018).

Вайшнавские брахманы вместе с девадаси (храмовыми танцовщицами) в храме Ранганатхи в Шрирангаме.

Фотография немецкого путешественника Курта Бука, 1903 год

Результатом духовной практики и любви к Вишну является переход души от невзгод мирской жизни в райское состояние Вайкунтхи, то есть мира Вишну без забот и тревог. В шри-вайшнавизме пребывание души на Вайкунтхе и представляет собой освобождение от сансары. Там она навсегда остаётся в безмятежном блаженстве и присутствии возлюбленного Вишну. Освобождённая душа достигает природы Вишну: испытывает умиротворение, наслаждение и счастье, поскольку её духовное тело состоит из блаженства Вишну. На Вайкунтхе душа живёт в играх, общении и любовном служении Вишну. Она никогда не теряет своей индивидуальности, то есть не сливается с обезличенным абстрактным Богом. В шри-вайшнавской традиции не существует такого явления, как «дживанмукта» (jīvanmukta), – то есть души, освободившейся при жизни, – образ которой популяризирован в школе адвайты. Окончательное освобождение происходит, когда душа покидает тело. Однако уже при жизни преданный благодаря близким отношениям с возлюбленным Вишну может чувствовать себя рядом с ним на Вайкунтхе. Его сравнивают с невестой, которая обручилась и уже неотделима от жениха.

1.2. Вайшнавизм до Рамануджи: вайкханаса, адвайта и ритуализм

До возникновения философии вишишта-адвайты и окончательного оформления шри- вайшнавизма поклонение Вишну в III–X веках следовало за традицией вайкха́насы (Vaikhānasa). Сегодня она представляет собой реликтовую смешанную традицию, сочетающую как философию адвайта-веданты, так и ведийские ритуалы. Последователи вайкханасы верят, что напрямую наследуют знание Вед (Johnson, 2009). В современном мире традиции придерживается одна из подкаст вайшнавских брахманов. Для неё характерна эндогамия, совместные обряды и наследственная профессия – приверженцы вайкханасы занимаются исключительно храмовым служением и аюрведой. Сами последователи традиции называют себя «общиной вайкханасы». Они представлены двумя тысячами брахманов, которые служат в вайшнавских храмах в Южной Индии, в основном в штатах Тамилнад, Андхра-Прадеш, Карнатака и в меньшей степени – в Керале и Ориссе. В литературе в зависимости от контекста под «вайкханасой» могут понимать ведийских мудрецов (риши или муни), аскетов-отшельников (входящих в ашрам ванапрастха, vānaprastha), последователей брахманической школы и членов современной общины храмовых священников.

Основание традиции приписывается древнему ведийскому мудрецу-аскету Вайкханасу (Vaikhanas). О времени жизни мудреца и его деятельности ничего не известно. Последователи аскета почитают его как одно из воплощений Вишну. По этой причине в иконографии его изображают как Вишну, с четырьмя руками и божественными символами – раковиной, шанкхой и Сударшана-чакрой. У него белый цвет тела и облачение в виде золотых одежд. В одной из рук Вайкханаса держит посох странствующего аскета. Мудрец восседает на шкуре антилопы в окружении своих учеников. В некоторых храмах его изваяние устанавливают справа от входа в храм Вишну. В другой интерпретации аскета отождествляют с воплощением Брахмы, которого попросили породить мудреца, проповедующего правильное поклонение Вишну. Родоначальнику традиции приписывают авторство двух священных текстов: «Вайкханаса Кальпа-сутра» (Vaikhānasa Kalpasutra) и «Дайвика-сутра» (Daivikasutra). Считается, что у мудреца было четыре ученика: Маричи (Marīci), Атри (Atri), Бхригу (Bhṛgu) и Кашьяпа (Kāśyapa). Им он оставил свои знания, прежде всего, ритуалы поклонения (Ramachandra Rao, 2005, p. 1).

Первые упоминания о вайкханасе встречаются в ведийских текстах, где о них говорится как о ведийских провидцах (риши, riṣi) или мудрецах (муни, muni). По всей видимости, ранние представители традиции были отшельниками, ведущими аскетический образ жизни. «Баудхаяна-дхарма-сутра», написанная до IV века, говорит о них как об отшельниках, следующих нормам Вайкханаса-шастр, живущих в лесу, питающихся корнями и фруктами, непреклонно придерживающихся самоограничений (Colas, 2018).

