# Кошки-мышки, или Зло пожаловать в семью

Екатерина Верхова

Все началось с пари… Смогу продержаться три месяца в качестве гувернантки для трудных подростков, и бабушка отстанет от меня с требованием всю жизнь проработать скучной нянькой. Клей на стуле, краситель в шампуне и белые мыши с красными глазами на подушке? Ха! Там, где они учились, я преподавала. На помощь придет поднятая кошачья нежить, форум с круглосуточной помощью для отчаявшихся воспитателей и опекун этих двенадцатилетних сорванцов. Считайте, победа у меня в кармане!

## 1. Глава, в которой героиня поднимает нежить в воспитательных целях

– Мне нужен доступ к вашему родовому кладбищу, – с порога начала я, с опаской смотря под ноги и с трудом побарывая нервный тик.

Вот сдуру брякнула, что боюсь мышей, и на, получи! Конечно, эти мелкие паршивцы не преминули случаем в первый же вечер устроить мне подставу всех подстав. После горячей ванны я вернулась в комнату и обнаружила на подушке жирную белую мышь с красными злющими глазами. Не заорала только потому что оцепенела.

С перепугу даже фаерболл из себя выдавила, но только подушку спалила. Мышь скрылась.

– Аннета, позвольте уточнить, вы вваливаетесь ко мне в час ночи затем, чтобы получить доступ к родовому кладбищу? – Корин Дагмер, хозяин поместья, мой наниматель и по совместительству дядя двух двенадцатилетних сорванцов, откинулся в кресле. Окинул меня при этом настолько выразительным взглядом, что я поежилась, на секунду забыв, что заговоренная на преследование тварюшка где-то близко. Притаилась, выжидает… – Зачем?!

– Исключительно в воспитательных целях, – с трудом совладав с голосом, я постаралась ответить серьезно. Самой же хотелось с ногами забраться на его стол, перехватив папку потяжелее и… Чтобы наверняка! Мышь точно где-то близко, я буквально слышала ее дыхание и царапанье мелких коготков! Интересно, как высоко они умеют прыгать?

– Вы собираетесь воспитывать моих племянников на кладбище?! – кажется, за этот короткий день мне все же удалось вывести мистера Дагнера из состояния эмоционального равновесия. – Я, конечно, доверяю вашим методам, но… И это не терпит до утра?

– Поднимать лучше ночью, – буркнула в ответ.

Еще пару дней назад мне казалось, что гувернантка с хорошо развитой некромантской и каплей целительской магией никому не нужна. Даже выдохнула, что не придется продолжать дело семьи Вильборг по воспитанию чужих детей. Отучилась для галочки, и хватит. Ан нет… Бабушка заявила, что нашла мне место и мне надлежит немедленно отправляться к своим воспитанникам.

Да и идея с поднятием нечисти теперь не казалась мне такой блестящей. Еще днем я приметила, что на родовом кладбище есть отдельный участок с домашними питомцами. И если уж не справилась собственными силами, то стоит обратиться к профессионалам – котам.

– Кого из моих предков вы собрались поднимать?!

– Боги с вами! – тут же ответила я. – Я всего лишь хочу поднять маленького котика. Ма-а-аленького кровожадного котика, чтобы он помог мне в моей проблемке.

– Они заслали к вам мышь, да? – вдруг сочувственно поинтересовался мой наниматель, сложив два и два.

– Да, – сдавленно пискнула я.

Я не боюсь ни змей, ни пауков, ни диких драконов, ни свою строгую бабулю, но цепенею при одном взгляде на мышь.

– Ну, пойдемте, – Корин Дагмер тяжело вздохнул и встал со своего рабочего места.

– Куда?

Вариантов представлялось множество. От “расторгать с вами договор о найме” до “всыпем этим паршивцам по первое число”. Каюсь, оба варианта меня бы вполне устроили. Я, может, и потомственная няня, но весьма посредственная.

– В сарай.

