Лили Фет
Некромантка из склепа. 1 том

Цикл

«Некромантские войны»

Некромантка из склепа

Первая книга

ГЛАВА 1

Мир Экнат

Империя Эрдалия

Столица Калта

Академия Тёмных искусств и Магии (Атим)

12639 год

Далия шла по коридору женского общежития. Освещение тут было скудное, комендантша вечно экономила на подзарядке светильников. Девушка переложила вес тяжёлых книг с одной руки на другую. Библиотека Академии закрывалась в десять вечера, и Далия обычно сидела там до последнего. Шла она быстро, но тихо – отбой пробил пятнадцать минут назад, и она уже должна находиться в своей комнате, а не топтаться в коридоре.

Хорошо, что каморка комендантши находилась на другом этаже, и именно там девочкам доставалось от неё больше. Далия тихой мышкой прошмыгнула по лестнице, свернула налево, быстрым шагом прошла по коридору, в котором справа и слева находилось по десять дверей, что вели в комнаты, где девушки жили по двое.

Далия дошла до двери в свою комнату, достала ключ из кармана своего учебного тёмно-синего платья, одной рукой постаралась удержать тяжёлые книги, даже прижала их подбородком, а второй рукой нашарила замочную скважину. Ключ повернулся, но дверь не открылась, словно её что-то подпирало изнутри. Далия чуть толкнула дверь ладонью, но та не поддалась. Книги начали крениться, пришлось их обхватить обеими руками. Девушка повернулась к двери спиной и толкнула её. Дверь открылась словно нехотя и, наконец, впустила её в комнату.

В комнате царил бедлам и хаос, причём вполне ожидаемый. Тут вовсю шла пьянка, всё, как любила Марлетта, соседка Далии. В гости к ней пришли подруги, и принесли эльфийские вина, точнее, поддельные эльфийские вина, если судить по омбре из бутылок.

Вечер уже испорчен, нахмурилась девушка, в такой обстановке что-либо учить будет невозможно – Лора невпопад и громко играла на гитаре, Гвен ей солировала пьяными песнями, причём у неё не было ни слуха, ни голоса. Неприятная заноза-Викки обернулась на звук открывшейся двери. Презрительно смерила взглядом вошедшую нескладную девушку и отвернулась. Высокая стройная черноволосая красавица абсолютно не принимала в свой круг некрасивых людей. Вот симпатичная ухоженная блондинка Марлетта вошла в число её подруг. А соседка Марлетты Далия – нет.

И кто знает, в чем тут дело. То ли в том, что подростковая угловатость фигуры и черт лица Далии напрягала Викки, то ли красавицу раздражал факт того, что безвестная сирота была принята на бесплатное место в лучшей Академии империи. Хотя какое её тут дело? Викки родом из хорошей обеспеченной семьи, её в Академию записали ещё при рождении.

Далия положила книги на свою кровать – на её стуле сидели, а стол был занят закусками и бутылками. Ощущение, что она попала в притон. Девушки создавали столько шума, словно их тут не четыре, а двадцать. Они громко смеялись, шутили и сплетничали.

– Смотрите, кто пришёл – серая мышь, – напевно произнесла Викки. Её извечные подпевалы Лора и Гвен рассмеялись. Марлетта лишь презрительно скривила губы, наблюдая, как соседка раскладывает книги на кровати.

– Точно, мышь, – скривилась Марлетта, – И платье из лавки для нищих, это же очевидно.

Далия училась тут всего три недели, с начала учебного года, но уже возненавидела свою соседку. Марлетта приехала из далёкой зажиточной провинции не учиться. Она приехала искать мужа. Училась она уже второй год, что удивительно с таким настроем – и как она умудрялась что-то учить и сдавать экзамены? А в свободное время у соседки по комнате были гулянки и поиски принца в качестве мужа. Простые студенты-маги её совсем не устраивали – Марлетта хотела жить в сказочном замке. На почве замков они и сдружились с Викки, которая, по слухам, была дальней родственницей императора.

– Платье – это форма Академии, выдаётся всем студентам, – спокойно сказала девушка, – У тебя такое же висит в шкафу.

Шкаф Марлетта забрала себе, в первый же день поставив ультиматум – или шкаф переходит в её личное владение, или Далия не продержится в комнате и недели. А так как это место было последнее свободное в женском общежитии, то сиротке-нищенке придётся снимать комнату в городе, а ведь у неё совсем нет денег.

– Давно уже не висит, – задрала нос Марлетта, – эта рвань годится только для нищих студенток, что рода своего не знают.

Далия сжала зубы. В империи Эрдалия были сильны именно родственные связи. Если у тебя есть семья и родственники – ты сыт, обут и одет, и обеспечен хорошим образованием, а затем и работой. А если ты сирота – то шанс подняться выше низов очень мал и даже призрачен. Девушка молча сняла ботинки и с ногами забралась на кровать и взяла в руки книгу по истории. Это было стандартное описание исторических хроник мира Экнат. Далия решила, что простого учебника ей будет маловато, и взяла в библиотеке дополнительное чтение.

Но сосредоточиться она не смогла. Девушки начали сплетничать о парнях, а потом перешли на более податливую жертву.

– Летти, этой замарашке место в каморке уборщика, а не в приличных комнатах, – принялась насмехаться Викки. Она вопросительно посмотрела на Гвен, и та сообразительно подлила подруге вина. Марлетта наполнила свой бокал сама.

– Да, согласна, но если её туда выгнать, то мне могут подселить ещё большее убожество, – кисло заметила блондинка и осушила бокал от расстройства.

– Может быть тебе поменяться соседками? У Рианы тоже соседка из нищенок, давно хочет её выкинуть. Вам стоит жить вместе с Рианой, она из хорошего рода, – оживилась черноволосая красавица. Но Марлетта знала Риану, и представила, как они делят шкаф – полетят платья, шарфики и клочки волос в разные стороны – и помотала головой:

– Кларисса не позволяет меняться комнатами, ты же знаешь.

Да, Кларисса держала девушек на пяти этажах в ежовых рукавицах, и даже зазнайка Викки получала от неё замечания. Комендантша завела свои порядки, и поддерживала их строго.

Викки положила в рот кусочек сыра, допила сладкое красное вино, и поднялась со стула. Гвен снова распевалась, а Лора брякала на гитаре мелодию совсем уж невпопад. Девушка подошла к Далии, бесцеремонно развернула к себе книгу, что читала девушка, и вслух произнесла:

– «Исторические хроники Экната». Неужели тебе родители не читали сказки и легенды Экната перед сном? – сказала Викки участливым тоном, а потом словно вспомнила, – Ах, да, у тебя же нет родителей, ты безродная.

– Отдай, – возмутилась Далия и вскочила с кровати. Викки забрала книгу и начала её листать.

– Ты не знаешь своих корней и истории, и решила, что обретёшь их, читая старые книги, так?

Далия попыталась забрать книгу, но высокая девушка просто подняла руку с книгой вверх и расхохоталась. Её подпевалы тоже смеялись над неуклюжей серой мышью.

– Зато я, по крайней мере, добьюсь успеха благодаря своим заслугам, а не деньгами своего папочки, – выпалила Далия. Викки уже была на пятом курсе, и по слухам, её регулярно пытались отчислить, но богатый папа-лорд каждый раз вносил в академический фонд много-много золота, и дочь снова оставляли учиться дальше.

Викки ахнула, чуть опустила руки от злости, Далия схватила книгу и потянула к себе. Взбешённая Викки потянула книгу на себя, в гневе дёрнула посильнее, раздался треск порванного переплёта, и в этот момент дверь комнаты распахнулась настежь.

– А ну прекратить!!! – гаркнула комендантша общежития Кларисса Овильмон. Высокая и худая, хищным выражением лица она напоминала гарпию. Она всегда носила одну и ту же причёску пучком на затылке, и узкие стекла очков на носу.

Далия ошарашенно смотрела на оторванную обложку библиотечной книги в своих руках. Викки кинула в неё остатками книги и повернулась в Клариссе.

– Мадам Кларисса, что вы себе позволяете? Правилами Академии недопустимо врываться в комнаты…

– Правилами Академии недопустимо распитие спиртных напитков в комнатах студентов, нахождение в чужих комнатах и на другом этаже во время отбоя, и уж тем более недопустима порча академического имущества! Вы все лишаетесь места в общежитии!

Кларисса была помешана на соблюдении правил, оттого и ходили девушки у неё по струнке – ведь именно строгая комендантша заведовала распределением студенток по комнатам и их выселением.

– Мой отец этого не допустит! – задрала нос Викки, – Он вам…

Это явно было лишнее – Кларисса махнула рукой и разорванная книга исчезла из рук девушек. Потом махнула второй раз – и из комнаты исчезли все пять девушек. У гарпии были все нужные полномочия, и она пользовалась ими нещадно.

Далия вдохнула холодный ночной воздух и поперхнулась. Улица?!

Пять девушек стояли перед закрытыми воротами Академии Тёмных искусств и Магии, а в руках каждой был баул с вещами и учебная сумка с учебниками, на плечах накидки. Лора попинала ворота.

– Эй, откройте! – но ворота были глухи. Они магически запирались с началом отбоя, открываясь только на рассвете.

– Что произошло? – возмущенно ахнула Марлетта. Её сумки упали на мостовую. – Как она могла нас выгнать? За что?

– Это ты виновата! – угрожающе обернулась Викки к Далии. Та отступила на шаг, покрепче перехватывая свою небольшую котомку с вещами, – Из-за тебя разозлилась эта грымза!

– Из-за меня? – возмутилась девушка, – Это ты книгу порвала! Нечего брать чужое!

– Ах ты, тварь, – Викки замахнулась на Далию заклятьем – кнутом, что выползло из её пальцев, но девушка уже приготовилась удирать, если что, и теперь она просто побежала по улице. Кнуты Викки оказались коротки, и лишь бессильно щёлкнули о камни мостовой, не достав беглянку.

Далия забежала за угол дома через дорогу, и чуть отдышалась. Эти дуры вряд ли побегут за ней, но надо проверить. Она осторожно выглянула из-за угла. Четыре девушки стояли у закрытых ворот в Академию, посовещались между собой и что-то решили сообща, а потом пошли в одну сторону по освещённой фонарями улице – там была Главная площадь, а значит, и приличные гостиницы, где можно переночевать.

Далия прислонилась к стене. У богачек были деньги на то, чтобы с комфортом заночевать в тёплой постели, а вот она ещё даже стипендию не получала за первый месяц. Далия вдруг охнула и сунула руку в карман учебной сумки – в потайном кармашке были спрятаны несколько монет, что остались от подъёмных, что ей дали по прибытии в Академию. Прибытие, как же…

Надо идти, вот только куда? На улице ночь, почти 11 вечера. И пусть в столице не действует комендантский час, но оттого и страшнее – улицы полны опасностей.

