Кейлет Рель
Звездная любовь

Глава 1

Я уже который час пялилась в экран компьютера, надеясь, что статья сама собой напечатается. Умный экран, умная клавиатура, умный даже телефон. Одна я опять задерживалась на работе, чтобы порадовать главреда. А это умным никак не назовешь.

Сан Саныч любил меня только первый год, когда я притаскивала ему новости для колонки со сплетнями и фотографиями знаменитостей. А как только начала писать про глобальное потепление и вред космопортов, так меня сразу разлюбили. Хотя вру. Просто раньше я любила работу, а теперь работа любила меня.

Я вздохнула и снова посмотрела на пустой экран. Клавиатура под пальцами тоскливо мерцала зеленым. Что написать в статье, чтобы ГлавВред не выгнал меня взашей? Поморщившись, я сняла очки.

Экран пропал вместе с клавиатурой, оставив меня одну в пустом офисе. Надо мной покачивалась одинокая лампа со сбитыми настройками высоты. Надо будет подкрутить, а то гравидвигатель выйдет из строя и эта прелесть свалится мне на макушку. Парящие лампы – зло, если вовремя их не чинить.

Вдруг сенсор на моем виске противно пискнул, сообщая о входящем звонке. Пришлось снова натянуть очки дополненной реальности. Перед глазами появился улыбчивый аватар мамы, но я только простонала. Дражайшая родственница звонила только по двум поводам: узнать, когда внуки, и предупредить, что собирается оккупировать мою микроскопическую квартиру в столице на пару дней.

– Ты где? – спросила мама, проигнорировав приветствие.

– На работе.

– Почему?

Я немного подвисла, прямо как мой старенький рабочий компьютер. Как зачем? Кушать хочется, да и ипотека никуда не делась.

– Я уже у твоего дома, – сообщила маман. – Почему ты забрала запасные ключи у консьержки? Как мне попасть в квартиру?

Я с трудом удержалась от гримасы. Потому и забрала ключи, чтобы в мою квартиру не совершали набеги родственники. Каждый раз, когда мама гостила у меня, куда-то выбрасывались мои любимые носки смешных расцветок, перемещались все вещи в хаотичном порядке и исчезали любимые шоколадки. Я любила родительницу, но ее привычка наводить свои порядки и командовать… бррр!

– Может, переночуешь в отеле? – робко предложила я. – У меня еще много работы.

– Разбужу тебя завтра пораньше и сделаешь, – бескомпромиссным тоном произнесла мама. – Незачем в офисе всю ночь сидеть.

Я почти смирилась с тем, что сейчас придется ехать домой и весь вечер развлекать маму пирожками и конфетами, пока она будет выедать мне чайной ложечкой мозг на тему свадьбы и внуков, но меня спас главред! Сан Саныч влетел в офис с диким взглядом. ГлавВред кинулся к столу моей злейшей соперницы, поискал глазами автора колонки с рецептами, но нашел только меня.

Я видела, как его перекосило, но запыхавшийся Сан Саныч все же подошел.

– Кира, – рявкнул он. – В кабинет. Живо!

Дужки очков со встроенным микрофоном работали отлично и передавали все звуки. Какие надо и не надо.

– Доченька, ты что-то натворила? – ахнула мама.

– Нет. Позже перезвоню, – попрощалась я и сбросила.

Сенсор грустно тренькнул, разрывая нашу связь. А я живенько побежала за боссом, радуясь отсрочке. Завтра к утру придумаю, что сказать, чтобы меня снова не повели на встречу с сыном маминой подруги.

Я заскочила в кабинет и застыла в самом центре грязно-серого ковра. Босс плюхнулся в кресло, которое от этого едва не превратилось из модного парящего в обычное и сплющенное. Он побарабанил пальцами по столу, нервно поглядывая на меня. Я подавила желание пригладить ворох кудряшек у себя на голове, чтобы выглядеть приличнее.

На работу я ходила в удобном, игнорируя красивое. Кеды или грубые ботинки, в которых можно хоть по ферме лазить, хоть по городу рассекать. Теплые вязанные свитера или безразмерные кофты с капюшонами. Джинсы и только джинсы. Первый год я еще пыталась втискивать себя в модные костюмчики, а потом случилось… Неважно. В общем, на наряды я быстро забила.

– Кира, золотце, статья готова? – пошел в атаку босс.

– Осталось внести мелкие правки, – бодро соврала я. – К утру все будет готово.

Сан Саныч прищурился. Я сделала честные глаза. Сан Саныч нахмурился. Я шаркнула ножкой.

– Так, Кира, не пудри мне мозги, – рявкнул Сан Саныч. – Эта статья не подходит.

– Вы же даже тему не спросили.

– Напишешь новую, – проигнорировал меня главред. – Мой информатор сказал, что через пару дней запускают в тестовый полет Ариадну. У нас есть возможность вырваться вперед! Ариадна станет первым кораблем, который совершит миротворческую экспедицию в соседнюю галактику. Принеси мне эту сенсацию.

Я поморщилась.

– В космопортах меня не любят, – без обиняков сказала я. – Вся охрана меня в лицо знает.

Как долбанутую экоактивистку. Хотя, вообще-то, это неправда. У меня справка есть. Я очень даже адекватная.

– Не переживай, – отмахнулся босс. – Ариадну запускают не в космопорте.

– В Петле? – Я округлила глаза. – Тесты не проводят в Петле, на ускорение уходит почти неделя, и запуск выкидывает корабль на много световых лет…

– В Петле, – с нажимом повторил босс. – Успокойся, это точно тест. Мой информатор надежен. Он участвует в подготовке. Давай, Кира. Если этого не сделать сегодня, второго шанса пролезть туда и узнать, что там на изнанке, не будет.

Я глубоко вдохнула и выдохнула. Ситуация бесила. Ясно же, что не просто так я главреда окрестила ГлавВредом. Для него мы были всего лишь журналюгами, которых всегда можно пустить в расход. Но если я сейчас не пойду, то задачу дадут моей молоденькой сопернице. Стоит ли говорить, что у нас были премии за каждую тысячу просмотров статьи? И да, о потеплении читали несколько тысяч жителей столицы. Сплетни поглощали миллионы.

А вот эксклюзив об этой экспедиции, да еще и правильно написанный, прочитают десятки миллионов. Каждая собака в столице будет меня знать! И премии может хватить на отпуск на космическом лайнере…

– Ладно, – решилась я. – Что нужно делать?

Глава 2

Через пару часов меня уже запихнули в костюм работницы космопорта, вручили поддельный пропуск и простенький голографический планшет со встроенной камерой. Информатором оказался странный мужик, чем-то неуловимо похожий на главреда. Возможно, своим внушительным пивным пузом. Информатор то и дело бросал на меня сальные взгляды, что жутко раздражало.

Поэтому, как только мы оказались на легендарной Ариадне, единственном межгалактическом корабле, я поспешила удалиться в сторону капитанского мостика. Информатор следовал за мной по пятам, пыхтя и обливаясь потом. После очередной его неловкой шутки я ускорилась. Мужика я обгоняла ровно на один поворот, чтобы в случае чего не потеряться.

Сенсор начал барахлить, поэтому я его вырубила. У меня была неплохая память, так что я рассчитывала найти капитанский мостик и без подсказок техники.

Информатор неуверенно окликнул меня. Кажется, меня унесло намного дальше, чем один поворот. Я притворилась, что не слышала. И тут произошло непредвиденное.

Где-то позади, за поворотом коридора, с шипением открылась одна из дверей, и моего провожатого окликнули. У нас были проблемы. Я испугалась, прекрасно понимая, что за проникновение меня не просто выкинут из Петли. За такое можно и судебный иск схлопотать!

К счастью, я не первый год трудилась в конторе Сан Саныча и за это время научилась бегать от охранников. Я спряталась в ближайшей нише с проводами и трубами. Главное не издавать звуков и не отсвечивать. Тестовый запуск через несколько дней. А торопились мы только потому, что информатор должен был уйти завтра в отпуск, поэтому у меня будет время выбраться отсюда.

Я прислонилась к стенке корабля и задержала дыхание, вслушиваясь в голоса. Информатор оправдывался, мол, хотел кое-что перепроверить, прежде чем уехать на острова.

– Вот как. – Голос говорящего показался мне подозрительно знакомым. И меня это не обрадовало. Потому что знакомых из космопорта у меня было мало, и все они мечтали от меня избавиться. – Один?

Я затаила дыхание. Если меня сдадут, шансов спрятаться и добыть Сан Санычу сенсацию нет.

– Один, – проблеял информатор.

Я чуть не хлопнула себя по лбу. Может, с ракетостроением у него все неплохо, но вот актерское мастерство на уровне детского сада.

– Ясно, – протянул знакомый незнакомый. – Клайд, Дженкинс. У нас гости. Проводите их. Корабль обыскать.

