# Легенды Веленорда: Смотрители

Евгений Куликов

«Смотрители» — это захватывающая история о брате и сестре, Гекторе и Эмме, которые всегда мечтали о больших приключениях. Им исполнилось по 12 лет, а значит теперь они готовы пройти Испытание, чтобы стать Смотрителями — защитниками всего мира от ужасов таинственной страны Морланд.

Но на родину героев нападает загадочный Буревестник, а Гектор вдруг обнаруживает в себе зловещую силу, которая пробуждается внутри него. Теперь им предстоит не только защитить свой мир, но и бороться со своими страхами.

Вместе с союзниками Гектор и Эмма должны выбраться из ловушки болотной ведьмы, встретиться лицом к лицу с троллем, преодолеть зловещий лабиринт дракона и стать главными стражами Акарды.

Это книга о дружбе, смелости выбирать свой путь и силе внутри каждого из нас. История, которая увлечет вас с первых страниц и не отпустит до самого конца. Магия, приключения и незабываемые герои. Борьба за спасение мира начинается здесь!

## Глава

.


> Посвящается моей Ане, без которой эта история не вышла бы в свет. Спасибо, что ты рядом!


## Пролог. Мудрец, воин и младенец

На высоком холме под старым одиноким дубом стоял не менее одинокий старец. Одной рукой он касался ствола могучего древа, а другой что-то чертил на земле своей расписной тростью. Глаза его были закрыты, а губы шевелились, будто он с кем-то говорил. Однако, рядом никого не было. Случайный прохожий мог подумать, что старец сошел с ума, но это было совсем не так. Хотя, возможно, самую малость.

Под одиноким дубом в изношенном темно-зеленом плаще стоял небезызвестный мец – Бенедикт. Славился он в первую очередь тем, что появлялся в самых неожиданных местах и с самыми неожиданными вестями. Мец – большая редкость в Веленорде. Так называют тех, кто обладает необъяснимой силой, почему многие их и побаивались. Даже поговорка есть «будь ты хоть маг или жрец, все равно будешь мец». Но встречались они редко, а те, кто был, старались не показывать свои способности.

Но Бенедикт был иным. Он не был колдуном или целителем. Он просто возникал из ниоткуда, говорил о чем-то, а потом это обязательно сбывалось. Поэтому его знали в разных уголках мира.

Если бы кто-то сейчас украдкой взглянул из-за плеча Бена, то увидел бы на земле чертеж какого-то лабиринта.

Бенедикт скрупулезно вычерчивал его, приговаривая: «Раз-два. Ни туда, ни сюда. Три-Четыре. Прямо две мили. Пять-шесть…».


– А дальше? – буркнул старец. – Неужто забыл? А ведь я нашел из него выход.

Бенедикт стер ногой свой рисунок и вдруг обратился к стоявшему рядом дубу:

– Скажи-ка мне, друг, ты помнишь, когда мы виделись в последний раз? – в ответ послышался только шелест. – Сколько листьев сменилось с тех времен! Ты все также стоял здесь, а я был, кажется, лет на пятьдесят моложе. Время никого не щадит. О! Смотри, вот и он! Наконец-то!

Вдалеке, где начиналась лесная чаща, показался всадник. Он мчался на черном коне по зеленому лугу, залитому светом уходящего солнца. С вершины холма всадник казался маленькой темной точкой, но уже спустя несколько мгновений, он взлетел на холм, и остановился.

– Рад тебя видеть, Стэн, – томным голосом сказал мец. Он будто в мгновение переменился и постарел. Никто бы и не подумал, что он только что рисовал на земле лабиринт и приговаривал детскую считалку. – Знаю, путь был непростым. Однако, ты здесь, а значит все получилось.

– Не без сюрпризов, но все получилось.

Опираясь на трость, старец медленно подошел ближе:

– Покажи мне виновника нашей встречи.

Стэн откинул край плаща, под которым уютился маленький голубоглазый младенец, на удивление спокойный и словно сосредоточенный на изучении всего вокруг. Малыш сморщился от хлынувшего на него света, но даже не вскрикнул.

– Он не всегда такой. Когда я нашел его, он только и делал, что плакал. Если бы ни Альма. Она что-то прошептала и успокоила его. А еще полная сумка этих бутылочек. Без них я бы точно сюда не добрался.

– Кстати, как она? – не отрывая взгляд от младенца спросил Бен. – Осталась в Мирне?

– Да. Сказала, что должна помочь пострадавшим. Откуда ты…?

Лицо провидца изменилось: легкая улыбка исчезла, а брови опустились.

– Упрямая… Как и всегда.

– Что там вообще случилось, Бенедикт? Всю дорогу я думал, но так и не смог найти внятный ответ. Тучи обрушились на землю. Молнии рассекали все небо. А грохот был такой, что негде было спрятаться от него! – он сделал паузу, после чего нагнулся и шепотом добавил. – Зло снова вернулось?

– Вернулось? – искренне удивился мец. – Оно никуда и не уходило. Зло ведь всегда таится где-то рядом и ждет своего часа. Стоит забыть о нем, как оно тут же напомнит о себе.

Бен замолчал. Возникла тяжелая пауза, заставляющая представить все плохое, что только можно было. Но потом старец посмотрел на всадника и добавил:

– Я бы сравнил зло с тараканом.

– С тараканом? – переспросил Стэн, явно не без удивления. Он никогда не мог привыкнуть к сравнениям, которые приводил Бенедикт. Но это казалось совсем уж неуместным.

– С тараканом, да. Знаешь, эти их усы, противные маленькие лапки, цвет еще такой странный…

– Я знаю, как выглядит таракан!

– Это хорошо! Тараканы ведь все время прячутся, творят свои тараканьи дела в темноте, а как только появляется свет, сразу разбегаются. При этом есть те, кому они действительно нравятся. Не без таких, конечно.

– Неожиданное сравнение от тебя. Впрочем, я когда-нибудь к ним привыкну.

– А что ты думаешь обо всем этом?

– О тараканах?

– Нет, зачем мне твое мнение о них? О том, что случилось в Мирне.

Теперь уже Стэн нахмурил брови, потому что перед глазами пробежали недавние события.

– Все, что я видел напоминает истории, которые рассказывали в детстве, когда я жил в крепости: о Буревестнике, о страшном пророчестве, о конце света, конечно, куда же без него, – сказал он, поглядывая на ребенка. – Я многое видел и многое делал. Но не думал, что меня можно чем-то напугать. Оказалось, что можно.

– Буревестник. Пророчество. Конец света. Звучит и правда страшновато. Ты еще достаточно молод, но неужели и правда веришь в это?

– Я видел, как небо в один миг почернело и зашевелилось, а мрак был такой, что даже дышать было сложно! Как тут не поверить во все пророчества разом?!

Ребенок на руках у всадника начал ерзать.

– Тише, дитя, – сказал мец, достав из кармана деревянную погремушку. – Большой дядя верит всему, что болтают мужики в трактирах. Не то, что мы с тобой, да?

Бен сделал смешную гримасу. Ребенок улыбнулся в ответ. Его внимание привлекла погремушка в руках у старца.

– Бенедикт, послушай, ты сказал мне привезти дитя, которое я найду на пороге Малого храма ровно в полночь. Не знаю, как именно, но он и правда оказался там. Рядом никого, кругом разруха, а он лежал там один. Сколько ему? Три месяца? Полгода? Я не разбираюсь в детях.

– Около того.

– Да это не важно! Дойти он туда не мог, а значит, кто-то его принес в этой странной корзине прямо перед… – он запнулся. – Перед нападением.

– В корзине больше ничего не было? Чего-нибудь, что удалось сохранить?

– Было. Вот это.

Стэн достал из кармана плаща сложенный клочок обгоревшей бумаги и отдал его мецу.


– Я нашел это рядом с корзиной. Бумага уже догорала. Это все, что я успел спасти.

Бен развернул обгоревший фрагмент и увидел странные знаки, непохожие ни на один известный язык.

– Что это значит?

– Загадка, ответ на которую нам предстоит узнать.

– Это ведь что-то важное, раз было рядом с корзиной?

– Безусловно! – ответил старец, протягивая остаток записки обратно.

– Может, тут написано его имя? Или кто он? Или хоть что-нибудь полезное?

– Может быть. Это ведь клочок сгоревшей бумаги с непонятными рунами на языке, который я давно позабыл. Чего ты от меня ждешь?

Стэн с непониманием взглянул на меца. Они были знакомы уже много лет. Можно сказать, что Стэн знал его с самого детства. И за все это время он так и не смог его разгадать: то ли он действительно временами притворялся глупцом, то ли годы все-таки сказались на его памяти и мыслях. Но даже при всем этом, Бенедикт почти всегда был прав. О чем бы ни шла речь, он говорил так, будто знал все наперед, даже если его слова казались невообразимыми. Впрочем, не зря же он был мецом. Да ни каким—нибудь, а самым известным во всем Веленорде.

– Мне жаль, что так вышло, Стэн, – сказал старец после небольшой паузы. – Я не говорю, что ты не видел Буревестника в Мирне, но и подтверждать этого не буду. В жизни бывает все и даже то, чего случаться не должно. Она бывает несправедлива, но ни ты, ни я не знаем, зачем случается то или иной событие, и к чему в конечном итоге оно приведет.

Стэн снова удивился тому, как менялся Бенедикт. Он был то мудр, то наивен, как ребенок.

– На счет того, что ты чего-то не знаешь, я бы поспорил.

Бен слега улыбнулся:

– Стэн, ты должен оберегать ребенка!

– Что?! – всадник чуть не выпал из седла. – Мы так не договаривались, Бенедикт! Ты не можешь вот так просто отдать мне его! Я не сиделка! До этого момента я даже детей никогда не держал. Я не возьму его!

– Послушай. Мы должны сохранить дитя. Важно позаботиться о нем и оберегать. В тайне. Ты уже многое сделал для него, но это еще не все.

– Чем он так важен, что ты просишь заботиться о нем меня? Почему не отдать его в приют при каком-нибудь храме или вообще найти его родителей?

– Подумай сам…

Стэн торопливо начал перебирать в голове аргументы, чтобы убедить меца в своей правоте. Спустя десятки отброшенных вариантов, он ответил:

– Да, он оказался у храма в разгар бойни…

– Или она началась из-за него.

– Из-за него?! Как это понимать?

– Понимать не нужно. По крайне мере, сейчас. Просто поверь мне, как верил всегда. Это должен быть именно ты.

– Ты всегда знал больше, чем говорил, Бенедикт. И мне всегда это не нравилось, если честно.

Всадник глубоко вздохнул, сдерживая эмоции. Ребенок был занят погремушкой, поэтому ничто другое его сейчас не интересовало. А между тем решалась его судьба.

– Допустим, что я согласился. От кого или чего его оберегать? От Буревестника? Мы даже не знаем, что это! Будь у меня десять тысяч воинов – это было бы невозможно!

– Ты прав, – согласился мец. – Это было бы невозможно. Но мы не знаем, что именно произошло в Мирне. Ты сам сказал, что не уверен, была ли это просто буря в разгар битвы, или ужасающий Буревестник зачем-то напал на город. Ребенку опасно тут находиться. Поэтому ты должен увезти его подальше. Туда, где его будут искать в последнюю очередь.

– Значит на север?

– Значит на север.

– Не думал, что вернусь домой после стольких лет…

– Будь у нас другой вариант, я бы не просил тебя.

