Дж. Уайлдер
Правила игры

J. Wilder

RULES OF THE GAME

Copyright © 2023 by J. Wilder

© Никулина Н., перевод на русский язык, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Мои читатели. Спасибо вам миллион раз. Вы изменили мою жизнь, и я не могу выразить словами, как сильно ценю вас.

Участники моей группы в социальных сетях. Спасибо вам за то, что прошли со мной этот творческий путь. Было так весело создавать это сообщество вместе с вами.

Примечание автора

Я надеюсь, вы любите Лукаса так же сильно, как и я!

XO-XO-XO-XO

Тропы:

• «Лучший друг брата»

• «Тайный друг по переписке»

• «Ревность»

• «Тоска друг по другу»

• «Испытываешь страдания, после которых наступает радость»

Триггеры:

• Смерть близкого человека

• Описания утраты и горя

Плейлист

Прослушайте полный плейлист здесь.

I Think I’m In Love – Kat Dahlia

That Part – Lauren Spencer Smith

Always Been You – Jessie Murph

Say You Won’t Let Go – James Arthur

Just The Way You Are – Bruno Mars

Rewrite The Stars – Maddi Jane

Night Drive – Henry

Lose You To Love Me – Selena Gomez

Happier – Marshmellow, Bastille

Drivers License – Olivia Rodrigo

When We Were Young – Adele

Hate U Love U – Olivia O’Brien

If The World Was Ending – JP Saxe, Julia Michaels

All Too Well (10 min) – Taylor Swift

Say Something – A Great Big World, Christina Aguilera

You Broke Me First – Tate McRae

Demons – Boyce Avenue, Jennel Garcia

Figure You Out – Voila

Boyfriend – Dove Cameron

Too Good At Goodbyes – Sam Smith

Mercy – Shawn Mendes

Perfect – Ed Sheeran

Can I Be Him – James Arthur

Thinking Out Loud – Ed Sheeran

Пролог
Пайпер

7 лет

Мы здесь всего один день, а Маркус уже нашел себе друга. Он подружился с Джексом, нашим новым соседом, и играл с ним в хоккей на дороге, пока я торчала дома. Мне нравился спорт – футбол я просто обожала, но хоккей терпеть не могла совершенно.

Я бродила кругами по дому и, минуя кухонный островок, каждый раз оказывалась в гостиной, где мама распаковывала на полу коробки, а затем их убирала. Все говорили, что я похожа на нее – светловолосая, с голубыми глазами, но теперь, когда мне пришлось остричь большую часть волос, я считала, что больше похожа на своего брата.

Когда я в пятый раз обошла весь дом, мама возмутилась и посмотрела на меня.

– Почему бы тебе не сходить к папе в гараж? Спорим, что он уже достал твой велосипед.

– Правда?

Я не могла скрыть волнения. Мама не отходила от меня ни на шаг с момента пожара, но, по-видимому, все, что от меня требовалось, – это покружиться вокруг нее миллион раз, чтобы надоесть ей.

Папа был в гараже, также разбирая коробки. Заметив меня, он улыбнулся.

– Привет, милая. Что собралась делать?

– Мама сказала, что я могу покататься на велосипеде.

Он нахмурил густые темные брови и наморщил лоб, выпрямившись во весь рост.

– Ты уверена, что мне не нужно позвать твоего брата?

При мысли о том, что отец заставит Маркуса вернуться домой только для того, чтобы развлечь меня, у меня заболел живот.

– Уверена.

– Хорошо.

Он помог мне надеть шлем и придержал велосипед, пока я не села на него. Несмотря на то что я научилась кататься несколько лет назад, я все еще не могла поймать равновесие. Папа похлопал меня по шлему.

– Будь недалеко от дома, хорошо?

– Хорошо, пап.

Я широко улыбнулась ему и сделала первое движение, направляя велосипед вперед. Он закачался, и я крепче сжала руль, начав крутить педали, чтобы он перестал вилять.

Я проехала по тротуару вниз по нашей улице и завернула за угол. У каждого дома была ярко-зеленая лужайка, а рядом с крыльцом были высажены цветы всех моих любимых оттенков. Куст, который, должно быть, был одного роста со мной, начал раскачиваться, и с его ветвей посыпались листья. Мой желудок сжался, когда я подъехала ближе.

Мальчик моего возраста с широкой улыбкой на лице вдруг показался из листьев. Его темные волосы были растрепаны по бокам, и даже с такого расстояния я могла видеть, что его теплая смуглая кожа усыпана веснушками. Я никогда раньше не считала мальчиков симпатичными, но другие слова совершенно не приходили на ум.

Отвлекшись, я не заметила ямку на дороге, и мой велосипед резко затормозил, а я с криком перелетела через руль. Все произошло слишком быстро, поэтому у меня не получилось выставить руки вперед, и я, проехавшись лицом по тротуару, почувствовала жжение. Слезы потекли по моим щекам, вызванные болью, от которой содрогнулось все тело.

– Ты в порядке? – Маленькие ручки коснулись моего плеча, поднимая меня, и я прижалась к теплому телу. Мальчик осторожно погладил меня по щеке и посмотрел широко раскрытыми глазами, говоря, что со мной все будет нормально. Я икнула, и он рассмеялся, не отрывая от меня глаз.

– Все хорошо, не бойся.

Я не могла отвести взгляд от его светло-карих глаз с золотой каемкой.

– Мне было больно.

– Я верю. Эй, я и не знал, что по соседству живет такая смелая девочка. Ты бы видела, сколько воздуха ты набрала, прежде чем упасть. Это было невероятно.

Он одарил меня глупой улыбкой, и я медленно перевела дыхание.

– Я Лукас. Ты местная?

– Я только недавно переехала. – Я повернула голову и показала на дом позади себя. – Вот туда.

Он рассмеялся.

– Это мой дом.

Мои щеки вспыхнули, и я отвела взгляд.

– Нет, я имею в виду тот, что с другой стороны.

Он посмотрел на свой дом, а затем снова на меня с широкой улыбкой.

– Хочешь быть друзьями, Убивашка?

– Да.

– Малявка, что с тобой случилось?

Маркус бросил свой велосипед и подбежал к нам, а его друг Джекс последовал за ним.

– Ты в порядке?

Я кивнула и, оттолкнувшись от земли, встала, не обращая внимания на жжение от царапин на коленях и руках.

– Да, я упала, но сейчас все в порядке.

– Мама искала тебя. Она хочет, чтобы ты вернулась домой. – Маркус наклонил голову, оглядывая меня. – Тебе лучше поторопиться, иначе она будет злиться.