Послышались шаги. Они стремительно приближались. От ужаса я почти оглохла: слышала только как кровь стучит в висках. Мимо технической ниши прошел мужчина в форме космического адмирала. У него были выбритые виски и короткие светлые волосы на макушке. Он слегка повернул голову, и мне удалось разглядеть его профиль.

О-о-о, я бы узнала это лицо из тысячи. Со звездным мальчиком и грезой всех девиц столицы от восьми и до восьмидесяти я была знакома. Близко, даже слишком. Алекс Фламберг стал моей самой удачной статьей и самой страшной раной на сердце. Именно после него я перестала охотиться за сплетнями и фотографиями звезд. Впрочем, из-за него я и возненавидела космопорты. Изначально меня даже их индекс загрязнения окружающей среды не волновал, но после случившегося стало не плевать на все, что могло навредить этому павлину.

Алекс Фламберг руководил Ариадной? Я готова была расхохотаться. Самый молодой пилот стал космическим адмиралом?

О, Алекс! Я такую статью про тебя накатаю, что ты больше никогда не появишься в столице. И перестанешь наконец смотреть на меня с каждого билборда. Козел!

Мое воодушевление слегка подпортил возглас служащего:

– Капитан! Прикажете включить камеры? Тепловизоры не работают из-за прошивки, а по сенсорам мы никого не отследили.

Последовала долгая пауза.

– Нет, – ответил Алекс. – Нельзя допустить, чтобы трансляцию с корабля перехватили. Если сенсоров нет, значит, этот тюфяк и правда был один. Ты видел хоть одного человека без сенсора? Журналисты их даже ночью не отключают.

Я с досадой поморщилась. Откуда ему это знать? Хотя… Судил по своему опыту. Со мной. М-да.

Шаги удалялись. Убедившись, что вокруг никого нет, я выбралась из ниши. Нужно было добраться до капитанского мостика или рубки. Главное не столкнуться с самим капитаном или его помощником. Я резко остановилась.

А что вообще здесь делает Алекс с командой? Сейчас ночь, тестовый запуск Ариадны только через несколько дней. Здесь не должно быть ни капитана, ни механика, ни пилотов.

Дело принимало дурной оборот. Информатор мог чего-то не знать. А еще меня волновало, почему Алекса больше беспокоил перехват трансляции, чем посторонние на корабле.

Нужно было возвращаться. Сердце быстро колотилось в груди. Я даже посмотрела в сторону выхода в космопорт, но упрямо мотнула головой и пошла дальше. У меня наверняка есть несколько минут, чтобы сделать хотя бы пару снимков.

Я двинулась вперед по коридорам, стараясь вспомнить, где был капитанский мостик. Вдруг где-то впереди послышался звук отпираемой двери. Я кинулась к стене, но, как назло, рядом не было ни одной технической ниши. Раздались голоса. Я в истерике бросилась к одной двери, к другой. Все было заперто. Пришлось вернуться за поворот, и там – наконец-то! – нашлась открытая дверь.

Я забежала в темное помещение и попыталась слиться со стеной. Шаги приближались. И тут корабль дрогнул. Я почувствовала, как Ариадна пришла в движение. А это было плохо, очень плохо. Мы отправлялись в Петлю.

Глава 3

Корабль глухо заворчал, что сигнализировало о включении гравидвигателей. Их мощность сильно отличалась от бытовых аналогов. Я почти сразу почувствовала, как желудок, подскочивший к горлу, медленно опускается на свое законное место. Но это отвратительное ощущение, словно ты стоишь в лифте, который слишком быстро поехал вниз. Оно говорило о том, что мы уже были в Петле. Нас начали укорять для запуска в космос.

Как работала эта штука? Корабль загоняли в огромную центрифугу, ускоряли до максимума, а после меняли направление рельс, выводя эту махину из круга в отдельный рукав. Это был, по сути, уходящий вверх тоннель, достающий до верхних слоев стратосферы. Если смотреть на конструкцию сверху, то это походило на петлю.

Проблема в том, что доступ в центрифугу полностью перекрывался. Для запуска корабля требовались такие мощности, что проводить “тест” и раскручивать Ариадну просто так никто не стал бы.

И почему я повелась на уверенный голос Сан Саныча? Черт! Если Алекс найдет меня и велит остановить Ариадну, на меня повесят иск с такой кругленькой суммой, что придется идти на мезолиевые рудники.

Я попятилась вглубь помещения и внезапно обо что-то ударилась. Это что, кровать? Я в каюте? Так, а ведь в Петле через несколько часов все члены экипажа должны погрузиться в гибернацию. В каютах или в капсулах, вот в чем вопрос?

Шаги уже были совсем близко, и я предприняла последнюю отчаянную попытку спрятаться. В комнате было темно. Если спрячусь под кровать, могут и не заметить. Я откинула покрывала и простонала. Кровать была вмонтирована в пол. Под нее не залез бы даже таракан, а уж эти ребята славились своим умением проскальзывать в любую щель.

Я так и стояла на коленях рядом с кроватью, смешно оттопырив зад, когда дверь в каюту резко распахнулась. Ситуация патовая. Я понимала, что ее уже не исправить, поэтому просто зажмурилась и начала повторять про себя, что все будет хорошо. Мне подруга говорила, что мантры отлично работают. Мысли материальны, да? А можно мне материализовать Сан Саныча на Ариадну? Чтобы я хотя бы не одна отдувалась.

– М-м-м, – протянул знакомый голос от двери. – Мне жаль тебя расстраивать, но это так не работает. Ты меня не видишь, я тебя не вижу? Спешу разочаровать, мне все видно прекрасно. Миленькая форма. Только на “Джона” ты не похожа.

Я чертыхнулась. Конечно, это мог быть только он. Алекс умел испортить настроение своим неожиданным появлением. Не всегда лично, кстати. Иногда я просто видела рекламу с его лицом. Алекс ест йогурт, Алекс тренируется, Алекс просит вас заплатить налог на сад. Да чтоб его!

Я выпрямилась и кое-как поднялась с колен. А вот поворачиваться к Алексу лицом не рискнула. Конечно, вряд ли он узнает ту самую “надоедливую дурнушку” и “глупышку из желтой газетенки”, но…

– И что же ты здесь забыла? – спросил Алекс, вальяжно подходя ближе. – Если ты работница космопорта, приказываю доложить о причине нахождения в моей каюте в нерабочее время.

– Соблазнить хотела, – язвительно бросила я и тут же прикусила язык.

Мое положение было слишком дерьмовым, чтобы позволять себе шуточки. Это понимала я. Об этом догадывался Алекс. По сути, вся моя жизнь сейчас зависела от решения адмирала.

– Повернись, – резко произнес Алекс, враз посерьезнев.

Я послушно встала к нему лицом и невольно задержала дыхание. Столько раз мы виделись… Хотя нет. Я его видела. Даже постер его купила, чтобы учиться метать дротики. А он меня вряд ли даже вспомнит. Разве такие мужчины, как Алекс, запоминают свои мелкие интрижки?

– У тебя нет шансов, – холодно сказал он. – Еще варианты?

– Подрабатываю уборщицей в космопорте.

Мы оба знали, что это ложь. Алексу просто нравилось надо мной издеваться. Он шагнул ко мне, сокращая расстояние между нами до минимума. Это было попросту неприлично, но разве с такими мужчинами спорят? Я честно пыталась выдержать взгляд его внимательных серых глаз.

Меня хватило секунд на десять. Потом я опустила голову и зло уставилась на верхние пуговицы его кителя. Глаза жгли слезы. Мне нужно было экстренно взять себя в руки. Вот только Алекс не планировал оставлять меня в покое.

Он схватил меня за руки и перевернул их ладошками вверх. Алекс склонился пониже, чтобы рассмотреть их. Ищет линию жизни? Так я могла и так ему сказать, что она резко сократилась до минимума. Алекс зачем-то провел большим пальцем по моему запястью и, бросив последний взгляд на правую руку, удовлетворенно вздохнул.

– Не похоже, чтобы ты хоть раз контактировала с очистителем для космических кораблей. – Он широко улыбнулся. – Ты попалась, птичка.

Глава 4

Алекс сидел в огромном капитанском кресле и задумчиво постукивал пальцем по подбородку. Рядом с ним застыли остальные члены экипажа, даже не понимающие, что происходит.

– Нужно остановить Ариадну, – вздохнул высокий статный мужчина в очках. Про себя я окрестила его умником. – У нас нет возможности обеспечить безопасность гражданского. Жаль, конечно, затраченного времени и средств.

– Не вариант, – хрипло ответил Алекс. – Ты не представляешь, чего нам стоило удерживать экспедицию в секрете. Мы даже пустили несколько “уток” с ложными датами старта, но все насмарку. Остановимся сейчас, и потом с корабля придется вылавливать еще десяток таких девиц.

