# Файролл. Петля судеб. Том 3

Андрей Александрович Васильев

Плохо, когда большинство окружающих тебя людей думает, что за тобой числится должок, особенно когда ты у них ничего не брал. Еще хуже, когда кое-кто из них собирается взыскать с тебя этот несуществующий долг. И совсем уж скверно, если ты готов его выплатить. Собственно, вот такая возня и началась вокруг клана "Линдс-Лохены" и их лидера Хейгена. С той только разницей, что здесь никто никому ничего выплачивать не собирается. Более того – маленькая по меркам Файролла кучка воинов и магов, связанных между собой тесными узами безумия, характерного для участников данного клана, готова, если надо, в одиночку сражаться против всего мира.

Или спалить его дотла, если до такого дело дойдет. А почему бы и нет?

## Глава первая, в которой у клана «Линдс-Лохены» начинается новая жизнь

В тот самый момент, когда я уже было собрался выложить Кролине и офицерам из своего клана если и не всю правду о том, какие отношения связывают меня с Элиной, то, по крайней мере, более-менее убедительную мешанину из достоверной и не совсем информации, народ на площади, до того неугомонно галдящий, вдруг стих, а после несколько голосов одновременно выдохнули:

– Ох, ё!

Следует отметить, что повод для такой реакции у них имелся, причем более чем убедительный. Вся штука в том, что атмосфера над коронным замком Пограничья внезапно сгустилась из-за стремительно собравшихся над ним туч, а после эта небесная механика вдобавок начала подсвечиваться молниями изнутри. Смотрелось сие крайне привлекательно, но наводило на не самые веселые мысли. Причем не меня одного, похоже, наводило.

– Если это дело рук Элины, то снимаю перед ней шляпу, – с легкой завистью произнесла Кролина, не отрывающая взгляда от предгрозовой черноты над нашими головами.

– Ты не носишь шляпу, – заметила Сайрин. – По крайней мере, я тебя в ней никогда не видела.

– Могу снять что-то другое, – отмахнулась от нее моя заместительница, – левый сапог или ремень. Шеркон, если ты сейчас произнесешь «трусы», то я тебе потом как-нибудь змею в штаны запущу. Сапфировую, из пещеры Риззон, ту, которая отбирает удачу на семьдесят семь дней по игровому времени. Ты меня знаешь, я заморочусь.

– Молчу-молчу, – моментально ответил мечник, недавно заполучивший титул кланового офицера. Как видно, он знал, что это за змея такая.

– А пещера Риззон – она где? – заинтересовалась Ариадна. – Я просто никогда…

Раскат грома, грянувший так, что полностью заглушил ее слова, оказался такой мощи, что казалось, даже замок пошатнулся, а следом за ним сверкнула и молния – яркая, изогнутая зигзагом. Она ударила в землю за стенами замка, причем, похоже, недалеко от храма Тиамат, об этом нам сообщили возмущенные вопли игроков, традиционно желающих сделать подношение богине и получить за это щепотку удачи в делах.

– Офигеть! – зашумели присутствующие, жадно следящие за грозными атмосферными явлениями. – Жесть! Но красиво!

– Прикиньте, мы все сейчас, наверное, умрем! – с восторгом сообщила всем окружающим Триксти, которая, похоже, не только в игре была не семи пядей во лбу. – Интересно, нам какое-то деяние за это выдадут?

– Почетный обладатель похоронного креста, – хмыкнув, предположила Ран. – Народ, а не пора ли нам пора? Похоже, что наша умница-разумница права, как бы абсурдно это утверждение не звучало. Смотрится такое буйство стихии, конечно, масштабно, но умирать уж очень сильно неохота. Мне вот до уровня всего ничего осталось.

Надо отметить, что подобная мысль пришла в голову не только ей. Порталы на площади открывались ежесекундно, зеваки и туристы спешно покидали замок, не желая рисковать вещами и опытом ради пусть и красивого, но все же в практическом смысле бесполезного зрелища.

– Согласен, – поддержал девушку Амидсан. – Тем более что смерть от молнии или огня наносит вещам удвоенный урон.

– Так тебя никто не держит, – резонно заметил Слав. – Хочешь валить – вали. Без обид и претензий в будущем.

– Так либо всем валить, либо никому, – возразил воин. – Мы вроде как клан. Я ничего не путаю?

– Клан, – чихнув, подтвердил Слав. – Хорошо, что понимаешь. Значит, не совсем пропащий ты человек.

– Мы тут все конченые, если по-хорошему. У нас смерть над головой повисла, а мы ей любуемся, да еще и шутки шутим, – усмехнулся я. – И нет, Кро, Элина, думаю, здесь ни при чем. Готов поспорить на одно желание, причем самое нескромное, что хрень над нашими головами имеет божественную природу. Это нам Мессмерта привет передает таким образом. Кое-кто ей уже наверняка сообщил о провале плана с захватом первокирпичика и, как следствие, о дальнейшей невозможности старта работ по постройке храма. Мессмерта дама вспыльчивая, эмоциональная, думает нечасто, анализирует происходящее еще реже, вот результат. Короче, кто желает – хватай мешки, вокзал отходит, умирать почти подано.

И снова удар молнии, уже совсем рядом с крепостными стенами. Причем вдарило так, что пару гэльтов-стражников воздушной волной снесло во двор.

– Не пора ли обратиться к администрации? – невозмутимо спокойно произнес Слав. – Войны за веру еще не начались, богам запрещено вмешиваться в игровой процесс. Да и потом ограничения какие-то будут, наверное. Иначе фигня получится, балансу конец наступит. И, как по мне, лучше это сделать до, чем после.

– Верно, – подтвердил Амадзе. – Тогда навар снимем погуще.

– Все так, – покивал я. – Только вот вы забыли об одном важном обстоятельстве.

– Каком?

– «Линдс-Лохены» – неигровой клан, со всеми вытекающими оттуда правами и обязанностями. Мы для системы обычные обитатели Файролла, предки которых в незапамятные времена этим самым богам поклоны били. Короче – не распространяются на нас защитные ограничения. Ну, я так думаю.

– Согласна, – подтвердила Кролина, встав со мной плечом к плечу. – Да и потом – выбивать лишнюю копеечку из собственной красивой смерти как-то не комильфо. Мне лично такое претит.

В середине чернющей тучи, которая нависла над замком уже так низко, что, казалось, вот-вот заденет шпиль самой высокой башни, обозначилось нечто вроде небольшой воронки, немедленно начавшей расширяться все сильнее и сильнее.

– Божественный пылесос? – предположила Мысь, привычно хлопнув себя ладонью по лысому черепу. – Сейчас он как втянет нас внутрь, как переправит в иную игровую вселенную, из которой потом не будет пути назад!

– Ну, в другую вселенную – вряд ли. Хотя и жаль, я бы не отказался, – резонно заметил Амадзе, которого, похоже, убедили слова моей заместительницы. – Просто вот тогда уж мы «Радеон» точно на очень хорошие деньги выставим. Абонентку мы за что платим? За «Файролл», а не за какую-то другую вселенную, так что не станут они так подставляться. Но вот на Равенхольм, к примеру, нас реально может забросить, прецеденты уже имеются. Я как раз вчера на форуме видел пост на эту тематику. Пара игроков чем-то не угодила Лилит, та, несмотря на вроде бы добрый и покладистый нрав, психанула, после – бах, и эти двое сидят в фонтане, что находится в центре славного города Лихинты. А Лихинта как раз в центре Равенхольма расположена.

– Аналог нашего Эйгена, – кивнул Шеркон. – Самый большой город на втором континенте.

– И что примечательно – обратно никак, – продолжил Амадзе. – Последняя точка привязки не работает, свитки порталов тоже. То есть они пригодны к использованию, но в пределах Равенхольма.

– Лихо. – Слав почесал затылок. – А администрация что?

– Игровой момент, божественное вмешательство, не стоило дразнить гусей, по итогу вы невредимы, – развел руки в стороны полурослик. – Подчеркните нужное. Плюс неплохой компенсационный пакет в подарок – зелья, свитки, все такое. И, разумеется, совет немного подождать до той поры, пока не откроется Архипелаг. Дескать – как он зафункционирует, так и вернетесь обратно в Раттермарк, двухместная каюта на первом же попутном корабле будет оплачена администрацией. А пока ощущайте себя уникальными игроками, поскольку никто до вас с одного континента на другой с сохранением старой учетки не перемещался.

– Я не хочу на Равенхольм, – заявила Триксти. – Чего я там не видела?

– Ничего ты там не видела, – оборвала ее Ран. – Ни там, ни в Архипелаге. И никто из присутствующих тоже. Ну если только среди нас твинков нет.

Насчет всех она, конечно, погорячилась, однако знать о том, что Архипелаг для меня не только название, все еще никому не стоит. Но вообще некоторое сомнение в душе Амадзе своими рассказами посеял, потому все более и более увеличивающаяся воронка над нашими головами заставила меня подумать о том, что, может, и в самом деле стоит отсюда коллективно эвакуироваться? Тем более что это не трусость и не бегство от опасности, а разумный подход к божественной угрозе.

Над головой гулко бухнул еще один разряд грома, на этот раз так, что аж уши заложило.

– О, баба! – ткнул пальцем в небо над собой рыжебородый гном Хьюго. – Гляньте!

– Мессмерта, – пояснил я, только кинув взгляд на грозный лик, который отчетливо был различим в черноте туч. – Она, родимая. Лично пожаловала.

– А ты откуда ее так хорошо знаешь, что сразу узнал? – моментально среагировала на мои слова Кролина.

Тем временем богиня над нами сначала злобно улыбнулась, а после раззявила рот, да так, что в него аккурат воронка поместилась. Врать не стану – пробежали по спине мурашки, больно все это жутковато смотрелось.

– Всякое со мной в Файролле случалось, но богини меня еще не съедали, – поежился Вахмурка.

– Ничего, если что, мы все равно при своем интересе останемся, – заявил нам Амадзе. – Нам все убытки клан «Великая М» возместит, никуда не денется. Если мы все же подадим жалобу в администрацию, то им хана. А мы подадим непременно, даже не сомневайся. И нет, Кролина, тут уже ничего зазорного нет. Война объявлена, правила ее ведения закреплены документально, так что пусть попробуют доказать, что это не они на нас небожительницу натравили!

День окончательно сменила ночь, и только глаза Мессмерты ярко полыхали огнем молний. Лицо богини стремительно приближалось к нам, подтверждая слова Вахмурки, похоже, она в самом деле собиралась нас проглотить, как коршун цыплят.

Все разговоры прекратились, все члены клана «Линдс-Лохен», что собрались на площади, задрав головы вверх, ожидали, чем дело кончится. Противопоставить противнику, тело которого сплетено из тумана, все равно было нечего, его ни одно оружие не возьмет, оставалось только смотреть, восхищаться красотой происходящего и чуть-чуть бояться.

– Да ну на фиг, я на такое не подписывалась! Пропадите пропадом, идиоты! – завопила вдруг Ран, вслед за ее словами вспыхнул и тут же погас синий фонарь портала.

– Нервный нынче молодой игрок пошел, – вздохнула Кролина. – Орать-то зачем?

– И то правда, – согласился с ней Вахмурка. – Да и потом – не эту клоунессу надо бояться, народ. Она так, игровая мелочь. Вы подумайте, о том, что станет с Трень-Брень, когда та поймет, что какое мероприятие пропустила. И что за ад нам всем устроит после! Просто за то, что мы тут были, а она – нет!

– Бли-и-и-и-ин! – дружно выдохнула площадь после его слов. – Беда-а-а-а-а!

– Хейген, друг мой, а что, собственно, происходит? – Ко мне подошел Бахрамиус, наряженный в шелковый пестрый халат и остроконечные шлепанцы. – Я смотрю в окно – там ночь вместо дня. Выхожу сюда – вижу лицо могучей ханум, вернувшейся в наш мир из немыслимых глубин небес, таких, где нет ничего, даже времени. Отчего она на нас гневается?

– Мы оказались сильнее, чем ее нукеры, почтенный маг, – вместо меня задорно ответила Кролина. – Ей это очень не понравилось.

– Боги обидчивее людей, – огладив бороду, произнес чародей с Востока. – Умный человек, если выживет после своего падения с высот, поражение станет расценивать как повод для того, чтобы стать сильнее и умнее, чем он был раньше, и каждый миг посвятит совершенствованию, дабы в следующий раз победить и воздать врагу сторицей за свое поражение. А бог видит в любом, даже самом мелком промахе, оскорбление собственному величию – и только. Боги слепы в своей силе, они слишком верят в то, что именно она дарует им всевластие. Потому…

Закончить назидательно-мудрую фразу маг не успел, поскольку именно в этот момент Мессмерта, рот-воронка которой раздвинулся до совсем уж невозможных размеров, нависла ровно над нами и двинулась вниз.

– Лосси, скажи ему наконец, чтобы он убирался из нашего замка, иначе это никогда не кончится!!! – донесся до меня вопль сестрицы Эбигайл, а после я покатился кубарем по ступеням, натыкаясь на своих сокланов, которые тоже не устояли на ногах. Очень уж большой силы по двору замка был нанесен воздушный удар. Мало того – секундой позже к нему добавились и акустические эффекты!

Сначала нас словно огромной бесплотной ногой всех придавило, а после уши резанул пронзительный визг, такой, будто сразу все женщины мира узнали о том, что производители в смартфоны фотокамеры более встраивать не станут.

Зато следом за тем мы все снова увидели солнце, оно залило нас своим светом, невероятно ярким после стремительно сгустившегося мрака. Туча, накрывшая Пограничье, была буквально разорвана в клочья, что и вызвало столь бурную реакцию Мессмерты.

– Ты не вправе лишать жизни тех, кто присягнул мне на верность! – голос Тиамат перекрыл визг богини, которой не хватило считаных секунд для того, чтобы поглотить нас всех. – Эти земли, а также те, кто на них живет, находятся под моей защитой! Не забывай, сестра, что у тебя нет храма, у тебя нет первожреца, ты – никто! Не гневи меня! И не заставляй напоминать о дне, когда ты уже испытала на себе мою ярость! Ты же помнишь, как я разметала рати подвластных тебе людишек, как захлебнулось в крови то восстание, на которое ты и твои приятели поставили все, включая собственные жизни!

– Не сильно тебе помогла твоя верность Демиургам, сестрица, – глухо рокотнула еще не до конца исчезнувшая туча знакомым мне голосом Мессмерты. – Ведь ты отправилась в Великое Ничто вместе с нами. Тебя, как шелудивую псину, выпнули за дверь, вот и вся награда!

Это что-то новенькое. Стало быть, в те давние времена Демиурги не за праздность и излишества всякие нехорошие богам хвосты накрутили, а за вполне конкретное дело, назовем его условно попыткой переворота. И Тиамат, заметим, выступила не на стороне родни. Любопытно.