Лукас придержал для меня велосипед. В животе словно запорхали бабочки, когда я забрала его у него. У меня появился новый друг.

– Хочешь зайти к нам?

– Мама запрет тебя дома, малявка, поэтому он не станет этого делать.

Я уставилась на Лукаса, надеясь, что он пойдет со мной. Мы только что решили быть друзьями, но бабочки исчезли, когда его внимание переключилось на моего брата, который жестом позвал его с собой.

– Я Маркус. Хочешь поиграть с нами в хоккей?

Лукас сразу же отвернулся от меня.

– Но я не умею.

– Мы тебе покажем, – добавил Джекс.

Лукас пожал плечами и мягко улыбнулся мне.

– Поиграем с тобой позже.

Я фыркнула и отправилась домой – за один день у меня получилось потерять своего первого друга.

Глава 1
Пайпер

Год назад Лето перед колледжем

– Мне светлого пива, а ей бокал пино нуар, – сказал Джейден официанту.

Я, слегка улыбнувшись, поблагодарила мужчину, прежде чем он отошел, чтобы принести нам напитки.

Мы с Джейденом встречались уже месяц, и я была рада, когда он пригласил меня в ресторан, в который невозможно было попасть даже в будние дни. Стены в «Неро» были украшены фресками с изображением итальянской сельской местности, а в воздухе висел запах чеснока.

Джейден наклонился ко мне через стол.

– Я соскучился по тебе за эти дни.

Волна мурашек прокатилась по моей спине. Я прикусила нижнюю губу, ощущая, как по щекам разливается тепло. У меня не было уверенности в своих чувствах, но мне нравилось быть желанной.

На следующий день после того, как мы переспали, ему пришлось уехать по работе, но все это время он не переставал звонить мне. Сейчас же он внимательно смотрел на меня, слегка прищурившись, отчего у меня пересохло во рту.

– Вот, пожалуйста, мисс. – Официант поставил передо мной бокал, избавив меня от необходимости отвечать.

– Спасибо.

Я снова едва заметно улыбнулась и едва удержалась, чтобы не схватить бокал и сделать большой глоток. Джейден заказал мне пасту «Альфредо», и я на всякий случай полезла в сумку за таблетками лактазы[1].

Как только официант ушел, мужчина наклонился ближе и провел пальцами по моему запястью, прежде чем переплести их с моими.

– Итак, красотка, ты придешь сегодня вечером?

Я отдернула руку, чуть не опрокинув свой бокал, и неловко улыбнулась, пока он ждал ответа. Не то чтобы я не хотела приходить: в прошлый раз все было хорошо, но что-то все равно смущало меня. Его пристальный взгляд задержался на моих губах, и я с трудом сглотнула, чувствуя, что обязана ответить.

– Да, конечно.

– Ты такая симпатичная, когда краснеешь.

Он провел языком по своим верхним зубам и ухмыльнулся мне.

Я почувствовала, как мои щеки запылали сильнее, и вспомнила нашу с ним последнюю встречу.

– Джейден! Что ты здесь делаешь?

Я оторвала взгляд от тарелки с хлебом, когда к нашему столику подошла сногсшибательная брюнетка, смотря своими ясными зелеными глазами на меня сверху вниз. Она и Джейден выглядели так, словно были созданы друг для друга: ее белое платье с завязками и простые туфли идеально сочетались с его рубашкой с открытым воротом.

Взгляд мужчины быстро метнулся в мою сторону, а затем обратно к ней, и к его лицу медленно стала подступать краска. В моем животе возникло неприятное чувство, когда девушка положила руку ему на плечо и провела накрашенными красными ногтями по его песочно-светлым волосам.

– Я думала, ты вернешься только в воскресенье, – шикнула она ему.

Паника исказила его красивые черты лица так же быстро, как и холодный озноб охватил все мое тело, пройдя через сердце, вниз по рукам и до самых кончиков пальцев. Я крепче сжала бокал с вином. Это было ошибкой, верно? Я так и подумала. Джейден был моим… ну, может быть, мы и не обсуждали, кем мы были друг для друга, но это определенно было чем-то большим, чем обычные друзья.

У нас ведь даже был секс на прошлой неделе.

Ладно, что-то вроде секса – он определенно кончил тогда.

Я нервничала и находилась в полной растерянности, отчего у меня в голове все перепуталось. Черт, еще и его симпатичная девушка смотрела прямо на меня, как будто ждала увидеть на моем лице ответы на все ее вопросы.

Прости, подруга. Я так же ничего не понимаю, как и ты.

Я взглянула на Джейдена, с любопытством ожидая его ответа. Когда я увидела его виноватое выражение лица, мое опустошение быстро сменилось гневом, а затем переросло в разочарование. Я стала холодна и неприступна, словно Снежная королева. Когда он собрался раскрыть свой рот, из которого бы вырвалась какая-то глупость, я резко поняла, что мне наплевать на все его оправдания. Все было кончено, и никак иначе. Теперь я просто хотела уйти отсюда.

Я сохраняла спокойствие, в то время как он все больше начинал паниковать. Мне казалось, будто я отделилась от своего тела, наблюдая со стороны за происходящим и с нетерпением ожидая момента, когда он попытается выпутаться из этой ситуации. Если рассуждать логически, то я должна была ощущать гнев, разочарование или, может быть, пустоту внутри после того, как узнала, что у парня, с которым встречалась, явно была другая девушка. Но Джейден продолжал молчать, и то, как он по-идиотски впал в ступор, лишь смешило меня.

Взгляд его подружки метался между ним и мной, словно наблюдая за шариком для пинг-понга, пока наконец не остановился на нем. Мужчина просто сидел, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба.

Мои пальцы сжимались и разжимались, а зубы скрежетали, пока я закатывала глаза от его неспособности связать два слова.

– Не могу поверить, что когда-то считала тебя порядочным парнем.

Я отодвинулась от стола, и ножки стула заскрипели, привлекая внимание всего ресторана. Мои щеки вспыхнули от пристальных взглядов посетителей, и мне захотелось сбежать отсюда. Глаза его девушки покраснели и затуманились, и все комичное, что было в этой ситуации, исчезло. Я сразу же почувствовала укол вины в груди.

– Я не знала, – сказала я, надеясь, что она разглядит искренность на моем лице.

Слеза скатилась по ее щеке, и она спросила:

– Как давно вы вместе?

Разъяснений не требовалось: этот придурок явно водил ее за нос.

– Месяц, – твердо ответила я, а затем встала, положив обе ладони на стол, и наклонилась над Джейденом. Не отводя от него глаз, я взяла свое вино, взболтала темно-красную жидкость в бокале, а потом спросила:

– Ты встречался с нами обеими, Джейден?