– А рационы? – спросил мрачный качок. – У нас все по списку. В случае технических неполадок придется туго.

– Видишь ли, я слишком часто летаю в космос. И почти каждый вылет сопровождается появлением девицы. Так что комплект рационов на еще одного-двух пассажиров у нас найдется.

Алекс задумчиво потер подбородок и смерил меня насмешливым взглядом. Я стояла перед мужчинами, вытянувшись по струнке, и боялась лишний раз вздохнуть. От их внимания у меня мурашки бегали по коже. Я жалела, что пришлось оставить свой безразмерный свитер в космопорте. В нем мне было бы уютнее.

– И какие у нас варианты? – уточнил умник, поправив очки.

– Либо потерять пару ярдов государственного бюджета, либо провезти одну пассажирку до необитаемой планеты и обратно. – Алекс откинулся на спинку кресла и посмотрел в потолок. – Ладно. Идите к капсулам гибернации. Я сам разберусь.

Качок недовольно цокнул языком и с сочувствием посмотрел на Алекса. Однако приказу адмирала подчинились все. Капитанский мостик опустел. Мы остались с худшим моим кошмаром наедине. К счастью, эта блондинистая заноза в заднице меня так и не вспомнила.

– Что ж, – начал Алекс, – это мой корабль. И все на нем подчиняются мне. Зови меня “капитан”, можно “мой капитан”. Никак иначе.

Я скривилась, но проглотила все язвительные комментарии, что вертелись на языке. Если на меня повесят растрату бюджета, будет хуже. А гордость как-нибудь потерпит. Лучше уж немного побыть в компании этого чудовища и схлопотать административку и пожизненный бан в космопортах. Алекс довольно ухмыльнулся. Пользовался ведь своим положением, скотина.

– Будешь выполнять для меня мелкую работенку. Убираться в каютах, варить кофе, танцевать по утрам на столе в кабинете… – Я скрипнула зубами, и Алекс рассмеялся. – Шучу. Придется просто слушаться меня, вот и все, птичка. Договорились?

Я кивнула. А скрещенных пальцев Алекс не видел, ведь я спрятала руки за спину. Как только пойму, как выкрутиться из этой ситуации, устрою ему веселье!

– Хорошо. А теперь пойдем к капсулам. Отведу тебя к запасной, а потом лягу сам. Ты будешь спать на пару часов дольше, чтобы кто-то из членов экипажа успел прийти и помочь тебе выйти из гибернации. Первый раз всегда тяжко.

Я не ответила. В его присутствии я снова чувствовала себя глупенькой молоденькой журналисткой. Мне не хотелось, чтобы Алекс заметил, как дрожат мои пальцы и гулко бьется сердце в груди. Поэтому я просто следовала за ним, беспрекословно следуя приказам, а в мыслях снова и снова топила его в очистителе для космических кораблей. Запястье, где Алекс погладил меня, буквально горело. Вот же… плей-бой доморощенный! Ни одной юбки не пропустит, да еще и в штаны заглянет.

Алекс привел меня в просторную светлую комнату с огромной капсулой для гибернации. Не знаю, под кого ее создавали, но в этом прозрачном гробике с легкостью могли поместиться трое. Я, конечно, не была худышкой, но до таких габаритов мне еще кушать и кушать шоколадки.

– Ложись, – миролюбиво предложил капитан.

Я подошла к капсуле и попыталась залезть внутрь. Алекс тут же ухватил меня за талию и развернул к себе. Его руки принялись расстегивать пуговки на униформе работника космопорта.

– В капсулу ложатся в нижнем белье, – пояснил Алекс.

Он деловито раздевал меня, словно проделывал такое сотни раз. Я застыла истуканом и даже не знала, что делать. Пальцы Алекса порхали по моей коже, а взгляд его оставался невозмутимым и сосредоточенным. Он так всем членам экипажа помогает, или это мне везет?

Алекс обвел взглядом мои формы, задержавшись на тонких трусиках с цветными котиками. В глазах нахала заплясали чертенята.

– Теперь ложиться? – разозлилась я.

– Да, – улыбнулся капитан. Я полезла в капсулу, но никак не могла преодолеть слишком высокий бортик. И тут Алекс положил руку на мой зад и веселым голосом сказал: – Давай подсажу, птичка.

Когда я наконец оказалась в капсуле, у меня горело все. Щеки – от стыда, грудь – от процесса раздевания, а попа – от возмущения. Алекс закрыл капсулу и махнул мне на прощание, открывая вентиль с газом. Уже засыпая, я заметила, как мой стеклянный гробик снова открывается.

Глава 5

Я просыпалась с трудом. Перед глазами стояла молочно-белая пелена, а все тело ломило, словно мне опять пришлось ночевать на продавленном диванчике в офисе. Почему-то я чувствовала запах кофе с корицей и дорогого табака. Хотя курить мне пришлось бросить еще в начале моей карьеры.

Я потерла глаза руками и зевнула. Ну и денек! Может, взять у Сан Саныча отгул? Черт, статья! Черт, я же на Ариадне…

Воспоминания ворвались в мои мысли разноцветным вихрем. Надо же было так облажаться. Я ведь даже не проверила информатора Сан Саныча, прежде чем довериться ему… Вспомнив Алекса Фламберга, я тут же скривилась. Кажется, у меня начиналась мигрень, но я все же открыла глаза. Капсула гибернации была закрыта. Кажется, я забыла сказать капитану, что от обезболивающего и снотворного отхожу быстрее, чем обычные люди. Я попыталась пошевелиться, но все мышцы затекли и не желали работать. А еще у меня была какая-то тяжесть на груди. Скосив взгляд, я заметила мужскую руку.

Через пару мгновений мне удалось повернуться и увидеть и ее владельца. Рядом со мной лежал Алекс! Он сладко посапывал, пребывая в фазе глубокого сна и даже не подозревая, что одна ушлая журналистка прямо сейчас думает, как бы свернуть ему шею.

Может, со снотворным мой организм и справился, но вот с последствиями столь длительного бездействия – нет. Только спустя пару минут я смогла поменять позу. Капсула оказалась слишком узкой для двоих, поэтому как бы я не повернулась, тело Алекса оставалось вплотную к моему. Мы лежали кожа к коже, почти обнаженные.

Каждая жительница Земли от восьми до восьмидесяти лет мечтала оказаться в подобной ситуации и писала об этом фривольные романы для одного сайта. Я же готова была отдать все, лишь бы махнуться с такой девицей местами. Дома в очках дополненной реальности куда уютнее, чем в обнимку с бывшим, который даже лица твоего не помнит. Впрочем, нас с Алексом мало что связывало. И у него наверняка уже было столько интрижек с журналистками, что нашу он не вспомнит.

Я попыталась убрать руку Алекса со своей груди, чтобы стало легче дышать. А этот наглец сонно причмокнул и положил ладонь на мой зад. В общем, дышать мне было все также тяжело, только теперь я пыхтела скорее от возмущения. Алекс и не думал вставать. Я поковырялась в панели, но у меня даже сенсор был отключен. В общем, ни единого шанса получить доступ к капсуле. Оставалось лишь ждать, пока капитан соизволит проснуться и вытащит нас отсюда.

Устав пихать стеклянную панель, я свернулась калачиком и даже умудрилась снова задремать. Второе пробуждение было куда менее приятным. Я чувствовала под щекой грудь Алекса. Прямо под моим ухом гулко билось его сердце.

А еще я чувствовала, как мужская рука медленно двигается вверх по моему бедру, замирает на талии и проделывает путь вниз. Это что за поглаживания с утра пораньше? У меня перехватило дыхание от возмущения. Или это потому, что рука Алекса на долю секунды задержалась на моей ягодице и будто бы сжала ее?

Я резко вскочила и тут же ударилась головой о стеклянную крышку капсулы. Хорошо, что она была достаточно прочной и не разбилась. А вот моя голова пострадала. Но еще больше пострадала гордость. Алекс со смешком притянул меня обратно и заботливо произнес:

– Ушиблась? Аккуратнее, мы еще в капсуле.

Глава 6

– Р-руки! – рыкнула я.

– Затекли? – заботливо уточнил Алекс.

Мне почудилось, или он ухмыльнулся? Прибью заразу. Пургена в суп подсыплю, перцем все трусы натру, специально буду полы рядом с его каютой мокрыми держать, чтоб поскользнулся! Как же он меня бесит.

– Ты меня лапал, – заявила я, дрожа от ярости.

– Я просто пытался тебя разбудить. Решил, что поглаживания приятнее похлопываний. Мне казалось, тебе понравилось. – Алекс хитро прищурился. – Или надо было шлепать? Извини, птичка. В следующий раз так и сделаю.

– Следующего раза не будет, – отрезала я.