Далия прошла переулок насквозь и вышла на довольно хорошо освещённую улицу. В городе она была два раза, выходила посмотреть, что тут за люди живут, да прикупить пару женских и учебных штучек. Эту улицу она смутно помнила – всё же ночью какие-то другие очертания у вроде бы знакомых домов. Девушка пошла вперёд, напряжённо ища взглядом знакомые вывески, чтобы понять, в какую сторону двигаться. Она вспомнила, что в получасе ходьбы от Академии есть Храм Семи сестёр, и там всегда можно попросить кров и пищу любой девушке. Вот только в какую сторону, и кого бы спросить?

Пока она шла, на пути пару раз попадались пьяные парочки, увлечённые только собой, и на девушку внимания они не обращали. Но это длилось не долго…

– Эй, красавица, ты потерялась? – раздался заинтересованный голос из проулка слева. Далия отшатнулась и покрепче прижала к себе сумки.

– Нет, всё в порядке.

Она прибавила шаг, но как назло фонарь перед ней погас с тихим шипением. Позади послышались шаги. Она обернулась – трое грязных и немытых мужчин вышли из того проулка и двинулись к ней. Далия побежала, вперёд и вбок, и снова вперёд, не разбирая дороги, петляя, как испуганный заяц, которым и являлась сейчас.

Мужчины бежали за ней с хохотом и шутками, не теряя из виду, ведь у них было преимущество – они знали эти улицы как свои пять… ну, как свои четыре или три пальца.

Но Далия упорно держалась впереди них – в школе она занималась бегом, и шла на золотую медаль, пока не случился тот несчастный случай с коленом. Теперь колено нещадно ныло и начало покалывать искрами боли, но Далия в очередной раз бежала, чтобы выжить. Вот только улицы стали ещё темнее, и проулки всё уже.

Мужчины уже не хохотали, затихли. Далия заполошно огляделась – позади только тёмные очертания домов, фонари тут не работали , а скорее всего были сломаны со злым умыслом. А вот перед ней вдруг оказалась высокая кованая решётка, что простиралась влево и вправо. Это похоже на какой-то забор, а ещё он был украшен острыми пиками наверху.

Она каким-то магическим чутьём услышала тяжёлое дыхание преследователей, что скрывались в темноте, и неслышно подбирались к ней, окружая. Далия скинула сумки, перебросила их через пики, и сама полезла наверх, через забор. Она лезла, а преследователи уже бежали к ней. Через заборы она тоже умела лазить, и теперь в считанные мгновения оказалась наверху на пиках, опасно балансируя. Мужчины добежали до ограды и в злобе потрясли её.

– Мы тебя поймаем, дура! Или поймает Зло, что живёт на кладбище!

Далия покрепче ухватилась за железную пику, с высоты присмотрелась вдаль, но мало что увидела из-за тумана, что стлался по земле, и из-за темноты, что за оградой казалась гуще и темнее.

Но в жизни она уяснила одно – бояться надо живых, а не мёртвых. И она прыгнула вниз. Сгруппировалась, перекатилась по удивительно мягкой земле, и поднялась на ноги. Подобрала свои котомки и обернулась.

Мужики за оградой оскалились. Один из них злобно сказал:

– Оттуда выхода нет, я тебя там найду и …

– Кыр, ворота вон там подальше, – потянул его за собой самый нетерпеливый, показывая куда-то вбок.

Далия подхватила свои котомки и побежала по узкой дорожке из светлых овальных плиток, стараясь убежать в самую глубь. Она пробегала мимо высоких деревьев и странной формы булыжников, и пару раз свернула налево и направо. Остановилась отдышаться и прислушаться. Уняла прерывистое дыхание, а потом вовсе затаила. В той стороне, откуда она прибежала, слышались злые голоса, что явно решили разделиться, чтобы её найти. Девушка огляделась – куда бежать? Где спрятаться? Вокруг были только высокие стволы деревьев да булыжники. Она присела за один из них. Нет, маловат, её сразу найдут. Глаза привыкли к сумеркам, да и свет трёх лун на миг стал ярче, и Далия наткнулась на надпись на камне – «Любимому мужу и отцу Финеусу Торпгаму от жены и сыновей». Так, те придурки говорили же, что это кладбище. Булыжники – это на самом деле надгробия. А значит, она сейчас сидит на чьих-то костях… Далия отшатнулась и упала сидя. Выругалась, поднялась на ноги и подхватила котомки.

Вокруг среди деревьев и светлокаменных дорожек торчали булыжники-надгробия. А вот чуть дальше, в туманной мгле, было видно некое строение. Далия подбежала к нему. Может, это домик смотрителя кладбища? Но это был склеп, заросший мхом и покосившийся. Далия попыталась открыть дверь внутрь – не поддавалась. А позади послышалась ругань, потом кто-то упал, запнувшись о камень – это преследователи нашли способ пробраться на кладбище. Далия побежала дальше. Теперь склепы попадались чаще, но все они были так же крепко заперты от вандалов, как и первый. Пять следующих строений были поновее первого и побольше. Далия даже попыталась пролезть в окошко пятого, но быстро поняла, что звук выбитого стекла её выдаст вернее, чем если она сейчас тут сядет и будет ждать своей мучительной и долгой смерти.

Девушка побежала дальше. К горлу подкатывало отчаяние. Она услышала крики преследователей. Уже не весёлые, а злые, жестокие – им надоело бегать.

И вот в стороне Далия увидела покосившийся склеп. Он уже врос в землю, словно провалился в неё от старости. Склеп весь зарос плющом и колючими кустами. Дверь снова закрыта, но голоса почти рядом.

Далия едва слышно переступила через кусты, что окружали каменное строение, и прислонилась к стене. Пошла вдоль неё, чтобы не заметили. Руками она касалась стены, и в один момент запуталась в ветках, на которых были острые колючки, что впились в ладонь крючками.

– Мыр чует запах, она здесь проходила, – почти близко сказал громкий самодовольный голос. Далия дёрнула рукой, пытаясь освободиться от колючек, но поранила ладонь. Девушка схватилась за стену и постаралась осторожно пробраться за сам склеп позади, но нога при следующем шаге провалилась в яму, и Далия с тихим писком упала в пустоту.

Падение было недолгим, но приземление оказалось болезненным – плечом и бедром девушка больно ударилась о каменный пол. Голова не пострадала, просто в ушах зазвенело, а потом словно ветер эхом принёс слова:

– Я тут видел движение, банда, сюда.

Далия с тихим охом подгребла под себя котомки, огляделась – она непонятно как очутилась внутри склепа. Около стен, под узкими витражными окнами, стояли каменные широкие скамейки. Вот под одну из них она затолкала свои котомки, следом забралась туда сама и закрыла глаза, чтобы их лихорадочный блеск её не выдал.

Она лежала, зажмурившись. И прям воочию каким-то внутренним зрением видела, как три жуткие гротескные тени обходят старый древний склеп и переговариваются между собой.

– Я слышал отсюда звуки. Тут что-то было, – с присвистом говорила одна тень.

– А может, ты слышал Зло, что поедает путников, заночевавших на кладбище? – зловеще уточнила вторая тень.

– Эй, Зло ест только тех, что тут решает поспать, – возразила первая тень, но не уверенно, – И не раньше полуночи. А ещё рано.

Тени шушукались, походили вокруг склепа, пар раз заглянули в узкие мутные окна. Далия закрыла рот рукой, чтобы ни звука не вырвалось. Страшно, и сердце колотится, словно сейчас выскочит через горло.

Тени ушли искать свою жертву дальше, а потом и вовсе убрались с кладбища, потому что наступила полночь, время кладбищенского Зла.

Далия еще долго сидела под скамьёй. Голоса затихли вдали, но она знала, что это может быть обманчиво – кто-то мог остаться караулить и ждать, когда она себя выдаст. Но время шло, и звуки кладбища начали просачиваться в склеп. Ветер стал чуть громче. Ветви деревьев скрипели. Где-то вдали раздался ужасный крик какой-то гарпии.

Девушка вылезла из-под скамейки и поднялась на ноги, а потом без сил уселась на ту же самую скамью. Она не знала, что делать дальше. Из Академии её вроде бы не выгнали, только лишили спального места. Комнату ей снимать не по карману, своих денег у неё нет, стипендия тоже вряд ли покроет эти расходы – она даётся студентам-бесплатникам на приобретение нужных вещей, типа листов для записи и новых карандашей.

Теперь перед Далией встал острый вопрос – где жить. Девушка огляделась – две скамьи у стен напротив друг друга, четыре узких витражных окошка на высоте около 180 сантиметров. Справа от Далии начинался подъём в три ступени, и вёл он к двойной распашной двери, сейчас закрытой на ржавый ключ. Ключ, кстати, был вставлен в замочную скважину. Изнутри…

Девушка с испугом осмотрелась, но на первый взгляд, ничей труп нигде не валялся. Но как тогда склеп закрыли изнутри и ушли? И куда ушли? Она вдруг сообразила, что и сама ведь сюда попала не через главный вход, и ей стало чуть полегче. Ну, ладно.

А слева находились ниши, в которых стояло несколько высоких пузатых урн, а под ними в стене прибиты бронзовые таблички с именами и датами.

Далия провела рукой по каменной поверхности скамьи. Гладкая и холодная. Сойдёт, чтобы провести тут ночь, выбора у неё всё равно нет. Она положила котомки на скамью, а сама поднялась по ступенькам к двери. Обхватила тяжёлый резной ключ правой рукой и попыталась вытащить. Не вышло, он сидел крепко, да ещё и был спаян с механизмом замка столетней ржавчиной. Но Далии с утра явно нужно будет выйти отсюда через нормальный выход, и она пыхтела, стараясь вынуть плотно засевший ключ. Обхватила его второй рукой и с силой потянула на себя. Сначала было ощущение, что ржавчина его всё одно не отпускает, а потом ключ за одну секунду нагрелся, стал нестерпимо горячим, мгновенно обжёг ладонь почти до костей, ржавчина с него осыпалась на каменный пол блёклыми хлопьями, и он легко вышел из паза, словно смазанный маслом. Далия не удержалась на ногах от неожиданности и вспыхнувшей в руках боли, и упала на пол на спину, пролетев через три ступени.

– Твою ж м.., – выругалась она, когда выровняла дыхание. Девушка села на пол и посмотрела на ключ и на свои руки, ожидая увидеть обугленные ладошки, в которых всё ещё пульсирует остаточная фантомная боль. Но руки, на удивление, были целы. Ржавчина на ключе исчезла, он стал новеньким и почти блестящим – просто был изготовлен из странного тёмного металла, типа затемнённой бронзы. Величиной он был как раз с ладонь Далии, весь в узорах и магических знаках на стержне. Головка ключа состояла из сложного узора, в котором Далия смутно увидела пару знакомых рун магии, что уже успела изучить. А язычок состоял из шести независимых частей, которые неведомым образом складывались в одну. Занятная штука, что и говорить. Далия почесала правую ладонь, ей досталось от магии ключа больше. Что-то её насторожило и она поднесла руку к глазам – на ладони отпечатался узор головки ключа, словно его выжгло клеймом. Ладонь ныла, кстати, именно как от ожога.