Он ухмыльнулся, его взгляд метался от меня к его второй девушке.

– Я думаю, вас обеих просто было недостаточно, чтобы удовлетворить мои потребности.

– Неправильный ответ.

Злость разлилась по моим венам, и в голову пришла восхитительная идея. Я подняла бокал и вылила содержимое на его идеально уложенные волосы.

Джейден выпрямился, но вместо того, чтобы посмотреть на меня, он взглянул на девушку, стоявшую справа.

– Эй, ты же знаешь, что мне жаль, верно?

Это не должно было волновать меня. Я все равно не хотела, чтобы он вернулся ко мне, но почему-то то, что он выбрал ее у меня на глазах, заставило мое сердце покрыться трещинами.

Девушка придвинулась ближе, и я развернулась на каблуках, хватая свою сумку со стула, прежде чем заметила, как ее забавляет его чушь. Я надеялась, что она быстро все осознала, потому что этот парень никак не мог измениться. Я задержала дыхание, стараясь взять себя в руки, и поспешила выйти из ресторана. Мое тело ныло от желания сбежать, подпитываемое чувством смущения, но я не сбавляла шага и высоко держала голову.

Мне хотелось верить, что Джейден беспокоился о моем состоянии. Хотелось, чтобы он знал, как мне на все плевать. Но для начала мне нужно было убраться подальше.

Сделав еще несколько шагов, я вышла из ресторана на теплый летний воздух. Даже ночью из-за влажности моя одежда прилипала к коже, а локоны, которые я старательно укладывала, стали пушиться. Дорога подсвечивалась уличными фонарями, а проезжающие мимо меня машины сильно гудели.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, не обращая внимания на легкую дрожь. Мне просто нужно было попасть домой раньше Маркуса и остальных ребят: я сказала всем, что иду к Шане, потому что планировала остаться дома у Джейдена. И если бы меня сейчас заметили, у них возникли бы вопросы.

Слава богу, ребята не знали о Джейдене, иначе они бы никогда не оставили меня в покое. Я уже слышала голос Маркуса в своей голове, говорящий мне, что он меня предупреждал. Хотя брат был всего на одиннадцать месяцев старше меня, он относился ко мне так, словно Бог создал его, чтобы оберегать меня. Маме удалось договориться, чтобы меня приняли в школу на год раньше, так что мы даже учились в одном классе. Он не должен был обращаться со мной как с маленьким ребенком, но это не мешало ему без конца твердить о том, какие все парни придурки и что меня нужно защищать от них. Я подавила возмущенный вздох, сложно было представить, сколько раз он скажет: «Я же тебе говорил».

Не то чтобы я не знала, что парни могут быть придурками, но нечего быть чертовыми сексистами, думая, что я не справлюсь с ними. Догадываетесь почему? Девушки тоже умеют быть злыми.

Проклиная себя за то, что не приехала на машине, я побрела по тротуару к своему дому, находившемуся всего в нескольких километрах отсюда. Мне оставалось пройти еще два квартала, а после нужно было свернуть направо, на извилистую мощеную дорожку.

Справа от меня шевельнулась чья-то тень, вырывая меня из моих мыслей и заставляя мурашки пробежать по моей спине. Я напрягла глаза, вглядываясь в темноту между двумя зданиями ресторанов, но уличный фонарь освещал только первые несколько метров.

На мгновение я застыла на месте, прислушиваясь к звуку собственного дыхания, эхом отдававшемуся в моих ушах. Через минуту енот высунул голову из-под мусора, и мои плечи слегка расслабились.

Трезво рассуждая, я понимала, что это та же самая улица, по которой я бегала каждое утро, и вероятность того, что что-то пойдет не так, близилась к нулю. Но годы нравоучений о том, что нельзя гулять ночью одной, давали о себе знать, и от этих мыслей меня охватила дрожь. Я набрала Шане, надеясь, что она поговорит со мной по дороге домой, но сразу же услышала автоответчик. Ничего удивительного. Пусть хотя бы ее вечер пройдет лучше моего.

Мои пальцы крепче сжали телефон, и я стала взвешивать все варианты. Я не могла позвонить Маркусу, даже не хотела думать о том, как пройдет этот разговор. Но я не могла перестать чувствовать мурашки на своем теле от того, что я была здесь совершенно одна. Было даже не так уж поздно, около девяти вечера, но как только я прошла район с ресторанами, не проехало ни одной машины, а большинство магазинов были закрыты. Мной овладела паника, и я раздраженно выдохнула, разблокировав свой телефон.

Был еще один вариант, но было трудно оценить, будет это лучше или хуже разговора с моим братом. С одной стороны, он был бы рад отчитать меня, но, с другой стороны, я знала, что он не скажет мне ни слова. Так что у меня был выбор: продолжить психовать или позвонить лучшему другу моего брата и послушать нравоучительную лекцию.

Я глубоко вздохнула и набрала номер Лукаса.

Глава 2
Лукас

Я вернулся домой из спортзала, а дверь моего гаража была распахнута настежь, пока из колонок лилась песня Уитуса Teenage Dirtbag. Джекс, должно быть, взял на себя полномочия диджея – он всегда любил музыку девяностых. Когда я оказался в гараже, то увидел, как он развалился на диване, вытянув ноги, как будто это место принадлежало ему, и смотрел что-то в своем телефоне.

Маркус заметил меня первым. Его светлые волосы упали на глаза, когда он подобрал шайбу и без особых усилий попал в мишень, прикрепленную к верхней части сетки.

– Эй, приятель, где ты пропадал? Я успел надрать Джексу задницу, пока целый час отрабатывал наши броски.

Он развернулся и отвесил нам поклон. Маркус был одновременно сильным и безумным. Я не сомневался, что именно поэтому он был так хорош на льду.

– Отвали, чувак, – запротестовал Джекс, даже не оторвав взгляд от телефона. Я улыбнулся, увидев, как они препираются, словно сто лет были уже в браке.

Много лет назад мой отец оборудовал в гараже крытую тренировочную площадку. Пол был покрыт специальным белым пластиком, имитирующим поверхность льда, а стены были защищены толстыми фанерными панелями, что позволяло нам забрасывать шайбу, не беспокоясь об ущербе. В центре помещения находилась стандартная сетка, где сейчас Маркус сбивал мишени одну за другой.

– Что-нибудь слышно от Саманты? – спросил Маркус, не отвлекаясь от тренировки.

