Сергей Леонтьев
Возвращение Жнеца. Отмеченный тьмой 6

Глава 1

"Любой план бесполезен, если противник не знает, как надлежит ему соответствовать"

(от автора)

– Три трупа за ночь, не много ли с одного пятака? – поинтересовался седовласый мужчина с недовольным выражением отёкшего лица, – Блин, вчера юбилей отмечали. Думал, хоть на этих выходных выспаться получится. Так что тут, Алексей?

– У нас, Андрей Михайлович, никто не спрашивает, хватит нам или нет, – вздохнул старший следователь комитета, вытянувший «счастливый билет» подмениться именно на эту ночь, – Опера говорят, что это компания Хриплого.

– Это который от удара по яйцам отъехал?

– Он самый, Хрипунов Ярослав Макарович. Но до заключения судмедэксперта я бы не торопился с выводами. Не факт, что причина в этом – дословно ответ эксперта.

– Дай-то бог. Ладно, что дальше?

– Второй труп Корнеева Анатолия Салиевича. Предварительно причиной явился перелом шейного отдела позвоночника, в результате воздействия тупого твёрдого предмета. Загривком на кирпич приземлился. Предположительно вследствие падения из окна. Не исключено, что мог и сам упасть. Характер травмы допускает такой вариант.

– Уже интереснее, – оживился начальник, – Продолжай.

– А на этом хорошие новости закончились. Третий всю картину портит. Некий Седаков Леонид Евграфович, загнулся от потери крови в результате повреждения бедренной артерии колюще-режущим предметом.

– Так, может, и он сам на нож упал? Хех. Что кореша покойничков говорят?

– Вполне возможно, однако и предмет очень уж необычный – раскладной садовый серп. Новый, будто с магазина только. Механизм ещё в заводской смазке. На огородников-садоводов компания даже с натяжкой не тянет, плюс несезон, да и место на парник не похоже. А кореша решили в молчанку поиграть. Опера с ними, конечно, работают, но надежды немного. Все судимые по несколько раз, тёртые уже.

– Свидетели?

– Глухо. Да и место такое, на отшибе, считай. Сами знаете, кто и зачем сюда приезжает. Каждый день новые лица, камер нет, тухлая перспектива.

– Могли что-то не поделить?

– Вряд ли, на кой хер им тогда скоряк вызывать было? Не, походу закусились с кем-то, но говорить не хотят. Не канает им терпилами быть. Дегенератам.

– Сам знаешь, у них, что не канает, то проканывает. Криминалист нашёл что-нибудь? Собака, что «говорит»?

– Знаю. Ничего существенного обнаружить не удалось. Он, правда, ещё копошится там, но не думаю, что изменится что-то. Под утро дождь прошёл, так что и от собаки толка нет.

– М-да, ситуация весьма скверная. Как тут закончите, забирай-ка тех молчунов к себе. Три трупа разом – очень хреновое начало года. Поэтому результат тут нужен сразу. Или дают полный расклад как под копирку, что здесь произошло, или в камеру как подозреваемых, – тут он призадумался, хмыкнул и добавил, – Ну, или пусть подробно объясняют и показывают, на что один яйцами пригнездился, как второй из окна упал, а третий харакири сделал. А знаешь-ка что? – Андрей Михайлович оглянулся и, убедившись в отсутствии посторонних ушей, продолжил уже более тихим голосом, – Переговори с «экспертизой» о причинах смерти прежде. Узнай, как и вследствие чего она могла наступить, и посмотри, в какую сторону повернуть проще будет. Потом зайдёшь ко мне, покумекаем и решим.

– Хорошо, – кивнул Алексей.

– Сам что думаешь?

– Следов борьбы нет, и со стороны выглядит как конфликт меж собой, но зачем тогда звонить на скоряк было? В тех развалинах каждый год находят кого-то. То с дыркой в пузе, то с передозом. Уже давно бы снесли эти развалины к чёртовой матери.

– Кстати, черкани по этому поводу представление в администрацию. Твоя версия случившегося?

– Завалить их хотели, как мне кажется, но не добили по неясным причинам.

– Понятно, – выдохнул начальник шлейфом перегара и сморщился, – Всё же пообщайся о причинах смерти. Такой висяк в перспективе нахрен не нужен.

– Согласен. Сделаем, Андрей Михайлович, не впервой.

– Вот и отлично. Если что, я на связи.

Смотрящий вслед уходящему начальнику мрачный Алексей даже не представлял, с чем именно он столкнулся, и что ему предстоит ещё сюда вернуться, когда потеплеет…

* * *

Как меня срубило в кресле, так и не понял. Проснувшись глубокой ночью из-за боли в затёкшей шеи, перебрался на подушку и снова заснул. Ранним утром сон прервало внезапно возникшее чувство тревоги.

Подскочив с кровати, принял стойку и начал озираться по комнате, пытаясь спросонья понять, из какого угла веет угрозой. Что за фигня? Словно Предчувствие опасности сработало.

Однако тут же тревога начала сходить на нет, пока окончательно не исчезла. Будто остался незамеченным хищником, проходящим мимо. Приснилось? Вполне возможно, но вспомнить сон не удалось, что иногда случается.

Убедившись, что непонятная опасность миновала, выдохнул и уселся на кровать. Хоть я и продрых прилично, но всё равно чувствовал себя разбитым. Рука с ногой, кажется, начали ныть только сильнее, да и гематомы разболелись.

Надо сходить в аптеку и затариться всякими заживляющими средствами. Вот опять же. Какой гавёный мир – ни зелий, ни эликсиров. Одни таблетки, микстуры и мази, положительный эффект от которых проявится, когда уже само затянется, так ещё и с побочкой.

Ну вот как так жить можно? Посуду за собой мой, одежду стирай, оружие не носи, магию только по телевизору смотри и в счетах за квартплату наблюдай, а в рюкзак вообще влезает лишь то, что действительно в него влезает.

Как там поётся в песне? Этот мир придуман не нами, этот мир – полный отстой? Как-то так, вроде. Собирая барахло в кучу, внезапно осознал, что одной вещи всё-таки не хватает, и я понятия не имел, где именно она могла затеряться.

– Ёб твою мать… – выдохнул я, пытаясь припомнить, когда в последний раз видел второй серп, и где мог умудриться его просрать.

Увы, не вышло. Воспоминания обрывались на том месте, где заткнул их за пояс. Даже не мог утверждать, находился ли он при мне в потасовке с «хриплыми». К слову, это далеко не первый, но достаточно скромный провал в памяти.

Самый серьёзный со мной произошёл в первые две недели после возвращения из Адэлеона. Я категорически не помнил порядка трёх дней. Словно их не было вовсе, но календарь – падла упрямая.

Даже листочек завёл, чтобы кратко записывать события за день, но быстро его потерял, а провалы не повторялись. В итоге решил просто забыть об этом, списав на последствия излишнего потребления алкоголя.

* * *

Насчёт отпечатков или, говоря процессуальных языком, следов рук и прочего не переживал – перед началом того эпичного фиаско, оба серпа были грамотно обработаны, а после перчатки я нигде не снимал.

Хоть что-то помнил отчётливо. Потенциальная проблема заключалась в том, где именно тот обнаружат, если, конечно, такое случится. Это могло стать связующим звеном для целой цепочки из мелочей и нюансов, способной привести к обронившему его рукожопу.

Осёл, растяпа и просто невнимательный человек. От позыва вернуться и поискать его, воздержался. Хрен знает, чем там всё закончилось и к чему привело. Объективно, если не брать в расчёт разобранное на запчасти чмо в овраге, то ничего критичного не произошло.

Того кухонного боксёра, может, вообще не найдут. Помню, как всем отделом деда-грибника одного искали. Два года аж! Все сопки в округе облазали. Даже военных привлекали для оказания помощи – и ничего.

А обнаружил его собачник прямо в черте города в небольшом овражке, чисто случайно. Обычный пятак деревьев у гаражей. Метров тридцать в длину и двадцать в ширину. Насквозь буквально видно.

Кто бы там искать подумал, когда бабка все его грибные места сдала? Ведь до смешного доходило, когда на построение для распределения секторов прочёсывания, сотрудники выходили с пакетами и вёдрами – одно другому не мешает.

А дед всех обхитрил. Решил пройтись буквально напротив своего дома, да там и помер. Опознали по фрагментам одежды, под костями. Повреждений судмедэксперт не обнаружил, поэтому причины смерти записали в естественные. В силу возраста.

Блин, как некстати вспомнилась эта история. Ведь грибники и охотники – самая «пакостная» категория граждан. Вечно в какой-то жопе мира отыщут чей-то труп, до которого только вертолётом или вездеходом добраться можно…

* * *

Что касается «комбината по производству метательных кирпичей», то чего там такого критического могло произойти? Если не брать в расчёт проникающее ранение ноги одного из упырей, то ничего особенного.

От лишнего отверстия в ляжке ещё никто не умирал. Что до бубенчиков, так многие по ним получали. Разве нет? И на велосипедную раму слетали седалищем, да и вообще. И никто на моей памяти не помер от этого.

Что до «Лысого корня», так и на спину тоже падали. Все живы-здоровы остались. Не помню серьёзных последствий, если, конечно, затылок обо что-то твёрдое не приложился. Но его голова лежала на довольно мягкой земле.

Так что, всё ровно должно быть. Хриплый со своей кодлой на терпил непохожи. Сомневаюсь, что они ментам стучать поспешат, ябедничать. Не тот контингент, чтобы в «терпилы» записываться.

Получается, и за просраный серп переживать особо и не стоит. Логично? По мне, так вполне. Но червячок внутри уже начал активно питаться сомнениями, лихо прибавляя в весе – мне, как всегда, просто сказочно «повезёт».

Уж в чём в чём, а в данном вопросе сомнений не возникало. Убеждён, что тот адэлеоновский фарт перетянулся следом. Надо быть ко всему готовым.

Чтобы не плодить пищу для того червячка, отложил душевные терзания до лучших времён. Надо ловить момент, пока состояние нормализовалось до уровня – «кажется, не всё потеряно».

* * *

Сменив гостиницу на расположенную ближе к центру, решил попытать удачу с клиниками психологических тренингов и поддержки во второй раз. Находясь в самом крупном и развитом городе Приморского края, попробовать стоило.

Помните присказку про «некажущееся кажущееся»? Так вот, мне не показалось – всё это являлось лишь «инсинуацией». Ибо «чувства гнева и ярости – это путь в никуда и прямая дорога к саморазрушению».

Вот в чём пытались меня убедить «специалисты» в конечном счёте. Мыслить и смотреть шире не получалось у них, а «проблема», оказывается, у меня. Здорово, правда?

А знаете, что послужило почвой моему «расстройству»? Конечно же, психологическая травма детства! Это ведь так очевидно, что даже слепые провожают сочувствующим взглядом, когда прохожу мимо.

Нет, возможно, травма имела места быть, но я пришёл к вам не за этим, мать вашу! Вы объясните, как до Жнеца достучаться, а не как перестать рыдать в подушку по ночам, чем в принципе и не страдаю.

Да что вы вообще понимаете в психотравмирующих событиях детства? Выводы они, видишь ли, сделали. Знали бы, кем являлись мои родители, где я появился на свет, да кому на поруки передан был, сами травмировались бы.

Окончательно убедившись в никчёмности «профессионалов» данной сферы деятельности, решил кое-что проверить. Перекусив в уютном кафе с видом на море, отправился на поиски клубов единоборств.

Хотел провести эксперимент. Протестировать те самые показатели организма, что должны стать повышенными после участия в проекте. Анализ стычки с «хриплой компанией» наводил на мысль либо об их заторможенности, либо о моей возросшей скорости реакции.

Первым попавшимся на пути стал «Дух воина», практикующий смешанные виды единоборств и бои «без правил». Место подходящее, но название я бы сменил. Ощущение, что воин давно не мылся.

* * *

– Моё почтение! – крикнул с порога, где простоял не менее десяти минут, в надежде, что кто-нибудь соизволит подойти или просто обратить внимание, – С кем можно переговорить о спарринге?

– Ни с кем! – бросил один из спортсменов, что находился ближе и молотил грушу, – Новички на ринг не поднимаются.

– А если я не новичок?

– На старичка ты тоже непохож, – ответил тот же парень, подойдя ближе, – Слушай, у нас есть свои правила. Тут занимаются действующие бойцы. Ребята все опытные, ни один бой за плечами. Пройди до конца улицы, там Степаныч молодняк как раз натаскивает. Хороший тренер, мастер спорта, чемпион России по боксу. Уровень проще, целее будешь.

– Извини, не знаю, как тебя зовут.

– Я сам прихожу, – ля, какая цаца.

– Как скажешь, – изнеженное самолюбие оказалось задетым по самые корнеплоды, – Только с чего ты взялся судить о моём уровне? Откуда ты знаешь, сколько боёв у меня за плечами? – точнее, у Морра, но не суть.

– Чем занимался? – поинтересовался «самоприходун», оценивающе осматривая меня с ног до головы.

– Монах я, – ляпнул, прежде чем подумал, но отступать было поздно.

– Аха-ха! Парни, к нам тут шаолинь пожаловал! – рассмеявшись, крикнул тот в зал, привлекая общее внимание.

– А если серьёзно? – снова обратился ко мне «самостоятельно ходящий».

– У тебя сомнения в монахах?

– Да нет, – усмехнулся он, – Только смотри, тут по лицу бьют.

– Значит, я правильно зашёл, – усмехнулся в ответ.

– Ладно, уговорил. Давай посмотрим, чему там вас в монастырях учат. Даже самому интересно. Только сперва бумажку заполни, об отсутствии претензий в случае чего.

– Без проблем. Пусть тогда и спарринг-партнёр её подпишет. Мало ли.

– А ты борзый, – посмотрел он мне в глаза с довольно недобрым прищуром, – Подписывай и на центральный ринг выходи. Лёха, принеси бумагу с ручкой! Миш! Объяснишь человеку, что такое спорт и полный контакт?

– Да без проблем, – хмыкнул в ответ черноволосый парень с развитыми грудными мышцами, – Лишь бы потом претензий не было…

* * *

Бросив вещи на скамейку, заполнил бланк, разулся и босым поднялся на ринг. На мне остались только футболка и камуфлированные штаны. Капу и бинты любезно предлагать не стали, как и шлем, который, по идее, обязательно дают новеньким.

Не то чтобы он мне был очень нужен, просто обратил на это внимание. Видимо, решили жёстко проучить. Что ж, посмотрим. Лишь бы как с «хриплыми» не вышло. Кирпичей нигде не видно?

Из инвентаря получил только затёртые и провонявшиеся потом шингарты. Хоть что-то перепало. Ощущение, правда, что их с трупа сняли, причём уже погребённого, но да ладно.

– Ну, монах, готов? – зло улыбнулся соперник, выставив сжатые кулаки вперёд.

– А ты? – спросил в ответ безо всяких эмоций и ударил по выставленным рукам.

– Сейчас узнаешь! – произнёс тот, начав раскачиваться и отходить.

Проверочный левый впечатления не произвёл. Или он его сознательно вялым сделал, или же скорость моей реакции действительно превысила прежние показатели.

Решил не спешить и поработать вторым номером, чтобы прочувствовать свой организм, понять его возможности и узнать получше противника, который потихоньку наращивал темп.

– Да клади его уже, Миха! – донеслось из «зрительного зала».

– Чё ты с ним возишься? Только время тратишь! – прозвучало с противоположной стороны.

За меня, ясное дело, болеть было некому. Михаил поиграл в маятник и пошёл в атаку полноценно. Слушайте, такими ударами можно действительно связь с реальностью утратить.

Движения были отработаны до уровня рефлексов. Связки рук и ног шли без каких-либо пауз и с поразительной лёгкостью. А парень действительно серьёзный. Не готов судить, но явно «не первый год замужем».

Всё бы ничего, но ударам не хватало резкости. Причём ощутимо. Я без проблем уходил, уворачивался, продолжая отыгрывать роль второго плана. В какой-то момент даже решил, что тот намеренно не выкладывается в полную силу, но покрытое потом сосредоточенное лицо говорило совершенно об обратном.

– Заканчивай! – прокричал «самоходный», хоть и не дед.

Бедный Миша и рад бы, прям по физиономии видно, что умаялся уже, только сделать ничего не мог. Аж песню Высоцкого вспомнил – «Я сказал ему: Чудак! Устал ведь, отдохни! Но он не услышал, он думал, дыша, что жить хорошо и жизнь хороша».

* * *

Так и не понял, кому именно прокричали, но при очередном выпаде, резко сократил дистанцию и нанёс хлёсткий удар точно в бороду. У меня они тоже поставлены, если что. Взгляд соперника моментально остекленел.

Всё – закончил, как и просили. По инерции, утративший связь с реальностью, Миша рухнул вперёд, смачно приложившись своим измученным лицом о довольно жёсткую поверхность ринга.

Вместо криков ликования повисла гнетущая пауза. Надеюсь, они не собираются отомстить за товарища своим дружным стадом? Это как-то не по-спортивному даже.

– Ты чего сделал? – спросил изумлённый «самодвиг», явно не ожидавший такого поворота.

– Закончил, – улыбнулся я, – Сам же попросил. Так ты не ко мне обращался, что ли? – определённо, существенная доля всех моих проблем связана с языком, не имеющим костей.

– Ты кто такой вообще? От кого пришёл? – прищурился он, словно о чём-то там догадался. Офигеть Шерлок в шортах.

На ринг спешно заползла пара человек, начавших приводить в сознание товарища. В тот момент в груди возникло противное ноющее чувство тревоги – только бы не переборщил.

Очень надеялся, что самоуверенный бедолага придёт в сознание прямо сейчас, а ни где-нибудь в палате, спустя энное количество времени. Или, не дай Тьма, что ещё чего хуже. Пора сваливать.

– В каком смысле от кого? Я сам по себе.

– Тогда собирай манатки и вали нахер отсюда, пока цел, – вот и замечательно, именно так и планировали поступить. Пожав плечами, швырнул шингарты на ринг и пошёл одеваться.

На лавке одиноко скучало подписанное мной соглашение на отсутствие претензий со всеми данными, включая паспортные. Мало того что за подписью, так ещё и заполнено собственноручно.

Справедливо рассудив, что момент их вероятного предъявления миновал, аккуратно прихватил его с собой. Нечего таким бумагам где попало валяться, да и заполнять ничего подобно впредь не стоит.

* * *

На улицу вышел несколько раздражённым. Во-первых, не понравилась та грубость и интонация, с которой мне было предложено уйти. Во-вторых, одного Миши для проверки мало. Вдруг реально тормознутый был? В-третьих, он так и не пришёл в сознание.

Накинув капюшон, просто пошёл прямо без какой-либо определённой цели. Надо немного развеяться, проветрить голову. Да и полноценно поесть не мешало бы. От прежнего перекуса и следа не осталось.