Русские индологи о происхождении вайкханасы

Что касается отшельников (вайкханаса, ванапрастха), то у них уже выработался свой подвижнический устав, приписывавшийся некому мудрецу-праведнику Викхане. Они должны жить в лесу, выполняя строгие подвиги, купаясь трижды в день, возжигая огонь по указанному обряду, вкушая только дикорастущее или и менее того (т. е. голодая – прим.), почитая богов, манов, бхутов, людей и святых (риши). Пустынник должен дружелюбно принимать приходящих или встречных из всех каст, кроме тех разрядов, сношения с которыми воспрещены; но сам он не должен ступать на пахотную землю, ни входить в поселения. Одежда его – кожа или древесная кора; волосы его висят длинными, неостриженными прядями…

Источник; Кожевников В., Буддизм в сравнении с христианством. Издание 1916 года. – М.: Грааль, 2002. – С. 494

Самые первые сохранившиеся до наших дней произведения Вайкханасы, называемые «Вайкханаса-сутры» (Vaikhānasasūtra), являются ритуальными текстами, описывающими жертвоприношения и обряды. Основной считается «Кальпа-сутра», однако ее текст не сохранился. Наследие передается через труды его учеников, из них остались немногие. Тексты многократно комментировались последователями. В результате наследие Вайкханасы оформлено в так называемые «Вайкханаса-агамы» (Vaikhānasa Āgama), посвящённые как ритуалам, так и храмовой архитектуре. В отличие от других ведийских сутр, в Вайкханаса-сутрах допускается домашнее поклонение.

Мудрец Вайкханаса в окружении четырех учеников.

Постер XX века

Считается, что преемственность традиции продолжается с незапамятных времен. В общине верят, что Вишну в облике мудреца Вайкханасы даровал священное знание своим ученикам. Они записали священное знание в Вайкханаса-сутрах и Вайкханаса-самхитах. Традиция гласит, что священные тексты передаются из поколения в поколение в неизменном виде с III века. Все ритуалы выполняются строго в соответствии с унаследованными текстами (Colas, 1996, р. 16ff). Однако история становления и упадка вайкханасы говорит о другом. Ведийская школа «шакха» (sakha), специализировавшаяся на изучении священных текстов, со временем превратилась в общество брахманов с обширной литературой по храмовым ритуалам. В самых первых сохранившихся сочинениях вайкханасы никак не упомянута их профессия вайшнавских храмовых священников. Изначально Вайкханаса-сутры как ритуальные тексты не упоминали ни Вишну, ни Нараяну. Вайшнавский уклон в вайкханасе возникает гораздо позже. Эпиграфические храмовые надписи только с IX века говорят о последователях вайкханасы как знатоках ритуалов и священных текстов, которые могут служить Вишну от имени других (Colas, 1996, р. 58ff).

По всей видимости, последователи вайкханасы на поздней стадии развития сообщества стали составлять руководства для ритуалов, или Вайкханаса-самхиты. Став храмовыми священниками, последователи вайкханасы написали множество текстов о храмах, ритуалах и домашних обрядах. Сами члены общины идентифицируют себя исключительно по приверженности собственным ритуалам из Вайкханаса-смарта-сутр, прежде всего, домашним обрядам (Hüsken, 2009, р. 15).

Как храмовым священникам, им пришлось соперничать с представителями других традиций, прежде всего, сторонниками панчаратры (pancaratra). Своим преимуществом последователи вайкханасы считают наследование ведийских традиций. Другие традиции они полагают или тантрическими, или народными. Период между сочинением первых сутр в III веке и составлением самхит, а также появлением эпиграфических надписей в IX веке, покрыт туманом истории. В этом свете некоторые индологи, например, Жерар Кола из Французского национального центра научных исследований, высказывают сомнение, можно ли говорить о непрерывной линии преемственности вайкханасы (Colas, 1996, рр. 42–44).

Яджня (огненное жертвоприношение) современных членов вайкханасы.

Храм Гунджа Нарасимхасвами, Карнатака

Преобразования Рамануджи в XII веке способствовали упадку вайкханасы. Ритуалы уступили место преданной любви и были демократизированы, к храмовому служению допущены представители разных каст, пуджа пришла на смену яджне, в канон вошли стихи альваров, низшие касты получили доступ к вероисповеданию. По всей видимости, неназванная в агиографии Рамануджи брахманическая оппозиция нововведениям состояла, преимущественно, из последователей вайкханасы. В идеологической борьбе Рамануджа и его последователи победили, что привело к вытеснению вайкханасы, её философии адвайты и ритуализма из вайшнавской среды. На авансцену вышел шри-вайшнавизм с философией вишишта-адвайта, вайкханаса начала терять популярность и постепенно превращаться в узкую секту. С распространением шри-вайшнавизма, доступного всем социальным группам, вайкханаса, по выражению профессора Уте Хюскен из Гейдельбергского университета, становилась всё более маргинальной, чей жизненный ареал сузился до храмового служения (Hüsken, 2009, р. 15).

Вайкханаса находилась под сильным влиянием доминирующей философии своего времени – адвайты Шанкары. Господь предстаёт началом и единством всего во Вселенной, а видимое земное многообразие является следствием проявления энергии Брахмана, его иллюзии. Вишну в вайк-ханасе описывается по аналогии с идеями Шанкары – он лишён свойств, непроявленный и неделимый. Его нельзя ни осмыслить, ни почувствовать. Основываясь на комментариях одного из учителей традиции, Шриниваса Махина (род. в 1059 году, Srinivasa Makhin), его ученик Васудева (в общине его называют Рагхупати Бхатачарья, Raghupati Bhaṭṭācārya) написал произведение «Мокшо-паяпра-дипика» (Mokṣo-pāyapradipikā). В ней в стихотворной форме обобщена философия вайкханасы (Ramachandra Rao, 2005, p. 1).