Саманта была обычной приставучей фанаткой, которая не давала мне прохода последние два месяца. Жаль, что меня она абсолютно не интересовала. Девушка, бесспорно, была горячей, но она переспала почти со всеми в команде, в том числе с Джексом и Маркусом. И я не собирался подбирать объедки за этими парнями, и они, черт возьми, знали это и подкалывали меня при любой возможности.

Джекс придвинулся ближе, смена темы привлекла его внимание, а его губы растянулись в злой усмешке.

– Черт, чувак, ты упускаешь главное. Она потрясающе делает минет.

Маркус непринужденно рассмеялся, поставив свою клюшку на пол.

– Как же я забыл? У нее свой подход – называется «обхвати и облизывай».

Джекс застонал и откинул голову назад.

Я подавил смех.

– Да пошли вы, ребята.

Джекс подмигнул мне.

– Да ладно, чувак. Уже нельзя посплетничать с друзьями? Плюс с каких это пор ты стал таким привередливым?

Я не хотел отвечать на вопрос, потому что знал, к чему это приведет. Они бы стали спрашивать, каково это – жить год без секса. Я не лгал, но позволял им верить в то, во что они хотели. Правда же заключалась в том, что меня перестали интересовать девушки после того, как я увидел на заднем дворе Пайпер в розовом бикини – оно едва прикрывало ее ягодицы. В тот момент мне пришлось скрыть свое возбуждение, прежде чем Маркус убил бы меня за то, как я на нее смотрел.

Следующие две недели я провел, фантазируя о ней, представляя себе, как туго натянулся верх ее бикини и соскользнул в сторону, обнажив нежно-розовый край ее соска. Это воспоминание навсегда запечатлелось у меня в памяти.

Маркус хлопнул в ладоши, и на его лице появилась озорная улыбка.

– Мы должны выйти на охоту.

– Да пошло это все, – запротестовал я, рухнув на диван, и попытался принять расслабленный вид, хотя ощущал я себя совсем иначе. Я бы не смог сдержать это в тайне, если бы они продолжали докапываться до меня.

Джекс буквально подавился от смеха и обнял меня за плечи.

– Ты прикалываешься? Ты выиграл два матча подряд. Так что перестань сливаться.

Я не мог спорить с ним, не выдав при этом себя. Мы устраивали эту игру с десятого класса, после того как Маркусу впервые помастурбировали. Теперь это стало своего рода летней традицией, которая с каждым годом набирала обороты, грозясь рано или поздно окончательно выйти из-под контроля. Но я не мог им этого сказать. Они слишком сильно хотели секса.

– Как скажешь, чувак, – пробормотал я.

Маркус вгляделся в мое лицо и слегка склонил голову набок. Он знал меня слишком хорошо.

– Решено. Нам нужны новые правила. Это становится слишком просто. – Он пересек комнату и подошел к огромной белой доске, записав наши имена в столбик. – За каждую девчонку, которую вы подцепите, вы получите балл. Тот, у кого будет больше всего очков к концу июля, победит.

Джекс сделал большой глоток «Гаторейд»[2] из своей белой спортивной бутылки. Его футболка прилипла к коже, а кончики взъерошенных волос были влажными от пота после бесчисленных тренировочных бросков.

– Новое правило. Считаются только перепихоны. Никакого второго раза. Не имеет значения, сколько раз вы переспите. Одна девушка дает ровно один балл, придурки.

Я вздохнул и провел ладонями по лицу.

– Отлично. Что-нибудь еще, пока я не надрал вам задницы?

Я старался говорить как можно увереннее, хотя и знал, что уже проиграл.

– Да, никаких ночевок, – добавил Джекс, и Маркус расхохотался. Это было неудивительно. Маркус славился своими тайными вечеринками с ночевкой, но у Джекса был пунктик насчет того, чтобы девушки сами хотели остаться на ночь. Но их это не волновало. Никогда.

– Что, если мне нравится обниматься? – ответил Маркус, но я знал, что он не возражал по поводу этого правила. После объятий девушки всегда становились прилипчивыми, и для всех это было только на руку.

Лицо Маркуса резко стало серьезным.

– Последнее правило. Держитесь, черт возьми, подальше от моей младшей сестры.

– Я бы хотел посмотреть на твое выражение лица, но никто из нас не поглядывает на твою сестру. Так что расслабься, друг, – ухмыльнулся Джекс.

Я кивнул, когда взгляд Маркуса переместился на меня.

– Ставки те же. Победитель всегда сидит со мной на переднем сиденье. Проигравшие покупают выпивку до конца года.

Следующий час мы по очереди отрабатывали финты, пока я не взмок от пота. Я снял футболку, но это не помогало спастись от летней жары. У меня особенно хорошо получался «Мичиганский гол», когда нужно было подбросить шайбу на плоский край клюшки и попасть в сетку через плечо вратаря. Поскольку это выполнялось с задней стороны сетки, у вратаря не было шансов провести блокирующий удар.

Я отпил из своей бутылки, прижав губы к горлышку, и стал следить, как ребята отрабатывают броски. Они оба были нападающими, и их навыки были убийственно крутыми. Как защитник, я больше разбирался в приемах позиционирования и схемах игры. Однако это не помешало мне прийти к ним и уделать их.

Мой телефон зазвонил, и на экране высветилось имя Пайпер. Почему она мне звонила? Я взглянул на Маркуса и направился к двери, ведущей в дом.

– Я скоро вернусь. Надо сбегать за молоком для мамы.

Парни мне не ответили, слишком увлекшись соревнованием.

Закрыв за собой дверь, я ответил на звонок от сестры Маркуса.

– Убивашка?

Глава 3
Пайпер

– Убивашка?

Я услышала голос Лукаса, и все эмоции, которые я сдерживала в себе, резко вырвались наружу. Тихий, полный боли звук невольно сорвался с моих губ, прежде чем я смогла подавить его. Получается, что мне было не все равно, просто я умела правильно расставлять приоритеты. Я моргнула сквозь жгучие слезы, не разрешая себе плакать из-за этого человека.

– Пайпер? Ты в порядке?

Даже сквозь помехи я смогла расслышать панику в его голосе.

Я хотела сказать что-нибудь смешное. Что-нибудь, о чем мы бы поговорили по пути, но при этом без намека, что я расстроена.

– О, да брось, разве я не могу позвонить тебе, просто чтобы узнать, как дела?

– Не лги мне. Где ты?

Я с трудом сглотнула, беспокойство в его голосе только больше расстроило меня, оголив мои слабости после случившегося.

– Мы можем не говорить об этом?

На другом конце провода повисла долгая пауза, прежде чем он ответил.

– Конечно, Убивашка. Только скажи мне, где ты.

– Я подхожу к Кэмбер-стрит. Просто поговори со мной, пока я не доберусь дотуда, хорошо?