Алекс лишь снисходительно улыбнулся и открыл капсулу. Я едва не свалилась на пол, пытаясь преодолеть загнутый стеклянный бортик. Для кого эту штуку делали? Уж точно не для лилипутов вроде меня.

Моей одежды нигде не было. Я даже подскочила к шкафчику и попробовала отыскать взглядом знакомую темно-синюю униформу, но ее там не было. Украденная у Джона спецовка покинула меня. Я повернулась к Алексу, чувствуя себя глупо и беспомощно. Тот спокойно вытирался тонким полотенцем. В капсуле иногда появлялся конденсат или испарина, которую приходилось смывать. Но мы-то лежали вместе, и я точно помню, что кожа капитана была сухой и горячей.

– Ищешь душ? – спросил Алекс, заметив мой взгляд. – Сейчас провожу.

– Нет, – мотнула головой я. – Где моя одежда?

– Ты о чем? – Алекс приподнял брови. – А, эта. Юридически это не твоя одежда. Если, конечно, под этими милыми котиками не прячется сюрприза, в чем я сильно сомневаюсь.

Он уставился на мои трусы. Я покраснела и инстинктивно прикрылась руками. Алекс был в своем репертуаре. Он мог свести меня с ума всего лишь парой слов. В те времена это было пикантным плюсиком в его карму. Сейчас мне хотелось прибить его за ехидство.

– Я выдам тебе комплект одежды, – сжалился наконец Алекс. – Но придется ходить в том, что дадут. На корабле не так уж много вещей, но Дженкинс запасливый. Что-нибудь да подыщем.

Он оделся буквально за пару секунд, демонстрируя чудеса армейской сноровки. Алекс не стал надевать китель, оставшись в просторной футболке. Верхнюю часть своей формы он протянул мне. Выбора у меня не было. Я натянула китель, в котором почти утонула. Вещи Алекса пахли табаком и кофе. Этот запах нравился мне до одурения, а вот его хозяин – не очень.

– Пойдем, – позвал Алекс, осмотрев меня с головы до ног. – Пока что все спят. Успеем найти тебе что-то поприличнее. Как раз выдам должностные инструкции.

Я мужественно молчала, напоминая себе, что не стоит усугублять. А если ляпну что-то такое и Алекс вспомнит меня? М-м-м, оказаться с бывшим в космосе на одном корабле почти на год. Всегда мечтала о таком! Сан Саныч мне еще ответит за это – за информатора, за Алекса и за отсутствие премий.

На секунду я даже захотела малодушно предложить Алексу погрузить меня в сон на время экспедиции. Это сулило большие проблемы со здоровьем, но Алекс мог сломать мне психику не хуже года в спячке.

– Вижу, про послушание ты усвоила, – со смешком произнес капитан. – Но необязательно все время молчать, птичка. Ты даже не напела мне свое имя.

– Это для бортового журнала? – осипшим голосом уточнила я.

Да, меня волновало будущее. Как только мое имя появится в программе, весь головной офис Петли узнает, что на корабль пробралась журналистка. А там и капитану пришлют информацию. Как только мое личное дело окажется в руках Алекса, жизнь на корабле станет невыносимой. Для меня, конечно. Алекс Фламберг был царем и богом на Ариадне. Что ему стоит проводить меня в космос или забыть на чужой планете?

– Нет, – после недолгих раздумий ответил капитан. – Боишься компенсации? Понимаю. Тебя угораздило попасть на корабль для сверхсекретной миссии. Командование будет не в восторге. Не говоря уже о судах, по которым тебя затаскают. – Алекс лучезарно улыбнулся, будто происходящее было для него всего лишь шуткой. – Хочешь договориться, птичка?

Я сжала кулаки и мысленно досчитала до десяти. Нельзя показывать, насколько он меня бесит. Надо хотя бы попытаться выторговать себе условия получше.

– Хочу, – проговорила я. – Чего ты хочешь?

– Для начала твое имя. Обещаю, в бортовой журнал оно не попадет. Пока что.

– Кира, – ответила я, чувствуя, как внутри все холодеет.

На лице капитана промелькнула странная эмоция. Неужели вспомнит?

Глава 7

– Красивое имя, – мурлыкнул Алекс. – Но “птичка” тебе больше подходит. Как считаешь?

Да хоть клизмой назови, только в попу не суй! Я растянула губы в приветливой улыбке, но по выражению лица капитана стало ясно, что получился скорее оскал. Поняв, что больше ничего от меня не добьется, Алекс повел меня в каюту. В свою, разумеется.

В этом даже был смысл. Только у адмирала на корабле были настоящие апартаменты с личной уборной, просторным шкафом и даже подобием кабинета. Остальные довольствовались тем, что было. Общий душ, столовая и зона отдыха. Алекс шиковал. Интересно, чего это он решил поделиться со мной привилегиями?

Подумав об этом, я едва не хлопнула себя по лбу. Точно! Я-то последние пару лет себя как женщину даже не воспринимала, да и окружающие привыкли к моей прямолинейности и жесткости. А тут – единственная девушка на корабле. Меня просто нельзя селить к остальным. М-да… Надеюсь, экипажу щедро отсыпали гормональных таблеток для космонавтов, чтобы не хотелось и не моглось.

Алекс Фламберг был безукоризненно вежлив все то время, что рассказывал мне про устройство корабля и условия моего пребывания здесь. Работенку он мне подкинул унизительную, но не пыльную. Я должна была выполнять мелкие поручения членов экипажа, тем самым облегчая им работу. На меня скинули все дежурства на кухне и попытались спихнуть отчеты. Однако капитан вовремя заметил мои горящие восторгом глаза и передумал:

– Ладно, с бумагами я погорячился. Журналисткам такое давать чревато.

– С чего вы решили, что я журналистка? – насупилась я.

Алекс открыл для меня дверь в свой кабинет и сделал приглашающий жест. На его щеках от улыбки появились ямочки.

– А кто еще полезет тайком на Ариадну, зная, какие за это грядут штрафы?

Крыть мне было нечем. Сюда мог залезть или псих, или экоактивист, или прожженная журналюга вроде меня. О! А почему бы мне не воспользоваться своим имиджем?

– Я похожа на репортера? – с искренним возмущением спросила я. – Костюмчик, диктофон, всегда включенный сенсор? Не думала, что услышу от вас столько оскорблений.

Алекс выгнул бровь. В его глазах плясали смешинки, но капитан постарался принять максимально серьезный вид. Конечно, он мне не верил. И был прав. Но Алекс не помнил о нашей интрижке, а значит, не мог знать, кем я работала. Стоило этим воспользоваться.

– Я экоактивист. Движение зеленого листа, знаете о таком? – с важным видом произнесла я.

– Да, вы спасаете панд и пытаетесь запретить космические лайнеры, – кивнул Алекс. – А причем здесь Ариадна и ее исследовательская миссия?

– Миротворческая, – поправила я. – Все назвали ее миротворческой. Мы будем пытаться проникнуть на обитаемую планету. Все предыдущие не пилотируемые корабли были сбиты. Нам нужно наладить контакт с аборигенами. Мы не допустим, чтобы повторилась история с Америкой и ее коренным населением! А индийские колонии? Моя цель проследить, чтобы наша армия не превышала полномочий.

Я задрала нос повыше, стараясь выглядеть как можно увереннее. “Наша армия” посмотрел на меня с нескрываемым скепсисом. Да, на корабле я увидела ровно одного военного. Дженкинс, видимо, был технарем. Второй, “умник”, явно отвечал за исследовательскую часть. Оставался капитан и все. По крайней мере, больше никого я не заметила.

Таким коллективом сложно завоевать планету. Но я знала Фламберга – этот танк ничто не остановит. Собственно, лишь поэтому мы когда-то переспали. Глупая, глупая ошибка…

– Кира, – низким голосом произнес капитан, почему-то глядя на мои губы.

– А?

Алекс сглотнул и поднял взгляд.

– Клайду не говори. Док у нас впечатлительный. Да и Дженкинсу не надо, хорошо?

Я кивнула, и капитан вручил мне комплект одежды. Судя по размеру, брал из личных запасов. Алекс коротко объяснил мне, где что находится, и попросил не выходить из каюты, пока он не закончит с делами.

Кабинет должен был стать моим постоянным местом обитания. Сначала я приуныла, но потом заметила, что в комнате стояла одноместная кровать. На мой немой вопрос Алекс скомканно пояснил, что часто работает допоздна и ночует в кабинете. А на кровати спать удобнее, чем в кресле. Меня эта отговорка не убедила, но докапываться до истины я не стала. Пусть пока живет, голубчик. Алекс еще не знает, насколько опасно бывает жить в такой близости от разъяренной бывшей.