Интересно, не потому ли после ее дочь не отправилась с остальными в великое Ничто, а осталась в этом мире, пусть даже в спящем состоянии? Мало того – о ней не забыли, как обо всех остальных небожителях, оставив пусть мизерный, но все же шанс вернуться в мир. И он, заметим, выстрелил. Хотя и спустя бог весть сколько веков, но выстрелил же? А если бы это случилось пусть даже на десяток-другой лет раньше, то Соагда, более известная как Плачущая Богиня, стала бы единственной представительницей высших сил в Раттермарке, а то и в Файролле вообще. Орт Пепельный не в счет, ведь так и сидел бы в своей пещере, ожидая идиота, который возьмется за выполнение его мудреных поручений. А такой дурачок на весь Файролл только один и нашелся, другого не сыщешь.

Да, за такой куш стоило отправиться в Великое Ничто с опостылевшей родней. Отправиться и ждать там, когда дочь, занявшая в одну моську небесные чертоги, найдет способ выдернуть тебя из извечной пустоты.

Может, все и не так, может, это только игры моего разума, но кто знает? Вдруг все же я прав?

– Вон! – громыхнул голос Тиамат, и остатки иссиня-черной тучи разметало в клочья.

– Круто! – гаркнул Шеркон. – Тиамат рулит!

– Тиамат рулит! – многоголосо поддержал его клан.


Богиня Тиамат с теплом приняла похвалу своих сторонников из клана «Линдс-Лохен».

Каждый из них получает следующие бонусы:

+ 500 ед. жизненной энергии (сроком на сутки по игровому времени);

+ 500 ед. маны (сроком на сутки по игровому времени);

+ 15 % к шансу на то, что из убитого противника выпадет какой-либо предмет (сроком на 12 часов);

+ 10 % к шансу на то, что из убитого противника выпадет какой-либо магический жетон (сроком на 12 часов).


– Наша богиня – самая богиня в мире! – прорезался сквозь одобрительный гул бас Гуго Железнолапа. – Хой, собратья!

– Хой! – рявкнула площадь.

– И сосестры! – добавила негромко Триксти, так и ошивавшаяся рядом со мной. – Что за дискриминация?

– Ты больше это слово здесь не используй, ладно? – попросила ее Фрейя, тоже находящаяся неподалеку от нас. – Лучше пусть они сексизмом промышляют, чем так обо мне говорить станут!

– Ты Ран сама из клана выпнешь или мне ее к финишу привести? – спросил тем временем Шеркон у Кролины.

– Тут, вообще-то, вон кланлидер стоит, – показала на меня заместительница. – Может, лучше он решит? Он же ее принимал?

– Не лучше, – возразил офицер. – Хейген, без обид, но ты человек добрый, мягкий, ее запросто простить сможешь и в клане оставить. А по моему мнению, простить можно все, кроме вот таких вот вещей. Ну да, ты вроде как дал понять, что вольному воля, но только все остались тут. Все, кроме нее. И я скажу так – крысу за борт!

– Поддерживаю, – произнес Слав, следом раздалось несколько «верно» и «так и есть» от тех, кто стоял рядом с нами и слышал этот разговор.

– Глас народа – глас божий, – подытожил я, открыл тот раздел интерфейса, который назывался «Клан», нашел в списке игрока Ран и выбрал действие «исключить». Ну да, был у меня с ребятами некогда разговор о том, что лучше иметь под боком того стукача, о котором мы знаем, чем того, о ком понятия не имеем, но всему же есть предел? Не поймут меня соратники, если я поступлю по-другому. Да и сам я себя не пойму.

– Великая Тиамат, мое почтение! – раздался голос Бахрамиуса, который никуда с площади не ушел.

Я повернулся к нему, пребывая в полной уверенности, что богиня стоит рядом. А что, от нее такого поступка запросто ожидать можно. Она хоть и представитель высших сил Файролла, баба все же простая, чего хочет – то и творит. И плевать хотела на то, что кто-то что-то о ней может подумать.

Но – нет. Старый маг уставился на небо, где в данный момент белые облачные нити как раз заканчивали рисовать на синей лазури прекрасный и вместе с тем грозный лик нашей покровительницы.

– Слава Тиамат! – рявкнул я.

Ну да, орем всегда одно и то же – слава да слава. Так и ей больше ничего не надо. Но что еще тут можно придумать? Виват? Браво? Бис? Лехаим, прости господи?

Белые кружева дрогнули, обозначая улыбку, народ засвистел и загалдел, оценив красоту представления, которое для него сейчас устроили.

Лик Тиамат повисел в воздухе еще минутку, после вспыхнул белым огнем, на мгновение превратился в яркую точку и исчез, будто его не было.

– Круто! – выдохнул добрый десяток моих сокланов одновременно. – Прямо очень!

– Кто-то скринил все происходящее? – громко осведомилась у окружающих Тисса. – Просто…

Что именно ей было сказано далее – не знаю, поскольку в этот самый миг меня подхватил хорошо знакомый смерчик, тот, который по воле высших сил не замечает препятствий и плевать хотел на любые границы, оторвал от камней площади, крутанул вокруг собственной оси, да так, что я на миг перестал понимать, где верх, где низ.

– Да елки-палки, – проворчал я, поняв, куда именно меня сейчас этот веселый ветер потащит. Вернее, к кому. – Блин!

Я угадал и не угадал одновременно. Да, он отволок меня прямиком к Тиамат. Вот только ждала она меня не в своих чертогах, тех, к которым вела золотая лестница в небе, а прямо в замке Лоссорнаха, в малой каминной зале, которую кое-кто из моих соратников уже стал называть «переговорной».

– Я недовольна тобой, – глядя в окно и сложив руки на груди, сообщила мне богиня.

– Даже не удивлен, – буркнул я, поднимаясь с пола. Смерч не особо со мной церемонился. – Разве бывает по-другому?

– Ты достиг Великой Степи, – словно не слыша меня, произнесла Тиамат. – Отчего ты вернулся назад, не выполнив того, что тебе было велено?

«Хейген, что за фигня? Ты где?»

Кролина. Волнуется, понимаешь.

«Все нормально. Вызван наверх. Поняла?»

Ответа не последовало, из чего стало ясно – поняла. Она вообще девчонка смекалистая, как показали недавние события. Только иногда говорит, когда лучше бы помолчать, и молчит тогда, когда следует взять и все рассказать.

– Вы считаете, что дела, разворачивающиеся здесь, менее важны, чем то, что меня ждет в Степи? – ответил вопросом на вопрос я. – Моему клану объявлена война, принц Вайлериус скоро высадится на землях Запада для того, чтобы забрать корону в свои руки. А там, между прочим, против него выступят не только воины его матери, но и последователи Мессмерты, коих сильно немало как явных, так и тайных. Да и сама она вряд ли в стороне останется, как минимум отправит в бой своих служанок-дриад. Они, конечно, дуры редкие, но силой не обделены. Уж поверьте, мне это лучше, чем кому-нибудь другому известно, я с ними и дружил, и враждовал. Плюс дочка ваша где-то все еще спит, а это неправильно, надо бы ее разбудить уже. Это и рыцарей в вере укрепит, и вам лишних сил придаст. Божественных сил. Как по мне, этот сводный отряд получше, чем какой-то там варвар из Великой Степи.

И я ни словом не соврал, все обстояло именно так, за исключением одной мелочи. Вернее – одной слезинки, без которой хрен я Соагду разбужу, а она тоже там, в царстве ковыля и беззакония находится. Впрочем, в этой связи я себя всегда оправдать могу. Есть же еще и третья слезинка, которая спрятана так, что эта самая Степь перекуривает в сторонке. Она в Серых Пустошах, там, где ждет известного только ему одному момента будущий Черный Властелин. Два раза я туда смог пробраться, насчет третьего не уверен. В смысле, что не уверен в том, что даже пробовать хочу. Мне прошлого путешествия через подземные глубины с лихвой хватило, как вспомню тамошние страсти-мордасти, так мороз по коже идет.

А самое забавное в том, что Мэрион, возможно, мне этот артефакт, скорее всего, отдала бы без особых проблем. Не сама, конечно, с подачи Странника, с которым у нее, похоже, любовь-морковь. Он мужик умный, понимает, что ни ему, ни подруге его в этой слезинке сейчас интереса никакого нет, а при другом раскладе она может сыграть ему на пользу. Проснись Плачущая Богиня – и это сразу поменяет расстановку сил в уже, по сути, идущей войне. Тиамат укрепит свои позиции, причем изрядно, и значит, драка будет куда злее, чем предполагается сейчас. Ну а чем больше его потенциальные противники измотают друг друга, тем лучше.

Впрочем, даст Бог, проверю, так это или нет. Здесь, в Файролле, невозможно что-то загадать так, чтобы оно сбылось, ну хоть бы на треть, всегда все выходит внезапно да вдруг. А если что-то и совпадает с намеченным планом, то не благодаря, а вопреки. Так что, может, еще и окажусь в Серых Пустошах. Кто знает?

Или они придут сюда сами, вместе с полками орков, дуэгаров, странных существ в глухих накидках, закрывающих лицо, а также колоннами троллей с камнями на плечах.

Кстати, если Странник первым делом захочет захватить Запад, я моментально предложу ему воинский союз. Тиамат одобрит, сокланы поймут, гэльты, думаю, тоже не станут спорить. А, да, еще же есть Вайлериус… Ну, ему я всяко как-то да объясню, что быть наместником куда лучше, чем королем. Не надо все время на троне сидеть, плюс никто тебя заставлять казнить мятежников не станет, для этого у Владыки Мрака имеются специально обученные товарищи. Думаю, моего мягкотелого друга подобный расклад точно устроит. Ну а на мнение остальных Свободных народов, что НПС, что игроков, мне, имея за спиной орду Темного Властелина и воинство сразу двух Марок, будет глубоко начхать. Да и глобально не по пути клану «Линдс-Лохенов» с этой публикой. У нас своя дорога, отличная от остальных.

Правда, еще есть рыцари ордена и инквизиторы… Но это уже я в дебри полез. Вот дойдет дело до прямого альянса с Тьмой, тогда и думать стану.

– Так ты, Хейген, и здесь не особо проявляешь рвение, – рыкнула богиня, поворачиваясь ко мне и сурово сдвигая брови. – Я давным-давно тебя просила о чем?

– О чем? – снова ответил вопросом на вопрос я, причем без какой-либо задней мысли. Правда, не понял, что именно она имеет в виду.

– Ты должен был убедить жителей Востока и Севера, Юга и Запада в том, что именно мне они должны отдать свои сердца, что именно я смогу воплотить их заветные мечты в жизнь. Где результат?

Ну да, претензия обоснована. Есть такой квест, называется «Те, кто поверил». Что на Севере, что на Западе я паству к клятве привел, а вот Юг с Востоком до сих пор у меня не охвачены. И ведь квест не самый сложный, даже с учетом того, что те края теперь для меня не сильно безопасны. Хотя… А где меня теперь ждут? Ну, кроме Севера? Да нигде.

– Признаю, – виновато склонил голову я. – Мое упущение. Даю слово, что в ближайшие день-два вы там, в высотах горных, узнаете о том, что обитатели Юга и Востока принесли свои души на ваш алтарь. Слово воина!

– Не подведи меня, – погрозила пальцем Тиамат, и глаза ее при этом как-то по-змеиному сузились. – Не заставляй думать о том, что я ошиблась, введя тебя в свой ближний круг.

– И со Степью тоже разберусь, – добавил я. – Не прямо сейчас, но разберусь. Отыщу там вашего дикаря, никуда он не денется. Ну или он меня, тут как повезет. Мне про этого товарища порассказали, он дико невоспитанный тип и сильно не любит всех, кто не относится к его биологическому виду. Короче, спорный вопрос, как он вам служить станет и чего от него будет больше – пользы или вреда.

– Степь всегда рожала великих и непокорных воинов, – задумчиво произнесла Тиамат. – Хоть что-то осталось так же, как в те времена, когда мы правили этим миром. Вот как поступим, Хейген. Если ты не сможешь уговорить этого варвара служить мне, то убей его. Да, мои рати лишатся великого воина, но зато он не усилит собой ряды моих противников.

А где «дзинь»? Где сообщение о корректировке условий задания и награде? Нет их. Странно. Хотя… Нет, не странно. Передо мной не стоит задача перетянуть лидера племени Груукх на свою сторону, цель квеста найти его становище. А вот потом уж и все остальное.

– Ваша воля – закон для меня, – сообщил я богине. – Так что…

– Хейген, ты проклятие нашего рода! – В помещение ворвалась злая, как сто чертей, Эбигайл. – Я вроде ко всему уже привыкла, но сегодняшнее… Великая богиня, приветствую вас! И покорно благодарю за защиту, которую ощущаю ежечасно!

Уважаю. Так интонационно переобуться на ходу может не каждый. Раздраженный визг плавно перешел в почтительное пришепетывание. Талант!

Кстати! А как она вообще узнала, что я тут?

– Пока вы верны мне, королева, и за стенами вашего замка стоит мой храм, ни вам, ни вашему сыну ничего не угрожает, – благосклонно глянула на нее Тиамат. – Тем более что я обещала присматривать за прелестным малышом, который приходится племянником славному Хейгену, моему любимцу. Слово свое я всегда держу.

– Великая богиня, моей признательности нет предела, – склонилась в поклоне сестрица.

– Пойду, – приторность данной сцены достигла такого градуса, что у меня аж челюсти свело, – я же тоже свое слово держу. Ну, почти всегда. Да вот хоть бы! Эбигайл, обрати внимание – я все время теперь в штанах хожу, как и обещал.

– А до того ты как разгуливал? – изумилась Тиамат.

– Вон сестрица расскажет, – хохотнул я, отвесил богине поклон, да и выскочил за дверь. Такие разговоры всегда лучше завершать на мажорной ноте.

Народу на площади прибавилось, в гости пожаловали союзники по альянсу. Я увидел Айболитку и Гливею, беседовавших с Кролиной, Милли Ре, которая, держа нос по ветру, о чем-то расспрашивала Флоси и пару офицеров из «Диких Сердец».

– Что богиня? Добра нынче? – раздался за моей спиной неизменно благожелательный голос Седой Ведьмы. – Или гневается за что?

– Как всегда – даже когда в настроении, предпочитает держать всех в тонусе. – Я повернулся к главе «Гончих смерти»: – Привет.

– А еще мне птичка на хвостике принесла весть о том, что наша маленькая Элина решила, что именно ты виноват в стремительном падении ее клана с высот рейтинга, – потерла ладони Ведьма, а после залихватски мне подмигнула. – Что, Хейген, пришло время ступить на первую тропу большой межклановой войны? Ты же до того только по мелочам с другими кланами рубился. Ничего не путаю?

– Нет, – признал я, – все верно. Но мне отчего-то даже не волнительно. Врагом больше, врагом меньше – велика печаль. Весь мир разделился на «они» и «мы», что мне какая-то взбалмошная магесса?

– Ну, это ты зря, – погрозила мне пальцем собеседница. – Замок этот она вряд ли штурмом возьмет, больно затратное предприятие, но кровь попортить сможет как следует. Куча квестов, завязанных на Западной Марке, у твоих ребят накроется медным тазом, постоянные схватки с переменным успехом, другие мелочи… Короче, спокойного игрового процесса теперь не ждите. Плюс у нее клан раза в три по составу больше, чем твой, а это серьезный перевес.