– Откуда идешь домой?

Его голос прозвучал резко, и я поняла, что он не поверит мне, если я совру, что была у Шаны.

Я выдохнула, готовясь выслушивать его упреки.

– Из ресторана «Неро».

– Ты была на свидании?

Сказанные слова прозвучали напряженно, почти что тихо. Сердце сдавило в груди от того, как сильно хотелось, чтобы это что-то значило. Но за одиннадцать лет, прошедших с тех пор, как сгорел мой дом и мы стали соседями, он никогда не давал повода подумать, что хотел быть больше чем просто друзьями.

Но всякий раз, когда я была близка к тому, чтобы поговорить с ним, он всегда куда-то исчезал, ровно настолько, чтобы я успела струсить.

– Пайпер?

Я вздохнула.

– Да, я была на свидании.

– С кем? – В его голосе звучали такие нотки удивления, что это было похоже на удар под дых.

– Что, ты думаешь, я не могу пойти с кем-то на свидание?

Я пыталась, но не могла сдержать боль.

– Нет, Убивашка. Это не… это не то, что я имел в виду. Это просто…

– Это просто что?

Я выдавила из себя эти слова, скрывая за ними гнев.

Лукас рассмеялся, и я испуганно замолчала.

– Я просто не думал, что у кого-то из нашей школы будет столько смелости, чтобы пригласить тебя куда-то после угроз Маркуса.

Хотя это и бесило меня, но я прекрасно знала, что мой брат, звездный хоккеист нашей старшей школы, повесил на меня табличку «Вход воспрещен». Черт, я провела целое лето, не ходя на свидания, в то время как все парни каждый вечер виделись со своими девушками. Единственное, что делало мое положение менее печальным, так это то, что мне никто не был интересен. По крайней мере, никто, кто обращал на меня внимание.

Так было до тех пор, пока мы не закончили школу и я не увидела, как хоккейные фанатки чувствуют Лукаса за километр, отчего мое чертово сердце просто не выдержало. Не то чтобы я думала, что он девственник, но у меня скручивало живот от боли, когда он бегал за девушками на протяжении целого месяца. Лукас никогда не смотрел на меня так, никогда так не носился за мной.

Но Джейден так делал. С той секунды, как мы встретились в кафе, он не отводил от меня глаз. Он попросил мой номер, выбрал время и написал мне первым. Я все еще не была уверена, нравился ли он мне или я просто волновалась от того, что меня кто-то хотел. Или, по крайней мере, я думала, что он хотел меня.

– Он не ходил с нами в школу. Он старше.

– Насколько старше? – голос Лукаса звучал серьезно.

– Достаточно взрослый, чтобы заказать мне бокал вина сегодня вечером.

Вспомнив о том, что я сделала с этим бокалом, я сквозь слезы втянула в себя воздух. Это были не слезы грусти – это были слезы разочарования, когда хочется бить кулаком по стене.

Голос Лукаса сразу смягчился.

– Боже, Убивашка. Что случилось?

Я медленно вдохнула.

– Я в порядке, ладно? Просто… Просто расскажи, как прошел твой день.

– Что-то у тебя не очень нормальный голос. Лучше расскажи мне, что случилось.

Разочарование и боль в сочетании со смущением и обидой так бурлили во мне, что я была готова потерять терпение. Я буквально боролась с этими чувствами, когда свернула направо на углу улицы, собираясь ответить ему.

– Он…

Я врезалась в чью-то твердую грудь и закричала, отшатнувшись назад.

– Все в порядке. Это я.

Лукас усмехнулся и обнял меня, притягивая к своей груди. Сердце подскочило к горлу, и я глубоко вдохнула знакомый мне парфюм с нотками сандалового дерева и корицы. Я прижалась к его телу, позволяя ровному ритму его сердца успокоить мое, пока он медленными движениями водил рукой по моей спине. Потребовалось несколько мгновений, прежде чем мое сердце перестало бешено колотиться и я смогла отстраниться от него.

– Ты напугал меня до чертиков.

Он продолжал придерживать меня за плечи, а затем ответил низким голосом:

– Я заметил.

Я с трудом сглотнула, когда его глаза цвета виски с густыми черными ресницами начали блуждать по моему лицу.

– Как ты вообще меня нашел? – спросила я.

Лукас пожал плечами.

– Я подумал, что ты выберешь путь с самым быстрым маршрутом.

Момент, когда мы встретились глазами, показался мне слишком интимным. Я опустила лицо и с трудом сглотнула. Мой взгляд упал на его спортивные штаны с низкой посадкой, и мне пришлось бороться с жаром, грозившим залить краской мои щеки. Большинство хоккеистов были привлекательными: было что-то особенное в их огромном росте и от природы самодовольном лице. Честно говоря, это должно было считаться поводом, чтобы держаться от них подальше, но их ред флаги манили девушек больше, чем мотыльков пламя.

Лукас, однако, привлекал меня на совершенно другом уровне: было трудно устоять от вида его широкой груди, которая была в два раза шире моей, и мальчишеских веснушек, проглядывающих на щеках и теплой бронзовой коже.

Его рубашка была расстегнута, как будто он накинул ее, выбегая из дома. Несмотря на то что я видела торс Лукаса бесчисленное количество раз, мой рот наполнился слюной от образов, которые сейчас рисовались в моей голове.

– Что случилось? – повторил он свой вопрос и скользнул теплыми мозолистыми пальцами по моему лицу, приподнимая подбородок. Он наклонил голову и вопросительно приподнял бровь. Будь это кто-нибудь другой, я бы унесла сегодняшний вечер с собой в могилу, но я никогда не смогла бы отказать ему, как бы унизительно это ни было.

Я отвернулась и сосредоточила свое внимание на зеленой траве, торчащей из трещин в асфальте, расправляя плечи.

– Я встречаюсь с одним парнем чуть больше месяца. Он…

Лукас напрягся, и его рука крепче обхватила меня, прерывая то, что я собиралась сказать дальше. Его грудь несколько раз поднялась и опустилась, прежде чем он заговорил:

– Что он сделал?

Слезы гнева вновь подступили к моим глазам, и я покачала головой. Я не хотела рассказывать ему, как занималась сексом с этим придурком, только чтобы через неделю узнать о том, что у него есть другая. Или рассказывать о том, как я должна была накричать на него, но вместо этого я убежала. Я шмыгнула носом и пошатнулась на каблуках, но Лукас крепче обнял меня, притягивая к своей груди.

Он помедлил, прежде чем его голос стал грубее, чем раньше.

– Ты не обязана говорить мне, если не хочешь.