Брахман считается Высшей реальностью, обладающей двумя аспектами: (1) обезличенным и абстрактным (niṣkala), а также (2) проявленным, с обликом и атрибутами (sakala). Проявленная Высшая реальность именуется Вишну или Нараяной. Вишну неразрывно связан со своей супругой Лакшми как Луна и лунный свет связаны друг с другом. Он выступает Ишварой, то есть Господом, она представляет материальный мир, неодушевлённый без Ишвары. Человеческие души обладают сознанием, вечны, имеют свободу воли, однако зависимы от Вишну. Души делятся на три вида: обусловленные (baddha), то есть связанные кармическими действиями; освобождённые (muktā), однако хотя бы однажды родившиеся; изначально свободные (nitya), чьё сознание неизменно, такие как братья кумары. Обусловленные души введены в заблуждение иллюзией, материальной энергией Ишвары. Они могут получить освобождение, найдя убежище в Вишну через ритуальное вероисповедание. К средствам освобождения относятся духовное знание (jñāna), ритуальное поклонение (upāsanā), предание себя на милость Господа (прапатти, prapatti) и ритуальные действия (карма, kārma). Cамарадхана (samārādhana, или «жажда по любви») считается лучшей духовной практикой. Она включает джапу (japa, повторение имени Вишну), хому (homa, ведийское огненное жертвоприношение), арчану (arcanā, поклонение образу Вишну) и медитацию (dhyānā). Лучшей из них считается ритуальное поклонение. Последователи традиции полагают, что сначала следует делать огненное жертвоприношение, как предписано в Ведах, а затем поклоняться Вишну как Высшей реальности.

Вайкханаса наследует также традицию ритуального поклонения Шанкары, в которой служба проводится для пяти божеств, считающихся равными между собой и отражающими единого неделимого Бога – Вишну, Шивы, Сурьи, Ганеши и Шакти. В вайкханасе ритуальное поклонение осуществляется нескольким образам. Выделяется четыре аспекта Вишну, вместе их называют «изначальными мурти» (adimurti). К ним относятся Пуруша (Puruṣa), воплощающий дхарму, или праведность; Сатья (Satya), воплощающий джняну, или духовное знание; Ачьюта (Acyuta), воплощающий процветание; Анируддха (Aniruddha), воплощающий непривязанность к объектам наслаждения. В храмах обычно поклоняются четырём или пяти мурти, они делятся на несколько видов. Большой неподвижный образ представляет обезличенный аспект Вишну, в то время как малые переносные мурти – его проявленные аспекты. Если последователь намерен добиться как временных, так и постоянных результатов в своей духовной практике, он должен поклоняться обоим образам. Однако если он настроен на долговременные результаты, вайкханаса предписывает поклоняться только неподвижному образу (табл. 1.1).

Вайкханаса имеет сложную символическую систему для ритуального поклонения. Согласно «Ригведе», Вишну тремя шагами охватил весь мир. В вайкханасе его мурти символизируют охват всех миров. Если основное неподвижное мурти считается главным образом Вишну, то три других образа отражают его проявления в трёх мирах. Каутукабера ассоциируется с первым шагом, снапапабера – со вторым и утсавабера – с третьим. В каждом из них проявлен тот же божественный дух, что и в главном образе Вишну. Все три дополнительных образа являются перемещаемыми и символизируют «шаги» Вишну. Иногда к трём перемещаемым мурти добавляется изображение Вишну, называемое «балибера» (balibera). К нему прибегают в ритуалах ежедневного подношения пищи божествам-спутникам и символам Вишну, расположенным в пределах храма. Если для всех целей используется одно и то же мурти, его называют «бхогабера» (bhogabera). Образы Вишну также ассоциируются с пятью жертвенными алтарями, на которых разжигаются ритуальные костры.

Табл. 1.1. Вайкханаса: ритуальные образы Вишну

Ритуалы имеют предопределённую последовательность. После омовения и медитации на Вишну брахман ритуально предает себя в руки Вишну и устанавливает мурти для проведения церемонии. Мурти омывается, то есть проводится ритуал абхишека (abhiṣeka). Эти действия являются предварительными и подготавливают нисхождение Вишну. Его приглашение начинается с мантры и декларации священных слов о том, что преходящее связано с вечным и что душа освобождается от всего нечистого, поскольку она знает Господа. В качестве подношения всем присутствующим божествам предлагаются цветы. Затем поётся гимн «Атма-сукта» (Atmasukta), в котором тело брахмана отождествляется с космосом (вселенской формой Вишну). После гимна брахман медитирует на проявленный (персонифицированный) образ Вишну. Брахман его просит выйти из непроявленного состояния и войти в свой земной образ (мурти), чтобы присутствующие могли обратиться к нему. Для мурти Вишну проводится жертвоприношение, с ним обращаются как с высоким гостем. Жертвоприношение принимает форму огненного ритуала (хомы), в ходе которого Вишну предлагается всё, что может быть видимым, осязаемым, слышимым или съедобным. Ему преподносится специально приготовленная на огне пища. После окончания ритуала её в качестве прасада раздают присутствующим. По завершении жертвоприношения место убирается и Вишну предлагается рис с маслом. После подношения риса происходит парикрама (обход вокруг места жертвоприношения). Брахман, исполняющий роль пуджари, получает дакшину (денежное пожертвование) от присутствующих. Затем на Вишну медитируют как на Господа жертвоприношения. Наконец, Вишну предлагаются цветы и после огненного арати двери храма закрываются.