– Значит, мне не стоит тянуть с тем, чтобы полностью разнести по кирпичику «Великую М», – пожал плечами я. – Вот и все.

– Их штатная цитадель тоже замок, – напомнила мне Седая Ведьма, – и тоже неигровой. Если точнее – королевская резиденция, находящаяся в Эйгене, самом большом городе Раттермарка. Ты этого не знал?

– Знал, – спокойно ответил я, – но это ничего не меняет. Тем более что я все равно собирался взять его на меч, и ты про это в курсе. Совместим одно с другим, вот и все.

Глава «Гончих» глянула на меня с интересом.

– Это все мелочи, – деловито произнес я. – Слушай, хочешь заработать пару очков в глазах Тиамат? Или мне кого другого поискать в помощники, если ты занята?

– Я всегда занята. Но искать, конечно же, не надо. Излагай.

## Глава вторая, из которой следует, что правильная мотивация – великая вещь

– Ты же знаешь, что конечная цель альянса «Дети Холмов» есть распространение влияния нашей дорогой Тиамат на максимально возможное количество земель? Ну то есть отсюда и досюда? – уточнил я, обрисовав руками круг. – Обойди вокруг Земли, жить по-ейному вели?

– Не получится, – поморщилась Седая Ведьма. – Жаль, но никак. На Равенхольме в небесах свои собственные расклады, отличные от наших, да и в Архипелаге, рассказывают, разработчики несколько каких-то специфических божеств введут в игру. Особых, под пиратство заточенных, может, даже с попугаями на плечах и деревянными ногами. Они вроде как плюнули на небесную механику, предпочтя жить среди людей, и те игроки, что смогут их распознать, получат особые бонусы. Плюс эти боги станут отвечать за ветра, шторма, хождение по доске и прочую экзотику. При всем уважении к нашей покровительнице, ей там попросту нечего делать. Она неконкурентноспособна. На Равенхольме – да, пободаться можно. На островах – без шансов.

Сколько бы на Архипелаге божеств не имелось, одним там точно стало меньше. Сэмади пустил корни в скудную раттермаркскую почву, и хрен его теперь отсюда выкорчуешь. Тем более что он живуч, точно как кошка. Не знаю, сколько нас уцелеет в день Последней Битвы, но уверен, что оставшиеся в живых бойцы, вытирающие мечи о траву, непременно приметят расхаживающую между недвижимых тел людей, эльфов, гномов и даже богов рослую фигуру, дымящую сигарой и похрустывающую орешками.

Не исключено, кстати, что она склонится и надо мной. Может, даже снимет пыльный черный цилиндр при этом в знак какого-никакого, а уважения.

– Да и у нас тут не всем до нее дело есть, – опасливо глянув на синее небо, продолжила глава «Гончих смерти». – Я слышала, ты тут в Великую Степь наведался? Значит, более-менее представляешь уже, чем там народ дышит. Тамошним обитателям до богов как до лампочки, у них своя правда жизни. Кстати, каким путем добирался? На грифонах?

Вот и лишнее подтверждение того, что даже в моем безумном клане, как в той деревне, никуда не спрячешься от внимательных глаз. Кто-то барабанит. И главное – народу-то у нас хрен да маленько, но все же слухача она тут завела. Интересно, сколько человек, кроме меня, в «Линдс-Лохенах» существуют сами по себе? Не в смысле – собрать лишних да выгнать, а просто интересно. Для личной статистики.

– Через мост прошел, – ответил я. – Да там ничего сложного для тех, кто понимает, как игра работает. Другое дело, что сама Степь место больно стремное, чтобы там чего-то добиться, надо надолго осесть, недели на две-три.

– Ты серьезно? – изумилась Седая Ведьма. – Две-три? Нет, после всех твоих кульбитов я, конечно, уже готова поверить во многое, но это совсем уж нереальные сроки. Хотя, возможно, наши с тобой понимания об игровых достижениях могут не совпадать.

– Леший с ней, со Степью, – рубанул рукой воздух я. – Есть темы более горящие. Короче – имеется у меня квест от Тиамат, я его еще сто лет назад получил, да все никак до ума не доведу.

– Квест на одного? – моментально уточнила Ведьма. – Или можно пройти коллективно?

– На одного. И награда в нем неказистая. Но технически, да и геополитически, он важен, так что стыд мне и позор. Смысл в том, что в каждой Марке десять НПС должны присягнуть Тиамат на верность. Север охвачен, Запад тоже, успел я там отметиться до того, как для меня он совсем закрылся. А вот Юг и Восток, увы, находятся в подвисшем состоянии.

– Иногда мне кажется, что судьба реально слепа, – вздохнула моя собеседница. – Вот почему такие вкусные репутационные квесты она выдает не тем, кому они на самом деле нужны, а раздолбаям вроде тебя? Хейген, милый, подобные задания выполнять надо сразу, не отвлекаясь на прочую ерунду. Сто лет – это столько в игровом исчислении?

Как-то сильно она взъерошилась, дослушав меня. Может, я квест недооценил? Может, он на самом деле важен?

– Ну, не знаю, – призадумался я, пытаясь вспомнить, сколько времени у меня это задание болтается в журнале. – Если вообще, с момента получения, то недели три. Может, больше.

– Долбень, – констатировала Седая Ведьма. – Как только тебя богиня терпит? И ведь это, конечно же, скрытая цепочка, ведущая к росту влияния Тиамат на текущую ситуацию? Конфессиональную, имеется в виду.

– Похоже на то, – подтвердил я, слегка смутившись.

– И называется она?

– Вера в небеса.

Ничего тайного тут нет, так что пусть знает. И потом – я прошу о помощи, значит, что-то должен дать в ответ. Хотя вряд ли эта хапуга ограничится просто информацией.

– Так и знала, – всплеснула руками Седая Ведьма. – Сайрус, зараза гугнявая, насколько мне известно, нечто подобное выполняет и, как скакун тыгыдымский, по всему Раттермарку прыгает. А наш, блин….

– Сказал же – осознаю свою ошибку. Вот хочу с твоей помощью исправить ее.

– На пару со мной, – поправила меня глава «Гончих». – И еще с двумя непременными условиями. Даже тремя.

– Конечно, как же без условий? – не удержался от саркастического выпада я. – Ну, что на этот раз?

– Первое – я прохожу с тобой всю цепочку заданий.

– Так она же…

– Да-да, она индивидуальная, но это ничего не меняет. Если тебя, любезный друг, не пинать, то, когда придет финал всех финалов и этот игровой мир разлетится в труху, ты все еще будешь искать минутку, чтобы заняться важнейшим во всех отношениях заданием. Кстати, к первому условию примыкает второе – во всех квестах, которые будут предполагать коллективное выполнение, а такие встретятся непременно, пятьдесят процентов состава группы должно быть из «Гончих Смерти». А лучше – восемьдесят, чтобы наверняка. У тебя клан замечательный, спору нет, но серьезных бойцов в нем кот наплакал. Кролина, Вахмурка, может, еще Шеркон. Остальные пока только в процессе становления. У меня же, сам знаешь, народ натаскан на выполнение любых задач.

– А третье условие?

– Когда мы закончим, ты скажешь богине, что без меня ее поручение выполнено бы не было. Причем я при этом должна присутствовать.

Логика понятна, но обещать такое точно не хочу. Нет-нет, я не боюсь, что Седая Ведьма оттеснит меня в сторону от божественного престола, заняв при Тиамат место первого доверенного лица. Более того – да сколько угодно, я только «спасибо» скажу. Если честно, богиня своими закидонами меня порядком заманала, ей и это не так, и то не эдак. Но я не люблю обещать то, в чем сам не уверен. Здесь как раз такой случай.

– Сказать скажу, не сомневайся, но вот твое личное присутствие при беседе… Не факт, не факт. Богиня сама выбирает тех, кто попадает к ней в гости, мои пожелания в данном случае не учитываются. А если я тебя контрабандой прихвачу, то очень велик шанс того, что мы скоренько с небес на землю путешествие совершим, причем воздушным путем и без парашюта. А то и верхом на звезде, которая будет торчать у каждого из задницы. Не знаю, как тебя, но меня такая перспектива не прельщает. Ну вот не хочу я удариться о земную твердь со всей дури. Даже в игре.

– Ладно, это условие пока оставим в стороне, – произнесла Седая Ведьма. – Но остальное не обсуждается.

Может, кто другой и поверил бы, что она восприняла мои доводы всерьез, но не я. Эта дама никогда не отступает и не сдается. Максимум отходит на заранее приготовленные позиции.

– Уверена, что у тебя есть другие квесты, выданные богиней в единственном экземпляре, – прошептала Ведьма, только что не прижавшись ко мне. – Есть же?

– Божественные квесты – вопрос личный, интимный, – ответил я. – Как поход к проктологу, где в кабинете только ты и он.

– Это вопрос производственный, от которого зависит статус и развитие альянса. Выкладывай, что у тебя, лентяя, в загашнике лежит!

– Все что есть, то мое. Эта цепочка – да, она социальная. А все остальное – личное.

Я, конечно, за игровую карьеру не держусь совершенно, но и откровенничать сверх меры ни с кем не собираюсь, а особенно с вот этой хитрюгой.

– Нет сейчас ничего личного, – проворковала глава «Гончих», причем в этот момент я заметил, что у нее глаза разного цвета. Один – голубой, другой – зеленый. – Ни у тебя, ни у меня, ни даже у Гедрона, козла вонючего, ободранного, наглого. Все общественное. К тому моменту, когда начнется большой передел мира, Тиамат должна набрать максимальную мощь, она основа нашей сегодняшней игровой политики и фундамент будущих побед. Мы всё поставили на нее, Хейген. Не на тебя, что бы ты там себе ни думал, а на нее. Если падет Тиамат, то нашим кланам проще будет добровольно расформироваться, потому что будущее у них не то что туманно, а просто отсутствует. Ну или эмигрировать на второй континент, чтобы там начать все сначала, но это точно не мой вариант. Стара я уже для того, чтобы в сотый раз один и тот же путь проходить. Говори, говорю!

– Нет, – и я с доброй улыбкой олигофрена развел руки в стороны, как бы говоря: «Ну, вот так вот», – не могу.

– Или не хочу?

– Не могу и не хочу. И вообще – давайте сначала паству Тиамат подгоним, а после про остальное побеседуем. А то ведь ты сейчас как я поступаешь – хватаешься за все подряд, забыв о главном.

– Поддел, – проворчала Седая Ведьма, – Остер. Милли, возьми своих, ты идешь с нами.

– И мы с вами! – Рядом мигом оказались Вахмурка, Кролина и Слав. – А куда отправляемся?

– На Кудыкину гору, – хмуро ответила ей глава «Гончих». – Воровать помидоры.

– Так-то у нас война, – подбоченилась Кролина. – Хейген, ты наш главнокомандующий, потому никуда не идешь. Давай рассказывай историю, которую прервало божественное светопреставление, а после начнем разработку стратегических планов.

– Война – не твоя печаль, – заверила ее Седая Ведьма. – С ней как-нибудь да разберемся.

– Вообще-то для меня подобное мероприятие в новинку, – заметил я. – Даже правил и то не знаю.

– Да ничего сложного, просто локальная война двух кланов, – сообщила мне Милли Ре, хлопнув по плечу. – Будете убивать друг друга везде, где заметите, и свинячить клану противника по мере сил. Кто первый выдохнется и запросит пощады, тот проиграл.

– Не только, – возразил ей соклан, изящный эльф с ником Варлапундил. – Еще можно умудриться уничтожить одномоментно более пятидесяти процентов численного состава клана, подобное тоже засчитывается как победа.

– Атомных бомб тут нет, а массовые заклинания уничтожения в таких войнах под запретом, – возразила Милли Ре. – Вот если бы была объявлена резня широкомасштабная, с участием союзников, с общими битвами – тогда да. А здесь так, разминка.

– Кро, отойдем. – Я цапнул руку своей замши, заработав при этом любопытствующий взгляд Седой Ведьмы. – Давай живей.

– Ты чего? – спросила у меня девушка, как только мы удалились на пару шагов от группы искателей приключений во славу Тиамат.

– НПС, – прошептал я. – Не понимаешь?

– Нет, – озадачилась моя заместительница.

– Блин, вроде умная, а тупишь, как я. У нас клан какой?

– Пипец какой странный, сам же про это не раз говорил.

– Да нет. У нас клан социальный. Ты про старых да малых, которые за замком, в парке, табором стоят, забыла?

– Блин! – В глазах Кро мелькнуло понимание. – Забыла. Есть они и есть, не мешают – и слава богу. Вот я про них и не помню.

– То-то и оно. А ведь из них вояки почти никакие, отряд в три десятка мечников пятидесятого уровня этот балласт за пять минут перережет практически без всяких хлопот. Да, потом им придется уничтожать учетки, там штрафы такие, что мама не горюй, но, по ходу, бойцы Элины к эдаким вещам относятся со здоровым пофигизмом. Да и набрать тот же пятидесятый уровень не такой великий труд, особенно если тебя старшие товарищи паровозом прокатят по правильным локациям. Так что если все по уму спланировать, то есть вытащить нас на сражение, а сюда направить зондеркоманду, то все может получиться красиво, даже без падения замка. Тупо победа по очкам. Да и потом – даже без этого нас можно на ноль помножить, там было какое-то условие, что, мол, если подавляющее большинство горемык из числа старых и малых расстанется с жизнью, то и нам кранты как клану. Мол – не уследили, зачем вам теперь жить? Уверен, Элина в курсе данного условия. Она та еще неврастеничка, но при этом не дура и в игровых тонкостях разбирается.

– По ходу, нам теперь их всю дорогу стеречь придется, – опечалилась Кролина. – Но у нас просто людей не хватит. Там надо держать отряд клинков в двадцать-тридцать, не меньше. Плюс скоро заварушка на Западе начнется, народ не поймет, если кто-то резвиться среди большой войны станет, а кто-то тут сидеть. Даже если в пересменок дежурить.

– Я бы нанял северян, но где их возьмешь? Лучшие на Запад плывут, чтобы там нести добро в массы огнем и мечом, остальные при кёниге состоят, крепят оборону Севера.

– А инквизиторы? – встрепенулась вдруг Кролина. – Они же давали слово, что будут приглядывать за нашими лишенцами. Ну, помнишь? Помнишь, ты ныне покойного грустного дедушку Мартина сюда, в Пограничье, приволок? Так вот он хотел…

– Да помню, помню, – остановил я ее. – Вот только ты когда в последний раз кого-то из этой братии тут видела? В смысле – в замке?

– Давно, – призналась Кролина. – Наверное, на том мероприятии, где принцу имя давали.

– То-то и оно, – назидательно произнес я. – Формально они все еще под рукой Лоссорнаха пребывают, а по факту – фиг знает. Вот и думай, можно ли доверять невесть кому ключ к чужой победе.