Я прижалась к нему всем телом, перемещая на него большую часть своего веса. Вот почему я позвонила Лукасу, несмотря на его чрезмерную заботу. Казалось, он всегда знал, что мне нужно, и прямо сейчас мне было необходимо забыть обо всем этом. Я подняла глаза, изо всех сил стараясь выдавить из себя улыбку.

– Лукас, мне стало бы намного легче, если бы мы больше никогда не упоминали о сегодняшнем вечере.

Он на секунду взглянул мне в глаза, прежде чем его губы изогнулись в улыбке.

– Ты ведь знаешь: если ты скажешь мне, кто он, я надеру ему задницу.

Мне сразу же стало легче в груди. Порой было приятно осознавать, что у меня есть друзья, которые прикроют в трудный момент, и тихий смешок сорвался с моих губ.

– Я вылила на него свой бокал вина.

Смех Лукаса отдался вибрацией в моем теле, и он опустил руки, прежде чем мягко коснуться нижней части моего подбородка указательным пальцем.

– Вот это моя девочка.

Я изо всех сил старалась не обращать внимания на низкий тембр его голоса, но от того, как он произнес «моя девочка», словно я действительно принадлежала ему, тепло разлилось по моим венам и поползло вверх по шее. Я издала приглушенный мурлыкающий звук, и его глаза потемнели, опускаясь на мои губы. Я не могла дышать, боясь испортить момент. Мы стояли так близко друг к другу, что его дыхание смешивалось с моим, а на его щеке подергивался мускул. Тяжесть влажного воздуха усилилась из-за напряжения вокруг нас, как будто даже ночное небо знало, насколько важен этот момент. Лукас не сокращал расстояние между нами, но и не отходил назад.

Если я хотела поцеловать его, мне нужно было быть храброй, а я хотела этого чертовски сильно. Я сглотнула, облизывая губы, и осторожно приподнялась на цыпочки. Мои губы едва коснулись его, прежде чем он отпрянул и отвернулся, как будто ничего не случилось. Мои щеки покраснели, когда я впала в ступор, а внезапно горячий воздух показался мне холодным на моей разгоряченной коже. В глазах начала снова скапливаться влага, и я отвернулась, чтобы он не заметил.

Лукас отошел еще дальше, и мы встали друг напротив друга, смотря прямо на дорогу. Вся естественная интимность в его голосе сменилась на шутливый тон.

– Пошли, пока твой брат не убил нас обоих.

Глава 4
Лукас

Сделав едва заметный вдох, я старался не дать свежему аромату зеленых яблок проникнуть внутрь, пока мы с Пайпер молча шли в сторону дома. Воздух вокруг нас казался густым и тяжелым от несказанных слов. Я покосился на ее черное платье, которое доходило до середины бедра, замечая, как с каждым шагом все больше обнажалась ее загорелая кожа. Я видел ее подтянутые мышцы, четко очерченные икры и ногти на ногах, которые сочетались с синим цветом ее глаз. Она была всем, о чем я когда-либо мечтал, словно она мое искушение в образе невинного ангела. Я задавался вопросом, знала ли она о том, какую власть имела надо мной.

Когда ее глаза встретились с моими и поймали мой пристальный взгляд, я резко отвернулся и посмотрел вперед. Я не должен был так пялиться на нее. Мы были соседями с семи лет, ее брат Маркус был одним из моих самых близких друзей, а единственным, что разделяло наши задние дворы, был двухметровый деревянный забор. Через год после переезда Адамсов наши родители решили установить ворота, чтобы соединить наши дворики. Я до сих пор благодарю Бога за это, потому что у них был гигантский бассейн, идеально подходящий для таких жарких летних ночей, как эта.

Я отгонял прочь мысли о сексуальной блондинке, которая взбиралась по ступенькам бассейна совершенно мокрая, но которая в данный момент была рядом со мной в этом невероятном платье. Я сжал челюсть и размял шею, наслаждаясь хрустом, с которым я поворачивал ее из стороны в сторону. Мне пришлось взять себя в руки, прежде чем мы добрались до дома.

Я был так близок к тому, чтобы все испортить, когда она вылетела из-за угла, врезавшись мне в грудь, и посмотрела на меня ясными голубыми глазами, покрасневшими от непролитых слез. Я бы сделал все, чтобы стереть из памяти этот взгляд. То, как раскраснелись ее щеки, а грудь вздымалась и опускалась под мягкой тканью, заставляя меня страстно хотеть попробовать ее на вкус. Когда мой взгляд упал на ее накрашенные розовые губы, мне пришлось напрячь мышцы, чтобы не сократить расстояние между нами.

Мне хотелось посмотреть, насколько далеко я смогу зайти и смогу ли я полностью лишить ее способности дышать. Но я не стал бы этого делать, какой бы соблазнительной она ни была.

Мой шаг замедлился, когда мы подошли к дорожке, ведущей к ее дому, и мне совсем не хотелось рушить эту тишину. Она слегка повернулась в мою сторону, ровно настолько, чтобы я приготовился ее слушать, а затем прокашлялась и посмотрела под ноги.

– Спасибо, что помог.

– Не стоит говорить спасибо за прогулку до дома, Убивашка.

Я прикусил щеку, сдерживая улыбку, которая почти заиграла на моем лице. Мне нравился оттенок розового, которым покрывались ее щеки, когда я ее так называл.

Она раздраженно выдохнула, и, хотя она не смотрела на меня, я знал, что она закатила глаза.

– Да, но ты не обязан был этого делать. Так что просто прими благодарность.

Я поднял руки вверх, сдаваясь.

– Хорошо, ты победила. Не за что.

Ее ярко-голубые глаза метнулись к моим, и от улыбки на ее щеке появилась ямочка.

– Ты не хочешь зайти?

Она указала на входную дверь, которая, как я уже знал, была не заперта, поскольку я был здесь бесчисленное количество раз. Дом был почти идентичен моему, из красного кирпича, с черными навесами на окнах и вечнозелеными кустами у крыльца, подстриженными собственноручно владельцем.

– Нет, не сегодня. Парни сейчас у меня дома.

Она отвела глаза, избегая моего взгляда, и я сжал ладонь в кулак, чтобы не протянуть руку и не заставить ее посмотреть на меня.