– Зачем? – тупо переспросила я.

– За лопатой.

Самое ответственное задание по археологическим раскопкам доверили мне, вместе с лопатой.

– Вы поосторожнее. Котофф Седьмой был любимым котом моей прабабушки, – в тоне хозяина поместья мне послышалась едва заметная насмешка. Вот сам бы и выкопал!

Загоняя садовый инструмент поглубже, я подавила желание ссыпать землю ему на ботинки. Как ни крути, а лорд Дагмер вообще ни в чем не виноват.

Утром экипаж, любезно оплаченный бабулей, доставил меня в поместье Дагмеров. На крыльце меня добродушно встретили малочисленные слуги, приветствуя новую гувернантку, в холле ожидал глава рода – Корин Дагмер – с двумя очаровательными двенадцатилетними ангелочками. Те мило поприветствовали меня, сопроводили в столовую, напоили холодным чаем, между делом расспрашивать, кто я и откуда.

Тогда это показалось мне простым детским любопытством, но теперь наставление местной кухарки – “Ты с этими мерзавцами не расслабляйся!” – не казалось мне таким пустым. Да и их расспросы теперь казались мне жуть какими подозрительными.

– Печенье чудо как хороши! У вас ведь нет аллергии на корицу? – невинно уточнила Джиннет, родившаяся раньше брата на “целых три минуты”. Об этом, к слову, она мне сообщила первым делом.

Я ей любезно ответила, что аллергия у меня только на клубнику. Вот глупая, сама же вручила близнецам оружие! Теперь понятно, что никакая кухарка не ошиблась, добавив в травяной сбор сушеную ягоду.

– А еще у нас по участку бегают ящерицы. Зеленые в пятнышку! Но вы не бойтесь, я вас защищу, – важно заявил Астор с горячим интересом в глазах.

Теперь я понимала, что этот интерес направлен исключительно, чтобы добиться от меня:

– Ящериц я нисколько не боюсь, они очень милые. А мышей тут не водится?

Как там среди дознавателей говорят? Все сказанное может быть использовано против вас? Теперь это не кажется пустой формальной фразой…

В очередной раз загоняя лопату поглубже, я мысленно разрабатывала план мести. Там, где они учились, я преподавала! Пока старшие представители моей семьи занимались чужими детьми, я была предоставлена сама себе и няням уровня пониже. Я как никто знаю, как эта веселая игра работает в обе стороны.

– Аннета, вы точно хотите?.. – с сомнением начал мой наниматель, когда я докопалась до… скажем, сути.

– Лорд Дагмер, будьте уверены, я знаю, что делаю, – с уверенным видом соврала я. Тот факт, что он не остановил меня в самом начале, говорил о многом. К примеру, что выходки племянников кошмарят не только слуг и помощников.

Это придало решимости. Я сплела пальцы, пробормотала заклинание и положила ладонь на деревянную коробку, в которой ожидал поднятия Котофф Седьмой.

Ну и имечко!

Чары не заставили себя ждать. Дерево окутало холодным белым сиянием, в воздухе запахло грозой. Секунда, другая, третья, и раздался деревянный треск. Гроб Котоффа развалился на тысячи опилок, и перспектива разделаться с противной красноглазой мышью явила себя лунному свету.

– Котов, которые были, ммм, пушисты в кости я видела, но чтобы кость была… м-м-м… – я с сомнением взирала на поднятое нечто. Это точно кот, а не слон?

– Его породистая матушка решила, что слишком хороша для обычных котов и выбрала себе в спутники мантикора.

– У него и шип есть?! – угораздило же меня выбрать именно эту могилу.

– В отца он пошел только формами, – убедил меня лорд Дагмер, с любопытством осматривая поднятое нечто.

Костлявое создание размеров с среднюю собаку по-кошачьи выгнуло спину, тут же протрещав всеми своими косточками. После грациозно рухнуло набок, демонстрируя нам свой отсутствующий живот, крутанулось на месте и снова поднялось на ноги.

