Андрей Горин
Бандито

Глава 1. Деловая колбаса

Пётр сидел за столиком ресторана в компании Арнольда и его своры прихлебателей, и, несмотря на богато заставленный выпивкой и закусками стол, хихиканья девочек и приятную музыку, настроение у него было не очень.

Новогодние праздники прошли буднично и незаметно. Петя никак не мог отстраниться от бесконечной череды дел, которые множились как тараканы. Он банально не успевал везде рулить сам. А стоило хоть что-то пустить на самотёк, как всё шло через одно известное место.

Складывалось впечатление, что в России одни раздолбаи и никому ничего нельзя доверить.

К тому же отношения с Вероникой последнее время стали какими-то нервными. Вроде и чувства были, и страсть. В постели всё было ништяк. Но Вероника стала не то чтобы капризной, но какой-то непредсказуемой. Эти бабы вечно сами не знают, чего хочут.

То она бросалась в бизнес и терроризировала Петю различными коммерческими начинаниями, в которых он должен был принимать активное участие. То перескакивала на тему своей политической карьеры в комсомоле и строила наполеоновские планы продвижения по карьерной лестнице. То ворчала, что молодость проходит и ей не хватает простого женского счастья, и сутками не выпускала Петю из постели, экспериментируя с купленной за бешеные деньги через Витю абсолютно незаконной в социалистической стране буржуазной энциклопедией причудливых сексуальных поз, под таинственным названием Камасутра.

Короче, Нику штормило, и месячные здесь были совершенно ни при чём. Петя не знал, бывают ли у девушек месячные в башке, но очень было на то похоже, иначе он никак не мог объяснить подобную женскую логику. Впрочем, не он первый, не он последний.

С женщинами вообще всё сложно. Вот, например, Дашкина подруга, Маринка. Подрабатывала девушкой с пониженной социальной ответственностью. И в этом кабаке собиралась сначала снимать клиентов. Потом они с Дашкой решили сами не сниматься, а стать кем-то вроде, как называл Аракаша, менеджерами. А по Петиному разумению, кем-то вроде мамок или сутенёров. И с Петиной помощью порешали вопросы с местной братвой, и теперь девчонки, в основном студентки, подрабатывают здесь под присмотром неразлучных подруг. И вроде как не шлюхи, потому что кому попало и разово не дают. Ищут богатых папиков, для длительных отношений.

А Аркаша опять же придумал мудрёное слово содержанки, которое девчонкам шибко понравилось. Хотя чего тут особо нового, обычные любовницы. Но любовницы, которых пользует спонсор и дарит им деньги, дорогие вещички и водит по ресторанам, это вроде как пошло. А вот содержанки, по мнению девочек, это вроде как романтично.

И теперь вот Маринка сидит за столиком, постоянно зарезервированном за компанией Арнольда, и тот глаз с неё не сводит. Всё шепчет ей что-то в розовое ушко, с изящными золотыми серёжками, которые он же ей и подарил. Теперь она вроде как его постоянная подруга, и он её страшно ко всем ревнует.

Хотя Петя должен признать, что Маринка того стоит. Она и раньше была весьма симпотной. А теперь, когда Арнольд на неё денег не жалел, стала просто сногсшибательной красоткой. Дорогие модные шмотки, маникюр, причёска, сделанная в одном из лучших салонов города, импортная косметика. Просто атас. Как с картинки модного дамского журнала.

Но ещё больше Петю поразила Даша. Та тоже сняла себе в ресторане ухажёра. Да не просто сняла, а после Новогодних праздников переехала к нему жить. Вроде как съехались. Хотя тот тоже знал о не совсем соответствующем облику строителя коммунизма моральном облике своей подруги.

Да ещё чувак был не какой-нибудь хрен с горы, а целый капитан, а теперь уже и майор Комитета Государственной Безопасности. Вы, конечно, спросите, а как же моральный облик этого самого, того, который с чистыми руками, горячим сердцем и холодной головой? Но, похоже, это у нас простым гражданам нельзя ничего такого. А тем, кто приставлен следить за этим моральным обликом, очевидно можно многое.

Александр, так звали Дашиного папика. Хотя какой на хрен папик, молодой мужик, красивый и по жизни не гандон, а вполне себе нормальный парень. Такому красавцу любая сделает скидку в десять процентов, прежде чем отдаться. В общем, денег на свою подругу Саша тоже не жалел.

Но если Маринка была просто русской провинциальной красавицей, то в Дашке чувствовалась порода. И это несмотря на то, что она была простой девушкой из Глебоврага. Тут, видать, всё дело в породе. Похоже, что её безвестный иноземный папашка, был у себя там, в далёкой загранице, человеком непростым, и дочка пошла в него статью. А фигуру и природную красоту унаследовала от матери.

И в дорогом вечернем наряде смотрелась Дашка так, что просто дух захватывало, и у мужиков начиналось непроизвольное слюноотделение. Но унаследовала Дашка от своих родителей не только красоту и природную грацию. Оказалось, что она отъявленная авантюристка с коммерческой жилкой. И мамашка-то её, родная тётка Пети, была той ещё бизнесменшой, но у той было всё стихийно. А папаша, похоже, был из настоящих капиталистов, потому что Дашка свои торговые махинации продумывала тщательно и всё раскладывала по полочкам. Как говорил Аркаша, могла составить правильный и подробный бизнес-план.

В общем, энергия била из Даши ключом, и сегодня она собиралась познакомит Петю со своим хахалем. Хотя может, он и хороший мужик, просто Петя был не в настроении. Потому что если Даша давила на него с наружи, то Аркаша гундосил изнутри. Даша с Сашей мутили какие-то грандиозные планы, и Петя был им нужен.

А Аркаша все уши Пете прожужжал: бизнес, бизнес, бизнес. А майор занимался работой с попаданцами, которых держали на Алтынке под видом психов. Хотя, по мнению Пети, может, они и на самом деле были натуральными психами. Но Аркаша очень рассчитывал использовать их знания и умения.

Но похоже, что рыцарь плаща и кинжала, тоже думал примерно в таком же ключе. Петя во всю эту херню не шибко верил. Он с ностальгией вспоминал времена, когда был простым бандитом и хулиганом. Хотя раньше он и слов-то таких не знал. Ностальгия, придумают же, суки. Но звучит красиво и загадочно. Хотя жизнь раньше была весёлой и простой, но бедной. А деньги Петя в последнее время полюбил. Потому и сдался на Дашины уговоры.

Вскоре заявилась сладкая парочка. По внешнему виду Александра трудно было предположить, что он является действующим сотрудником Комитета. Скорее он напоминал артиста кино, играющего серьёзные драматические роли, или спортсмена на закате спортивной карьеры. Возможно, этому способствовал дорогой импортный костюм и не менее импортный галстук неброской расцветки. В отличие от совковой манеры затягивать непривычный галстук как удавку, этот аксессуар одежды у Саши был завязан как бы небрежно и в сочетании с расстёгнутой верхней пуговицей рубашки смотрелся органично и элегантно.

Дарья, как всегда, выглядела сногсшибательно, и большинство мужчин в ресторане поедали её жадными взглядами, пока она шествовала к своему столику. Платье на Даше было умеренно длинное, до середины икр, а не вульгарное мини, которое так любили девицы. Но облегало тело как перчатка и подчёркивало все достоинства фигуры. Спереди платье было закрытое, но вот сзади. Это просто звиздец. Сзади платье оголяло спину почти до жо…, то есть до милой впадинки в районе копчика, и по контрасту с закрытой передней частью, разило сердца любвеобильных мужчин, подобно молнии.

Большинство мужчин, пришедших в ресторан без дам, кидало на её спутника оценивающие взгляды, прикидывая, нельзя ли его отшить. Но, встретившись с ним взглядом, вздрагивали и опускали глаза. Что-то было в нём такое, звериное, хищное, что заставляло инстинкт самосохранения ловеласов посылать в мозг тревожный сигнал, как у обезьяны при виде тигра. Да и провожавший пару любезный метрдотель, и сразу подобострастно подскочивший к столику официант, намекали, что мужчина, постоянный клиент и весьма уважаемый в заведении человек.

Маринка, завидев подругу, подошла к занятому ими столику, поздороваться. Девчонки обнялись и о чём-то поболтали с минуту. После чего Марина вернулась и шепнула Пете, что того зовёт сестра.

Петя вздохнул и направился к столику, где сидели сестра и её хахаль. Даша представила их друг другу, и Александр предложил Пете присаживаться. Смотрел он на него довольно скептически. И, в сущности, Петя его понимал. Вопросы предстояло обсудить серьёзные, а молодость Пети и его специфический бандитско-спортивный вид, доверия не вызывали.

Но Александр был профессионалом и потомственным чекистом, поэтому умел работать с любым человеческим материалом. Для его планов главным критерием сейчас была верность, а Даше он, похоже, доверял. Поэтому сразу перешёл к делу.

– Пётр, ты должен понимать, что всё, о чём ты узнаешь, является служебной тайной. И я очень надеюсь, что ты будешь держать язык за зубами. В первую очередь это необходимо для тебя и Даши. Я то в случае чего всегда выпутаюсь. А вот себя и сестру ты можешь подставить капитально, если начнёшь болтать.

Ситуация у нас такая. По роду службы я курирую вопросы, связанные с распространением подрывной идеологии. Если по-простому, то с диссидентами. На самом деле идейных среди них немного. В основном это всякие мудаки, которые нахватались всяческих стрёмных идей, как гусь говна.

Среди них много психически неуравновешенных людей. Но среди этих психов попадаются порой довольно странные особи. Которые втемяшили себе в голову, что они, некие пришельцы из будущего. Есть даже специальный термин для таких типов – попаданцы.

Несут всякий бред. В том числе и весьма опасный с точки зрения идеологии. Для таких предусмотрены специальные палаты в психиатрических лечебницах, для изоляции их от общества.

Сначала в их бреднях пытались как-то разобраться и использовать для нужд государства. Но направление было признано бесперспективным. В основном потому, что знания, которыми они якобы располагают, носят весьма поверхностный характер. Ну как тебе объяснить. Скажем, попал человек из нашего времени в средневековье и рассказывает про телевизор. А что толку. Как работает сам телевизор, он не знает. Как создаются и какое назначение деталей, из которых он состоит, и технологий, по которым эти детали производятся, тоже не знает.

И так вот получается, что понять, псих он или этот самый попаданец, нет никакой возможности.

Улавливаешь, о чём я? – спохватился Александр.

Петя не очень улавливал, а вот Аркаша вполне.

– Ну, ситуация, в общем-то, не нова. Мозг человека, штука сложная. Может, человек и не пришелец из будущего вовсе, но у него бывают, скажем, гениальные озарения. Многие спорят до сих пор насчёт того, что некоторые гении, скажем, Леонардо да Винчи или Никола Тесла, были этими самыми пришельцами из будущего.

Понять действительно сложно. Но тут ведь какой вопрос. Ваша организация имеет весьма обширные возможности. Пытались ведь проверить эти их предсказания от психов. Скажем, какие-нибудь события, которые должны случиться в ближайшем будущем. Сбываются они или нет.

Алесандр скривился.

– Вопрос правильный. Только учёный люд, это особые люди. Я тебе так скажу, сами те ещё психи. Проверяли. Некоторые предсказания сбываются. Некоторые сбываются не совсем так, как должны были или не в то время. Но ведь и всякие экстрасенсы и гадалки тоже предсказывают будущее. Иногда угадывают, иногда попадают пальцем в небо. А учёные ссылаются на некий “эффект бабочки”, знаешь о таком.

– Слышал. Чай не дурак, десять классов закончил.

– Так вот. Считается, что если человек попадает в прошлое, то тем самым он изменяет ход истории. Но в данных случаях речь идёт не о физическом переносе, а о переносе разума, так сказать, о переселении душ. Эффект в этом случае не материальный, но новые знания всё равно меняют привычный ход событий. Однако отличить новую реальность от старой невозможно, для этого наблюдатель должен находиться в некой другой реальности, отличной от первых двух. В общем, мозгокруты наши несут всякую научную чушь. А в сухом остатке, то, что определить, психи это или попаданцы, нет никакой возможности.

В общем, плюнули на всё это дело, и уже давно никто этими вопросами серьёзно не занимается. В глобальном масштабе, государству это не интересно.

Но тут видишь, какая петрушка. Времена меняются. Сам видишь, что вокруг творится. Перестройка, новый экономический курс. Короче, второй НЭП. И вот у твоей дражайшей сестричке возникла идея, использовать этих психов для того, чтобы денег заработать. Всю плешь мне уже проела. Только вот как это сделать, не совсем понятно.