Глава 8

Я быстро переоделась в выданную мне одежду, запихав китель адмирала подальше. Казалось, у меня даже волосы пропахли Алексом. Это бесило. А еще меня раздражало, что выданная форма не подходила по размеру. Не знаю, на кого ее шили, но штаны туго обтягивали зад, а свитер то и дело спадал с плеча, открывая ключицы.

Вывод можно было сделать лишь один: Алекс дал не свою одежду. Я отлично помнила, как на мне сидели его футболки. Этот свитер был на размер больше. Тихо матерясь, я обследовала кабинет, затем обшарила всю спальню в поисках интересного.

Алекс то ли купился на мою байку про движение зеленого листа, то ли просто не подумал, что незваная гостья окажется настолько наглой. В прикроватной тумбочке я нашла документы. Приказы, госзакупки, список оборудования на Ариадне. Целая кладезь информации для журналиста! Да мне этого на три статьи хватит. А если немного пофантазировать, то на все десять.

Я с предвкушением улыбнулась. Алексу Фламбергу не повезло. Так ему и надо, мерзавцу. Он ведь даже меня не узнал, а раньше клялся в любви, обещал свадьбу… Тьфу!

Сидеть в каюте я не планировала. Мне удалось забраться в каждый уголок кабинета и спальни звездного адмирала. И как только все самое интересное я посмотрела, настала пора знакомиться с Ариадной.

Я выбралась в коридор и осмотрелась. Вокруг не было ничего интересного, сплошь провода и яркие светодиодные лампы. Над головой тянулись бесконечные решетки системы кондиционирования. Она генерировала для нас чистый воздух. Я прошлась по кораблю, прислушиваясь к каждому шороху. Меньше всего мне хотелось бы столкнуться с Алексом.

И судьба была ко мне благосклонна. В коридоре я столкнулась с “умником”. Мужчина остановился, едва завидев меня, и поправил очки. В его меланхоличном взгляде скрывалась тоска всего мира. Какое-то время он раздумывал, но потом все же окликнул меня. Я видела, как ему хотелось поскорее уйти по своим делам. Что ж, дам ему эту возможность!

– Заблудилась? Как тебя там…

– Кира, – с вежливой улыбкой сказала я. – Нет, просто гуляю.

Это заявление заставило умника поморщиться. Конечно, каждого члена экипажа тщательно отбирали, все проходили множество проверок и тестов. Чтобы попасть в экспедицию, надо было доказать, что ты – лучший. А мне это место досталось бесплатно, без каких-либо усилий. Я оказалась на эксклюзивном космическом курорте.

– Возвращайся в каюту, – посоветовал умник. – Скоро за тобой придет капитан и предложит посмотреть гиперпрыжок. Это красиво. Думаю, ты оценишь.

– Неинтересно, – отмахнулась я. – Я и дома могу посмотреть, как звезды смазываются в одно яркое пятно.

– Ну извини. Этот корабль построен не для развлечения туристов.

– Знаю, – кивнула я. – Может, я смогу чем-нибудь помочь? Бумажки заполнить, кофе принести… Капитан сказал, что это будет условием моего пребывания здесь.

– А ты рада стараться.

Умник на то и был умником, что не поверил мне. Он неохотно, но все же согласился дать мне поручение. Конечно, умник выбрал грязную неприятную работу. Я должна была отмыть полы в лаборатории и проверить препараты на срок годности и реакцию на Петлю. Некоторые вещества после запуска в космос резко портились. Из-за этого часть препаратов выдавали космонавтам в большом количестве, чтобы хотя бы часть из них осталась на время полета. После выхода в космос члены экипажа разбирали то, что могло испортиться, и выкидывали.

Именно этим я и занималась под пристальным взглядом умника. Когда последний испорченный контейнер был вымыт и положен в камеру дезинфекции, мужчина удовлетворенно кивнул и поправил очки.

– Можешь идти.

– Если надо, я тут посижу, – предложила я. – Вдруг надо будет еще раз пол помыть или поесть принести. Заодно посмотрю, как ты высеваешь вон ту партию. Ее же надо проанализировать, да?

Я кивнула на ровный ряд колб с испорченным препаратом. Темная взвесь испачкала стены сосуда, но умник не просил отмыть эту дрянь. Значит, хотел проанализировать. Значит, можно продолжать прятаться у него от капитана и потихоньку выяснять, что вообще творится на Ариадне.

Судя по набору препаратов, нас ждала очень опасная миссия. Шкафчики были битком набиты лекарствами, а в каждой нише прятался как минимум один пузырек нейтрализатора.

– Не надо притворяться, будто тебе интересно, Кира, – поморщился умник.

– Мне неинтересно, – подтвердила я. – Но сидеть в обществе капитана и пялиться в темный космос тоже не хочется.

Умник задумчиво потер подбородок и едва заметно кивнул. Аргумент был принят.

– Клайд, – представился он. – Можно просто док. Я отвечаю за здоровье экипажа. И, если хочешь знать мое мнение, тебе стоило бы пропить курс витаминов. Выглядишь так, будто не спала лет пять.

Я коротко хохотнула. Да, со сном у меня напряженка. Впрочем, слова Клайда меня не задели. Я ценила прямолинейность. Лучше уж так, чем нож в спину.

– Тебе бы научиться с людьми общаться, – ехидно произнесла я. – А то ведешь себя так, будто девушку последний раз видел в фильме для взрослых.

– М-м-м, – протянул Клайд. – Рад, что ты понимаешь, что девушкой тебя здесь никто не считает.

Глава 9

– Что ты здесь делаешь? – холодно спросил Алекс, чеканя каждое слово.

Он зашел в лабораторию как раз в тот момент, когда мы с Клайдом играли в съедобное-несъедобное на научный лад. Док показывал мне пробирку с препаратом, а я пыталась угадать, насколько быстро умрет все живое на корабле, если она разобьется. Ученый взял с собой несколько штаммов вирусов, парочку опасных бактерий и даже грибницы, доставленные с одной из инопланетных колоний.

Как объяснил Клайд, руководство хотело посмотреть, насколько наши заболевания могут быть опасны для существ, обитающих на закрытой планете. Если придется воевать с пришельцами, у нас будет сибирская язва в рукаве. А если нет, то мы их будем лечить от простуды и прочих болячек, на которые наш организм уже почти не реагировал, но которые могли оказаться смертельными для другой расы.

– Пол мыла, – ответил за меня Клайд, кивнув капитану.

Алекса его слова не успокоили. Я решительно не понимала, почему капитан так злился. Хотя нет, причина была. Я умудрилась нарушить первый же его приказ.

– Я покинула каюту, потому что… – начала оправдываться я.

– Я попросил, – вдруг вмешался док. – Кира же теперь наша помощница. Вот пусть отрабатывает проезд до Шедара.

– По-моему, ты был резко против, чтобы она вообще выходила из каюты.

Капитан и док схлестнулись взглядами. Оба были на взводе. А я переживала, как бы умник из принципа не разбил пробирку с вирусом. Тогда на Ариадне будет карантин, и мне придется провести почти месяц в компании капитана. Не знаю, кто кого придушит первым.

– Я поддерживаю решение капитана корабля, – с нажимом произнес Клайд. – Пусть Кира помогает. И мне, и Дженкинсу, и в рубке…

Капитан первым отвел взгляд, признавая свое поражение в поединке. Алекс цокнул языком и снова посмотрел на меня. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

– Тогда пойдем, Кира, – произнес он. – Будешь отрабатывать. Проезд.

Алекс вышел из лаборатории. Если бы мог, хлопнул бы дверью. Однако она весила полтонны и закрывалась специальным доводчиком, так что садануть ею по косяку было просто невозможно. Я переглянулась с Клайдом и последовала за капитаном. Его высочество капризничать изволит? Что ж, посмотрим, что он для меня придумает.

Привели меня не на капитанский мостик и не в рубку, где проводилась основная работа. Я оказалась в темной узкой кладовке с таким количеством стеллажей, что любой гипермаркет обзавидовался бы.

– Клайду ты помогла, – сказал Алекс, – давай и Дженкинса выручим.

– Помыть пол? – робко предположила я.

– Нет. Пересчитать запасы.

Алекс умел быть мстительным. Я понимала, что он мог заставить меня пересчитывать зернышки риса или сортировать смеси бобовых.

– Начнем с винного погреба, – сказал капитан, а я с облегчением выдохнула.

Ну сколько алкоголя может быть на космическом корабле? У Ариадны важная миссия, вряд ли руководство положит в их запасы больше пары бутылок шампанского. О, как же я ошибалась! Под алкоголь была выделена полка. Большая, длинная, полная ящиков и коробок.

– Ты говори, что нашла, а я буду отмечать в списке. – Алекс достал планшет и стилус. – Все нужно пересчитать и проверить целостность упаковки. Не хватало еще, чтобы у нас на складе что-то бродило.

Я заглянула в первый ящик и поняла, что в винном погребке ночами бродить буду только я. Какой-то святой человек взял в экспедицию восемь бутылок моего любимого вина.