– А вид бегающего по поместью скелета не спровоцирует детскую травму? – помнился Корин Дагмер, запуская в волнистые каштановые волосы пальцы. Стоило отдать ему должное, он и глазом не моргнул при виде нежити.

– Лорд Дагмер, у Джинет талант к некромантии. Ей еще не раз придется видеть скелетов, даже поднимать, – мягко ответила я. – Лично меня их вид лет с шести не шокирует.

– Но она плохо умеет обращаться со своей силой.

А вот в этом я сомневалась. Некроманта, который нет-нет, да и обращается к своей силе, видно издалека. Если, конечно, сам обладаешь талантом к этому типу магии. В том, что Джиннет уже экспериментировала с чарами подобного толка, я не сомневалась. И вряд ли она это делала без брата, с которым они не разлей вода.

– Не переживайте, научим, – посылая новый магический импульс в сторону Котоффа, я мягко улыбнулась.

– Не подумайте, что я не доверяю вашему подходу, просто… Ваша семья…

Да-да, известна во всей империи. Двадцать лет назад бабушка даже открыла бюро по подбору гувернанток, потому фамилия Вильберг уже давно стала неким гарантом качества. Ее подчиненных приглашали к самым трудновоспитуемым детям из обеспеченных семей.

Тот факт, что я была в числе самых невыносимых детей всей империи, единственное крохотное темное пятнышко на белоснежном полотне репутации моей бабули. Разумеется, никому не известное. И это не остановило ее пристроить меня сперва в академию гувернанток, а после – в семью Дагмеров.

Зарядив Котоффа толикой магии, я направила мысленный образ той, на кого ему предстояло поохотиться. При воспоминании о собственном белошкуром кошмаре я поежилась. Команду нежить приняла легко и непринужденно. Вновь потянувшись, он скользнул краем черепа по моей ноги – ластится? – и с хищной грацией прыгнул во тьму.

Мда, не хотела бы я такой кисе попасться на голодный желудок… Клыки он явно унаследовал у своего отца. У мыши нет и шанса скрыться от такого зверя…

– Мы-ы-ышку жалко, – вдруг всхлипнула носом я и осеклась. Чтобы я поставила два этих слова рядом?! Даже в самых смелых фантазиях сложно было представить.

– Ну, еще не поздно все отменить, – флегматично отозвался лорд Дагмер, хотя удивление в его глазах не переставало плескаться с момента моего визита в его кабинет.

Ну не-е-ет… Я не против существования мышей. Но желательно за десятки километров от меня. Та мышь, что подослали дети, заговоренная – а потому пока ее мелкие зубы не вонзятся в мою шею и не высосут всю кровь, явно не успокоится.

Зачем маленькой мышке моя кровь я не знала, но в моей голове все рисовалось именно так.

На этом мы с Корином Дагмером пожелали друг-другу хорошей ночи и, как ни в чем не бывало, разошлись по своим комнатам.

## 2 . Глава, в которой герои присматриваются друг к другу

Комната, которую выделили для приехавшей гувернантки, была выше всяких похвал: с тремя высокими окнами, светлыми гардинами, в светло-голубых тонах, с новой мебелью. Просыпаться в такой – невероятное блаженство.

Потянувшись, я сверилась с часами. Поспать удалось всего ничего, я никак не могла избавиться от мысли, что слышу, как скребутся по полу маленькие коготочки, как раздается в ночи едва различимый писк, в котором отчетливо слышится “Я тебя виж-ж-ж-жу!”.

Но на любую заговоренную мышку найдется заговоренная нечисть в воплощении кота. Он просто обязан расправиться с грызуном. Этим я себя и успокаивала.

Вот только встав с постели, я обнаружила Котоффа Седьмого разлегшимся на прикроватном коврике в обнимку с… палкой колбасы. Изрядно пожеванной, но вполне узнаваемой. Конечно же, светлому ковру такое соседство с едой не понравилось

– Да ты не Котофф, ты Скотофф какой-то! – буркнула я.