Я ненавидел разочарование, промелькнувшее на ее лице, прежде чем она изобразила легкую улыбку, совершенно непохожую на ее настоящую. Я хотел сказать ей, что предпочел бы в любой день потусоваться с ней вместо ее брата. Хотел сказать, что те немногие дни, когда она проводила с нами время, были моими любимыми. Но я держал рот на замке, как сделал бы хороший друг, которым я и являлся. После многих лет переездов из города в город у меня никогда не было времени завести настоящих друзей, но в ту секунду, когда Маркус переехал к нам, все изменилось. Он как магнит притягивал всех к себе, и моя скучная и одинокая жизнь наконец-то наполнилась смыслом. Они с Джексом приняли меня как брата, и мы стали неразлучны. Если Пайпер была сестрой Маркуса, значит, она была и моей сестрой, и поэтому, черт возьми, мне не следовало относиться к ней как-то иначе.

– Тогда ладно. – Она повернулась, направляясь по дорожке к своему дому, а затем быстро взглянула на меня через плечо. – Еще раз спасибо.

Но был один жизненно важный вопрос, на который я должен был получить ответ, прежде чем она бы ушла.

– Почему я?

Она развернулась ко мне, наклонив голову.

– Что?

– Почему ты позвонила мне, а не Маркусу? Ты же знаешь, что он забрал бы тебя.

Прошло несколько мгновений, прежде чем она ответила.

– Потому что я хотела, чтобы это был ты.

Боже, как же безумно я хотел быть тем человеком, кому она всегда может позвонить. Опасное чувство охватило меня, и я был обязан подавить его.

– Что ж, в следующий раз позвони ему. Он хотел бы знать о таких вещах.

Пайпер вздрогнула, и мне захотелось забрать свои слова обратно, но она прервала меня прежде, чем я успел что-то сказать.

– Ты же не собираешься ему рассказывать, правда?

Я должен был, но я хотел сохранить ее тайну. Чтобы между нами было что-то, что было только нашим.

– Нет, не в этот раз, но тебе лучше надеяться, что он сам не узнает.

Я заново обошел свой район, выбрав самый длинный путь до дома. Мне нужно было еще немного времени, чтобы собраться с мыслями, пока парни тренировались в гараже.

Джекс поднял голову и оглядел меня, приподняв бровь.

– Принес молоко?

– Хм?

– Для твоей мамы. Принес ей его? – спросил он.

Черт.

– Она позвонила мне, когда я ушел за ним, и сказала, что уже не нужно.

Он склонил голову набок и сморщил нос.

– Как-то странно.

Джекс разглядывал меня несколько секунд, прежде чем стукнуть своей клюшкой по земле.

– Ладно, придурки. Проигравший покупает пиво на выходные.

Неудивительно, что Маркус уделал нас. Может, мы и были хороши в хоккее, но он был будущей звездой спорта. Мы по очереди отрабатывали трик-шоты, пока я не взмок от пота. Устав, я повесил клюшку на ее законное место на стене и схватил футболку.

– Я пошел в душ.

Джекс вскочил с дивана.

– Сейчас только одиннадцать. Ты такая неженка.

Я рассмеялся и ответил:

– Говорит парень, который до сих пор звонит своей маме каждый вечер, когда мы уезжаем в лагерь.

– Пошел ты. Не могу поверить, что ты приплел сюда мою маму.

Я пожал плечами.

– Нечего было лезть первым.

Маркус схватил Джекса за плечо.

– Давай, приятель, пошли, пока он не заставил тебя здесь разрыдаться.

Я стянул с себя прилипшую к телу футболку и оголил мокрый от пота пресс, гордясь тем, что весь мой тяжелый труд на льду наконец принес свои плоды. Я заметил, как Пайпер поглядывала на меня в прошлом году.

Я вздохнул, когда вода из душа охладила меня. Это был идеальный напор, достаточно сильный, чтобы напряглись мышцы, но не слишком сильный для шеи и лица. Я нанес на себя гель для тела и шампунь. Мысли о Пайпер в этом облегающем платье угрожали взять надо мной верх, и я быстро выключил воду, вытерся мягким белым полотенцем, которое выбрала для меня мама, а затем обвязал его вокруг талии.

В моей комнате было жарко из-за открытого окна, и мне следовало бы закрыть его, чтобы кондиционер охладил воздух. Вместо этого я оставил окно открытым на случай, если увижу симпатичную блондинку. Окна нашей спальни выходили друг на друга с тех пор, как она переехала сюда, и мы не раз перекрикивались с ней, когда были маленькими. Свет в ее комнате был выключен, что погружало все вокруг в непроницаемую тьму. С этого ракурса я не мог разглядеть ее кровать, что явно было к лучшему: я не мог обещать себе, что не буду извращенцем и не стану наблюдать за ней. Даже мысль о том, что она спала так близко, сводила меня с ума.

Зная, что не засну, я натянул на себя баскетбольные шорты, бросил полотенце в корзину для белья и направился на задний двор, чтобы побросать мяч в баскетбольную сетку.

Я успел поиграть один тайм, когда вдруг услышал какой-то звук. Сначала он был тихим, но быстро перерос в крик. Я уже протискивался через ворота Пайпер, когда крик стал громче, превратившись почти в визг. Я подбежал к ее окну и перелез через него, наплевав на то, что могут поймать.

Глава 5
Пайпер

Мои легкие горели каждый раз, когда я пыталась сделать неглубокий вдох, а глаза щипало от дыма, который клубился под дверью моей спальни, поднимаясь по стене и заволакивая потолок черным облаком. Я схватилась за дверную ручку, но было слишком горячо, и я отдернула руку. На моей ладони сразу же стали вздуваться волдыри. С губ сорвался крик, а глаза наполнились слезами в тот момент, когда страх пронзил мою грудь. Я звала маму, пока не сорвала голос и он едва не превратился в шепот.

Я звала ее снова и снова, но она не приходила. Никто не отозвался на мой крик. Дым стал темнее, опускаясь все ниже, пока мне не пришлось лечь на пол, но он сгущался слишком быстро. Моя кожа покрылась потом, а розовая ночная рубашка с фиолетовыми сердечками прилипла к шее. С каждым вдохом я чувствовала, как ворот сдавливает горло, душит меня и не дает дышать. Мое тело дрожало, а в комнате было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Я ненавидела темноту: в ней скрывались монстры. Я не понимала, почему моя мама не пришла за мной. Она была нужна мне. Я кричала, но не послышалось ни звука. Я задыхалась, но воздух не поступал в легкие, и в глазах потемнело. Мной овладела паника, и я попыталась встать, но не смогла пошевелиться. С другой стороны двери доносился рев, становившийся все громче. Дверь распахнулась, и пламя вырвалось наружу. Шум был таким сильным, что оглушил меня. Я закричала, когда языки пламени коснулись моей кожи, обжигая руку, но я продолжала лежать на полу, ощущая давящий на себе груз. Крик пронзил душу, вызывая во мне страх, и мое тело задрожало от огня. Мне было так больно.