Далия поднялась на ноги и сунула ключ в глубокий карман учебного платья. Постояла пару секунд в раздумьях – сейчас попытаться открыть дверь, чтобы проверить, точно ли он работает, или всё же подождать до утра? Потому что есть шанс, что ключ просто был вставлен в замочную скважину, а еще есть шанс на то, что те парни всё ещё бродят поблизости, а она им так гостеприимно распахнёт двери склепа…

Девушка решила не рисковать. Утром проверит. Она подошла к скамейке и раскрыла первый баул с вещами, чтобы посмотреть, что у неё осталось по воле зловредной комендантши, и найти тряпку, чтобы перевязать нывшую ладонь. Но не успела даже заглянуть внутрь – снаружи, не очень близко, раздалось зловещее завывание, от которого кровь действительно стыла в венах. Там вдали что-то ломало деревья, хрустя ветками, а тональность завывания менялась, словно это нечто перемещалось то вверх, то вниз, причём моментально.

Вдруг завывание превратилось в страшный всхлип-всасывание, словно нечто пробовало воздух на вкус и что-то учуяло. А потом окошки потемнели, и в них заглянуло что-то зловещее. Кладбищенское Зло нашло живого человека.

Далия сама не знала, как она очутилась в одной из ниш за урнами. Настолько страшно ей не было ни разу в жизни, а ведь поводов у неё хватало с самого рождения. Волосы точно стояли дыбом, она чувствовала их движение. Сердце колотилось настолько быстро, что она дышать не успевала. Жутко, очень жутко.

У этого Зла не был глаз, но, тем не менее, чётко ощущался злобный взгляд, что обшаривал мутные очертания внутреннего убранства склепа в крошечные окошки.

Далия спиной вдавливалась в стену, сожалея, что не знает заклинания, способного сделать камень мягким и податливым, чтобы продавить его полностью и скрыться от жуткого Зла. Вот потусторонний взгляд наткнулся на опрокинутую со скамейки сумку с вещами – оттуда на пол вывалилось запасное платье и домашняя пижама с динозаврами. В склепе усилилось ощущение присутствия чего-то хищного и всепожирающего, что неведомым чутьём сообразило – это вещи живого человека, а значит, он тоже здесь, рядом со своим барахлом.

Далия вжалась в стену ниши, подобрала под себя коленки, чтобы не выступали. Девушка чуть подвинула тяжёлую пузатую урну, похожую на вазу, чтобы она хоть немного закрыла её от взора кладбищенского Зла. Невидимый потусторонний взгляд изучал дверь в склеп, ступени, скамейки, рассыпанные вещи, и когда почти коснулся своим жутким присутствием урн с прахом прошлых владельцев, за которыми скрывалась девушка, за её спиной разверзлась пустота, и Далия кубарем упала в провал. Стена ниши вернулась обратно, жуткий немигающий взгляд скользнул по ней, как и по прочему.

Далия словно катилась по гладкому жёлобу, и не могла затормозить ни руками, ни ногами, хотя пыталась. А потом она просто упала на кучу старых книг, подняв серое облако столетней пыли с них. Полежала немного, собирая мысли воедино и выравнивая дыхание, и пытаясь понять, упала она больно, или всё же странно. Раньше она не падала на книги, а тем более на столь пыльные книги.

Девушка поднялась на ноги, откашлялась – в этом месте было чудовищно пыльно, и пыль всё ещё поднималась с книг облачками и вихрями, оседая на её волосах и платье. Далия помахала руками, стараясь разогнать густые завихрения. Потом она обернулась и ахнула.

– Куда это я попала?!

Девушка находилась в странном месте – длинный зал, около стен колонны, что разделяли его на секции, в каждой секции своя обстановка – есть библиотека, есть что-то вроде гостиной с камином, совсем далеко Далия смутно увидела столы с алхимическим оборудованием. Вот только всё это было покрыто толстенным слоем пыли, словно тут не убирались лет сто, а еще присутствовало ощущение, что отсюда когда-то давно ушли в спешке, не заботясь о том, чтобы оставить после себя порядок – вот и книги были скинуты со стеллажа и лежали кучей, на которую упала Далия, или вот стул валяется без ножки, а вон там лежит расколотая ваза.

Далия зачарованно подошла к письменному столу – на нём стоял магический шар. Он был больше, чем на занятиях Магических артефактов, и цвет темнее. Девушка протянула руку, чтобы коснуться его. Прикосновение активирует такие штуки, и ей хотелось посмотреть, что будет.

– Юная леди, я бы не советовал прикасаться к Сфере видений.

Голос был безликий, немного безразличный, и точно мужской. Далия с испугом отпрянула от стола и артефакта, и обернулась. Но никого рядом не было. А ещё она с большим запозданием сообразила – а откуда здесь берётся свет? В этом невнятном подземелье было просто светло по минимуму, словно всё залито лунным светом – вроде и всё видно, но кто знает, что скрывается в тенях.

– Кто здесь? Покажись! – она увидела трость у кресла, схватила ее наподобие дубинки и замахнулась с плеча.

Из тьмы около книжных стеллажей вышел… кто-то… Привидением назвать нельзя – вроде как живой, нормальный мужчина, одетый под стать этому миру, но несколько старомодно и витиевато – на туфлях крупные пряжки с тёмными самоцветами, камзол расшит серебряной нитью и тоже каменьями какими-то, на груди висят три цепи с дорогими амулетами, на пальцах перстни, вообще на каждом пальце. Выглядел он лет на 50-60, и был сухопарым в мышцах и с длинным породистым лицом и носом. Только чуточку просвечивал.

– Я – Привратник этого места, – странное нечто осмотрело дубинку, а затем и её обладательницу, – Кто ты и зачем сюда пришла?

– Я Далия…

Далия чуть опустила дубинку – вряд ли привидению её вынужденное оружие будет опасно, но всё же ей оно давало капельку чувства безопасности – как наверху раздался душераздирающий крик-всхлип-всасывание, что-то словно взмыло вверх в ночные небеса в раздражении и ярости, а потом штопором ввинтилось обратно, расплескавшись о кладбищенскую землю, и тем исчерпав всю злобу на эту ночь. Кладбищенское Зло осталось без своей законной жертвы, и оттого было в ярости.

Привратник внимательно послушал это представление неведомого Зла, а потом задумчиво повернулся к Далии и произнёс:

– Вот даже как. Что ж…

Он чуть взмахнул рукой, и в этом сумрачном подземелье стало светло – зажглись почти невидимые магические светильники под высокими арочными потолками, а в канделябрах начали гореть свечи.

Далия видела окружающее через привратника – он был не материальным, а слегка просвечивал, при ярком свете это стало особенно заметно. Она очень устала, была голодна, сильно хотела спать, была до жути испугана происходящими с ней сегодня неприятностями, а тут ещё появилось странное привидение – и она поставила трость-дубинку на место, а сама в изнеможении упала на кресло, что стояло рядом.

– Если ты меня съешь, то делай это так, чтобы я не проснулась, – решительно произнесла девушка, откинулась на спинку кресла, подтянула к себе колени, обняла их и уснула.

Привиденистый привратник не спеша прошёлся около кресла туда и сюда, заложив руки за спину. Больше ста лет никто не тревожил его покой, и уж точно он не ожидал увидеть в подземельях малолетнюю чумазую девчонку. Но она сама нашла сюда путь по крови, да и обличающий знак было трудно не услышать.

Девушка спала и чуть слышно сопела. Что ж, придётся работать с тем, что есть, вздохнул про себя Рогрис Мильден Авир-Маалит-Рос, Привратник склепа тринадцатого некромантского рода, истреблённого триста лет назад по приказу императора Сарридина.

ГЛАВА 2

Далия проснулась резко, словно рядом что-то упало. Широко раскрыла глаза, и в первые мгновения не поняла, где она и почему спит в кресле. Довольно удобном кресле, надо признать, даже шея почти не затекла.

Взгляд уткнулся в старое зеркало напротив, поверхность которого от времени покрылась ржавыми разводами и белесыми пятнами, и которое уже почти ничего не отражало. Его витая рама когда-то явно была красива, в узорах и финтифлюшках, но теперь точно так же покрылась ржавым налётом.

Под зеркалом лежали три кирпича, один расколот и два целых. Расколотый кирпич странно-задумчиво балансировал ровно на краю небольшой ямы в полу.

– Юная леди, не стоит вглядываться в яму с бездной, – безразлично-вежливо посоветовал вчерашний знакомый. Хотя нет, пока не знакомый. Далия словно очнулась, отвела взгляд от балансировавшего кирпича и вспомнила, где она находится. А ещё – что срочно-срочно нужно собираться на занятия!

– Ой, я опаздываю! Мне нужно в Академию! А вы, собственно кто? Просто Привратник? А Привратник чего? А что это за подземелья?

Она старалась в короткий срок узнать всё необходимое, что её действительно интересовало. А кого бы не заинтересовали древние подвалы с таким захватывающим наполнением?

– Госпожа Далия, вы можете звать меня Мильден. Я Привратник склепа рода Авир-Маалит-Рос.

– Очень приятно, привратник Мильден. А я… я Далия… да, я говорила…

Далия с сожалением оглянулась на книги на уцелевших стеллажах – вот бы почитать, наверняка содержание интересное, а потом подошла к куче книг, на которые она вчера упала, и подняла голову вверх.

– Ох, ты ж… Высоко-то как забираться.

Далия попрыгала, попыталась зацепиться за край трубы в потолке, но куда там – слишком высоко, а ещё гладко, всплыло в памяти стремительное падение. Потом она обернулась к привратнику и спросила:

– А отсюда есть нормальный выход?

Мильден сделал великодушный жест вправо – и указал на лестницу у стены, полностью заваленную камнями. Чтобы их убрать, понадобится не один день.

– О, – только и смогла сказать Далия, а потом уточнила, – А есть нормальный выход, чтобы я им смогла воспользоваться? Мне действительно очень надо на учёбу. А ещё в склепе наверху остались мои личные вещи, мне бы их забрать.

– Насколько я вижу, у вас есть ключ, так почему бы вам им не воспользоваться? – непринуждённо, как на светском чаепитии, предложил привратник.

Далия сунула руку в карман мятого платья и вытащила обновлённый ключ от склепа. Вот откуда он узнал от этом? Она осмотрелась по сторонам, но дверей не нашла. Растерянно обратилась к Мильдену:

– И что мне с ним делать?

– Воспользуйтесь, как я и сказал, – невозмутимо и совершенно непонятно сказал вредный привратник.

Далия озадачилась.

– Но как им воспользоваться? Дверей же тут нет! И замочных скважин тоже нет!

Далия повертела ключ в руках, туда, сюда, осматривая. Потом перевела взгляд на стену перед собой – разбитый стеллаж, а внизу под ним лежали на полу книги вперемешку с мусором. Воспользоваться. Не открыть дверь, а воспользоваться ключом. Далия подошла к пустой части стены и ткнула в неё ключом. Чуть прикрыла глаза, ожидая, что ключ сейчас просто скользнёт по ней и высечет искры. Но он вошёл в камень как масло. Обрадованная девушка раскрыла глаза и скорее повернула ключ на два оборота вправо.