Интересно, на что он рассчитывал? У кота ни желудка, ни вкусовых рецепторов не наблюдалось, однако в колбасу он вцепился с маниакальной преданностью. Судя по всему, мышь лишь раззадорила аппетит. Стоит найти ее тельце и упокоить с миром, пока дети не проснулись.

Умывшись и одевшись, я приступила к задуманному. Заодно решила разведать территорию поместья.

Три этажа, порядка десяти гостевых спален, четыре просторных зала общего пользования, в одном из которых я обнаружила рояль, огромная библиотека и крыло для слуг. Для столь богатых и влиятельных аристократов – так обозначила бабуля – даже скромно, но при том уютно и оформлено со вкусом.

Вот только мыши я нигде не обнаружила. Даже на кухню заглянула, заодно поздороваться с кухаркой и ее помощницами.

– Все, вы уже уезжаете? – по-своему поняла она мой утренний заход.

– Нет, – удивилась в ответ. – С чего бы?

Каюсь, о работе гувернанткой я никогда не мечтала. Вот только и выбора у меня не было.

– Думала, уже к вечеру эти маленький мерзавцы вас доконают. Вы ж юная совсем, – простодушно отозвалась кухарка по имени Пэм.

– Юная и крепкая, – уверила ее я. И захотела перевести тему. То, что детей слуги не любили и опасались, еще вчера бросилось в глаза. От этого отчего-то было неприятно. – Через сколько нам надо быть готовыми к завтраку?

– Завтрак мы подаем к восьми, мисс, – отозвалась одна из подопечных Пэм, молодая темноволосая девушка с открытым чистым взглядом. Она пока мне нравилось больше всех. Хелли, вроде.

А времени до завтрака оставалось всего ничего. Не стоит с первого же официального дня работы нарушать режим. В академии говорили, что режим – основа всех основ.

– Благодарю! – добродушно улыбнувшись, я решила идти будить детей к завтраку.

Сегодня будет тяжелый день.


***


А теперь настало время к подготовке плана мести. Месть должна быть яркой, хлесткой и… воспитательной. Я не ставила цели обидеть этих детей или задеть, я просто принимала их правила игры. Хотят шкодить? Я поддержу, но по-своему.

Насколько мне известно, с ними не задерживалась ни одна из нянь. Самый долгий срок – месяц. Я же попробую побить этот рекорд, в этом и заключалось мое пари с бабулей.

Перед тем, как сюда отправиться, у меня с ней состоялся жаркий спор. Я убеждала ее, что быть гувернанткой попросту не смогу, она напоминала о наследии семьи, о важности “нашей” работы. В конце беседы она все тем же сдержанным и холодным тоном предложила:

– Давай так, Аннета. Сможешь продержаться в три раза дольше, чем предыдущая гувернантка, будешь заниматься, чем хочешь. Хоть языками, хоть художествами своими, хоть некромантией.

– И сколько она продержалась? – с подозрением поинтересовалась я, понимая, что придется согласиться. Мои аргументы разбились о стену бабушкиной стойкости.

– Месяц.

– Мне надо продержаться всего три месяца? – я обомлела от неверия в собственное счастье.

– Зря ты полагаешь, что всего. Дети там и правда не простые.

Пожалуй, это может быть даже интересно. Куда интереснее, чем если бы меня отправили к детям, которым еще с пеленок вдолбили палку в спину, чтобы сидели ровно, а вместо сказок на ночь зачитывали расписание на следующий день. “Подъем в шесть, зарядка в шесть двадцать, завтрак в семь, занятия по фортепьяно …” – гувернантки с таким подходом у меня тоже были. Бабуля тестировала на мне все возможные подходы, которые могли бы применить ее подчиненные.

Знай врага своего в лицо – это я тоже четко уяснила, потому прокрутила в голове все факты, что я знала о близнецах.