– Бастардо, – озвучила я. – Восемь.

– Марка? – уточнил капитан.

– Млечный путь.

Мое сердце забилось чаще. То есть, у нас есть бастардо, храни его Вселенная, сразу нескольких марок? Однако капитан не дал мне вдоволь порадоваться и кивнул на следующий ящик.

– Не расслабляйся, – сказал он. – Дальше.

– Шампанское Асти, – назвала я. – М-м-м, четыре.

– Точно?

Я немного порылась на полке и нашла еще четыре бутылки. Я знала, что шампанское этой марки стоит целое состояние. У меня получилось купить его лишь пару раз. Первый – когда мне только дали премию за интервью с Алексом Фламбергом. После него мы и начали встречаться. Второй – когда я в качестве мести слила фото Алекса Фламберга в сеть. Первый раз шампанское оставляло на языке приятный привкус победы. Второй раз оно уже отдавало горечью предательства.

И все равно я любила его. Асти, конечно. Не Алекса.

– А командование вас любит, – прокомментировала я, искоса посмотрев на капитана. – Не скупится на хороший алкоголь. Надеется, что в экспедиции будет, что праздновать?

– Да, – задумчиво произнес Алекс. – Я возлагаю на этот полет большие надежды. И надеюсь, что у меня будет повод отпраздновать.

Я насмешливо фыркнула и кивнула на ящик с текилой:

– Горе заливать вы тоже планировали? Ваши запасы больше походят на набор для вечеринки, а не на подготовку к важной миссии.

Алекс никак это не прокомментировал и продолжил отмечать в таблице количество провианта. Я тоже сосредоточилась на работе.

Глава 10

На склад заглянул Дженкинс. Он быстро оценил обстановку и ретировался, пока не припрягли к работе. Затем к нам зашел Клайд. Он посмотрел на нас поверх очков и махнул рукой. И тоже поспешил скрыться. Но вернулся уже через двадцать минут, когда я только-только закончила пересчитывать упаковки гречки.

– Судя по всему, мы приближаемся, – сказал Клайд.

– Уже? – удивилась я.

Сколько же мы пробыли в капсуле для гибернации? Неделю, две? Я была почти уверена, что нас погрузили в сон ровно на то время, что корабль ускоряли в Петле. Видимо, я ошибалась. С другой стороны, если мы уже приблизились к нужной планете, то почему на экспедицию выделили столько времени? Целый год. Нам что, висеть на орбите этой планеты, изучая достопримечательности?

– Долететь не проблема, – хмуро ответил Алекс. – Сложность в том, чтобы приземлиться.

– Сейчас уже можно видеть планету назначения, – добавил Клайд. – У меня есть подозрения, что инерциальная система сбилась. Пойдем, сами увидите.

Меня дважды просить не пришлось. Я вприпрыжку побежала за доком и капитаном, сгорая от нетерпения наконец-то увидеть таинственную планету. Миротворческая миссия была первой в своем роде. У Земли было много колоний, но ни в одной из них мы не встретили разумных форм жизни.

Почему Шедар был иным? Раз за разом мы посылали зонды, беспилотники и даже одну капсулу с универсальным посланием. Ничего не помогло. Сигнал пропадал примерно на орбите Шедара. Связь с беспилотниками терялась, изображение пропадало. Лишь однажды ученым удалось пробиться сквозь тонкую завесу серого тумана и увидеть поверхность планеты.

Из чего люди и сделали вывод, что на Шедаре есть жизнь. Слишком уж его рельеф походил на земной. Поэтому возникло предположение, что беспилотники не попадают на планету из-за местных систем воздушной обороны. Конечно, посылать корабль с людьми было опасно, но…

Алекс и его команда либо умрут героями, либо вернутся ими. Хотелось бы, конечно, чтобы случилось второе.

Мы вышли на капитанский мостик, и Алекс нажал на панель корабля, активируя систему. У мужчин загорелся сенсор на виске. Они начали что-то обсуждать, активно жестикулируя. Я не видела ни карт, ни планету.

Мое замешательство заметил Дженкинс. Он подошел чуть ближе и протянул мне маленький пятиугольник со светодиодом.

– Сенсор, – сказал он, дружески хлопнув меня по плечу. – Не расстраивайся, что кэп сразу не дал. Нужно было еще настроить его под тебя.

Я кивнула в знак благодарности и подсоединила себе сенсор. Левый висок неприятно покалывало, пока программа интегрировалась. Вскоре я увидела трехмерную карту на столе перед Алексом и даже цифры над планшетом Клайда. Дженкинс с довольным видом отошел в сторону.

После этого я зауважала нашего технаря. Настройка сенсора – дело тонкое. В прошлый раз мне пришлось месяц ждать, чтобы мне подогнали технику. И то она во время мигреней или при повышенном давлении барахлила. А у моего старенького сенсора даже не было функции дополненной реальности, которые значительно усложняли настройку. В общем, Дженкинс своими руками сотворил чудо.

Мужчины со всех сторон разглядывали круглый шарик планеты и его предыдущие снимки с разных расстояний. На каждом Шедар выглядел чуть иначе, но суть оставалась та же. Поверхность планеты на снимках скрывал серый туман. Казалось, над Шедаром собиралась буря.

Я подошла к стене, которая по команде Алекса стала прозрачной. Вдали висел синий шарик планеты. Он мало походил на снимки. Я видела черные и зеленые островки суши. Никакой серой пелены. Неудивительно, что ученый так переполошился и даже задался вопросом, а к той ли планете мы прилетели.

– Инерциальная система не могла выйти из строя, – в который раз повторил Дженкинс. – Я сверил данные. Гироскопы в норме, оба акселерометра показывают одинаковые значения с погрешностью в одну десятитысячную.

– Тогда почему планета выглядит иначе? – выгнул бровь Клайд. – Посмотри на карту. Отсутствует целых три крупных объекта.

– Мало ли куда их могло унести, мы же в космосе!

Алекс не вмешивался и продолжал смотреть карты и проверять данные. С учетом нашей скорости и времени пути, мы должны были уже оказаться в сутках от Шедара. Другой планеты в этом секторе не было. Я снова посмотрела на синий шарик вдали. Только бы мы не потерялись…

После недолгих раздумий, я активировала в сенсоре функцию фото. Раздался тихий щелчок – это в выступе открылась нанокамера. Спустя секунду я открыла изображение перед собой.

В воздухе повис снимок космоса с серой планетой в центре. Я недоверчиво сдвинула изображение в сторону и ахнула. Планета перед нами стала серой. Совсем как Шедар на снимках.

Глава 11

– Кира! – резко окликнул меня Алекс.

В следующую секунду он уже стоял рядом, а еще мгновение спустя я оказалась у него за спиной. Клайд торопливо вбивал данные в программу, а Дженкинс уже активировал щиты, которые предназначались против астероидов, а не от инопланетных атак.

– Что произошло? – напряженно спросил Алекс, продолжая загораживать меня собой.

Будто серый шарик планеты в часах хода от нас мог как-то мне навредить. Впрочем, не уверена, что спина Алекса была настолько бронебойной, что защищала от атак инопланетян.

– Вспышка, – прокомментировал Клайд. – В современных камерах используется микровспышка, порой не заметная человеческому глазу, так как светоприемник недостаточно хорош. Излучение минимальное, но оно есть.

– Шедар отреагировал на микровспышку самой простой камеры, находящейся за несколько световых часов от него? – изумилась я. – Почему?

– Причин может быть две. Во-первых, у Шедара две звезды. Это желтые карлики, их излучение довольно интенсивное и может быть нестабильным. Возможно, с поверхности планеты поднимается особый газ, реагирующий на вспышки. Он как бы защищает Шедар от нестабильности желтых карликов. К тому же, они больше оранжевых предрасположены к перерождению.

– Спасибо за краткий экскурс по физике за одиннадцатый класс, – закатил глаза Дженкинс. – Вот только вспышка камеры и вспышка на аналоге Солнца – очень разные вещи. Ни один природный элемент не может быть настолько чувствительным, чтобы реагировать на мелкие колебания.

– Не может.

Клайд отложил в сторону планшет и подошел к нам, чтобы посмотреть на серый шарик планеты. Алекс потянул меня в сторону, вынуждая отойти. А я даже не заметила, что мы с капитаном держимся за руки. Алекс немного расслабился, как только над кораблем зависли полупрозрачные щиты, и притянул меня за талию к себе. А Клайд все это время изучал Шедар и делал свои выводы. Но вторую версию происходящего озвучил Дженкинс:

– Вы уж меня извините, но в это дерьмо слабо верится. Нет там никакого газа. – Он склонил голову вниз, словно собираясь сплюнуть, но вовремя остановился. – Это больше похоже на систему защиты. Чертовы щиты, которые разбивали все наши беспилотники. И будь я проклят, если сунусь на эту планету без заряженной пушки.