Тут в разговор опять вмешался Аркаша.

– Я вот тут подумал. А какая нам, собственно говоря, разница, психи они или реально попаданцы?

– Не понял, – удивился Александр.

– Может, они психи, может, попаданцы, может, гении. Нас не это интересует, а их идеи. Нужно отбирать простые, понятные, реально реализуемые. И желательно, чтобы носитель идеи имел практический опыт работы с тем, что он предлагает. И чтобы это было реально выгодно. Мы ведь деньги собираемся делать, а не мир спасать.

– Понимаю, – задумчиво протянул Александр. – Мы, в принципе, с Дарьей примерно так и думали. Я тут уже начал подбирать подходящие случаи в их историях болезней. Кое-что просматривается. На днях желательно всем вместе посмотреть, подборку я подготовлю. Как говорится, ум хорошо, а у лошади всё равно голова больше. Но одну конкретную тему мы уже наметили. Так-то она вроде беспроигрышная.

– Что за тема? – заинтересовался Аркаша.

– Гостиничный бизнес, – оживилась Дашка.

– Тут такая штука. – начал Александр. – по информации от этих психов, вскоре начнётся приватизация собственности. Ну как скоро. По времени у них не всё сходится, есть некоторый разброс. Ясно, что первая половина 90-х, но вилка от 90-го до 95-го.

Акции предприятий будут распределяться среди трудовых коллективов. В зависимости от стажа работы, заслуг и прочей лабуды. Но, судя по рассказам психов, в основном работяги пролетят мимо кассы, акции скупит дирекция, и именно им достанутся предприятия.

Собственно говоря, и сейчас не всё так просто. Формально те же кафе, рестораны, гостиницы принадлежат государству, но по факту это личная вотчина руководителей предприятий. Даже здесь, в средней полосе России. Я уж не говорю про Кавказские Республики и Прибалтику, там и сейчас фактически частная собственность.

Крупные и стратегически важные предприятия подомнёт под себя нынешняя государственная и партийная элита.

– Это понятно. Судя по всему, вся эта перестройка затеяна, чтобы конвертировать властные полномочия партийной элиты в деньги и дорогостоящее имущество. В целом получится, что кто чем рулит, тот то и приватизирует. Как говаривал Жванецкий: “Что охраняешь, то и имеешь. Ничего не охраняешь, ничего не имеешь” ©, – хмыкнул Аркаша.

– Ну, примерно так, – улыбнувшись, подтвердил Александр. – Ну, мы пока на большое не замахиваемся. Пока мы с тобой изучаем бредни этих психов, надо заняться гостиницами. Подготовиться к этой приватизации. Сначала внедриться туда через сопутствующий бизнес. Ну там гостиничные рестораны, девочки, сувенирные ларьки, что там ещё есть в гостиницах. Перетянуть на свою сторону обслуживающий персонал, среди которого буду распределяться акции. А потом либо пропихнуть в дирекцию своих людей, либо завербовать действующее руководство.

– Так-то звучит разумно, – согласился Аркаша. – Но почему именно гостиницы.

– Тут ведь какое дело, – пояснил Александр. – сам я во всём этом светиться не могу. Буду обеспечивать поддержку и прикрытие. А для всех окружающих крутить этими делами будете вы с Дашей. А гостиницы, потому что надо начинать с того, в чём легче всего разобраться с помощью проверенных, надёжных людей. Поэтому Даша и предложила гостиницы.

Тут в разговор вступила сама Даша.

– Смотри, Петя, мама у меня давно в гостиницах работает. Должность администратора не самая высокая, зато всю подноготную этих заведений знает. Твоя мама, тётя Оксана, в общепитовском бизнесе шарит, значит, сможет заняться ресторанами и гостиничными кафе. Мы с Маринкой можем контролировать девочек, которые в гостиницах работают. Ты обеспечишь защиту от мелких бандитов и местных ментов. Ну а Саша будет решать вопросы с городскими руководителями из Треста гостиниц и крупными милицейскими чинами.

Петя должен был признать, что звучало в целом разумно. И мама, и тётя Ольга, да и сама Дашка, прекрасно вписывались в схему гостиничного бизнеса. Гостиница, это не крупный завод, её отжать будет полегче. Гостиничный бизнес, несмотря на эпоху развитого социализма, всегда был с криминальным душком, и партийные и хозяйственны органы туда нос особо не совали.

– Можно попробовать, – согласился он. – Хотя и непросто будет. Там и уголовники, и менты, которые с этих точек кормятся. Но, думаю, справимся. Какие гостиницы вы уже выбрали? – обратился он к Даше.

– Окраины нам не нужны, сосредоточимся на центре города. Словакия на проспекте Кирова, Спортивная на улице Чернышевского и Волна на городской набережной. Начнём с них, а там посмотрим. Может, к тому времени, как мы там укрепимся, вы с Сашей уже подыщете более перспективные проекты. Одними гостиницами мы ограничиваться не собираемся.

Вот Дашка. Вот деловая колбаса. И откуда у неё эта деловая хватка. Точно, папашкины гены. Проклятые капиталисты, они такие. За деньги всех порвут.

Но в целом Пете, предложенная Александром и Дашей стратегия нравилась. Он уже тоже начинал понимать, что одними бандитскими делами богатства и красивой жизни не заработаешь. Да и опасное это дело. Судя по Аркашиным рассказам, большинство этих бандитов 90-х довольно быстро окажется на кладбище, и только те, кто вовремя сумеет сориентироваться и переквалифицироваться в авторитетные бизнесмены, выживут и впишутся в новую элиту.

Глава 2. Ловля рыбы в мутной воде

Дашка, конечно, молодец. Ловко всё придумала с гостиницами. И Аркаша туда же. Фонтанирует идеями. А реализовывать, кто будет, Пушкин? Нет, Петя.

Можно подумать, такое это простое дело. Вот прямо ждут их там с распростёртыми объятиями, в этих самых гостиницах. Гораздо реальнее там огрести звиздюлей. Только сунься. Там и ментовская крыша, и бандиты, и связи в исполкоме, а то и партийных структурах.

Петя понимал, что он заплывает в мутные воды гостиничного бизнеса, где солидные бабки замешены на криминале и коррупции. Это только так говорится, что в мутной водичке легче рыбку ловить. На самом деле ни фига непонятно, кто там в этой мутной водице скрывается, что за хищники. Не успеешь оглянуться, как полжопы откусят.

Сомнения сомнениями, но надо же с чего-то начинать. Гостиница, организм сложный, почти как целое отдельное государство. Надо было найти чёрный ход, калитку, через которую проникнуть на запретную территорию.

Первым делом Петя решил обратить внимание на гостиничные рестораны. Главный доход там шёл от выпивки. Так называемая “ресторанная наценка” на алкогольные напитки, причём совершенно официальная, была просто конской.

Подпольный завод по фасовке коньячного спирта под видом выдержанного коньяка, который они замутили с Арсеном, постепенно набирал обороты и выдавал продукцию отменного качества. Напиток пользовался бешеной популярностью. То ли поставляемый земляками Арсена продукт был так хорош, то ли отечественные ликёро-водочные заводы так безбожно разбавляли настоящий коньяк при розливе в тару. Но многие говорили, что контрафактный коньяк частенько оказывался лучше, чем государственный.

Поэтому Петя обсудил с Арсеном задачу, влезть с поставками своего коньяка в рестораны, намеченных для захвата гостиниц. Арсену Петя начинал доверять. Заведующий заводской столовой совместно с Оксаной Петровной, с лёгкой Петиной руки уже и так были компаньонами, и вовсю делали бабки на работе Пирожковой. Но не меньшую роль, чем общий бизнес играл тот факт, что между любвеобильным сыном гор и весьма симпатичной мамой Петра завязались амурные отношения.

Так что Петя озадачил Арсена налаживанием коммерческой связи с ресторанами гостиниц, а сам занялся делами куда более деликатными.

Николая Каданникова Новогодние праздники тоже не обошли своими щедротами. После того как он начал обеспечивать прикрытие мутных Петиных делишек, у него появились деньги. Он смог не только обеспечивать семью нормальными продуктами и вещами, но и, наконец, перебрался из полуподвала в съёмную двухкомнатную квартиру, недалеко от службы.

Теперь он, как и другие участковые, еженедельно передавал начальнику конверт с деньгами, и дела его по службе резко пошли в гору. После праздников он получил внеочередное звание старшего лейтенанта, а затем его перевели на должность старшего участкового инспектора. Так что теперь в Опорном пункте и на своём участке, он был полновластным хозяином.

Был, правда, один нюанс. Хорошего отношения начальника, для таких крутых подвижек было маловато. Пришлось занести кадровикам весьма немаленькую по совковым меркам сумму, целую тысячу рублей.

Ну да это дело поправимое. Теперь Николай принимал как должное, что должность и удостоверение дают большие возможности в плане получения левого дохода. Совесть Николая уже больше не мучила. А с какого, собственно говоря, перепуга. Не он один такой. Это система. Или ты в ней, или она тебя отвергает. А у Николая семья.

В общем, дела у него шли неплохо. И обязан участковый был этим именно Пете. И потому, когда Пётр объяснил ему, что от него требуется по гостиничному бизнесу, то возражений со стороны Николая это не вызвало.

Но там, где менты, там и всякая уголовная шушера. То ли не могут они друг без друга, то ли привлекают их одни и те же злачные и денежные места.

Нужно было разобраться, кто присматривает за девочками, кому платит руководство ресторана. А возможно, и руководство гостиниц, хотя те скорее платят ментам и начальству в Гостиничный Трест. Хотя это зависит от того, насколько законные дела крутятся в той или иной гостинице. Короче, надо было пробить, что там с криминальным окружением.

Сделать это можно было через Кудряша. Степан, как смотрящий по району, должен быть в курсе, кто чем дышит из блатных, кто где кормится. Петина команда исправно отстёгивала через него деньги в обшак, так что настала пора использовать контакт с ворами. Только Кудряш, сука, хитрый. Наверняка захочет в долю, если узнает подробности того, что Петя затеял. Так что надо как-то аккуратненько всё выведать

Сам Петя старался с синими поменьше общаться, дистанцироваться от них. Ему вся эта блатная романтика была до одного места. У них в команде за связь с блатными теперь отвечал Сашок. Тот был глубоко в теме и сам шёл по пути стремящегося. Пете это не особо нравилось, но он понимал, что без криминала, по крайней мере пока, не обойтись. А Сашку он доверял. Вот пусть тот и пробьёт тему через Кудряша.

Задачи перед соратниками были поставлены, но это не означало, что Петя может сидеть и кайфовать в ожидании результатов. Дел хватало.

Рынок выходного дня с помощью папаши Арнольда, наконец, удалось оформить официально. И хотя он считался ярмаркой выходного дня, но исправно работал всю неделю, кроме понедельника. Да и сельскохозяйственные продукты, под которые он официально оформлялся, составляли здесь только незначительную часть. В основном здесь торговали шмотками. Спекулянты из команды Арнольда, под присмотром Вити, толкали здесь разнообразный дефицит.

С райотделом милиции всё было договорено, через Николая каждую неделю руководству шли регулярные платежи, и менты никого не трогали.

Постоянно беспокоили мелкие бандиты и местная шантрапа. Но парни Пети под командованием Рафика и спортсмены, оформленные внештатниками у участкового, успешно справлялись с дебоширами и мелкими наездами.

Пирожкова, тоже работала вовсю и исправно приносила прибыль.

Так что в целом бизнес шёл. Но приходилось крутиться.

Через неделю появились кое-какие результаты по гостиницам.

Легче всего оказалось пробить ситуацию по ресторанам. По городу уже пополз слушок о новом подпольном производстве качественного коньяка, и сведущие люди были в курсе. Арсен в городе среди своих коллег был личностью тоже довольно известной, и ему не составило большого труда договориться о поставках конька в рестораны выбранных гостиниц. Тем более что по просьбе Пети Арсен, хотя и нехотя, предложил для этих потребителей весьма неплохие цены, со скидкой.

Поэтому теперь Петин компаньон занимался сбором информации о состоянии дел в этих ресторанах и махинациях, которые там творились. И кроме того, если удастся через директоров ресторанов попытаться выяснить, кто является покровителями директоров гостиниц в администрации города. Город был не курортный и в целом закрытый для иностранцев, поэтому большинство гостиниц не входило ни в систему “Интуриста”, ни в систему ВЦСПС, а относились к системе городского хозяйства.