Вишну во времена расцвета вайкханасы.

Тамилнад, VIII век. Дворец Маратхов в Танджавуре

Ритуализация поклонения Вишну сопровождалась систематизацией результатов духовной практики. Брахманы описали несколько невидимых реальностей, которых может достигнуть последователь вайкханасы. Достижение освобождения отождествляется с пребыванием в мире Вишну. Всего же вайкханаса описывает четыре вида освобождения: салокья (sālokya) – жизнь в блаженном мире Вишну, но не возле него; самипья (sāmipya) – жизнь рядом с Вишну; сарупья (sārupya) – обретение образа Вишну, его четырёхрукого облика; саюджья (sāyujya) – воссоединение или слияние с Вишну. Последняя рассматривается как высшее и конечное освобождение, в духе адвайты без свойств и проявлений. Каждому освобождению соответствует определённый мир Вишну, в котором пребывает человеческая душа. Ими являются Амода Вишну (Āmoda Viṣṇu), Прамода Махавишну (Pramoda Mahāviṣṇu), Саммода Садавишну (Sammoda Sadāviṣṇu) и Вайкунтха Нараяны (Vaikuṇtha Nārāyaṇa), или Вьяпи-Нараяна (Vyāpi-Nārāyaṇa). В последнем состоянии освобождённая душа входит в божественный свет, теряет себя и наслаждается счастьем.

Под влиянием социально-культурных изменений вайкханаса претерпела значительную трансформацию. В течение ряда столетий из общины ведийских мудрецов она превратилась в брахманскую общину. Исторические обстоятельства и причины трансформации остаются неизвестными. Последователи вайкханасы стали знатоками ритуалов, что привело их в храмы и сделало профессионалами храмового служения. Их специализация и защита общинных интересов способствовали тому, что последователи вайкханасы считают храмовое служение неотъемлемой частью своих исключительных прав. Приверженцами вайкханасы становятся по праву рождения, а не после сознательного принятия вайшнавизма. Дебаты об исключительных правах последователей вайкханасы служить в храмах Вишну, обладать храмовым имуществом и доходами от пожертвований и оплаты ритуалов продолжаются среди южноиндийских преданных Вишну на протяжении столетий. Известны неоднократные междоусобные религиозные конфликты на месте рождения Рамануджи, Шрипе-румбудуре, в XIX и XX веках. В вайкханасе считается, что посвящение в вайшнавизм им не требуется, они являются вайшнавами по рождению благодаря дородовому ритуалу Вишну-бали (Viṣṇubali). Ритуал символизирует «подношение Вишну» ребёнка в утробе матери, которое превращает плод в «дитя Вишну». Позиция последователей вайкханасы как наследственных священников однозначна: только им, «детям Вишну», уготовлена участь храмового служения ещё до рождения. Другие, получившие посвящение, являются всего лишь «приёмными детьми» Вишну или даже «даса», его слугами (Hüsken, 2009, р. 13).

Обязательные ритуалы вайкханасы включают несколько обрядов. Из них ритуалы дородового жизненного цикла «гарбха-санскара» (garbhasamskara) сыграли ключевую роль в поиске последователями традиции религиозной ниши и самоутверждении как знатоков храмовых ритуалов. Фактически после Рамануджи произошла смена религиозной и ритуальной идентичности вайкханасы. Она проявилась в изменении толкования и выполнения ритуалов жизненного цикла, прежде всего, Вишну-бали, или «гарбха-чакра-санскара» (garbhacakrasanskāra). Ритуал проводится перед родами ребёнка в первой половине восьмого месяца беременности. Он включает в себя огненное жертвоприношение, после которого беременной матери предлагается сладкий рисовый пудинг с символами чакры и шанкхи, которые ранее обжигались на священном огне. Пока женщина поедает рис, брахманы читают специальную мантру. Считается, что во время ритуала Вишну проставит на плечах будущего ребёнка незримые знаки чакры и шанкхи. Ребёнок уже родится как последователь вайкханасы, поскольку до родов был посвящен Вишну. После рождения он не будет нуждаться в посвящении, как это происходит в традиции панчаратра шри-вайшнавизма. С рождения ребёнок приобретает право быть брахманом. После обучения он может выполнять свой долг – служение Вишну – как дома, так и в храмах.