Но далеко уйти не успел. Буквально минут через десять (Надо было активнее ногами перебирать, а не плестись) на плечо грубо легла чья-то рука. На что раздражённый организм отреагировал соответствующим образом.

Схватив кисть неизвестного, но явно охеревшего и поверившегося неизвестного, перехватил его «кеглю» второй рукой, сместился назад и перекинул через себя борзое тело. Развернувшись, обнаружил ещё двоих спортивных парней.

Хоть те и выглядели уверенными, но на полшага всё же отступили. Снова поднялась волна тревоги. Сука, неужели этот ваш сраный Миша отъехал? Надо срочно сваливать. Затеряться в большом городе не проблема, особенно если транзитом в нём.

– Слышь, монах, или как там тебя? – обратился тот, что находился справа, – Бумагу верни.

– Вы о чём, парни? Какую бумагу? – попытался прикинуться шлангом.

– Сам знаешь какую.

– Ты чё творишь, урод?! – послышалось со спины негодование любителя грубо лапать прохожих. Пришлось развернуться боком, чтобы контролировать оба фронта.

– Угомонись, Вова, – тормознул возмущённого товарища первый, – Мише скорую вызвали. Он так и не оклемался, – это уже относилось ко мне.

– Парни, это же спорт. Всякое бывает, – ответил, пожав плечами, – Готов поспорить, у вас там от каждого такая бумажка имеется. Значит, и у Миши претензий быть не должно.

– У нас есть! – выкрикнул «асфальтный летун», – Данные свои оставь, на всякий случай. Паспорт сфотаем, и вали куда хочешь.

Подобная охеревшесть вывела из себя. Не так чтобы сильно, но убивать уже захотелось. Блин, как сложно держать грань между этими мирами. Смеркалось, народа вокруг нет, освещение слабое…

– Ты конченный, что ли? – ангельским терпением и культурой речи похвастаться никогда не мог, да и не особо хотелось, – Нахер иди, фотограф недоделанный.

– Чё ты сказал? – «летун» принял стойку.

– В уши долбишься?

– Вова, успокойся! – снова осадил первый, – А ты не хами! Тебе никто не грубит, кажется?

– А это, как посмотреть. Не слишком ли охеревшие желания? У нас в Хабаре за такое спрашивают, – очень надеялся, что поиски уведут в том направлении.

– Слушай, мужик, при чём тут твой Хабаровск? Мы во Владивостоке, если чё. Ты человека в больничку отправил, хрен знает что с ним. Просто верни бумагу и иди куда собирался.

– Вы, видимо, не слышите, что я вам говорю. Где, как и что было просрано вами, не моя забота.

– Нас трое, – произнёс первый, восхищая своей очевидностью и умением считать как минимум до этой цифры.

– Вы спортсмены или гопники?

– Сейчас узнаешь, – ответил второй, – Короче, хватит с ним базарить, – парни начали расходиться в стороны.

– Про неспортивное поведение не слышали? Нет? Тогда начнём, я не возражаю. Кто первая? – надо быстрее заканчивать и отваливать как можно дальше.

* * *

Никакого махача не вышло. Он даже начаться, толком не успел. Тот, которого я перекинул через себя, не учёл опыта прошлых лет и решил повторить попытку, только уже с прицелом на удушающий.

В этот раз исход получился более трагичный. Ну, перекинул его чуть сильнее прежнего, казалось бы. Вот только мы находились у края дороги.

Водитель, проезжающего мимо микроавтобуса, не успел среагировать на резко изменившуюся дорожную ситуацию. Удар, многоговорящий хруст черепной коробки, и лишь затем визг тормозов.

Жёванный крот! Ездить в городе медленнее надо, урод, блин! Пока до водилы с товарищами перееханного доходила ситуация, я, уловивший её суть быстрее, развернулся и рванул с места.

Перебежав на противоположную сторону улицы, перескочил через леерное ограждение и заскользил вниз по довольно крутому косогору. Владивосток – город, стоящий на сопках и окружённый морем с трёх сторон.

В конце спуска шла подпорная стена дороги высотой метра четыре, и если бы не успел затормозить, то мой забег завершился бы довольно быстро и нелепо. Но обошлось.

Давно заметил, окружающим везёт меньше, чем мне. Особенно если их намерения недобрые. Свиснув на руках, спрыгнул и помчался дальше по направлению движения, чтобы лишний раз не светиться в видеорегистраторах.

Метров через сто оказался на перекрёстке. Впереди виднелись крыши металлических гаражей и какой-то пустырь. То, что надо. Владивосток – город контрастов.

Развернувшись, удостоверился в отсутствии преследователей и рванул к ржавеющим металлоконструкциям. Тьма, как же меня бесит, что приходится вот так убегать!

В тот момент пришло понимание об утрате точек соприкосновения с этой реальностью. Я был полностью от неё оторван, словно мясо с костей, которое обратно уже не приживётся.

* * *

Чужой среди своих и свой среди чужих. Мне во что бы то ни стало нужно выбраться из этого мира. Я уже не смогу войти в прежнюю колею и подстроиться под него. Всё будет становиться только хуже.

Главное, Жнец начал подавать признаки жизни. Выходит, «древнее зло» пробудить всё-таки реально. Но мне не нужны его эпизодические «всхрапы», мне нужен Он, весь! И чем раньше, тем лучше.

Не так, как произошло в той канаве – я практически не помнил, как именно расправился с тем любителем бить женщин и детей. Это очень плохо. Необходима полная ясность сознания.

Происходящее напоминало компьютерную игру, когда после прохождения начинаешь с самого начала, только против более сильных соперников и с ранее полученными навыками, но не прокаченными.

По всему выходило, что мне снова предстояло пополнить сосуд с душами, но в данном мире с этим имелись определённые трудности – убивать людей и животных законом запрещено.

Даже избавление социума от отъявленных негодяев здесь называлось убийством, а не справедливостью или возмездием. Да и про всяких четвероногих тварей тоже говорить не приходилось.

Для одних требовались оружие, лицензия и уйма времени на поиски. А умерщвление других считалось живодёрством и жестоким обращением с животными. Да и за что их просто так?

К слову, некоторые особи, находящиеся в категории «убийство», вполне достойны переквалификации на «жестокое обращение с животными». Не всех людей людьми назвать можно.

Не спорю, я тоже эталон сомнительный, но всё же. Проблема заключалась в том, что необходимое мне для розжига «топливо» являлось очень специфическим. Придётся что-то решать, поскольку иного выбора у меня не было.

Но к этому я пока не готов. Причём офигеть как. Я снова в «песочнице» только теперь без права на ошибку и возможности респауна. Вот о чём категорически не стоит забывать.

* * *

На моих руках целых два трупа и поехавший кукухой. И одного этого уже слишком много для данной реальности. Надо сбавить обороты.

Залечь на дно, опуститься на грунт, в общем, уйти со сцены, пока цветы не понесли. На надгробие. А ведь это только слабые толчки «замершего внутри плода», которому требовалось полноценное «питание».

Может, лучше не будить лихо, пока оно тихо? Этот мир не готов к таким переменам, ломающим стереотипы и вековые устои. Конечно, можно уйти в горы или в глухую тайгу, дабы «спасти» данную реальность, но это нереально.

Во-первых, бегать от себя бессмысленно. А во-вторых, для проверки одной теории требовалась Истинная Сила, которая, в свою очередь, нуждалась в душах. Сраный замкнутый круг какой-то.

Весь это дикий хоровод мыслей пронёсся ураганом в голове, пока я переодевался. Всё, от «спецухи» точно придётся избавиться. Облачившись в «новое», пробежался по очкурам и обнаружил тару с отработкой.

Купленный в специализированном магазине рюкзак имел влагозащитный кармашек с трутницей. И опыт, приобретённый в Адэлеоне, позволил без труда высечь сноп искр, разжёгший пламя.

Предусмотрительно развешанные вещи на высохшем кусте должны прогореть полностью. Увы, но остаться и удостовериться в этом позволить себе, не мог.

Убедившись, что пламя зашлось и уже не погаснет, накинул капюшон толстовки спортивного костюма, и поспешил убраться подальше. Если глаза не подвели, то камер в «Духовном воителе» я не заметил, как и рядом с ним.

Их наличие, точнее, наоборот, отсутствие, являлось одним из ключевых требований при выборе клуба. С учётом упоминания о Хабаровске, имелся неплохой шанс соскочить на «неустановленное лицо», и увести поиски совершенно в другую сторону.

Глава 2

"Не каждое затишье знаменует бурю. Иногда это просто пауза перед началом. Началом неминуемого конца всему"

(от автора)

Стараясь выглядеть максимально естественно, выбрался из неизвестного мне района Владивостока и направился куда глаза глядят. Пару раз мне попались проезжающие навстречу патрульные машины с включёнными проблесковыми маячками, но проходящий мимо в спортивном костюме человек без рюкзака, который должен уже догорать, не обратил на себя внимания.

К моменту, когда меня более или менее отпустила «изжога», наступила ночь. Надо покидать пределы города. На попутках снова вернулся в г.Артём, откуда поймал такси и поехал в Ливадию.

Решил пару дней провести на море, под шум набегающей волны. До начала пляжного сезона ещё оставалось время, плюс шла рабочая неделя и за наличие свободных мест с немноголюдностью, переживать не стоило.

Словоохотливому таксисту рассказал, что прилетел из Читы в командировку, и оставшиеся два свободных дня захотел провести в своё удовольствие, посетив пляж, о котором так много успел услышать.

Данная «легенда» в моём воспалённом манией преследования мозге возникла спонтанно и была озвучена, прежде чем прошла согласование. Ввиду отсутствия альтернативы пришлось отыгрывать до конца.

Благо мотался как-то туда в командировку и имел общее представление, о чём говорю. В общем, когда мы прощались, таксист пообещал, что обязательно побывает в Забайкальском крае. Удачи ему.

Как говорится, будете у нас на Калыме, милости просим. Побродив по пустынным ночным улицам, далеко не сразу удалось найти гостиный дом без высокого забора с запертым входом.

Заплатив за комнату, поднялся на второй этаж и завалился спать, даже не раздеваясь. Денёк выдался трудным, насыщенным и щедрым на впечатления. Хотелось тупо поскорее забыться во сне.

* * *

Несмотря на довольно холодное весеннее утро, прихватив плед, взял шезлонг и направился на берег моря. Вокруг ни души – просто идеально. В итоге, под шум набегающей волны, снова задремал.

В какой-то момент удалось ухватить за хвост одну, из вечно порхающих с краю, мысль. Резко подскочив, запутался в пледе и завалился лицом в холодный песок. Один хрен, лучше, чем на работе!

Однако мысль действительно оказалось важной. Даже непонятно, как настолько логичная и очевидная вещь смогла остаться без внимания. В моей ситуации, ни в коем случае нельзя находиться в информационном вакууме.

Это же идиотизм чистой воды! Может, мне уже пора в леса уходить? Твою же мать. Оставив шезлонг с пледом на берегу, вернулся в номер, принял душ, привёл себя в порядок и пошёл ближайший магазин сотовой связи.

Мне срочно требовался телефон с левой сим-картой. И если с покупкой мобилы никаких проблем не возникло, то вот продавать симку без паспорта, отказались. Причём в трёх магазинах подряд. Судя по всему, единственных.

– Постойте! – окликнул молодой продавец-консультант, когда вышел на улицу, – Вам же левая симка нужна?

– Её политические взгляды меня волнуют меньше всего, лишь бы не на моё имя.

– Эм, хорошо. Могу предложить интересный вариант. Номер Сингапурский, абонентская плата, правда, в два раза дороже, но зато интернет безлимитный. Интересует?

Рассчитавшись с парнем, пошёл назад, по дороге активируя телефон. Удивительно, но шезлонг никто не упёр, только плед ветром в сторону отнесло. Устроившись поудобнее, принялся регистрироваться на каналах, публикующих криминальные новости…

* * *

По истечении часа удалось прийти к выводу, что никого, тем более конкретно меня, не разыскивают. Конечно, это ещё ни о чём не говорило, и ситуация могла изменить в любой момент, но стало спокойнее. Правда, отчасти.

В сводках криминальных новостей и так ничего хорошего не освещали, но раньше это хоть меня не касалось. Всё выглядело несколько хуже, чем предполагал. Оказывается, из того полуразрушенного здания вынесли целых три трупа!

Ёбушки-воробушки, да как так-то? Самого же чуть на тот свет не отправили, а оно вон как повернулось. Выходит, все трое отъехали? Но как?

Хриплый просто получил по кокушатам разулю. Да, я вложил в удар силу, ибо выводить противника из строя необходимо гарантированно, но чтобы до такого исхода? В голове не укладывается.

Может, у него «мотор» стуканул? А что? Такое редко, но всё же бывает. Один хрен, ничего хорошего, поскольку этим не ограничилось. Так, перейдём к следующему утырку.

Этот-то как умудрился за Хриплым остыть? От лишней дырки в ляжке, что ли? Бред какой-то! Хотя… Удар, если мне не изменяет память, а её верность мы уже обсуждали, пришёлся во внутреннюю часть бедра. Ближе к паху.

И исходя из сраной анатомии и несовершенства человеческого тела, я вполне мог перебить артерию. Сука! Ну вот как так-то, а? Что за «фантастическое» везение такое? Кстати, именно об этом я и говорил – мне по-любому сказочно «повезёт».

Вот это уже уголовка чистой воды, без вариантов. Причинение тяжких телесных, повлекших смерть потерпевшего. Каким отбросом он ни был, у правосудия взгляд «беспристрастный».

Просраный серп вновь обретал статус потенциальных проблем. Хорошо, но третий с какого хера решил за ними следом к апостолам призваться? Из-за банального падения с незначительной высоты?

Однако вспомнив, как того крючило, и допустив вероятность, что под ним мог оказаться кусок сраного кирпича, смерть переставала выглядеть такой уж нелепой. Пункт назначения, какой-то, блин.

Итого, мой «высокоинтеллектуальный» эксперимент, привёл к очень неожиданным, серьёзным и тяжким последствиям. Особо тяжким, если отталкиваться от юридической оценки конечного результата.

* * *

– Я вахере, – произнёс, шумно выдыхая, – Надо прикрывать эту лавочку, пока не поздно. Если уже не поздно.

Ситуация вышла из-под контроля, под который не успела даже попасть. Во Владивостокских сводках промелькнула информация о поиске иногороднего военнослужащего. Ничего конкретно. Ни описания его самого, ни в связи с чем, но всё же.

Почему сразу военный? Что именно вызвало подобную ассоциацию? Стиль «милитари» не такая уж редкость и камуфлированную одежду носили все кому не лень. Возможно, речь шла вообще не обо мне, но я же такой «везучий».

Готов поспорить, сейчас в отношении направляющихся в сторону Хабаровска существенно усилен контроль. Вроде неплохо. Однако если товарищи Хриплого изъявят желание покаяться, то описание виновного в ДТП со смертельным исходом очень некрасиво сойдётся с их показаниями.

И несмотря на то, что события находятся в ведении разных ведомств и районах, всегда мог найтись тот, кто сможет увязать их с одним лицом. Очень хреновая ситуация, пограничная.

Пара неудачных засветов на камеры наблюдения, и всё – можно сушить сухари, как говорится. А подобный расклад меня категорически не устраивал. Поскольку в распоряжении оставалось несколько дней, решил перейти в готовность «низко старта с грунта».

Затарившись консервами и прочими, сопутствующими товарами, поехал искать дом для съёма как можно дальше от цивилизации, и Молчановка показалась самым подходящим для этого вариантом.

Оставшиеся дней прошли в относительном спокойствии и безделье. Несмотря на проблемы с мобильной связью, руку на пульсе держать удавалось вполне стабильно, и ситуация за это время не изменилась.

Фамилия Серов, как и его физиономия, так и не появилась в заголовках. Хорошо, но мне бы ментовские сводки посмотреть. Вот где действительно информация из первых рук.

* * *

Прежде чем возвращаться, следовало закинуть удочку и поглядеть, как клюнет. Хотел было позвонить кому-нибудь из коллег. Так, прощупать почву, как говорится, но отсвечивать этим номером и имей-кодом телефона не хотелось.

Поразмыслив, вышел на улицу. Нахватил какого-то бедолагу и одолжил кнопочную мобилу. За косарь, правда.

– Дежурный по отделу… (Дальше шло стандартное, неразборчивое жевание слов, которое передаётся всем дежурным воздушно-капельным путём) слушаю!

– Я тут вашего сотрудника видел!

– Какого? Представьтесь, пожалуйста.

– Ну, того самого, – проигнорировал его просьбу, – Которого вы ищите.

– Кого мы ищем? – растерялся дежурный, – А, понял, – в голосе действительно прозвучала уверенность и понимание вопроса, и это заставило напрячься, – Шуточки про некомплект уже не актуальны, но если тебе, уроду, поговорить не с кем, то скажи куда приехать? Вместе посмеёмся.

– Так вы никого из ментов не теряли, что ли?

– Слышь, ты. Я же сейчас узнаю, откуда ты звонишь, мудак, и тогда ты у меня сам потеряешься. Тебе…

Дослушивать не стал. Сбросив вызов, вернул телефон ошарашенному владельцу и пошёл прочь. Судя по всему, Неуловимый Джо пока оставался неуловимым, поскольку был нахрен никому не нужен.

Валить в сопки без веских на то оснований – глупо. Будучи действующим сотрудником, внезапно пропасть с радаров, означало реальное начало поисковых мероприятий.

А оно надо, так на себя внимание обращать? Полагаю, ответ очевиден. Поэтому возвращаемся, делаем вид, что ничего особенного не произошло, держим руку на пульсе и мониторим сводки соседних отделов.

Возвращаясь домой с молчаливым таксистом, решил прокрутить в памяти последние дни и снова обнаружил, что пара дней, из проведённых в Молчановке, начисто стёрлась из памяти. МРТ сделать, что ли?

* * *

Впервые за все годы службы чувствовал себя полноценным засланным казачком. Помнится, был в истории один оборотень в погонах серийный, Попков, кажется. Так вот, неприятное ощущение.

Прежде чем войти во двор своего дома, некоторое время понаблюдал за ним со стороны. Как говорил один начальник Криминальной милиции – лучше перебздеть, чем недобздеть.

И моя паранойя полностью поддерживала данное высказывание. Унылая обстановка подозрений не вызвала, незнакомых машин тоже не заметил. Вроде тихо.

В состоянии лёгкой тревожности пересёк двор и вошёл в подъезд. Первым делом включил свой телефон и пробежался по пропущенным и сообщениям.

Пару раз звонила дежурка (Пропущенные ещё в первый день отпуска. Ничего критичного), три раза начальник следствия (Последний входящий недельной давности. Этот вечно звонит), один от Сани (Вот человек – раза хватило понять, что абонент не хочет ни с кем говорить), и аж шесть пропущенных от дознавателя Леры!