Стэн задумчиво посмотрел на уходящее солнце. Он никогда не сомневался в словах Бена. Да, он часто говорил только половину правды, но, если он что-то не говорил, значит время узнать это еще не пришло.

– Что я должен делать?

Старец улыбнулся.

– Я знал, что сделал правильный выбор!

– А что, были другие кандидаты?

– Парочка была. Но я выбрал Стража.

– Бывшего Стража.

– Разве ты позабыл свою клятву? Или нарушил ее?

– Нет. Ни разу.

– Поэтому я выбрал Стража.

Стэн молча согласился со словами провидца. Хоть про Стражей многие давно уже позабыли, но клятва, данная ими, кажется, была вечной.

– Увезти его подальше от посторонних глаз я могу, но растить, воспитывать…

– Тебе не придется. От тебя требуется только оберегать и быть рядом, если что-то случится. Отправляйся в Акарду. Найди там Гаррета. Это не составит труда: он охотится в лесах на западе страны. Его семья приютит ребенка, а ты будь неподалеку. Присматривай за ним по мере возможности и помогай, если будет нужно.

– А Гаррет уже в курсе, что его ждет?

– Я навестил его пару недель назад и предупредил обо всем.

Всадник ухмыльнулся. Он знал, как Бен умеет убеждать.

– Значит, ты снова знал все наперед. И долго мне быть охранником?

– Пока это дитя не пройдет Испытание.

Стэн громко вздохнул.

– Двенадцать лет, Бен! Ты просишь меня провести с ним двенадцать лет!

– Да, прошу. Этот ребенок… Ты все поймешь. Позже. Да и тебе пора отдохнуть от бесконечных войн.

Всадник посмотрел на ребенка, который все также был занят своей новой игрушкой.

– Кажется, нам с тобой придется много времени провести друг с другом.

– Вы подружитесь. А теперь пора в путь. Мы обязательно увидимся, друг мой. Когда придет время.

– Я сберегу его, – протягивая руку ответил Стэн. – Не сомневайся.

Бен крепко пожал ее и добавил:

– Знаю. Будь осторожен!

Мец прикоснулся ладонью к голове малыша и пробурчал несколько непонятных слов. Ребенок улыбнулся в ответ.

– Пора, – тихо сказал Бен.

Стэн пришпорил коня и помчался с холма в сторону Северного тракта. Старец долго смотрел ему в след, а потом едва слышно прошептал: «Сила королевской крови непостижима».


## Глава 1. Самое обычное утро

Ночной мороз отзывался холодком по всему телу. Над землей неспешно расползался бледный туман. Окружающую темноту небрежно рассекали лунные лучи, пробивающиеся сквозь черные тучи.

На тропинке среди болота остановились двое мальчиков. Один из них присел на земляной бугорок, чтобы наконец отдохнуть. Второй стоял, вглядываясь в надвигающийся туман.

– Кажется, мы заблудились, – расстроено произнес один из них, снимая рюкзак и протягивая ноги. Его спутник ничего не ответил. – Зря мы пошли этой дорогой. С чего ты вообще взял, что здесь можно пройти? Надо было идти вокруг. В лесу не так холодно и тоскливо, как здесь. И не боишься каждый раз, что тебя где-нибудь засосет это зловонное болото! Гектор, ты меня слышишь вообще?

– Тише! – оборвал его худощавый мальчишка, повернувшись. – Прислушайся!

Оба сосредоточенно замерли. Тишину нарушало только редкое бульканье воды.

Неожиданно послышался далекий вой. Гектор вздрогнул. То ли от испуга, то ли от холодного ветра. Ребята начали оглядываться по сторонам. Их окружали одинокие изуродованные деревья, выросшие на земляных островках, утопающих в мутной воде. Кое-где торчали коряги. И было много мха. Он был повсюду.

Снова послышался вой, но уже гораздо ближе. Ничего хорошего он не предвещал.

– Волки? – залепетал светловолосый мальчишка, который уже и не думал отдыхать.

– Что им делать на болоте?

– Ну да, верно. А что нам теперь делать?

– Я пока не знаю.

Туман подбирался все ближе. Становилось холоднее. Казалось, все вокруг замерло в зловещем ожидании.

В тумане показалось слабое красное свечение, будто два глаза смотрели сквозь мглу. Спутник Гектора схватил было свой рюкзак и бросился бежать, не зная от чего и куда, лишь бы подальше отсюда, из этого места, но тот резко схватил его за плечо, не произнеся ни слова. Гектор понимал, что убегать ночью по болоту бессмысленно, можно попасть в трясину и тогда ничего уже не поможет.

Вдруг, оба услышали звериный рев. Страх перехватил дыхание. В тумане они смогли различить черты большой фигуры. Гектору показалось, что это действительно был волк. Только огромный. Даже гигантский. И кто-то сидел верхом.

Снова рык. Клацанье зубов. Красные глаза смотрели прямо на них. Мальчики не шевелились.

Зверь двинулся вперед, выходя из тумана. Его черная шерсть поблескивала в лунном свете. Оголив белые клыки, он остановился. Вокруг шеи огромного волка была обмотана цепь, от которой словно поводья тянулись две другие. На спине хищника сидел человек. По крайне мере, внешне похожая на человека фигура. Гектор попытался разглядеть волчьего всадника, но безуспешно: темнота будто окутывала его.

Еще мгновение и волк прыгнул на свою добычу, раскрыв огромную пасть.

Страх. Крик. Темнота.


* * *

Гектор вскрикнул.

Он вдруг понял, что лежит у себя в постели, взмокший от пота и дрожащий. На соседней кровати сидела его сестра Эмма. Она тоже только что проснулась от крика.

В комнату вбежала мама:

– Что случилось, Гектор?!

Мальчик не ответил, но мама и так все поняла.

– Это был сон, – она крепко обняла его. – Всего лишь страшный сон.

– Когда они прекратятся?

Мама обняла его еще крепче.

– Скоро, мой мальчик. Скоро. Обещаю.

Наблюдая за мамой и братом, Эмма вспомнила, что, когда у нее бывали кошмары, ее также трепетно успокаивали. Она легла обратно под мягкое одеяло, чтобы продолжить свой сон.

Вскоре Гектор уснул. Мама подошла к дочери и погладила ее по голове. Та улыбнулась в ответ, не открывая глаз.

В доме снова воцарилась тишина. Все спали, кроме мамы. Она еще долго сидела перед окном, глядя куда-то в предрассветный сумрак.


* * *

Первые солнечные лучи сразу убежали далеко вперед. Макушки деревьев окрасились в ярко-зеленый, встречая новый день. Темнота прошедшей ночи уступала место свету. Мир оживал.

– Гектор, пора вставать, – прозвучал нежный голос мамы. Но сын даже не пошевелился. – Плохой сон не повод спать до полудня. Поднимайся.

Мальчик издал протяжный недовольный звук из-под одеяла. Иногда выбраться из сонной паутины постели просто невозможно.

– Я тебя прошу по-хорошему в последний раз, вставай! – пригрозила светловолосая женщина.

Гектор знал, что последует дальше, поэтому крепко ухватился за край одеяла. Мама откинула другой конец, раскрывая ноги. План не сработал. Его знали здесь слишком хорошо.

– Ну мааам! Я же тебе не мешаю спать!

– Это потому, что я встаю раньше. Хватит уже! Поднимайся!

Выхода не было, пришлось подчиниться.

Гектор встал со своей теплой мягкой постели и побрел к умывальнику, еле передвигая ноги. По пути он успел споткнуться о неубранный вчера деревянный меч и неловко упасть. Мама едва заметно хихикнула.

Вода в бочке всегда казалась невероятно холодной. Только отец умывался ей, не разогревая. Гектору же мама приготовила ковш с теплой водой.

Умывшись, мальчик приободрился. Он подобрал тот самый деревянный меч, о который только что запнулся, и сразился с ползучим драконом, роль которого досталась свернутому одеялу: выпад вперед, разворот, выпад в сторону, снова разворот…

– Воин! Завтрак готов. Садись за стол.

– Сейчас, мам! Вот тебе, получи! Ха! А вот так! – продолжил он бой, а после того как воткнул меч в «брюхо опасного дракона», отправился завтракать.

– Победил?

– Конечно! Змей угрожал нашей деревне. У меня не было другого выхода, кроме как победить его.

– Умница, – улыбнулась мама. – С днем рождения, защитник!

Она поцеловала сына, а потом показала спрятанную за спиной руку. В ней было небольшое пирожное с зажженной свечой.

– Спасибо! – почти прокричал Гектор и тут же задул свечу.

– Ты так быстро загадал желание?

– Нет, я загадаю его вечером, когда все соберутся.

– Ну хорошо. Вечером, так вечером.

Гектор уселся за большой деревянный стол. Его ждали два жаренных яйца, кусок ржаного хлеба с сыром и свежий ягодный морс. Идеальный завтрак, учитывая подаренное яблочное пирожное.

– А где папа и Эмма? – поинтересовался мальчик, запихивая в рот десерт. Он, конечно, догадывался, но на всякий случай решил спросить.

– Перед рассветом ушли в лес. Скоро должны вернуться.

– А почему меня не взяли?

– Ты плохо спал. Отец тоже все слышал, поэтому сказал, что тебе лучше отоспаться в такой—то день.

– Я не хотел вас будить, – виновато произнес сын. – Они снятся сами собой. Хотел бы я, чтобы их не было.

– Знаю, Гектор. Мы тоже переживаем. Ночь нужна, чтобы набираться сил, а не растрачивать их в кошмарах. А еще отец говорил, что время ты проведешь с пользой здесь. Наверное, изучая те грязные книги, с которыми ты постоянно возишься.

– Мам, они не грязные. Они старые, – возразил мальчик, расправляясь с картофелиной.

– Нет, Гектор, они старые, пыльные и грязные. Что вы там постоянное изучаете в них – это дело ваше, но я не хочу видеть, что они разбросаны по дому. Понял?

– Да понял. Не разбрасывать книги по дому. Запомнил. Никто же не виноват, что тебя не научили читать.

– Что ты там сказал? – с наигранным негодованием возмутилась мама. – А ну, иди сюда!

Гектор успел допить свой морс, после чего вылетел из-за стола. Он подхватил стопку из трех книг с блокнотом и выбежал во двор. Мама остановилась в дверях.

– Вернешься вместе с отцом и сестрой, – прокричала она вслед.

Сын махнул рукой и побежал дальше, легко перепрыгнув через каменную оградку.

По пути он сорвал несколько стеблей чернильника – растение, которым можно было рисовать или писать, благодаря черному соку, который выделялся, если как следует надавить. Но он быстро растрачивался, поэтому приходилось набирать сразу несколько штук. Благо, что рос он почти везде и в большом количестве.

Гектор любил читать в своем тайном месте. Конечно, вся семья знала, что это за место и где оно находится, но это не повод нарушать правила детского мира.

Его укрытием был небольшой домик меж двух растущих рядом деревьев на опушке леса. Когда они с сестрой были совсем юными, они построили его вместе с отцом, чтобы здесь Гектор и Эмма могли сами наблюдать за лесом и изучать его.

Их отец – Гаррет – был охотником. Раз в неделю он уходил в лес за добычей. Это была очень важная и востребованная профессия. Чтобы быть охотником нужно не только метко стрелять из лука, но и выживать в лесу, ведь иногда приходилось выслеживать цель по несколько дней. Гектор и Эмма иногда присоединялись к отцу, но было это не часто и по особым случаям. Например, как сегодня. У них с сестрой был день рождения. Поэтому они оба напросились на охоту. Но Гектор проспал ранний подъем, поэтому решил провести время с книгами.