– Я рядом. Ты в безопасности, – прошептал мне на ухо низкий голос, и я резко проснулась. Сердце бешено колотилось в груди, прежде чем я встретилась взглядом с знакомыми карими глазами. Если бы в комнату попадало чуть больше света, чем от видневшейся через окно луны, я бы с уверенностью могла сказать, что видела в них карамельный отблеск. Вес Лукаса вдавил меня в кровать, но, в отличие от моего сна, его присутствие успокаивало меня, возвращая в реальность. Он провел теплыми пальцами по моих щекам, смахивая с них слезы.

– Ты в порядке. Это был всего лишь кошмар.

Я действительно чувствовала себя в безопасности, его объятия были словно кокон, и я судорожно сделала еще один вдох, прежде чем кивнуть.

– Я в порядке, – сказала я, все еще чувствуя небольшой испуг.

Лукас выпрямился, лишив меня своего тепла, и мне потребовалось все мое мужество, чтобы не притянуть его обратно. Белое одеяло лежало на полу из-за того, как я ворочалась во сне, и я осталась только в одной большой футболке, которую я когда-то украла у него. Если он и знал об этом, то никогда ничего мне не говорил.

Мне было семь, когда сгорел мой дом, и это был не первый раз, когда он забирался ко мне в комнату через окно за последние одиннадцать лет. Вскоре после того, как мы начали жить по соседству, я стала просыпаться в теплых, нежных объятиях и слышать успокаивающие слова о том, что я в безопасности. Дошло до того, что я стала нуждаться в нем, и однажды, когда он ушел, я не могла уснуть. Ходила как зомби и почти не ночевала дома, из-за чего мои родители начали беспокоиться.

– Все хорошо? – спросил Лукас, смотря на меня обеспокоенным взглядом. Он наблюдал за моим лицом, пока я не восстановила дыхание и не смогла сесть. Он спустил ноги с кровати и повернулся ко мне спиной. Я ненавидела эту часть ночи почти так же сильно, как и мои сны. Он никогда не оставался. Даже когда я просила его.

Все, чего я хотела, это чтобы Лукас заботился обо мне. Но я навсегда оставалась младшей сестрой его друга.

Рискнув, я протянула руку и обхватила его запястье своими маленькими пальцами. Я усилила хватку, зная, что он сможет вырваться из нее, если захочет.

– Останься, – сказала я умоляющим голосом.

Он резко вдохнул, и его дыхание вырвалось со свистом, а слова были тихими и напряженными, как будто он выдавливал их из себя.

– Маркус – мой лучший друг. Ты знаешь, что я не могу.

Мои глаза горели от его отказа, но я не сдавалась. На этот раз я не могла его отпустить.

– Пожалуйста.

Он провел рукой по лицу, и его спина поднималась и опускалась с каждым его глубоким вдохом. Я думала, что он уйдет. Думала, что просила слишком многого. Я ощутила страх, что зашла слишком далеко и, возможно, в следующий раз он не придет.

– Только пока ты не заснешь, – сказал Лукас, поворачивая меня на бок, чтобы я была лицом к окну, а он был между мной и дверью. Он заметил, как я смотрела на нее, как будто именно за ней скрывались все мои демоны. Его тепло окутало меня, когда он прижал меня к своей груди и обнял одной рукой. Бледный свет луны делал мою кожу почти прозрачной на фоне его теплого смуглого тела.

Мои веки стали тяжелыми, когда адреналин после ночного кошмара улетучился в безопасности его рук.

– Спасибо.

Я закрыла глаза.

Я могла поклясться, что почувствовала нежный поцелуй в затылок, а его глубокий голос послышался у меня за спиной.

– Всегда.

Приглушенные голоса, доносившиеся снизу, вырвали меня из глубокого сна. Как я и ожидала, половина кровати, на которой лежал Лукас, была пустой. Я не была уверена, во сколько он ушел, но могла гарантировать, что это произошло, как только я заснула. Однако прошлой ночью все было по-другому. Он никогда не обнимал меня так, никогда не оставался после того, как я забывала о кошмаре. Он прикасался ко мне достаточно долго, чтобы я успокоилась, прежде чем отстраниться. В моей груди нарастало ощущение тепла, и я боролась с этим. Умолять кого-то остаться не означало признаться в своей любви. Он чувствовал какую-то странную необходимость заботиться обо мне ради Маркуса, и на этом все заканчивалось. Неважно, сколько раз я мечтала, чтобы все было иначе. Желала, чтобы он видел меня так же, как и я его.

Я заставила себя выбраться из постели, натянула укороченные джинсы и сняла футболку, сменив ее на мешковатую. Мои ровесницы давно перешли на облегающую одежду, которая подчеркивала их фигуру, но всякий раз, когда я пробовала одеться так же, я ощущала неуверенность.

Я стянула с головы резинку, после чего длинные светлые волосы рассыпались по моим плечам, опускаясь на несколько сантиметров выше пояса.

Я спустилась по лестнице, перепрыгивая через каждые две ступеньки, и вошла в гостиную. Наш дом был большим, почти триста квадратных метров, и он находился в районе, принадлежащем верхушке среднего класса. Мои родители не были богатыми, но мы и не испытывали недостатка в деньгах. После пожара я беспокоилась о переезде, но мое волнение длилось недолго. Через несколько дней после переезда Маркус уже познакомился с Джексом и Лукасом, и я следовала за ними, куда бы они ни пошли. Конечно, я скучала по своим друзьям, но не так сильно, как я полюбила новых друзей Маркуса.

Я вошла на кухню и зажмурилась от света, который лился из большого окна, выходящего от нашего бассейна прямо на задний двор Лукаса. Я замурчала, когда почувствовала аромат свежесваренного кофе.

Джекс и Лукас каждое утро завтракали на моей кухне из-за ранних тренировок. Как я и думала, парни сидели на стульях у кухонного островка и завтракали хлопьями. Я была готова поклясться, что они съели целую коробку за один присест. Лукас сидел спиной ко мне, под его рубашкой виднелись рельефные мышцы. На нем была низко надвинутая черная бейсболка и облегающие спортивные штаны. Я с трудом сглотнула, игнорируя жар, вспыхнувший на моей коже, прежде чем кто-то поймал мой пристальный взгляд.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Лактаза – фермент, расщепляющий лактозу (молочный сахар), содержащуюся в молоке и молочных продуктах, на глюкозу и галактозу, чтобы она хорошо усваивалась.

Вернуться

2

Gatorade – американский бренд напитков и продуктов питания на спортивную тематику, основанный на фирменной линейке спортивных напитков.

Вернуться