Вот прицепилась же, а. Судя по всему, надо ей доходчиво объяснить политику партии. На всякий случай перезвонил Сане, переговорил с ним, осторожно прощупав почву, и окончательно успокоился.

Поставив воду для пельмешей, пошёл в душ. Следовало смыть остатки тревожности и просто нормально помыться. Плотно покушав, завалился на кровать и начала погружаться в сон. Вечер только начинался, но дожидаться наступления ночи организм с вымотанными нервами отказывался.

И снился мне успевший стать родным мир Адэлеона. Играющие на солнце бликами пики Стальных хребтов, мрачные леса Тёмных предгорий, унылые просторы Мёртвых земель и холодные воды Неспокойного моря.

Щемящее чувство дикой тоски пробудило в начале четвёртого ночи. Заснуть вновь уже не вышло. Щёлкнув на кухне чайник, пошёл в ванную. Холодная вода освежила и привела в чувство.

Заварив травяной чай, уселся за стол. Может, и правда, послать всё к чёртовой матери и уволиться? Однако несмотря на явное желание порвать со службой, возникли очередные сдерживающие факторы.

Во-первых, в свете последних событий, подобное решение становилось поспешным, поскольку требовался доступ к ежедневным сводкам по розыску, дабы не пропустить момент, когда придётся спешно мазать лыжи.

Во-вторых, для получения доступа к одной из мантий покойных, необходим перевод, который в перспективе должен произойти в ближайшие два месяца. Обе причины выглядели достаточно вескими.

* * *

– Докладывайте! – несколько раздражённо потребовал руководитель Проекта от вошедшего, даже позволив тому поприветствовать присутствующих.

– Хорошо, – безэмоционально ответил мужчина средних лет, привыкший не обращать внимания на вечно недовольных руководителей, – Начну с общих сведений тогда…

– Хотите сказать, что среди испытуемых вообще не оказалось отрицательной тенденции? – нахмурился один из участников совещания, придирчиво изучая информацию на листках, заблаговременно разложенных перед каждым, когда докладчик закончил вводную часть.

– Именно так. Даже среди тех, кто полагался исключительно на грубую физическую силу и не проявлял особой активности.

– То есть, результаты превзошли самые смелые ожидания? – раздался вопрос с противоположной стороны стола.

– Выходит, так и есть, – ответил докладчик с невозмутимым видом.

– Нет! – внезапно воскликнул руководитель, – Вы мне всё-таки объясните, зачем надо было увольнять с должности куратора Леонида Аркадьевича, так ещё вместе с его старшим помощником?

– Анатолий Парфёнович, – смутился участник совещания, сидящий с самого края, – Ими были нарушены требования регламента…

– Я это уже слышал, – прервал он отвечавшего, – Вы мне объясните, что такого критичного произошло от их столь незначительной, на мой взгляд, вольности? Какие последствия повлёк за собой данный поступок?

– Ну… – замялся сотрудник, – Они нарушили регламент.

– Боже, я вас умоляю. Пусть среди присутствующих подымет руку тот, кто никогда не ничего нарушал. Кто всегда соблюдает те же Правилами дорожного движения? Полагаю, таких просто нет. Поэтому прошу предоставить вразумительный ответ о причинах увольнения данных сотрудников?

– Фактически, это явилось их решением.

– Дмитрий Владимирович, давайте называть вещи своими именами, – сморщился руководитель, – Во-первых, прежде вы говорили именно об увольнении. Во-вторых, то, что им позволили написать «по собственному», не делает их инициаторами данного решения. Ладно, хорошо, допустим. Тогда ответьте, кто сейчас исполняет обязанности по высвободившимся должностям?

– Мы решаем этот вопрос, – покраснел Дмитрий, – Обязанности очень специфичные.

– Вот! – хлопнул директор ладонью по столу, – Вот мы и подошли к самой сути вопроса, но уже с другой стороны. Вот именно отсюда все наши беды и большинство проблем – в неумении смотреть наперёд, делать прогнозы и анализировать ситуацию. Кого ни спроси, у всех один ответ – не положено или же, наоборот, положено. Всё! Миллионы лет эволюции превратили человека в безвольную массу, неспособную к принятию самостоятельных решений. Товарищи руководители, это касается каждого! Нас всех здесь собрали именно за этим. В противном случае с таким же успехом можно было набрать смазливых первокурсниц. Результат тот же, но смотреть приятнее. Мы не можем себе позволить разбрасываться специалистами, учитывая критерии отбора. Где они сейчас?

– Не готов ответить на этот вопрос, – отозвался Дмитрий, опустив голову.

– Служба безопасности может что-то пояснить?

– Никак нет, товарищ генерал, – поднялся с места крупный мужчина.

– Иван Георгиевич, – закатил глаза директор, – Только давайте без этого пафоса, хорошо? Погоны мы все давно сняли, так что просто ответьте с места на вопрос.

– Свяжемся, уточним.

– Вот и уточните. А заодно, вежливо попросите Куратора вернуться в строй. Вместе со своим помощником. Повторяю, мы не можем позволить себе разбрасываться кадрами налево и направо. Каждое принимаемое решение должно быть взвешенным и обдуманным. Если же возникли сомнения, выносите проблему на обсуждение. В конце концом, именно за этим мы здесь и собираемся. Договорились? – получив в ответ согласие каждого, он снова посмотрел на докладчика, – Прошу извинить, продолжайте.

* * *

Когда докладчик закончил доведение информации и сообщил об этом, повисла непродолжительная пауза. Результаты эксперимента оказались значительно выше предварительных прогнозов.

Именно по этой причине руководитель Проекта, успевший бегло ознакомиться с содержанием доклада перед началом общего совещания, и пребывал в раздражённом состоянии.

Ведь Леонид Аркадьевич являлся не просто отличным специалистом, аналитиком и стратегом, он понимал, что из чего вытекает и к чему может привести впоследствии. Вот сейчас искать нового куратора?

Да, ему не раз приходилось встречать людей с аналогичными качествами, но вот тем самым чутьём, похвастаться могли лишь единицы. А они его «по собственному»! Ну не идиоты ли?

– Спасибо за доклад. Если относительно общих сведений вопросов ни у кого нет, то попрошу остаться руководителей служб безопасности, оперативной работы и заместителя по общим вопросам, остальных не задерживаю. До конца текущей недели жду от каждого заключение и рекомендации по направлениям.

– Итак, – произнёс руководитель Проекта, скрестив пальцы, – Теперь поговорим о действительно вещах серьёзных. Начнём с первой категории. С тех, кого задержали на объекте. Есть готовые сотрудничать?

– Да практически все. Не согласилось двое, но мы с ними ещё дорабатываем, – ответил начальник отдела по оперативной работе.

– Хорошо. Их ввели в суть предстоящей деятельности?

– Пока только в общих чертах. Прежде чем выходить с конкретными предложениями, надо иметь чёткое представление о готовности кандидата.

– Согласен с вашим подходом, Николай Викторович, но прошу с этим не затягивать. Что с руководителем будущей оперативной группы? Есть предложения?

– До конца недели вопрос будет закрыт, – кивнул оперативник, – Да предложение есть и достаточно интересное. Кандидат – участник нашего Проекта, ведомственный пенсионер, причём ведомство очень серьёзное. Обладает всеми необходимыми качествами, согласен сотрудничать и возглавить группу.

– Весьма любопытно, – директор проявил выраженную заинтересованность в данной информации, – Организуйте нам общую встречу до конца текущей недели. Надо поближе с ним познакомиться. Проверяли по его своим каналам? Проблем с ним не будет потом?

– Конечно. Но, сами понимаете, информации немного и делиться ею не особо стремятся, несмотря на запрос, согласованный на самом высоком уровне.

– После совещания зайдите. Посмотрим, кто там нуждается в стимуляции стремления. Но новости действительно хорошие. Что у нас со второй категорией?

– До сих пор адаптируются к прежней жизни, – начал безопасник, – У большинства с этим возникли проблемы. Практически все взаимодействуют с нашими психоаналитиками, находятся под контролем. Докладывают, что поводов для беспокойства нет. Остальные запили, но мы контролируем их связи. Пока тоже без эксцессов. Один участник искал точку сбыта информации по Проекту, но мы его уже изолировали. С ним сейчас оперативники работают.

– Проблем нет? – поинтересовался руководитель.

– Да не особо. Вчера поставили перед выбором, или в формирующуюся группу, или… в общем, выбор у него невелик. Сегодня решим, что с ним делать.

– Хорошо. Продолжайте.

– Так. К прежней работе вернулось трое. Из них только один так и не вышел на контакт с нашими мозгоправами. Выбирается сам, медикаментозно. Вроде справляется. Постоянных связей ни с кем не поддерживает и в целом ведёт себя стабильно, в пределах нормы. Неделю пропился и успокоился. Усиленного контроля не требует. Если подвести итог, то нам удалось сделать полный охват всех наших участников, и результат вполне удовлетворительный. Третья группа – самая стабильная. Фактически все приступили к службе, адаптация имеет положительную тенденцию, эксцессов не возникало.

– Замечательно. Фёдор Сергеевич, посмотрите сами, если «трёшка» действительно не требует повышенного контроля, то, может, имеет смысл перераспределить задействованные силы и средства?

– Понял вас. Завтра обсудим всё с коллегами в узком кругу, – зам. по общим вопросам глянул на оперативника с безопасником, которые кивнули в ответ, – И посмотрим, какое направление требует усиления.

– Ну, и самый важный вопрос, – директор выждал небольшую паузу, – Есть перспективы к «пробуждению»?

Присутствующие молча переглянулись – это являлось основной задачей Проекта. Самой его сутью. Той целью, результата достижения которой многие вполне обоснованно опасались. Ведь одному богу известно, к чему в итоге это всё приведёт.

Каждый по отдельности, как и сам руководитель Проекта, в глубине души надеялся, что ничего из этого не выйдет, что эксперимент признают неудавшимся, но при этом дружно делали очередной шаг навстречу неизвестности.

– Явных признаков не выявлено, – ответил Фёдор Сергеевич с серьёзным лицом, – Но спешить с выводами слишком рано. По предварительным данным аналитического отдела процесс может занять до нескольких месяцев.

– Что ж, тогда наблюдаем и ждём, – осторожно выдохнул директор, – В любом случае, как группа будет сформирована, переходите к стимуляции членов её состава. И я вас очень прошу, постарайтесь вернуть Леонида на должность куратора. Нам нужны его мозги.

– У меня имеются кое-какие соображения на этот счёт, – ответил оперативник, – Через два дня буду готов выйти с окончательным предложением, если не удастся решить вопрос с Леонидом.

– А вы интриган, Николай Викторович, – усмехнулся директор, – Что ж, тогда никого не задерживаю. Все последующие совещания переходят в разряд оперативных. В присутствии остальных обсуждать больше нечего. Не задерживаю…

Глава 3

«Жизнь без спонтанных поворотов судьбы превращается в унылую поездку, поэтому порой стоит поддать газу»

(от автора)

Минул месяц с момента событий, приведших к смерти нескольких человек при моём непосредственном участии. Всё это время я всячески избегал конфликтных ситуаций и старался не отсвечивать.

Жизнь со скрипом пыталась войти в прежнее русло, и в голове вновь начали появляться мысли о проведении второй вылазки. Полученные дозы адреналина и эмоций испарились, и организм жаждал новой порции.

Учитывая особенность данной реальности, восприятие оказалось намного насыщеннее. Заигрывание с судьбой в этом мире получалось на удивление бодрящим. Вероятно, так и становятся адреналиновыми наркоманами.

Я даже успел прыгнуть с парашютом, но не испытал и половины той гаммы эмоций, что получил в результате стычки с Хриплым, про домашнего тирана так и вообще молчу.

Кстати, в сводках значился розыск военнослужащего из г.Хабаровска, причастного к смерти парня во Владивостоке. Удивительно, как легко удалось пустить поиски виновного по ложному следу.

Продолжая маленькие эксперименты с приобретёнными возможностями своего тела, убедился в действительно возросшей скорости реакции, но и это было ещё не всё.

В тренажёрном зале выяснилось, что и физически я стал сильнее. Тот же рабочий вес в жиме от груди увеличился вдвое! В голове не укладывалось, как участие в проекте смогло вызвать столь значительные метаморфозы на таком уровне?

Неужели при обследовании этого не заметили? Ведь Михалыч прямо сказал, что аппарат фиксирует физические изменения в частности. Всё благодаря тому датчику? Интересно, сколько ещё таких, изменившихся?

И что стало с теми, кто не тянул всякую дрянь в рот? Отправили на исследование? Пустили на опыты? От мысли, что это могло произойти со мной, стало немного не по себе.

А не постучат ли в дверь спустя время? Для чего-то ведь те гаврики предупредили, что от повторного предложения лучше отказаться. Замануха на «рождественский» стол?

В любом случае такой феномен не мог не представлять научно-исследовательского интереса. А, кстати! Я ж ещё и стрелковый клуб посетил. Всего одно занятие, о чём потом пожалел.

Его инструктор весь мозг вынес, докапываясь к ставшим неожиданностью даже для меня навыкам стрельбы. Кто натаскивал, где, по какой методике, на каких типах оружия?

И дёрнуло же его что-то понаблюдать именно за моей мишенью. Выпущенные с пятидесяти метров пули легли в пятак диаметром в пару сантиметров. Невесть какое достижение, вот только ушло у меня на не более двух секунд!

* * *

Вцепился словно клещ. И на региональные соревнования по практической стрельбе звал, и стать членом клуба предлагал. Он так настырно докапывался до имени наставника, что меня уже подмывало сказать правду – виной свиток Толбана, предводителя клана тёмных гномов Стальные бороды.

В последнее время уверенность в своих силах начала возрастать. Ощущения возникли сравнительно недавно, и частота предшествующих событий не позволяла прийти к однозначному выводу, что именно послужило толчком к этому.

Схватка с «хриплыми», разрывание на части того ублюдка или же та порция адреналина, когда я сваливал с места ДТП со смертельным исходом. Скорее всего, весь комплекс процедур, но повторить не решался. Хоть и тянуло с каждым днём всё сильнее.

Сейчас куда важнее было не привлекать к себе лишнего внимания и не отсвечивать новыми возможностями. Нечего давать окружающим и, не исключено, что наблюдающим из тени, пищу для размышления.

Меньше знаешь – крепче спишь. Помните слова Шефа из кинофильма Брильянтовая рука – Как говорил один мой знакомый, покойник. Я слишком много знал. Воистину так и есть. Лишняя информация вполне могла стать причиной смерти.

* * *

Интересная ситуация получалась с Лерой. В день выхода на работу та сама заявилась ко мне в кабинет в районе обеда.

– Чё, перезвонить не судьба? – выдала она с порога, прикрывая за собой дверь.

– Не понял? – дерзость в её поведении обескуражила.

– Что такого непонятного я сейчас сказала? – упёршись руками в бока, Лера встала напротив меня и прищурилась. Бухая, что ли?

– Для начала, здравствуйте.

– Ага, привет, – кивнула в ответ, – Чё не перезвонил, спрашиваю?

– Так, – я начал заводиться от абсурдности данной ситуации, – А напомни-ка мне, когда это мы успели перейти в разряд сомнительных отношений, в которых кто-то должен кому-то перезванивать, чтобы не выслушивать в дальнейшем претензии по этому поводу?

– Слушай, я же знаю, что нравлюсь тебе, но сам ты никогда в этом не признаешься и первым не подойдёшь, – «кокетливо» улыбнулась она, – Поэтому не строй из себя идиота.

Лера хмыкнула, а я реально охренел с такой подачи. Так даже не сразу поймёшь, что меня разозлило. Её дерзость с хамством, или же самоуверенность с тупостью. Однако сейчас-то мы и внесём максимальную ясность в противоречивую ситуацию.

– Хорошо, давай начистоту. Лерочка, ты действительно довольно симпатичная девушка, – тут она улыбнулась, но преждевременно, – Но ровно до тех пор, пока рот не откроешь. Как ты вообще дознавателем работаешь? Судя по твоему удивлённому лицу, ты ожидала чего-то иного? Уже и сценарий прогнать успела, видимо. Увы. И на будущее, прежде чем ты сейчас вылетишь отсюда оскорблённой истеричкой, запомни, что я не потерплю подобного отношения к себе. Смекаешь? Всё, можете быть свободный, Лера Максимовна.

– Ты… ты! – на глазах девушки выступили слёзы, а ноздри начали раздуваться. Если кинется, леща дам, чтобы в чувство привести. Реально прихерела, – Скотина! Да ты чё о себе возомнил, козлина?! Пошёл вон!

– Ты у меня в кабинете, дура! – всё, моему «ангельскому» терпению пришёл конец.

Пару секунд потребовалось, прежде чем данная информация дошла до её простывшего мозга. Осознав нелепость происходящего, она вылетела из кабинета, чуть не снеся дверь с петель. Истеричка невменяемая.

– Это чё сейчас было? – спросила ошарашенная Катюха, подходящая в этот момент к двери своего кабинета, расположенного напротив.

– Дознание бунтует.

– Заметила, а что ты сделал?

– Правду сказал. Что её внешность обратно пропорциональна умственному развитию.

– Ну, на правду грех обижаться, – пожав плечами, усмехнулась она.

– Ещё во взаимности отказал.

– А вот это, Серёга, было жестоко, – произнесла Катя, заходя в свой кабинет с улыбкой на лице.

* * *

– Серов? – начальник редко звонил на рабочий телефон в кабинете, и, как правило, это не означало ничего хорошего, – Зайди ко мне!

Положив трубку, шумно выдохнул. Вот что случилось? Неужели из-за этой заносчивой козы вызывает? Кстати, поговаривают, что он на Леру глаз положил. Их даже пару раз видели вместе в машине.

Стоит отметить, что начальник нашего отдела был очень редкостным мудаком. Я бы даже сказал, конченой тварью. Вот всегда считал, что руководство не обязано тебе нравиться.

Они вечно будут чем-то недовольны, что-то требовать постоянно. Ну, должности у них такие. Что поделать? Так было ровно до тех пор, пока начальником нашего отдела не назначили этого папуаса.

Чтобы вы понимали, мнением о нём с моей стороны являлось не предвзятым, а волне объективным и разделяли его практически все сотрудники. Почему не все? Просто всегда найдутся любители вылизывать чей-то зад.

В первые полгода с отдела поуходили практически все толковые руководители, следом за которыми поспешили и старички, имеющие выслугу и нежелающие продолжать службу под руководством такой мразоты.

Короче, когда подходил к его кабинету, то уже прибывал в состоянии повышенного артериального давления, а эмоциональный фон вполне располагал принести кого-нибудь в жертву.