Служение в храмах для них является жизненным призванием и никаким другим видом деятельности они не могут заниматься. Исключение составляет аюрведа, связь с которой регламентирована священными текстами. Служение в храмах передается из поколения в поколение, то есть является наследственным. Наследники традиции живут на территории храмов и их содержание входит в обязанности администрации храма. Наследственные брахманы нередко занимают высокие позиции в иерархии священников. Идеология «детей Вишну» по рождению со временем привела к эволюционному тупику. Последователи вайкханасы превратились в подкасту вайшнавских брахманов, членам которой запрещено иметь дела с другими кастами. Девушки и юноши вправе вступать в брак только с последователями вайкханасы, в противном случае они перестают быть членами общины и становятся вне касты. Их дети уже не считаются «детьми Вишну». В результате популяция вайкханасы со временем имеет тенденцию к сокращению. По оценкам этноиндологов, в 2010-х годах сообщество брахманов насчитывает около 2500 семей. Они проживают, преимущественно, в Южной Индии при храмах в Тамилнаде, Андхра-Прадеше и некоторых частях Карнатаки. Современным центром традиции считается храм Венкатешвары на холмах Тирумалы. Брахманы вайкханасы также служат в храме Партха-саратхи в Ченнае.

Представитель общины вайкханаса.

Майсур, Южная Индия, 2-я пол. XIX столетия. Из коллекции фотографий Рейксмузея (Амстердам)

Происхождение вайкханасы остаётся загадкой. По всей видимости, первые представители не имели никакого отношения к Вишну и были отшельниками, совершавшими обряды для постижения духовной Высшей реальности. По мере распространения вайшнавизма последователи вайкханасы могли проводить ритуалы для других небрахманских каст. Признаки былого политеизма можно встретить в их отдельных текстах. Например, мальчику, возвращающемуся домой из своего первого паломничества, предписывается посещение храма Гуха (Guha, то есть Сканды, сына Шивы). Это говорит как о южноиндийском происхождении вайкханасы, так и о заимствовании традиций смарты Шанкары. Эпиграфическая медная надпись Маннан в штате Карнатака, датируемая 828 годом, упоминает, что некий Девашарман из вайкханасы, известный своим выдающимся толкованием священных текстов, получил в служебное пользование деревню для поклонения невайшнавской богине Доддавади (Colas, 2018).

Вайкханаса-сутры, описывающие публичные ритуалы, были построены ими по образцу других сутр и ничем особым не отличаются. Скорее всего, своды правил сочинены отшельниками в подражание другим ведийским школам. Они не демонстрируют оригинальность, однако содержат ряд стилистических и грамматических особенностей. По всей видимости, обслуживание небрахманских каст привело к специализации на поклонении Вишну. В поздних текстах появляется упоминание о медитации на Вишну или Нараяне, а также восхваление урдхва-пундры – вайшнавского символа, который бхакты Вишну изображают на своём лбу. Эпиграфические надписи на тамильских землях с конца IX века свидетельствуют уже о том, что в среде вайкханасы поклоняются только Вишну.

Однако собственной философии вайкханаса не имела. Последователи традиции заимствовали философию ад-вайты, совместив её с ритуальной практикой ведийского времени. Это определяет первое и главное различие между шри-вайшнавизмом и вайкханасой – взгляд на мироустройство, поскольку шри-вайшнавы следуют вишишта-адвайте. У истоков шри-вайшнавизма стоит любовная лирика альваров, в то время как вайкханасы почитают только собственные ритуальные произведения. Из традиции адвайты вайкханаса также заимствует практику почитания мурти, которых у неё множество, в зависимости от цели проведения ритуала. В шри-вайшнавской практике, напротив, предпочтение отдаётся излюбленному божеству, будь то Вишну в облике Ранганатхи или Венкатешвары. Тем не менее, в публичном храмовом служении, учитывая важную роль брахманов из вайкханасы, ритуалы проводятся для разных мурти Вишну (Colas, 2018).

По всей видимости, где-то между VII и IX веками произошло взаимопроникновение шри-вайшнавизма и вайкханасы, что обеспечило бесконфликтное сосуществование обеих традиций. Одно из писаний панчаратры, «Санатку-мара-самхита», датируемое до XI века, описывает члена общины вайкханасов не как храмового священника, а как отшельника, живущего со своей семьёй и преданного Вишну. Другой текст панчаратры, «Джаякхья-самхита», предписывает участие представителей вайкханасы в выполнении определённых ритуалов панчаратры. Там же встречается описание вайкханасы, которое сочетает в себе как качества священников, так и отреченных. В частности, члены общины вайкханасы просят еды и носят спутанные волосы и одновременно живут с семьями и имеют имущество. Более того, в награду за свои услуги некоторые получают земли с деревнями и строят на них храмы, где совершают своё богослужение.

Шри-вайшнавизм и каноническая традиция вайкханасы отличаются по практике поклонения. Шри-вайшнавы следуют как ведийским традициям, представленным вайк-ханасой, так и панчаратре, с её более простыми правилами. В шри-вайшнавизме основной практикой является пуджа Вишну, в то время как в вайкханасе – ведийская яджня. Последователям вайкханасы предписывается поклоняться образу Вишну каждое утро и каждый вечер после совершения домашнего огненного жертвоприношения. Шри-вайшнавы могут позволить себе отклоняться от канонов в пользу более близких отношений с Вишну, в то время как вайкханаса представлена строгими ритуалистами.