К сожалению, на этом хорошие новости и заканчивались.

Гостиница Словакия на проспекте Кирова была старинной, небольшой, но престижной. Здесь частенько селили иностранцев. По этой причине контингент девушек, которые караулили жильцов в ресторане или выходили на клиентов через дежурных по этажу и администраторов, был весьма непростым. Девушки элитные и, скорее всего, сутенёры у них тоже были непростые.

А так как работали девицы с иностранцами, то это не могло пройти мимо компетентных органов. Так что наверняка в Областном Управлении Конторы, кто-то курировал эту точку, по долгу службы.

Соответственно, когда начнётся борьба за контроль над гостиницей, это привлечёт внимание кураторов из спецслужб. Такая задачка была Пете явно не по зубам. Тут пусть товарищ майор думает, как разруливать эту проблему с коллегами.

Гостиница Спортивная, была значительно крупнее и располагалась в современном многоэтажном здании. В цело, стандартная гостиница средней руки в провинциальном городе миллионнике. Ничего интересного. Если бы не одно НО. По сведениям, полученным через директора ресторана, в гостинице функционировало крупное подпольное казино.

Напитки и закуски обеспечивал как раз ресторан, и поэтому можно было не сомневаться, что информация верная. Может, чекисты и не контролировали плотно эту точку. Но вот крупные бандиты наверняка плотно опекали этот рассадник порока и азарта. Да и менты, скорее всего, в стороне не стояли. Так что проблем и здесь хватало.

Самой беспроблемной на первый взгляд оказалась гостиница Волна, расположенная почти на набережной, недалеко от Речного вокзала. Ночные бабочки там были самые обычные и не самого высокого пошиба. Никаких левых коммерческих структур на территории гостиницы не работало. Единственной странностью был сам директор и его заместитель. Которые были коренными казахами и жили как бы на два дома, проводя половину времени в столице Республики, Алма-Ата.

Словом, тишь да гладь, да Божья благодать. Но это Петя так думал. А вот Аркаша сразу насторожился. По его мнению, гостиницы по своей природе, так или иначе, связаны с криминалом. И раз на виду ничего крамольного нет, то это значит, что преступная деятельность хорошо замаскирована, и значит, люди за этим криминальным бизнесом стоят серьёзные.

Петю он не убедил. Но и совсем игнорировать стенания Аркаши он не стал. Просто взял пока себе на заметку. Там видно будет.

Но, разумеется, информация от Арсена была не единственной пищей для анализа ситуации. Участковый тоже подсуетился и кое-что выяснил.

Гостиница Словакия на проспекте Кирова находилась не на территории их РОВД, так как располагалась в Кировском районе города. Но менты, везде менты. Нашлись кое-какие контакты, и выяснилось кое-что любопытное.

Учитывая хоть и жиденький, но постоянный ручеёк иностранцев, при гостинице крутились спекулянты, которые выменивали у Гансов, Жаков и Джузеппе, импортные шмотки и разную мелочёвку. Их, конечно, менты стригли, но так, по мелочи. Хотя для себя Петя зарубку сделал, что надо побазарить по этому поводу с Арнольдом. Пусть пробьёт по своим каналам, что фарцовщикам известно про гостиничные дела. Информация, она лишней не бывает.

Куда более привлекательным источником доходов для ментов были валютные проститутки и их сутенёры. Но как выяснилось, те с ментами, естественно, ссориться не хотели, но и шибко их не боялись. А когда местные менты попытались раскрутить сутенёров на увеличение оброка, да ещё захотели попользоваться услугами местных ударниц труда в горизонтальном положении, то случился облом. Начальника Службы участковых вызвал к себе сам руководитель РОВД и наорал, чтобы его подчинённые не борзели и знали меру. И вообще, не задавали лишних вопросов и не совали нос, куда не надо.

Из чего Петя сделал выводы, что эта информация косвенно подтверждает сведения Арсена, что Большой Брат присматривает за гостиницей, где проживают иностранные гости.

Короче, как говорится, пусть лошадь думает, у неё голова большая. То есть Дашкин хахаль, майор Конторы Глубокого Бурения. Пусть решает, стоит ли связываться с его коллегами.

По гостинице Спортивная, информация была какой-то невнятной. Хотя она и находилась на земле райотдела, но районные служки только слегка доили дирекцию ресторана и сутенёров. Про подпольное казино они, конечно, знали. Но, как выразился коллега Николая, не их уровень. Похоже, что данная кормушка находилась под покровительством чинов из ГУВД по городу и области.

Такая информация, Петра не порадовала. Городской уровень ментов был тоже не в его весовой категории. Здесь опять нужны были связи Александра.

И опять же самой белой и пушистой оказалась гостиница Волна. Ничего примечательного, по словам коллег Николая. Немного денег платила дирекция ресторана за хорошее отношение, немного денег отстёгивали сутенёры, девочки там были не самого высокого пошиба. Всё тихо, мирно. Участковый, капитан Нурсултан Абдулатипов, на территории которого стояла гостиница, исправно приносил начальству еженедельную мзду.

Тут паникёр Аркаша опять встрепенулся:

– Как ты сказал, участкового зовут? Он кто по национальности?

– Казах, – удивился странному вопросу Николай.

– И много у вас в РОВД казахов?

– Точно не знаю. Но из офицерского состава, похоже, он единственный.

– И дирекция гостиницы, тоже казахи! – многозначительно заметил Аркаша.

Сам Петя ничего особо странного в этом не видел. Желтогорская область граничила с Казахстаном, и этих казахов в городе было хоть жо### жуй. Задолбал уже Аркаша, своими нелепыми подозрениями.

– Ладно, посмотрим, что Сашок нароет через блатных, – решил Петя.

По гостинице Словакия смотрящий мало что знал. Территория, на которой находилась гостиница, контролировалась другим воровским авторитетом, Клещом. Но кое-что Кудряш всё же знал. Навара с гостиницы воры почти не имели. Сутенёры, которые поставляли туда девочек, платили в общак мало и нерегулярно. Нагнуть их воры не пытались, так как в курсе были, что точка под колпаком у Конторы и чекисты заинтересованы, чтобы девочкам не мешали работать с иностранцами. Да и западло было авторитету общаться с теми, кто занимался дырочным бизнесом, так что Клещ предпочитал делать вид, что не замечает проделки торговцев женскими прелестями.

Из услышанного, Петя сделал выводы, что воры не шибко огорчатся, если кто-то сумеет взять под свой контроль гостиницу. Особенно, если этот кто-то будет подкидывать бабок в общак.

Две другие гостиницы тоже находились на чужой территории. Там всеми делами заправлял Хлыст, довольно молодой воровской авторитет, мутный и скандальный.

Уважением в обществе он не пользовался, но сумел как-то пролезть в авторитеты и закрепиться на довольно обширной территории.

Именно его люди контролировали проституток и подпольное казино в гостинице Спортивная. И так вот получалось, что без войны, гостиницу не отжать. В любом случае придётся идти на прямое столкновение с группировкой Хлыста. Единственным плюсом было то, что остальной криминальный мир города молодого и борзого главаря не поддержит, и масштабного конфликта с ворами не будет. Особенно если нормально отстёгивать в общак.

По гостинице Волна, смотрящий ничего внятного не сказал. Но предостерёг Сашка, чтобы они даже близко к гостинице не подходили. Как смутно выразился Кудряш, там протоптана тропа. Какая на хрен тропа? Что он имел в виду?

Только со слов Кудряша, даже люди Хлыста обходили гостиницу стороной. Якобы было дело, ещё давно, сунулись туда несколько гавриков из его шоблы. На следующий день в кустах на городском пляже, который расположен примерно на середине моста между Желтогоском и городом-спутником на другом берегу Волги, нашли изуродованные трупы пацанов.

Хлыст сначала мамой божился, что отомстит за пацанов. Но потом знающие люди ему что-то сказали, и тот сдулся.

Короче, какое-то гнилое место было, эта гостиница. Что-то там было неладно и, похоже, что казахи имели к этому самое непосредственное отношение.

Собрав всю эту информацию, Петя призадумался. Он, конечно, понимал Дашку, которая положила глаз на гостиницы. Тут получался как бы почти семейный бизнес, все при деле. И сама Даша с Маринкой, и её мамашка, и Петина мама Оксана Петровна, и сам Петя.

Только вот выглядело это всё пока слишком стрёмно. Пете с его пацанами такой кусок был явно не по зубам. Но ведь Петя тут и не главный. Основной силой тут был Дашкин чекист. Какими возможностями тот располагал, Петя не знал. Но ясно, что немалыми.

Майор и начальник Отдела Конторы в областном городе и сам по себе фигура не малая. А учитывая, что брат и папаша Александра, по словам сеструхи, трудились в той же системе и звания, и должности имели намного более высокие, чем сам майор, то возможности у Дашкиного хахаля были серьёзные.

Впрочем, чего гадать. Петя свою работу выполнил, собрал предварительную информацию. А дальше пусть старший партнёр решает, хватит ли у них силёнок потеснить нынешних хозяев гостиничного бизнеса, на который они нацелились.

В любом случае, было ясно, что дело это не быстрое. И пренебрегать другими бизнес-проектами не стоит. Доложит Александру, а сам тем временем будет заниматься теми делами, которые они с Аркашей наметили.

Глава 3. Комсомол – не просто возраст. Комсомол – моя судьба.

Красивая песня. Душевная. Для многих представителей социалистической молодёжи комсомол стал выбором жизни. Многие молодые люди, которые выбрали своей профессией общественную деятельность и работу в комсомоле, пламенно верили в дело комсомола. Горячие юные сердца не знали сомнений, и молодые девушки отдавались комсомолу со всей страстью юности.

Хотя были, были среди них особы более прагматичные, которые рассматривали работу в комсомоле, как площадку для хорошего старта своей карьеры. Те, кого принято называть комсомольскими, а позднее и партийными функционерами. И если такие девушки и отдавались кому-то, то только вышестоящему комсомольскому начальству, с целью успешного продвижения по карьерной лестнице.

С некоторым огорчением надо признать, что Вероника относилась именно к таким прагматикам.

С карьерой, кстати, у Вероники, благодаря связи с Первым секретарём райкома ВЛКСМ, товарищем Вячеславом Медынцевым, дела шли неплохо. Но путь по карьерной лестнице был тернистым и долгим, что Веронику не устраивало. Тем более что денег эта, хотя и престижная работа, приносила мало.

Вероника, конечно, старалась как могла. Новые знакомства Пети со спекулянтами позволили ей наладить довольно прибыльную торговлю импортными товарами среди молодёжи, через комсомольские первичные ячейки предприятий, да и в самом райкоме тоже. Но дело это стрёмное, и её предпринимательскую активность сдерживало отсутствие необходимых оборотных средств. А если брать товар на реализацию, то навар получался значительно меньше.

Тем более что после Нового Года заниматься этой торговлей ей стало значительно сложнее. И причина была вроде как бы положительная. Веронику повысили в должности, что вызвало бурю возмущения и сплетен в тесном молодёжном коллективе.

Причина повышения крылась не столько в производственных успехах Вероники, сколько в той самой неприличной связи с бывшим Первым секретарём райкома ВЛКСМ, товарищем Вячеславом Медынцевым.

Почему бывшим? Не так давно, под активным давлением своей бывшей любовницы, которая ему прожужжала все уши о необходимости дальнейшего карьерного роста и благоприятных возможностях, которые возникли в стране с объявлением нового курса на перестройку, Вячеслав ввязался в некую авантюру. Воспользовавшись связями тестя, он добился, чтобы его включили в рабочую группу ЦК ВЛКСМ, занимавшуюся подготовкой предложений по НТТМ, и назначили руководителем специальной рабочей группы, созданной в Желтогорском Горкоме ВЛКСМ.

Тема оказалась настолько злободневной и козырной, что партийное руководство области, разумеется, при поддержке всё того же тестя, решило активно развивать данное направление, и карьера Вячеслава резко пошла в гору. Его назначили Вторым секретарём.

Ни хрена себе карьерный рост, скажете вы. Был Первым секретарём, стал Вторым. Ах, да прошу пардону, сразу не сказал. Второй то он второй, но только Второй секретарь уже Горкома ВЛКСМ, а это уже номенклатурная должность высокого уровня.

Кстати, насчёт бывшей любовницы, тоже не оговорка. Жена у Вячеслава была дюже ревнивая, а рисковать он не любил. А связь с коллегой по работе была чревата тем, что в комсомольской среде сплетни и наушничество процветали. И риск спалиться перед супругой, был неоправданно высоким.