Когда-то они принадлежали его деду – Грамвиту. Поначалу все в них казалось непонятным и можно было только любоваться причудливыми письменами и чернильными картинками. Вечерами перед сном Гектор просил отца или дедушку почитать ему загадочные закорючины. Но уже вскоре он сам научился понимать их и медленно читать. Это мало кто умел в Акарде, ведь книги считались уделом мудрецов и мыслителей. Отец Гектора научился этому от своего отца, но откуда научился дедушка, он точно не знал.

Мальчик сел у окна и открыл свой блокнот с пожелтевшими листами. Это был последний подарок от дедушки. На первой странице было написано: «Все вокруг – это выбор».

Гектор взял в руки первую книгу. На красной обложке не было надписей, только орнамент в виде четырех лучей, расходящихся в разные стороны от перевернутой восьмерки, напоминавшей два глаза – знак ордена Смотрителей, в котором состоял его дед – Грамвит Бесстрашный.


Открыв первую страницу, он прочитал строки, которые и без того знал наизусть:

– Не отступлю и не убоюсь. При свете дня и во мраке ночи, глубоко под землей и высоко в горах мой долг – защищать слабых. Нет того, что мне не доступно. В клятве своей я делаю выбор. Я выбираю добро и борюсь со злом. Мой меч справедлив и решителен. Я служу ордену и всему миру сейчас и до конца своих дней.

Это была клятва, которую приносили новые члены ордена Смотрителей, вступая в него. Гектор мечтал, что когда-нибудь тоже станет отважным воином, как его дед. Они с сестрой уже закончили обучение в Костровой школе и в скором времени должны были пройти Испытание, чтобы показать на что способны и узнать, что им предназначено.

Снаружи что-то щелкнуло. Гектор резко поднял голову, всматриваясь в листву. Через мгновение среди ветвей показалась белка. Мальчик улыбнулся ей.

– Иди сюда, – протянул он руку. – Я тебя не обижу.

Белка замерла, глядя прямо на человека, а потом быстро юркнула обратно в листву.

Гектор вернулся к размышлениям. Он представил, что стоит на самой высокой башне в крепости Смотрителей на севере и смотрит куда-то вдаль. Конечно, он никогда не был там, но много слышал о ней от отца и деда.


Почти пятьсот лет назад эту крепость построили, чтобы охранять единственную дорогу, ведущую на Белое плато, в страну, под названием Морланд. Каждый акардец знает, что это земли, где живут ледяные демоны или, как их еще называли, оборотни плато. Они пытаются выбраться из своей тюрьмы, но Смотрители не дают им вырваться из заточения. В рассказах и легендах, которые Гектор слышал, говорилось, что там живут злые оборотни. Но почему они злые, никто и никогда не объяснял.

В случае серьезной угрозы все жители Акарды устремлялись в крепость, чтобы любой ценой сохранить мир во всем Веленорде. Но за пять сотен лет такой угрозы ни разу не возникало. Смотрители, живущие в крепости постоянно, сдерживали врага своими силами. Каждый ребенок в Акарде мечтал попасть в орден Смотрителей, потому что это было очень почетно.

Однажды, когда отец взял Гектора с собой на большую охоту, один из их спутников говорил, что встречал живого медвежеголового. Это один из трех видов оборотней, живущих в Морланде. Правда, как он проник в леса Акарды, минуя крепость, было не ясно. Ничем хорошим эта встреча не закончилась. Оборотень гнался за охотником до самой деревни, пока не наткнулись на мужиков с вилами.

Гектор представил, будто он прогуливается по стене в крепости и вдруг замечает вдали бегущего ледяного демона. Он приближается и начинается схватка. Один на один с врагом. Лучшего приключения Гектор и представить не мог… Мальчик заснул.

– Гектор! – послышался знакомый голос снизу. – Я знаю, что ты там.

– Спускайся, мечтатель!

Мальчик проснулся и увидел перед собой два больших черных глаза на острой мохнатой мордочке, которые внимательно за ним наблюдали.

– Молли, – улыбнулся он. – Давно ты сидишь тут?

Зверек, телом похожий на обезьянку, а мордочкой скорее на маленькую лису, закивал головой, а потом юркнул в люк в полу. Гектор последовал за ним и уже через мгновение оказался на земле.

Перед ним стоял высокий мужчина, за спиной которого висел лук и колчан со стрелами, а на плече сидел его багер по имени Молли. Рядом стояла не по годам высокая девочка с типичной ухмылкой на лице.

– Пап, как ты узнал, что я в убежище?

– Ты громко сопишь, – ответила вместо отца сестра. – Тебя невозможно не услышать. Все ищешь приключения в своих книгах?

Гектор и правда любил читать. С книгами часто было проще находить общий язык, чем с людьми. В них столько нового и увлекательного, а главное – они никогда не обидят и не будут в плохом настроении.

– Это Молли услышала тебя. Опять читал и уснул? – Отец потрепал сына за волосы. – Я так и думал. Идем домой, сегодня ведь большой день.

– А что у вас там? Охота была успешной?

– Как и всегда. Но взяли только то, что необходимо. Лес нам благоволил. Поторопимся, мама наверняка уже потеряла именинников.


* * *

Повседневная жизнь в Акарде шла своим чередом. Каждый был занят делом: рудокопы копали, охотники охотились, фермеры выращивали урожай, портные шили. Только дети занимались тем, чем хотели. В отличие от большинства взрослых, они были свободны и сами выбирали, чем заниматься. Ничто не сдерживало их фантазию. Все, что им нужно было – не забыть пообедать и вернуться домой до наступления темноты. В этом и есть прелесть детства – в свободе от необходимости делать то, что от тебя ждут.

Так было до наступления десяти лет. После этого беззаботное детство, можно сказать, заканчивалось, и все отправлялись в Костровую школу, чтобы пройти обучение. Это было что-то вроде начальной школы, обязательной абсолютно для всех.

Костровая школа находилась в столице. В Веленорде было принято называть страны по названиям их главных городов. Именно поэтому для всех Акарда – это название страны, а для жителей Акарды – это еще и название столицы. Звучит, может быть, и трудно, но на самом деле к этому быстро привыкаешь, да и запоминать нужно меньше.


Обучение начиналось в первый день лета, как говорили в Акарде. По календарю же это был первый день Теплого месяца. Все, кто был рожден позднее, должны прождать целый год, и только потом они могли попасть в набор следующего года. Календари не были распространены в Акарде, но в блокноте Гектора среди множества рисунков можно было его найти.

Костровой школой ведали старейшины. Это были самые почитаемые жители страны, которые учили юнцов всему, что нужно знать, чтобы стать настоящим акардцем. В школе рассказывали о появлении Акарды, о миссии Смотрителей, о Северной войне, о долге и много еще о чем. Правда, здесь не учили чтению и письму, потому что учить было особо некому, да и необходимости в этом не видели. Здесь обучали только тому, что считали действительно полезным в повседневной жизни. А всему остальному можно было обучаться самостоятельно.

Особое внимание уделялось физической подготовке. Зарядка и бег были ежедневными ритуалами. Кроме того, каждый акардец должен был уметь пользоваться оружием. Потому и обучали этому с раннего возраста.

По вечерам ученики собирались перед большим костром в центре столицы, чтобы послушать истории старейшин. Отсюда и название – Костровая школа.

Обучение длилось два года. Затем всех отправляли по домам на лето, чтобы они могли провести время со своей семьей. В первый день Лиственного месяца – это первый день осени, всех ожидало Испытание, в котором каждый из учеников должен был показать, чему научился.

Два года мальчиков и девочек готовили к этому событию. Тем, кто прошел обучение в Костровой школе, нужно было преодолеть путь от столицы страны до так называемой Обители мудрецов. Это был небольшой храм в горах на севере, в трех днях пути от деревни Торса. В Обители жили те, кто предпочел посвятить свою жизнь изучению всего тайного, что есть в мире. Приходили сюда добровольно, становясь послушниками. Разные были на то причины: кто устал от тревог, а кто просто стремился к сокровенным знаниям. Прослужив достаточно долго, послушник становился мудрецом, которого почитали и к кому прислушивались. Решение о готовности принимал только глава Обители.

Но вернемся к Испытанию. Путь столицы до жилища мудрецов нужно было преодолеть за семь дней. Если кто-то не успевал, то должен был сделать это через год. Но таких случаев никогда не было. Ведь дорога занимала около недели, если двигаться размеренно и при этом останавливаться на ночлег. Каждый сам выбирал, что взять с собой: набрать провизии или пойти налегке, добывая еду, где придется.

После прибытия в Обитель, все ученики должны были заглянуть в Зеркало души – это большая чаша, наполненная чистой горной водой. Увидев свое отражение, нужно было произнести, кем ты хочешь стать, чтобы внести свой вклад во благо Акарды. Если вода оставалась спокойной, значит, выбор был сделан верно. Если же она начинала бурлить, нужно было выбрать что-то другое. Только пришедший первым мог сразу выбрать, кем ему быть.

Спорить с распределением было бессмысленно, ведь все профессии нужны. Без плотника некому будет строить и латать крыши, без торговца негде будет купить хлеб, который не испекут, если не будет пекаря.

После распределения каждый ученик мог взять себе верного помощника – багера. Это небольшие зверюшки, размером с ладонь, с большими ушами и рыжей мягкой шерсткой. Багеры живут только в одной горе, где и располагалась Обитель мудрецов. Особенность этих зверюшек в том, что благодаря своим большим ушам, они слышали все вокруг и могли предупредить своего хозяина, о чем угодно. Единственное условие: багер должен был сам выбрать себе хозяина, покинув при этом свою семью. Поэтому они были скорее редкостью.

Наверное, это все, что нужно знать сейчас о жизни в Акарде.

## Глава 2. Сказки у камина

На ужин почти вся семья собралась за большим столом. Во главе сидел отец – Гаррет, которого в деревне прозвали Стрелой за его непревзойденную меткость. Слева расположилась его жена Сара, а рядом с ней ее сестра Агнес. Следом сидела их мать – требовательная Наддина. Напротив Гаррета восседал отец Сары и Агнес – уважаемый во всей округе Дорин, который был лекарем.

По правую руку от Гаррета устроились Эмма и Гектор, а следом их двоюродный брат – совсем юный Дилан. Для Молли на широком подоконнике поставили миниатюрный стол с теми же угощениями, которые были на большом столе. Багеры не притязательны в еде и могут есть тоже, что ест человек.

За столом не хватало только отца Гаррета. Два года назад он бесследно исчез во время вылазки к западу от крепости Смотрителей. Кончено, на поиски отправился небольшой отряд разведчиков, но они так ничего и не нашли.

Однако, сейчас об этом не вспоминали. Семья собралась за ужином, чтобы отпраздновать двенадцатый день рождения Эммы и Гектора.

По традиции, перед началом трапезы, слово должен был сказать глава дома.

Гаррет неторопливо встал и обвел взглядом всю семью:

– Что ж, сегодня мои дети стали совсем взрослыми. Эмма, Гектор, кажется, вы научились и знаете уже больше, чем знал я в ваши годы. Скоро вас ждет Испытание. Уверен, что вы справитесь с ним без труда!

В этот момент ребят переполняли волнения и радость.