Шри-вайшнавами могут стать все, кому Вишну близок, в то время как членами общины вайкханасы можно быть только по рождению. Ритуал посвящения в утробе матери возник, по всей видимости, после XIII века. В борьбе с новациями Рамануджи ритуалисты обратились к идее прирождённого вайшнава для защиты своего приоритета в наследственном праве на первосвященство в храмах. Шри-вайшнавы представлены всеми социальными группами, вне зависимости от национальности и профессии, в то время как членами общины вайкханасы могут быть только потомки брахманов. Отказавшись принять в свои ряды других и презирая их за низкородство, община столкнулась с социальной изоляцией, что постепенно вело её к реликтовому сообществу.

Наконец, обретение освобождения в шри-вайшнавизме происходит благодаря сладостному пребыванию с Вишну на Вайкунтхе. Последователи вайкханасы верят, что, совершая ритуалы, они потеряют индивидуальность и воссоединятся с Вишну. Некоторые индологи склонны причислять вайкханасу к вишишта-адвайте, однако идеология освобождения у них расходится. Например, «Вайкханаса-смарта-сутра» (шлока8.11) предписывает практикующему обращать ум на Брахмана с качествами (saguna), однако для освобождения следует концентрироваться на Брахмане, лишённом качеств (nirguna). В вишишта-адвайте, напротив, Вишну сохраняет облик со всеми атрибутами, что позволяет вайшнаву продолжать чувствовать его близость на Вайкунтхе.

Последователи вайкханасы предпринимали несколько попыток создать сначала полноценную религиозную или философскую школу, а затем хотя бы собственную ведантическую, конкурирующую со школами шри-вайшнавизма, ведагалаи или тенгалаи. Отстаивая интересы общины, представители вайкханасы начали публиковать свои канонические и более поздние произведения с концаХТХ века. Вплоть до начала XX столетия информация о них не распространялась за пределы общины. Однако попытки создать полноценную традицию завершились ничем из-за слабой идеологии, избыточного ритуализма и ряда самоограничений. Основатель северной школы шри-вайшнавизма Вен-катанатха с симпатией относился к вайкханасе и изредка цитировал её самхиты. На его взгляд, к панчаратре следует прибегать, когда среди правил вайкханасы не встречаются соответствующие предписания. Таким образом, конкуренция и конфликты со сторонниками панчаратры не помешали вайкханасе попасть под влияние шри-вайшнавизма.

Индологи склонны относить вайкханасу либо к особой вайшнавской секте, либо к традиции шри-вайшнавизма. Однако нередко сами последователи вайкханасы не признают своими учителями ни альваров, ни Рамануджу (Rama-chandra Rao, 2005, р. 1). В современной Южной Индии члены общины вайкханасы в основном встречаются в школе шри-вайшнавизма ведагалаи. В XXI веке людей, считающих себя наследниками вайкханасы, можно обнаружить, чаще всего, в штатах Андхра-Прадеш и Тамилнад. Примерно в 40 из 108 священных мест, дивья-дешам, члены общины выполняют обязанности священников. Знаменитый храм Венкатешвары на холмах Тирумалы, где среди первосвященников немало последователей вайкханасы, можно считать оплотом их ритуальной традиции. Потомки Рамануджи при храме Венкатешвары являются «омбудсменами» и отвечают за поддержание как правил панчаратры, так и вайкханасы. Наряду с другими дивья-дешам святое место остаётся открытым для представителей любых традиций.

1.3. Происхождение шри-вайшнавизма: гуру-парампара

Корни шри-вайшнавизма уходят в ведийскую традицию. Доказательством тому служит использование гимнов Вед в ритуальном служении. В частности, знаменитая «Пуруша-сукта» (Purusasukta), или Гимн [космическому] человеку, из «Ригведы», в котором описывается творение Вселенной, цитируется в ритуалах шри-вайшнавизма. Вишну-Нараяна в ней отождествляется с первоначальной космической душой Пурушей. Наряду с «Шри-суктой» и «Нараяна-суктой» гимн повторяется на пудже Вишну. Ведийские корни прослеживаются и в сочинениях святых поэтов альваров, которые использовали ведийские образы и понятия (Narayanan, 2018).

Представление об истории шри-вайшнавизма почерпнуты из жизнеописаний учителей и подвижников, храмовых записей, объектов искусства и архитектуры, а также из философской литературы, созданной последователями. Передача духовного знания происходила по гуру-парампара ((guruparamparāpra) – непрерывной линии преемственности от учителя к ученикам. Наиболее известная агиография «Гуру-парампара-прабхавам», или «Слава преемственности учителей» (Guruparamparāprabhāvam), сочиненная в XIII веке Пинпалакия Перумал Джияром (Piṉpaḷakiya Perumāḷ Jīyar), начинается с рассказов об альварах, а затем переходит к первому учителю Натхамуни (Carman, 2005, р. 8727).