Как ни странно, я его поддерживала. Природный газ? Нет. Я готова была поспорить на свои парадно-выходные джинсы, что с Шедаром все не так просто. Маленькая вспышка от фотоаппарата не могла спровоцировать реакцию странного вещества. На планете точно кто-то был, и он не сильно рад гостям. И моя камера заставила его поднять щиты.

– Извините, – смущенно пробормотала я.

Впервые за все время на Ариадне мне стало действительно стыдно перед экипажем. Я испортила им все, предупредив возможного врага о нашем приближении. А все ради фотки в статью…

– Ляжем в дрейф, – произнес Алекс. – Мы достаточно далеко, но маскировки нет. Если планета станет прежней, значит, газ. Если Шедар останется серым, значит, Кира активировала щит.

– И теперь нас ждут, – вздохнул Дженкинс. – Занять дот?

Алекс почему-то посмотрел на меня. На его лице отразилась внутренняя борьба, словно капитану предстояло долгое неприятное дело, за которое и приступать-то не хотелось

– Северный на мне, – решил Алекс. – Южный подготовь, но не трогай. На автомат ничего не ставить. Ничего, ясно?

– Куда уж яснее-то, – проворчал Дженкинс. – Одно неверное движение, и нас по стенке Вселенной размажет. Я в таких вопросах технике не доверяю.

– Может, отправим беспилотник за пробой? – робко предложил Клайд.

На него так посмотрели, что он предпочел заткнуться и больше эту тему не поднимать. Алекс ушел с Дженкинсом в тот самый дот, а док вызвался проводить меня до каюты. По пути мы молчали. Каждый думал о своем. Я чувствовала себя виноватой, а Клайд будто думал, как тайком отправиться за пробами. Вид у нас обоих был жутко разочарованный.

– Там в шкафу еда, – сказал док на прощание. – Кэп еще не скоро вернется.

Я лишь кивнула. Запасы провианта я обнаружила еще во время первого осмотра комнаты капитана. Док ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. Я еще раз взглянула на снимок Шедара и заползла на кровать. После гибернации меня слегка мутило, поэтому я уснула, едва голова коснулась подушки. Мне и в голову не пришло, что нужно уйти в кабинет. Я на автомате оккупировала кровать капитана.

Глава 12

Посреди ночи я проснулась от того, что стало тяжело дышать. Сколько бы не ворочалась, одеяло мешало и вжимало меня в матрас. Я решила его скинуть, но не тут-то было.

Проблема заключалась даже не в одеяле, а в капитане, который закинул на меня и руку, и ногу. Алекс Фламберг счастливо сопел мне на ухо и даже не думал вставать. Эй, а кто будет спасать нас от инопланетян? Он что, оставил Дженкинса одного? С боеприпасами?

После моего опрометчивого поступка технарь пыхтел так, что стал похожим на мультяшный закипающий чайник. Такой же красный и готовый взорваться. Думаю, его нельзя в таком состоянии оставлять с легковоспламеняемыми веществами.

– Тебе на работу не пора? – прошипела я, пытаясь ужом выскользнуть из крепких объятий Алекса.

Он что-то промычал и прижал меня к себе, точно мягкую игрушку, уткнувшись носом куда-то в шею. Я замерла. От горячего дыхания Алекса по коже бежали мурашки. Капитан в этот момент казался таким милым и беззащитным, но я помнила, с чего у нас все начиналось. Алекс Фламберг был моим первым крупным заданием и последним. Я пришла к нему на интервью, но оно быстро превратилось в свидание. Алекс добивался меня красиво. Страстно. Упорно. Наш роман продлился лишь пару недель. Я не согласилась афишировать наши отношения, потому что разъяренные фанатки моего парня готовы были порвать любую.

Мы прятались. Мне хватало и тайных встреч, тем более, Алекс умел быть романтичным. А потом мой парень улетел в рейс. Я проводила его, вернулась домой и буквально через пару часов всю сеть взорвало.

Кто-то слил видео, как я “провожала” Алекса в подсобке космопорта.

Мне пришлось сидеть дома у мамы несколько месяцев, пока все не улеглось. Я страдала. Меня травили фанатки Алекса, глумились знакомые, мое имя полоскали желтые газетенки. Но хуже всего было другое.

Вскоре после слива видео Алекс, которого я любила, дал официальный комментарий. И стал Алексом, которого я ненавидела. Если кратко, видео он объявил фейковым. А мою внешность – средненькой. Те, кто думал, что Алекс мог переспать с такой – в своем уме?

Из-за его фраз меня подняли на смех второй раз. Кира Найтгалл исчезла из медиаполя. Я сменила стиль, прическу, сократила фамилию до “Найт”, встречающегося на каждом углу. И спустя какое-то время со вкусом отомстила, слив в сеть фото Алекса, которые он мне присылал. Око за око, зуб за зуб.

Но этого мне было мало. Из-за Алекса я оставила прошлую жизнь, пряталась в тени, даже переехала. А он? Его популярность только росла. Я не знала, как еще задеть бывшего, поэтому воевала с ветряными мельницами. С космопортами.

С того самого случая мы ни разу не поговорили. Алекс пытался со мной связаться первое время, но я просто сменила телефон. А потом его интерес и вовсе испарился. Не было ни сообщений моему работодателю, ни попыток договориться с подругами. О маме, к счастью, Алекс даже не знал.

И вот я снова вижу его, лежу с ним в одной кровати. И на душе так тошно, будто я снова слушаю трансляцию, и Алекс смеется над предположением, будто он мог переспать с журналисткой.

– Проваливай из моей головы, – зло прошептала я, зажмурившись.

– Что? – вдруг хрипло спросил Алекс.

Он мазнул губами по моей шее и приподнялся, чтобы заглянуть в глаза. После сна его короткая челка стояла дыбом, а на щеке появился залом от подушки.

– Ты что-то сказала? – повторил Алекс.

– Ничего, – соврала я.

– М-м-м, – промычал он и вдруг добавил: – Врешь ведь, птичка.

– Сказала, что кому-то на работу пора.

Я отвернулась, чтобы не смотреть в умные серые глаза. Слишком умные для разбуженного среди ночи человека.

– Кому-то пора, – согласился Алекс, опускаясь все ниже и ниже. – Не мне.

Он лег на прежнее место и потерся носом о мою шею. Я была возмущена до глубины души, но не могла даже пошевелиться.

– Давай не будем ссориться, птичка, – пробормотал Алекс, уже засыпая. – Поработай сегодня ночью моей подушкой-обнимашкой.

– Я думала, такие покупают только девочки подростки. На них еще фотографии кумиров делают.

– Да, – выдохнул мне в шею он. – У меня дома тоже такая есть.

– С кем? – из чистого любопытства спросила я.

Но Алекс не ответил. Он снова уснул и вставать с меня не планировал. Пришлось обнять его, чтобы было удобнее лежать, и тоже заснуть. А что еще мне оставалось?

Глава 13

Утро в космосе мало отличалось от вечера или ночи. Светильники на Ариадне, конечно, настроили так, чтобы хоть немного напоминать нам о привычных биоритмах, однако это мало спасало.

С непривычки у меня болела голова. Журналистов как-то не готовили к космическим экспедициям. А еще чья-то белобрысая макушка отлежала мне руку! Я пошевелилась, даже не надеясь, что избавлюсь от капитана. По его блаженному спящему лицу становилось ясно, что в ближайшее время Алекс вставать не планировал и к работе приступать не собирался. Но стоило мне поменять позу, как глаза капитана распахнулись.

– Проснулась? – неожиданно бодрым голосом произнес он.

Я испуганно посмотрела в стальные глаза Алекса. Он притворялся или просто быстро пришел в себя после сна? Я не хотела лишний раз беспокоиться об этом, поэтому прямо задала вопрос:

– Почему не встаешь?

Уголки губ Алекса поползли вверх. Нехорошее предчувствие усилилось. Алекс хитро прищурился и посмотрел на меня изучающим взглядом.

– Не хотел тебя будить, – ответил он. – Ты так сладко спала, так трогательно прижималась ко мне…

Я зашипела от ярости и задергалась, пытаясь выползти из-под руки Алекса. Капитан тихо рассмеялся и неохотно выпустил меня. На его лице читалось сожаление. Не хотел вставать на работу? Искал предлог подольше поваляться на кровати?

– Ладно, – вздохнул Алекс. – Давай одеваться. Завтрак уже через час.

– Мне надо его приготовить?

Я невольно задержала дыхание в ожидании ответа. Как бы помягче сказать? На кухне я могла приготовить ровно две субстанции: борщ и яд. Третьего не дано. Кстати, иногда я старалась сделать первое, а получалось второе… Как я их отличала? В борще была свекла, а в яде – вряд ли.