– Дети мои, – продолжил отец, – Мы все будем гордиться вами, чтобы ни случилось! Семья всегда будет рядом! Пусть вас сопровождает удача и хватает мудрости, чтобы совершать правильные поступки! С днем рождения! Да хранит вас великий Акард!

– Хоу! – гулкое одобрение прокатилось по столу.

– А теперь можно есть? – жалобно вопросил Дилан. – Молли вон уже все слопала.

Все одобрительно засмеялись и почти одновременно кивнули. Семейный ужин начался.

За столом было шумно и весело. Обсуждали все, что только возможно: взросление детей, знакомство родителей, охоту, лучший урожай в Вергосе – их родной деревне, и, конечно, легенды – самая любимая часть любого ужина или застолья. В процессе празднования Гаррет переместился поближе к Дорину, а Наддина к своим внукам. В какой-то момент Сара отметила для себя, что сейчас она счастлива, ведь в семье царила гармония. Другого она и пожелать не могла.

Настало время внести праздничный торт. Сара и Агнес, не привлекая внимания, упорхнули в кухню, где был спрятан небольшой торт, который испекла бабушка. Агнес аккуратно вставила в самую середину красивую свечку. Сара зажгла ее, и вместе они вынесли торт в гостиную. Дилан ахнул от удивления.

– С днем рождения, дорогие мои, – сказала мама. – Теперь можете загадывать желание.

Эмма спокойно смотрела на маленькое пляшущее пламя. Гектор же зажмурил глаза и что-то тихо пробурчал. А затем, почти одновременно, они задули свечу.

– А теперь идем дарить подарки! – сказал отец.

Все переместились поближе к очагу. За окном уже стемнело, а сверчки заиграли свой мотив. Дети расположились на полу на старом ковре, мужчины устроились на двух креслах, а женщины на скамье.

Гектор раскрыл первый подарок.

– Ого! Это же настоящие походные плащи! Какие мягкие! Спасибо, ба, деда! А кому, какой цвет?

– Они прослужат вам много лет, – сказала Наддина. – Шерстяной плащ – это самая необходимая вещь в дороге. Им можно укрыться, если ночью будет холодать. Если холодно – согреет, а если жарко, то не займет много места в рюкзаке. Зеленый для Эммы, а бордовый тебе, Гектор.

Дети обняли бабушку и дедушку, после чего принялись открывать следующий подарок.

– Это же огниво! – снова воскликнул Гектор. – Спасибо! Спасибо!

– Это от нас с Диланом, – сказала Агнес. – У вас впереди Испытание, огонь придется добывать в любом случае. А это вам немного поможет.

Эмма с братом обняли тетю и двоюродного брата.

Теперь же настала очередь подарка от мамы с папой.

Гаррет подошел к дочери, протягивая небольшой лук и новенький колчан стрел:

– Эмма, ты стреляешь лучше всех в деревне. Кому как ни тебе предстоит защищать нас или кормить. Этот лук легче моего и намного удобнее. С ним можно бежать, практически не чувствуя вес. Надеюсь, он послужит тебе…

Не успел отец договорить, как Эмма крепко обняла его и долго не отпускала. Она была безмерно рада подарку и в тоже время, ей было грустно, что детство и правда уходит.

Мама подошла к сыну, протягивая сюрприз:

– Гектор, папа уверял, что ты будешь счастлив, если мы подарим тебе это. Думаю, что теперь ты в любом путешествии сможешь скоротать вечер у костра. Мы тебя очень любим! Вас с сестрой очень любим!

– Да ладно! – воскликнул Гектор, раскрыв кожаный мешочек и высыпав из него несколько резных, разрисованных камней. – Камни и кости! Собственный набор! Мама, папа, спасибо! Это же… Это же… Я даже не знаю! Это самый лучший день!

Гектор бросился обнимать родителей. Сказать, что он был рад – не сказать ничего. Он был готов прямо сейчас все бросить и начать играть.

Камни и кости – это настольная игра. Наверное, самая популярная во всем Веленорде. Ее знают почти в каждом уголке, независимо от того, на каком языке говорят. Кое-где правила могут незначительно отличаться, но основные принципы всегда одинаковы. Она проста в изучении, но глубока и увлекательна. Говорят, что все лучшие стратеги, которые когда-либо жили, были лучшими игроками в «Камни и кости».


– Ну что ж, – с улыбкой сказал дедушка, – кажется, все подарки подарены, а значит, настало время историй! О чем хотите послушать сегодня, малышня?

– О драконах! – выкрикнул Дилан.

– Снова? Еще не надоело?

– Нет! Я сколько угодно могу о них слушать.

– Он их еще и рисует, – добавила Агнес. – Все стены дома изрисовал.

– Значит, драконы. Снова. Ну хорошо. Я подготовился, поэтому расскажу вам одну легенду, которую вы еще не слышали.

Дилан устроился поудобней в ожидании. Гектор уже много раз слышал истории о драконах, но сейчас и ему стало интересно. Эмма же была занята новым луком.

– Известно, что очень давно, задолго до появления Акарды, – начал свой рассказ дедушка, – в Веленорде было много драконов. В любом уголке мира можно было их встретить. Все они были разные: большие и маленькие, добрые и злые, ползающие и летающие. Жили они сами по себе и без надобности никого не трогали. Но среди них были и те, кто любил злодеяния и поэтому беды приносил. И вот однажды, на Белом плато, где давным-давно было целое королевство, появился дракон по имени Гнус. Жуткий был зверь, озлобленный и безжалостный. Как-то раз Гнус отправился за добычей. Затаившись среди деревьев, он начал ждать, когда кто-нибудь пойдет по тропе между снежных холмов. Через несколько дней проведенных в засаде, дракон заметил большой караван. Не раздумывая, он бросился в атаку. Конечно, караван охраняли искусные войны, но к встрече с драконом они были не готовы. Гнус разметал всех: тех, кого он не раздавил и не сжег, он съел. Так получилось, что среди разрушенных и обгоревших обломков каравана осталась одна нетронутая карета. Гнус медленно подполз к ней. Огромным когтем он сдернул с нее крышу. Внутри, сжавшись в углу, сидела Акина – дочь короля Белого плато Аквилана.

– Он ее съел? – встревоженно перебил дедушку Дилан.

– Нет, конечно, – успокоил его Гектор. – Иначе эта легенда была бы не легендой, а страшной историей. Легенды никогда не заканчиваются плохо.

Слова успокоили младшего брата, а взрослые украдкой переглянулись.

– Итак, я продолжу. Дракон увидел испуганную юную принцессу. Ее красота поразила Гнуса. Вместо того, чтобы съесть ее, он прогромыхал: «кто ты такая, юная дева?»

Страх сменился удивлением. Акина никогда не видела драконов и тем более не слышала о том, чтобы они говорили.

«Кто ты?» – снова спросил дракон.

«Меня зовут Акина. Я дочь Аквилана» – ответила девушка.

«Значит, ты принцесса?»

«Да. Теперь ты съешь меня?».

«Съем, но не сейчас» – ответил дракон.

Принцесса заплакала от ужаса. Гнус схватил ее и унес к себе в пещеру.

– Значит, он все же съел ее? – снова встревожился Дилан.

– Не думаю, – ответила за дедушку Эмма. Ей тоже стало интересно, поэтому она отложила лук и подсела чуть ближе, внимательно хлопая большими голубыми глазами. – Скорее всего ее кто-нибудь спасет. Легенды и сказки ведь всегда так заканчиваются.

– Да, – подтвердил дедушка, а потом продолжил. – О похищении дочери узнал король Аквилан. Он разозлился и приказал своим воинам немедленно выследить и убить дракона. Для этого снарядили большой отряд в тысячу человек. Возглавил его молодой военачальник Аркон, который лично отобрал лучших воинов. О том, где находилось логово дракона узнали быстро. В этом месте, в горах, часто пропадали и люди, и скот. Когда войско подошло к пещере, Аркон разделил его на две части, и первым вступил в нее, не убоявшись опасности. Его примеру последовали несколько воинов. Большая же часть отряда осталась снаружи. Им военачальник приказал разместить над входом в пещеру огромный камень. Оказавшись внутри пещеры, Аркон повел за собой воинов вглубь. Услышав незваных гостей, Гнус проснулся. Испуская потоки пламени из пасти, дракон грозно прогромыхал: «Убирайтесь прочь! Это мой дом!». В порыве ярости Гнус не заметил, как военачальник прыгнул в небольшое озерцо внутри пещеры и, минуя его под водой, оказался рядом с пленницей. Пока воины отвлекали дракона, обстреливая его стрелами и забрасывая копьями, а потом прячась от пламени за камнями, Аркон и Акина переплыли озерцо и бросились бежать прочь. За ними последовали и остальные. Увидев пропажу принцессы, дракон разозлился пуще прежнего. Он кинулся вдогонку за людьми. Оказавшись у выхода, Гнус прорычал: «Я уничтожу всех вас, людишки! Я – король Белого плато!». Но не успел он закончить угрозы, как сверху на него упал огромный валун. Дракон успел отскочить, но вход в пещеру оказался закрыт. Гнус так и не смог выбраться и остался там. Говорят, что потом камень заколдовали, а вместо тропы к горе построили лабиринт, чтобы никто не смог освободить его. Вернувшись домой с победой, Аркон взял в жены юную принцессу Акину. Король Аквилан был так счастлив, что тут же забыл обо всех горестях. И жили они долго и счастливо до конца дней своих.

– Деда, это значит, дракон все еще заперт в той пещере? – спросил Гектор. – Драконы ведь живут тысячи лет.

– Может быть. Никто этого не знает. И надеюсь, что и не узнает. Незачем будить спящего дракона.

– Он, наверное, сейчас очень старый, – предположил Дилан.

– Нет. Драконы не стареют. С годами они становятся только сильнее и умнее.

– А сейчас они еще существуют?

– Их давно никто не видел. Но, если мы знаем, что существуют тролли, оборотни и другие удивительные существа, значит, где-то могут жить и драконы.

– А правда, что они умели разговаривать? – снова спросил Гектор.

– Все возможно. Легенды хоть и приукрашивают события, но большая их часть – это правда.

– А королевство на Белом плато? Это Морланд?

– Гектор, – тут же вскрикнула мама, – мы не произносим это название. Оно несет одни несчастья.

– Но, мам! Я же только спросил…

– Дети, уже очень поздно, – бесцеремонно прервала их беседу Наддина. – Давайте-ка закончим на этом и дружно пойдем спать! Старые драконы подождут.

– Но так не честно! Можно еще немного? – начал было спорить Гектор, но после пронзительного взгляда бабушки, стало ясно, что придется лечь спать. Конечно, он и сам чувствовал усталость, но ему хотелось побыть со взрослыми подольше.

Сегодня вся семья ночевала под одной крышей. Взрослые еще долго о чем-то беседовали в гостиной, когда дети уснули. Засыпая, Гектор думал о драконе, о спасенной принцессе, о подвиге молодого военачальника и, конечно, о загадочной стране.

Вскоре в доме воцарилась тишина. Все уснули в мире и спокойствии.


* * *

Гектор снова проснулся последним. Первая мысль, которая пришла в голову: «сегодня они с сестрой уедут из родного дома». Еще вчера он с упоением представлял сегодняшний день, как он вместе с отцом и Эммой едут в столицу, но сейчас ему не очень-то хотелось, чтобы он начинался. Мальчик понимал, что многое изменится. Он уже не будет беззаботным ребенком.