Да и не хотел бы я вступать сейчас в какие-то отношения с инквизицией, а те, что есть, предпочел бы разорвать. Да, хотелось бы еще посидеть на двух стульях, но всему на свете есть срок. Не сегодня-завтра всплывет-таки мое близкое знакомство с Сэмади, поскольку уже слишком много народу про него знает, и тогда они мигом из друзей превратятся во врагов, да еще и находящихся прямо под боком. Это и в условиях квеста было сказано, и по логике событий неизбежно. Ну вот не могут мирно сосуществовать поводырь мертвых и принципиальные защитники Света, слишком у них разные представления о мировой гармонии.

В принципе, те же правила действовали и в отношении ордена Плачущей Богини, но тут ситуация не столь бесспорна. Когда условия выдвигались, и мир был другой, и орден стоял на более принципиальных позициях. Сейчас все изменилось, потому разрыва с ними из-за того, что я приятельствую с костистым отпрыском темного бога, может и не случиться. Брат Юр человек умный, он найдет аргументы, которые примирят праведных рыцарей с тем, что немертвые теперь их союзники, по крайней мере до той поры, пока Раттермарк горит в огне войны. Ну а когда все кончится, мир окончательно изменится. Да и не все до того момента доживут, в конце-то концов. Из НПС, имеется в виду. А может, и из игроков. Кто знает, что сейчас в башке у того же Валяева творится? С него станется ввести пограничные условия для участников Последней Битвы вроде: «Если ты в ней умер, значит, твоей теперешней учетке кранты». Эдакий рукотворный Рагнарек устроить. И будут после него на просторах нового светлого мира без старых богов и героев резвиться лишь те, кому до всех нынешних раскладов дела нету, да тысячи тысяч новичков, которым придется все начинать сначала.

По крайней мере, меня в том новом мире точно не будет. Странник последнюю битву не пропустит, более того, наверняка выступит в ней одной из сторон, а именно из-за него я тут по большому счету и застрял. Не станет его – не станет богов, по крайней мере в нынешнем их многообразии, стало быть, и мне тут делать будет нечего.

Кстати. А может, мне с Сэмади договориться? Пусть его мертвецы за моими живыми приглядывают. Или лучше не торопить события и обратиться к Хассану ибн Кемалю? Десяток ассасинов – это серьезная сила, способная если не уничтожить диверсионную группу, то как минимум ее задержать до прибытия подмоги.

– Ты чего залип? – потеребила меня Кролина. – Хейген?

– Да задумался, – встрепенулся я. – Короче, пообщаюсь при первой же возможности с дедушкой Хассаном, попрошу у него ребят покрепче для охраны наших доходяг. Надеюсь, он не откажет. Ну и еще с родичем поговорю, пусть пару десятков горцев по периметру расставит. Чтобы в случае чего они на себя первый удар приняли.

– Только не затягивай, – попросила меня заместительница. – А то ты любишь идею на-гора выдать, а после откладывать ее реализацию до той поры, пока все совсем плохо не станет.

– Хейген, ну мы идем? – поинтересовалась у меня Седая Ведьма. – Знаешь, у меня времени не так много, как хотелось бы.

– Уже все, уже в седле. – Я плюнул на ладонь и пригладил ей волосы. – Помчались.

– Значит, так: портал действует сорок секунд, – сообщила окружившим ее игрокам лидер «Гончих». – Кто успел – тот молодец. Кто не успел – не печальтесь, ничего интересного не пропустите. Мы не в данж идем, не инстанс проходить, не врагу кровь пускать. Даю слово, что это именно так.

– Подтверждаю, – добавил я. – И сразу хочу вас порадовать – войны скоро хватит всем и каждому, и с «Великой Эм», и с Западом в целом. Большие города станем на меч брать, обещаю! Как полагается, с осадами, катапультами, подкопами и предателем за стенами. Пожжем, пограбим!

– Хейген! – одернула меня Кролина.

– А чего? – удивился я. – Не просто же так, а во славу Тиамат.

– Она такое любит, – подтвердил мои слова невесть откуда взявшийся тут Флоси. – Или ты мне, верховному жрецу, не веришь?

– Тебе – не верю, – свирепо заявила Кролина и сморщила нос. Непосредственно она так и не привыкла к запаху нашего священнослужителя, хотя многие сокланы уже совсем перестали обращать на это внимание. Да я и сам как-то принюхался, потому абсолютно не замечал вони, идущей от Флоси. – Тебе лишь бы выпить да побарагозить.

– Это да! Семейная традиция, понимаешь. У меня отец так жил, дед, прадед… – расплылся в улыбке первожрец. – А еще при разграблении вот чего весело! Можно поймать какую-нибудь торговку с рынка, помясистее, после ее, значит, пердольником эдак к себе развернуть…

Седая Ведьма глянула на них, покачала головой, махнула свитком портала и подала мне знак – иди первым. Что, собственно, я и сделал.

Юг. Не самое приятное место в Раттермарке, надо заметить. По крайней мере у меня добрых воспоминаний с ним связано немного. Заброшенные храмы с гигантскими змеями, вечная духота джунглей, недавние предатели-повстанцы… Нет тут ничего хорошего.

– Успела! – радостно проорала Мысь, выскочившая из портала за секунду до того, как он схлопнулся. – А Триксти нет. Она за мной шла.

– И наших пятеро не успело, – недовольно буркнула Милли Ре, озираясь. – Хотя портал для них в первую очередь открывали. Туристы, чтобы вам…

– Да ладно, – успокоила ее Седая Ведьма. – Как есть, так и есть. Что для союзника не сделаешь? Верно же, Хейген? Ты на нас тоже в аналогичной ситуации ругаться не стал бы, верно?

– Верно, – нехотя буркнул я, понимая, что раньше или позже произнесенное сейчас слово мне аукнется. Ведьма никогда ничего не забывает, такая уж у нее натура.

– Ну вот, – глава «Гончих» похлопала меня по плечу. – Пошли, нам вон туда. Да, сразу предупреждаю – никто никакой инициативы не проявляет до тех пор, пока я не дам своего согласия. То есть с местными обитателями, которые проживают вон там, за озерцом и к которым мы сейчас направляемся, говорю только я, вы стоите, молчите и улыбаетесь. Ясно?

– Ну да, – вразнобой ответили мои сокланы. – Хорошо.

– Хейген, тебя это тоже касается, – добавила Ведьма.

– Как скажешь, – не стал спорить я. – Но предложение от богини должно исходить от меня, иначе квест могут не засчитать. Наверное.

– Должно – будет, – заверила меня она. – Все, двинулись вперед. И с тропинки, когда пойдем в обход озерца, не сходите. По ее краям в траве змей полно, и все они ядовитые смертельно. Три раза в свое время на точку перерождения летала, но так антидота и не нашла. Даже на аукционе.

Обошлось, никто от змеиного яда не помер, и через десять минут мы оказались в совсем небольшой деревушке, где обитало народу всего ничего. С полсотни разновозрастных туземцев, не более.

Завидев Седую Ведьму, они дружно бухнулись на колени и, что-то приговаривая, начали раскачиваться вверх-вниз, то поднимая руки к небу, то хлопая ими по земле.

– Они меня считают кем-то вроде божества, – пояснила нам глава «Гончих». – Не главного, которое на небе сидит, скорее, локального. Немного неловко, конечно, этих детей природы обманывать, но объяснять им, что да как, очень долго. Ну, я и рассудила в свое время – пусть оно идет как идет.

Ага, так я тебе и поверил. Не удивлюсь, если ты еще и файер-шоу устроила для того, чтобы доказать свою божественную природу.

– На, держи. – Седая Ведьма тем временем протянула пяток самых дешевых ножей, таких, какие даже уважающие себя вендоры ни покупать, ни продавать не станут, высоченному воину, татуированному с головы до пят, вставшему с земли и подошедшему к нам. – Пусть твое племя станет еще сильнее.

– Небесная мать снова принесла нам острые клыки! – заорал дикарь, обращаясь к соплеменникам. – Небесная мать любит нас!

Дикари вскочили на ноги и начали радостно приплясывать, демонстрируя так свою радость.

– Это не мой подарок, – гаркнула Седая Ведьма и протянула руки вверх, к небу. – Эти острые зубы шлет вам великая богиня Тиамат! Она узнала о вас и велела сказать, что будет рада видеть воинов славного племени Зууулу среди тех, кто станет убивать врагов в ее честь. А тебе, вождь, она шлет длинный зуб, равного которому в этих джунглях нет ни у кого.

Речь шла о мече, который по качеству от ножей недалеко ушел. Не уверен, что он хотя бы медяк стоил.

– Арррга! – заорал вождь. – Слава богине… Как ее?

– Тиамат, – подсказал я, – великая богиня Тиамат. Ты и твое племя готовы служить ей?

– Я не знаю тебя, – оскалился дикарь и обратился к Седой Ведьме: – Кто он?

– Сын богини, – кротко ответила та, укоризненно глянув на меня. – Она попросила меня за ним присмотреть и защитить от беды или врагов. Именно он передал мне острые клыки и длинный зуб.

– Сын – хорошо, – одобрил ее слова вождь и сказал мне: – Мы будем служить твоей матери! Аррргаа!

Следом за ним заорали и другие члены его племени, подтверждая тем самым свое согласие.


Вами выполнено задание «Те, кто поверил – 3».

Награды:

15 000 опыта;

7000 золотых.


Все, сбросил с плеч эту тяжесть. Правда, сейчас туда упадет новая.


Вам предложено принять задание «Те, кто поверил – 4».

Условие – убедить десятерых жителей жаркого Востока в том, что служба богине Тиамат – то главное, что случилось в их жизни.

Награды:

15 000 опыта;

7000 золотых.

Примечание

На выполнение данного задания вам дается две недели по игровому времени. Если по истечении данного срока вы с ним не справитесь, то цепочка «Вера в небеса» будет провалена. Повторное прохождение данной цепочки заданий не предусмотрено.


Ну а я о чем?

– Теперь богиня не оставит вас! – крикнула Седая Ведьма. – Ваши враги – ее враги! И я это докажу вам делом. Завтра сюда придут мои воины и помогут вам сокрушить племя Кунуг, ваших давних неприятелей!

– Арга-а-а-а-а! – завыли, как волки, дикари. – Кунуг каюк!

– Какой забавный язы-ы-ык! – протянула Мысь. – И красивый!

– Давно собиралась им помочь, да все руки не доходили, – тихонько сообщила мне Ведьма. – А тут вон как замечательно совпало.

Молодец. Вот так и надо репутацию себе нарабатывать. Вроде бы мелочи, а на деле пользы от них куда больше, чем от квестов вроде тех, что мне перепали. Там вроде бы задание серьезное, но оно одно. А тут десятками их выполнять можно, и все пойдут в зачет. Они же во имя Тиамат завтра кому-то глотки резать станут, а боги такое любят.

– Так, двинулись дальше, – сказав еще десяток громких фраз вождю, деловито заявила Седая Ведьма и достала свиток портала.

– И все? – возмутилась Мысь. – И только? А джунгли?

– Раз тебя джунгли зовут, так и иди в них, – посоветовала ей глава «Гончих». – А нам пора. И потом – я же сразу сказала, что мы не на развлекательную прогулку идем, а по делу. Раз увязались, теперь не жалуйтесь.

Восток встретил нас дневной жарой, той, которая заставляет дрожать воздух над барханами, приятным шелестом пальмовых листьев и звоном нескольких ручьев. Мы переместились в один из оазисов из числа тех, которые бессистемно разбросаны по пустыне. Причем в этой ее части мне бывать не доводилось, если верить карте, которую я немедленно открыл. Но не скажу, что места прямо глухие, похоже, тут проходит торговая тропа, плюс рядом находятся два небольших городка. Да и путников вон хватает, причем как НПС, так и игроков. Впрочем, оазис был весьма велик, потому места хватило всем.

– Здравствуй, Рахман, – поприветствовала Седая Ведьма немолодого мужчину в черном халате и чалме того же цвета, сидевшего наособицу от остальных посетителей оазиса и пьющего чай из искусно разрисованной пиалы. Как видно, очень непростой он человек, это я понял из того, что Назир, как всегда стоящий за моим плечом, ощутимо напрягся. – Удачны ли твои дела? Не воскрес ли кто из твоих врагов?

– Хвала небесам, дела идут лучше некуда, а души врагов, надеюсь, не могут найти себе последнего приюта и бродят по ночной пустыне неприкаянными тенями, – степенно ответил ей обитатель оазиса. – А как ты, Несущая Смерть? Отыскала подземелье в Черных Песках? То, что нарисовано на карте, подаренной мной тебе при последней встрече?

По лицу Ведьмы пробежала секундная гримаска недовольства. Я ее понимаю, эта информация относится к числу тех знаний, на папке с которыми стоит надпись «Только для личного пользования».

– Отыскала, хвала великому песчаному духу. Скажи, Рахман, а каким богам ты молишься?

– Никаким, – равнодушно ответил тот, после поставил пиалу на столик, стоящий перед ним, и текучим движением извлек из ножен саблю. – Разве что звонкой стали. Я приношу ей жертвы в виде крови врагов, а она помогает мне во всех начинаниях. И никогда не подводит.

– Может, ты слышал, что в наш мир с небес спустились древние боги? Донеслись до тебя вести о том?

– Что-то такое караванщики рассказывали, – равнодушно произнес Рахман, убирая саблю в ножны. – Но мне нет дела до любых богов, хоть старых, хоть новых, поскольку, уверен, им нет дела до меня. У каждого свои пути в подлунном мире.

– Одна из богинь, Тиамат, решила сделать тебе подарок.

– Я не просил ее об этом. – Воин пустыни отправил в рот кругляш сушеного инжира. – Да и не нужно мне ничего. У меня есть конь, сабля и воины, готовые как пировать, так и умирать. Зачем мне что-то еще?

– Хорошо, – покладисто согласилась с ним Седая Ведьма. – Если тебе неинтересно узнать о том, почему ты до сих пор не смог найти тот путь, по которому твой брат Саул водит караваны в Селгар, а после наконец-то решить с ним вопрос о том, кто из вас более достоин носить имя вашего рода…

– Воистину, это великая богиня, – перебил главу «Гончих» Рахман и поставил пиалу на дастархан. – Чем я могу быть ей полезен?

– Ты и девять человек из твоего отряда присягнут ей на верность, – деловито заявила Седая Ведьма. – Все, более ничего. Ну разве что в один из дней она может предложить вам разграбить город-другой в компании моих воинов или других ее слуг, которые тоже умеют управляться с саблями. Но и тогда ты станешь решать для себя сам, нужны тебе кровавый пир и богатая добыча или нет?

– Карту с тайными путями через пустыню ты дашь мне сейчас? – уточнил Рахман. – Или потом?

– Держи, – женщина с иезуитской улыбкой протянула ему пергамент, перевязанный зеленой лентой. – Саул хитер. Он отыскал старые тоннели, которые проложили в незапамятные времена те, кто жил на этих землях до вас, и большую часть пути проходит под землей, где никто из твоих поглядов не может его заметить. Да и лагерь свой он устроил там же.

– Это хорошо. – Воин пустыни развернул свиток, кинул на него взгляд и недобро улыбнулся. – Лучшее место для встречи родных братьев трудно представить. Как ты говоришь, имя богини, которая сделала мне столь бесценный подарок?