Вероника это понимала не хуже своего высокопоставленного любовника и потому подсуетилась. В работе по НТТМ Вячеслав во многом опирался на помощь Вероники, и это сотрудничество активно продолжалось и развивалась. При этом Вероника не уставала расписывать перед комсомольским вожаком перспективы материального обогащения, заметим вполне законного в условиях наступающего нового НЭПа. Ну или почти законного. Нечего к мелочам придираться.

И так как Вячеслав с каждым днём всё более благосклонно относился к идее улучшения своего материального положения, а деньги и красивую жизнь он любил, то Вероника как бы невзначай познакомила его с нужными людьми. То есть с Петей и Арнольдом. И теперь Вячеслав, не слишком часто, чтобы не возбуждать нездоровые подозрения у жены, захаживал в ресторан, где имел обыкновение заседать Арнольд с компанией.

Ну а дальнейшее, было дело техники. Да и при склонности Вячеслава приударять за представительницами женского пола, подобное развитие событий было фактически неизбежным. По просьбе Пети Даша очень тонко подвела к Вячеславу девочек, которые работали в ресторане под их чутким с Мариной руководством.

Схема необременительных связей с новыми куртизанками отечественного розлива настолько пришлась Вячеславу по душе, что он быстро стал постоянным клиентом. А что? Весьма удобно. Девочки – высший класс, проверенные. Всё по-деловому, деньги – товар. И шансы, что информация дойдёт до жены, значительно ниже, чем при постоянной любовнице. Жена Вячеслава вращалась совсем в других кругах, и пересечься с теми, кто мог заложить неверного мужа, вряд ли где могла.

Так что любовная связь между Вероникой и её бывшим боссом завершилась плавно и бесконфликтно. А вот деловые отношения остались. Причём Вячеслав вёл себя довольно порядочно и продолжал оказывать покровительство своей бывшей любовнице. Да и помощь её в делах была ему жизненно необходима, он уже успел оценить деловые качества Вероники и понимал, что она ценный работник.

Так вот и получилось, что благодаря покровительству Вячеслава, Вероника после Нового Года получила должность Заместителя заведующего Отделом райкома ВЛКСМ.

Здорово. Да не очень. Потому как свято место пусто не бывает. И на место Вячеслава пришёл новый начальник. Точнее, не совсем новый. Третьего секретаря райкома ВЛКСМ сделали первым. То есть свой человек. Но это, кому как. Бывают такие свои, которые хуже чужих.

Емельян Кукушкин был ещё той сволочью. Своего прежнего начальника он ненавидел искренней, ничем не замутнённой ненавистью. По этой причине он и Веронику невзлюбил, так как был в курсе её отношений с Вячеславом. Усугубляло положение то, что, став начальником, он попытался подкатить к Веронике, но получил от ворот поворот и ещё сильнее озлобился.

Всё это не могло не сказаться на служебных взаимоотношениях. Помешать назначению Вероники на новую должность он не успел, но уж теперь отрывался по полной программе.

Отдел пропаганды и культурно-массовой работы был ещё той помойкой, считался местом малоперспективным, и начальники тут долго не задерживались. Вот и сейчас место начальника было вакантным, а отдуваться за всё приходилось Веронике.

“Сучара, этот Емельян, – думала Вероника, тупо пялясь в бумаги на рабочем столе. – Чёрт, нахваталась от Пети”, – одёрнула она себя.

А с другой стороны, как ещё называть человека, который по жизни полное гавно, злобное и завистливое.

Вся проблема была в том, что недавно в Горкоме партии собирали всех Секретарей райкомов ВЛКСМ и вставили им здоровенный фитиль. За провал работы с молодёжными движениями.

В стране задул ветер демократии, и менты перестали хватать и прессовать всех подряд, кто не соответствовал лубочному образу строителя коммунизма. Первой сориентировалась молодёжь, и на всеобщее обозрение полезли всякие неформальные молодёжные движения. Дело запахло керосином.

А дальше всё как у Бидструпа, собаке дали пинка, а та пошла кусать всех, кого ни попадя. Вернувшись после партийной головомойке, где ему прописали ведро скипидара с патефонными иголками, сопровождаемый напутственным пинком начальства, Кукушкин ворвался в кабинет Вероники и долго на неё орал. И вот ведь какое паскудство, Отдел пропаганды и культурно-массовой работы отлично подходил на место крайнего во всей этой разборке.

В конце этого эмоционального монолога, начальство дало указание всё исправить, наладить работу, представить планы и первые результаты. И теперь Вероника сидела и в раздражении скрипела зубами, представляя, с каким бы удовольствием она врезала товарищу начальнику по яйцам острым носком лакированной туфельки.

Надо было как-то выкручиваться, и Вероника с головой погрузилась в работу. Собственно говоря, всякие довольно безобидные движения типа рокеров, недавно появившихся Эмо и Готов, а также последователей хиппи, власти мало тревожили. Они не являлись массовыми и вели себя относительно смирно и были довольно безобидными.

Главное недовольство властей вызывали скинхеды и качки. Скинхеды пока были ещё недостаточно организованы и не слишком идейными, просто культ грубой силы, и их частенько можно было перепутать с качками.

А вот культуристы, качки, фанаты Арнольда Шварценеггера были многочисленны, организованы, и благодаря хорошему физическому развитию большинство из них было лидерами и авторитетами для уличной молодёжи.

Киношный образ героев Конана и Терминатора будоражил умы молодых парней. Люберецкие качки уже гремели на всю страну. С началом перестройки парни из качалок вырвались на улицы городов, группировались в команды, которые устанавливали в молодёжной среде свою власть и постепенно втягивались в криминальную деятельность.

И потому партийные и комсомольские бонзы считали, что с ними надо разобраться в первую очередь. Такая была руководящая установка.

Только вот ведь какая незадача. Комсомольские функционеры откровенно ссали связываться с грубыми и агрессивными качками. Почитатели грубой физической силы ненавидели ментов и комсомольских функционеров.

Но если с ментами они были вынуждены вести себя относительно сдержанно и не нарываться лишний раз, то рискнувших сунуться к ним с нравоучениями комсомольских агитаторов, могли отоварить по полной программе.

Рисковать зубами и сломанными рёбрами, желающих не было. Комсомольские работники всячески избегали общения с любителями культуризма. Потому что просто боялись.

А вот Виктория не боялась этих парней. Она, как бывшая высококлассная спортсменка, много лет вращалась в этих кругах и имела опыт общения с крутыми парнями, которые занимались борьбой, боксом, штангой. Спортсмены часто крутились вокруг симпатичных гимнасток, тем более что они постоянно пересекались в одних и тех же спорткомплексах и на стадионах.

Поэтому Вероника знала, как себя с ними вести. А ещё она рассчитывала на помощь Пети, который имел в этих кругах большой авторитет.

Тем более что перевоспитывать парней из качалок она не собиралась. Ей нужно было организовать видимость успешной работы и показать начальству товар лицом. Чем она и занялась.

* * *

Вероника была девушкой напористой и предприимчивой. Из любой ситуации она стремилась извлечь пользу, даже если казалось, что дело совершенно тухлое.

Вот и в это раз она прикинула, что для решения поставленной задачи нужны масштабность и здоровая показуха.

Общественное молодёжное движение, вот что нужно. Инициатива пойдёт как бы снизу, на уровне района, но нужно сразу масштабировать этот опыт на городской уровень. Привлечь к этому делу Вячеслава от горкома комсомола. Проблема тухлая, и никто за неё браться не хочет, поэтому мешать им никто не будет. И если дело пойдёт, то и она и Вячеслав смогут засветиться перед лицом ответственных товарищей из райкома и горкома КПСС.

Название придумалось как-то само собой. Громкое и бессмысленное. Но главное, что яркое и привлекательное – “Сила – источник радости”.

Разумеется, без Пети, с его связями и авторитетом в кругах парней, уважающих силу, дело не выгорит. Вероника приготовилась к долгой и упорной схватке с сердечным другом и была готова даже прикинуться бедной овечкой и пустить слезу, чтобы заставить его ей помогать. Но, к её удивлению, Пётр согласился почти сразу.

Всё дело было в том, что Аркаша сразу смекнул, что общественное молодёжное движение под крышей комсомольских и партийных органов, это отличный ресурс для вербовки крепких парней в Петину команду братков.

Сладкая парочка взялась за дело с невиданным энтузиазмом.

Вероника насела на Вячеслава. Тот сначала сомневался, но потом поддался напору бывшей любовницы, соблазнившись красочными описаниями возможных достижений и возможностей отличиться перед руководством.

Петя поднял все свои спортивные связи и даже нашёл человека на место Председателя нового общественного движения. И надо сказать, что предложенная им кандидатура, была действительно хороша.

Петин бывший тренер, Фёдор Васильевич Ломовцев, был фигурой широко известной в кругу поклонников силовых видов спорта. Мастер спорта международного класса по дзюдо, многократный призёр первенств Мира и Европы, Заслуженный тренер СССР. Для пацанов он был образцом для подражания. А спортивные регалии делали его фигуру привлекательной для комсомольских и партийных деятелей, у них не должно было возникать сомнений, что такому человеку можно доверить возглавить движение по работе с молодёжью.

Была только одна загвоздка. Которая заключалась в том, что Фёдору Васильевичу эта фигня была на хрен не нужна. Но Петя стал уже совершенно другим человеком и знал, как подступится к своему наставнику с нужной стороны.

Спортивные успехи и поездки по заграницам у Фёдора Васильевича остались в прошлом. А во времена успешной спортивной карьеры привык он жить если и не на широкую ногу, то в достатке. И теперь зарплата тренера никак не могла удовлетворить его немалые запросы.

Должность Председателя была общественной и, кроме ненужного геморроя, ничего Фёдору Васильевичу не сулила. Но Петя подошёл к делу творчески и пообещал Ломовцеву, что тот будет получать неофициальную зарплату. Для начала пятьсот рублей в месяц, а если дела пойдут нормально, то вскоре планка поднимется до тысячи в месяц.

Против такой морковки тренер не устоял. Тем более что Петя обещал, что тому и делать особо ничего не придётся, обычный свадебный генерал. Всю работу за него будет вести сам Петя и Вероника.

Петя понимал, что платить придётся из общака его команды, но рассчитывал со временем с лихвой компенсировать эти расходы. А прикрытие для его бандитов и недалеко ушедших от них спортсменов, было нужно позарез.

За пару недель Петру с Вероникой удалось сделать очень много. Наступала весна, на носу был уже Международный женский день, который в СССР праздновался с размахом, и даже приправа в виде значительной дозы пропаганды насчёт равноправия женщин и восхваления Клары Цеткин, кашу не портили. Любили в стране этот праздник.

Вот буквально накануне праздника и решили отстреляться, назначив проведение организационного собрания по созданию нового общественного движения.

Для проведения собрания райком комсомола выбил зал в кинотеатре Ударник, на улице Горького. Время назначили в десять часов утра, для чего пришлось отменить утренние киносеансы, на которые всё равно народ толпами не валил.

Емельян Кукушкин подкатил к зданию кинотеатра на служебной чёрной волге. Машина была старой и еле ползала, но всё же выглядела солидно. Первый секретарь райкома ВЛКСМ вроде и небольшая шишка, но не пешком же ему ходить или, не дай бог, в общественном транспорте передвигаться.

Машина заехала со стороны площади, на которую выходила тыльная часть здания, и остановилась у служебного входа. Емельян вылез из машины и двинулся к дверям. И чем ближе подходил комсомольский вожак к этим самым дверям, тем медленнее и неувереннее становились его шаги.

Причина была в том, что у дверей стояла кучка здоровенных парней, по мнению комсомольского функционера, откровенно бандитской наружности. Парни курили, плевали на асфальт и смотрели на приближающегося интеллигента злобными, оценивающими взглядами.

Емельян занервничал, а если сказать откровенно, то зассал. Парень он был не шибко отважный и подобно герою эпохальной книги Ильфа и Петрова, почувствовал, что сейчас его будут бить, возможно, даже ногами.

Но, к его счастью, этого не произошло. С пассажирского места рядом с водителем с противоположной стороны из машины выпорхнула Вероника и решительным шагом направилась к толпе так напугавших комсомольского вожака отморозков.

Окинув толпу парней взглядом разъярённой тигрицы, Вероника рявкнула:

– Какого чёрта вы тут столпились, да ещё курите. Ну-ка быстро, бросили дымить и давайте в зал.