А потом началась магия. От ключа в стороны нарисовались линии – вот образовалась замочная скважина, выросла ручка, а вот проявились контуры двери. Дверь налилась силой и стала материальной и плотной. Далия потянула за круглую ручку, повернула её в сторону и дверь открылась с лёгким щелчком. Девушка открыла дверь на себя, сделала шаг, и одной ногой в подземелье, другой уже в склепе (как бы невероятно это ни звучало), обернулась к привратнику и сказала:

– Приятно было познакомиться, Мильден. Спасибо, что не съели, – а затем Далия решительно ступила в склеп обеими ногами. Дверь за её спиной захлопнулась словно сама собой, и исчезла прямо на глазах. Но Далии было некогда восторгаться чудесами волшебного ключа – рассветное солнце уже золотило мутные витражные окна.

Девушка собрала все свои вещи обратно в котомки. Вздохнула. Жить всё равно негде, а на занятия таскаться со всеми вещами – это как бы признак человека без определённого места жительства… хммм. Придётся оставить вещи здесь, а вечером снова прийти сюда. Только идти надо другой дорогой, а обратно вернуться ещё днём, чтобы не привлекать нездоровое внимание.

Далия порылась в учебной сумке – так, пара учебников есть, тетрадь и карандаш. Она положила сумку на скамейку и открыла свой баул с куцым количеством личных вещей. Придётся переодеться в запасное академическое платье серого цвета, которое выглядит еще строже и беднее, чем синее, что на ней сейчас одето. И в котором она долго бежала, а потом спала всю ночь. И ведь синее платье надо где-то стирать. В общежитии была и общая душевая на каждую половину этажа, и постирочная с сушилками. А как она теперь будет справляться.... Будет, жёстко оборвала она себя. Если что, Мильдена спросит, он вроде достаточно адекватен, пусть и привидение.

Далия стянула синее платье и надела серое. Переплела косу, что носила слишком громкое название – так, скорее мышиный хвостик. Зеркала тут не было, но она была уверена – теперь она сто процентов похожа на серую мышь, какой её обзывали весь месяц. Что ж, ей не привыкать, но обращать внимания не надо – раз она оказалась в Атим, то доучится до конца и получит первую степень Магистра магии с разрешением на работу по всей Империи.

Девушка закрыла баул, сунула его поглубже в нишу за пузатую урну с чьими-то останками, надела лямку учебной сумки и взяла ключ в руку. С замиранием сердца вставила его в замочную скважину дверей склепа и повернула два раза. И ничего не произошло. Ни щелчка не раздалось, ни дверь не открылась. Далия даже навалилась на дверь, вдруг там петли заело от ржавчины. Но нет, обе части двери в пазах сидели крепко. Девушка нахмурилась и дёрнула ключ, чтобы вытащить, он случайно провернулся в третий раз, половинки двери чуть скрипнули и подались вперёд, открываясь.

Далия довольно хмыкнула и вышла из приютившего её склепа. Ответственно заперла склеп обратно, и всё-таки обошла его кругом. Она видела следы от сапог и ботинок мужчин, что её преследовали. Видела поломанные ветки ближних деревьев и кустов. Видела несколько капель крови на траве неподалёку. Кладбищенское Зло нашло себе жертву.

Далия судорожно обхватила руками лямку сумки, и пошла прочь от склепа, по светлым каменным дорожкам. На местности она ориентировалась довольно хорошо, и знала, в какой стороне теоретически должны быть ворота.

Далия нашла хорошую дорогу до Академии, стараясь выбирать более широкие улицы, и запоминала их. Обратный путь получился намного более долгим, а может она просто вчера слишком быстро бежала. Тем не менее, на послерассветных улицах уже бурлила рабочая жизнь – булочник уже напёк вкусных пирожков и кренделей, трубочисты проверяли трубы, бойкие цветочницы выставляли свежие букеты на уличные витрины, пока не взошло второе солнце.

А вот и ворота Академии. Далия с замиранием сердца прошла внутрь. Никто её не остановил магией, а она почему-то этого боялась. Окрылённая маленькой победой, она взлетела на крыльцо входа, быстрым шагом прошла через главный холл, и толкнула двери Библиотеки. Но дверь не поддалась. Далия озадаченно посмотрела на табличку с графиком работы книжного вместилища – каждый день с 7 утра до 22 вечера. И семь утра уже наступило, она слышала часы на Часовой площади – они сыграли на флейтах как раз семь раз точно перед тем, как она прошла ворота Академии. Далия снова толкнула дверь, и на этот раз она поддалась, но не внутрь. Точнее, дверь открыли изнутри и кто-то вышел наружу. Это был тощий низкий гоблин в серо-чёрном камзоле и золотых очках на носу.

– Что ты ломишься, как к себе домой? – презрительно сощурился он на студентку.

– Библиотекарь Ролг, я пришла позаниматься.., – закончить фразу она не успела – гоблин рассвирепел, стянул очки с носа и указал ими на стоящую перед ним нахалку.

– Ты отлучена от Библиотеки на год! Мерзавка, что рвёт книги! И не смей мне сейчас устраивать истерику со слезами! И не смей жаловаться ректору – Библиотекой заведую я лично, и сам допускаю до неё только приличных студентов! Только я сам, и никто другой!

Его жуткие болотно-зелёные глаза сверкали от злости на нахалку, что так дурно обращается с книгами. Высказав ей всё, что думал, гоблин закрыл дверь Библиотеки перед носом Далии.

Девушка стояла в полнейшем отчаянии. Без книг из Библиотеки она не сможет нормально учиться, не сможет узнавать простейшие события этого мира. А если её исключат и из самой Академии – ей ведь некуда податься будет, она всё ещё мало знает про Экнат. В центре груди словно раскрылся чёрный цветок отчаяния.

Далия стояла у колонн холла и наблюдала, как счастливые студенты заходят в Библиотеку без всякого труда. Отныне для неё закрыта огромная часть знаний. Живот забурчал, намекая, что пора бы напитаться пищей вкусной, раз с пищей духовной не вышло. Далия направилась в столовую на завтрак. Хорошо, что тут кормили три раза в день, бесплатно и всех – и платников, и бесплатников.

Завтраком кормили с семи до девяти утра, потом столовая закрывалась до 12 дня, до обеда. Далия стояла около стойки с пирожками и мучительно думала – взять парочку, чтобы съесть на перерыве до обеда, или всё таки не отравлять свой организм вкусной, но всё же выпечкой, содержащей масла, жиры, сахар и вредную клейковину. А потом она вспомнила свой бег по ночному городу, когда не хватало дыхания и болело колено. Лучше бы ей потренироваться лишний раз, а не пирожками объедаться. С этими мыслями она отошла от выпечки.

Далия без аппетита ела овсяную кашу с джемом. Голод каша чуть притупила и насытила, но аппетит куда-то ушёл. В голове вертелись мысли о будущем. И немного о прошлом.

В прошлом Далия была изгоем в собственной семье. Родители и пять старших братьев третировали девочку всю её жизнь. Сидя в очередном укрытии, куда её загоняли братья, девочка отчаянно мечтала, чтобы в ней проявился ведьмовской дар. Она хотела стать настолько могущественной, чтобы больше никто не смог её обижать. С недавних пор в её родном мире Ирлит ведьмы перестали быть вне закона, про них начали говорить по радио и по телевизору. Далия даже как-то раз краем глаза смотрела свежеснятый фильм, где прекрасная ведьма спасала весь мир в общем и прекрасного лорда в частности. До конца досмотреть не удалось, но Далия с той поры очень старалась быть похожей на ту ведьму. Эта мечта помогала ей пережить непростую жизнь в семье. Когда девочка подросла, её заметил тренер, разглядев потенциал в беге. Конечно, потенциал у неё был – она так часто убегала от братьев, что это иногда было смыслом её жизни.

Жаловаться родителям на побои и издевательства братьев было бессмысленно – отец на жалобы запирал её в тесном жутком подвале, а мать лишала еды. Всё детство она приходила в школу в синяках, но учителя делали вид, что не замечают этого. Её семья могла сломать жизнь каждого, кто посмеет пойти против, и это знали все. Родители не были замешаны в чём-то криминальном, вовсе нет. Просто им принадлежала половина их маленького городка, и почти все жители так или иначе зависели от них или работали на них.

Далия помнила то время, когда она тренировалась на стадионе, наматывая круги один за другим до позднего вечера. Лишь бы не возвращаться домой. За два года тренировок она достигла хорошего уровня, и вот уже были назначены соревнования среди школ, что прошли отборочный тур. Но Далия поехать не смогла. Со сломанной ногой не побежишь на завоевание золотой медали.

В тот вечер перед соревнованиями она в очередной раз бежала по лесу от братьев, запнулась о корень дерева, упала в овраг, на дне которого из земли торчали острые камни, и очень сильно ударилась ногой об острую кромку булыжника, настолько, что рассекла кожу и мышцы почти до кости и сильно повредила колено. После этого она часто думала, удивляясь – почему она не разбила голову о те камни, а только ногу? Трещина в колене перечеркнула все её мечты о будущем бегуньи в сборных Ирлита, но кроме повреждённой ноги, у неё не было ран, обычные синяки не в счёт, это дело привычное.

Сравнивая жизнь в родной семье и нападки некоторых студентов Атим на неё касательно сиротства, Далия признавалась самой себе – ей больше нравилось быть сиротой, которая ни от кого не зависит и которая никому ничего не должна.

Вот и её жизнь вроде как начала налаживаться месяц назад, когда Далия невероятным чудом оказалась в пустых коридорах Академии Тёмных искусств и Магии, в простонародье просто Атим. Это был новый, совершенно другой мир, называемый Экнат. Академия находилась в империи Эрдалии, в её столице Калте. По древнему закону, иномиряне, которых притягивала магическая Академия, обязаны учиться в её стенах.

Студенты оказались такими же людьми, что и школьники на Ирлите. Они видели потенциальную жертву для своих нападок, чтобы возвыситься в своих глазах, унижая тех, кто слабее. Но у Далии снова была цель, как и раньше. Но раньше она хотела закончить школу и уехать. Все равно куда, просто подальше от невыносимой семьи и холодного злого города. А здесь цель поменялась на противоположную. Теперь она хотела остаться и выучиться на ту самую прекрасную могущественную ведьму, мечты о которой спасали её холодными ночами в подвале родительского дома.

Она, сжав зубы, терпела придирки Марлетты, высокомерие Викки, насмехающихся над ней других студентов. Было сложно, но она училась, читала, зубрила, не теряя ни единой минуты на отдых и бесцельное провождение времени. У неё была крыша над головой и доступ к книгам и учебникам.

Но всё закончилось за одно мгновение, и почему-то призрак родного жестокого Ирлита снова мрачной тучей навис над головой Далии. Переместиться обратно она бы не смогла, но отчего-то ей показалось на один страшный миг, что она вновь вернётся в подвал родительского дома в наказание, что подвела и этот мир тоже.

День тянулся медленно, еще и занятия оказались трудными, а зелья к тому же ещё и мерзкими. Далия не любила «Зельеварение». Отвары были противными по консистенции и отвратно пахли. Всегда. Даже если варили эликсир красоты, от которого пищали все студентки. От скуки на перерывах между занятиями Далия читала учебники. Вообще то она их и так прочла еще в первую неделю, как появилась. Она очень сильно боялась оказаться самой тупой в группе, и старалась изучить все доступные ей знания. Но именно сегодня учебники казались пресными и скучными.