С причиной вызова не ошибся. В кабинете сидела Лера с красными глазами и размазанной тушью. Думал, взглядом прожжёт, когда вошёл. Также в кабинете находился мой руководитель с виноватым видом (Он-то здесь при чём?) и начальник отдела кадров с борзым лицом (Она относилась к категории «подлизать»). Что за цирк решил устроить этот ишак?

* * *

– Вызывали?

– Долго ходишь, – произнёс начальник в своей привычной манере пренебрежения, не предложив сесть. Хотел было ему ответить, но сдержался. Правда, фляга моего говнобака начала тихонько посвистывать, закипая.

– Слышь, Серов, а ты не много ли себе позволяешь? – разговаривать эта гнида тоже не умела. Дежурных на пересменке мог и матами обложить, и на личности перейти, – Тебе кто дал право оскорблять наших сотрудниц? Вынь уже язык из своей задницы! Или сказать нечего?

На этой фразе Лера хмыкнула, кадровичка улыбнулась, а руководитель вздохнул и опустил голову, словно понял, чем это кончится. Вы гляньте, как старается. Как перья-то распушил. Петушара.

Возможно, я бы в очередной раз отстрелялся дежурными фразами «Есть-Так точно-Никак нет», и вышел из его кабинета с чувством глубокой «вины», но выставлять себя посмешищем позволить не мог. Прости, Иваныч.

– Да нет, товарищ полковник, что сказать найдётся. Только сперва с себя начните, как и подобает старшему офицеру проявлять уважение и сдержанность. Личным примером, – меня начало опасно потряхивать внутри. Только бы не сорвало дверцу клетки со спящим в ней зверем прямо сейчас.

– Ты чё, вообще берега попутал, щегол?

– Вот, я как раз об этом и говорю. Вы слишком много себе позволяете. Даже сказал бы, дохрена.

– Чё? – сжав кулаки, он встал из-за стола и пошёл ко мне.

– Ну, давай. Только я тебе стоять не буду, – видели бы вы перепуганные глаза Леры с жополизкой из кадров и печально-удивлённое выражение лица руководителя следствия, – Только рыпнесь, я тебе прямо здесь будку твою распинаю, – прошипел я, еле сдерживая Жнеца, рвущегося наружу.

Смотрите-ка, кто у нас тут очухался! Нашёл время, твою мать. Сиди на жопе ровно! Начальник на секунду замер, нахмурился и отступил на полшага. Что-то, видимо, заметил или почувствовал.

– Уволен!

– Да вообще похер! Всё равно служить противно стало.

Не дожидаясь продолжения, развернулся и пошёл на выход, под недоумевающие лица присутствующих. Чтобы хоть как-то спустить пар, хернул дверь начальника с такой силой, что посыпалась штукатурка. Мне надо срочно стравить давление фляги, пока она точно не рванула.

* * *

– Серый, ты чего? – спросил перепуганный дежурный, ожидающий в приёмной.

– Есть закурить? – Вова машинально извлёк из кармана пачку и протянул сигарету, – А зажигалка?

Прикурив прямо там, сделал глубокую затяжку и выпустил в потолок струю дыма. Хоть дрянь, по сравнению с табаком Горрдия, но, кажется, начало понемногу отпускать.

Поблагодарив ошарашенного дежурного, вышел из приёмной и направился в отдел кадров, пуская дым по коридору. Девчонки лезть с вопросами не стали и молча дали бланк с образцом для заполнения. Они молодцы, в отличие от их лизоблюдной начальницы.

– Так, Серов! – послышался со спины противный голос начальника отдела кадров, когда уже ставил свою подпись в рапорте на увольнение, – Сначала с приказом о наказании ознакомишься. Уволен ты будешь по отрицательным.

– Такать, Наташа, своему мужу дома будешь, поняла? – развернулся я к ней, протягивая бумагу, – Ставь свою закорючку о принятии рапорта, мне копия нужна будет. А ваш говённый приказ готовить будете после.

– Ты как со мной разговариваешь? Ничего я тебе подписывать не буду!

– Ровно так, как ты того и заслуживаешь, – включив видеозапись, навёл камеру на неё, – Наталья Александровна, вы отказываетесь принять мой рапорт на увольнение по собственному желанию, я вас правильно понял? – поинтересовался уже спокойным, официальным голосом.

– Убери камеру, придурок! Что за цирк ты тут устроил?! – она попыталась выбить телефон и в тот самый момент осознала, что вытворяет, – Удали, запись. Иначе пожалеешь!

– Я уже пожалел, что не ушёл раньше, – ответил с довольной улыбкой, убирая телефон, – Сколько времени на рассмотрение рапорта сотрудника там требуется? Если на следующей неделе не будет приказа о моём увольнении, видеозапись разлетится по всему интернету. Отрабатывать я ничего не буду из-за конфликта интересов. Думаю, возражать никто не станет.

– Удали запись, Серов! – попыталась она придержать меня на выходе.

– Руки убери. Лапать мужа будешь, как потакаешь.

– Я тебя по судам затаскаю. Я тебя…

– Затаскаешься, вместе с крестом на карьере своей. Мне всё равно.

Обойдя её, пошёл к себе в кабинет собирать немногочисленные личные вещи.

* * *

– Ты чего устроил? – спросил руководитель, осторожно входя в кабинет, – Видел бы своё выражение лица! Я же реально подумал, что убьёшь его там. У тебя случилось что-то? – в голосе прозвучало участие.

– Да нет, – пожал плечами, осматривая кабинет и соображая, всё ли собрал, – Нормально, всё путём. Просто надоело терпеть выходки этого мудака. Иваныч, ты извини, не хотел тебя подставлять.

– А, – махнул тот рукой, – Я-то здесь при чём? Думаю, ты не единственный, кто хотел бы поступить так же. Того и смотри, твоя выходка заразной станет, – хмыкнул он.

– В каком смысле?

– Да весь отдел уже на ушах! Лера же растрепала произошедшее, только из кабинета вышла. Кстати, что у тебя с ней произошло.

– Дура она, что лишний раз подтвердила.

– Есть такое, – выдохнул он, – Я твой рапорт с кадров забрал, если что. Нас через управление же увольняют. Толя его уже управу повёз. Я позвонил, объяснил немного ситуацию. Думаю, проблем не должно возникнуть. Жалко, конечно, что уходишь, но зато как ты это сделал! Честно, аж самому приятно. Мне перевод предложили. Вчера ещё сомневался, а сегодня решил, что соглашусь. Нечего здесь делать. Что ж, Сергей, приятно было с тобой поработать. Побольше бы таких толковых. Надеюсь, не разочаруешься в новом начальнике.

– В каком ещё новом начальнике? – прервав процесс поиска уже не своих, но нужных вещей, посмотрел на Иваныча.

– В смысле? Ты чего, не знаешь, что ли? Я решил, ты поэтому так дверью эффектно и хлопнул, что уходить собрался. Утром бумага пришла. С завтрашнего дня ты выходишь следственный комитет вместе с Грунёвым Мишей. Пока в распоряжение, но вопрос уже решён, приказ на подписи.

– Вот это новости, – выдохнул я, падая в кресло.

– Ага. Удачи на новом месте.

Крепко пожав руку, он вышел из кабинета, оставив меня одного. Нет, это, конечно, здорово, но у меня такой настрой на окончание службы был сильный, что теперь не понимал, радоваться или нет.

Примем новость всё же за добрую. Иначе до мантий мне не добраться. Однако интересно ситуация сложилась. Эх, всё-таки надо было тому мудаку втащить. Если бы не свидетели…

* * *

– Думаю, объяснять вам особо ничего не надо, – сказал начальник следкома, – Когда мы с Грунёвым явились к нему на следующий день, – Поэтому приступайте, у вас уже есть чем заниматься. Начнёте пока с материалов, а то накопилось их. Миша, ты уже, занимайся, а мне ещё с Сергеем переговорить надо.

Грунёв чуть ли не вприпрыжку быстро покинул кабинет. Мне бы его энтузиазм. Интересно, о чём разговор пойдёт? В любом случае будет он не из приятных. Чую прям.

– Что у тебя за конфликт со Смоленчуком?

– Не сошлись характерами, Борис Евгеньевич.

– Когда характерами не сходятся, в ЗАГС идут, а не звонят с просьбой не принимать на службу. А мне вчера твой уже бывший генерал звонил, лично. Именно с такой просьбой. Ты ведь знаешь, что они кореша?

– Все знают.

– Выкладывай…

Мне скрывать нечего, поэтому не просто выложил всё, а буквально исповедался. Аж на душе легче стало. Честное слово.

– М-да, – выдохнул Евгеньевич, когда рассказ подошёл к концу, – Мудак, конечно, редкостный, с этим сложно поспорить. Жаль, он тебя не ударил. В том смысле, – быстро поправился он, поймав мой удивлённый взгляд, – Что можно было тогда его зацепить. Мы давно под него копаем, но с его покровителем тягаться сложно. Ссориться никто не хочет. А про взятки с комерсов не знал. Давно он их доит?

– Пару месяцев точно.

– Передам-ка я эту информацию нашим друзьям из одного интересного ведомства. Глядишь, смогут реализоваться. Ладно, понял тебя. Имей в виду, но на тебя зуб точит. Могут попробовать спровоцировать. В общем, будь внимательнее и аккуратнее, Сергей. Не ведись на провокации, а они будут.

– Хорошо.

– Ну, тогда ещё раз поздравляю со вступлением в должность, – он крепко пожал мне руку и искренне улыбнулся. Хороший мужик. Не то, что тот мудак Смоленчук, – Будет что непонятно, не стесняйся, спрашивай. Мы своих не бросаем.

* * *

Я предполагал, что в следственном комитете работы будет больше, чем ментвоском следствии, но чтобы настолько! Раньше двадцати одного часа домой не уходили в принципе.

Борис Евгеньевич, как выяснилось, не был в отпуске уже четвёртый год, и не особо в него стремился. Он планировал забрать дни компенсацией, которая оказалась весьма существенной. А у нас бы «простили».

Если на прежнем месте службы ко мне регулярно цеплялись за внешний вид – длинное худи с глубоким капюшоном не давало покоя некоторым, то здесь было класть на подобные мелочи. Лишь бы работу свою делал.

В середине недели ко мне в кабинет заглянул мужик лет сорока с физиономией уголовника из фильмов. И кепка-восьмиклинка с кожаной паркой только усиливала данный образ.

– Серов? – дерзко спросил он, чему-то радуясь.

– Допустим.

– Давай выйдем, перетереть надо.

Не дожидаясь ответа, тот развернулся и пошёл на выход. С чего вдруг он такой уверенный, что я пойду следом? Потому что знает, что пойду. Подосланный? Смоленчук, гнида, старается?

Был лишь один способ это выяснить и удовлетворить появившееся любопытство. Выйдя на улицу, окинул взглядом территорию, но ничего подозрительного не заметил. Гаврик в кепке, подпирающий дерево плечом в нескольких метрах, усмехнулся, наблюдая за мной.

– Я технарь! – произнёс он, протягивая руку, когда подошёл к нему.

– Рад за тебя, а я гуманитарий, – от пожатия решил воздержаться, вызывав очередную ухмылку. Что его так забавит? Аж бесить начинает уже.

– Я от Семёна. Он попросил связаться с тобой, когда в твоей жизни начнутся перемены. Кажется, они уже начались.

– Решительно не понимаю о чём ты.

– В общем, гуманитарий, – опять усмехнулся он, – Когда потребуется помощь, позвонишь с этого телефона, – и протянул мне какой-то предмет, «упакованный» в презерватив.

– Что это? – брать в руки подобное категорически не хотелось.

– Защищённый телефон. Идея Семёна, воплощение моё, – пожал он плечами, продолжая ждать, когда я возьму его в руки.

– Вижу, что защищённый. Переживаю, как бы защита следов использования не имела.

– Ха! Семён так тебя и описывал. Ну, извини. Собирался в спешке, ничего иного под рукой не оказалось. Как снимешь «упаковку» и подержишь его, работать он будет уже только в твоих руках. Новая разработка и очень надёжная.

– Слушай, «политехнический», какой Семён? Я тебя первый раз вижу, а ты мне уже предлагаешь взять у тебя непонятно что, замотанное в презик. Ты себя слышишь вообще?

– Понимаю, как это выглядит, – лицо его тут же стало серьёзным, – Но времени что-то тебе доказывать и объяснять нет. Уж извини. Поэтому держи мобилу, а нужно будет что, позвонишь.

После этих слов он прижал телефон к моей груди и надавил, вынудив поднести руку. Стоило коснуться его кисти, как он ловко вывернулся и вложил «подарок» в ладонь.

– Только не глупи, не выброси, смотри. В него бабок и сил вложено прилично, – подмигнув, он развернулся и пошёл к тонированному Крауну.

– Погоди! – окрикнул его, – От какого ещё Семёна? – вопросов в голове, было значительно больше, но спросить успел только это.

– У тебя много знакомых с таким именем? – открыв дверь, повернулся ко мне.

– А звать-то тебя как?

– Технарь, – улыбнулся он, запрыгнул в салон и сорвался с места.

– Что за бред? – произнёс я, рассматривая телефон в «защите».

* * *

Выбрасывать «подарок» какого-то мутного «урки» воздержался. Любопытство взяло вверх, да и Семёна я знал лишь одного. Только странно всё это, если не сказать больше. До конца рабочего дня еле высидел.

Чуть ли не скачками добрался до дома, быстро перекусил и, усевшись поудобнее, снял «защитный чехол». Модель телефона определить не удалось, но выглядел тот так себе, если честно.

Несмотря на сенсорный экран и довольно обтекаемую форму, ощущение, что это какая-то тестовая разработка прошлого века. Вес девайся соответствовал восприятию – таким запросто череп проломить можно.

При стандартном размере обычного смартфона данный агрегат был почти в два раза толще и больше походил на прямоугольник чёрного стекла с закруглёнными краями.

Внезапно торец по периметру загорелся красным и тут же зелёным светом. От неожиданности поспешил избавиться от потенциальной угрозы, бросив телефон на пол. Испугался, короче, и тупо выронил.

Звук такой, словно гантель где-то на килограмм упала. Офигеть мобила. Прям Нокиа 3310 на максималках. Подняв телефон, посмотрел разъём для зарядки, закрытый силиконовой заглушкой. Стандартный.

На активированном экране приятного зелёного цвета располагалась поисковая строка неизвестного браузера и два значка в виде телефонной трубки и папки с бумагами.

Касание строки высветило стандартную клавиатуру, но от поиска чего-либо решил воздержаться. «Трубка» вызывала панель набора, где в правом углу имелась надпись «Технарь».

Ага, свой номер забил, значит. «Папка» открыла доступ к различным программам, где среди общеизвестных мессенджеров имелись и вовсе не знакомые иконки. Очень странный телефон.

От пробного звонка тоже воздержался. Да и в целом решил на этом закончить знакомство с девайсом. Очень уж он подозрительно выглядел. Непривычно.

Встал вопрос, куда его положить. Навязчивые мысли о возможной прослушке и детонации начинки пузатого телефона, заставили выйти на балкон и запихать подарок, замотанный в фасовочный пакет, за коробку оставшейся кафельной плиткой.

Кстати, забавная ситуация. Она уже нахрен была не нужна, даже в качестве запасной, поскольку осталась от первого ремонта ещё прежних хозяев, но я продолжал хранить эту «семейную реликвию», перешедшую по «наследству», которая только место занимала.

* * *

Ясен хрен, что про крепкий и здоровый сон не могло быть речи. Почему Семён прислал этого дяденьку с сомнительной внешностью? Где он сам? Какой такой Технарь? Зачем мне защищённый телефон? И почему «защита» на нём была именно такой?

Какие такие перемены в жизни у меня начались, что появился данный персонаж? Я что-то пропустил? Да и какую помощь мог оказать он? Огород вскопать? Воды в кадушку натаскать?

Что за ерунда вообще? Короче, где-то в начале четвёртого сорвался на балкон, достал телефон и набрал сохранённый номер.

– Гуманитарий? Ты на часы смотрел? – послышался заспанный голос в трубке, – Что-то случилось? – поинтересовался он уже более сосредоточенно.

– Проверка связи, – выдал первое, что пришло в голову. Действительно, на кой ляд ему позвонил?

– Ты сейчас серьёзно?

– Откуда ты Семёна знаешь? Где вообще он сам?

– Это не шутка? Слушай, если тебе тупо поговорить не с кем, то это не ко мне.

– Технарь, или как там тебя, это ты мне телефон, завёрнутый в гондон, принёс, не я.

– Логично. Значит так, откуда мы с Сэвэнем знакомы, не так уж и важно. Что до того где он… Судя по всему, у него проблемы. Поэтому быть он может где угодно, и произойти с ним могло всё что угодно. И это, блин, хреново, – в интонации промелькнули нотки беспокойства, что вызывало каплю доверия к мутному собеседнику.

– А какую помощь ты можешь оказать?

– Ну, гуманитарий, я же технарь, – хмыкнул он в трубку, – Вот всё, что касается технической части, как раз по моей части.

– У тебя имя-то есть?

– Технарь.

– Кто бы сомневался. Ладно, пусть будет так, не принципиально. Но не мог бы ты, внести хоть какую-то конкретику в свой ответ? Чтобы хоть иметь представление, о чём всё же идёт речь.

– Фильмы про Джеймса Бонда и Бэтмена смотрел?

– Я серьёзно.

– Так и я не на сцене. В общем, суть примерно та же, только масштабы скромнее.

– Охренеть.

– Тоже порой так думаю. Короче, если у тебя нет никаких проблем или запросов в данную минуту, то с твоего позволения я бы ещё поспал. Ау? Ты здесь?

– Да. Извини. Доброй ночи.

– С добрым утром, блин. Ладно, если что, звони…

Сука! Я же теперь точно не усну! Где Семён? В какую жопу он опять влез и походу затянул меня следом? А что может Технарь? Каковы его возможности? Есть предел? А бэтмобиль мне сделает?

Глава 4

«Какой бы силой слово не обладало, а у подсрачника мотивационная составляющая всегда выше будет»

(от автора)

Два последующих дня ходил как в тумане, постоянно ища повод позвонить Технарю с какой-нибудь просьбой. Но дальше яичницы, стирки и выноса мусора, дело пока не заходило.

Всё изменилось одним «прекрасным» поздним вечером, когда возвращался домой с работы. Последнее время в нашем тихом и уютном городишке, стало появляться всё больше «незаменимых специалистов».

Не знаю, по какому принципу происходил набор пролетариата, но ассимилироваться парни отказывались категорически. День через день регистрировались различные сообщения с их непосредственным участием.

Вот и мне, скромному труженику тыла, посчастливилось встретить на своём пути устойчивую группу молодых людей, созданную для совершения противоправных действий.

– Э, дядя, притармази, да? – послышался со спины не слишком приятный голос и с ещё менее приятным акцентом. Вот же «повезло».