Дилан давно бегал у дома с деревянным мечом в руках. Он сражался с Гнусом, о котором вчера услышал. Кроме мамы в доме никого не было. Она как всегда хлопотала на кухне. Умывшись теплой водой, Гектор присоединился к ней.

Завтрак показался мальчику поистине королевским: две вареных картофелины, небольшой кусок сыра, кусочек вчерашнего торта, яблоко и любимый ягодный морс. Он съел все, не моргнув и глазом.

– Мам, а где все? – спросил Гектор, облизывая пальцы.

– Отец в амбаре ищет свои старые сумки и рюкзаки, Эмма упражняется с луком, Агнес проверяет кур, а бабушка с дедом у дома смотрят за Диланом.

– Понятно.

– Ты чем-то расстроен? – мать всегда чувствует, когда ее дитя грустит.

– Нет, ничего такого.

– Тогда в чем дело?

– Ни в чем.

– Гектор, рассказывай.

Сын поколебался, но все же ответил:

– Я не знаю, хочу ли проходить Испытание.

– Как это не знаешь? – искренне удивилась мама. – День Испытания – это честь и обязанность…

– Я знаю, что я должен, мам! Но зачем вообще его придумали? Почему мы сами не можем выбрать, кем стать?

– Гектор, этой традиции много веков. Так делала я, мои родители, родители родителей и так далее. Это суждено всем, кто рожден в Акарде.

– Знаю, – опустив голову ответил сын. – Только я буду очень скучать по детству. А если стану Смотрителем, то долго вас не увижу.

Мама оставила свои хлопоты, чтобы обнять сына. Несмотря на то, что он только и говорил, как мечтал о приключениях и путешествиях, ему не хотелось покидать дом. Здесь все было родным и близким, а там – незнакомы мир, который может быть, как добр, так и не очень.

– Недавно мне снился сон, – продолжил рассказывать он. – Очень странный. Будто все взаправду. Как-будто я прямо был во сне, а не смотрел его, как это обычно бывает.

– И что ты видел?

– Я видел башню. И лес. Только не настоящий. Этот лес шел куда-то. А потом два огонька, скрещенные между собой, – он почесал лоб. – А дальше… забыл. Проклятье!

– Что это еще за выражения?! От отца научился?!

Гектор не ответил, только опустил взгляд к полу. Мама тут же смягчила тон:

– Просто ты волнуешься, сынок. Из-за отъезда. Поэтому и снится тебе разная ерунда. Ты и сам это уже забыл, верно?

Гектор кивнул и крепко обнял маму:

– Я люблю тебя, мам.

– Я тебя тоже!

Входная дверь распахнулась и на пороге появился отец.

– Вы что, уже прощаетесь? Мы ведь еще не все вещи собрали, а вы уже сцену устраиваете.

– Гектор немного волнуется, – ответила Сара. – Вот и все.

– Это нормально, – Гаррет потрепал за волосы сына. Он часто так делал, хоть Гектору это не особо нравилось. Приходилось потом поправлять волосы, чтобы они не закрывали глаза. Наверное, это был из тех жестов, которым показывают свою любовь.

– Только дураки не волнуются и не боятся. Им просто не из-за чего волноваться. У них всегда все прекрасно. Поэтому не беспокойся, сын. Все о чем-то переживают.

Слова отца были всегда важны для Гектора, а сейчас особенно. Его поддержка тут же развеяла все сомнения.

– Пойдем собирать остальное! Нам с Молли нужна помощь! – сказал папа, и вместе они вышли из самого уютного дома на свете.


* * *

Перед Испытанием для всех устраивали большой пир в столице, во время которого ученики получали последние наставления. Но до этого момента было еще несколько дней. Сейчас же нужно было добраться до Акарды.

– Провизии нам хватит с лихвой, – сказал Гаррет, осматривая повозку. – Тут еды человек на десять, не меньше! А нас трое в повозке, не считая багера.

– Кажется, да, – согласился сын. – Пап, я люблю поесть, но не настолько ведь! Нам правда нужно все это везти с собой?

Отец рассмеялся.

– Все, что не съедим, отдадим Молли. – Зверек с удивлением посмотрел на Гаррета, раскинув большие уши. – Не переживай, я шучу. Мы же не хотим, чтобы ты лопнула. Все эти угощения для пира. Ну и чтобы в дороге не отвлекаться. Кстати, а ты меч свой не забыл?

– Он мне больше не нужен.

– Почему?

– Он тренировочный. Им никого не проткнешь. А зачем мне нужен деревянный меч? Вот был бы он из акардиума…

– Знаешь, Гектор, мой отец как-то сказал: «не торопись брать в руки оружие. Особенно из акардиума. Дело не в том, какой у тебя меч, а в том, для чего он тебе. Твое главное оружие – вот здесь», – он указал на голову. – Я это запомнил. Запомни и ты. Возможно, когда-нибудь твой меч спасет чью-то жизнь, но ум – куда более сильное оружие!

– Не переживай, пап. Я все помню! А если и что-то забуду, у меня есть блокнот.

– Вот и прекрасно. Уверен, из тебя выйдет отличный Смотритель!

– Если я им стану.

– «Когда» ты им станешь, а не «если».

– Думаешь, чаша мне позволит?

– Уверен в этом. Но сейчас нам нужно все сложить, если мы не хотим опоздать. А еще нужно взять немного дров, чтобы не искать их в пути. Поможешь?

– Конечно! Я тогда за дровами.

– Договорились, – отец хлопнул сына по плечу. – И где вообще Эмма?

Сестра с самого утра пристреливалась из нового лука. Ее темные волосы были как всегда собраны в хвост, что делало и без того острые черты лица еще острее. Зато так ей ничего не мешало целиться. Лук был намного меньше отцовского, поэтому чучело из мешка и сена долго оставалось невредимым. Но спустя пару десятков попыток, стрелы начали попадать в цель одна за другой. Гектор всегда с восхищением наблюдал, как сестра точно стреляет. Все, что касалось лука или меча, ей давалось на удивление легко. Она схватывала буквально на лету. Тягаться в этом с ней было бессмысленно.

После того, как все приготовления были завершены, семья собралась у повозки. Каждый из них пожелал Эмме и Гектору все самое хорошее, что только можно было придумать: удачи, здоровья, терпения, мудрости. Отличился только Дилан – он пожелал побольше сладостей. Все, конечно, рассмеялись, однако, Дилан был полон серьезности. Гектор пожелание оценил, ведь когда теперь удастся поесть чего-нибудь сладенького – большой вопрос.

Затем наступил момент объятий. В этом не было равных бабушке с дедушкой. В какой-то момент Гектор подумал, что, если бы был турнир по объятиям, то они точно стали бы чемпионами.

Последней подошла мама и просто молча обняла детей. Гектору казалось, что он вот-вот заплачет, но все-таки смог сдержать слезы. Ему совсем не хотелось расставаться.

– Берегите друг друга, – прошептала мама. – Вы семья, и чтобы ни случилось, должны помогать и заботиться друг о друге. Да защитит вас великий Акард!

– Хоу! – негромко выдохнули в знак одобрения дети и муж.

Гектор еще сильнее обнял маму.

– Ну ладно уже. Нам пора. Путь не близкий.

Отец помог детям забраться на повозку, после чего подошел к Саре, обнял ее и нежно поцеловал в лоб.

– Береги их.

– Конечно.

– А ты береги его, – добавила Сара, погладив Молли.

Все было готово. Эмма повернулась ко всей семье и почти торжественно произнесла:

– Не скучайте! Не успеете оглянуться, а мы уже и вернемся. Хоу!

– Хоу! – раздалось в ответ.

После этих слов Гаррет ударил вожжами, и лошадь неторопливо пошла по дороге. Гектор стоял и махал рукой своим родным. Он еще не знал, как скоро сможет увидеть их.

## Глава 3. Ночные гости не приносят хороших вестей

Путь от Вергоса до Акарды занимал примерно четыре дня неспешным ходом на повозке.


Им необходимо было добраться до деревни Талан, после чего выйти на главный тракт, который вел напрямую к их цели.

Погода благоволила: светило яркое солнце, а на небе не было ни одной тучки. Родная деревня оставалась позади. Уютные тропинки меж каменных и деревянных домиков, знакомые заборчики и оградки, ухоженные лужайки… Здесь было знакомо абсолютно все. Вот поваленное дерево, которое было местом сбора всех затейников в округе. Вот пустующий сарайчик, обросший историями про приведения. А это единственная в деревне таверна, в которую не пускали детей, потому что там взрослые вели себя как хотели, а не как было нужно. И, конечно, дом загадочного отшельника, стоявший поодаль от всех.

Гектор оглянулся в последний раз, чтобы увидеть, как вдалеке мама до сих пор стоит и смотрит им вслед. Вскоре они пересекли холм, и крыша любимого дома скрылась из виду. Гаррет заметил, как сын грустно вздохнул.

– Мы скоро вернемся сюда, Гектор. Ты не хуже меня знаешь, что, когда ты чем-то занят, время летит незаметно. А тебе точно будет, чем заняться во время Испытания.

– Я вот вообще не знаю, когда вернусь сюда, – заявила Эмма. – Сам знаешь, у Смотрителей есть долг – бороться с ледяными демонами и всех защищать.

– А если ты не станешь Смотрителем? Если Зеркало души решит иначе?

– На этот случай я постараюсь прийти первой, чтобы выбор был за мной. Или в крайнем случае, стану охотником! В твоих книгах разве не пишут, как добиваться того, чего хочется?

– Там пишут о разном, – буркнул Гектор. – Это же не инструкция, а сказания, легенды, сочинения.

Он всегда немного завидовал целеустремленности своей сестры. Она была так уверенна, будто никогда не сомневалась. Но Гектор знал, что и у нее бывают падения. Сам же он часто не был уверен в своих поступках.

– Сомневаться – нормально, Гектор, – вмешался в разговор отец. – Эмма уверена, что станет Смотрителем. Уверенность – это хорошо. Конечно, она иногда перебарщивает и становится слишком самоуверенной, – Гаррет посмотрел на дочь, ожидая ее восклицания. – Это так, Эмма, ты правда так делаешь.

В ответ она лишь пожала плечами.

– Поэтому существует грань между уверенностью и самоуверенностью. Но, если ты сам не будешь уверен в себе, в своих силах, то кто тогда будет?

Гектор нахмурил брови, размышляя над услышанным. Ему всегда казалось, что нет ничего непонятнее изречений пророка Элларио, но иногда он слышал от взрослых такую мудрость, которая вводила его в замешательство. Конечно, кто-то даже не обратил бы внимание на слова отца, но только не Гектор. Все, что он слышал, он пытался обдумать, а лучше записать.

– Ты очень смышленый, – продолжил отец, положив руку на плечо сына. – Если что-то не понимаешь, ничего страшного. Поймешь позже, если захочешь. Обязательно.

Гектор посидел еще немного рядом с отцом и сестрой, безуспешно попытался разбудить Молли, а потом перебрался назад, где лежали рюкзаки и мешки с провизией. Он устроился поудобней, положил под голову свернутый новенький плащ и стал размышлять над тем, чего хочет больше всего. Первая мысль, которая посетила его – это прохладный ягодный морс.

«Почему бы не попить, если я очень хочу?» – подумал он, после чего достал свой маленький бурдюк и сделал несколько глотков.