– Тиамат, – подсказала ему Седая Ведьма.

– Я думаю, если часть моего отряда принесет ей клятву верности, то это будет правильно. – Рахман поднялся на ноги. – Подожди тут, уважаемая. И вы, славные воины, тоже. Я сейчас вернусь.

Он покинул нас, направившись в ту сторону, где три десятка крепких мужиков жарили над костром какое-то парнокопытное животное. Джейрана, наверное. Ну или кто тут в пустыне водится?

– Цени, – ткнула меня локтем в бок Ведьма. – Я эту карту для другого случая берегла, между прочим, а для тебя не пожалела.

– Для богини, – поправил ее я. – Давай не будем передергивать. Но я ей и про это расскажу.

– Уж будь любезен.

– А что у этого товарища за терки с братом? – заинтересованно спросила Кролина. – Чего они не поделили?

– Саул у Рахмана права на имя и наследство отобрал хитростью, – пояснила Ведьма. – Там вообще интересная история получилась…

– Так-так! – раздался за спиной незнакомый мне мужской голос. – Кого мы видим? Вот уж воистину нечаянная радость!

## Глава третья, в которой герой получает большей частью позитивные эмоции

Я повернулся к говорящему, собираясь уточнить, с кем именно имею дело, но почти сразу передумал это делать. Просто данный вопрос не имел ни малейшего смысла, так как на блестящих доспехах стоящего передо мной высокого рыцаря красовался герб клана «Великая М», а над его головой гордо светился значок, свидетельствующий о том, что он не просто какой-то рядовой, а целый офицер.

– И? – холодно осведомился у него я. – Ну видишь ты меня. Что дальше?

– А ты не понимаешь? – с не особо скрываемой иронией осведомился рыцарь, имя которому было Антоний Светлый. – Или ты не в курсе, что наши кланы с недавнего времени находятся в состоянии войны?

– Я так-то в «Линдс-Лохенах» главный, потому много чего знаю. Но это не отменяет мой вопрос – дальше что?

На самом деле мне все ясно. С ним отряд численностью человек в тридцать, как видно, шли ребята какой-то квест выполнять. То ли сам Антоний, то ли кто-то из его спутников нас заметил, после мы были пересчитаны по головам и признаны годными к употреблению. Если точнее – Антоний пришел к выводу, что его шансы на победу не просто велики, а почти бесспорны, потому упускать подобную возможность глупо. Что до бойцов Седой Ведьмы – так нам не помощники, поскольку война локальная. Их место в зрительном зале.

Нет, понять его можно. Первое столкновение – и он сразу же берет на меч лидера вражеского клана. Шутка ли! Это не просто победа, это почти триумф. Ну и хорошие перспективы в разрезе дальнейшего карьерного развития. Опять же, Мессмерта за такой подвиг может именных плюшек отсыпать.

– Пойдем? – дружелюбно предложил мне рыцарь и мотнул головой в сторону пустыни, которая начиналась шагов через тридцать, там, где кончалась зелень оазиса и начинались пески. – Не будем тратить время. Просто у нас еще очень много дел.

– Слушай, а тебе тут в твоих железках не жарко? – вместо ответа спросил у него я. – Солнце жарит сил нет как. Или у тебя там какая-то система вентиляции установлена?

– Тут игра, термоконтроль не нужен, – пояснил Антоний Светлый. – Хейген, не тяни. Мы все равно не уйдем и вам сбежать не дадим. А если ты попробуешь открыть портал, я убью тебя прямо тут, бог с ними, со штрафами и репутацией. Это же не город, верно? Может, я больше в этом оазисе и не появлюсь никогда.

– Сразу видно – не так давно ты играешь, – влезла в нашу беседу Седая Ведьма. – Все оазисы репутационно связаны между собой. Ты, дружок, тогда карму своему клану здорово подгадишь.

– Ничего. – Антоний напялил на голову шлем. – Цель оправдывает средства, а смерть такого врага окупит любые убытки. Первый день войны – и лидер «Линдс-Лохенов» уже повержен!

Ну а я что говорил?

– Чувак, Хейген после смерти сразу воскреснет, – ухмыльнулась Мысь. – Если ты не в курсе.

– Неважно, – гулко ухнул рыцарь из шлема. – Главное, что перед тем он умрет. Еще раз предлагаю – пойдем из оазиса добром, или мы тебя тут атакуем.

– Пять секунд. – Я увидел Рахмана, который наконец-то вернулся, причем в сопровождении воинов в черных одеждах, выглядящих довольно внушительно. – Сейчас, дело завершу – и пойдем пускать друг другу кровь. Фигурально выражаясь, разумеется.

– Живей давай! – рыкнул стоящий рядом с рыцарем гном. – Не тяни.

– Квест сдам – пойдем, – упрямо повторил я. – Война войной, игра игрой. В конце концов, Антоний, ты же не упертый тамплиер из реальной истории, а игрок. Не ломай процесс. Даю тебе слово – не будем мы от боя уклоняться.

– Хорошо, – прогудел тот. – Три минуты. И еще. Седая Ведьма, ты же помнишь, что не имеешь права вмешиваться в наши дела?

– И не собиралась, – подтвердила та, опускаясь на скамейку, стоящую под пальмой. – Правила есть правила, их нарушать нельзя. Двое дерутся – третий не влезай.

И воины «Великой М», весело переговариваясь, отправились к выходу из оазиса. Редкое дурачье собралось под рукой Элины, конечно. Всему на слово верят.

– Нам кранты, по ходу, – констатировала Мысь, глядя им в спину. – Соотношение даже не один к трем, а больше. Может, все же смоемся?

– Можно, – согласилась с ней Кролина. – Вот только очень скоро эта новость станет известна всем. Сладкий инфоповод-то. Нас как клан, конечно, никто не знает, но мы при богине состоим, а это уже серьезно. Да и стыдно, если честно.

– Стыд не дым, глаза не выест, – возразил ей Слав. – Мне не умирать жалко, опыт и даже вещи тоже ерунда. Я их, если что, вон Милли Ре сдам на хранение. Противнее то, как это случится. Они ведь нас с шутками и прибаутками резать станут, точно баранов на бойне.

– И еще одно, – добавил Снуфф, показав на Флоси и Назира, которые стояли рядом со мной. – Эти наверняка с нами пойдут, следом за Хейгеном. Они от него никуда. А наш пахучий друг, если кто забыл, не просто так НПС.

– Хейген, квест сдавай, – попросила Ведьма. – Не тяни.

– Само собой. Рахман, ты и твои воины принимают покровительство богини Тиамат, самой великой на землях Файролла вообще и Востока в частности?

– Да, – веско ответил житель пустыни. – Мы будем служить ей, ее имени и ее делу.

– Будем! – дружно гаркнули его подручные. – Хаййя!


Вами выполнено задание «Те, кто поверил – 4».

Награды:

15 000 опыта;

7000 золотых.

Дополнительная награда:

+ 5 единиц к характеристике «Мудрость».


Жалко, что к мудрости. Сила бы мне сейчас больше пригодилась.


Вам предложено принять задание «Проводники веры».

Данное задание является вторым в цепочке квестов «Вера в небеса».

Условие – найти десять подвижников, которые согласятся нести веру в Тиамат и ее слово в разные земли, невзирая на опасности и сложности.

Награды:

25 000 опыта;

15 000 золотых;

золотая пластина с ликом Тиамат (коллекционный предмет, может использоваться в качестве амулета).

Важно!

Из десяти эмиссаров веры пять должны являться игроками, пять – НПС.

Важно!

Все эмиссары-НПС должны верить в то, что они на самом деле являются посланцами веры.

Примечание

На выполнение данного задания вам дается неделя по игровому времени. Если по истечении данного срока вы с ним не справитесь, то цепочка «Вера в небеса» будет провалена. Повторное прохождение данной цепочки заданий не предусмотрено.


Елки-палки, ну и задачка! Игроков-то я найду, невелика задача. Пять минут у храма постоял – и все, готово, благо чудиков в «Файролле» хоть отбавляй. А вот НПС – это сложнее. Можно попробовать из рыцарей навербовать, конечно, это ребята идейные, но жалко пяти хороших воинов лишаться, особенно в свете грядущих событий.

Хотя – о чем я? Мало ли и среди НПС блаженных? В условиях квеста, слава разработчикам, никаких ограничений к кандидатам по степени вменяемости нет, главное – изначальное согласие. А после хоть трава не расти.

– Все, иди, не стоит заставлять врагов ждать, – сказала Ведьма, подмигнув мне. – Потом расскажешь о том, какой квест открылся.

– Ага, – кивнул я. – И то правда. Ребята, пошли.

Что здорово, ни у одного из моих соратников даже тени сомнения на лицах не возникло, они просто направились к краю оазиса, на ходу доставая оружие. Единственное – Кролина чуть замешкалась, глянула сначала на меня, после на Ведьму, которая жевала какой-то экзотический фрукт, протянутый ей стройной девушкой-НПС, которая здесь, похоже, работала прислугой, а после на Рахмана.

– Нормально все будет, – заверил я ее и получил в ответ лучезарную улыбку.

– Рахман, я рад, что ты теперь с нами, – быстро сказал я воину пустыни. – Твои враги отныне мои враги.

– Это хорошо, – кивнул тот. – Умелый боец в хорошей драке лишним не бывает, тем более что у моего брата много людей, и они знают, с какого конца за саблю браться.


Вам предложено принять задание «Братская любовь».

Условие – помочь кочевнику Рахману в святом деле мести.

Внимание! Данный квест возможен в двух вариантах прохождения – индивидуальном и коллективном, для продолжения выберите тот, который вам более интересен. Помните, от вашего решения зависит сложность прохождения задания и размен награды, выдаваемой в случае его успешного завершения.

Индивидуальный?

Коллективный?


Что-то новенькое, раньше такого не видал. Надо полагать, с последним обновлением такие штуки появились. Ну или просто раньше мне не встречались. Вон еще и счетчик сверху побежал, дают тридцать секунд на выбор варианта.

Ну, пусть будет коллективный. Чего народу не развлечься?


Вы выбрали коллективный вариант прохождения.

Личные награды (в случае успешного завершения квеста):

10 000 опыта;

5000 золотых;

предмет, соответствующий классу игрока (рандомно, уровнем не менее редкого);

памятная монета (предмет из коллекции «Воины пустыни»).

Коллективные награды (в случае успешного завершения квеста):

опыт (делится на всех участников задания);

золото (делится на всех участников задания);

предметы уровнем не ниже редких (распределяет лидер группы);

игровые жетоны (гарантированно по два на каждого участника, независимо от результата);

шкатулки с секретом (гарантированно по два на каждого участника, независимо от результата).

Примечание

Количество игроков, которые могут принять участие в выполнении данного квеста, не может превышать пятнадцать единиц. Также дополнительно вы можете привлечь на свою сторону НПС, но не более пяти единиц.

Примечание

Возможны индивидуальные дополнительные награды игрокам, положенные за наибольший вклад в общее дело.

Примечание

В случае поражения отношения с НПС Рахманом будут испорчены, также вы лично будете лишены возможности повторно взять данный квест.

Принять?


С личными наградами все понятно, а вот коллективные… Опыт, золото, репутация – и все без четких значений. Нет, точно что-то новое. Хотя логика более-менее ясна – чем дальше пройдешь живым и лучше будешь драться, тем больше перечисленного получишь. Плюс маленький гарантированный бонус за участие в виде жетонов и шкатулки.

– Эй, Хейген, ты идешь? – донесся до меня голос Антония. – Или сначала хочешь глянуть на то, как мы твоих дружков пластать станем?

– А я вон ту не сразу убивать желаю, – добавил кто-то с гадливыми нотками в голосе. – Прусь от лысых баб! Ребята, никто не против, если я с ней немного поиграюсь?

– Если даже не сегодня, то как-нибудь потом я до тебя доберусь, – на редкость спокойно произнесла Мысь. – Слово даю. Тогда и поиграемся вволю.

– Сдается мне, что это люди тебе не друзья? – уточнил Рахман. – Я прав?

– Они мои враги, – подтвердил я. – Извини, но надо идти, а то они подумают, что я струсил.

– Иди, друг мой, иди, – кивнул Рахман. – И вправду – не стоит заставлять врагов ждать.

Перевес вправду был не в нашу пользу. Как только я присоединился к своим сокланам, то противники почти моментально окружили нас так, что мы оказались в кольце.

– Может, не будем валять дурака? – прогудел из шлема Антоний. – Бросайте оружие на песок, тогда умрете быстро. Обещаю, так будет. Разве что вон того вонючку мы с собой прихватим, он потешный. Элина любит всяких фриков, станет ей подарком.

Выходит, этот черт в консервной банке понял, кто перед ним. С одной стороны, это хорошо, Флоси теперь ничего не угрожает, они станут стараться взять его живьем. С другой – очень, очень скверно. Если верховный жрец Тиамат попадет в руки Мессмерты, то я даже гадать не возьмусь, чем все кончится. Одно предельно ясно – моя небесная покровительница станет рвать и метать, а первым под раздачу божественных тумаков точно попаду я.

Если выберемся из этой переделки, запру бывшего туалетного в замке и приставлю к дверям охрану. Пусть он лучше там спивается.

– Экая ты говна! – Флоси высморкался на песок, а после вытер нос рукавом. – Я ж тебе «кровавого орла» за такие слова врежу! Или нет. Я тебя в песок закопаю, поверх костер разведу и часика полтора подожду. Получится рыцарь в собственном соку, мясо будет мягкое, нежное.

Шеркон рассмеялся, его поддержал Вахмурка. Да и я хохотнул, при этом понимая, что шутка-то мрачноватая, с каннибальским душком.

Но, если что, я сам за лопату возьмусь, чтобы ямку вырыть, а после дров добуду. Даже тут, в пустыне.

– Каждый сам творец своей судьбы. – Рыцарь стукнул мечом по щиту. – Умрите же!

И вот в этот самый момент, когда казалось, птица синего цвета с надписью «удача» на крыле уже слетела к Антонию с небес прямо в руки, на его шлем откуда-то сзади обрушилась огромная дубина, которая буквально вдавила голову рыцаря в плечи. Прямо как в мультфильмах, честное слово. Он еще и звук издал забавный, нечто вроде «элп».

Так что птица, может, и слетела, конечно. Но, сдается мне, исключительно затем, чтобы ему на голову нагадить.

Интересно, где боец Рахмана в этих гиблых песках такую дубинку раздобыл? Тут дерево, как было сказано чуть ранее, в изрядном дефиците.

Уже второй раз за последние дни мои враги получают удар в спину тогда, когда они этого не ждут, с той, правда, разницей, что в первый раз я и сам ничего такого не предвидел, потому удивился не меньше, чем враги. А тут нет, все ожидаемо. Вот не случись этого, тогда да, моему изумлению не было бы предела.

Кривые и широкие сабли пустынников в первую очередь обрушились на хлипкие кожаные доспехи лучников, которые уже собирались превратить нас в подушечки для иголок, а также двух магов, которые перед смертью и вскрикнуть-то не успели. Рахман, похоже, отлично разбирался в том, кто должен умереть сразу, а кто потом.