Позади оказалось семеро ушлёпков лет от восемнадцати до двадцати одного. На не изуродованных интеллектом харях ясно прослеживалось, что, во-первых, вечер перестал быть томным, и, во-вторых, ничем хорошим он не закончится.

Обсосы явно искали конфликта и вне зависимости от вариантов моего поведения и ответов, избежать его, увы, не выйдет. Вашу мамашу, откуда же вы нарисовались? Хрен сотрёшь.

– Так, парни, давайте сразу внесём ясность в ситуацию. Не стоит доводить её до того момента, когда станет слишком поздно для осознания наступивших последствий, которые для группы лиц по предварительному сговору, как правило, всегда тяжкие.

– Э, ты мент, что ли? – и с чего сразу такой почти правильный вывод?

– Послушайте, – начал было я, но закончить не успел.

– Вали его!

Знаете, я был готов устроить эпичный махач и покарать ублюдков, но против лома нет приёма. Прозвучал выстрел, и в грудь обожгло сковывающей болью. К такому повороту оказался не готов.

Следом прилетел толкающий удар ногой вбок, сбивший меня на асфальт, а за ним множество беспорядочных ударов ногами, сопровождающихся выкриками: «сдохни!», «сука!» и что-то в том же духе. Дальше сознание меня покинуло.

* * *

Очнулся от ноющей боли в теле и голове. Некоторое время лежал с закрытыми глазами пытаясь понять, что послужило причиной данных ощущений. Вроде не напивался до такого состояния, чтобы валяться где попало, да углы сшибать.

Когда же голова прояснилась, и всплыли подробности последних событий, попытался резко подняться, но тут же пожалел об этом. Затылок прострелило острой болью, эхом отозвавшейся по всему телу локальными очагами, куда прилетело сильнее всего.

Такое со мной произошло впервые. Чтобы вот так, дерзко и без шансов, так ещё в нескольких метрах от дома в родном городе. Куда катится этот мир? Ни о каких кнопках вызова персонала не могло быть речи, а из пересохшего горла удалось выдавить лишь хрип, напоминающий предсмертные звуки.

В капельнице, что тянулась к левой руке, оставалось совсем немного прозрачной жидкости, поэтому решил не дёргаться и подождать. Медсёстры, как правило, приходили к моменту завершения процедуры.

Через некоторое время, вместо симпатичной сестры в палату, кстати, одноместную, вошёл Борис Евгеньевич в сопровождении заведующего травматологическим отделением.

– Очухался? – сочувственно поинтересовался начальник, – Говорить можешь?

Я был бы и рад ответить, но язык категорически отказывался отлипать от нёба. Издав пару хрипов, указал головой на прикроватную тумбочку, на которой скучала бутылка с минеральной водой, отчего во рту моментально стало ещё суше.

Утолив жажду, поведал всё, что запомнил. Информация, скажем мягко, оказалась крайне скудной и ограничивалась лишь числом нападавших. Про своеобразную манеру говорить одного из них, решил пока умолчать.

Евгеньевич сказал, что подобную «пощёчину» нельзя спустить, и что виновные должны надолго запомнить, чем чревато нападение на сотрудника следкома. Полностью согласен, и я не собирался это так оставлять.

На следующий день меня отпустили домой, переведя на амбулаторное лечение. Правда, прежде, чем оказаться в квартире, пришлось дать подробное объяснение по факту произошедшего и написать заявление, как того требовала формальность.

Удивительно, но мне удалось избежать серьёзных травм, отделавшись лишь сотрясением, а также повреждениями мягких тканей в виде гематом и ссадин. Повезло, что выстрел из травматического оружия пришёлся по касательной.

* * *

Добравшись до дома, осторожно лёг на кровать – ушибы причиняли ощутимую боль при излишнем напряжении или при резких движениях, и задумался о произошедшем. Из вещей ничего не пропало, пусть и брать особо нечего было.

Выходит, целью нападения являлось не ограбление. Просто искали кого бы отмудохать? Вспомнив юность, допустил подобный вариант, он лишь отчасти. Во-первых, место не очень подходящее для таких «развлечений» – достаточно проходное.

А во-вторых, меня ждали. В этом я практически не сомневался. Шагов со спины не помню. Ощущение, что нападавшие уже стояли в арке. Плюс травмат. Среднестатистическая гопота такими «игрушками» похвастаться не могла.

Выстрелили практически сразу, чтобы вывести из строя, исключив вероятность сопротивления. Кто-то проинструктировал или предупредил? Похоже на то. Только вот про мой статус сказать им забыл.

Или же не посчитал нужным упомянуть об этом, чтобы отказа не получить. Это, кстати, вполне объясняло, почему ничего не взяли – любая вещь могла стать той ниточкой, что приведёт к клубку в итоге.

Вот только возраст нападавших не соответствовал моим выводам. Не могло там быть такого количества мозгов, чтобы анализировать и наперёд смотреть. В подобную чушь не поверю.

И кто же у нас такой тайный недруг? Никого, кроме мудака Смоленчука, на ум не пришло. Неужели эта гинда до такого опуститься может? Хотя человеком-то его назвать сложно.

Ну, сука. Если выяснится, что ты к этому причастен, усатый хер, никакой покровитель тебя не спасёт. Да и суда не будет, поскольку дожить до него не выйдет. Начал заводиться. Организм требовал экшена, а сущность справедливости. Истинной и единственно заслуженной.

Кряхтя, как старый пердун, поднялся и пошёл заваривать чай. Надо успокоиться и отвлечься от растущего внутри гнева и жажды возмездия. С первым глотком обжигающего напитка пришло очередное озарение.

Я не смогу полностью отказаться от возможности отмщения, предоставив это правосудию. Бороться с собой бессмысленно, да и как отказать себе в таком удовольствии? И это очень хреново, поскольку в данном мире самосуд является таким же преступлением. Ибо право на кару находится в исключительном ведении государственного аппарата.

Никогда бы не подумал, что стану преступником, а учитывая своеобразный подход и отношение к возмездию, довольно кровожадным. Не место мне здесь. Пропаду я тут. Сгину, блин.

Видимо, со службой всё же придётся завязывать и перебираться в подполье. Уж слишком ощутимо она сковывает руки и лишает свободы действия. День должен стать свободным для отдыха и сна, ведь ночью предстоит «трудиться».

Правда, сперва требовалось разобраться с одной очень существенной проблемой. Как показал опыт, человеческое тело слишком несовершенно и беззащитно. Оно не способно противостоять кирпичам и выстрелам.

Требовалось подходящее снаряжение и что ещё важнее – аналог доспеха Хранителя. Да, найти замену той реликвии невозможно, но что-то надо решать с защитой тела.

* * *

– Как самочувствие, гуманитарий? – послышался ехидный голос в трубке.

– Не дождётесь. Технарь, можем встретиться? Надо кое-что обсудить.

– Родной, вот скажи, а для чего, по-твоему, я тебе этот телефон дал? Чтобы встречи назначать? Говори, о чём речь, – хоть ответ и не понравился, но зацикливаться на самолюбии и амбициях не стал.

– Тогда начнём по порядку.

– А вот это уже любопытно, – судя по оживившейся интонации, Технарю стало действительно интересно.

– Мне нужна защита.

– Думал, у вас для этого есть специальные программы, как для свидетелей.

– Смешно, – сухо заметил в ответ, хоть шутка действительно оказалась неплохой, – Речь о защите тела. И забегая наперёд вариантов возможных ответов, это должно быть что-то понадёжнее аптечных товаров, из которых ты любишь делать упаковки для телефонов.

– Зачёт, – хмыкнул он, – Конкретнее можно?

– Конкретнее? – я задумался, пытаясь понять, что мне действительно необходимо.

– Давай зайдём с другой стороны. Каким требованиям должна отвечать эта защита?

– Так, – с ходу перечислить то, о чём даже пока не думал, оказалось непросто, – Во-первых, скрытость ношения. Такая, чтобы под спортивным костюмом или «комком» не выделялась. Во-вторых, гибкость, не сковывающая движения, но при этом закрывающая максимум поверхности тела. Или хотя бы участки с жизненно важными органами. В-третьих, степень защиты должна быть максимальной. Также неплохо было бы как можно надёжнее защитить кисти и стопы, но при этом сохранив их естественную подвижность.

Губа моя раскаталась ковровой дорожкой по гостиничному коридору. С другой стороны, а как иначе? Спросили же, что я хочу видеть, вот и отвечаю. Сам, между прочим, по Бэтмена с Бондом мне говорил.

– Ага, суть в целом понял, – произнёс Технарь вполне серьёзным голосом, – Сразу уточним один момент. Комплекция после возвращения сильно изменилась? Килограммы плюсом не повисли на боках?

– Да нет, – замялся я, так как вопрос оказался несколько странным.

– У меня просто есть твои анатомические данные, вот и уточняю их актуальность.

– Охренеть, – не выдержал и произнёс вслух мнение относительно этого. Правда, Технарь моё наблюдение проигнорировал.

– Ещё что-то?

– Да. Есть возможность прослушки?

– Скинь всю информацию по объекту, что есть. За пару дней, думаю, смогу управиться. Как будет готово, отпишусь, где сможешь контролировать процесс. Ага, всё?

– Вообще-то, нет.

– Так, а чего завис тогда? Продолжай, – я бы и рад продолжить, но не знал, как он отреагирует. Не узнаешь, пока…

– Есть возможность сделать наручи с выкидными лезвиями на жёсткой фиксации? Такие, чтобы не особо громоздкие, с возможностью возврата клинка назад?

– Пу-пу-пу, – выдохнул Технарь, но даже без намёка на усмешку, – Опиши подробнее, как это должно выглядеть…

* * *

Весь разговор растянулся часа на два где-то. Технарь раскрылся совершенно с другой стороны. Серьёзный, внимательный к мелочам, умеющий слушать. Когда в обсуждении запросов и пожеланий была поставлена точка, у меня возник вполне резонный вопрос.

– Можешь хоть приблизительно назвать общую сумму? – я догадывался, что размер у неё будет довольно внушительный и очень надеялся уложиться в имеющиеся накопления.

– Ждал этого вопроса, – хмыкнул Технарь в трубку, возвращаясь к своей привычной манере поведения полукриминального раздолбая, – Ладно, потом пошутим. У нас есть своеобразный фонд для этих целей, приносящий стабильный и весьма хороший доход. Семён просил помогать тебе, а не обдирать. Так что, банкет, считай, уже проплачен. Кстати, у тебя как с деньгами? Есть свободные? – ну вот, а говорил, мои деньги ему не нужны.

– Ну, есть кое-какие сбережения.

– Только не говори, что они у тебя тупо на счетах лежат, или вообще на каком-то одном.

– К чему ты клонишь? – обсуждать своё финансовое положение с малознакомым и пока себя незарекомендовавшим человеком не очень хотелось.

– Короче, понятно. Завтра отправлю пару рекомендаций, что купить и когда лучше продать, а также во что стоит хоть немного вложиться на будущее. Настаивать или уговаривать не стану, но, поверь, за подобную информацию многие бы душу продали. Если на этом всё, то до связи.

* * *

По окончании нашего разговора, вопросов стало только больше. Причём очень большинство из них требовали исчерпывающего ответа. Опять двадцать пять. Порой складывается впечатление, что лишь одному мне ничего не известно и не понятно.

Начнём, пожалуй, с самого важного – с какого хрена вообще кому-то в меня вкладываться. Что за меценатство такое? Не, Семён, конечно, человек далеко не посторонний, но вашу мамашу, что за игра подковёрная?

Сперва он внезапно появляется и предлагает «просто» принять участие в «развлечении». Так, «поиграть», «развеяться», отдохнуть от работы, а заодно подзаработать.

Впоследствии выясняется просто дичайшая дичь, связанная с магией, «богами», параллельными мирами и моим появлением на свет. Что, к слову, до сих пор не укладывается в голове. Поскольку выходит за грани понимания.

Под занавес же Семён испаряется так же, как и появился, но оставляет какого-то мутного мужика для оказания помощи, которая судя по тому, как Технарь молча запоминал или записывал за мной, может оказаться весьма серьёзной.

Твою за ногу, да у нас не каждое ведомство в состоянии похвастать такими возможностями снабжения! Правда, я и сам пока ничего не видел, но почему-то не сомневался, что увижу и ещё удивлён буду. Не исключено, что приятно.

Так что, получается, Семён изначально всё знал? А что всё? Догадывался? Честно, смутно себе представляю подобные догадки. Это же что такое запрещённое надо принять, чтобы до подобных выводов вознестись?

А может, его самого втёмную используют? Вот у меня уже появляется ощущение использованности. Длящейся только. Хорошо, кто же такой великий стратег-манипулятор?

На ум приходила лишь одна пакостная личность, но в общую картину она вписывалась слабо. С другой стороны, в эту карикатуру абсурда вообще мало что вписывалось и логически укладывалось.

* * *

Проворочавшись всю ночь в бессмысленных попытках объять необъятное, а также в предвкушении результата от Технаря, уснул лишь под утро. Благо на больничном, и могу позволить не пойти на работу.

Сон тоже выдался соответствующий. Я, то над ночным городом летал в образе, мать его, бэтмена, то уходил от погонь в роли агента секретной службы. Не скажу, что мне не понравилось, но хрень снилась знатная.

Открыв глаза в районе обеда, сразу подорвался с кровати, не обращая внимания на боль в теле. Сознательно оттягивая момент, быстро умылся, накрошил колбасы на сковородку и залил яйцами, когда та начала скворчать.

Накрыв это всё дело крышкой, заварил чай, и лишь затем взял в руки телефон. Разблокировав экран, увидел два сообщения от Технаря. Начал с вопроса финансовой стороны, отложив «десерт» напоследок.

Информация оказалась очень развёрнутой. Я успел полноценно позавтракать, прежде чем уловил суть её содержания. Речь шла об акциях малоизвестных компаний и двух операциях с зарубежными валютами.

В конце прилагался расчёт рисков и вероятной прибыли. Честно, самые скромные прогнозы очень впечатляли даже меня – человека, весьма далёкого от таких понятий, как инвестиции и капиталовложение.

Прежде чем перевесить все За и Против столь заманчивой авантюры, посмотрел второе сообщение. Ссылка перевела в незнакомое приложение, где за простотой оформления скрывались просто поражающий потенциал.

Сверху во второй строке имелась вкладка с ФИО лица, под которой в столбик шли папки с очень интересными названиями: «Авто лич.», «Авто служ.», «Дом», «Кабинет» «Квартира», «Тел. лич. 1», «Тел. лич. 2» и «Рабочий».

Подобного даже в лучших фильмах про шпионов видеть не приходилось. Содержание папок было представлено в виде календаря где, проваливаясь в конкретную дату, шла уже разбивка разговоров за день.

Возможности просто поражали своим масштабом. Помимо и без того впечатляющего функционала, обнаружилась ещё одна крайне офигенная опция – Поиск.

Приложение позволяло задать до пятнадцати ключевых слов, после чего начиналась проверка имеющихся записей. Хоть за всё время, хоть за какой-то определённый интервал времени. Просто бомба!

* * *

Проверив пару записей и убедившись в исправности работы, практически без сомнений, начал покупать акции указанных компаний и валюту. Вложился чуть ли не на все свои сбережения.

Учитывая обстоятельства, авантюра выглядела очень рисковой, но я так давно не пил шампанского, а время торгов оказалось довольно ограниченным. Кстати, вот и повод распрощаться со службой – деньги.

Рано или поздно начнётся подача деклараций по антикоррупционному законодательству, и ко мне появится просто масса вопросов, отвечать на которые я не собирался. Надо добраться до мантий и прощаться с погонами.

На второй день позвонил Евгеньевич. И, помимо информации, что по моей ситуации пока не за что зацепиться, ненавязчиво намекнул на возможность выйти и потрудиться во благо отечества.

Новый начальник хоть и являлся мировым мужиком, но и ему систему было не изменить. Умри, но сделай. Устал я от всего этого. Данный звонок забил последний гвоздь в крышку гроба сомнений – ухожу.

Приложение всё ещё вело проверку записей по заданным критериям, купленные только что акции прибавили полпроцента, Технарю требовалось около двух недель для решения вопроса по снаряжению, и только я не знал, чем заняться.

Пошарахавшись бесцельно из угла в угол, сел на диван и задремал. Умаялся, не иначе. Хотя причина крылась в восстановлении организма, которому просто требовался покой.

Проснувшись к вечеру, первым делом схватил «технофон». Поиск был завершён больше часа назад, но безрезультатно. Уверен, у такого редкостного мудака в шкафу скелетам места не хватает, но меня интересовала причастность к нападению. Подождём.

Глава 5

«Что может быть прекраснее подарка за свой счёт? Как минимум возврат средств за его покупку»»

(от автора)

Погода ещё не настоялась, и сидеть за столиком летнего кафе в ожидании встречи было достаточно прохладно. Горячий кофе умудрился остыть раньше, чем успел принести тепло и удовольствие. И зачем вообще согласился на эту встречу?

Мало того что звонивший являлся совершенно незнакомым человеком, так ещё существенно опаздывал. Вообще, встречи «с кем попало» не входили в правило, но слова об общем враге разожгли любопытство, ведь в «чёрном списке» значился всего один кандидат.

– Кирилл? – на лице подошедшего мужчины, явно имеющего отношение к криминальной среде, отобразилось искреннее удивление, а в интонации проскользнуло разочарование. Очевидно, тот ожидал увидеть кого-то иного, – Вылет до Новосибирска задержали. Спасибо, что подождал.

– Мы знакомы? – напрягся рыжеволосый парень.

В последнее время ощущение уверенности в собственных силах существенно возросло, но элементов с подобными внешними данными, холодными и цепкими глазами, он всё равно стался избегать. От таких, кроме проблем, ничего больше ждать не приходится.

– А вот это, смотря с какой стороны на это посмотреть, – усмехнулся он, присаживаясь за столик, – Может, грамм по сто коньячку? За встречу, так сказать, – поинтересовался мужчина, подняв руку для привлечения внимания официанта.

– Так о чём шла речь по телефону? – проигнорировав предложение, поинтересовался Кирилл, уже пожалев, что согласился на встречу с незнакомцем подобного типажа.

– Не о чём, позволь заметить, а о ком! Думаю, ты не из тех, кто просто успокоится и забудет про одного охеревшего выродка, назвавшегося Морром? – мужчина хитро прищурился и пристально посмотрел в глаза.

Кирилл растерялся, что явно отобразилось на его лице, но это было неважно. Да, он действительно не забыл про него, жаждал мести и собирал всю возможную информацию, но откуда незнакомцу об этом известно?

– Варан, – расплылся в улыбке собеседник, удовлетворённый реакцией, протягивая руку.