Эмма не могла пропустить это:

– Мы только выехали, а ты уже начал есть? Тяжело тебе будет, братец.

– Ничего я не начал! Просто смочил горло. Жарко же.

– Это точно, – улыбнулся отец. – Но морсом лучше не увлекаться в жару. Попей воды. Она не сладкая, поэтому жажда пройдет быстрее.

Гектор лег на спину и молча уставился в синеву неба. Он задумался, чем бы мог заняться, если не станет Смотрителем. Вариантов было не так уж много, а точнее, всего один – мудрец. Гектор ведь умел читать, а значит, смог бы прочитать все книги, которые есть в Обители. А потом он бы мог научить других тому, что узнал сам. Этот вариант понравился мальчику. Но у мудрецов приключения заканчиваются с окончанием книги, тогда как настоящие события всегда ждут за порогом. Да и жить в горах, не покидая Обитель, ему не очень-то хотелось.

Так они ехали до самого вечера. Гаррет и Эмма о чем-то неторопливо говорили, прерываясь на тишину, а Гектор то размышлял, то дремал, то читал, то играл с Молли. Останавливались всего дважды, чтобы перекусить. Когда стало темнеть так, что дороги почти не было видно, они достигли деревни Талан.

Здесь жил давний друг отца, который тоже был охотником. Его звали Робин. Примерно месяц или полтора назад они вместе выслеживали стаю волков, которые доставляли много проблем пастухам. Поэтому приезд Гаррета с детьми в конце лета не был сюрпризом.

– А вот и они! – встретил гостей Роб, растекаясь в улыбке. – Ждал вас еще до захода солнца! Хотел было уже отправляться на поиски.

– Ты же знаешь детей, – Гаррет спрыгнул с повозки, – нужно правильно питаться и достаточно отдыхать. Привалы были чуть дольше, чем я планировал.

Робин громко рассмеялся в ответ и крепко обнял друга.

– Идите-ка сюда, мелкотня! Ого, как вы вымахали! Эмма, настоящая красавица! А Гектор – истинный воин! Сто лет вас не видел!

Прошло и правда несколько лет, когда Эмма и Гектор в последний раз видели Робина. Это было еще до их обучения в Костровой школе. Впрочем, он не сильно изменился за эти годы. Все такой же великан-весельчак. Рядом с ним даже Эмма чувствовала себя маленьким человечком, хотя она была выше Гектора на полголовы.

Робин спустил с повозки Гектора и потрепал за волосы также, как делал отец. Эмма спрыгнула сама.

– Ух, какие вы стали! Взрослые. Сильные. Но вам меня даже вдвоем на одолеть!

После этого брошенного вызова, ребята вдвоем набросились на Роба. Гаррет и Молли наблюдали за тем, как безуспешно дети пытались повалить на землю старого друга:

– Он слишком большой для вас, – начал подсказывать отец. – Сила здесь не поможет, будьте хитрее!

Гектор кивнул Эмме, после чего она закричала так громко, как только смогла. Кажется, что этого никто не ожидал, поэтому и Робин, и Гаррет, и Молли замерли в недоумении. В это время Гектор быстро юркнул за спину противнику и встал на четвереньки. Эмма же, как только заметила это, перестала кричать и прыгнула вперед. Роб растерялся буквально на секунду, попятился назад, споткнулся о поджидающего его Гектора и с грохотом повалился на землю. Брат с сестрой праздновали победу.

– Стареешь, – Гаррет протянул руку проигравшему. – Как они тебя, а!

– Да уж. И правда дети своего отца. Не силой, так хитростью. Ладно вам, один раз ничего не значит!

Гектор и Эмма не слышали этих слов. Слишком уж радостной была эта победа. Первая победа над дружелюбным великаном.

– Кажется, им сейчас не до тебя. Ты теперь в рядах проигравших. Они взрослеют. Привыкай.

– Да это я вижу. Идите уже в дом! Я пока приду в себя и заведу лошадь.


* * *

Дом Робина был не очень большой. Он жил один, поэтому, как он сам говорил, много места ему не требовалось. Снаружи вообще могло показаться, что дом заброшен, ведь лужайки заросли сорняками, травяной настил на крыше много лет как не стрижен, а входная дверь не красилась, кажется, никогда. Обычно хозяева стараются хоть как-то украсить свои дома: высадить диковинные цветы, покрасить оконные ставни, расписать входную дверь. Но все это не относилось к Робу. Он жил в удобной простоте, в которой находил гармонию. У него не было ничего лишнего: дом – это место для отдыха, настил на крыше – чтобы защищать от дождя, зачем его стричь, а забор – от кого он вообще защищает? И так было во всем.

При этом внутри дома Гектору показалось все настолько уютным, что даже захламленность не испортила впечатление. Стены были украшены охотничьими трофеями, пол застелен шкурами, а один единственный стол почти полностью покрыт воском от свечей.

– Не стесняйтесь, – сказал Гаррет, входя в дом сразу после ребят. – Тут может и не слишком убрано, зато тепло, уютно и пахнет едой. Просто и со вкусом.

– Да ты что, пап! – воскликнула Эмма. – Это же вообще одно из самых классных мест, в котором я только была! Только посмотри на эти луки! А стрелы! Каких у них наконечники!

Кажется, Эмма была больше всех восхищена тем, как устроен быт в доме у Роба. Ну еще бы, это же рай для девочки, которая собирается стать Смотрителем или охотником! Вокруг трофеи, снасти, луки, кровать, стол и очаг. Что еще было нужно?

– А дядя Роб всегда жил один? – спросил Гектор.

– Нет, – отец ответил с едва уловимой грустью.

– Почему же сейчас здесь никого кроме него?

– У взрослых все не так просто, как может показаться, сын. Бывают разные истории, которые не хочется вспоминать до определенной поры. Поэтому не спрашивай об этом у Роба, хорошо? Мы здесь гости, не хочется его расстраивать воспоминаниями.

– Хорошо, я не буду. Обещаю.

– Устраивайтесь пока вон там, – отец указал на стоящую в углу кровать. – Уверен, хозяин будет не против, если вы ляжете на мягкой постели.

Гектор сел на кровать, которая также была завалена шкурами. Он чувствовал, как устал, хотя они весь день просто ехали в повозке, даже не шли пешком. Но бывает, что безделье изматывает намного сильнее, чем множество дел.

Зато Эмме было сейчас не до отдыха. Она направилась в противоположный угол, где разместились охотничьи снасти. Каждая стрела была, как произведение искусства. Выточена с таким вниманием и аккуратностью, что Эмма чуть ли ни пищала от радости. Гектор давно не видел ее такой. Обычно она сосредоточена на всем, за что берется: будь то чистка картошки или стрельба из лука. Но сейчас она так радовалась, будто ей снова было пять лет.

Гаррет же чувствовал себя как дома. Он поставил чайник на огонь, расставил тарелки, зажег еще несколько свечей и проверил содержимое большого котелка.

– Смотрю, вы уже устроились, – вошел Робин, потирая руки. – И правильно! Будьте, как дома!

– Спасибо, Роб, – сказал Гаррет. – Ты как всегда гостеприимен!

– Да брось ты это! Мой дом – твой дом.

– Как и мой для тебя.

– Уже попробовали мою фирменную мясную похлебку?

– Без хозяина дома не начинали.

– Тогда чего ждем? Марш ужинать! – скомандовал Роб, и все тут же уселись за стол.

Мясная похлебка оказалась и правда хороша. Горячая, наваристая и такая ароматная! Все-таки охотники готовили мясо, как никто другой. После целого дня пути казалось, что ничего лучше сейчас не могло и быть. А когда котелок опустел, Робин достал вяленое мясо. В паре с бабушкиными лепешками – это было невероятно вкусно. Гаррет налил детям травяной чай, а себе и Робу что-то из маленького бочонка. Вечер однозначно удался. Даже Молли довольно пищала, наевшись. И хоть все и были уставшими, спать легли далеко за полночь, потому что оторваться от историй Роба было невозможно.

Когда сил у ребят уже совсем не осталось, они перебрались на кровать. Эмма уснула сразу, как только коснулась подушки. Гектор же долго ворочался и вместе с тем слушал разговоры бывалых охотников.

– Гаррет, не хотелось говорить об этом сегодня, – тихо сказал Роб. – Понимаю, что у ребят Испытание, и ты наверняка тоже волнуешься. Но у меня плохое предчувствие. За Брейем происходит что-то странное.

Друг выглядел очень взволнованным, что было не похоже на него. Обычно, что бы ни происходило, он всегда был в приподнятом настроении. По крайней мере, так казалось со стороны.

– О чем ты? – Гаррет осторожно поставил кружку на стол, чтобы не шуметь. – Что странного там может происходить?

– Пару недель назад я охотился в пограничном лесу, за рекой в районе брода. Встретил там двух охотников из Мирна. Сидя ночью у костра, с одним из них мы разговорились. Ты знаешь, как это бывает: я пожаловался на одно, он на другое…

– Да, конечно, я знаю, как это бывает. Но к чему ты?

– Так вот, он рассказал, что король Тормуд готовит армию на границе с Акардой. И со дня на день, эта армия может вторгнуться в Акарду.

– Глупости. Зачем Мирну вторгаться на нашу землю? Мы не ведем войн с королевствами севера.

– Откуда мне знать? Так сказал Стрент, тот охотник.

– Роб! Когда ты стал верить всему, что слышишь? Откуда охотнику знать о планах короля?

– Да послушай ты! Он не просто охотник, а с королевского двора. Его сын служит в армии Мирна. Войска уже несколько месяцев стягивают на север на учения. Но что это за учения такие? Король есть король. Ему никто не указ. Я бы тоже не стал обращать на это внимание, но Стрент был так встревожен, что мне теперь не дают покоя сомнения. А что если он прав?

– Прав в чем? Что Тормуд начнет с нами войну? Из-за чего? В Акарде нет ничего ценного: ни выгодного расположения, ни технологий, ни ресурсов.

– Вот тут ты не прав, друг мой. У нас есть акардиум. Наш звездный металл. Ты не хуже меня знаешь, как ценится оружие из него.

– Ты правда думаешь, что король захочет развязать войну из-за этого? Центральные королевства сразу осудят его.

– Центральным королевствам нет дела до нас. Мы остались сами по себе сразу после войны. Но что-то подсказывает мне, что они в курсе происходящего.

– Роб, ты не можешь быть уверен в этом. Домыслы, смешанные со слухами – лучшая смесь для любого заговора. Ни ты, ни я не можем проверить это.

– Да, я не уверен, что это правда. Это домысла старого охотника. Слухи, которые собираются на языках. Но ты прекрасно знаешь, что именно слухи часто становятся правдой. Особенно самые неприятные.

Камин приятно потрескивал, а пламя свечей сдержано продолжало танцевать. За окнами непроглядной стеной стояла темнота. Маленький круглый дом Роба сейчас казался таким уютным, поэтому сложно было предположить, что внутри него обсуждают тревожную тему. Гаррету этого точно не хотелось. Его дети должны вот-вот пройти Испытание и определить свой дальнейший путь. Но слова друга сейчас портили это ожидание.

– Гаррет, я понимаю, почему ты сомневаешься. Но я много думал об этом. Все кажется логичным. Мы перестали продавать акардиум лет десять назад, поэтому прервалась торговля. Не тролль же причина этого? А что еще есть у Мирна? Они перепродавали металл Центральным королевствам. И я думаю, что без него дела у них совсем плохи. Власть всегда стоит больших денег. Откуда им их теперь взять?