К удивлению Емельяна, брутальные парни не послали по известному адресу обнаглевшую дамочку, а начали торопливо бросать бычки в урну и приняли вид скорее виноватый, чем угрожающий.

А самый здоровенный из них, извиняющимся тоном произнёс:

– Да ладно, Ника. Чего ты кипятишься. В зале душно, пацаны вышли воздухом подышать.

– Рафик! Не зли меня! Давайте в зал. Быстро!

Здоровяк, а это был не кто иной, как корефан Петра, Рафик, зычно гаркнул:

– Так, пацаны. Хорош дымить. Раньше начнём, раньше освободимся.

И казавшиеся Емельяну столь грозными бугаи, дисциплинированно двинулись внутрь здания кинотеатра.

После непродолжительной организационной суеты торжественное мероприятие началось.

На сцене за столом президиума расположилось комсомольское начальство, Ломовцев и примкнувший к ним Пётр. Позади стола, над головами членов президиума был развёрнут транспарант с известным латинским изречением: “В здоровом теле – здоровый дух”.

Ещё за столом расположился плюгавый лысеющий мужичонка, который плотоядным взглядом шарил по залу, подолгу задерживая его на присутствующих в зале немногочисленных представительницах прекрасного пола из числа спортсменок, увлекающихся атлетической гимнастикой. Несмотря на солидные габариты и мышцы, некоторые из девчонок были весьма симпатичными.

Ещё рядом с Фёдором Васильевичем сидел его товарищ, тоже тренер, штангист, Иван Жмакин. Немного менее титулованный спортсмен, чем сам Ломовцев. Но Жмакин много лет увлекался культуризмом, несмотря на то, что с середины семидесятых официально этот вид спорта был в стране под запретом. Но для несведущих людей отличить силовую подготовку штангистов от культуризма было весьма сложно, чем Жмакин и пользовался.

С началом перестройки запрет отменили, и по воспоминаниям Аркаши, в следующем году должно было состояться первое Всесоюзное соревнование по бодибилдингу в Подмосковных Люберцах.

Так что Жмакин уже открыто занимался развитием культуризма в городе, и большинство парней, завсегдатаев подвальных качалок, его уважали и считали главным городским авторитетом в вопросах культуризма.

Поэтому его планировали сделать заместителем Председателя Общественного Совета Организации.

Сначала, как водится, короткую и невнятную речь толкнул хмырь из райкома КПСС. Партийный деятель понятия не имел, о чём говорил, так как предмет, о котором шла речь, был ему совершенно незнаком. Да его никто и не слушал. Главное, что распинался он не так долго.

Затем выступил Вячеслав. Говорил тоже коротко, но по делу. Ещё бы. Речь-то ему Вероника писала.

Затем выступали Фёдор Васильевич и Жмакин. Тут уже разговор пошёл конкретный и понятный. Народ в зале оживился, пошли интересные вопросы.

В целом схема вырисовывалась неплохая и взаимовыгодная.

Пацаны не превращают свои подвальные качалки в рассадники преступности, избегают криминала и не устраивают проблем на улицах города.

Партийные и комсомольские вожди отчитываются об успешном опыте организации молодёжного Общественного движения в духе сторонников социалистического здорового образа жизни и отвлечения молодёжи от уличной преступности.

Качалки, сменив статус на атлетические клубы под крышей Общественного движения, получают некую защиту от постоянных наездов милиции. Фёдор Васильевич и Жмакин помогают обучением инструкторов по культуризму, учебной литературой и периодически организовывают различные соревнования, для популяризации бодибилдинга как вида спорта.

Петин интерес был понятен. Он, как заместитель Председателя Общества, усиливал своё влияние среди крутых пацанов и получал базу для вербовки бойцов в свои бригады. И не только это. Пётр был задумчив и молчалив, потому что Аркашу осенила очередная светлая мысль, как им обогатиться.

Культуризм – это целая индустрия. И по воспоминаниям Аркаши, основная масса качков делала упор не на высокие спортивные достижения, а на быстрое наращивание мышечной массы. И добивалось этого, используя анаболики, стероиды и прочую дрянь.

Ну всякими там уколами, химичить осторожный Аркаша не собирался. А вот различные белковые смеси, протеиновые коктейли, пищевые добавки, это всё должно было пойти на ура.

Вся эта химия была импортной и весьма дорогостоящей. Среди качков было много бандосов, то есть будущей братвы, и контингент этот был весьма платёжеспособный. Так что бизнес, который наметил Аркаша, был весьма прибыльным, и ниша эта в городе была пока не занята.

Короче, кто о чём, а вшивый о бане.

Как ни крути, а создание нового Общественного молодёжного движения выглядело как дело, полезное и перспективное для всех его участников.

Глава 4. Всё те же, всё там же

В шумном зале ресторана, встретились два павиана. И изрядно надрались. Человек не обезьяна, но, когда бывает пьяным. Все мартышки, берегись.

Не обезьяна-то он, не обезьяна. Но когда выпьет, то отличить его от обезьяны порой бывает достаточно трудно. Видимо, именно сидя в кабаке и наблюдая за посетителями, и создал некогда свою весьма пикантную теорию Чарльз Дарвин.

Атмосфера в ресторане вызывала у Аркаши чувство лёгкого изумления и насмешки. Неумелая социалистическая пародия на западную роскошь и свободу самовыражения, из смеси разврата, вседозволенности, богатства и избранности, скорее вызывала скуку. Видимо, посетители это чувствовали, потому и торопились подстегнуть свою фантазию алкогольными парами.

Петя в этот кабак при гостинице, ходил теперь часто. Можно сказать регулярно. Но спиртным не злоупотреблял. Чего нельзя было сказать о компании золотой молодёжи из окружения Арнольда. Те отрывались по полной программе.

И причиной веселья был не только банальный алкоголь, но и косячки с травкой. Разве что ради приличия покурить выходили в туалет, чтобы терпкий сладковатый запах не витал в общем зале ресторана. Не то чтобы особо опасались, но и лишние неприятности администрации были не нужны, поэтому между завсегдатаями заведения и дирекцией существовало некое джентльменское соглашение, которого стороны старались придерживаться.

Арнольд здесь заседал каждый вечер, благо столик был за ним зарезервирован, как за постоянным клиентом. А в случае необходимости, если компания собиралась большая, по первому знаку официанты присоединяли к основному столу дополнительный столик и приносили лишние стулья.

Но это всё было потом, когда вечер был в самом разгаре. А до тех пор Арнольд использовал стол ресторана как штаб для обсуждения торговых делишек.

Поэтому Петя пришёл пораньше, когда Арнольд заседал в полном одиночестве, и даже Маринки, которая теперь везде его сопровождала, ещё не было.

Текущие дела по работе со спекулянтами Арнольд и Петя теперь не обсуждали. Там всё было налажено, и основное взаимодействие шло теперь через Витю, и через него же Арнольд передавал деньги для Пети и его команды.

Главные партнёры теперь часть времени уделяли обсуждению дел в Пирожковой. Но основной темой были дела по уже начавшему официально работать рынку выходного дня и подпольному цеху по производству коньяка.

Поэтому вначале обсудили текущие планы по этим направлениям. Не обошёл вниманием Петя и новую идею Аркаши, связанную с организацией молодёжного Общественного движения “Сила – источник радости”.

Нужны были импортные препараты: анаболические стероиды, протеиновые смеси для протеиновых коктейлей, гейнеры. Как раз тема для ходящих под Арнольдом фарцовщиков. Того это заинтересовало, но тема была незнакомая. Арнольд обещал заняться этим вопросом через свои Московские связи.

А затем Петя плавно перешёл к вопросу гостиниц.

Было видно, что тема Арнольда напрягает. Мало того что вопрос был не его уровня, так ещё и личного интереса он в этом не видел.

– Пётр. Что ты от меня хочешь? И зачем мне эти проблемы? – наконец напрямую высказался Арнольд.

– Для начала нужно пробить, кто курирует и прикрывает директоров этих гостиниц в Гостиничном Тресте и Горисполкоме. А конечная цель, организовать замену этих директоров на других людей. Я понимаю, что у самого тебя возможности в этом плане ограничены, поэтому рассчитываем на помощь твоего отца.

– Ну, допустим, выяснить расклад можно. Но ты же понимаешь, что эти люди не просто так на эти должности попали, и убрать их оттуда будет очень сложно. Ты вообще понимаешь, куда ты лезешь? С чего вдруг такой интерес. Пётр, это не твой и не мой уровень.

– Так я и не говорил, что для себя. Обратились очень серьёзные люди. Убрать директоров гостиниц они могут и без нашей помощи. Но не хотят привлекать лишнего внимания. Поэтому им нужна поддержка в Гостиничном Тресте и Горисполкоме. И за эту поддержку они готовы хорошо платить.

Для начала надо поставить директорами своих людей. А на перспективу. Ты же видишь, что творится с этим новым экономическим курсом. Предполагается, что часть предприятий будет приватизироваться. И в первую очередь это предприятия сферы быта, торговли и прочие не системообразующие предприятия. Если всё выгорит, будущие хозяева готовы предложить твоему бате долю в этих гостиницах.

– Не знаю, Петя. Мутно как-то это всё. Что за люди непонятно. Ты ведь не говоришь, кто это такие. И вообще непонятно, откуда ты с ними знаком.

– Если договоримся, познакомлю. Мы вопрос по-любому закроем. С тобой или без тебя. Но с твоим батей порешать всё будет легче, да и у нас с тобой общие дела. Мы там наверняка найдём чем поживиться.

– Ладно. Я поговорю с отцом. Но ничего пока обещать не могу, – с сомнением произнёс Арнольд, сдаваясь под Петиным напором.

– Только не тяни. Люди долго ждать не будут.

На этом деловые разговоры пришлось прервать. Так как сначала явилась Маринка с подругой, а затем начали подходить другие молодые люди из постоянной компании Арнольда.

Петя пока остался сидеть за столом, в ожидании, пока придёт Даша со своим кавалером. Теперь предстояло обсудить всю добытую информацию по гостиницам с Александром и согласовать дальнейшие действия.

Молодёжь из компании Арнольда, Петю уже хорошо знала, но относились к нему по-разному. Почти все парни без исключения, его опасались и избегали общения. Некоторые девицы вели себя высокомерно, старясь продемонстрировать ему, что он человек не их круга. Хотя одевался Петя теперь прилично, и деньги у него водились. Но таких заносчивых девиц было немного.

Девчонки все были в основном достаточно молодые, а Петя был парнем симпатичным, спортивным, и девушки велись на его мужественный вид. Тем более что он выглядел старше своих лет. И многие были не прочь закрутить с ним интрижку.

Но Пётр не рвался вступать с ними в отношения. Ему вполне хватало пока красивой, спортивной и умелой в сексе Вероники. С ней он чувствовал себя как-то гораздо более комфортно.

Музыканты на сцене пока ещё только разогревались, выпито было мало, и народ немного заскучал. Но тут появился уже основательно поддатый, лучший стихоплёт всех времён и народов, похабник Мишаня, и народ за столом оживился. Девчонки хихикали в ожидании очередной порции пошлятины от непризнанного гения.

И Мишаня не подвёл. Перлы красноречия из него так и пёрли. Обведя народ покрасневшими глазами, поэт-самоучка выдал очередной шедевр:

© Первый секс, он робкий и несмелый,

Даже если в жопу трахнут вас.

Лучше уж быть девушкой умелой,

Чем понять, что ты, блин, пидарас.

Народ за столом притих, но аплодисментов и восторженных восклицаний не последовало. Тогда народный любимец встряхнулся и выдал на-гора, по его мнению, более близкий для дам стих.

© Для девушек главное – это минет,

Уменье нужно и сноровка.

А нету минета, и денюжек нет,

Ведь мышцам интимным нужна тренировка.

И он опять застыл в ожидании похвалы со стороны представительниц слабого пола. Но девушки почему-то его старания не оценили, и в их взглядах вместо восторга появился пугающий холодок.

– Миша, ты в туалет прогуляться не хочешь? – брезгливо поинтересовалась Марина.

Миша кинул торопливый взгляд вниз, убедился, что ширинка на брюках застёгнута, и обидчиво возразил:

– Я не хочу, пока. Я уже писал.

– Да я не про это. Тебе надо рот прополоскать после словесного поноса, – фыркнула Марина. Опять из тебя это дерьмо попёрло. Лучше что-нибудь хорошее почитай. Мы ведь знаем, у тебя есть. Слушай, а ты тексты для песен пишешь?