Кирилл замер, не веря своим глазам и ушам. Неужели перед ним клан-лидер Драконов подземелий? Но как он его нашёл? Хотя сам же ему свой телефон оставлял, идиот.

– БерсаГон, – выйдя из оцепенения, крепко пожал руку в ответ и усмехнулся, – Выходит, наша договорённость в силе?

– Я за свои слова всегда отвечаю. Ну так как? За встречу? – поинтересовался он, когда подошёл официант.

– По сто будет мало.

– Нам бутылку коньяка. Из тех, которые так действительно назвать можно и чего-нибудь пожевать горячее, а то с перелёта голодный как… варан, аха-ха!

* * *

Алексей стоял в стороне и ждал, пока судмедэксперт с криминалистом закончат осмотр местности, коей являлся небольшой овраг, в котором обнаружили скелетированный труп неустановленного лица.

Сгнившее мясо было практически полностью обожрано любителями падали, но несмотря на это, западало так, что вот-вот вывернет наизнанку. И рвотные позывы усиливались, стоило подуть лёгкому весеннему ветерку или же пошевелить одну из частей тела.

И как они работают судмедэкспертами и патологоанатомами? К этой вонище же просто невозможно привыкнуть. Мало того, так она ещё и в одежду въедается. Неделю будешь вонять трупочиной, если не постираешься.

– Алексей Сергеевич, мы закончили, – произнёс судмедэксперт отходя в сторону и закуривая, – Предварительно на костях никаких следов механического воздействия нет, но сухожилия растянуты. Такое ощущение, что его на куски порвали.

– Ага, – подключился криминалист, – Можно было бы предположить, что тело сюда тупо скинули, но судя по сохранившимся следам, разбирали его прямо тут. Правда, пока даже представить не могу, как именно это сделали. Сейчас перекурю, и прилегающую местность осматривать начну. Э! – крикнул он, мающимся без дела в стороне оперу с участковым, – Хватит там топтаться уже!

Алексей вздохнул, раскрыл папку и пошёл ближе, чтобы закончить осмотр. Неужели в округе нет других мест, где растёт долбанный папоротник? Хрена эти грибники и прочие собиратели вечно шарятся там, где не надо?

Точная причина и время наступления смерти станут известны позже. Но по предварительной оценке период совпадал плюс-минус с днём обнаружения трупа Хриплого и его товарищей.

Связать эти события в одно целое даже с натяжкой сложно, но чутьё подсказывало, о наличии данной взаимосвязи, которую никак не получалось уловить. Слишком мало фрагментов для представления картины в целом.

И пусть те три трупа стали декриминализованы, перейдя в разряд «нелепой случайности», повлекшей за собой наступление смерти, только слепой и недалёкий не заметит очевидных вещей.

Нет, заключение было честным. Оно не отрицало факт смерти в силу неестественных причин, но и не исключало вероятность её наступления в результате трагической случайности, явившейся следствием личной неосторожности.

Учитывая упёртость корешей покойного Хриплого, было решено повернуть произошедшее в сторону наименьшего сопротивления. Лучше иметь «отказной» с тенью сомнения, но с логикой, чем «висяк» в виде тройного убийства и с сомнительной перспективой.

* * *

Отослав участкового с опером в ближайший жилой массив, они в три лица основательно осмотрели местность, но никаких следов больше обнаружить не удалось. Хреновая перспектива.

Сюда уже ехал районный егерь, для экспертного мнения на предмет причастности к произошедшему хищников, коими в данной местности могли явиться лишь тигр или медведь.

В принципе, вывод вполне логичный, только судмедэксперт уже ставил его под сомнение, поскольку не заметил на костях следов механического воздействия, кои не могли не остаться от клыков или когтей.

– Алексей Сергеевич! – крикнул водитель дежурной машины, – Личность покойного установили вроде. Поедете?

Вообще, опрос свидетелей на месте выезда не входил в сферу деятельности следкома при выезде на происшествие. Не барское это дело. Однако, учитывая вынужденную необходимость дождаться специалиста по дикой природе, почему бы и не заглянуть, чтобы скоротать время.

Старенький дом из бруса в один этаж барачного типа на несколько семей, поделённый на секции. Жилыми остались только три из них. Две с одного края и одна с другого. «Боже, как здесь можно жить? Неужели у людей нет никакой возможности вырваться отсюда?» – подумал Алексей, выходя из машины.

Евгения, так звали женщину лет тридцати пяти с уставшим взглядом и неухоженными волосами, проживала с торца, что без соседей. Бывший заключённый познакомился с ней по переписке, когда мотал очередной срок за грабёж.

Наличие ребёнка его не смутило и после отбытия наказания, тот прямиком рванул к ней, «строить семейное счастье». На что надеялась мать-одиночка непонятно, но совместная жизнь «сложилась» вполне закономерно.

Работать он не привык и даже не собирался начинать этого делать. Сел иждивенцем на шею и забухал. Дважды она его выпроваживала, и оба раза принимала обратно «покаянного», чтобы спустя неделю, всё снова вернулось на круги своя.

Около двух месяцев назад у него произошла очередная вспышка неконтролируемой агрессии на почве неравной схватки с зелёным змием. Он принялся избивать сожительницу, досталось и несчастному ребёнку.

Спасаясь от пьяного изверга, они заперлись в одной из комнат. Тот начал ломиться к ним, угрожать расправой, а затем вдруг испуганно закричал что-то про бога и всё стихло.

Только минут через тридцать они решились открыть дверь, но никого за ней не обнаружили. Больше Шапалова Олега Георгиевича, бывшего зека, домашнего тирана и морального урода, никто не видел.

До сегодняшнего, мать его, дня. Сраные любители папоротника! Мало того что из-за них теперь такой головняк родился, так ещё и клещей насобирали, пока место осматривали.

* * *

Вести о смерти сожителя, были восприняты достаточно холодно. Видимо, покойный уже в почках сидел со своими выходками и жалости к тому не осталось. На вопрос, почему не сообщила о его пропаже, она прямо ответила, что и не собиралась искать такого, как он.

Более того, призналась, что очень надеялась больше его не увидеть. Её понять тоже можно, и так жизнь не сахар, одна ребёнка растит, так тут ещё такое «счастье» привалило. Судьба дала шанс, не иначе. Эти слова достигли ушей бога, как говорится в одной поговорке.

Что так напугало Олежу, и куда тот умудрился пропасть, Евгения не могла даже предположить. Сам неместный, до отсидки проживал в Амурской области, и здесь друзьями-товарищами не обзавёлся.

Опознала она его по фрагментам одежды, обуви и крестику, что обнаружили в том овраге. Забрав пакет документов покойного, Алексей выписал повестку Евгении и пошёл на выход в ещё более хреновом настроении.

Что к чему? Чего этот чмошник мог так испугаться? Про бога, глядите-ка, вспомнил. Как такое в допросе указывать? Хотя… а почему, тот не мог испугаться того же тигра или медведя?

– Евгения Антоновна, – выйдя из дома, Алексей резко развернулся, к провожающей его женщине, – А у вас в округе были случаи выхода тигров или медведей?

– Медведей? – удивилась она, – Нет, про медведей в первый раз слышу, а вот тигров год через год видят. В том году у Филимоновых «полосатый» собаку с цепи на пасеке снял. А ещё…

Но Алексей уже не слушал, хоть информация и представляла определённый интерес. Он смотрел ей за спину, где на брусе справа от входа на загнутом, ржавом гвозде, висел очень знакомый предмет.

– Скажите, а откуда у вас этот серп? – подойдя ближе, убедился, что модель точно та же.

– А? Ах, это. Не знаю, Олег откуда-то приволок, – пожала она плечами, – Кстати, очень удобная вещь оказалась.

– А когда он его принёс?

– Без понятия. Я-то и увидела его только в тот вечер, когда… ну, когда это всё произошло.

– Так, давайте спрошу по-другому, вы лично видели, как он принёс его?

– Нет, – растерялась Евгения, – Ну, а кто ещё? Мы особо ни с кем отношения не поддерживаем, гости последний раз год назад были, если не больше. Так что, кроме Олега, некому.

– Логично. С вашего позволения, я его у вас заберу.

– Думаете, украл где-то?

– Не исключено, – решил поддержать «догадку» Алексей, снимая через пакет серп и попутно упаковывая в него.

* * *

Он практически не сомневался, что у данных «шанцевых инструментов» один владелец, но даже представить не получалось, как эти события меж собой могут быть связаны. Каким боком «хриплые» относятся к трупу в канаве?

Если верить Евгении, а её слова сомнений не вызывали, то они даже знакомы не были. Если, к примеру, допустить, что Олежу напугала «белочка», вынудив бежать куда глаза глядят, то как он «разобрался»?

В версию с хищником и самому верилось слабо, но за неимением иного рационального объяснения, она обещала стать не просто рабочей, а единственной. И всё это очень напрягало.

Ощущение, что их усилиями виновный продолжал оставаться в тени. Ну, хорошо, может, и невиновный – нельзя вот так с ходу ярлыки вешать. Но этот кто-то явно имел отношение ко всему произошедшему.

Тут, запущенный на подсознательном уровне, аналитический процесс выдал результат – общая черта у происшествий всё же имелась. С такой версией, конечно, в суд не пойдёшь, да и начальнику не скажешь – за идиота примет.

К тому же, на «хриплых» уже поставлена точка – смерть наступила по причине личной неосторожности, что подтверждается показаниями свидетелей. Однако факт оставался фактом, как бы бредово это ни выглядело.

Что «хриплые», что домашний тиран Олег, являлись кончеными людьми, асоциальными элементами, моральными уродами и прочим отребьем, заслуживающим наказания и недостойным жизни в здоровом социуме.

Звучало как бред, да и выглядело соответствующе. Плюс ко всему, смерти отщепенцев кардинально отличались друг от друга, но моральный облик – это единственное, что их пока действительно связывало.

Возвращаясь к оврагу, куда уже успел приехать охотоведческий лесничий егерь (Хрен пойми, как у них правильно), Алексей задумался, что он до сих пор делает в этой дыре? Почему уже второй год тянут с переводом в столицу?

Почему его плавно отстранили от того мутного и до зуда в зубах загадочного дела, с обнаруженными трупами в заброшенном цехе на заводе? Да, территориально район отношения к ним не имел, но ведь и группа собиралась сводной.

Определённо он не считал себя самым умным, но в то же время был убеждён, что в его отделе сравниться с ним попросту некому. Даже те, которых в итоге пригнали сверху, не вызывали уважение. Одни понты.

* * *

Надежды на получение доступа к мантиям окончательно растаяли на третий день после выхода на службу, несмотря на открытый больничный. Оказалось, из производства по тому уголовному делу вывели вообще всех местных сотрудников.

Имеющиеся материалы передали группе, сформированной из упырей с управления и столичных «важняков». Важных писюнов бумажных, блин. Им выделили левое крыло в конце коридора из двух просторных кабинетов и одного поменьше.

В первых расположились они, а третий превратили в натуральную свалку, заваленную вещдоками и прочим сопутствующим хламом. Вместо сейфа, туда затащили списанную «пирамиду» для хранения оружия, в которой и сухарилось всё, что было связано с тем делом.

Попытки прощупать почву на предмет доступа к мантиям, не увенчались успехом. А командировку тем упырям продлили ещё на полгода, и столько выжидать, не имея никаких гарантий, я просто не мог себе позволить. Видимо, доступ к ним придётся получать способом, идущим вразрез с интересами службы.

– Ты чего? Только пришёл же. С твоими мозгами можно неплохую карьеру сделать. Это из-за того нападения, что ли?

– Не, тот случай вообще ни при чём. Просто понимаешь, Евгеньевич, – с глазу на глаз он предпочитал общаться с подчинёнными вне рамок субординации и понятия подчинённости, – Перегорел я. Ничего не хочу уже.

– С чего ты там перегореть-то мог? Считай, только служить начал. Тебе же звание пришло! В среду приказ зачитать собирался. Майор – это как раз та ступень, с которой начинается карьера. Не тупи, Сергей. Возьми отпуска пару недель, спусти пар, остуди голову. Пропьёшься два-три дня, затем смотаешься куда-нибудь, развеешься и отпустит. Поверь, я знаю, о чём говорю.

– Не хочу спорить, но и я для всё уже решил. Окончательно.

– Ладно, решил, значит, делай. Уговаривать и держать насильно бессмысленное занятие, но хочу, чтобы ты знал – я с твоим решением не согласен. И мне бы не хотелось терять такого сотрудника. А так, пиши рапорт. Я подпишу, тянуть не стану.

Выйдя от начальника, пошёл к себе за бумагой и ручкой. На кой хрен, спрашивается, вообще перевода ждал? Вот на уходе с ментовки и стоило остановиться. Ради мантий? Возможно. Потешить самолюбие? Не исключено.

Скорее всего, больше гложили возможные слухи о том, что не справился, не потянул. Пару месяцев выдержал и сбежал. Никогда до чужого мнения дела не было, а тут, смотрите-ка, вдруг запереживал.

Выходит, всё же самолюбие? В любом случае решение принято и доказывать кому-то что-либо не собирался. В отличие от всех остальных, мне действительно было чем заняться.

Мои скромные и в меру амбициозные планы требовали всё свободное время и дополнительный час в сутках. И, как по мне, я уже затянул. Правда, пока не понимал с чем и в каком именно месте.

* * *

Написав рапорт, в течение двух следующих дней занимался тем, что приводил свои бумаги в порядок, дабы не выглядеть в глазах коллег нехорошим человеком. К слову, в день передачи дел, мне вручили погоны.

Событие действительно значимое и требующее банкета, только праздника душе не хотелось. В последнее время меня жутко напрягали шумные места и компании. Какой-то гнетущий карнавал лицемерия, а не отдых.

Однако и зажать «поляну» тоже нельзя. Сделав довольно шикарный заказ разнообразных яств и напитков, опрокинул гранёный стакан прозрачной, как того требует традиция, и попрощался со всеми, сославшись на ухудшение самочувствия.

Добравшись до дома, первым делом проверил «технофон». Увы, но порадовать новоиспечённого майора было нечем. Технарь молчал, а поисковик хоть и отсеял добрую пачку информации, но та больше имела отношение к махинациям Смоленчука, чем ко мне.

Неужели я ошибся, и тех молодцев подослал кто-то другой? Только в голове не укладывалось, кому ещё мог помешать обычный следователь, не имеющий в производстве громких или экономических дел? Да и конфликтных ситуаций не было ни с кем, не считая мудака начальника.

К слову, рост купленных акций и валюты превзошёл все мои ожидания и приближался в верхней границе прогноза Технаря. Офигеть! А ведь кто-то на этом миллиарды зарабатывает.

Завтра предстояло продать большую часть купленных лотов и лично я, видя, какой произошёл скачок, вряд ли бы на такое решился. Хотелось ещё больше, но в вопросах, в которых не разбираешься, лучше не испытывать судьбу.

На текущую дату вложенные деньги утроились. Блин, надо было вообще на все вкинуться! В этот момент на телефон пришло уведомление о списании достаточно приличной суммы.

– Какого хрена?

Проверил карточку – на месте. В сообщении указано, что мной произведена покупка холодильника в одном из сетевых магазинов бытовой техники буквально пять минут назад.

С радостью бы списал произошедшее на вероятность развившегося биполярного расстройства, если бы не время «покупки», которую я просто физически не мог совершить. На прошлые провалы в памяти это не похоже.

* * *

Представитель банка, проверив информацию и уточнив ряд моментов, настаивал, что ошибки нет и товар приобретён лично мной. Однако в случае несогласия, предложил прибыть в ближайшее отделение для дальнейшего разбирательства.

Учитывая, что принятый на грудь стакан беленькой продолжал оказывать на организм расслабляющее действие с оттенком философской меланхолии, ситуацию с данной проблемой было решено перенести на завтра.

Какой нахрен ещё холодильник? Я не про модель или марку, а про сам факт. Стоило так подумать, как на электронную почту пришло письмо с того самого магазина, где, помимо модели и марки, был указан промежуток времени, в который завтра осуществят доставку.

Не, ну это уже полнейшая дичь! Злоумышленники, которые крадут деньги с карты (Благо основные средства находились на счетах и в обороте, слово-то какое), чтобы купить обворованному холодильник? Это что-то новенькое.

Чисто из любопытства прочитал в интернете про «купленную» модель. Стоит заметить, у преступников имелся не только вкус, но представление о необходимом в быту функционале.

Холодос оказался действительно зачётным. В какой-то момент даже успел порадоваться такому офигенному приобретению, но вовремя спохватился. У меня пока и старый ещё справляется со своей задачей.

Помаявшись от безделья, присел на диван и вырубился. Двести грамм «наркомовских» натощак сделали своё дело, угомонив неприкаянного майора-однодневку до следующего дня.

Когда позвонили со службы доставки и сообщили, что привезут товар в течение часа, снова ощутил лёгкую радость от покупки. Ладно, в банк, пожалуй, не пойду. Посмотрю, что именно привезут, а там решим – оставим или же тупо возврат оформим.

Когда снял упаковку, понял, что возвращать уже точно ничего не буду, а вот от прежнего холодильника придётся избавиться. Сенсорная панель, чёрный глянец, лёдогенератор. Таки роскошная вещь, хочу заметить.

* * *

Открыв дверцу холодильной камеры, замер в нерешимости – успею выбежать из квартиры до взрыва или же нет в этом смысла? Внутреннее пространство оказалось занято свёртками из плотного чёрного полиэтилена с неизвестным содержимым.

Однозначно утверждать можно было только одно – магазины поставляют холодильники пустыми. А грузчики? Когда пёрли всё это, неужели не поняли, что товар уже с «продуктами»? В этот момент оба телефона пиликнули входящими сообщениями, отчего резко вздрогнул и зажмурился.

Но, пронесло – взрыва не последовало. «Тебя бы так пронесло – подумал Штирлиц». Тут же зазвонил «технофон». Поскольку до этого слышать звук входящего звонка на нём не доводилось, пару секунд ещё тупил, прежде чем дошло, откуда именно исходит неизвестная мелодия.

– Привет, гуманитарий! – прозвучал знакомый голос, – Посылка, как я понимаю, уже доставлена. Всё описание у тебя в сообщениях, но если будут вопросы или, не дай бог, претензии, звони.

Не дождавшись ответа, Технарь сбросил вызов. Итак, судя по всему, у меня сегодня новогодний день рождения, ибо в пакетах должно находиться заказанное снаряжение! О, определённо лучший день начинается не с кофе, а с холодильника. Полного холодильника!

Прежде чем приступить к потрошению содержимого, глянул на сообщения. В личной трубе высветилось уведомление банка о пополнении карты на сумму покупки. Так, вот кто моими деньгами ещё распоряжаться может?!

Этот вопрос следовало досконально изучить, дабы впредь исключить вероятность повторения. А то, не ровён час, у него на кассе в магазине денег не хватит, так он моими рассчитается, и глазом не моргнув!