Что до моих спутников – они мигом разобрались в том, что происходит, и кинулись на тех вояк Элины, до которых наши союзники еще не добрались, причем Мысь взвизгнула, перекрывая шум битвы:

– Бородатого не трогать! Он мой!

Как видно, это был тот самый товарищ, что предпочитает женщин без волосяного покрова на голове. Упокой игровые боги его душу…

– Эй, так нечестно! – наконец-то услышал я фразу, которая не могла не прозвучать. Это же люди Элины, а у них как заведено? Если результат складывается в их пользу, независимо от того, каким именно образом и насколько праведным путем он был достигнут, то все идет как надо. А если нет – так нельзя, так нечестно, не по правилам.

Причем исходила эта реплика все от того же Антония, которого в данный момент с двух сторон обхаживали Флоси со своей секирой и верзила-пустынник с дубиной. Рыцарь кое-как от них отмахивался мечом и орал во все горло слова протеста.

– Почему не по правилам? – услышал я слова Седой Ведьмы. – Это НПС, они чего хотят, то и творят. Да ты и сам пару минут назад ничего против них не имел, одного даже в плен взять собирался.

– Отличный удар! – азартно выкрикнула Милли Ре и захлопала в ладоши. – Шеркон, респект! Это было красиво.

Что именно сотворил Шеркон со своими двумя саблями, понятия не имею, поскольку в этот момент рубился с игроком под ником «Куллнинан», который явно отыгрывал роль варвара с полным погружением в оную. В качестве брони он выбрал только наплечники и наголенники, чресла его прикрывал пояс, отделанный мехом, а на башке красовался обруч с большим камнем. Помимо этого, время от времени он рычал, аки дикий зверь, и поминал имена богов, о которых я даже не слышал. Хотя, может, это были и не боги, а кто-то другой.

– Ахр-р-р-р! – гаркнул он в очередной раз, когда мой удар снес часть его здоровья, переведя шкалу в желтый сектор. – Умри, подлый Линдс-Лохен!

– Почему подлый? – удивился я, принимая удар его меча на свой щит. – Ладно бы «ненавистный» или хотя бы «грязный». Но подлый – это перебор! Да какого хрена!

Последнее относилось не к Куллнинану, истаявшему в воздухе, а к Вахмурке, который нанес ему удар в спину.

– Решил помочь, – ответил соклан. – Ну и стоял он удачно. Как тут не рубануть?

Бой закончился, толком не начавшись, поскольку наши враги как-то очень быстро кончились, украсив песок рядом с оазисом белыми коконами. Только Мысь, растягивая удовольствие и плюнув на лук, кромсала саблей своего противника, да здоровяк из подручных Рахмана добивал бедолагу Антония, не обращая внимания на вопли Флоси, который, разумеется, и не подумал отказываться от своих людоедских замыслов. Рыцарь лежал на песке и при каждом молодецком ударе задирал вверх руки и ноги, что сопровождалось истошным скрежетом доспехов.

– Оставь его! – орал жрец. – Не лишай меня радости его как следует помучить! Имей совесть!

– И-и-и-эх, – лаконично ответил на это здоровяк, в очередной раз махнув дубиной, причем в этот раз Антоний даже не дернулся, хотя пока и не помер. Кстати – на редкость крепкий оказался товарищ, я бы давно уже улетел, достанься мне так, как ему. Может, у рыцарей какой скилл есть на прокачку выносливости?

– Надо добить, – негромко сказала мне Кролина, подойдя сзади. – Он из ближнего круга Элины, его смерть не менее отличный инфоповод, чем для них была бы наша. Теперь мы можем рассказать сообществу, что при первой же стычке разнесли отряд втрое больше нашего, да еще убили игрока из ближнего круга лидера. Может, даже в «Вестнике Файролла» про это напишут. Да и если нет, то все равно кто надо – узнает. Вот я его сейчас стрелой! А то смоется, как те, другие!

– Какие другие? – уточнил я.

– Трое или четверо улизнули, – пояснила девушка, глядя на Антония, который, пользуясь тем, что верзилу-пустынника Флоси от него все же оттащил, скреб пальцами по песку, силясь подняться. – Они из игры вышли, когда прочухали, что дело швах. Понятно, что когда обратно вернутся, то штрафы от администрации огребут за такое поведение и потенциальное читерство, но это куда меньший убыток, чем потеря снаряжения. Выстрел!

Стрела ударила в прорезь шлема, Антоний опрокинулся на песок.

– Во! – захлопал в ладоши Флоси. – Так и лежи, скотина! А я тебя песочком присыпать начну. А там и костерок распалим! Пожарче!

Однако того гляди и он из игры выйдет. Что же мне, после сидеть, его ждать? На фиг надо.

Я подошел рыцарю, который силился подняться, и ласково ему сказал:

– Не ходи больше по нашу шерсть, Антошка. Сегодня ты ушел просто стриженый, но в следующий раз так легко не отделаешься. Слово даю.

И вбил свой меч ему в грудь, чего он, ясное дело, не пережил. Признаюсь – удовольствие испытал. Да, конечно, не такое, какое выпало бы на долю Флоси, но все равно немалое. Есть, есть что-то в этом – вонзить сталь в тело врага, глядящего на тебя снизу вверх. Я начинаю понимать и офисных додиков, идущих в Файролл потешить свои комплексы, и отставных вояк, которым не хватает хоть каких-то смертей на пару с хоть каким-то экстримом, и даже ролеплейщиков, представляющих себя в дремучем Средневековье. Кстати, окажись они там на самом деле, то сдохли бы край через неделю, если не от стали, так от какой-то хвори, скорее всего – от дизентерии. Современный человек, даже очень продвинутый в части выживания, не заточен под те времена вообще никак, от лингвистики до защиты микрофлоры кишечника. Именно по этой причине я никогда не читаю книги про удальцов, затерявшихся в дебрях времени.

Что же до Антония – ему сейчас ох как муторно. И ведь даже не вещей жалко, кстати, очень недурственных, а того, что его именно я на перерождение отправил. Не он меня, а я его. А ведь так быть не должно! Ну, по его точке зрения.

– Зачем?! – взвыл Флоси, который где-то раздобыл шанцевый инструмент, более всего похожий на детский совочек. Впрочем, что он хоть такой тут нашел, уже немалая победа. Тут же оазис, а не OBI. – Ярл!!!

– Не пыли! – погрозил ему пальцем я. – Так надо, так положено. Я ярл, он… Ну, пол-ярла. Но все равно руководитель. В смысле – командир. Значит, мне его надо было убить, а не тебе. Порядок такой у нас. Правило.

– Нет такого правила вроде, – возразила мне Мысь, потрошащая кокон сладострастного бородача, но тут же поправилась: – А, нет, такое есть, точно! Другого какого-то нет, а такое есть.

Это ей Кролина в спину камушком запустила, давая понять, что нечего лишнее молоть. Небольшим, со свой кулак величиной.

– Прими мою благодарность, Рахман, – сказал я, подойдя к воину пустыни, невозмутимо вытиравшему и без того чистую сталь своей сабли, изукрашенную какими-то разводами и символами. Надо думать, очень непростой сабли. – И еще раз подтверждаю – я и мои люди придут по твоему первому зову и помогут тебе наказать брата-предателя.

– Даже так? – тихонько произнесла Кролина. – Опять новости.

– Не сомневаюсь. – Рахман вогнал саблю в ножны. – И еще, Хейген. Я буду очень признателен, если ты уговоришь почтеннейшего Бахрамиуса принять участие в этом походе. Ведь ты знаешь, где он сейчас находится? Или как-то можешь донести до него мою просьбу? Дело в том, что Саул, да прорастут его волосы внутрь черепа, спутался с чародеем, пожаловавшим в наши земли с Запада, тот теперь ему изрядно помогает. Таких, как этот чародей, хорошо убивать вдруг, внезапно, когда они не ждут, а вот в честном бою простым воинам, таким, как я и ты, подобное проделать сложновато. Против чародея хорош только другой чародей, а никого лучше уважаемого Бахрамиуса в наших землях не сыскать.

– Сделаю, – кивнул я, а после, не удержавшись, спросил: – Скажи, откуда ты знаешь, что мне известно, где он?

– Это пустыня. – Рахман обвел рукой желтое безмолвие, раскинувшееся до горизонта. – Тут два владыки – Солнце и Ветер, они знают все. Только один все видит и молчит, другой все знает и рассказывает про увиденное тем, кто хочет его слышать и умеет это делать. Я из таких.

– Резонно. Как ты мне дашь знать о том, что я тебе нужен?

– Узнаешь, – заверил меня он. – Не сомневайся.

– Да и я, если что, подскажу, – добавила Седая Ведьма, подходя ко мне. – Мы ведь тоже в деле. А теперь нам, пожалуй, пора. Элина девочка сложная, с расшатанной психикой и кучей комплексов, с нее станется нагрянуть сюда со всем имеющимся у нее в наличии коллективом. А, ну вот и она. Я же говорила!

С хлопком раскрылся портал, мои сокланы, до того бодро потрошившие коконы и выгребавшие из них все, вплоть до золотых зубов и цепочек от часов, мигом ощерились клинками, да и Рахман со своими разбойниками поступил так же.

– Воу-воу-воу! – мигом выставил ладони перед собой вышедший из портала и сразу же оценивший диспозицию Мастер Стрекоз. – Я пришел с миром! Правда, гляжу, опоздал. Прими мои поздравления, Хейген, у тебя отменные бойцы в клане. Мне доложили, что тут перевес не в вашу пользу настолько, насколько это возможно, однако же вот, вы живы и пользуетесь священным правом «что с бою взято, то свято». Браво!

И он несколько раз хлопнул в ладоши, при этом из портала все шли и шли представители «Воинов Света». Не меньше четырех десятков их сюда пожаловало. Серьезная сила, особенно если учесть тот факт, что в этом клане слабаки не водятся.

Ну и как всегда, лидер самого мощного на сегодняшний день в Раттермарке клана просто лучился оптимизмом и очаровательно улыбался. А чего не веселиться, если новости попадают к нему намного быстрее, чем к моим орлам в редакции, хотя, по идее, все должно быть наоборот. Сколько времени прошло с того момента, как мы с Антонием закусились? Минут десять? А он уже тут. И, главное, очень вовремя, если бы не Рахман, люди Элины как раз с нами бы наигрались вволю и начали бы уничтожать.

Интересно, а кто из моих ему информацию сливает? Или зря я на них сейчас грешу и стукачок среди воинства Седой Ведьмы?

– Последние новости – элита «Великой М» в бешенстве, – сообщил он мне. – Но если вы думаете, что они сейчас сюда пожалуют, то это вряд ли. Элины нет в игре, а без нее никто не рискнет второй раз поставить на кон репутацию клана.

– Люблю делать сюрпризы женщинам, – усмехнулся я. – Иногда получается. Ну вот как сегодня. Надо будет ей еще почтой утешительную открытку отправить.

– Тонко, – согласился со мной Мастер Стрекоз и обратился ко всем присутствующим: – Уважаемые, заранее прошу у вас прощения, но я похищу буквально на несколько минут Хейгена? Мне надо переговорить с ним об одном важном деле, причем приватно.

– А? – обратился Флоси к Назиру. – Я просто не очень разобрался – он чего с нашим ярлом делать хочет?

Ассасин в ответ ему выдал несколько жестов, из которых и я уже ничего не понял, но Флоси, как ни странно, успокоился.

Мы отошли в сторонку, чуть увязая в песке.

– Про растущую мощь дома Лилит ты, конечно, знаешь? – утвердительно произнес Мастер Стрекоз. – Хотя, разумеется, о чем я? Так вот – Сайрус днями мне предложил примкнуть к нему. Много чего обещал.

– Сайрус изрядный чудак, конечно, но при этом человек слова, – признал я. – Что обещает – делает.

– Последнее – истинно верно, – кивнул мой собеседник. – Но вот в первом ты неправ. Он не чудак, он фанатик, а я таких людей избегаю. Самое же скверное то, что, похоже, у него потихоньку стираются грани между «здесь» и «там», он начал смешивать этот мир и тот, что вне капсулы. Такое добром не заканчивается, проверено. Не он первый, не он последний. Случись так, что этот ретивый господин загремит в психушку или куда похуже, то его место займет Анчар, второй человек в «Мече и посохе», а с ним я дело хочу иметь еще меньше, чем с Сайрусом. Он хороший воин и порядочный человек, но не стратег, далее своего носа не видит. Мастера боя все таковы. Вон та же Милли Ре – меч, кинжал, моргенштерн – нет ей равных. Но случись ей строить политику клана самой, «Гончие» слились бы за пару месяцев.

– Ты хочешь, чтобы я тебе помог принять решение, с кем быть твоему клану? – без тени иронии осведомился я. – Или что?

– Я в очередной раз пришел к тебе с простой и ясной целью. Я хочу, чтобы ты не видел в нас слишком расчетливых ребят, которые хотят усидеть сразу на четырех стульях.

– Но вообще-то так и есть, – хмыкнул я. – Разве нет?

– Нет. Всего на двух. С Витаром у нас в любом случае уже не сложится. Если ты забыл, мы уже с ним как бы поручкались, а после расстались, причем не сильно полюбовно. Кстати, по этой причине на нашу поддержку в бодалове с Элинушкой ты всегда можешь рассчитывать. Но, разумеется, пока неофициальную.

Ну да. Витар муж Мессмерты, и он на вас без того зол. Плюс моя бывшая работодательница у тебя кандидат номер два для присяги. А то и номер один, кто знает. Следовательно, и по этому раскладу тебе с Элиной в открытую бодаться смысла нет.

– Спасибо, – невзирая на свои мысли, вполне искренне поблагодарил я его. – Времена непростые, любая поддержка нам пригодится.

– Очень верное суждение. – Мастер Стрекоз заложил большие пальцы рук за ремень, откинул голову назад и, прищурившись, уставился на солнце. – Хейген, я бы хотел вернуться к нашей давнишней беседе о том, что мой клан может быть полезен делу Тиамат.

– В те времена все было проще, дружище, – вздохнул я. – Тогда ты и твои люди не наговорили кучу глупостей очень влиятельным НПС, на которых у нас много что завязано. Настолько, что, выбирая между твоим, бесспорно, мощным кланом и их поддержкой, я выберу последнее.

– Печально, – лицо лидера «Воинов Света» погрустнело, – весьма и весьма.

– И все же! – продолжил я. – Ситуация меняется стремительно, возможно, чуть позже мне удастся что-то предпринять в этой связи.

– Понимаю, что забегаю далеко вперед, но есть одно условие, – поморщился Мастер Стрекоз так, будто раскусил гнилой орех. – И оно обязательное. Сам бы я, разумеется, не стал настолько торопиться, но ты же знаешь – мы хоть и лидеры, но плотно зависимы от тех, кто стоит за нашей спиной. Короля играет свита, так было и так будет.

– Излагай, – попросил я, – время поджимает.

– Прежде чем мы присягнем Тиамат, я должен с ней встретиться, – в голосе собеседника появились нотки жесткости, – это обязательное условие.