После обеда у студентов группы Эр было двойное занятие в оранжерее под присмотром профессора Ивиты Лацетти, между прочим, настоящей древы. Раса Древы – это древ мужского рода и древа женского рода. Рождались древы в чаще Аргианских лесов, что находились в самой южной точке Большого материка, протянувшегося с юго-запада до северо-востока. Своей особой цивилизации не имели, просто иногда деревья становились любознательными и решали идти познавать мир. Тогда в стволе дерева зрел кокон, из которого через год вылуплялся взрослый древ. С мозгами у них с самого начала было все в порядке, и древы шли изучать мир, знакомились с людьми, шли учиться в школы, а потом находили работу. Всё это Далия прочитала в первую же неделю в этом мире, еще до начала учебного года. А как иначе? Преподы в Академию уже приехали и проводили кучу собраний каждый день, и странную дикую девчонку спихнули самому непритязательному профессору, в оранжерею, чтобы под ногами не путалась у страшно занятых профессоров и магистров.

Древа Ивита поразила Далию. По пропорциям она была как человек, но отличие сквозило в каждой черте. Казалось бы, что выходцы из деревьев и должны быть коричневыми и с грубыми рубленными чертами. Но нет – древы были гибкими и серебристо-зеленоватыми. Вот такой слегка мерцающий оттенок кожи, которая и кожей не была – а была корой. Вместо крови в жилах древ тёк сок материнского дерева, прозрачно-белый, с зеленоватым оттенком, что и придавал нереальный оттенок их коже-коре. Вместо волос росли тонкие веточки с молодыми листочками. Вот прям как волосы, только гибкие длинные веточки, а на них настоящие древесные листья, которые рождались из пазух почек, росли, а потом опадали, как настоящие листья на деревьях. Древы не имели нереальной эльфийской красоты, они были обычными – кто-то более симпатичный, кто-то менее, совсем как люди. Характеры древ тоже были обычными – кто-то был ворчлив, кто-то хотел путешествовать по Экнату, кто-то изучал косметические заклинания… Кстати, магией древы тоже владели, но только растительной, поэтому их с удовольствием брали на должности садовников и травников.

В первый же день Ивита показала Далии кучу новых растений, рассказала, как за ними ухаживать и для чего они годятся в сушёном или свежем виде. Она настолько загрузила Далию работой по оранжерее, что та на время забыла, что попала в мир для неё чужой и незнакомый.

Вообще, Далия равнодушно относилась к растениям и земляному труду, типа выкопать ямки для деревьев на уроках «Природного дела», или прополоть грядки дома, в бесконечном огороде матери. Ну, вроде как есть и есть, некоторые растения дают вкусные плоды, а некоторые растения хорошо пахнут. Но Ивита дышала всем этим природным миром. Она проводила пальчиками по сухим листочкам, и те оживали на глазах, наливались силой. С её волос падали листья, сразу укоренялись в землю, и прорастали. Потом Ивита пересаживала побеги около Академии, когда мелкие деревья аргиан подрастали и крепли. Эти деревья не были волшебными, как в Аргианских лесах, но они оздоравливали природу города.

Далия уныло ковырялась в мягкой питательной земле, просеивая её от жуков-корнеедов. Сначала надо просеять субстрат от вредителей, а потом в него можно садить полезные семена лечебных трав. Два раза в неделю девушка приходила сюда на факультатив, помогать Ивите, и с этими жуками уже сталкивалась – мерзкие тварюшки, при отсутствии подходящей еды могли проникать под кожу, питаясь живой плотью. Просеивать субстрат разрешалось только в перчатках, любых не органических. Через толстую преграду эти кругленькие жуки не могли проникнуть. Обычно на «Растениеводстве» она отдыхала морально, составляя в голове план изучения и чтения чего-то нового, или повторяя про себя даты и первые магические заклинания с занятий.

Но сегодня мысли о жилье прочно вытеснили мысли учебные. Она так и эдак прикидывала, стоит ли ей хоть несколько дней пожить в склепе. Сегодня так или иначе ей придётся вернуться туда и переночевать – баул с вещами всё ещё лежит в нише. Опять же, внизу под склепом есть пусть и странное, но сухое и более-менее освещённое помещение. Опять же, из минусов – там хозяйничает странный Привратник, но зато он её не съел, что опять же только плюс. Опять запуталась.

Далия отставила сито с жуками в сторону, ссыпала землю из корыта в пустой небольшой горшок и отставила его в сторону. Высыпала в корыто привозной субстрат из тканевого мешка, а потом потянулась за ситом. Выругалась про себя – она забыла, что не убрала жуков в банку. Но пока она держала сито в руках, перед ней потемнело. Далия подняла глаза – напротив стояла Марлетта, как обычно, одетая в платье с иголочки, в красивых блестящих сапожках. Каждое второе занятие «Растениеводства» было спаренным со вторым курсом, о чем Далия забыла, но Марлетта – нет.

– Итак, из-за тебя нас с девочками выгнали из общаги, – как то слишком утверждающе произнесла блондинка, оглаживая складки на красивом подоле.

– Вас выгнали из-за вашей пьянки, и ты это прекрасно знаешь, – буркнула Далия, ей и без того было плохо, не хотелось общаться с бывшей соседкой. Ну, хотя бы один плюс от нынешней ситуации есть, что заносчивую девчонку больше не надо терпеть.

– Если бы ты не шлялась ночами по коридору, мадам Кларисса не вломилась бы к нам в комнату, и ты это прекрасно знаешь, – парировала Марлетта, – Так что вина полностью на тебе, и поэтому ты заплатишь за то, что я лишилась места в общаге.

– Я тебе ничего не должна, – Далия была так возмущена наглым предположением Марлетты, что даже не нашлась, что ещё сказать.

– Я сделаю твою жизнь невыносимой, – Марлетта сделала быстрый жест руками, без слов кастуя невербальное заклинание, с рук Далии исчезли перчатки, а сито перевернулось прямо на неё. Жуки впились в руки, проделывая ходы под кожу, и двигаясь там по самым нервам. Далия закричала от боли, и принялась стряхивать с себя жуков, и пытаясь выдавить из-под кожи тех, кто туда забрался. Марлетта исчезла как по волшебству.

Другие студенты рядом с интересом посмотрели, что происходит, убедились, что Далия сама виновата, что нарушила технику безопасности, и вернулись к своим делам – зачёт в оранжерее влиял на общий балл успеваемости, а занятия были не такими уж трудными. Но не все были такими чёрствыми – к Далии подбежали второкурсница Лоретта, темноволосая смуглокожая девушка с красивыми миндалевидными глазами, и незнакомый парень-второкурсник.

– Ой-ой, погоди, я помогу, – девушка принялась отряхивать Далию от жуков, и хорошо, что она была в перчатках. Но Далию не заботили насекомые, что ползали по её платью – боль ей доставляли жуки под кожей, и она пыталась их достать, тряся кисти в воздухе. Парень подскочил к ней и незамедлительно схватил за руки, вызвав новый приступ боли – жуков внутри словно стало в два раза больше.

– Пусти! Больно, – но парень держал крепко.

– Сссаи талиис соотвааа, – начал он повторять раз за разом, но в разной тональности. Руки Далии он держал крепко, хотя она и вырывалась. Но, как ни странно, с каждым мгновением ей становилось все легче. А потом прямо из кожи начали выдавливаться пузатые круглые жучки и падать на землю.

В это время к ним с другого конца оранжереи подбежала древа Ивита. Она окинула взглядом опрокинутое корыто с землёй, жуков, что уже расползались по утоптанным дорожкам, порванное сито, на которое Далия случайно наступила, ничего не соображая от боли. Парень наконец отпустил руки пострадавшей студентки, и отошёл в сторону. Ивита сдержанно ему кивнула, оценив помощь.

– Студент Кассий, отведите студентку Далию в лазарет, и проследите, чтобы ей оказали помощь. Студентка Лоретта, приберите, пожалуйста, беспорядок на рабочем месте студентки Далии.

Кассий повёл Далию в лазарет, по пути подхватив и её и свою учебные сумки. Лоретта вроде бы не обиделась, что её заставили убирать чужой бардак. Так неудобно получилось, а всё из-за стервы Марлетты…

– Как ты себя чувствуешь? – вежливо, чтобы не молчать, осведомился Кассий.

– Да я.., – Далия словно очнулась от своих мыслей, – Я нормально, спасибо. Спасибо, что спас, – уточнила она.

Ребята шли по дорожке из красного кирпича, и им предстояло обогнуть еще две оранжереи, восточную башню, и флигель восточного крыла.

– Не стоит благодарности, – так же вежливо и учтиво сказал парень.

– Я Далия, – неловко сказала девушка. Она вообще не умела знакомиться – да и по сути, вот идут они вдвоём, имена друг друга уже знают, смысл их снова повторять? Странно как-то, но опять же вежливость вроде этого требует.

Парень искоса глянул на неё.

– Я Кассий, – и замолчал. Далия тоже молчала. Жуки вроде больше не ползали под кожей, но её передёргивало каждую минуту, когда она смотрела на свои израненные руки, в которых тупо пульсировала боль. Потом она вспомнила про заклинание, каким он изгнал жуков – вроде бы магический язык по другому звучит, первокурсники уже начали изучать заклинания и магические звуки, и на слух она уже могла немного отличить.

– Что за заклинание ты употребил для изгнания жуков?

– Теребис квота, – пожал плечами парень.

– Странное звучание. Это какой-то другой магический язык? Или просто заклинание такое? Звучало странно так, по змеиному что ли, – она сама задумалась, вспоминая произнесённые Кассием слова.

Кассий снова скосил на неё взгляд, а потом спросил:

– Ты же на первом курсе ещё? Без специализации?

– Да, – пожала она плечами, – Но я ещё не решила, к чему у меня больше склонность, -точнее, Далия ещё даже не про все факультеты успела прочитать, ведь для неё открылся целый мир возможностей – факультет боевых магов, артефакторов, зельеваров, целителей, мастеров стихий, и даже некроманты там где-то есть, хотя их она точно не выберет – слишком там страшно, кладбища и скелеты всякие, брр.

– Решаешь не ты. Решает магия, – сказал парень и открыл дверь в крыло лазарета.

На Далию пахнуло свежестью и прохладой, что её очень удивило. В прежней жизни больница была местом довольно беспринципным, где врачам не было дела до утешения ребёнка с разбитыми коленками, и там всегда плохо пахло резкими дезинфектантами и хлоркой. А здесь на стенах были нарисованы разные сцены из разных эпох Экната, битвы, подписание какой-то важной бумаги, свадьба даже вот в центре большой стены холла. И пахло вкусно – леденцами и немного жвачкой.

От стола регистрации к ним уже бежала объёмная женщина в годах.

– Кассий, лапушка, что с тобой случилось? – искренне запереживала женщина и принялась вертеть его за подбородок и щупать плечи. Парень аккуратно убрал её руки и указал на спутницу.

– Марион, я тут просто сопровождающий. Студентка группы Эр пострадала от жуков-корнеедов, займись ей.