Семья Дагмеров была одной из самых крепких и дружных семей во всей империи. Они редко обращались к услугам гувернанток, предпочитая им семейное воспитание и приходящих преподавателей по особым наукам, хотя могли себе позволить хоть с десяток высококвалифицированных нянь. Они вели успешное дело по огранке магических накопителей, которыми пользовались во всей империи.

Вот только идиллия разрушилась в один момент – пожар в родовом имении унес жизни большинства представителей семьи. В живых остался только Корин Дагмер – младший из сыновей – и двое его племянников.

О том пожаре писали во всех газетах, трубили на каждом углу, потому мне было известно, что произошло пять лет назад. Поговаривали даже, что сам Корин приложил руку к поджогу, чтобы заграбастать себе все наследство.

Сплетни. К ним я всегда относилась равнодушно.

Близнецам было по семь лет, когда не стало их родных и близких – слишком взрослый и осознанный возраст для того, чтобы что-то не понимать.

По отношению к Джинет и Астору я не испытывала жалости – уверена, с их тяжелейшей биографией, они испробовали ее ложкой с горкой, только и успевай проглатывать – нет, никакой жалости, им это лишь навредит, окунет в боль прошлого. К этим детям у меня были другие чувства… что-то близкое, родное. Кажется, я чувствовала себя так же, когда потеряла маму. Тогда мне все казались чужаками, а мир виделся враждебным и недружелюбным.

Несмотря на множество комнат в поместье и сравнительно взрослый возраст детей, спали они в одной комнате.

– Доброе утро! – громогласно поставила их перед фактом, заходя в их спальню.

Тут буйствовал хаос. Декоративные подушки с кроватей были раскиданы по полу, у одного окна возвышалась целая куча разных игрушек, которыми явно не пользовались, у второго – гора книг.

– Мисс Вильборг? – сонно раздалось с мужской части детской. Из тонны смятых одеял показалась взъерошенная русая голова Астора. Он сонно на меня заморгал.

– Доброе утро, – повторила я, подходя к окнам и отдергивая шторы.

Мне на порядок было чхать с высокой башни, но в академии убеждали, что чистота в личных комнатах идет сразу после режима, то бишь подоснова всех основ. Но куда больше меня волновало, что близнецов следовало расселить.

Мало того, что они разнополые, так еще и с противоположной магией. Это мне “повезло” сочетать в себе несочетаемое, у Астора же ярко выраженный талант к целительству, а у Джинет – к некромантии. Если их внутренние энергии будут путаться, с чарами могут возникнуть проблемы.

– А… Как вам спалось? – с подозрением уточнил Астор.

– Прекрасно. Спала как… сытая мышь, – весело отозвалась я, стараясь не представлять мелкую тварюшку. – Джинет, просыпайся.

– Обычно она пропускает завтрак, – тут же сообщил близнец.

Ага, значит, не любит ранние пробуждения.

– Как жаль. Ведь у меня для нее настоящий сюрприз, – с наигранной жалостью протянула я, подходя к кипе подушек и одеял, под которой спряталась девочка. – Милая, просыпайся. Сегодня будет увлекательный день.

Отправив Астора умываться, я продолжила ласковые уговоры. С возрастом я стала той самой шибанутой птицей, которая просыпается рано и засыпает поздно, но в детстве тоже любила спать подольше. Как меня только не будили… И уговорами, и водой, и ультиматумами. Но по-особенному запомнилась та няня, что просто села рядом, ласково гладила меня по спине, приговаривая, что солнышку пора вставать.

Отчаявшись дозваться, я так и поступила.


***


Глава семейства – Корин Дагмер – сидел во главе стола. Джинет и Астор расположились рядом, по левую руку. Я же была удостоена чести усесться по правую руку от хозяина дома.