Вот, собственно, и все. Никто из моих на такое не согласится, да я и сам данную встречу организовывать не стану. Зачем мне это нужно? От таких мероприятий нам один убыток выйдет. А соальянсники как только о таком узнают, то сразу меня сожрут. Даже в песок для томления мяса закапывать не станут, живьем на куски раздергают, и Седая Ведьма первой меня рвать начнет.

Плюс – удивил меня Мастер Стрекоз. Вроде не дурак, чего же он второй раз на те же грабли наступает? Или это он меня так невысоко ставит?

– Ничего обещать не стану, – все же не стал говорить категоричное «нет» я. Это слово никуда не убежит, его всегда можно в ход пустить. – Слишком тонкая материя – общение с небожителем. Но обещаю подумать о твоих словах.

– Этого достаточно, – хлопнул меня по плечу лидер «Воинов Света». – Да! Здорово у Гедрона все с Ареной вышло, а? Проиграл – но выиграл. Да еще и «Великой М» свинью какую администрация подложила. Кто-то очень красиво сработал, снимаю перед этим человеком шляпу.

И он на самом деле снял с головы иллюзорную шляпу с огромными полями, которая там за секунду до этого появилась.

Неслабый такой намек. И очень толстый.

– Согласен, вышло здорово, – рассмеялся я. – Гедрон, по слухам, до сих пор в это поверить не может.

– Выйдет на Арену – поверит. – Мастер Стрекоз щелкнул пальцами левой руки, шляпа снова пропала. – Ладно, в самом деле пора. И тебе, и мне.

– Был рад повидаться, – протянул ему руку я.

– Взаимно. – Глава «Воинов Света» задержал мою ладонь в своей. – Да, вот еще что. Мне тут рассказали, что у тебя есть какой-то интерес в Великой Степи? Это на самом деле так?

## Глава четвертая, в которой некоторые вещи происходят как бы сами собой

Узнаю Мастера Стрекоз. Он, как всегда, на финал разговора припас некую заманушку, которая могла создать плацдарм для следующего разговора. Маленький, но все же.

А самое главное то, что у него наверняка есть что мне предложить в этой связи. Я, по сути, уже махнул рукой на два квеста, которые ждали меня там, за горным хребтом. Выше головы не прыгнешь, ниже задницы не сядешь, в тех краях, кроме неоднократной гибели, меня ничего не ждало, это я понял предельно четко. Ну, если, конечно, я не обзаведусь сопровождением вроде пары сотен северян или двух-трех рот из числа Вольных отрядов, только это утопия. И дорого, и нет сейчас нигде лишних клинков, все уже разобраны и состоят при деле.

– Есть такое, – подтвердил я, освобождая ладонь. – Места только вот там сильно недружелюбные. И еще – специфические.

– Не то слово, – покивал головой лидер «Воинов Света». – Фронтир, понимаешь ли. То, что здесь, и то, что там – два разных мира. Причем все твои репутационные заслуги словно обнуляются, там все надо начинать с самого начала. На Севере, конечно, та же система действует, ты без репутации никто, но все равно некий стартовый пакет предыдущих побед в зачет идет. Там – нет. Плюс НПС там редкостные пофигисты, рассчитывать на их помощь смысла нет почти никакого, причем очень долгое время, пока ты там совсем своим не станешь. Кстати, именно поэтому многие игроки, которые обитают там, и не желают возвращаться сюда: слишком много времени, сил и нервов было вложено в раскачку персонажа. Жаба душит. Я знаю таких, которые в Степи годами сидят, вообще не бывая на основной части материка. Им не надо, им и там хорошо.

– Рад за них. Ну, я пошел?

– У моего клана в Великой степи есть два отряда законников-«регуляторов» и одна полностью подконтрольная банда, – безмятежно произнес Мастер Стрекоз. – Большая, очень уважаемая в тамошнем преступном сообществе. Я просто в свое время решил, что надо зайти в эти края с двух сторон, потому одни несут в Степь закон и порядок, а вторые промышляют конокрадством и постоянно пребывают в конкурентной борьбе с себе подобными. И те и другие к твоим услугам. Скажи, каковы твои цели в тех краях, и мы подумаем, как тебе можно помочь.

Я же говорю – та еще сволочь. Согласись я – и его аналитики мигом начнут просчитывать, зачем мне нужны те, кого я назову. Хуже того – он начнет искать подходы к этим самым целям без моего участия.

С другой стороны – и пусть. Задолбаются они угадывать, что именно мне нужно от налетчика Ууурша и варварского племени Груукх, тут ни один аналитик не поможет, потому что точно надо знать конечную цель. Мало того – иметь квест, который поможет ее достичь. Без этого хоть лоб расшиби, все одно ничего не выйдет.

– И что я за помощь буду должен? – осведомился я.

– Какие долги? – укоризненно вздернул брови Мастер Стрекоз. – Мы же друзья. Именно поэтому я помогу тебе выжить в Великой Степи и добиться поставленных целей.

– А я, не менее по-дружески, выполню твою просьбу? – предположил я. – И, если надо, склоню соальянсников к союзу с тобой? Верно?

– Тут только тебе решать. Но не вижу причин, по которым это невозможно. Ты же понимаешь, что ни один клан в Раттермарке не даст столько бойцов Тиамат, как мой. Впереди большие битвы, Хейген, мои люди станут острием клинка в любой из них.

И ведь он снова прав, поганка такая. Все именно так. Укрепись наш альянс «Воинами Света», то столько проблем сразу решится – не сосчитаешь. Та же война на Западе перестанет быть головной болью. Если северян и войска мятежных баронов разбавить молодцами Мастера, то мы за неделю до стен Эйгена дойдем, а еще через пару дней после этого в тронном зале на голову Вайлериуса Тиамат корону нацепит. И все, Запад наш.

Правда, в этом случае и я, и мой клан, и все остальные мигом отойдут на второй план, потеряв при этом большинство привилегий, предоставленных Тиамат. Их подгребет под себя вот этот умник. Нам останется только храм, который рыцари Плачущей Богини никому не уступят, и первый жрец, который друзей никогда не предаст. Флоси цельная натура, несмотря на алкоголизм и вздорность характера.

Мне лично это очень выгодно, я скину с плеч кучу ненужных хлопот, включая общение с властной богиней, остальным – нет. Они играют ради игры, а я ради того, чтобы ее для себя побыстрее закончить. Потому если рассуждать практически, то я прямо сейчас должен сказать «да». Если по-людски, по-человечьи – «нет».

– Подумаю, – кивнул я. – Предложение заманчивое, но сам понимаешь – с ходу такие дела не решаются. Тут интересы моих друзей присутствуют.

– Думай, думай, – согласился глава «Воинов Света», – но особо не тяни. Мир, тот, который мы знали, доживает последние дни. Сколько той суеты на «Арене» осталось? Недели на полторы-две. После два первокирпича будут найдены, следом быстро построены храмы, и закрутится карусель богов.

– Кстати, – щелкнул пальцами я. – А чего ты сам не хочешь кирпичик к рукам прибрать? Например, тот, что принадлежит Мессмерте? Витар ладно, тут все ясно. Но она-то другое дело. Да, муж и жена одна сатана, но тем не менее.

– Я много чего узнал про эту богиню, – тонко улыбнулся Мастер Стрекоз, а после мне подмигнул: – Не хочется с ней дело иметь, слишком она вздорная и капризная. Ну, ты ведь и сам это знаешь, верно? Даже получше моего.

А ведь он в курсе, как боги вернулись в наш мир. Не знаю откуда, но в курсе.

– Мой выбор и выбор клана – Тиамат, – продолжил мой собеседник. – Это лучшая из всех кандидатур. Уцелей пятый бог, тот, который сгинул сразу после возвращения из Великого Ничто, в этом случае выбор был бы сложнее, но сейчас все просто и понятно. Потому еще раз тебя прошу – подумай как следует над моей просьбой, хорошо? Согласись, в данном случае непосредственно ты от данного союза выиграешь больше, чем кто-то еще.

Даже про папашу Сэмади он знает, того, которого мой костлявый друг прикончил еще до того, как тот с небесной лестницы спустился. И про него самого, выходит, тоже в курсе, можно не сомневаться. Полагаю, единственное, что ему неизвестно, так это то, откуда Сэмади в наших землях взялся. Тут сколько ни рой, ничего не узнаешь, так как, кроме меня и Барона, правда никому не известна.

При том условии, разумеется, если этот шустрик не успел еще и с Сэмади знакомство свести.

– Надеюсь на скорую и результативную новую встречу, – снова протянул мне руку Мастер Стрекоз. – А пока мы поборемся на Арене за один из кирпичей. Чем дольше он будет вне доступности тех, кто пустит его в ход, тем больше у нас времени. Но, имей в виду, долго мозги крутить общественности не получится, максимум неделю после того, как мы добьемся победы. Как только администрация игры поймет, что мы кирпичик использовать не станем, она у нас его отберет и передаст кому-то другому. Разумеется, добром, с хорошими плюшками, но так и случится, поверь мне. Я подобное уже видел разок. Ну, не в точности такая же ситуация тогда сложилась, но аналогия уместна.

Он не отступится, это точно. И еще – если ответ будет отрицательный, то «Воины Света» сами используют кирпич, и вот тогда нам придется очень туго.

Пожалуй, что это шах. Не мат, нет, но шах точно.

Мастер Стрекоз исчез во вспышке портала, за ним последовали его сокланы, а следом за тем и мы отправились в Пограничье. Я уходил одним из последних, поскольку следовало попрощаться с Рахимом, который, по сути, нас всех спас.

– Жду весточки, – сказал я ему.

– Не забудь про достопочтенного Бахрамиуса. Ты обещал, что он будет с нами, – бросил он мне, после развернулся и отправился к своим людям, стоящим поодаль.

Захочешь – не забудешь. Сдается мне, у братца-злодея чародей неслабый в пристяжи ходит, так что надо подстраховаться. Вот только захочет ли Бахрамиус тащиться с нами в какие-то тоннели? И что он запросит за свое согласие?

За то время, что нас не было, площадь перед коронным замком опустела. Не то чтобы совсем, как всегда, тут кто-то да ошивался, но прежнего многолюдья уже не было.

– Пять сек, – сказал я Седой Ведьме, которая требовательно взглянула мне в глаза. Сразу после того схлопнулся портал. – Сейчас напишу письмецо нашей общей знакомой, и пообщаемся. Ну не могу я отказать себе в этой маленькой радости!

– Понимаю и разделяю, – кивнула глава «Гончих». – Опять же – не чужие вы друг другу люди.

– О том и речь. Она же мне не просто так. Она же моя любимка.


«Добрый день, Элина.

Не могу не высказать тебе свою благодарность за то, что ты взяла на себя обязанности по снабжению моего клана первоклассными доспехами и оружием, первая же партия превзошла все мои ожидания. Да, надеюсь, ты будешь не против, если часть переданного нам имущества мы продадим с аукциона? Просто у нас нет игроков, которые могли бы им воспользоваться. И сразу просьба – если тебя не затруднит, при планировании следующих поставок не могла бы ты заранее проговаривать со мной списки той амуниции, которую ты планируешь нам передать?

Искренне твой – Хейген

P. S. Передай привет Антонию. Мне было очень приятно с ним познакомиться. Славный паренек. Ну да, как игрок он, конечно, пока так себе, слишком неумел, слишком неуклюж. Но все впереди, может, еще чему научится?»


Ну да, не письмо, а сплошной вызов, круто замешанный на издевке. Скажу честно – кому-то другому я, конечно, такое писать не стал бы. Но в случае неврастеничной Элины подобные шаги не только оправданны, они просто-таки необходимы. Пусть злится, мне это только на пользу. Чем сильнее гнев, тем больше ошибок она совершит, причем, надеюсь, из числа тех, которые после можно будет пристегнуть к нарушению игровых правил. Уж я не поленюсь, каждый ее шаг в направлении моего клана взвешу, оценю и при мельчайшей возможности признаю годным для жалобы. Одно предупреждение у нее уже есть, глядишь, и второе за ним последует, а там и третье. И все – ее в пожизненный бан, клан на расформирование, а победа в войне автоматически достается «Линдс-Лохенам». Возможно, какого-то праведника и покоробят те кривые пути, которыми я собираюсь добраться до победы, но мне на это начхать. Нет у меня сейчас времени на дрязги с потенциальной родственницей, других дел полно.

Может, надо было ее все же тогда, осенью, отодрать? От меня бы не убыло. Ну или зимой, в Касимове, тогда тоже имелась возможность это сделать. Глядишь, она бы порадовалась, что сестрицу на повороте обошла, да и успокоилась. Или того лучше – нас с ней намертво рассорила, оказав тем самым и мне, и Вике немалую услугу. Сестра избежала бы массы неприятных моментов вроде недавней прогулки в недостроенный дом, а я вернулся бы к привычному мне беспорядочному образу жизни, о котором, если честно, все чаще и чаще ностальгирую.

Ладно, что думать о несделанном? Жизнь невозможно по новой прожить, так этот мир устроен.

– Отметился? – уточнила Седая Ведьма. – Надеюсь, не поскупился на яд? Наша девочка останется довольна?

– Думаю, что да, – подтвердил я.

– Вот и славно. Надеюсь, что и на этот раз ее самолюбие нас не подведет. Ну, что ты глазами лупаешь? Какое условие у следующего квеста? Что делать надо?

Я не стал тянуть и рассказал ей все, от и до. Ведьма усмехнулась, открыла портал и моментально нырнула в него.

– А мы? – удивленно произнесла Милли Ре и уставилась на меня, как видно ожидая ответа.

– Вы теперь мои, – ответил я. – Чего смотришь? Мы с ней поменялись, причем по-честному. Я ей тайну, она мне вас, кого на время, кого навсегда. Тебя вот, Милли, выпросил как раз по последнему варианту. Ни в какую отдавать не хотела, но я же разговорчивый, смог найти аргументы.

– Если не секрет – зачем? – уточнила девушка, которая, разумеется, ни одному моему слову не поверила.

– Сделаю тебя своей любимой женой. Ты красивая, умная, и кулак у тебя тяжелый.

– Любишь, чтобы было больно? – хмыкнул один из бойцов, стоящих рядом с Милли Ре.

– Люблю, – кивнул я. – Но только чтобы не мне, а кому-то другому, тому, кто мне не нравится. Мне тогда сразу радостно становится, и засыпаю вечером быстро.

– С доброй улыбкой на лице, – добавила Мысь, стоящая за моей спиной. – Наш лидер такой!

– Ладно, пошутили – и будет, – я приобнял Милли за плечи. – Вернется скоро ваш лидер, никуда не денется. А до той поры вы наши гости. Мысь, душа моя, а предложи-ка доблестным союзникам испить пивка! Оно ведь у нас лучшее во всем Файролле!

– Истинно так! – моментально сориентировалась смекалистая лучница. – Пошли в замок, гости дорогие, сами убедитесь в том, что мы говорим вам чистейшую правду.

– А то я там не была, – проворчала Милли, но все же отправилась следом за Мысью, продолжив на ходу: – И пиво ваше я пила. Пиво как пиво, ничего особенного.