Альваров вдохновляла Лакшми на поэтические сочинения в честь её супруга. Не зря многие гимны они пели от имени женского персонажа. Любовь к Вишну нашла наивысшее проявление в Наммальваре. Потрясенный глубиной и совершенством любовной лирики, Натхамуни посвятил свою жизнь собиранию стихов альваров. Через поэзию Натхамуни получил богооткровение и считается первым ачарьей шри-вайшнавизма. Таким образом, традиция формально ведет свою историю с начала X века. Следующим крупным ачарьей считается Ямуна, или Ямуна-чарья (Yāmunācārya), известный как Алавандар, или «Тот, кто пришел к власти» (Āḷvantā). Ко времени, когда Ямуна стал настоятелем храма в Шрирангаме и лидером общины шри-вайшнавов, он обладал политической властью, что и определило его эпитет. Он первым описывал любовную поэзию альваров языком философии, ему же принадлежат ранние сочинения на санскрите, положившие начало шри-вайшнавской литературе. Ямуна написал стотры (панегирики) в честь Вишну и Лакшми, несколько философских трактатов, а также краткий комментарий к «Бхагавадгите». Его ученик Рамануджа, которого Ямуна при жизни так и не встретил, стал самым выдающимся учителем традиции (Carman, 2005, р. 8728).

В молодости Рамануджа жил при храме Вишну-Варахи в Канчипураме и выполнял обязанности брахмана. В зрелые годы он перебрался в Шрирангам, где служил Вишну как Ранганатху. В течение жизни Рамануджа много путешествовал, посетил Кашмир на севере и другие священные места Индии. Подвижнику пришлось иметь дело с веронетерпимыми правителями-шайвами, а также ортодоксальными брахманами, предпочитавшими формальные ритуалы и жесткие социальные правила. В результате преследований правителя из династии Чола Раманудже пришлось покинуть Шрирангам. В княжестве Майсор он получил убежище у раджи Биттидева Хойсала. После того, как ему удалось вылечить дочь Биттидевы, раджа сменил веру с джайнизма на вайшнавизм и получил новое вайшнав-ское имя. Рамануджа занимался активной деятельностью и основал в Южной Индии большое число мест поклонения Вишну. Когда политическая обстановка улучшилась, Рамануджа смог вернуться в 1120 году в Шрирангам. По традиции считается, что Рамануджа покинул своё тело в возрасте 120 лет. После себя он оставил административную реформу управления храмами, новый порядок богослужения и несколько письменных работ. Его образ жизни и мыслей, а также многочисленная община последователей заложили основы шри-вайшнавской философии и практики. Считается, что после себя Рамануджа оставил 12 тысяч учеников, 700 монахов и 74 духовных наставника (Sambaiah, 1988, р. 51).

Наммальвар (880–930), отрада Вишну на Земле

Рамануджа (1017–1137), основоположник вишишта-адвайты

Манавала Мамуни (1370–1443), один из основателей южной школы

Венкатанатха (1268–1369), основатель северной школы

Любовь Рамануджи к Вишну досталась в наследство большому числу талантливых учеников. Некоторые из них приняли монашеские обеты санньяси и отреклись от мирской жизни. Однако Рамануджа приближал к себе не только людей, склонных к монашеской жизни. Он обладал даром определять выдающихся личностей, которые могли распространять любовь к Вишну. Считается, что Рамануджа инициировал несколько десятков учеников из числа домохозяев. Они стали духовными лидерами, получили право обучать и объяснять священные тексты, а также посвящать людей в шри-вайшнавы. Молодое шри-вайшнавское сообщество формировалось вне зависимости от социального положения его участников (Carman, 2005, р. 8728).

Первыми лидерами общины в Шрирангаме стали Тируккурукайппиран Пиллан (Tirukkurukaippirāṉ Piḷḷāṉ), двоюродный брат Рамануджи, и Парашара Бхаттар (Parāśara Bhaṭṭar), сын близкого ученика Рамануджи. Прямые наследники Рамануджи cоставили свои комментарии к произведениям Наммальвара, которого Рамануджа почитал больше остальных альваров. Cреди прямых учеников выделялись Нанджияр (Nañjīyar), Перияваччанпиллаи (Periyavāccāṉpiḷḷai) и Ватаккуттирувитиппиллаи (Vaṭakkuttiruvītippiḷḷai) (Narayanan, 2018).

Вишну в окружении Гаруды и Бху-деви (слева) и Шри-деви и Ханумана (справа). Надвратные изображения храма Куралаппа Перумал в Тируппатисараме, Тамилнад

Расцвет шри-вайшнавской философии произошёл между XII и XIII веками. Сформировались два основных духовных центра в Шрирангаме и Канчипураме. Их лидеры Пиллаи Локачарья (1205–1311) и Венкатанатха (1268–1369) благодаря своим неординарным талантам и литературным способностям создали большой массив философских трудов. В то же время их активная деятельность привела к расхождениям во взглядах на природу освобождения души и способы её достижения. В центре внимания находились жизнь и творчество Наммальвара, природу которых обсуждали преемники первых ачарьев. Одни считали, что Наммальвар заслужил милость Вишну благодаря своей любви, другие полагали, что освобождение Наммальвара произошло благодаря милости Вишну. В результате возникло две школы, или вторичных традиций шри-вайшнавизма. Одну из них во главе с Пиллаи Локачарьей и Манавала Мамуни (1370–1443) стали называть «тенгалаи» (Teṉkalai, «южная школа» в Шрирангаме), а другую, с лидером Венкатанатхой, – «вадагалаи» (Vaṭakalai, «северная школа» в Канчипураме). Философские, ритуальные и социальные различия обеих школ всё ещё продолжают существовать. По традиции на Манавала Мамуни завершилась эпоха великих ачарьев, начавшаяся с Натхамуни.