– Кроме нас никто не охраняет Веленорд от оборотней плато. Мы много лет живем здесь. И много лет стережем мир от угрозы Морланда…

Огонь в камине громко треснул и тревожно задергался из стороны в сторону. Друзья настороженно переглянулись. Сквозь старую деревянную дверь послышалось завывание ветра.

Нельзя сказать, что слово «Морланд» было каким-то заколдованным. Никто не накладывал на него заговоры или проклятия. Но его все равно старались не произносить лишний раз. Ничего, кроме боли и страданий в этой стране не было. Поэтому особенно суеверные и тревожные люди наделили его таким смыслом, что любое упоминание вызывало неприятности. Вместо этого говорили Белое плато.

– Да забудь ты о нем! – в полный голос воскликнул Робин.

– Тише! Разбудишь детей!

– Извини, – виновато понизил голос друг. – Забудь ты про Белое плато! Там ничего нет! Только остатки оборотней, которых не перебили у Медвежьей горы. Это уже байка из прошлого! И ты это знаешь не хуже меня.

Гаррет промолчал. Его друг так уверенно говорил об угрозе, будто все домыслы уже сбылись и на Акарду действительно напали. Эта мысль наводила ужас.

Гектор же, который теперь и думать не мог о сне, не на шутку встревожился. Может, он понимал сейчас не все, ведь речь шла о каких-то политических делах, но слова «угроза», «Морланд», «опасность» заставили его разволноваться и, конечно, слушать внимательней.

– Ты с кем-то еще обсуждал это?

– Нет, только с тобой.

– Допустим, все, что говорил тот охотник, и твои догадки верны. Допустим, что Мирн готовится пойти на нас войной, чтобы забрать весь акардиум, который только есть. Что ты предлагаешь делать?

– Рассказать об этом старейшинам и готовится к войне! Поэтому я поеду с вами в столицу, – твердо сказал Роб. – Расскажу все сам.

– Но пока только им! Пока это наши догадки, которые ничем не подтверждены. Ни к чему разводить панику.

– Ты как всегда прав, друг мой. Хотелось бы, чтобы догадки так и остались догадками. Мы расскажем все, как есть, и потом решим, что делать дальше. А сейчас, давай попробуем хоть немного поспать. От этой тревоги, у меня нервы шалят.

– Да уж…, – протянул Гаррет. – Как теперь спать после таких новостей?

– Это тебе поможет.

Роб встал из-за стола и демонстративно осушил кружку. Потом хлопнул своего друга по плечу, после чего улегся прямо на полу у очага.

Гектор приподнял голову. Он увидел отца, сидящего за столом в тишине. Огонь играл светом и тенью на его лице. Гаррет задумчиво поглаживал Молли, которая едва слышно сопела. Он сидел и смотрел, как мирно спит сейчас его багер, но мысли гуляли где-то в другом месте.

Мальчик опустил голову на подушку. Он пытался вспомнить все, что слышал и читал про Морланд, про опасность, которая там скрыта, про ледяных оборотней, про страну под названием Мирн, которая располагалась по соседству. Предстоящее Испытание сейчас казалось чем-то незначительным. По крайней мере, оно точно не волновало Гаррета и Робина. Спустя еще немного времени мальчик заснул с непонятным чувством тревоги, которое не покидало его даже во сне.


* * *

Встали с первыми лучами солнца. Эмма стянула с Гектора одеяло, а потом и его самого с кровати.

– Вставай давай! Только тебя ждем! Дядя Роб едет с нами, представляешь? Вот так новости!

– Представляю, – сонным голосом протянул брат. – Уже встаю!

– Ждем тебя на улице! Позавтракаешь по дороге.

Гектор послушно встал с пола. Нашел всю свою одежду, не открывая глаз оделся и вышел на улицу. Было свежо. Даже очень. Мальчик сразу взбодрился.

– А вот и он, – укладывая мешок в повозку, будто торжественно заявил Робин. – Долго же ты спишь! Непросто будет во время Испытания.

– Справлюсь. Только поесть бы чего.

Роб звонко рассмеялся.

– Запрыгивай в повозку и поешь. Мы почти готовы. Даже Сенди уже в упряжке.

– А где папа?

– За домом набирает воду. Плюс один пассажир все-таки. Да и для багера нужно прихватить с собой ведро воды, а то от жары с ума сойдет.

Гектор не стал спрашивать, почему Роб решил поехать с ними. Он все слышал вчера, поэтому понимал, что они с папой должны сообщить важную новость старейшинам.

– Кстати, это тебе! – Роб протянул две обувные стельки. – Идти вам придется долго. По себе знаю, как будут ныть ноги. Это немного облегчит дорогу. У вас все-таки был день рождения.

Гектор поблагодарил его и тут же принялся расшнуровывать свои ботинки, чтобы вставить внутрь подарок. Когда все было готово, он спрыгнул с повозки и дважды оббежал вокруг нее.

– И правда, они такие мягкие! Кажется, я теперь смогу бежать целый день.

– Не спеши, – улыбнулся Роб. – Силы нужно расходовать с умом, а не растрачивать их попусту.

Дружная компания выехала из Талана. Эта деревушка очень напоминала родной Вергос. Впрочем, почти все поселения Акарды были похожи друг на друга. Каменные дома с дымоходами, разбавленные деревянными пристройками, земляные или соломенные крыши, каменистые оградки и ветхие древесные заборчики, лужайки или небольшие огородики – все это было таким знакомым и любимым. Исключением была только столица, которая все-таки считалась городом, хоть и небольшим, с множеством узких улочек и большим рынком.

Впереди путников ожидало еще три дня пути. Две ночи им придется ночевать под открытым небом. В Акарде редко встретишь случайного путника, а значит в трактирах не было необходимости. Хотя один все-таки был. В столице. Назывался он «Наковальня». Популярное, шумное место.

Ехали неторопливо. Дядя Роб о чем-то едва слышно говорил с отцом, а в перерывах рассказывал свои увлекательные истории Эмме и Гектору.

Конец лета выдался жарким, поэтому от палящего солнца все еще приходилось прятаться. Особенно хороши были соломенные шляпы и накидки, из которых Гектор смастерил навес прямо в повозке, чтобы было удобнее читать. Первой в тени спряталась Молли. Она хоть и устраивала ныряния в ведро с водой, но не сказать, чтобы очень любила купаться. Это было скорее необходимо, потому что в ее рыжей шубке было слишком жарко.

На обед было принято решение не останавливаться, а поесть на ходу, тем более, что лошадьми вместо Гаррета мог управлять Роб. Вяленое мясо, картошка, яблоко – самая обычная еда, казалось бы, но Гектор давно уже заметил, что даже простая еда в дороге становится в несколько раз вкуснее.

После легкого перекуса Эмма устроилась рядом с отцом, а дядя Робин решил прилечь под навесом.

– Что может быть лучше, чем хорошо поспать после вкусного обеда, м?

– Думаю, поиграть в Камни и кости, почитать, разгадать какую-нибудь загадку, послушать интересную историю, – у Гектора было много вариантов.

– Ну, читаю я почти что никак, сил играть или рассказывать что-либо у меня сейчас нет, но вот загадку, пожалуй, загадаю.

Гектор приободрился, устроился поудобнее и приготовился слушать.

– Итак, что растет на дереве, но это можно сложить из пальцев?

Мальчик нахмурил брови.

– Сложить из пальцев, но при этом растет на дереве…, – тихо шептал он. – Растет на дереве… Сложить из пальцев… Хм…

Гектор внимательно смотрел на ладонь, на пальцы, пробовал их складывать, вспоминал название плодов деревьев…

– Сдаешься? – ехидно произнес дядя Роб. – Это трудная загадка.

– Нет! Дай подумать! Я только начал!

Робин расплылся в довольной улыбке. Гектор же шептал что-то себе под нос и усердно думал. Как назло, голова в этот момент опустела. Вариантов не было.

– Это очень простая задачка, Гектор, – раздался голос Эммы. – Он преувеличивает.

– Ты знаешь ответ?

– Да, Роб уже загадывал ее мне.

– И ты сама отгадала?

– Ну, можно и так сказать, – ответила сестра и незаметно хихикнула.

– Хорошо, я сдаюсь! У меня нет вариантов! Это слишком сложно для меня!

– Иди сюда, я покажу тебе. Ответ у меня здесь.

Гектор подвинулся чуть ближе. Роб засунул руку в карман, чтобы вытащить оттуда долгожданный ответ. Мальчик внимательно следил за каждым движением.

– Вот он! – воскликнул Робин и вытащил из кармана сложенные в фигуру пальцы. – Фига!

В повозке все рассмеялись. Даже Гектор, который понял всю хитрость. Фига – это плод фигового дерева. Его еще называют инжир. А в народе фига – это фигура, когда большой палец лежит в кулаке между указательным и средним. Это даже не загадка, а каламбур из одинаковых названий. Действительно смешная получилась шутка.


* * *

В середине дня, когда солнце было еще высоко, Робин обратил внимание на парящего в небе орла.

– Плохой знак. Наблюдает за нами.

– Думаю, он просто ищет добычу, – не согласился Гаррет. – Какое орлу до нас дело?

– Мало ли какие мысли могут быть у орла. Это же птица. Но знак все-таки плохой. Кружит – значит ждет добычу.

– Суеверия, – вмешался в диалог Гектор. – Парящий орел ничего не значит. Он просто охотится.

– Откуда ты знаешь?

– Прочитал.

– А чего там еще пишут? – поинтересовалась Эмма, которой тоже захотелось поучаствовать в разговоре.

– Если говорить про плохие знаки, то орел мало подходит для него. О нем никогда не пишут. Вот, если бы это был падальщик или ворон…

Не успел Гектор договорить, как на край повозки уселся черноглазый ворон.

– Кааар, – издал он протяжный звук. – Кар! Кааар!

Кажется, что в этот момент всем стало не по себе. Черный ворон в любой точке света приносит с собой тревожность. То ли из-за своего зловещего вида, то ли в связи с какими-то стародавними суевериями.

– Кыш! Иди отсюда! – махнула рукой Эмма в сторону птицы. – Тебя еще тут не хватало!

Ворон еще раз недовольно каркнул и улетел восвояси.

– Плохой знак. Я же говорил.

– Да уж, – на этот раз Гаррет согласился. – Теперь с этим не поспоришь.


* * *

На закате они остановились у небольшой березовой рощи, расположившейся около дороги.

– Ночевать будем здесь, располагайтесь, – сказал отец, спрыгивая с повозки.

– А почему здесь? – поинтересовался Гектор. – Почему не проехать дальше?

– Роща – отличное укрытие. Ночью она защитит нас от ветра и скроет огонь, а на листьях и ветках можно уютно устроиться и поспать. В повозке ведь на всех места не хватит.

Сын был доволен полученным ответом. Он обожал, когда отец объяснял все так подробно. Наверное, по этой причине они с сестрой много в чем разбирались и много чего знали. Родители научили их не бояться задавать вопросы, и при этом сами каждый раз готовы были ответить на них, отложив дела. Это не занимало много времени, но ценность для ребенка была неоценима.

– Роб, на тебе огонь, – сказал Гаррет. – Гектор, Эмма, вы решите, что мы будем есть. Только в меру. Все доставать не нужно. Я распрягу лошадей и накормлю их. Молли, ты дозорная.