– Пишу, – пьяно икнув, подтвердил Миша.

– Ну почитай, что-нибудь лирическое, душевное.

Миша долго собирался с мыслями, морща лоб. Затем лицо его просветлело, и он начал декламировать, причём голос его совершенно изменился, в нём появились оттенки грусти и сожаления.

Желтоглазая осень

© Жёлтое с зелёным покрывало, опустилось осени на плечи,

Ветер своим лёгким опахалом, остудил и так холодный вечер.

Скоро будут стужи веселиться, вдоль дороги снежные заносы,

Скоро будут лужи серебриться, я обрежу свадебные косы.

Жёлтый, цвет измены и печали, а зелёный, счастья и надежды,

Птицы в небе жалобно кричали, и с деревьев падали одежды.

Свет мой, я люблю тебя бродяга, что ж ты глупый, слёзы льёшь по косам,

Может быть, сама я в землю лягу, как трава в холодных слёзах-росах.

Раз не ты, пусть будет свадьба, будет, я надену саван подвенечный,

Больше ничего уже не будет, я ждала тебя почти что вечность.

Я сольюсь с опавшею листвою, став ещё одним листочком малым,

И меня от бед укроет осень, жёлтым и зелёным покрывалом.

Девчонки за столом притихли. Каждая думала о своём. У некоторых на глазах блестели слёзы.

Видя такое дело, Арнольд подозвал официанта, что-то ему сказал и тот притащил бутылку шампанского в серебряном ведёрке со льдом. Быстренько разлил пенный напиток по фужерам, и Арнольд, постучав ножом по хрустальной вазе с фруктами, чтобы привлечь внимание, провозгласил:

– Стихи про любовь. Душевные. Вот за это и предлагаю тост. За любовь!

И все дружно подняли бокалы. Даже Петя пригубил, чтобы не отрываться от коллектива.

Наконец, Петя дождался, когда пришла Даша со своим кавалером. Столик, за которым они расположились, стоял не очень удобно с точки зрения посетителей, где-то в углу и далеко от сцены с музыкантами. Зато достаточно уединённо, и можно было спокойно поговорить.

Петя, не прощаясь, чтобы не привлекать внимания, покинул компанию Арнольда и переместился за стол к Александру.

Петя подробно рассказал всё, что ему удалось выяснить. Чем дольше он говорил, тем больше мрачнела Даша. Когда он закончил, вид у девушки был расстроенный. Даша вообще была девушкой эмоциональной, хотя, когда нужно, умела себя контролировать.

Александр же выслушал всё спокойно, и внешне никак нельзя было понять, как он воспринял услышанное.

– Даш, не напрягайся. Никто не обещал, что будет легко, – улыбнулся он. – Ничего сверхординарного. Сложно, но решаемо. Тем более что, по словам психов, приватизация эта не завтра начнётся. Успеем подготовиться.

– А сейчас что делать? Просто сидеть и ждать, пока другие всё захапают? – возмутилась Даша.

– Ну зачем. Кое-что Пётр узнал. Теперь ещё я пробью по своим каналам, – спокойно возразил Александр. – На самом деле всё не так плохо, как кажется.

– Не знаю, – пожал плечами Петя. – Я со своими пацанами явно это дело не потяну. За Словакией ваши коллеги присматривают. Как я туда сунусь. Да и менты там из другого райотдела. Николай нам там мало чем помочь может.

– Ты правильно сказал. Мои коллеги. А я в Управлении человек не из последних. Примерно знаю, кто это направление курирует. С ними я договорюсь. Они нам даже помогут. С ментами вопрос тоже решаемый. Понятно, что твой участковый не та фигура, которая имеет вес в такой игре. Но в ГУВД у меня тоже завязки хорошие. Я тебя сведу с нужными людьми. И твоего Николая тоже начнём продвигать, чтобы расширить его возможности.

Поэтому в Словакию и Спортивную понятно, как заходить. Начнём потихоньку, а тем временем твой Арнольд через папашу выяснит все расклады с Гостиничным Трестом и Горисполкомом.

Что касается Волны, и окопавшихся там казахов. То тут ситуация несколько сложнее. То, что твой зек про “тропу” говорил, это наверняка означает, через гостиницу идёт транзит наркотиков или оружия. А скорее всего, и того и другого сразу. Наведу справки. Но, похоже, что сначала там придётся устроить основательную чистку.

– А что, по Спортивной? – поинтересовался Петя. – Там не только с ментами вопросы. Раз в ней подпольное казино, то там наверняка серьёзные бандиты, а не уличная шпана. У меня парни, конечно, крутые, но против стволов они ничего сделать не смогут.

– Даш. Ты бы пошла пообщалась с подругой. У нас тут разговор деликатный, – попросил Александр.

– Секреты у них, понимаешь, – рассерженно фыркнула Даша. Но спорить не стала и отправилась поболтать с Маринкой.

Александр незаметно огляделся, не может ли их кто-то подслушать. Но в зале было шумно, и компании за соседними столиками не обращали на них никакого внимания.

– Я и не рассчитывал, что твои пацаны смогут все вопросы решать. Хотя со временем надо будет подумать, чтобы у тебя была небольшая команда для деликатных разборок. А пока есть другой вариант. Сведу тебя с одним серьёзным человеком. Сослуживец моего старшего брата.

Учти, что всё это закрытая информация. Поэтому про эти контакты, никому. Даже с Дашей об этом молчок.

Валерий Александрович Сипаев, майор в отставке. Служил в спецназе Конторы. Про ограниченный контингент советских войск в Афганистане слышал что-нибудь?

Петя ничего по этой теме толком не знал. А вот Аркаша был весьма наслышан и об Афганской войне, и о ветеранах этой войны, и о роли бывших афганцах, которую те сыграли в криминальной революции 90-х. Люди с оружием, привыкшие убивать, оказались грозной силой, против которой пасовали и матёрые зеки и братва. Нож или кулак оказались плохой защитой против пули или выстрела из гранатомёта. А от профессиональных снайперов не могла защитить никакая охрана.

Но рассказывать Александру об источнике своих знаний Петя не собирался, поэтому высказался неопределённо:

– Кое-что слышал.

После чего майор продолжил разговор.

– В общем, этот наш товарищ два года за рекой воевал, был командиром разведгруппы спецназа. Командир он был хороший, потерь среди бойцов под его командованием было мало.

Сгубила случайность, попали под миномётный обстрел. Тут уж никакое мастерство не поможет. Получил тяжёлое ранение, лишился ноги. Теперь ходит на говённом протезе, на дорогой импортный государство не раскошелилось, а у самого у него с деньгами негусто.

Со службы уволили, пенсия небольшая. Не он один такой. В этой необъявленной войне многие получили ранения и контузии. Человек он одинокий, жена с ребёнком была, да сплыла, как со службы попёрли. Другой бы спился. Но майор кремень, не смог Зелёный Змий его одолеть.

Но тут другая история. Круг общения у него сложился из бывших афганцев и других ветеранов. Мы ведь не только в Афгане за мир боролись. Мужики все ещё не старые, организм много чего требует, а денег нет.

Потихоньку втянулись в криминал и засветились. Пришлось отмазывать майора и его братишек. Было сложно, но возможности у нас имеются. Только жизнь-то продолжается, а у ребят ни денег, ни перспектив.

Судя по тому, что творится в стране, вся эта коммерция, бандиты изо всех щелей полезли, сплошные разборки кругом. Скоро от ножей, кастетов и обрезов перейдут к боевому оружию. И майор с его знакомыми очень даже в эту схему вписывается.

Так что будем постепенно подключать их к нашим делам. Без нормального силового прикрытия с огнестрелом, нам всё равно не обойтись. Нужно только понять, как их вписать в наши схемы и обеспечить финансирование. Кое-какие намётки у меня есть, но ты тоже подумай, откуда деньги брать. Тем более бабки нужны будут и на стволы. Кое-какое оружие у мужиков есть, но для серьёзных дел его недостаточно.

Петя не особо удивился предложению Александра. Аркаша уже довольно давно ввёл его в курс дел относительно роли афганцев и прочих вояк и спецов в будущих криминальных разборках. Так что схему задействования бойцов неизвестного пока ему майора, он представлял. Но Александр был прав насчёт финансирования. Нужны были деньги на содержание боевиков, и немалые. А вот где их взять, было пока не совсем ясно.

Тут за стол вернулась Даша, и разговор пришлось прекратить. Но в целом было понятно, как действовать дальше. Петя посидел ещё пару минут и, попрощавшись, покинул ресторан.

Глава 5. Наследники Железного Феликса

В народе почему-то сложилось мнение, что все менты тупые, недалёкие и жадные дебилы. Может, это так, а, может, и не так. Но скорее это маскировка, работа у них такая.

И уж совсем несправедливо распространять такой взгляд на чекистов. Работники спецслужб всегда были элитой силовых структур. Туда отбирали лучших из лучших. И это касается не только силы и умения драться. Как правило, кадровые чекисты имеют прекрасное образование, умны и сообразительны. И кроме того, большинство из них неплохие артисты.

Майор Александр Савельев сполна обладал всеми этими положительными качествами. Он только прикидывался белым и пушистым, а на самом деле был ещё тем волчарой.

То, что он вырос в семье потомственных чекистов, не могло не наложить отпечаток на личность Александра. Он с детских лет варился в этой кухне. Вместо сказок и мультфильмов, предпочитал истории, которые рассказывал отец, и навострив уши, слушал беседы отца со старшим братом, когда они дома обсуждали служебные дела.

Зная из первых рук, как обстоят в государстве дела в политике, и истинное лицо коммунистических лидеров и чиновников, он не был фанатом социалистического строя и критически воспринимал господствующую в стране идеологию.

Александр рано начал понимать, что в нашей стране всё решают связи и деньги. Его семья располагала и тем и другим. Александр пошёл по стопам отца и старшего брата и успешно продвигался по службе.

До сих пор связи были важнее денег. Но с началом перестройки ситуация начала меняться. Деньги приобретали всё большую власть. А анализируя бредни психов-попаданцев, майор начинал понимать, что в связке связи-деньги, вскоре большую роль будут играть именно деньги. Точнее, не так – ДЕНЬГИ! Судя по всему, ход истории в мелочах несколько отличался от воспоминаний психов, возникали некие отклонения, но не критические. В целом события развивались по одному общему сценарию.

В стране начинались революционные преобразования, намечался большой передел власти и имущества. Зевать было нельзя, чтобы не отстать от локомотива истории на всеми забытом полустанке прошлого. Предупреждён – значит, вооружён. А информация, полученная от попаданцев, давала майору большие преимущества.

Кстати, Александр довольно быстро понял, что Дашин двоюродный брат – Пётр, из числа этих самых попаданцев. Хотя и несколько нестандартный. Если большинство психов являлись в занимаемом теле доминирующей личностью, и воспринимали окружающую незнакомую действительность несколько растеряно, то с Петей всё было по-другому. Майор предполагал, что Пётр, будучи сильной личностью, сумел подавить своё второе Альтер эго и пользуясь знаниями попаданца, оставался самим собой.

Несмотря на свои связи и влияние своих родственников, Александр понимал, что в предстоящем переделе собственности замахиваться на большой кусок не стоит. По крайней мере, пока. Присебякать нефтеперерабатывающий или металлургический завод или океанский лайнер ему явно не светило.

Так что вариант с гостиницами, предложенный Дашей, был для начала самое то. Терять время попусту он не привык и, проанализировав информацию, собранную Петром, решил начать с общения с коллегами. Как говорится, чекист чекисту глаз не выклюет. Тем более что начальник Отдела, в введение которого входило кураторство над объектами, где бывали иностранцы, был ему хорошо знаком.

Подполковник Тарас Синегубов был в некотором роде приятелем его старшего брата Олега, и до того, как тот перевёлся в Москву, в центральный аппарат Комитета, частенько отдыхал с ним в одной компании.

Несмотря на дружеские взаимоотношения, раньше разговор на подобные темы с коллегами было сложно себе представить. Но перестройка и новые экономические взаимоотношения уже проникали во все сферы жизни, и даже в такой консервативной организации как Комитет, чувствовались новые веяния.

Поэтому, когда Александр завёл разговор о гостинице Словакия, Олег воспринял интерес коллеги с пониманием. По работе точка была не очень перспективной. Иностранцы в гостинице в своём большинстве останавливались из стран соцлагеря или, если даже из капстран, то в основном инженеры и техники по наладке оборудования. Шпионами там и не пахло, и никакого профита по службе подполковник с этого не имел.