За столом царила тишина, прерываемая только позвякиванием приборов по тарелкам. Близнецы украдкой переглядывались, будто бы общаясь ментально. Внешность ангельская – русые волнистые волосы, чистые голубые глаза, легкий румянец на щеках – но теперь меня этим обликом не обмануть!

Очередная сушеная клубника в чае, слабительное в каше и обмазанный клеем стул – эти подставы я обошла играючи. Мысленно отметила, что успеть все это за столь короткий срок – талант!

– Какое у детей расписание на сегодня? – первым прервал густую тишину Корин Дагмер.

– Думаю, сегодня мы познакомимся поближе. Джинет и Астор покажут мне поместье и расскажут, что изучали с моими предшественницами, – ответила я. – К тому же, у меня есть небольшой подарок для Джинет.

– Вы про тот подарок? – подогревая детский интерес, поинтересовался лорд Дагмер. Близнецы оживились.

– Уверена, Астору тоже будет любопытно, – произнесла в ответ.

Надеюсь Котофф не покажется раньше времени.

Лет в пять я просила бабулю завести домашнее животное. Она ссылалась на грязь и шерсть, на то, что я даже о себе позаботиться не могу, не то, что о живности. Тогда и проявилась моя некромантская магия, у нас появился Карзи. Попугай-скелет. Вот только несмотря на то, что подняла его я, он стал любимцем моей неприступной бабули.

– Может, у вас есть какие-то пожелания? – спросила у детей.

– У нас?

– Да. Какие у вас интересы? Может, вы хотели бы уделить время изучению языков, живописи или игре на рояле?

– Мы сами можем выбирать? – нахмурился Астор.

– Конечно. Рассмотрим все пожелания. Можете задавать вопросы.

– Мы можем задавать любые вопросы? – настороженно уточнила Джинет.

– Конечно, – не подумав, брякнула я.

Это и стало моей очередной ошибкой.

– Мне интересно, откуда берутся дети, – тут же сообщила Джинет.

И судя по невинному взгляду, которым она обменялась с братом, ответ близнецы знали. Как минимум, в общих чертах.

Лорд Дагмер кашлянул, но сумел справиться с эмоциями. Перевел осторожный взгляд на меня, полностью перекладывая ответственность. Смотрел при этом настолько напряженно, словно ответ на вопрос требовался и ему.

Мне же оставалось только взять себя в руки и старательно подбирать слова.

– Дети появляются, когда мужчина и женщина сильно любят друг друга и очень хотят ребенка, – ответила в общих чертах, сама тем временем вспоминая, в каком возрасте уже должно переходить к изучению анатомии.

Кажется, в академии рассказывали что-то про семечко, посаженное в живот женщины… Бредятину, в общем. У-у-у, к такому жизнь меня не готовила! Ну не создана я для того, чтобы быть гувернанткой!

– Пэм говорила, что любовь происходит за закрытыми дверями. Это так?

Кухарка довольно деликатно обошла тему, но увы, лишь подогрела интерес к тому, что же там за закрытыми дверями происходит.

– Да, – осторожно ответила я в ожидании новой подставы.

– Тогда у мисс Жиль и дяди тоже будут дети?

Лорд Дагмер постучал пальцами по столешнице, отставляя чай подальше.

– Мисс Вильборг сказала, что для того, чтобы появились дети, мужчина и женщина должны обязательно любить друг-друга. Мы с мисс Жиль добрые друзья, так что никаких детей не получится, – спокойно ответил он. Что-то мне подсказывает, что вопросы детей лорд Дагмер принимает за чистую монету. Из плюсов: держит себя в руках и не подает виду, что смущен.

– Но вы ведь запирались в вашей спальне, когда она приходила в гости, – продолжила Джинет. – Значит, у вас там была любовь!

Судя по всему, в паре с братом именно она заводила. Астор лишь с интересом слушал, жуя оладьи.

– Может, ваш дядя просто просил мисс Жиль завязать галстук, – предположила я, стараясь свернуть тему. Надо спасать мужика. – Астор, а ты умеешь завязывать галстук?