1.4. Махавишну, или облики любви

Вишну как всевышний, всепроникающий, всеохватывающий Господь обладает превосходящими что бы то ни было божественными качествами. Он – повелитель Вайкунтхи, вечного мира, где царит радость и нет ни тени печали. Вишну предстаёт источником любви и блаженства для всех живых существ во всех вселенных. Он – повелитель всех чувств и вкусов любви, что делает его прекраснее всех богов любви. Как воплощение блаженства, Вишну наделяет всех живых существ счастьем. Вишну пребывает в сердце каждого и благодаря этому знает сердца своих преданных-бхакт. Он не может не любить тех, в ком пребывает, ведь любовь – его природа. Любовь Вишну ничем не ограничена и не обусловлена. Никакие недостатки человека не могут препятствовать изъявлению его любви. Распространение милости является естественным состоянием Вишну. Он дарит благословение всем душам. Вишну сам исполнен блаженства и наполняет им всё живое. Его преданные бхакты отвечают ему взаимностью – они не любят на свете ничего и никого больше, чем Вишну. Как провозглашает «Вишну-пурана», любовь к Вишну является высшей дхармой (Носова, 1995). «Вишну-сахасранама», или гимн 1000 имён Вишну, описывает его божественные качества, заключённые в именах-эпитетах Вишну. Он – Шрештха (заслуживающий восхваления), Шри-гарбха (вместилище всех благоприятных качеств), Хришикеша (повелитель чувств), Сунда (дарящий радость и счастье), Вьяпта (наполненный любовью) и т. д.

В шри-вайшнавизме всепроникающий Вишну по своему желанию может принимать любые облики. По традиции панчаратры наибольшую популярность получило пять. Их воспевают альвары и описывают в своих трудах ачарьи. Описание многочисленных обликов Вишну можно встретить в священных текстах панчаратра-агамах (Pancaratra Agama), которые служат руководством при создании рукотворных изображений Вишну и в храмовом строительстве. Вишну предстаёт (Kapoor, 2008, рр. 101–104):

• Пара (Para), или «Высший Господь», неизменно пребывающий в своей божественной обители на Вайкунтхе вместе с супругой Лакшми, в окружении спутников и преданных, исполненный любви и блаженства;

• Вьюха (Vyūha), или эманация Вишну в космическом океане творения: в земном восприятии мудрецов-риши Вишну принимал облик Нараяны или Пара-Васудевы, который возлежит на змее Ананта-Шеше (бесконечности) в бесформенном блаженстве Вайкунтхи, предстающей как молочный океан (kṣīrodha);

• Вибхава (Vibhava), или аватара: Вишну лично нисходит со своей обители на Вайкунтхе на Землю для восстановления дхармы и становится Варахой, Ваманой, Рамой, Кришной и воплощениями;

• Харда (Hārda), или антарьями (antaryāmin): Вишну пребывает в сердцах людей подобно тому, как он наслаждается в своей обители на Вайкунтхе – в сердце человека возникает Вайкунтха, когда из него уходят заботы и тревоги и приходит любовь;

• Арчаватара (Archāvatāra): Вишну обитает в рукотворном изображении в святилище или на домашнем алтаре и благодаря близости переносит преданных бхакт на Вайкунтху.

«Верховный Господь пребывает в высшем мире,
Он же находится на холмах Тиру малы,
Он же возлежит в молочном океане,
Он же перемещается по земле в различных обликах,
Он пребывает во всех существах во Вселенной
и в сердце каждого…»

Наммальвар, поэма «Тируваймоли», стих 6.9.5

Все пять обликов равнозначны, они представляют одного и того же Вишну, пребывающего на Вайкунтхе. Однако последний, арчаватара, то есть мурти Вишну, всегда находится рядом с преданным и поддерживает с ним близкие отношения. Особенность шри-вайшнавизма, отличающая его от других вайшнавских традиций, состоит в том, что близкие отношения возникают вне зависимости от выбора аватара. По своему божественному замыслу Вишну прячет свой первоначальный вид и может принимать любой облик и имя, чтобы быть ближе к человеку. В отличие от поздних северо-индийских поэтов, почитавших Кришну или Раму, альвары воспевали личное нисхождение Вишну в облике любого аватара или храмового мурти. Они видели его во множестве, но прославляли, прежде всего, изображения Вишну в святых местах. Считается, что в арчаватаре Вишну явлен, как и в живых воплощениях. Материальные образы Вишну ничем не отличаются от него и обладают теми же божественными качествами, что и сам Высший Господь с Вайкунтхи. В арчаватаре Вишну находится по собственному желанию, ведь он может принимать любые облики, какие захочет (Kapoor, 2008, р. 105).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.