– Нет, – усмехнулся Алекс. – Дженкинс меня вздернет, если ты что-то сделаешь с его любимой кастрюлей. Поможешь ему с посудой.

Я кивнула и выскользнула из-под одеяла, пока Алекс не дал мне еще парочку заданий. Мало ли на корабле дел? Вдруг меня выкинут в открытый космос, мыть иллюминаторы? Я быстро оделась, немного схитрив. Штаны утащила из шкафчика капитана, а свитер нацепила прежний. Теперь не приходилось беспокоиться, что кто-то рассмотрит мой зад или будет пялиться на ноги.

Алекс ушел по делам, поэтому искала столовую я самостоятельно. На пути мне встретился такой же унылый и потерянный Клайд.

– А-а-а, – протянул он. – Наш новый радар. Каких инопланетян сегодня будем искать?

– Не трави душу, – поморщилась я. – Остальные сильно разозлились?

– Нет. – Клайд улыбнулся и пару раз щелкнул по сенсору у меня на виске, едва задев скулу. – Смотри. Твое счастье, что Шедар решил распогодиться. Уже видно очертания рельефа планеты. Похоже, мое предположение по поводу газа было верным.

Я открыла несколько изображений. На одном из них был тот же серый шарик, на другом – уже почти нормальная планету, которую просто заволокло серыми облаками.

– Мне и правда повезло, – выдохнула я. – Дженкинс меня бы с потрохами сожрал.

– Да, они с Алексом долго дежурили, только под утро стало ясно, что на нас никто не нападет. Ребята разошлись, а я сделал пару снимков разными способами. Похоже, реакция была именно на современную камеру. Радары ничего не дали. Все чисто. Летим брать пробы!

Клайд казался таким довольным, что я невольно подхватила его энтузиазм. А что, интересно же! Клайд рассказывал, как мы подлетим к Шедару и какие у нас варианты с посадкой. А я просто слушала и мотала на ус, чтобы позже написать об этом статью. Может, буду вести заметки? Скажу всем, что просто личный дневник. А по прилете на Землю как-нибудь пронесу его мимо систем безопасности.

Глава 14

В столовую мы зашли под ручку. Просто Клайд держал в руках планшет и оживленно рассказывал, на какую часть Шедара можно приземлиться. Каждый раз он от восторга взмахивал руками, и картинка пропадала из поля моего зрению. Поэтому я просто повисла на умнике мертвым грузом, чтобы и карту видеть, и в лоб планшетом не получить.

При нашем появлении выражения лиц Дженкинса и капитана изменились. Алекс поморщился, а вот технарь развеселился.

– Ну все, – торжественно произнес Дженкинс. – Ты проспорил мне пудинг. Я же сказал, что Клайд ее закадрит. Девчонки то и дело вешаются на умников.

Я впала в ступор. Они на меня спорили?! Вот же… Так, а что за фраза по поводу Клайда? Похоже, Дженкинс путал наш дружеский стеб с флиртом. Не помню, чтобы хоть раз влюблялась в парня, который заставлял меня мыть полы. Чтоб я, да в продвинутом будущем, еще и при живом-то роботе-пылесосе! Нет, хозяйственность у меня всегда была на троечку. Тряпкой махать я умела, но ради какого-то парня спину гнуть не планировала.

Мы с Клайдом переглянулись. В его глазах читалось то же отвращение, что сейчас испытывала я. Мы начали играть комедию синхронно, даже не сговариваясь.

– Ах, дорогая, спасибо за чудесную компанию! – проворковал умник, прижимая мои руки к своей груди.

– Ну что ты, зайчик, это тебе спасибо! – произнесла я, восторженно хлопая ресницами. – Такой букет венерических заболеваний мне еще никто не дарил. В твоей коллекции даже хламидиоз есть!

Алекс поперхнулся чаем и едва не умер, пытаясь сделать слишком много дел одновременно: отобрать свой пудинг, сдержать смех, проглотить жидкость и как-то научиться заново дышать. Дженкинс вцепился в десерт мертвой хваткой и вытаращился на нас. Технарь не понимал, что сейчас происходило. Причудливый флирт двух ушибленных на голову интеллектуалов или все же открытые издевки?

– Обращайся, дорогая! – продолжил Клайд, пытаясь изобразить на лице улыбку влюбленного идиота. – Ради тебя я даже отыщу снимки вируса ветряной оспы.

– Так! – гаркнул Дженкинс. – Вы нас разыгрываете?!

– Нет, – ответила я, изображая праведный гнев. – Вы просто ничего не понимаете в высоких отношениях!

Алекс скривил губы в усмешке и выгнул бровь, смотря мне прямо в глаза. Я вытянула руку и показательно подпрыгнула, чтобы достать до макушки Клайда.

– Очень высокие отношения, – сказала я. – Два метра, не меньше.

– Хватит паясничать, – фыркнул Алекс. – Ешьте и по делам. Дженкинс сегодня перепроверит все системы защиты. Клайд. Пробы брать пока нельзя.

– Что? Почему?

Док помрачнел, услышав новости. Наверное, я бы тоже расстроилась, если бы мне отменили интервью с интересным человеком.

– Шедар меня напрягает, – прямо заявил Алекс. – Все чисто, все спокойно, сектор глухой, но… Что-то не так. Я чувствую.

– Мы будем опираться на твою интуицию, кэп? – закатил глаза Клайд. – Может, просто еще раз сверимся с радарами?

– Да. Этим ты и займешься. Поищи подозрительную активность. Изучи объекты на орбите Шедара.

– Я могу помочь, – вызвалась я. – Что мы ищем?

– Спутники.

После этого в столовой повисла мертвая тишина. Даже Дженкинс перестал шкрябать ложкой по тарелке. Все знали, что это значит. Если у Шедара есть хоть один искусственный спутник на орбите, у нас проблемы. Это предполагает, что население планеты достаточно продвинутое, чтобы летать в космос.

Однако на Земле первые ракеты тоже появились давно. Это не значило, что на них стояло оружие. По-моему, у первых космических кораблей даже энергощитов не было, что уж говорить о пушках.

Поэтому даже со спутниками Шедар не становился угрозой. Беспокоиться стоило только в том случае, если инопланетная цивилизация окажется сильно продвинутее нашей.

– Хорошо, – кивнул Клайд. – Кира тогда мне поможет.

Алекс бросил на меня быстрый взгляд и улыбнулся.

– У Киры другие задачи. Она будет писать отчеты. И делать к ним фотографии, конечно же.

У Алекса был хитрый вид. Он то ли задумал пакость, то ли считал, что посадить меня за бумажную работу – наказание. Ха! Наивный, отчеты мне только на руку. Мысленно я потирала лапки, но вслух лишь уныло пробормотала:

– Как скажешь, капитан.

Глава 15

Делать вид, что мне не нравится задание, оказалось куда сложнее, чем я думала. Алекс лишь посмеивался надо мной. Мне выдали подходящую камеру, допотопный компьютер, который лишь чудом подгружался к сенсору, и оставили в покое.

Первый час я честно пыталась изображать скуку. Но привычка брала свое, и вскоре мои пальцы уже порхали по голографической клавиатуре, а сухой текст отчета медленно обрастал подробностями.

Журналистов учат запоминать информацию. Не всегда жертва – простите, интервьюируемый – позволит включить диктофон, а тем более камеру. Вот и приходится выкручиваться. Я научилась запоминать информацию чуть ли не прямыми цитатами, но хранилась она в моей “оперативке” лишь пару часов. Хотя многим коллегам и этого не дано.

И вот передо мной был чистый файл. Слова сами выливались на бумагу, спешно заполняли пробелы, только бы сохранить как можно больше фраз Клайда и остальных. Я даже в какой-то момент перестала контролировать, что пишу. Это было выше моих сил. Многолетняя привычка брала верх, и вскоре отчет уже походил на очень сносное интервью с ученым.

Покосившись на капитана, который ковырялся рядом со мной в картах, я быстро подтерла излишки. Пришлось сделать пару опечаток и убрать кое-где запятые, чтобы не слишком светить своими навыками. Я еще немного подумала и добавила в текст речевую ошибку. Надо звучать не слишком умно, Кира.

Рано или поздно Алекс обратит на меня внимание. И лучше, если поздно. Примерно по дороге домой, когда я уже успею сто раз все посмотреть, услышать и запомнить. Сан Саныч мне не то что премию выпишет, он мне должен кресло редактора уступить после такого!

Замечтавшись, я не сразу заметила пристальный взгляд Алекса. Капитан сидел за своим столом, подперев щеку кулаком, и задумчиво смотрел на меня. Я не могла расшифровать его эмоции. И все же такое внимание смущало. Я сто раз повторяла себе, что Алекс козел, но прекрасно помнила, какие у этого козла мягкие губы и сильные руки. Так недолго и с пути истинного сойти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.