– Так долго? – не унималась Джинет.

– Играли в шахматы? – предположила я. – Кстати, вас учили играть в шахматы? Я в детстве весьма неплохо играла. Астор, не составишь мне компанию в игре после обеда?

Если и перетягивать кого-то из детей на свою сторону, начинать стоит с Астора. Если чуть вывести мальчишку из-под влияния сестры, количество их пакостей может сократиться.

– Но я не умею в шахматы, – с сомнением протянул Астор, бросая осторожный взгляд на сестру.

– Я вас научу, – радостно сообщила я, упорно уводя тему дальше от постельных утех лорда. – А после завтрака предлагаю уделить время игре на рояле.


***


Уж не знаю, чем занимались предыдущие гувернантки, но в образовании детей находилось все больше пробелов. Первым делом юных аристократов сажают за рояль, а потом уже учат ходить и говорить, потому полное отсутствие навыка игры удивляло.

Ни Астора, ни Джинет это не смущало, они самозабвенно долбили по клавишам. Особенно им понравилась песенка про поросят, которая в свое время помогла мне освоить ноты.

– Три веселых поросенка, – фальшивя подпевал Астор.

– Жили дружно на поляне, – еще более истошно вторила ему сестра.

Я настежь распахнула двери на веранду, впуская в помещение свежий воздух. Боги, хоть на двадцать пятом году жизни одарите меня терпением…

Глубоко вдохнув легкий цветочный аромат, я повернулась к близнецам и предложила прогуляться.

– Мисс Вильборг, вы же говорили, что мы можем выбирать, мы хотим еще поиграть!

На моих нервах и слухе.

– Может, я покажу вам новую композицию?

– Но мы еще не освоили эту.

Три месяца… Мне надо продержаться всего три месяца. С этой мыслью я и вернулась к близнецам, чтобы помочь им верно ставить руки, подсказывать верные клавиши и темп.

Прошло не меньше получаса, как в открытую дверь – не одной же мне страдать! – влетел Котофф. До меня не сразу дошло, за кем он гонится, но когда я осознала… С ужасом влетела на софу.

– Шуршу-у-унчик! – воскликнул Астор, вскакивая с банкетки.

Крохотным краешком сознания, которое еще не погрязло в ужасе, я отметила, что вид скелета кошки мальчишку ничуть не напугал. Он самозабвенно влез в гонку естественного отбора как высший хищник.

– Не трогай Шуршунчика! – с угрожающими нотками рявнкул мальчишка, погнавшись за Котоффом.

Джинет, никак не комментируя ситуацию, погналась вслед за братом. Цепочка мышь-кот-мальчишка-девчонка суетливо бегали вокруг моего островка спокойствия из софы, пока я соображала что делать. Соображать старалась быстро, помня, что мыши умеют прыгать. Или не умеют?

В любом случае, делить софу с грызуном я категорически не намерена.

Тем временем мышь юркнул под рояль, кот ломанулся за ней наперерез, и Шуршунчик тут же изменил свою траекторию, оббежав ножку. Хитрый мышь хотел взять кота в ловушку и столкнуть с массивным препятствием, но Котофф, будучи наполовину аристократом, прекрасно владел роялем. Он грациозно подпрыгнул и в прыжке оттолкнулся от ножки инструмента, разворачиваясь за мышью на все сто восемьдесят.

– Всем стоять! – заорала я, с ужасом наблюдая, как рояль, стоящий на ножках с колесиками начинает свое движение. Если такая монструозина хоть кого-то заденет…

Замерли и кот, и мышь, и дети. Вот только на рояль моя команда не сработала, он уже докатился по дверного проема на веранду. Время замедлило свой ход, и мы “насладились” монструозным скатыванием рояля по низким ступеням, прямиком во двор.

Все же хорошо, что я решила проветрить… Не хотелось бы собирать осколки.