– Ох, бедняжечка! – всплеснула толстыми руками целительница, осторожно и крепко сцапала руки Далии в свои и внимательно осмотрела, а потом запричитала, – Что же ты так неаккуратно. Вот вечно так у Ивиты – уйдёт в конец оранжереи за своими деревьями ухаживать, и забудет про студентов, – Марион уже тащила Далию за собой, они прошли через голубоватые двери и оказались в коридоре, а потом добрались до кабинета врача, или, как тут называют – целителя, – А ведь за вами нужен присмотр и внимание, вы ещё такие нежные и глупые, не знаете, что можно трогать, а что нельзя.

Марион причитала и одновременно с этим ловко усадила Далию на кушетку и забегала в поисках нужных лекарств. Из шкафа достала глубокое ведёрко, поставила его на стол. Потом нагнулась и из-под стола вынула шесть литровых стеклянных бутылок, содержимое которых отличалось только цветом. Затем Марион поочерёдно открывала каждую бутылку, тщательно отмеряла жидкость в мерный стаканчик и лила в ведёрко. Закончив, она так же педантично убрала бутылки под стол, а ведёрко поставила перед Далией.

– Вот, погрузи сюда руки, это поможет твоим ранам.

Далия спокойно окунула руки по локоть в жидкость и закричала от боли. И достать обратно она их не смогла – Марион, только секунду назад бывшая сверхзаботливой тётушкой, холодно и колюче смотрела на Далию и крепко держала её руки в ведре.

– Пустите меня! Немедленно! Аааа!

Боль была почти невыносима, и казалось, что жидкость из ведра залилась в прогрызенные жуками проходы в ее коже и начинала гореть там адским огнём. А потом Марион резко вынула её руки из ведра и накинула на них лёгкое полотенце.

По лицу Далии текли непрошенные слёзы. Она даже не помнила, когда ей было так больно. Ну, всякое бывало, конечно, но именно так больно и обидно ещё не было. Девушка вытерла руки от разноцветной жидкости и кончиком полотенца утёрла слезы с щёк. На руки она боялась смотреть – они и так были изрыты жуками, а после огненного лекарства вообще наверное кожа сошла. Далия расстроенно вздохнула и убрала полотенце. Руки были чистыми. Кожа целая и ровная. Внутри ничего не зудело и не скреблось фантомными болями. Всё действительно было в порядке. Далия развернула к себе ладонь на правой руке – а вот печать от ключа никуда не исчезла.

Марион в это время снова суетилась по шкафчикам, что-то выкладывала, что-то перекладывала, что-то чистила.

– Спасибо, – тихо сказала Далия. Целительница обернулась.

– Приходи ещё.

– Да не хотелось бы, – передёрнуло Далию, но целительница не обиделась. Девушка слезла с кушетки, собралась с духом и попросила:

– Целительница Марион, выпишете мне освобождение от физподготовки? Что-то я себя нехорошо от всего этого чувствую.

Вот прям до глубины души не хотелось больше идти на занятия, тем более бегать и прыгать.

– Конечно, моя дорогая, – толстая целительница достала из кармана передника пачку разномастных листков бумаги, некоторые были мятые. Марион что-то накарябала на весу, поставила точку, и бумага с шипением испарилась из её рук.

– Готово, – улыбнулась целительница, – Профессор Коррис получил мою рекомендацию.

– Спасибо.

Далия вышла из кабинета и пошла по коридору. Вышла за дверь, но оказалась не в приёмном холле лазарета, а в коридорах северного крыла. Эти коридоры были пустынны, тут вообще-то мало кто ходил. Далия поёжилась от внезапного озноба, прижала к себе сумку и пошла на выход из Академии.

Про Кассия, что остался её ждать, она забыла.

ГЛАВА 3

Далия в задумчивости шла по Центральной улице. До вечера ещё много времени, и она решила сделать несколько важных дел.

Первое – купить карту столицы. Это самое простое – девушка зашла в ближайшую книжную лавку и за половину серебряной монетки получила новейшую карту новой столицы империи. Причём карта была двусторонняя – на одной стороне нарисована собственно столица, а на второй – окрестности. Поэтому и стоила карта серебром, а не медью.

Затем она долго рассматривала ассортимент лавки. Далию интересовали учебные книги, но академических учебников тут не было. Что ж, основные учебники у неё есть, а вот дополнительные книги – нет. Далия прошлась по авторам и жанрам в книжной лавке – почти половина книг составляла художественно-описательную литературу, то есть романы, а это ей точно не подходило. А вот детские буквари девушку заинтересовали – волшебным образом она умела понимать, говорить, читать и писать на эрдальском, и немного понимала эльфийский, как ни странно.

После перемещения ректор Авиус при приёме ей объяснил, что это особенность магических порталов – сколько человек знает языков в своем мире, столько и в таком же объёме будет знать и в другом мире. То есть, если бы Далия попала на материк Песочников, то спокойно их бы понимала. Правда, прожила бы недолго, они людей не любят, то есть, любят, но в качестве вкусного жаркого, но это уже совсем другая история.

Далия нашла стеллажи с нужными книгами – история Экната, основы королевства и монархии, магические камни и артефакты. Но стоили они настолько дорого, что даже целой стипендии у неё бы не хватило и на одну. Пришлось уйти из книжной лавки разочарованной.

Далия от расстройства купила сочный большой персик на рынке, что располагался чуть дальше, на небольшой площади. Обед она не пропустила, конечно, но стресс, что последовал на занятии в оранжерее, а потом и в лазарете – нужно было заесть. Персик оказался необыкновенно вкусным, и закончился очень быстро. Далия сполоснула руки в фонтане, что стоял в центре площади, и развернула свежекупленную карту. Нашла Академию. Нашла кладбище, точнее целых три кладбища в черте города. Но особенно её интересовал Храм Семи сестёр. Если выйдет получить у них место, чтобы ночевать там, то половина её проблем решится. Но Храм располагался на юго-востоке столицы, и оказался слишком далеко, чтобы ходить до него пешком туда и обратно каждый день. А на экипажи с лошадьми у неё денег нет, они дорогие.

Да и вряд ли они бы согласились поселить студентку у себя на всё время её обучения, это ведь не пансион. И притом, такие организации обычно что-то требуют взамен. И пусть она бы не отказалась помогать в огороде или приборке, но Храм всё равно находился слишком далеко.

Далия задумчиво изучила путь от своего кладбища до Академии. Вот если пройти вот по этой улице и потом по этой – то путь выйдет не особо длинным. Проблема состояла в том, что ей нужны обычные человеческие удобства, а в склепе их не было. Но возможно, Привратник поможет ей? Вдруг он соскучился по человеческому общению, и позволит жить там, внизу, в подземелье. В самом склепе для неё всё же слишком тесно.

Девушка направилась на нужную улицу, через которую она мысленно проложила путь по карте. Она проходила мимо пекарни, когда булочник вынес на улицу лоток свежего хлеба. Запах почти свёл её с ума, и Далия сглотнула. Надо купить еды, раз она на ужин сегодня не попала. Может и зря она не пошла на физподготовку, тоже спаренное занятие после оранжерей. Но обычно после последнего урока студенты шли в библиотеку или делали домашние задания в комнатах. А ей сейчас недоступно ни то, ни другое.

– Добрый день, сколько стоит батон? – решилась Далия. Она уже покупала пирожки во время своей прогулки раньше, а вот хлеб ещё не доводилось.

– Шесть критенов, – добродушно ответил пекарь, выкладывая батоны в плетёные корзины. На улице торговал его помощник, мальчик лет двенадцати, скорее всего его сын, а пекарь выносил ему выпечку.

– Вот, держите, – Далия отсчитала медные монетки и отдала мальчику. Тот завернул хлеб в бумагу и отдал ей, подмигнув. Девушка прижала к себе еще тёплый батон и пошла дальше. По пути она, конечно, не удержалась, и объела корочку хлеба.

На само кладбище она прошла через ворота, что были открыты днём для всех. Сердце её колотилось непонятно от чего – казалось, смотритель кладбища её остановит, или кто-то спросит, а что она здесь делает, ведь на кладбище у неё точно никого нет. Но редкие посетители молча шли по дорожкам по своим делам, или сидели на скамейках около надгробий-булыжников. Далия прижала к себе учебную сумку в выпирающими учебниками и прошлась немного по светлым дорожкам, а потом огляделась по сторонам и свернула в сторону. Её склеп располагался дальше, похоже, в старой части кладбища – тут и скамеек почти не было, и булыжники-надгробия от времени осыпались каменным крошевом.

А вот и нужный склеп. Далия подошла к нему и огляделась – никого рядом не было. Она достала ключ и вставила его в замочную скважину. Повернула и двери раскрылись внутрь, приглашая войти. А потом сами собой закрылись за её спиной. Не простой это склеп, сразу видно.

Внутри было сумрачно, не смотря на солнечный день снаружи, и пахло мокрым камнем почему-то. Далия достала из ниши свой баул с вещами и задумалась. Ночью она упала в трубу через тайный ход в нише, что открылся под её весом или ещё как-то. А вот утром она в склеп попала благодаря волшебному ключу. Стоит снова его применить.

Далия взяла ключ в руку, отошла к пустой стене склепа, и вставила его в камень. Дверь нарисовалась из магических линий так же, как и утром. Девушка повернула ручку и открыла дверь. Внутри было темно, но проглядывали силуэты стеллажей, книг, что лежали на полу, и кресла, в котором она провела ночь. Она неуверенно сделала шаг и дверь за её спиной исчезла.

– Привратник Мильден? – с замиранием сердца сказала она в пустоту. Прошла дальше по выщербленной плитке.

– Я здесь, госпожа Далия, – всё так же учтиво сказало привидение, вынырнув из тёмного угла.

– Добрый вечер, привратник, точнее, ещё день, – она снова не знала, что правильно сказать, ведь ей предстояло попросить у привидения нечто важное.

– Вы рано вернулись с учёбы. Я полагал, что вы пробудете в учебном заведении до самого вечера. – вежливо заметил любопытный привратник.

– Обычно да, я на учёбе до самого вечера. Могу я присесть? – Далия сняла с плеча баул с вещами и учебную сумку. Привидение сделало широкий жест, словно ничего не имело против нежданной гостьи.

Девушка присела на давешнее кресло, в котором провела прошлую ночь, достала хлеб из сумки и отломила кусочек поджаристой корочки. Вежливо предложила привидению:

– Мильден, вы будете хлеб? Вы вообще едите?

– Благодарю, госпожа Далия, я не ем уже триста лет, и мне не требуется.

Далия открыла рот.

– Триста лет? Вы тут находитесь триста лет? Но зачем? Вы что-то охраняете?

– Да, можно сказать, что я охраняю, – слегка улыбнулся привратник, – Но прежде я бы хотел узнать вашу историю, и почему вы оказались прошлой ночью на кладбище со своими вещами. Это весьма необычно для юных девушек-студенток.

– О, ну это длинная история. То есть не очень длинная, но всё таки не короткая. А у вас тут есть вода где-нибудь? От хлеба так пить хочется, а я по пути половину батона уже съела.