Денег с валютных проституток чекисты не брали, хотя поручиться за это подполковник не мог. Возможно, что рядовые сотрудники, непосредственно общавшиеся с сутенёрами и девицами, что-то там и имели. Но, скорее всего, дело ограничивалось импортными сигаретами, выпивкой и шмотками. Ну, может, иногда случался дружеский перепихон под настроение.

А здесь Александр предлагал конкретные деньги за содействие. Причём не в ущерб работе. Какая подполковнику была разница, кто будет крышевать проституток в гостинице.

Так что о сотрудничестве договорились довольно легко. Более того, Олег обещал урегулировать вопросы с местными ментами, чтобы те не вмешивались. Тем более что Александр обещал, что ментов тоже не обидят, будут те иметь свой кусок.

По мнению Александра, в гостинице сложилась интересная ситуация. Менты денег с девиц, похоже, почти не имели, так как сутенёры прикрывались якобы сотрудничеством с чекистами. А подчинённым подполковника вешали на уши лапшу, что платят ментам.

Жадность, она рано или поздно губит. И в итоге ни менты, ни чекисты не были заинтересованы в защите интересов мастеров дырочного бизнеса. Поэтому Петя со своими пацанами получал полный карт-бланш на разборки с местной шпаной. Ну а с уголовниками пусть сам разруливает ситуацию, вмешиваться в эти разборки майор пока не считал нужным.

А вот по гостинице Спортивной ни у кого из коллег интереса не наблюдалось. Из чего Александр сделал выводы, что подпольное казино крышуют только менты. Но и на это случай у майора были припасены домашние заготовки.

Отец Александра в силовых структурах города, до своего перевода на вышестоящую должность в другом регионе, был фигурой очень влиятельной. И хотя сейчас и находился далеко, но влияние своё сохранил. Да и многие его товарищи занимали в городе и области весьма солидные должности в органах МВД и прокуратуре.

Со многими из них Александр был знаком с детства и не сомневался, что сумеет договориться о поддержке в щекотливых делах. Тем более что развращающее влияние демократии разваливало силовые структуры прямо на глазах. Все, кто шагал в ногу со временем, срочно меняли свои жизненные взгляды и включались в гонку за обогащением. Ну а те, кто продолжал отстаивать замшелые принципы малость дискредитировавшего себя социализма, тех Система постепенно выдавливала, и они теряли своё влияние.

Старый приятель отца, генерал-майор Фролов Игорь Святославович, занимавший должность Первого заместителя руководителя ГУВД, был человек понимающий и стремящийся идти в ногу со временем.

Александр напросился к нему в гости на дачу, в выходные. Генерал принял его благосклонно, тем более что Александр подстраховался и попросил отца предварительно позвонить старому приятелю.

Сам генерал, разумеется, не знал, кто в органах связан с подпольным казино, но желание Александра со временем подмять под себя гостиницу, воспринял как вполне естественное, соответствующее духу времени. А потому согласился, что вопрос с казино надо решать, и обещал поддержку. Заодно договорились и по остальным гостиницам. Само собой, Александр обещал, что интересы генерала во всех этих схемах тоже будут учтены.

Договорились, что генерал поручит координацию взаимодействия своему личному помощнику, подполковнику Константину Сергеевичу Денисову. С ним в дальнейшем и надо будет держать связь и решать все текущие вопросы.

По гостинице Волна и предполагаемому трафику наркотиков, майор пока справки не наводил, проявлял осторожность. Александр понимал, что Желтогорск является, скорее всего, перевалочной базой, одним из звеньев в цепочке. Такими делами занимается международная мафия, и прикрытие у них более чем серьёзное. Разумеется, кто-то присматривает за этим делом в самом городе. Но главные покровители, наверняка сидят в Москве, и поэтому на месте ничего не решишь.

Вопрос был серьёзный. Надо было посоветоваться с отцом. Но, с другой стороны, майор и не собирался воевать с ветряными мельницами и искоренять наркоторговлю как явление. Ему нужно было просто, чтобы те, кто засел в гостинице, сменили место дислокации. Нужно было создать им такие неудобства, чтобы они сами решили перебазироваться в более спокойное место.

Не забыл Александр и о группе огневой поддержки. Наведался к майору афганцу Валерию Сипаеву. Майор был трезв, зол и матерился почём зря. Причина выяснилась довольно быстро. Опять сломался дешёвый говённый протез, и Валера встретил гостя, ковыляя на костылях.

Александр не стал ходить вокруг да около и изложил майору диспозицию. Тот воспринял предложение с пониманием. Валерий прямо сказал, что такая жизнь ему осточертела, и он уже был на грани срыва. Он вместе с другими ребятами-афганцами уже готовы были снова заняться криминалом. И от ограбления сберкасс их останавливало только то, что могут пострадать невинные люди.

Идея воевать с бандитами, понравилась ему гораздо больше. Хотя Александр прямо его предупредил, что он будет их прикрывать, но его возможности не безграничны. И если они попадутся на горячем, то не факт, что он сможет их вытащить. На что майор философски ответил, что на войне все они не раз рисковали жизнью и на чужой земле, в окружении врагов риск был не меньше. Так что он в деле.

Такие вот пирожки с котятами. Фронт работ для Пети и его бригад был определён, и тот мог приступать к наездам на выбранные объекты. Провести, так сказать, разведку боем.

А ещё у Александра возникла интересная идея насчёт Петра. Так уж получалось, что благодаря родству с Дашей, тот становился одной из ключевых фигур в планах майора. Времена предстояли суровые, и для того, чтобы выжить и не завалить дело, Петю надо было поднатаскать в вопросах выживания и обеспечить ему серьёзное прикрытие.

Драться Петя умел, а вот в вопросах обращения с оружием был полным профаном. А ещё был уязвим для наездов со стороны милиции, и постоянно его прикрывать Александру будет сложно, появятся вопросы, что у него за дела с бандитами.

Нужна была подходящая легенда, чтобы Александр мог полноценно задействовать возможности Конторы и свои связи в силовых структурах. И такая возможность имелась. А если конкретно, то майор собирался предложить Пете стать секретным сотрудником.

То, что у Конторы есть осведомители, было в народе тайной полишинеля. Доносчиков в народе не любили. Ругательное это было слово – Сексот. Но внештатными сотрудниками в КГБ были не только люди с функциями осведомителей и доносчиков на диссидентов. Были среди них и те, кого внедряли в реальные террористические организации, и иногда такие, которые работали даже за рубежом.

А здесь в качестве легенды предлагалось внедрение в нарождающуюся бандитскую среду, с целью предотвращения попыток свержения существующего государственного строя. Обоснованием служило то, что иностранные разведки понимают, что резкая криминализация общества является питательной средой для поиска людей, готовых на сотрудничество, и будут использовать эти новые возможности.

Обоснование было довольно спорным, но Александр рассчитывал, что связи отца помогут ему убедить руководство. Конечно, просто не будет. Да ещё надо было самого Петю убедить пойти на такую авантюру. Но Александр был уверен, что сможет найти аргументы, чтобы уговорить Петра.

* * *

По большому счёту Александра беспокоили не эти мелкие авантюры, которые он затеял в Желтогорске, а глобальное положение дел в стране. Перестройка шла полным ходом, менялся баланс сил в стране.

Пока большинству народа в стране в целом новый курс нравился, если не считать таких перегибов, как антиалкогольная компания. Разговоры о предстоящей приватизации бальзамом проливались в уши наивных людей. Национальная черта простого народа – стремление к халяве, делало идею о разделе государственной собственности настолько привлекательной, что никто не задумывался, чем это может обернуться впоследствии.

Но больше всего Александра беспокоило всё нараставшее негативное отношение к органам МВД и спецслужбам. Демократические преобразования почему-то были неразрывно связаны с дискредитацией этих силовых структур. И это было ещё только начало. На основании анализа информации от узников Алтынки, майор знал, что все грехи попытаются свалить именно на ментов и чекистов, и эти структуры подвергнутся почти полному разгрому. КГБ будет преобразовано и надолго утратит своё влияние.

Используя эти знания, Александр разрабатывал план, как примкнуть к новым демократическим властям и встроиться в систему. Сам он был человеком маленьким и мало что мог предпринять. Но старший брат и отец располагали куда большими возможностями. А клан Савельевых – это уже солидная сила.

Надо было только убедить родственников, что информация, полученная от попаданцев, имеет реальную ценность. Раньше брат и отец относились к их рассказам о перестройке, демократии, развале Союза и запрету компартии, весьма скептически, считая всё это бредом сумасшедших. Но сейчас, когда началась реальная перестройка и некоторые сведения начали подтверждаться, их отношение к теориям младшего в семействе начало меняться.

На днях отец Александра получил очередное звание генерал-полковника и прибыл в Москву в командировку. И, учитывая серьёзность положения, вызвал туда же и Александра на семейный совет. Семён Феликсович, наконец, понял, что времена наступают смутные и их надо встретить во всеоружии.

Клан Савельевых собирался вступить в борьбу за место под солнцем.

* * *

Заговорщики собрались на даче Олега, расположенной почти на берегу Истринского водохранилища. Хотя какие они, к чёрту, заговорщики. Они ведь не планировали свергать существующий в стране государственный строй. Оказалось, что этим и без них есть кому заняться, и корабль недостроенного социализма уверенно дрейфовал по пути Титаника, приближаясь к айсбергу демократии. Стоявший у руля генсек, по недомыслию завёл его в опасные воды, и будущие олигархи уже готовились пойти на абордаж.

Савельевы просто хотели ухватить свой кусок, и трудно их было в этом обвинять. Вся страна стояла на низком старте в предвкушении раздела общенародного имущества.

За несколько лет в Москве, Олег уже успел наладить свой быт. Квартира, дача, машина. Врос он основательно и покидать Москву не планировал.

Семейство расположилось в уютной дачной беседке и с удовольствием дегустировало замечательное красное домашнее вино, которым Олега снабжал один из сослуживцев полковника, выходец из Грузии. Вино было самое натуральное, с виноградников, которые полуофициально принадлежали большому и уважаемому семейству Левана.

Под вино, естественно, шёл шашлычок, приготовленный тут же, на мангале. Но выпивали умеренно. Разговор предстоял серьёзный.

Весна ещё не полностью вступила в свои права, и порой налетали порывы холодного ветра. Мужчины были одеты в тёплые спортивные костюмы, и ветер их мало беспокоил. Зато куда больше генерала беспокоили ветры перемен, дующие в стране.

– Саша. Насколько можно верить твоим психам? – поинтересовался он у сына.

– Как ты понимаешь, я не мог задействовать все возможности аналитических служб Конторы, чтобы не привлечь внимания. Поэтому пришлось самому обобщать полученные материалы и их анализировать. Сравнивая события последних лет с материалами от попаданцев, я выявил, что имеются некоторые расхождения между прогнозами и реальными событиями. Но отклонения эти касаются в основном частностей. Глобально всё более-менее подтверждается.

Возможно, эти неточности вызваны тем, что попаданцы сами кое-что помнят неточно. Возможно, наша реальность несколько отличается из-за воздействия эффекта этих самых попаданцев.

Возможно, никакие они не попаданцы, а их мозги в результате воздействия болезни просто пошли вразнос, работая в сверхэффективном режиме. Прогнозирование развития событий, как наука, мало изучено. Для обработки данных используются компьютеры, но сами учёные признают, что человеческий мозг, гораздо более совершенный органический компьютер, созданный самой природой. Для нас важным является то, что эти воспоминания или прогнозы, сбываются достаточно точно.

Да даже если бы и не было этих прогнозов, то вы сами видите, что творится в стране. Некие глобальные события мы и сами можем спрогнозировать, с той или иной степенью достоверности.

– Олег. Что думаешь! – обратился генерал уже к старшему сыну.

– Думаю, что Сашка прав. Страна катится в пропасть. Будет большой передел сфер влияния. Наша первая задача, не выпасть из Системы. Для этого нужно держать нос по ветру и, если будет нужно, перекраситься в демократов. На основе полученных Сашей материалов, надо определить ключевые фигуры и группы лиц, которые придут к власти и заранее завязать с ними контакты.

Ну и попутно надо встраиваться в новую экономическую модель. Зарабатывать деньги и захватывать приносящие доход предприятия, оформляя их на доверенных лиц.

Для более конкретной проработки действий нужно больше материалов и, соответственно, внимательно следить за происходящим в стране, вовремя корректируя наши планы.