Секунда, другая, третья, и грохот известил нас о том, что он добрался до своей цели и почил в безмятежном саду. Не самая худшая кончина, если учесть, что парой минут ранее его откровенно мучили в четыре детских руки.

Астор ловко подхватил Шуршунчика и спрятал в ладонях, Котофф перевел вопросительный взгляд пустых глазниц на меня, ожидая новую команду. Я спешно послала импульс сохранять кошачье спокойствие и оставить мышь в покое. Не хватало только стычки с Астором из-за его питомца.

Именно в этот момент в комнату вошел лорд Дагмер. Он удивленно осмотрел помещение и не менее удивленно поинтересовался:

– А где рояль?

– В кустах, – непринужденно ответила я.

– Джинет? Астор? – сурово сведя густые темные брови, лорд обратился к племянникам.

– Мы тут вообще не при чем! – хором ответили дети.

– Боюсь, это моя вина, – призналась я, подметив, что дядя явно не поверил племянникам.

– Зайдите ко мне после обеда, – сухо попросил Корин Дагмер.

После обеда я на ватных ногах отправилась в уже знакомый кабинет. Вот только выволочки не случилось. После того, как я в подробностях описала ситуацию, он лишь спокойно сообщил, что вызовет мастера и попробует спасти рояль.

– Что планируете делать с мышью? – после поинтересовался он.

– Увы, у нее появилось имя, – страдальчески ответила я.

– То есть?

– Астор дал ей имя, теперь это его питомец. Это не просто какая-то мышь, это любимая мышь. Так что справиться с ней традиционными методами не выйдет.

– Боюсь спросить, что осталось из нетрадиционных, – в глазах лорда Дагмера вдруг проявились смешинки.

– Из нетрадиционных… Самое время попытаться побороть свой страх, – протянула я все так же упаднически.

– Желаю успехов в этом непростом деле. Мисс Вильборг, завтра к нам приедут гости. Мистер Ивес, мой первый помощник, и мисс Жиль. Они останутся на несколько дней.

– Хорошо, – приняла к сведению. – Лорд Дагмер, мне стоит о чем-то знать заранее?

– Я не состою в сексуальных отношениях с мисс Жиль, если вы об этом, – непринужденно сообщил лорд. – Ошибки прошлого, которые мы оба признали и остались добрыми друзьями.

Я вспыхнула.

– Нет-нет, ваша личная жизнь исключительно ваша! Я о детях. Быть может, у них какое-то особое отношение к вашим гостям и на что-то стоит обратить пристальное внимание?

– Мне кажется, у них особое отношение абсолютно ко всем людям. Так что пристальное внимание ваше главное оружие. За завтраком вы прекрасно справились.


***


Перед тем, как вернуться к детям, я направилась в сарай. По пути размышляла, стоит ли заранее предупреждать детей о визите гостей. С одной стороны, у них будет больше времени для подготовки шалостей, с другой – у меня будет больше времени, чтобы обезвредить все расставленные близнецами ловушки.

За завтраком я отметила наличие перепелиных яиц. Ближайший городок располагался в нескольких часах езды, а потому я рассудила, что при поместье есть хозяйство. Если есть яйца, то есть вероятность, что будут перепелки, а если есть перепелки, то где-то могла заваляться клетка.

Ее я и обнаружила в одном из углов просторного сарая, предназначенного для хознужд.

Ощущая себя победителем, направилась в детскую. И уже у двери подслушала занимательный диалог:

– Это чудище как-то странно косится на Шуршунчика!

– Сам ты чудище! Ты посмотри, какой он красивый! Я попрошу дядю заказать в городе стразы, и у мистера Котоффа будет самая красивая мордочка.

Главное, чтобы стразы не сияли в темноте, а то даже самые крепкие и стойкие не выдержат. Хорошо, что кот привязан ко мне и слушается команды, даже представить страшно, какую помощь Скотофф оказывал бы в проделках близнецов.