Но в целом данный заход очень впечатлил. Приобрёл товар, тебе его доставили и никаких лишних вопросов. Как он это всё замутил, конспиратор хренов? Ведь только на днях думал, как организовать передачу, не привлекая лишнего внимания.

На «технофон» же пришло несколько файлов с подробными инструкциями и описанием содержимого пакетов, изучение которых по понятным причинам было отложено. Сначала посмотреть и пощупать!

* * *

«Изделие Х-01-НК / Прототип-II» – тактическая броня нового поколения из композитных материалов. Из знакомых компонентов оказались только карбон и керамика.

Она состояла из множества многослойных пластин различных размеров и форм, находящих друг на друга по принципу чешуи. Чёрный матовый цвет и рельеф придавали ей футуристический облик, вызывая ассоциации с различными фантастическими боевиками про будущее.

Гарантировалась стопроцентная защита от всех видов холодного и травматического оружия (Вот это уже хорошо). В зависимости от места и угла выдерживала попадание осколков, выстрел из ПМ и гладкоствольных видов охотничьего/гражданского оружия (Правда, первое и последнее зависело от массы снаряда и не исключало возникновение травм, но оно и понятно). В ряде исключительных случаев могла даже спасти от выстрела из АК, но с крайне низким шансом.

Учитывая, что она действительно относилась к категории скрытого ношения и практически не сковывала движения, в этом мире её можно вполне наречь полноценным доспехом.

Не Хранителя, конечно, но доспехом «Оберега тела Жнеца», как минимум. При поворотах и сгибах ощущалась некое сопротивление, но это являлось такой мелочью, на которую даже внимания обращать не хотелось.

В местах, исключающих сгибы, защита усиливалась. Как, например, на голени, которой можно было стены ломать. Танцуют ёжики ламбаду, до чего же она прекрасна! Эта тактическая броня.

Сразу сериал «Бригада» вспомнился – такая только у меня и Майкла Джексона. При распаковке пакетов поменьше, пришло понимание, что с хаты придётся съезжать и подыскивать реальную берлогу.

Огнестрельное и холодное оружие хранить дома чревато очень серьёзными проблемами с законом. И не известно, когда, кому и зачем захочется произвести осмотр жилища или, не дай Тьма, обыск…

Глава 6

«Важнее первого шага, могут быть только его последствия»»

(от автора)

Начнём с наручей. Скрыть их было возможно только под одеждой широкого кроя. Типа плаща, или чего-то типа этого. Некоторые фасоны пуховиков и курток тоже сгодятся, но модели подобного плана не слишком популярны в последнее время.

Несмотря на то что основу конструкции составлял металл, вес оказался значительно меньше ожидаемого. Фиксировались наручи сразу несколькими способами. От скрутки с затяжкой до зажимов с фиксаторами.

Сначала откровенно расстроился из-за столь сложного подхода к этому вопросу, но, примерив левый, понял, что поспешил с выводами. Он не болтался, не ёрзал, не имел люфта, а внутренняя поверхность, покрытая каким-то чёрным, пупырчатым и мягким материалом, исключала даже намёк на скольжение.

А самое любопытное, что при самой жёсткой фиксации отсутствовало передавливание, препятствующее току крови. Как им удалось достичь такого эффекта, непонятно. В общем, зафиксированные наручи превращались в полноценное продолжение тела.

Внешняя сторона не имела швов или соединений, и изделие выглядело полностью литым. И как Технарь это умудрился сделать? Завод у них там, что ли? Теперь, что касается размера.

Он оказался немалым и полностью закрывал предплечье от локтя до запястья, где стыковалась подвижная платина, закрывающая кисть. Лезвие не выскакивало, а буквально выстреливало, выступая сантиметров на десять от края костяшек, сжатого кулака.

Широкий, обоюдоострый клинок с желобом кровотока выглядел внушительно. Механизм приводился в действие при сильном загибе кисти внутрь. Звук же оказался не громче карманного выкидного ножа, что для такой конструкции можно считать вообще бесшумной работой.

С возвратом лезвия оказалось несколько сложнее. Требовалось также скрючить кисть и начать давить на остриё, упёртое в ладонь – специальные перчатки позволяли произвести манипуляцию без опасения получения колотой раны.

Пройдя половину обратного пути, дальше клинок заскакивал в наруч уже самостоятельно. Как я понял, данный подход обеспечивал максимальную надёжность механизма и жёсткость упора.

Не знаю, вроде не так уж и сложно. А учитывая, что до этого дня вообще нихрена не было, так и вовсе артефакт настоящий! Единственное, одежду для их скрытого ношения придётся прям подбирать.

* * *

Далее по списку шло два пистолета с кобурами для всевозможного типа ношения. Оружие имело интегрированный глушитель, обладало довольно компактным размером, удобно сидело в руке, даже в перчатках, а магазин вмещал аж пятнадцать патронов.

Несмотря на отсутствие маркировки и каких-либо обозначений, больший интерес вызвала не неизвестная модель, а тип её боеприпасов. Пистолетные патроны калибра 5,45 мм мне были знакомы лишь по одному редкому экземпляру – ПСМ, коим раньше любили награждать всяких генералов.

Держать в руках подобное оружие не доводилось, и знал о нём лишь по картинкам, как говорится. Потому и патроны вызвали изрядное удивление. В упаковку находилось сорок штук, а их оказалось весьма немало.

К каждому пистолету шло по три магазина. По одному в рукоять и по два про запас. Выходит, девяносто выстрелов на себе. Блин, можно маленькую, сельскую революцию даже устроить!

Завершением вооружения явились световые… гранатки, размер которых вызывал сомнения в их эффективности. Просто от предмета величиной со спелую сливу ожидать чего-то великого не приходилось.

При этом в описании особо подчёркивалось, что при использовании закрытых глаз будет недостаточно, и во избежание поражающего эффекта, рекомендовалось отвернуться в противоположную сторону, а также закрыться чем-то плотным. Например, предплечьем.

В действие они приводились посредством утапливания в корпус торца выступающего запала. Время замедления составляло всего четыре секунды. На тёмно-зелёном фоне поверхности имелась милая надпись «Светлячок».

Всегда восхищало умение наших мастеров придать оружию и спецсредствам максимально миролюбивые названия. Электрошокер – «Ласка», наручники – «Нежность», самоходная артиллерийская система – «Акация» и многое другое.

Ну, разве это не милота? Вот и здесь – «Светлячок». Прелесть же! Прямо хочется кого-нибудь нежно приласкать в цветущих акациях под мерцание светлячков. Согласитесь?

* * *

На фоне брони, наручей и пистолетов неизвестной модели, остальное снаряжение уже не выглядело чем-то выходящим за грани разумного. Перчатки одновременно выполняли функцию кастета, обладали защитой от порезов и были очень цепкими.

Короткие ботинки на стяжках имели «стакан» в носке, надёжно защищающий пальцы ног, были удобными, с мягкой и нескользящей подошвой. Как это, честно говоря, не совсем понял, но так говорилось в описании.

Очки типа противоосколочных, только с функцией прибора ночного видения и тепловизора. Эффективная дистанция была небольшой, но всё же. Плюс портативная глушилка связи с весьма впечатляющим радиусом действия в противоударном и водонепроницаемом корпусе.

Несколько комплектов камуфляжа из странного тёмного материала с необычным узором в виде ломаных под разными углами линий с разводами в чёрно-серых тонах.

Да, отдельного внимания заслуживал предмет, который я не заказывал – кожаный плащ. Возможно, звучит несколько странно, но такой на голое тело в парках не носят. Вы просто его не видели. А какой от него стоял запах!

Чёрная, плотная, но не жёсткая, кожа, глубокий капюшон, скрытые карманы… Он больше напоминал элемент снаряжения из мира меча и магии. Сперва так и решил даже, пока не увидел бейдж с правилами ухода за изделиями из натуральной кожи. Жаль.

Что могу сказать в итог,е подобного «холодильника» у меня ещё точно не было. Шило в заднице накалилось до такого предела, что хоть в тазик с холодной водой садись. Нужно срочно проверить всё это в деле!

Но перед тем как приступить к бесчинству, надлежало определиться с будущей «берлогой». Хранить такое приданное в обычной квартире точно не следует. Тут, блин, полноценная Комната для Хранения Оружия требовалась…

* * *

Продажа акций обещала принести весьма внушительную прибыль, поэтому, можно было себе позволить подобрать более подходящий вариант для проживания, компенсируя часть расходов с последующей продажи нынешней квартиры.

Основным требованием к новому месту жительства являлась черта города, поэтому варианты с поиском пещер и подземелий в округе, увы, отсеялись сразу. Возвращение с ночных прогулок, как выход на них, должно носить непринуждённый характер.

Путешествия же во всякие чигеря и очкуры на задворках цивилизации могли обернуться непредвиденными трудностями, которых и без того в избытке. Любой же другой многоквартирный дом относился к категории «шило на мыло».

Частный сектор? Возможно. Фазенд и коттеджей в черте города хватало, только цена на них существенно выходила за пределы планируемого бюджета. Отличным вариантом мог стать гараж, но тут уже внутреннее пространство не отвечало требованиям, да и ходить в ведро – такое себе.

Дом на колёсах? В целом, очень неплохой вариант. Да, меньше гаража, но зато мобильный и сральник есть! Единственное, в силу климатических особенностей, данный вид транспорта вообще не пользовался популярностью среди местного населения.

Поэтому рассекать по округе в такой халабуде на колёсах, только внимание привлекать. Да и не оставишь его без лишний раз, могут и напакостить. Шины порезать, залезть элементарно или на капот нагадить, в конце концов. Малолетних имбецилов хватало.

И тут я вспомнил про ещё один вариант проживания, причём довольно популярный в наших краях – гаражи. Только не автомобильные, а лодочные! Часто имеющие по три яруса или этажа. Это уже кому как нравится называть.

Первый – выход к воде и место под лодку. Второй – основной вход с берега, кухня-гостиная и балкон. Третий – каждый под своё усмотрение. При всём при этом: центральное водоснабжение, электричество, санузел с септиком и нередко даже сауна с купелью!

Соседей, опять же, не так много. Вот на этом-то варианте решил остановиться и заморочиться. Четыре полноценных дня с самого утра и до позднего вечера ушло на «поквартирный обход» данного типа застройки, прежде чем удача ощерилась в улыбке.

* * *

Около недели ушло на то, чтобы привести новое жилище в относительно приемлемый вид, а также сделать ряд дополнительных тайных ниш для хранения предметов, владение которыми преследовалось по закону.

В соседнем городе г.Находка отыскал хорошего специалиста-частника, который повтыкал мне камеры везде, где только можно было. Подъезда к нашей секции гаражей всего два, и теперь я мог просматривать оба от самой дороги, включая периметр. И без слепых зон.

Вот так, легко и непринуждённого, я встретил начало лета, а заодно вспомнил слова Истинной Тьмы о быстром тормозе и медленном газе. Столько времени просрать! Однако изменившиеся реалии диктовали свои правила игры.

За этот период Технарь единожды вышел на связь с очередным предложением о вложении средств и в очередной раз пропал. В этот раз рекомендации выполнил более смело и снова не прогадал.

Чувствовал себя уже мини-олигархом, если честно. Из прослушки так и не удалось поймать никакой информации о покушении на меня, зато иного компромата набралось с лихвой.

Решил не затягивать с возмездием над всякими выродками в погонах, раз поклёвки нет. Собрал полученную информацию в кучу и принёс её к бывшему начальнику следкома.

– Точно не хочешь вернуться?

– Да, хватит с меня. Успел почувствовать вкус вольной жизнь.

– Хех, понимаю. Ну, как знаешь. Откуда такая информация? – нахмурился он, пролистывая файлы в папке.

– Источник пожелал остаться неизвестным, но просил считаться проверенным, – ответил, не моргнув глазом.

– Ты пойми, это очень серьёзный компромат, и касается он достаточно многих и далеко не последних людей, как в этом городе, так и за его пределами. Вопросы возникнут в любом случае.

– Тогда стоит сразу принять тот факт, что отвечать на них будет некому, со мной на связь информатор уже не выйдет, а паспорт такие люди, как правило, не показывают. Да и самому отсвечивать не улыбается, если что. Тут вопрос скорее в желании, ведь проблем с реализацией при таком прикупе возникнуть не должно.

– Насчёт себя мог бы и не говорить, это и так ясно. А вот насчёт желания согласен. Тут действительно есть с чем поработать. Значит, запускаем в ход? Смотри, зашевелятся многие.

– Так может, стоит анонимно оформить? Чтобы и к тебе, Евгеньевич, вопросов неудобных не возникло? – в ответ он усмехнулся.

– Хех, за меня можешь не волноваться. Я разберусь, как преподнести информацию.

– В таком случае мне тем более переживать не о чем.

– Ну, не знаю. У тебя с ним конфликт был, и он под тебя конкретно копает. Об этом очень многим известно. Когда лопата внезапно в камень упрётся, вопросы возникнут в любом случае.

– Суть понял, – кивнул в ответ, – Только какой спрос с простого следака? Откуда у меня доступ к такому компромату? Не логично же.

– Я с тобой и не спорю, – согласился он, – Только и не мне тебе рассказывать, как бывает.

– Пусть приходят, – отмахнулся я, – Пусть своё время тратят.

– Отлично. Но ты подумай ещё раз над тем, чтобы вернуться. Оно, знаешь ли, лишний раз и прикрыть где-то может.

– Переживу, Борис Евгеньевич.

– Дай бог. Тогда удачи! – мы пожали друг руки и попрощались.

* * *

Кажется, на третий день после этой встречи, в дверь моей квартиры уверенно так постучали. Так совпало, что я с самого утра пришёл ещё раз посмотреть, не забыл ли чего, прежде чем передавать ключи риелтору.

– Серов Сергей Сергеевич? – на пороге стояло двое крепких парней в гражданской одежде, почти одинаковых кожанках с хмурыми моськами.

– Допустим. Вы-то кто будете?

– Управление собственной безопасности УМВД России по Приморскому краю.

– Кто? – появление этих гавриков вызвало откровенное недоумение, – От меня вам чё надо-то? Я уже давно не мент, а на пенсию так вообще с комитета вышел. Вы ничего не перепутали?

– Может, по-хорошему поговорим? – ничего хорошего в интонации вопроса, к слову, не уловил.

– Не-а, – цыкнув, мотнув головой, – Вообще никак говорить не будет.

– Тогда проедем? – настойчиво спросил самый инициативный из них.

– Слушай, ты дурак, что ли? Идите нахер оба два отсюда, пока нормальных ментов не вызывал, а не их заднеприводное подобие, – УСБ в МВД не особо чествовали. Интересы своих «коллег» данные «гулящие женщины» никогда защищали, зато стоило кому-то из сотрудников оступиться, как эти стервятники сразу тут как тут. В общем, мерзотные личности. Более того, «работа» с моей категорией лиц выходила за пределы их полномочий.

– Серов, ты подумай. Как бы потом сожалеть не пришлось, – зло процедил второй.

– Это угроза, что ли?

– Напутствие. Зачем три дня назад встречался с начальником комитета?

– Воу, ребята. Зачем и куда я хожу, на секундочку, вас вообще сношать не должно. Восстановиться подумывал, ясно?

– Ну, су…, – зашипел первый, но тут же получил локтем под рёбра от напарника.

– Чего? Да пошли нахер вообще! В натуре берега попутали.

– Не с теми ты тягаться решил, Серов, – зло процедил всё тот же пискапротивный тип.

– Вы за кого шакалить пришли, гиены гнусные? Вам самим-то не стрёмно?

– Ты за свой базар ответишь, ручаюсь, – заиграл желваками второй.

– Ага, ксиву сперва покажи, ряженый.

Твою мать! Надо было сразу с этого начинать, идиоту. Разыграть из себя оленя поролонового – так бы хоть данные их запомнил. Хорошая мысля, приходит опосля.

– Жена показывать будет.

– Э, притормози, Вася, – попытался было придержать того, что ближе, но самоуверенные парни поспешили удалиться.

* * *

Однако здравствуйте. Суть их появления вполне понятна, но вот первопричина? Неужели бывший начальник слил? Вряд ли, не похож он таких людей. Однако про визит к нему этим шакалам откуда-то известно.

Данный эпизод вскипятил содержимое говнобака так, что сразу из квартиры направился навестить Бориса Евгеньевича. Требовалось понять корни этого визита. Я допускал, что теперь могли организовать слежку, но ничего подозрительного по пути не заметил.

Тянуть же с данным вопросом смысла не было, звонить так тем более глупо. А тут, глядишь, с пылу с жару, может, и проскочу незаметно. Хотя я не ожидал, что и тот визит кому-то глаза резать начнёт.

Кто-то из подчинённых Евгеньевича сливает? Хрен его знает, тут гадать сколько угодно можно. Бывшего начальника застал в его кабинете, собирающим вещи.

Оказалось, сегодня утром у него тоже состоялся весьма неприятный разговор только со своим руководством, суть которого сводилась к тому, что пора начинать двигаться дальше.

«Предложение» с карьерой имело посредственную связь, поскольку подразумевало «поднятие целины» в чегирях отдалённых северных районах, что можно сравнить со ссылкой.

С этого, как правило, начинают свой карьерный путь, но никак не заканчивают его. Или же предлагали выйти на заслуженный отдых, раз сил для «работы» не осталось. М-да, некрасиво как-то получается, если мягко выразиться.

– Вот такие дела, Сергей, в общем, – произнёс он, остановившись и осматриваясь в поисках ещё не собранных вещей.

– Офигеть. И это всё из-за той информации?

– Ну, прямо о таких вещах говорить не принято. Но насколько понял, назови я им источник, этого можно было бы избежать. Что? – хмыкнул Евгеньевич, поймав мой взгляд, – Думал, сдам тебя? Хрен им! И твоей вины в этом нет. Скажи, вот на кой фиг мы тогда вообще служим, если не можем ничего сделать?

– В последнее время задаюсь тем же вопросом.

– И это правильный вопрос. Знаешь, – он поставил на стол коробку и повернулся ко мне, – А не пошли бы они все нахрен. Всё, – Евгеньевич с силой хлопнул ладонью по столу, – Молодец, что зашёл, помог принять решение. И я ещё думал что-то? Мы под вашего Смоленчука уже второй год роем, и всё без толку! В кои-то веки появилась реальная информация, как тут же ставится под сомнение её подлинность и законность получения. И ведь не стесняются даже говорить такое! Незаконно, бл… им! Когда неудобно. Вон, в соседнем районе у Михалыча, слышал? Три трупа разом, и всё нормально. Никакого криминала. У одного перелом шеи – упал, второй сам себе артерию на ноге вскрыл, у третьего яйца всмятку, но отъехал от сердечного. Представляешь? И никаких вопросов! Потому что так удобно. Да, – сбавил Евгеньевич обороты, – У самих рыло в пуху, но у всего же есть свой предел. Та грань, переступать за которую не следует. Я тебе больше скажу, – понизил он голос, – Иногда хочется, как фильме с этим, как его, судья, который в дредах… Короче, выносить приговор всякой мерзости прямо на месте. Поймали на износе или педофилии? Завели за угол, да там и оставили с отверстием промеж глаз. Или, например, ваш Смолнечук. Ну ведь каждая собака знает, что лапы до самой спины косматые, но нихрена с ним не сделаешь, так как крылышком прикрыт. Петуха такого же. Вот и с ним так же. Информацию проверили, подтвердилась? И расход собаку дикую. Ты только пойми меня правильно, – смутился он, выпустив пар.