Все кивнули в знак согласия с отведенными ролями. Брат с сестрой начали перебирать еду в рюкзаках, Робин занялся костром, а Молли запрыгнула на повозку и стала осматриваться по сторонам.

Вскоре все было готово. Солнце уже скрылось, поэтому сумрак расползся по округе. Путники расселись вокруг костра, который то и дело задорно пощелкивал.

– Обожаю такие посиделки, – сказал Роб с набитым ртом. – Кажется, нет ничего лучше, чем погреться с друзьями у добротного огня.

Гектор и Эмма одобрительно заулыбались. Они тоже были заняты поглощением еды. Аппетит в дороге появляется на удивление быстро. Только Гаррет никак не отреагировал на слова друга. Он был задумчив. Гектор решил, что это из-за вчерашнего разговора.

– Завтра уже будем на тракте, – продолжил рассуждать Робин. – Думаю, что к полудню доберемся, а там прямо и прямо до самой Акарды. Считайте, что полпути уже позади.

Неожиданно Молли вытянулась в струну и замерла, словно солдат, навострив свои большие уши.

– Что там, девочка? – тихо спросил отец, поглаживая багера по крохотной голове. – Кто-то приближается?

Молли пискнула в ответ. Тут же послышался далекий стук копыт.

– Кто-то явно торопится, – заметил Роб. – Кто среди ночи будет мчаться во весь опор?

– Тот, кто куда-то очень спешит.

– Думаешь, кто-то из местных?

– Не знаю. Вряд-ли кто-то из наших передвигался бы ночью так быстро.

– Ребята, залезьте-ка вы в повозку на всякий случай, – не поворачивая головы, скомандовал Роб. – Мало ли кого можно встретить в ночи.

Брат с сестрой послушно скрылись среди мешков и рюкзаков. Эмма тут же схватила свой новый лук.

Стук копыт усиливался. Наездник был все ближе.

Роб держался за рукоять кинжала, который всегда был при нем. Гаррет достал лук и наложил стрелу на тетиву. Оба всматривались в темноту.

Спустя еще несколько мгновений, огонь осветил силуэт черной лошади.

– Не бойтесь, – громко сказал незнакомый голос. – Я не причиню вам вреда. Прошу только огня и хлеба.

Гаррет и Роб перестали держать оружие наготове. Эти слова произносили только жители Акарды, когда спрашивали разрешение погреться у костра или в доме.

– Проходи, располагайся, только назови себя.

– Меня зовут Стэн.

– Стэн? – удивился отец, будто встретив старого друга. – Что ты здесь делаешь? И к чему такая спешка?

– Стэн из Вергоса? – еще больше удивился Роб.

Эмма и Гектор внимательно наблюдали за происходящим. Если отец узнал этого человека, значит бояться было нечего. Но дети не могли понять, кто это. Особенно странно, что этот кто-то был из их деревни, хотя они знали там всех.

– Мой путь лежит в столицу, к старейшинам. И как вы уже заметили, я спешу.

– Чего же ты от них хочешь? – недоверчиво поинтересовался Роб. – Мчался так, словно удирал от тролля.

– Не пойми меня неправильно, но сказать я не могу.

– Интересно. Как отдохнуть у костра, так пожалуйста, а как ответить на вопрос, так ничего не говоришь.

– Роб, – остановил друга отец. – Если он не хочет говорить, это его право. Я знаю Стэна. Ему можно верить.

Гость благодарно кивнул в ответ на слова Гаррета и добавил:

– Я не доставлю вам неудобств. Только дам лошади отдохнуть и с первыми лучами солнца отправлюсь дальше.

Только сейчас Гектор догадался, кто это был. Отшельник, который жил на краю их деревни в старом доме. Изредка он стоял на общих собраниях позади всех и только и делал, что наблюдал. Правда однажды, он помог Гектору спуститься с дерева, куда его загнал соседский пес. Отшельник отпугнул зверя, а потом проследил, чтобы мальчик спокойно слез. Об этой истории Гектор решил никому не рассказывать, потому что стыдно было убегать от пса, если ты мечтаешь стать Смотрителем.

– Садись к нам, – Гаррет пригласил гостя к костру. – Устраивайся поудобнее. Эмма, Гектор, бояться нечего. Вылезайте. Представлю вас нашему ночному гостю.

Ребята осторожно вылезли из повозки и уселись на свои места. Роб устроился поближе к ним. Стэн внимательно посмотрел на брата с сестрой, словно изучая их.

– Мои повзрослевшие дети – Эмма и Гектор. А этой мой друг – Робин. И, конечно, Молли, которая первой услышала тебя.

– Рад знакомству! Меня зовут Стэн. Можно сказать, что я ваш сосед.

– Пф, – фыркнул Роб. – Тоже мне сосед, из которого и двух слов не вытащишь…

– Роб. Это наш гость. Не стоит…

– Ничего страшного. Я привык. Действительно, я не славлюсь общительностью, у меня мало друзей, и вы меня совсем не знаете, поэтому не обязаны доверять. Я бы и сам был насторожен, если в ночи кто-то примчался к моему костру.

– Воооот! – согласился с этими словами Роб, многозначительно посмотрев на Гаррета. – О чем я и говорил. Мы его не знаем, поэтому и насторожены.

Отец ничего не ответил, но было видно, что сдержал улыбку.

– Но вместе с тем, – продолжил гость, – я знаю и соблюдаю законы Акарды. Особенно закон гостеприимства. Поэтому вы можете не волноваться и не беспокоиться. Я только погреюсь у вашего огня.

– Ты наш гость, а значит огонь и хлеб будут в достатке.

– Спасибо! – поблагодарил Стэн и насадил кусок хлеба на палку, чтобы поджарить его. – Хлеб, это всегда очень кстати.

– Расскажите о себе, – неожиданно для всех сказал Гектор. – По закону гостеприимства гость должен поведать о себе и о своих странствиях хозяину дома.

– Гектор!

– А что, он прав! Я бы тоже послушал! – подмигнул Роб. Мальчик ответил тем же.

– Все так! – согласился Стэн. – Закон именно так и гласит. Я расскажу о себе, как только смочу горло и напою Бони.

Эмма, которая все это время внимательно наблюдала за гостем, изучая его, подала свою кружку. Гектор же в этот момент быстро вскочил, чтобы напоить черную лошадь.

– Вот это быстро. Бони будет довольна. А ягодный морс – что может быть лучше!

Все внимательно смотрели на Стэна, в ожидании рассказа. Даже Гаррет не мог скрыть свой интерес, хоть и знал его много лет.

Гость чувствовал на себе взгляд каждого.

– Что ж, – начал он, отпив из кружки, – как я уже сказал, меня зовут Стэн. Я живу на окраине Вергоса. Довольно давно. Сам охочусь, сам себя кормлю. Скорее всего вы могли меня и не замечать, я редко хожу на собрания и стараюсь избегать мест скопления людей.

– И давно ты так живешь? – поинтересовался Робин.

– Примерно двенадцать лет.

– Это… много.

– Да, много. Но мне так комфортнее. Да и безопаснее.

– Почему? – поинтересовался Гектор.

– Что почему?

– Почему вам так комфортнее и безопаснее?

Стэн на мгновение замолчал. Вопрос мальчика вдруг сбил его с толку. Он никогда не задумывался, почему жить вдали от всех ему намного проще.

– Потому, что так он чувствует себя лучше, – ответил отец вместо гостя. – Все люди разные. Кому-то нравится вещать со сцены, а кому-то читать книги, попивая горячий чай.

Стэн благодарно взглянул на Гаррета.

– А что привело тебя в Акарду двенадцать лет назад? – снова спросил Роб. Ему не очень—то нравилось, что он будет спать рядом с незнакомцем. Поэтому хотел узнать, как можно больше о нем.

– Это мой дом, который я когда-то покинул.

У костра воцарилось молчание. Все уставились на отшельника, живущего на окраине, который оказался рожден в Акарде.

– Как? – выдавил наконец Гаррет. Он и представить не мог, что Стэн тоже акардец.

Гость улыбнулся уголком губ.

– Я родился и вырос в крепости ордена. Никто этого не ждал и не планировал, но так произошло. Поэтому я не проходил Испытание, да и вообще редко куда выходил до двенадцати лет. Меня обучали быть воином с самого рождения.

– Но разве можно не проходить Испытание? – удивилась Эмма. – Каждый житель Акарды должен показать, на что он способен.

– Для меня сделали исключение. Так решил глава Обители мудрецов.

– А кто же тогда ваши родители? – спросил Гектор.

Гость посмотрел в темноту, будто вспоминая что-то, что вспоминать не хотелось.

– Не знаю. Об этом мне никогда не говорили. Но, кажется, стать Стражем было мне предназначено.


– Вы Страж?!

– Да. – Стэн сдвинул полоску ткани на правой руке. За ней скрывался кожаный браслет с металлической вставкой из акардиума, на которой было выгравирован остроконечный щит со знаком Смотрителя. – Последний отряд.

Гаррет и Роб с пониманием кивнули.

– Вау! – воскликнула Эмма. – Последний из Стражей у нашего костра! Элитный отряд Смотрителей! Вот это да!

– Не спеши так радоваться. Не у каждого костра можно рассказать, что ты Страж. Пусть лучше это останется между нами.

– Конечно! А ты, то есть Вы, покажете своей меч из акардиума?

– Если разрешит твой отец.

Эмма жалобно посмотрела на Гаррета.

– Только осторожно. Он невероятно острый.

Стэн встал и быстрым движением достал из ножен одноручный меч. Лезвие блеснуло в свете костра.

– Красивый, – завороженно произнес Гектор.

– И легкий, – добавила Эмма, взяв в руки клинок.

– И опасный, – заметил Стэн, отодвигая от себя лезвие.

Эмма отошла чуть в сторону, чтобы попробовать покрутить меч и сделать несколько выпадов. После сестры Гектор тоже решил попробовать. Когда он коснулся меча, буквально на мгновение, лезвие блеснуло едва заметным голубым светом. Кажется, кроме самого Гектора этого никто не увидел. Но он сделал вид, будто этого не было. Меч был и правда очень удобный, словно он – это продолжение руки. Настолько легко было им управлять.

Пока дети рассматривали меч, Робин наклонился к Стэну чуть ближе:

– Так зачем ты едешь к старейшинам?

– Я не могу сказать. Пока не могу.

– Хм, – Роб недовольно отсел дальше. – Ну и ладно. Храни свои тайны, Страж.

– Ты можешь поехать с нами, если хочешь, – предложил Гаррет. – Если твоя миссия может подождать день или два. Мы едем неспешно, но зато дружно.

– Спасибо. Ценю твое предложение и принимаю его.

– Вот значит как?! – воскликнул Роб. – Значит, не такое уж и важное поручение получается?

– Важное. Но один день ничего не решит. А я итак чуть не загнал Бони.

Лошадь оторвалась от поедания травы и недовольно фыркнула.

– Отлично, – с ноткой радости в голосе сказал Гаррет. – Тогда решено! Завтра едем вместе. Да и ребятам будет интересно послушать истории бывалого Стража.

Вскоре Эмма и Гектор уснули. Стэн вызвался покараулить огонь, поэтому Гаррет и Роб тоже легли отдохнуть. Ночи еще не были по-осеннему холодными, но с горящим костром спать было все равно теплее и спокойнее.

До самого утра Страж наблюдал за пламенем, вспоминая события последних нескольких дней.