Но в любом случае, действовать начинать надо прямо сейчас. Как сказал классик: “Вчера было рано, завтра будет поздно” ©.

– Вот до чего докатились, – усмехнулся генерал. – Обсуждаем, можно сказать, контрреволюционные планы, а цитируем Ленина.

Значит так. Олег, укрепляешь связи с прогрессивно настроенными товарищами и дистанцируешься от тех, кто входит в ближний круг будущих предполагаемых руководителей ГКЧП. Внимательно следишь, кто возглавит легальную оппозицию нынешнему генсеку. Судя по данным Саши, не факт, что это будет Ельцин, если наша временная линия отличается от той реальности, из которой к нам попали эти попаданцы.

Саша. Занимаешься экономикой. На примере Желтогорской области отработаем финансовые схемы и способы приобретения в собственность предприятий. С деньгами поможем, поддержку сверху обеспечим.

Ну а я займусь поиском источников финансирования и налаживания контактов с будущими предполагаемыми лидерами страны.

Всё ясно?! – сурово взглянул он на сыновей.

– Вопросов нет, товарищ Сухов! – пошутил Олег.

Но генерал шутку не воспринял и погрозил Олегу кулаком.

Наступали тяжёлые времена. Но люди, собравшиеся за столом, были подготовлены к подобным ситуациям и в отличие от многих, располагали знаниями и ресурсами, которые должны были привести их к успеху.

Как сказал классик: “КГБ бессмертно” ©. Или он имел в виду мафию? Ну да не суть важно.

Глава 6. Разводилово

Спекулянт Витя сидел за богато накрытым столиком в ресторане, в окружении трёх красивых девиц. Стол был накрыт не просто богато, а с непривычным в стране победившего социализма буржуазным шиком. В глаза бросалось, что на нём расставлены самые дорогие кушанья и напитки. Витя явно хотел повыпендриваться перед девицами.

Девочки, словно сошедшие с обложек глянцевых журналов, того стоили. Несколько портил идеальный образ низкий моральный облик красоток, но Витю это не смущало, а скорее даже, наоборот, привлекало. Анжела, Саманта и Виолетта были валютными проститутками. Всё как положено: ноги от ушей, натуральные по тем временам, упругие сиськи, так как эпоха силикона ещё не наступила, и стремление угодить богатому клиенту.

Тоже дорогой товар. Даже более дорогой, чем стоящие на столе чёрная икра и импортное пойло. Желтогорск, не Москва, а гостиница Словакия, не Националь или Интурист. Но девочки старались соответствовать. Не по внешнему виду и умениям, а в основном по ценам.

Витя гулял широко, по-купечески. Если посмотреть со стороны, то можно было подумать, что молодой человек уже был пьяный в дупель. Поэтому смотрел на мир через розовые очки, и отуманенный алкоголем мозг начисто глушил присущее молодому человеку чувство осторожности. Ему казалось, что в зале установилась дружелюбная братская атмосфера, а за соседними столиками расположились милейшие люди. Поэтому Витя уже несколько раз подзывал официанта и отправлял на соседние столики угощение в виде дорогого марочного коньяка.

Если бы кто-то из знакомых увидел в тот момент Витю, то, вероятно, удивился. Обычно Витя вёл себя куда более сдержанно. Да и подружек предпочитал в основном из числа студенток, падких на импортные шмотки, а не профессиональных проституток.

Да и место, чтобы оторваться, он выбрал довольно странное. Обычно Витя расслаблялся в ресторане Москва, где была импровизированная штаб-квартира Арнольда. Там Витя был постоянным клиентом, своим человеком. А вот ресторан в Словакии был территорией, можно сказать враждебной.

Местная банда сутенёров, кроме контроля за проститутками, занималась скупкой у немногочисленных иностранцев импортных товаров. Людей Арнольда сюда работать не пускали, и из-за этого в прошлом между двумя группами не совсем законопослушных граждан, были конфликты. Сутенёры были совсем отмороженные и щеголяли своими контактами с местными ментами и Конторой. Поэтому Арнольд, в своё время, трезво оценив расклад сил, запретил своим людям соваться в Словакию.

Тем более странно было, какого хрена Витя здесь забыл. Это было, по крайней мере, неразумно. И совсем небезопасно.

Его появление в ресторане не осталось незамеченным. Кто-то из подручных местного главаря опознал Витю и доложил боссу. И сейчас тот вместе с подручными обсуждал, как им половчее загарпунить неосторожно заплывшую в их воды золотую рыбку.

Главарь сутенёров Слава, по кличке Комар, был мальчиком уже взрослым. Тридцать лет, из которым пятерик отмотал на зоне, и потому считал себя крутым зеком. Правда, остальные блатные почему-то так не считали. Может, потому, что сел Комар по малолетке за бакланку. Из колонии для малолетних плавно перекочевал во взрослую ИТК, где был обыкновенной шестёркой. Потому в уголовной среде авторитетом он и раньше не пользовался, а уж когда подался в сутенёры, скатился в самый низ уголовной иерархии.

Гостиница, где обосновалась банда сутенёров, была престижная, в центре города. И останавливались в ней в основном люди состоятельные, гостьи из столицы, крупные торгаши и ответработники.

И если с иностранцами бандиты работали осторожно, стараясь избегать скандалов, в основном это были услуги девочек и скупка иностранных ништяков, то с простыми гражданами обычно не церемонились. Раскручивали в гостиничном ресторане с помощью девочек на солидные суммы.

Бандиты знали, что у спекулянта Вити деньги водятся. Поэтому Комар велел подручным раскручивать лоха по полной программе. Витю ожидал весёлый вечер. Правда, веселье это обещало быть весьма сомнительным.

Ближайший соратник главаря, Сенька Рябой, уже потирал руки в предвкушении того, как станет кошмарить лоха. Выглянув в зал, он подал сигнал одной из девушек, и Анжела незаметно отлучилась из-за столика, чтобы, получив дополнительные указания, вернуться через пару минут.

– Виктор, это ведь означает победитель? – восхищённо глядя на кавалера, проворковала Анжела.

– Да. Я такой. По жизни победитель! – приосанился Витя.

Девчонки захихикали.

– И сколько раз за ночь, ты можешь победить бедную девушку? – продолжала юморить Анжела.

– Никто пока не жаловался, – оскалился Витя в плотоядной улыбке.

– На слово не верим. Придётся проверить. Правда, девчонки? – обратилась Анжела к подружкам.

Те опять захихикали.

– А может, наш герой угостит бедных девушек? – поинтересовалась Анжела.

Витя непонимающе посмотрел на неё и обвёл рукой стол, мол, чего ещё ей не хватает.

– Фу. Это так пошло. Вся эта выпивка и жратва. Мы девочки продвинутые, и любим утончённые удовольствия. Такие, от которых улетаешь и витаешь в сладких грёзах.

– Ты о травке? – сообразил Витя. – Хочешь пыхнуть.

– Ты что, малолетний пацан, или нищеброд, – фыркнула Анджела. – Травка для лохов. И мелодичным голосом негромко пропела:

Перебиты, поломаны крылья,

Тяжкой думой всю душу свело.

Кокаина серебряной пылью,

Все дороги мои замело ©.

После чего уставилась на Витю с шаловливой улыбкой.

– Намёк понял, – пьяно икнул Витя. – Только я не в курсах, где можно разжиться порошком.

– Так, не вопрос. Сейчас организуем, – ласково улыбнулась Анжела и сорвалась из-за стола.

Через пару минут девушка вернулась и, заговорщицки подмигнув Вите, предложила прогуляться до туалета.

Возле туалетов отирался один из подручных Рябого, которому Анжела подмигнула, чтобы тот разворачивал посетителей ресторана, и они не мешали, пока парочка будет в дамской комнате.

Закрыв двери туалета, Анжела споро достала из сумочки небольшое зеркальце и пакетик с порошком. Сноровисто сделав на зеркальце две дорожки, Анжела привычно, в два приёма, втянула порошок в ноздри изящного носика.

Затем так же шустро сделала дорожки для Вити. Но тот не стал нюхать при ней и, сделав вид, что стесняется, зашёл в туалетную кабинку и прикрыл за собой дверцу. Оказавшись в кабинке, Витя повёл себя странно. Сначала шумно втянул воздух одной ноздрёй, а потом второй. При этом руку с зеркальцем держал в стороне. Затем аккуратно стряхнул наркоту с зеркальца в унитаз, после чего, приспустив штаны, справил малую нужду и смыл воду.

Когда Витя вышел из кабинки, то обнаружил, что у девушки уже начался приход. Анжела, возбуждённо дыша, прижала Вию к стенке и принялась расстёгивать ширинку на его брюках. Витя особо не сопротивлялся, чтобы не выходить из роли бухого и нанюхавшего искателя удовольствий.

Анжела умело и смачно работала губами и языком, и скоро Витя бурно кончил. После этого небольшого, но приятного инцидента они привели себя в порядок и вернулись в зал, за свой столик.

Через некоторое время процесс повторился, но уже с Виолеттой. Только в этот раз одним минетом дело не ограничилось. В самый разгар процесса, убедившись в стойкости Витиного духа, а точнее, его члена, Виолетта умело развернулась к нему задом, приспустив трусики, привычно направила упругий член в свою норку, и процесс продолжился, только потрудиться теперь пришлось Вите. Но он успешно справился с новыми вызовами и не посрамил честь мужского рода.

После того как парочка вернулась за стол, прошло ещё больше часа. Время было уже позднее, посетители ресторана стали расходиться, зал почти опустел и Рябой решил, что пора.

К столику, где заседала весёлая компания, подошёл официант, предупредил, что ресторан скоро закрывается, и попросил Витю оплатить счёт.

За всё в этой жизни надо платить. Даже за удовольствия. И Витя это прекрасно знал. И готов был платить, но в разумных пределах. Однако счёт наглядно демонстрировал, что местные ребята этих пределов не знают и берегов совсем не видят. Короче, это был полный беспредел.

– Ты любезный, кажется, ошибся, лишний нолик приписал, – пьяно щурясь на счёт, пробормотал Витя.

– Никакой ошибки нет! – возразил официант. И уже с нажимом добавил. – Будете платить, или мне охрану позвать?

Витя осоловело пялился в бумажку, пытаясь осмыслить написанные в ней цифры. Получалось, что бесшабашная гулянка выливалась в тысячу рублей! Бред какой-то. Чуть ли не в десять раз больше зарплаты простого совслужащего по стране.

– Откуда такие цифры? – потрясённо поинтересовался Виктор.

– Импортное шампанское, чёрная икра, иностранный коньяк и виски из валютного бара. А ещё, вы неоднократно посылали угощение на соседние столы, в основном те же импортные напитки. – скучающим тоном пояснил официант.

– Я не буду это оплачивать. Это какой-то бред. Позовите администратора, – медленно трезвея, возмутился Виктор.

– Ах, так! – нехорошо улыбнулся официант. – Будет вам администратор.

И он подал знак, уже стоящему наготове Рябому. Тот приблизился, в сопровождении уголовного вида громилы и навис над враз оробевшим Витей. Да и сам Рябой рожу имел как из ночных кошмаров, и габаритами фигуры превосходил сопровождавшего его бандита.

– Отказываются платить, – пояснил официант

– Ну ты чего, чмо? Здоровье лишнее, зубы мешают? Давай плати, и побыстрее, пока я добрый. – с приторной фальшивой улыбкой произнёс Сеня.

– Этот счёт неправильный. Таких цен не существует. Я готов платить, но не тысячу же рублей, – возразил Виктор.

– Он ещё и нам должен, – подала голос Анжела. – Мы бесплатно у него отсасывать и трахаться с ним не подряжались.

– Во как! – изумился Сеня. – Да ты ещё и девчонок кинуть собрался. – Знаешь, что за это бывает? Самого девочкой сделаем! – в голосе его уже звучала явная угроза.

– И порошок тоже для него брали. Так что он ещё и за кокс должен, – опять вклинилась в разговор Анжела.

– Ну ты парень и попал! – удивлённо и с деланным сочувствием подал свою реплику Сеня. – Ну-ка пойдём в кабинет директора, поговорим. Чувствую, разговор у нас будет долгим.

Виктору ничего не оставалось, как встать и покорно пойти за громилами. Компания вышла из ресторанного зала в большой холл, из которого один коридоров вёл в служебную часть на этом этаже. И, о чудо! Вот оно, спасение! Прямо навстречу им в холл вышли два милицейских сержанта.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.