Однако прорвало начальника знатно. Не ожидал подобных откровений от него. Видимо, в комитете говна ещё больше, чем в МВД, раз даже таких, как он, кроет. Дело в том, что Евгеньевич являлся безэмоциональным циником с холодной головой.

Поэтому подобные откровения несколько не вязались с привычным образом. Хоть и являлись здравым рассуждением, суть теории которых я поддерживал обеими руками. В этот момент пришло очередное озарение.

Души, как ни крути, мне требовались. Валить всех и вся, направо и налево было недопустимо, но жизненно необходимо. Вот тут-то мы «белой стрелой» и вклинимся в хитрое переплетение этических норм, закона и справедливости.

А что? Неплохая идея. И овцы, как говорится, целки и волки сыты. От убийств мне всё равно никуда не уйти. Натура такая. А так, хоть нравственную сторону вопроса закрою, да общество подлечу.

Как моя Покровительница ненаглядная напутствовала? Куда ж тебе душегубу… Не, не то. Нам нужны души. Вот! И чем их больше, тем мы сильнее.

А сила мне ой как необходима была. Причём не абы какая, а Истинной Тьмы. Та самая, что я в себе несу. Или нёс. Раньше. Но твёрдо намеревался поднять это знамя над головой вновь.

– Евгеньевич, я прекрасно понимаю, о чём ты.

– Ты же приходил, чтобы узнать, не я ли тебя слил. Так? – усмехнулся он.

– Да, – не стал отрицать очевидное.

– Ну и скотина же ты, Сергей, – рассмеялся он, – Хотя правильно сделал. Вот поэтому я и не хотел, чтобы ты уходил, а в итоге ухожу сам…

* * *

Этот разговор оказался переломным не только для Евгеньевича, принявшим окончательное решение, но и для меня. Теперь-то тернистый путь к возвращению виделся более отчётливо.

Неважно, готов ли этот мир к приходу Жнеца или нет. Есть лишь одна угода – Истинная. Ла’Амия верила в меня и говорила, что у меня всё получится. И я не подведу свою любимую кровожадину.

Евгеньевич меня не сдал, в чём, в принципе, не сомневался. Практически. Зато бывший начальник оказался сукой редкой, злопамятной и представляющей реальную опасность. А когда это мы от проблем бегали?

Только в лесах Новачей на дерево. Ну, ещё от Инквизиции по окрестностям. А, от Тоннельного дракона немного. От игроков недолго. Короче, неважно. Раньше когда-то бегали, но только это всё в прошлом!

Полночи провёл в подготовке снаряжения, примерке, подгонке и разработке плана возмездия, а под утро понял, что идея в целом достаточно сомнительная. И это я не заднюю врубил, а мозг.

Смоленчук – гнида породистая, но и не какой-то там гоголь-моголь Хриплый. По нему учётный отказной точно делать не станут. Проверку проведут так, как никогда не проводили.

Гостей в своих стенах точно избежать не удастся. Припрутся, к гадалке не ходи. Не исключено, что с обыском. В очередной раз перепроверил свои схроны – на вид надёжные.

Когда знаешь, как ищут, прятать становится значительно легче. Когда искал сам, понимаешь нюансы. Простукиванием мои тайники не нащупаешь, а визуально хрен их срисуешь.

Вроде надёжно и грамотно, но перспектива предстоящего кипеша сильно напрягала. Не хотелось так сразу обращать на себя внимание. Однако утренний звонок внёс свои коррективы.

– Слушаю, – недовольно проворчал в трубку. Вот кому чё надо? Только заснул, блин.

– Серёга, привет, – голос Грунёва узнал сразу.

– А-а, Миша, здоров. Умер кто?

– Вообще да, – резко ответил он, – Ночью Бориса Евгеньевича машина сбила.

Вот это да! Любили в цирке верблюдА! Твою мать, до чего же шутка неуместной вышла. Сонливость как рукой сняло. По предварительной версии, наезд совершило неизвестное лицо на угнанном автомобиле, скрывшееся с места преступления.

Ага, конечно, суки рванные, так я вам и поверил. Вот и пересечена последняя красная линяя, точка невозврата и прочие отговорки для нерешительных. Поскольку следующей «случайной жертвой» обстоятельств запросто мог стать я сам, решил начать действовать на опережение…

* * *

С наступлением ночи, убедившись по камерам в отсутствии посторонних, вышел на тропу праведной жатвы. Я Чёрный плащ, я ужас, летящий на крыльях ночи! Я тот, кому так не хватает тех самых крыльев, сука!

Насколько же беззащитным казался этот мир перед лицом Жнеца Истинной Тьмы. Впрочем, как и я сам перед лицом этого мира, но это поправимо. Надеюсь. Нет, уверен, что так и есть.

Пора переходить к активным действиям, и навёрстывать упущенное время, дабы не посрамить веру в меня Ла’Амии и Истинной Тьмы. Вопрос с мантиями всё ещё оставался открытым, но Технарь, по непонятным причинам, перестал отвечать и выходить покуда. Стену проломить или окно вырвать, покуда все спят, неважно. Главное, обеспечивать максимально быстрый доступ в помещение.

Но это чуть позже. Сперва следовало нанести визит вежливости и отплатить той же монетой тому, кто привык сам ею рассчитываться. О, мои пять копеек имели особенный вес – после них копилка становилась непригодной для использования.

Попасть на территорию частного домовладения оказалось слишком простой задачей и отсутствие собак пошло только на пользу дела. Не понимаю, на кой хер частный сектор без живой охраны, тем более, когда обесточивание объекта не является проблемой?

– Кто здесь? – выкрикнул Смоленчук, когда я спокойно и беспрепятственно вошёл в дом через веранду, – Вы даже не представляете, к кому вообще вломились! Последний шанс одуматься!

– Уф, какой вояка грозный. В дом мудака редкостного?

– Серов? Ты чё здесь делаешь? Вообще берега попутал, капитан?

– Уже майор, если что, но не суть. Что, сука, думал ты неприкосновенный? Можешь писяверить так, как заблагорассудится? Не, так не бывает. По крайней мере, в моих реалиях. В мире должно быть Равновесие, и я здесь именно за его восстановлением.

– Придурок, ты вмазанный, что ли?! Сюда уже выехали, кабздец тебе. Вали, пока можешь.

– Серьёзно? Позволь уточнить, а кто именно? Те, кому ты никак дозвониться не в состоянии, или экстрасенсы? – прежде чем рубануть провода, перекинул глушилку через забор прямо к крыльцу и подобрал перед тем, как войти.

Однако обмудок смог удивить и даже попытался сдержать слово, ибо кабздец действительно чуть не наступил. И когда он успел свой карамультук из сейфа взять? Хрен знает, как бы всё вышло, не прикрой рефлекторно голову рукой.

– Ты чё творишь, гнида?! – резко сократив дистанцию, вырвал у него вертикалку, нанеся хороший удар ногой в грудь, – Чуть не оглох из-за тебя, идиота. Надымил ещё, падла, – произнёс, размахивая клубы пороховых газов, попутно массируя ухо, попавшее под направление выстрела.

Отлетев, бывший начальник завалился на журнальный столик, разнеся его калёное стекло вдребезги.

– М-м-м, – застонал он, переворачиваясь набок, – Ты живая ещё, что ли, тварь? Как?

Выстрел с короткой дистанции из двенадцатого калибра оказался довольно ощутимым. Броня не подвела, но я предпочёл бы избежать подобных проверок на прочность. Хорошо хоть дробь заряжена была, а не тяжёлая пуля.

* * *

– Заговорённый я, – ответил, наклоняясь за валявшимися на полу двумя патронами, выпавшими откуда-то из Смоленчука. Прям лут настоящий.

– Ты понимаешь, что тебе кранты? Ты на себе крест поставил, – усмехнулся он, утирая кровь с порезанной щеки, – Всё, допрыгался.

– Всё, это когда ноги остынут, гнида, – улыбнулся в ответ, перезаряжая ружьё. Кстати, зачётный ствол оказался. Итальянский. Не каждый себе такой позволить может, – Покайся, сними груз с души, легче ведь станет. С твоей подачи меня в больничку положили, а Евгеньевича переехали?

– Откуда вообще у тебя эта информация, а?

– Не заставляй повторять вопрос, – удивительно, но подействовало.

– С твоим начальником перегнули, согласен, не стоило полагаться на идиотов, – ответил Смоленчук, принимая сидячее положение, – Но ничего, ты-то уже никуда не денешься. Теперь…

– Пасть захлопни! – честно, охренел с того, как он спокойно об этом говорить начал, – Растеперькался тут. До тебя никак не доходит суть происходящего? Твой никчёмный жизненный цикл подошёл к логическому концу. То есть, в твоём случае – это действительно Всё.

– Ты головой тронулся? Ты чё несёшь, Серов? Знаешь, что тебе будет? Тебя же из-под земли достанут! У тебя только один выход – бежать! Без оглядки и прямо сейчас.

– Ага, только сперва той землёй тебя присыпят. Итак, – я навёл двустволку ему между ног, – Имена, пароли и явки всех причастных к нападениям на меня с Евгеньевичем.

– Э-э! Притормози коней, – заголосил он, прикрывая пах руками, – Слышишь? Давай обсудим ситуацию. Думаю, мы сможем договориться.

– Имена, – опыт, приобретённый в Адэлеоне, показал, что в тылу нельзя оставлять врагов. Гнид следовало давить ногтем незамедлительно, решительно и без шансов.

– Слушай, ты ведь неглупый парень. Ты ведь…, – грохот выстрела прерывал речь, не содержащую нужной информации, – А-а-а!! М-м-м! Мля, урод! А-а-м-м, гнида! Кабзда тебе, сука!

В одном из стволов очутился патрон, снаряжённый картечью. Левая кисть оказалась разорвана в лохмотья. Уверенно себя чувствовал только большой палец, в мгновение осиротевший. М-да, такое хирурги соберут уже вряд ли, да и не придётся им, если честно.

– Имена-а. Или следующим выстрелом я тебе голень от бедра отделю, – холодно произнёс, уперев ствол в правую ногу, игнорируя завывания с угрозами. Таким меня не пронять. Насмотрелся, наслушался, привык, так сказать, – Ты пойми, упёртость тут неуместна. Зачем сознательно стремиться причинить себе боль и страдания?

– Не надо! Не убивай! Я всё скажу! Что же ты делаешь?! М-м-м! Вызови скорую, блин!

– Имена. И больше повторять не стану.

Это была короткая, но очень содержательная исповедь. В моём случае исполнители были неизвестны, зато узнал, к кому именно тот обращался, а также, что если бы «жалкие ссыкуны» чего-то не испугались, то итог для меня стал бы куда печальнее.

Что же касается Евгеньевича, то «акцию по устрашению и запугиванию», вышедшую из-под «контроля», возложили на тех самых двух мудозвонов, что навестили меня на квартире. Только теперь я знал их имена, фамилии и должности.

Кто именно поделился информацией о нашей встрече с начальником следкома, Смоленчук не знал. Однако те самые УСБ-шники, что угнали машину и «не справились» с управлением, должны располагать сведениями по этому вопросу.

– Ну, признавайся, полегчало? – спросил у него, когда узнал всё, что хотел, – Снял часть груза со своей жалкой души?

– Скорую вызови! Где мой телефон? – прижав к груди повреждённую руку, Смоленчук начал подниматься и осматриваться.

– Э, ты куда, Вася? – дурак до последнего отказывался принять неизбежность своей участи.

– Ты же не собираешься…

Договорить у него не вышло. Произведённый практически в упор выстрел, судя по всему, снова картечью, разворотил горло, оголив шейные позвонки. Упав на спину, он издал булькающий хрип, попытался схватить воздух руками и обмяк.

– Ещё как собираюсь.

В остекленевших глазах застыло недоумение. Уверенный в собственной безнаказанности и охеревший от вседозволенности Смоленчук не ожидал подобного финала. Что ж, я умею удивлять.

* * *

Хорошо, что у этого урода дом располагался в самом дальнем углу сектора под сопкой, где будущие соседи ещё находились в процессе строительства. Как говорится, на отшибе. Услышать выстрелы никто не мог.

Встреча прошла не совсем так, как планировал. Как минимум в меня не должны были стрелять. Но в любом случае выяснил и сделал всё, что хотел. Единственное, напрягал получившийся в результате визита свинарник. Следовало прибраться.

Открывая газ на кухне, невольно задумался, а не перегнул ли я действительно палку? «Честь мундира» на кону, как ни как, пусть на нём и пробу ставить негде – таким мерзотником был Смоленчук.

Блин, как-то через жопу всё вышло. Мне следовало аккуратнее от этой собаки бешеной избиваться. Потоньше, что ли. Перекрыв газ, пробежался по дому и сгрёб всё ценное в спортивную сумку, обнаруженную в шкафу – пусть с версией ограбления поработают тоже.

За следы обуви на щедро отсыпанном гравием участке можно было не переживать, но найдя пару старых кроссовок в кладовке, сделал ещё несколько левых заманух, после чего тоже запихал их сумку.

Так ещё интереснее станет. Вот теперь можно открывать газ, поджигать свечи и сваливать в сопки. Служебную машину покойный владелец раскорячил на улице так, что перекрыл проезд к воротам.

Просто мастер парковки. Чтобы пожарным тоже было чем заняться перед началом тушения дома, поджёг и машину, после чего закинул сумку за спину и побежал в сторону оврага, по которому пришёл.

Коттедж Смоленчука находился в завершающей стадии строительства, и прежде он в нём не ночевал. Об этом мне стало известно из прослушки, как и о его внезапном желании провести ночь в доме в гордом одиночестве.

С кем именно вёлся разговор на эту тему, я точно не знал, но, судя по всему, с какой-то очередной пассией. Суть заключалась в том, что известно об этом решении было лишь двоим: какой-то бабе и его заместителю.

Соответственно, имелся неплохой шанс списать произошедшее на грабителей, которые не ожидали встретить хозяина в доме. Чем больше лишних вопросов, тем лучше. Также удачно вышло, что покончил с ним его же оружием, а не из своего арсенала.

Метров через триста добрался до болотины, добрую основу которой составляли продукты жизнедеятельности частного сектора. Выворотив приличный камень, запихал его в сумку и закинул её на середину пахучего водоёма.

Шансы, обнаружить тут вещи, ничтожно малы, а таскать за собой такой прикуп себе дороже. В море тоже не скинешь – ныряльщиков хватает, да и тралом могли сгрести. А в такое говно просто так вряд ли кто-то полезет…

Глава 7

«Даже откровенная ложь становится правдой, если начать в неё верить»

(от автора)

– Всем добрый день, – поздоровался вошедший сотрудник аналитического отдела.

– И вам того же, – быстро ответил Анатолий Парфёнович – руководитель Проекта и председатель по совместительству, желая поскорее перейти к сути, – Ну, есть зарегистрированные «выспышки»?

– С большей долей вероятности можно утверждать…

– Так, – поднял руку руководитель, – Объясните, что означает данная формулировка? Нас интересуют конкретная информация и факты.

– Если позволите продолжить, – сжал губы докладчик, который не любил, когда перебивают на полуслове, – То я смогу ответить на ваш вопрос.

– В таком случае внимательно слушаем вас, – кивнул председатель, сдерживая эмоции, которому, в свою очередь, не понравился ответ.

– Так вот. Можно утверждать, что испытуемые уже начали себя проявлять, но зарегистрированные случаи носят хаотичный и, вероятнее всего, пока лишь спонтанный характер. В нашем секторе ответственности обнаружены тела с довольно специфическими причинами насильственной смерти. Например, сгоревшие без явных на то причин, с сильными рублеными ранами, асфиксией неясной природы, а также пронзённые стрелами. В соответствии с выборкой криминальной статистики, ничего подобного за последние десять лет не регистрировалась. Однако что-то однозначно утверждать можно будет только после проверки каждого случая нашими специалистами. Поскольку есть вероятность совпадения. Да, её процент довольно низок, но всё ещё находится в пределах допустимой нормы. На данном этапе могу лишь высказать своё мнение – зарегистрированные случаи относятся к «вспышкам» наших испытуемых, – по комнате прошёл ропот голос, – Это кратко и по существу, то у меня всё. Если же интересует более развёрнутый ответ, – тут докладчик раскрыл папку и принялся переворачивать листы, – То готов…

– Спасибо, не надо, – поднял ладонь председатель, – Вся информация, так понимаю, есть на столе у каждого? Отлично. Тогда можете быть свободны.

– Ну, что скажете, товарищи? – произнёс руководитель Проекта, обводя присутствующих взглядом.

– Эксперимент можно считать успешным, – ответил Фёдор Сергеевич – его заместитель по общим вопросам.

– Поддерживаю, – почти хором произнесли Иван Георгиевич и Николай Викторович – руководители безопасности и оперативной работы.

– Вот и я так считаю, м-да. Так, что у нас с Леонидом и его помощником? Удалось выйти с ними на связь?

– Глухо. Оба холостые, постоянных отношений ни с кем не поддерживали, да и сами только здесь познакомились, – ответил Иван, – Билетов не приобретали. Вообще непонятно, куда пропали. Если честно, не нравится мне это. Ощущение, что намерено из поля зрения выпали.

– Случиться, что не могло?

– С двумя сразу? – хмыкнул Николай, – Сильно сомневаюсь.

– Иван Георгиевич, возьмите вопрос на контроль. Надо выяснить, где они потерялись, и принять меры. Увы, на выжидание у нас не остаётся времени.

– Постараемся сделать всё возможное, – кивнул тот в ответ, делая пометку в ежедневнике.

* * *

– В таком случае, Николай Викторович, переходим к вашему кандидату, – вздохнул председатель, – Вы считаете это хорошей идеей?

– Вас что-то смущает, помимо возраста?

– Честно? Да. И очень многое. Начнём с того, что никакой подробной информации по нему нам получить так и не удалось. Одно только это обстоятельство настораживает. Возраст тоже уже почтенный, согласен. И в целом он произвёл впечатление умного человека.

– Так разве это плохо? – удивился оперативник.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.