– Воды как таковой нет, но есть выдержанное вино, – привратник как-то по особому щёлкнул пальцами, и на столике перед Далией оказалась бутылка настоящего вина в дорогой вычурной бутылке и красивый бокал.

Что ж, запивать свежий хлеб трёхсотлетним вином оказалось вполне неплохо. Далия с непривычки быстро захмелела, и рассказала Мильдену историю своей жизни. Про ненавистных старших братьев, про родителей-тиранов. Про холодные голодные ночи в подвале.

– А потом, представляешь, они меня снова заперли, только в сторожке лесника, – от возмущения и обиды у девушки даже слёзы выступили на глазах, – Меня же приняли в колледж, причём вполне приличный, и на бесплатное место. А они просто не дали мне уехать. Вытащили из кровати, связали и привезли в ту сторожку. Она из одной комнаты состояла, а внизу погреб. Вот в погреб меня и скинули. Я долго лежала без сознания, а потом долго распутывала верёвки. Так что я просто не успела на автобус, чтобы навсегда уехать из дома родителей. Я помню, что много плакала, а еще кровь текла из порезов. А ещё было страшно сидеть одной в темноте. Я в том погребе до того дня не бывала, он был не похож на привычный родительский подвал. В общем, мне было страшно, и больно, и я злилась на всех, вообще на всех. Вот в таких эмоциях я и пошла исследовать подвал, хотя бы немножко. В стене был какой-то крюк, или обломок чего-то, очень похожего. Я помню, как схватилась за него, думала вытащить, и с его помощью открыть крышку погреба и дверь сторожки и сбежать, хотя куда мне бежать в пижаме и без денег? Но как только я за него схватилась – как он весь засиял вспышкой яркого света, и я прикрыла глаза. А когда их открыла – я уже стояла в коридоре Академии, и на меня, выпучив глаза, смотрели два профессора, с книгами в руках и в странной одежде. Это было примерно месяц назад. А потом меня приняли на Общий курс в Академии.

– Госпожа Далия, а почему ваши родные настолько сильно вас не любили?

– Потому что я убила своего брата, – сухо сказала девушка. Хмель немного выветрился.

– Но каким образом?

– Ну, родители никогда не хотели дочь, и у них вот всегда рождались мальчики. Пять мальчиков родились один за другим. А потом мама снова забеременела, но после стольких родов очередная беременность была сложная и трудная. А потом я вдруг раньше времени захотела на свет и ускорила роды в восемь месяцев. Роды начались в городе, маму сразу увезли в больницу, и там появилась я. А вслед за мной брат. Мёртвый, с пуповиной, что обвилась вокруг его шеи. Я слишком брыкалась при родах, и вот затянула пуповину и он умер из-за меня.

– Но ведь в этом вы не виноваты, Далия. Почему родители обвиняли вас? Вы ни на что не влияли в тот момент.

– Родители считали, что виновата именно я. Думаю, если бы я родилась в их доме, как все мои братья, то меня бы просто придушили и закопали на заднем дворе. Но я родилась под присмотром врачей, меня долго выхаживали. Родители забрали меня только через несколько месяцев. И им пришлось меня растить. И постоянно напоминать, что из-за меня умер мой близнец.

– Это весьма ужасно, Далия.

Девушка доела последнюю корочку и допила вино в бокале.

– Что ж, Мильден, я думала, что мои неприятности закончились с переселением в этот мир, но как видишь – я снова ошибалась. Меня выгнали из общаги, меня на год отлучили от библиотеки. Я даже не представляю, что делать дальше, как удержаться в Академии.

– Весьма неприятные события, – привратник поднял бровь в удивлении, – И что же вы намерены делать?

– Мильден, я как раз хотела попросить – а могу ли я немного пожить в этом подземелье? Я понимаю, что это ваш дом, а я нахальная чужачка. Но со мной будет немного повеселее, как считаете?

Привратник прошёлся туда и сюда, заложив руки за спину.

– Далия, если вы здесь поселитесь, то возьмёте на себя некие обязательства. Весьма трудные, весьма необычные.

– Мильден, что за обязательства? Может, мне нужно будет здесь прибираться? Так я только за, тут так пыльно…

– Нет, Далия, это не приборка. Видите ли, этот склеп более трёх тысяч лет принадлежал древнему роду, что уже иссяк своими потомками.

– Три тысячи лет, ого. То есть он ровесник столицы?

– Скорее, ровесник просто города Калты, столицу сюда перенесли после некромантских войн, потому что прежняя столица была разрушена во время битв. Склеп пришлось спрятать от гвардии императора, и с той поры в эту часть кладбища мало кто забредал.

– А почему пришлось спрятать?

Мильден остановился и принял задумчивый вид.

– Потому что склеп принадлежал отвергнутому роду. Пока вам это не нужно знать, Далия, очень многое придётся рассказывать.

– Но ведь мне в любом случае придётся узнать всё, так почему не сейчас? Тем более, я бы хотела узнать про эти обязательства.

Мильден чуть приподнял уголки губ. Потом подошёл к стене, на которой висело мутное зеркало. Щёлкнул пальцами, и туман развеялся, а в зеркале отразилась прекрасная комната – роскошная кровать, дверь в ванную комнату, красивый туалетный столик. Мильден чуть шевельнул фалангами и спальня словно ушла вдаль, а Далия во все глаза зачарованно смотрела на красивый длинный стол с алхимическим оборудованием, на стеллажи с книгами – на этот раз целыми и чистыми.

– Если вы возьмёте на себя обязательства моего рода, то сможете жить в этих подземных апартаментах. Если же не согласитесь – то можете остаться вот здесь, в прихожей, так сказать, пыльной и убогой. Я всё же не зверь, выгонять вас на ночь на улицы города.

Далия смотрела на красивые вещи в зеркале и думала. У неё никогда таких не было. Тем более своя собственная спальня. И книги там есть, чтобы учиться. И что могут быть за обязательства рода такие? Тут девушка увидела ванну, такую большую и белоснежную, что просто не смогла сказать нет.

– Я согласна.

– Что ж, от вас требуется небольшой ритуал, и вы сможете поселиться в апартаментах.

– Какой ритуал? – девушке стало не по себе.

Мильден подошёл к стене со стеллажами, нажал на одну из звёзд, что украшали полки, и стеллажи отодвинулись, как по направляющим, открыв небольшое помещение без окон. Привратник обернулся и сделал приглашающий жест:

– Прошу вас, леди Далия.

Девушка ступила в каморку. Как ни странно, но клаустрофобии у неё никогда не наблюдалось, и теперь она спокойно осматривала помещение. Небольшое, квадратное, в центре стоит большой прямоугольный камень, похожий на стол, и весь изрисованный знаками и крючками. Далия запоздало сообразила, что это алтарь, а крючочки – магические знаки, которые она еще не изучала.

Мильден снова что-то нажал в стене, и там открылась ниша, нечто вроде сейфа. Мильден вынул оттуда какую-то вещь и поставил в центр алтаря, на гладкий круг. Это оказалась чаша, причём не пустая.

– Это что – кровь?– испугалась девушка, заглянув внутрь. Круглая чаша на ножке на две трети была полна густой красной жидкости.

– Да, верно, это кровь, – невозмутимо сказал Привратник, – Я хранитель этой крови.

– Но, Мильден, вы же сказали, что ваш род давно угас, то есть умер, – растерянно сказала Далия, – а значит, вам же больше не надо это охранять, ведь так?

– Один род угаснет, другой поднимется, так было во все времена, – невозмутимо сказал привратник и хранитель.

– Что вы имеете в виду?

– Далия, я предлагаю вам стать продолжением моего угасшего рода, – ошарашил её Мильден, – То есть принять на себя все права и обязанности, заботы и привилегии.

– Но… это как-то…, – Далия беспомощно обернулась к зеркалу, что находилось напротив входа в тёмную комнатушку. Там всё ещё сияла ванна, и была видна хорошая большая кровать, не чета односпальной койке в общежитии. Так, а собственно, есть ли у неё выбор? Выбор заключался в том, что она снова будет страдать и пытаться выплыть из дрянной ситуации, ей придётся найти захудалую дешёвую комнатушку и подработку, чтобы её оплачивать. Или же она согласится стать частью древнего рода в империи Эрдалия, а значит – она станет частью общества, и с ней придётся считаться – и недругам, что уже обозначили себя, и друзьям, если таковые появятся.

– Я согласна, – твердо сказала девушка. Мильден схватил её руку, неожиданно оказавшись более материальным, чем она предполагала. Из каменного алтаря выдавило чёрный кинжал. Мильден взял его в другую руку, сильным движением развернул ладонь Далии к себе и нанёс глубокий порез в центре, держа её руку над чашей. В старую кровь полилась кровь новая. От пореза было больно и неприятно. А ещё она только сейчас начала понимать, что, может, она слишком поспешила со своим согласием…

– Далия Безродная, принимаешь ли ты на себя все обязательства и все привилегии рода Авир-Маалит-Рос?

– Да, принимаю, – чуть помедлив, сказала она. Привилегии тоже звучит неплохо.

– Далия Безродная, принимаешь ли ты в себя каплю крови своего нового рода Авир-Маалит-Рос?

– Д-да, принимаю.

– Далия Безродная, будешь ли ты делать всё возможное для процветания своего нового рода?

– Да, буду, – это, наверное, надо хорошо учиться и закончить Академию, а потом найти хорошую работу. А цель Далии как раз в этом.

– Ссеиансс оторрра милласс, – певуче прошипел привратник и одним резким и точным ударом отрезал фалангу мизинца Далии. Кончик пальца с ногтем упал в чашу с кровью, и она без всплеска поглотила подношение.

– Мильден, что вы делаете? – в шоке закричала Далия, но тут из чаши выплеснулся кровавый жгут и обхватил её раненную ладонь. Девушка ощутила всепоглощающую боль, что расходилась спиралью от её руки с открытой раной по всему телу. Что-то много боли у неё в последнее время. Жгут присосался к ладони и по венам девушки словно потекла стеклянная пыль, что ранит изнутри, и эту боль уже не вынуть, как ни пытайся.

– Пустите, да пустите же! – но её никто не слушал. Да и людей здесь не было – лишь безразличный выплеск крови и странное привидение, что на миг стало материальным для проведения ритуала.

Далия с ужасом видела, как загораются магические знаки на алтаре. И горели они не красным, они были чёрными, но как звёздная ночь, что отражается в озёрах и реках, и оттенок этой тьмы был зеленоватым, как скрытое пламя. Каждый знак при активации издавал свой звук, какой-то неуловимый шепоток. А когда все знаки налились силой и тёмным сиянием, весь алтарь вспыхнул звуками, чернотой и кровью. Боль в руке и теле стала невыносимой, и девушка потеряла сознание.

Далия открыла глаза. На потолке был странный рисунок, что-то вроде сложной пентаграммы и мандалы одновременно. Много линий и узоров, в каждой пустой лунке свой собственный знак, и знаки не повторялись. Вот только как она за пару мгновений смогла понять, что все знаки разные?

После этой мысли на неё враз нахлынули воспоминания и девушка села на кровати. На кровати? Оказалось, что она лежала на той самой роскошной кровати из зеркала, а сверху был не потолок, а верх балдахина. Далия в панике осмотрела себя – вчера она совершенно точно была одета в учебное платье, но сейчас на ней была кружевная ночная сорочка. Неужели её переодел Мильден? Фуу… Она поморщилась и встала с постели.

Спальня была просто огромная, по сравнению с комнатой на двоих в общежитии. Тут помещалась огромная кровать, кресло у окна, столик рядом с ним, туалетный столик с зеркалом у другой стены и зажжённым камином у другой, и две двери – одна вела в ванную, Далия сразу же в неё заглянула, и там и осталась – она чувствовала себя грязной, столько дней не принимая душ.

Но вот её желание стать чистой исполнилось, и она вышла в спальню, закутанная только в полотенце. Так, а где её вещи и вообще учебное платье? Как ни странно, в самой знаменитой Академии империи не заставляли носить учебную форму. Да, выдавали всем полный комплект – для девушек два платья, серое и синее, жилет на прохладное время, штаны на физподготовку, две пары обуви – ботинки и сапоги, и ещё колготки. Но учебную форму носили обычно те, кто поступил на бесплатное место, то есть небогатые студенты. А те, что имели деньги родителей – те одевались более нарядно. Но Далия не жалела об отсутствии нарядов – Марлетта вечно меняла свои платья, и не только ради красоты – на занятиях зачастую бывали разные неприятности, вроде как котёл взорвётся и забрызгает окружающих, или в оранжерее Ивиты в неожиданный рост пойдёт дикая лиана из неизвестно откуда взявшегося семечка и примется душить первого попавшегося студента, а он случайно окажется боевым магом, применит заклинание, и опять же всех вокруг забрызжет ошмётками лианы. В общем, наряды студентов были недолговечны, а вот учебные платья были сшиты из прочного, отталкивающего грязь и магию материала, и пачкались намного меньше.

В целом, утратить форму не считалось чем-то критичным. Но вот потерять значок Академии – да. За потерю значка могли исключить из Атим. А всё потому, что значок – штука магическая, и очень полезная для студента. Благодаря значку кураторы знали, в Академии студент или нет. А в городе значок защищал от случайных неприятностей. Так что значки всегда должны были быть прицеплены к верхней части одежды, неважно, учебная форма или нарядное платье.

В окно заглянуло первое рассветное солнце. Далия зачарованно подошла к нему и отодвинула полупрозрачную алую штору.

А там был невероятный пейзаж – благостное утро, зелёная трава под окном, красиво подстриженные аккуратные кустарники подальше, густой лес в одной стороне, а в другой синела гладь озера с пологими берегами. А на горизонте стояли серые горы, с синеватым оттенком, и их вершины золотило огромное оранжевое солнце. Небо казалось прозрачным и безцветным, и Далия видела, как за солнцем на небе висят луны Экната. Тринадцать лун, что названы по именам любимых дочерей богов. Далия постаралась увидеть второе маленькое солнце, что всегда шло перед оранжевым, и казалось его центром, но солнце сияло слишком ярко, не рассмотреть. Это совершенно точно была иллюзия, но очень красивая.

Далия прикрыла штору и пошла смотреть, что скрывается за второй дверью. Точнее, за двумя раздвижными дверьми. Она раздвинула створки и замерла. Это была самая шикарная гардеробная комната, что она видела в своей жизни. А ведь дома в городской библиотеке она смотрела журналы «Высокой моды» про знаменитостей своего мира Ирлит.

Здесь были роскошные платья, но почему-то только в тёмных оттенках. На специальных полочках стояли туфли и ботинки разных видов и из разных материалов, на бархатных подушечках сияли настоящие драгоценности – ожерелья с мерцающими камнями, браслеты, кулоны и кольца. Это что, и есть её привилегии? Это всё теперь принадлежит её? Далия засомневалась, конечно, и решила спросить Мильдена.

Вот только пока ей некуда одевать такие дорогущие драгоценности, да и платья, судя по всему, давно вышли из моды, поэтому они привлекут внимания больше, чем её потрёпанная академическая форма. А вот и она, точнее они – оба платья висели чуть в сторонке, на вешалках, чистые и по виду даже новее, чем в первый день, когда выдавали форму. Форменные ботинки и сапоги стояли тут же. И рядом на вешалке висели белая блузка и серо-зеленая длинная юбка, что Далия купила на свои подъёмные деньги, чтобы хотя бы иногда ходить не в форме. А за юбкой в темноте висела пижама с динозаврами. В ней Далия и перенеслась в этот мир. Девушка нерешительно потрогала пижаму. Не особо мягкая, но была куплена на свои деньги от скудных подработок, что удавалось найти в городе. Не все были преданы её родителям, и иногда она могла подрабатывать у цветочницы.

Далия выдохнула. Пора сжечь последний мост, что связывает её с прежней семьёй и прежним миром. Она решительно сдёрнула пижаму с вешалки, скомкала в руках, подошла к камину и бросила пижаму прямо на горящие потрескивающие поленья.

Она молча стояла и смотрела, как динозавры скрючиваются и темнеют в жаре пламени. Огонь пару раз выстрелил искрами, но их поймала железная ширмочка, что стояла перед камином и защищала от огня остальную комнату.

Девушка стояла и смотрела. И выжидала. Но в груди не было облегчения, или там ощущения, что вот, всё, с прошлым покончено. Было пусто, и в целом, как обычно. Ни хорошо, ни плохо. Пора одеваться и идти на учёбу. Ох, точно, вспомнила она, в Библиотеку ей теперь нельзя, а значит, нет смысла идти так рано, а завтрак в столовой она быстро съест.

Далия одела синее платье и сапоги, прицепила значок. Сегодня будет фехтование, оно обязательное для всех на первом курсе. Вроде как любой маг должен уметь защитить себя, если вдруг магия исчезнет. Почему магия должна вдруг исчезнуть, Далия так и не поняла. Преподаватель фехтования говорил что-то о поглощающих магию браслетах, о фанатиках магов, что придумали какие-то зелья, опять же отнимающие магию. Но для Далии это был тёмный лес и черезчур обильная странная информация, и она половину вступительной речи пропустила мимо ушей, с содроганием рассматривая учебные мечи, кинжалы, ножи, булавы, кучу другого страшного оружия и щиты всех форм и расцветок.

Фехтование было каждую неделю, у неё было уже три занятия, во время которых девушка отчётливо поняла – она бездарь, и точно умрёт без магии, не сумев себя защитить в случае чего. Меч был слишком тяжёлый и неповоротливый, кинжалы падали у неё из рук, ножи втыкались под разными углами, булаву она даже поднять не смогла, а топором чуть не отрубила ногу – не себе, а противнику, причём пытаясь просто поднять сам топор.

Далия вышла из спальни и снова замерла на пороге. Она никогда не представляла, что когда-нибудь будет жить в такой красоте. Тут была небольшая гостиная – софа, два кресла, небольшой столик, у одной стены были прибиты полки, на которых стояли разные непонятные штуковины, а у другой стены стояли стеллажи с книгами. Тут окон не было, только ещё одна дверь в четвёртой стене. Далия её открыла.

И теперь она очутилась в огромной каменной подземной зале – казалось, тут смешались библиотека, кабинет, алхимическая лаборатория, лавка зельевара, мастерская артефактора, и везде висели пучки сушёных трав, и от них шёл слабый аромат, не всегда приятный. Зал разделяли несущие колонны, увитые магическими знаками на их поверхности и чёрными лозами плюща.

На полу лежала плитка с узорами. И в ней тоже были выбиты магические знаки.

– Зачем так много? – вслух озадачилась Далия, рассматривая знаки.

– Доброе утро, леди Далия. Как вы себя чувствуете? – привратник появился из ниоткуда.

– Доброе утро, Мильден. Что такое вчера было на этом ритуале? И что за жгут крови выполз из чаши? И почему я оказалась на кровати в таком.. таком… виде..,– девушка вдруг вспомнила про свой отрезанный мизинец и в панике посмотрела на свою руку. Верхней фаланги мизинца не было, а срез был ровным и уже зажившим, с тонкой пленочкой кожи на месте раны.

– Магия, – невозмутимо сообщил привратник и чуть взмахнул рукой. Далия увидела у дальней стены за колоннами ступени, что вели на чуть более высокую площадку, где стоял обеденный стол с красивыми стульями, – Прошу, леди Далия.

– Почему вы меня называете леди? – Далия поднялась по ступням из красивого тёмно-зелёного камня и остановилась около стола. Стол был накрыт к завтраку, и всё выглядело так же красиво и недосягаемо, как в журналах про завтраки знаменитостей – кофейник, сливочник и сахарница на серебряном подносе, фарфоровая чашка на блюдечке, и куча разных тарелочек с разными блюдами – тут была овсянка, яичница с ломтиком чего-то жареного, джем, булочки, ещё горячие, словно только что из печки…

– Это настоящее? – зачарованно потрогала она кроваво-красный джем, а потом облизала палец. Ягодный сладкий вкус, но таких ягод она точно не пробовала.

– Да, леди Далия, вся еда настоящая. Апартаменты находились в глубоком стазисе, поэтому все запасы сохранились в первозданном виде.

Девушка положила себе яичницу. Овсянку на завтрак она уже не хотела, наелась за месяц в Академии. Разрезала пышную булочку пополам и намазала её джемом.

– А вы, Мильден? Вы не едите?

– Нет, леди Далия. И теперь вы леди моего рода, и обращение к вам должно быть подобающим.

– Это вы Марлетте и Викки скажите, – фыркнула Далия, откусывая кусок булочки, – Они только посмеются над моим титулом. Да и никому об этом рассказывать я не буду, потому что сама ещё не поняла, во что я ввязалась.

Но яичница была вкусная, и овсянка, и булочки с джемом, и горячий кофе со сливками. Наевшись, Далия встала из-за стола, и с него исчезли все тарелки и чашки.

– А куда они делись? – подняла глаза на привратника девушка.

– Магия, – хитро развёл руками Мильден.

Далия спустилась вниз и остановилась в нерешительности. Хотелось осмотреть тут всё, но время уже поджимало – пора выдвигаться на учёбу.

– Мне уже пора, Мильден.

– Но зачем же так рано?

– Идти довольно долго до Академии.

– Но ведь у вас есть ключ, – снова непонятно произнесло вредное привидение.

– Но в Академию нельзя же просто так открыть дверь, она зачарована мощными чарами защиты.

– Но здания рядом с Академией не обладают столь впечатляющей защитой, верно?

– Да, верно, – медленно согласилась Далия и достала ключ. Неужели она может открыть этим ключом… что открыть? Попасть с помощью этого ключа в любое место…

– Не в любое, а только туда, где вы уже побывали, – прервал поток её мыслей Мильден.

Далия задумалась. А где она уже побывала около Академии? Нужно помещение? Так внутри она мало где бывала, даже свои вещи покупала на Рыночной площади.

– Леди Далия, пока вы не ушли в своё учебное заведение, – Мильден жестом попросил её встать в центр огромного зала, на чёрно-белые плитки, выложенные затейливым узором. Далия подчинилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.