В принципе так и есть, но играть всегда следует по заданным правилам. В замке Седой Ведьмы меня всякий раз принимали как родного, я не хочу от нее отставать.

– Так! – я хлопнул в ладоши. – Любезные моему сердцу сокланы, и для вас у меня есть приятная новость. В ближайшем будущем у нас состоится коллективный ивентик, причем из таких, которые не каждый день и не каждому клану выпадают. Нам предстоит стать участниками драмы класса «и брат пошел на брата». Нет-нет, никакой гражданской войны, просто семейные разборки со смертоубийством. Мы поддержим одного из братьев, за что в результате можем загрести неплохой такой куш. Дело будет происходить под землей, так что веселье гарантировано. Мне на подземелья везет, как туда сунусь, все какая-то дрянь случается.

– А, так вот ты о чем с тем бедуином разговаривал! – подал голос Шеркон. – Ну чего, отлично. Считай, на ровном месте коллективный квест заполучили!

– На сколько человек ивент? – поинтересовалась Фрейя. – Маги понадобятся?

– Ты с какой целью интересуешься? – уточнил я. – Просто непонятно. Тут ведь есть два варианта. У тебя какой – «может, без меня обойдетесь» или все-таки «без меня вам не обойтись»?

– Второй, – не подумала смущаться магичка. Она вообще в те моменты, когда ей что-то надо, перестает быть робкой и беззащитной – Мне нужно уровни поднимать, без них новые заклинания не получить. Так что я в деле.

– В деле, – подтвердил я. – Так же как Кро, Мысь, Слав, Вахмурка и Шеркон, это мое решение как лидера. Остальные оставшиеся восемь мест из пятнадцати распределят офицеры.

– Девять, – поправил меня Аскард.

– А меня ты в расчет не берешь, что ли? – возмутился я. – Или как?

– Так ты на квесте завязан, – пояснил воин, – чего тебя считать?

– Ну да, верно. – Мне стало немного неловко. – Устал, туплю.

И ведь не соврал. Правда устал. Я вообще как-то стал сдавать. Раньше вот сутками тут сидел – и ничего, а сейчас выматываюсь если не моментально, то очень быстро. Скорее всего, схватил я синдром накопившейся усталости, со мной такое случалось в прошлом. Лет десять или двенадцать назад впервые такое произошло. Я тогда себя жестко загнал, вернее, меня загнали. Мамонт столько работы одномоментно навешал, что аж хребет трещал. Я за себя работал и за Веню, который чутка перенапрягся, и прилег из-за этого в надлежащую клинику. А после еще вместо Иволгина на Алтай поехал проводить журналистское расследование относительно сгинувших невесть куда туристов. До сих пор ту поездку вспоминать не хочу, как тогда уцелел – сам не понимаю. Алтай, доложу я вам, край прекрасный во всех отношениях, вот только если тебе там местные жители говорят, что куда-то не надо лезть, то обязательно стоит к ним прислушиваться. Это в твоих интересах.

По возвращении меня и накрыло. Слабость, путаные мысли, тоска на сердце, дрянь какая-то к коже прицепилась, я весь чешуйками покрылся, точно рептилоид, прости господи. И сны замучили. Такая жуть мерещилась, что я в какой-то момент стал бояться глаза закрывать, кофе литрами глушил. Спасибо коллеге по работе Маринке, она тогда выручила. Пришла, выслушала, поцокала языком, на следующий день приперла откуда-то три таблетки, зеленых, как листва весной, и пахнущих травяным сбором, после чего велела их пить по одной в день. Вернее – ровно в полночь, ни минутой раньше, ни минутой позже.

Не знаю, что за средство, но оно помогло. Через три дня кожа пришла в норму, заупокойная хтонь сниться перестала и вернулась связность мысли. Но все равно с тех пор время от времени меня накрывает такая усталость, что хоть ложись и помирай. Ненадолго, на несколько дней, но случается, как правило, в начале августа. Не так, как тогда, рожа паршой не покрывается, и сны, в которых я ищу и не нахожу выхода из какого-то старого темного дома, окнами смотрящего на болота, тоже не приходят, но все равно тоска накатывает просто жуткая. И всякий раз боюсь, что теперь этот морок меня точно не отпустит, а помочь мне просто некому, потому что Маринки, царство ей небесное, давно уже на свете нет. Как и давным-давно давшего дуба Вени, и пропавшего без вести Иволгина, которого невесть зачем на далекую Амазонку понесло, и еще много кого из тех, с кем я когда-то работал. И от этого мне становится еще тоскливее.

Хлоп – и прямо около меня открылся портал, из которого вышла Седая Ведьма, а следом за ней потянулись один за другим игроки ее клана вперемешку с НПС.

– Заказывал пилигримов? – осведомилась у меня глава «Гончих». – Получи и распишись. Что, молодцы, готовы нести слово богини Тиамат в массы?

– Готовы, – нестройно ответили десять голосов. – Хоть сейчас начнем.

– О как! – Я поднялся со ступеньки, на которой сидел. – Ловко.

– И заметь – все доброй волей, – качнула указательным пальцем левой руки перед моим носом Седая Ведьма. – Я только заикнулась, что нам нужны проповедники, так отбоя от желающих не было. Хорошее поколение растет, Хейген. Отличное. Вроде только-только ребята играть начали, просто рекруты, а какое рвение!

Ну, с игроками понятно, она им в личку написала, пообещала место в клане, прокачку и разные блага вроде брони и оружия. Но НПС-то она как сагитировала?

Впрочем – какая разница? Главное, что еще один квест, похоже, почти выполнен.

– Что, друзья мои, вы и в самом деле желаете послужить нашей грозной, но милостивой богине? – осведомился я у приведенных Ведьмой людей, которые вытянулись по стойке смирно, стоя на пару ступенек ниже меня. – Или все же нет? Вас никто не неволит. Более того – ваше желание должно быть искренним и идти от души.

– Все так и есть, – ответил один из них, то ли самый шустрый, то ли назначенный главным. – Делайте что надо, да мы пойдем. Нас ждет путь истинной веры, тернистый, но интересный.

– Красиво сказал, – признал я. – Ну, тогда… Хотя нет, стоп. Флоси. Фло-о-оси! Великий первожрец, мать твою так?! Блин, да куда ты делся, алкаш хренов?

– Он отправился в замок, – негромко сообщил мне Назир. – Присоединился к компании воинов, которые служат этой правительнице, и пошел туда же, куда и они.

Ну конечно, там же халявная выпивка. Мог бы и сам сообразить.

– Тащи его сюда, – велел я ассасину. – Прямо сейчас. Если будет сопротивляться, можешь применить силовые методы убеждения. Только не калечь, ладно?

– Я постараюсь, – кивнул Назир и направился к входу в замок.

– Чего Мастер Стрекоз тебе нашептал? – глянув вслед моему телохранителю, тихонько осведомилась Седая Ведьма. – И наобещал?

– Все, много и сразу, – не стал скрывать я. – Включая марку «перевернутая Дженни». А в обмен попросил сущий пустяк – знакомство с богиней. Личное, разумеется.

– Марку? – удивилась Ведьма. – Ты что, филателист? А, все, поняла. Очередная шутка от Хейгена, как обычно странная, не к месту и с подтекстом: «Вот какой я эрудированный». Не вопрос, пусть будет. Но, надеюсь, ты ответил ему «нет»?

– Я ответил «подумаю».

– Потому что марка из числа очень редких? Или потому, что кто-то не умеет говорить «нет», хотя пора бы уже этому научиться? Если не в жизни, то хотя бы тут, в игре.

– Не думай обо мне совсем уж плохо, – уже без всякого шутовства попросил ее я. – Если надо, то мне под силу и его послать, и Сайруса, и вообще кого угодно. Но сейчас выгоднее с «Воинами Света» держать как минимум нейтралитет. Тебе – нет. А мне – да. Мы друзья, спора нет, но в некоторых случаях этот аргумент не работает. Ты же сама кланлидер, так что все понимаешь.

– Ой, да ладно, – отмахнулась глава «Гончих». – «Ты сама кланлидер», до чего примитивный заход. Если бы ты еще сказал что-то вроде «Это просто бизнес, ничего личного», то я сразу выставила бы твою кандидатуру на конкурс «Мистер Банальность». И ты бы в нем выиграл.

– Отпусти! – донесся до меня вопль Флоси, которого в данный момент Назир пытался вытащить на свет божий из замка. – Когда еще такой шанс выпадет, чтобы мне тут налили? Королева меня, вишь, не жалует, велела кравчему ни капли не давать, а тот, скотина, ее боится, потому слушается. А сегодня, выходит, я им обоим вдул!

– Ты совсем сдурел? – охнула Фрейя и приложила ладони к щекам. – Ты чего несешь?

– Вообще-то ты о королеве говоришь, – поддержала ее Кролина, оглядываясь по сторонам, – жене местного владыки и сестре нашего лидера.

– Да и с кравчим вариант так себе, – добавил Слав. – Мы тут все нормальные так-то, и тебя таким считали. Если что, имей в виду – нам такие, как ты, на фиг в коллективе не нужны.

– Мы его ждем? – уточнил у меня один из будущих подвижников. – Да? А он правда из этих? Просто вроде как зашквар получается.

– Да вы чего? – заорал Флоси, вроде как даже протрезвев. – Чего несете? Я же не в том смысле, что их, значит… Я о том, что они, выходит, меня, а теперь я их! Ну, без этого самого, просто вроде как!

– Хорош! – гаркнул я, глядя на своих сокланов, которые еле удерживались от смеха, глядя на окончательно запутавшегося в союзах, междометиях и наречиях Флоси. – Наш друг и так умом не сильно крепок, не дай бог какой-то сосудик в башке сейчас от напряга лопнет, совсем дураком станет. Кто тогда у нас первым жрецом Тиамат работать будет?

– Флоси, все, отомри, – разрешила Кролина, с удовольствием глядя на то, как лицо бывшего туалетного, понявшего, что его развели, наливается красным цветом. – Но про королеву все же так больше не говори. Раз пронесет, два, а на третий тебя на плаху все же определят за длинный язык. И Тиамат не поможет, поверь мне.

– Все так, – подтвердил я. – Иди сюда. Видишь этих молодых людей?

– Вижу, – недовольно пробурчал Флоси. – И чего?

– Благослови их на подвиги во славу нашей богини, – попросил я. – Они, видишь ли, собираются нести слово ее и веру в народ, как тут без напутственного слова пастыря обойтись?

– Напутственного слова кого? – уставился на меня Флоси. – Ярл, ты говори понятней, а?

– Тебя! – рявкнул я. – Давай, пожелай им доброго пути и пообещай поддержку Тиамат!

– Доброго пути, Тиамат с вами, – протараторил горе-первожрец и глянул на меня. – Нормально?


Вами выполнено задание «Проводники веры».

Награды:

25 000 опыта;

15 000 золотых;

золотая пластина с ликом Тиамат (коллекционный предмет, может использоваться в качестве амулета).


Да ладно! Вот этого театра абсурда хватило для того, чтобы квест засчитали?

Дурдом какой-то…

Зато пластина наградная весьма симпотная. Свойства так себе, почти ни о чем, но ежели к ней цепочку приделать и на груди таскать, то красиво получится. Бонтонно.


Вам предложено принять задание «Ставленники чужих богов».

Данное задание является третьим в цепочке квестов «Вера в небеса».

Условие – лично уничтожить десять игроков, которые присягнули на верность Мессмерте, Лилит или Витару.

Награды:

70 000 опыта;

12 000 золотых;

украшение (рандомно, уровнем не менее редкого);

предмет амуниции (рандомно, уровнем не менее редкого).

Важно!

Не забывайте, что выполнение данного квеста не должно нарушать правила, установленные в игре!


А вот это квест со звездочкой. В смысле – с подковыркой. Правил в игре много, в том числе и связанных с убийством игрока игроком. Хотя, думаю, основная ловушка тут в другом. Конфессиональные войны пока под запретом, потому просто так убивать во славу Тиамат я не могу. Получается, прежде надо будет найти легальный повод для поединка с теми, кто присягнул на верность не ей, а кому-то другому.

Стоп. Туплю. А у меня ведь уже есть такой повод. У нас же с «Великой М» вообще-то война идет, при этом все они, как один, Мессмерте поклоняются. Убивай – не хочу.

Елки-палки, получить бы этот квест раньше!

В этот миг с небес спустилось небольшое золотистое облачко и, резко прибавив в размерах, накрыло собой будущих проповедников. Тиамат, как видно, решила первых своих подвижников лично простимулировать на подвиги в ее славу.

– Ого, вот это бонусы! – донесся до меня чей-то голос. – Офигеть!

– У нас богиня – всем богиням богиня, – с довольным видом сообщил им Флоси. – А что, из вас кто на Юг собирается идти? Если да – у меня к нему задание будет.

– Что-то новенькое, – подобралась Седая Ведьма. – Ты, дружок, мне расскажи, чего тебе на Юге надо, а я уж им передам.

– Не, мать, так не пойдет, – почесал пузо через дырку в рубахе северянин. – Кому в путь – к тому и дело. Ты ж сама тут останешься, верно?

Дзинь! Письмо пришло. Не иначе как от Элины.

– Нет так нет, – неожиданно покладисто согласилась глава «Гончих». – И не надо. Хейген, что у нас дальше?

– Насилие и смерть, – охотно ответил я. – Как обычно.

– А если в деталях?

Выслушав меня, она сразу же сообщила:

– «Великая М», их, родимых, потрошить будем. Можно, конечно, еще «Меч и посох» потрепать, насколько мне известно, ты с ними тоже не сильно ладишь, но нужно ли? Сайрус пока вроде притих, для чего будить спящую собаку?

Все-то она знает. Вот интересно, у меня только один ее соглядатай в клане или их больше?

– Ну что, пошли? – азартно предложила мне Седая Ведьма. – Заодно и твои ребята развлекутся. Думаю, они от роли загонщиков не откажутся же? Сафари, особенно когда в качестве дичи выступает тебе подобный, это всегда взрыв эмоций.

– Давай не сегодня, – попросил я. – Хочу из игры выйти, вымотался что-то.

Если сейчас на это сафари пойти, Ведьма не успокоится, пока мы десятерых вражин не прикончим. Такой она человек, не любит бросать дело на середине.

Наверное, тут можно было бы посокрушаться на тему, что нет у меня ее целеустремленности и хватки, но зачем? Что выросло, то выросло. Потому я вместо того, чтобы локомотивом переть по квестам, используя ситуацию, сложившуюся в мою пользу, вылез из капсулы и завалился спать. Игры приходят и уходят, а здоровье – оно одно. Что физическое, что психическое.

Разбудила меня Вика, причем без всяких милых шалостей в стиле романтического кино вроде щекотания носа или дутья в ухо. Она тряхнула меня за плечо, убедилась, что я открыл глаза, и произнесла:

– Нет, ну какая скотина!

## Глава пятая, в которой речь пойдет о пакостях, которые делаем мы и которые делают нам

– Кто скотина? – сонно осведомился я. – Ты обо мне?

– В том числе, – подумав секунду, ответила Вика. – Но вообще я про Голицына. Ты не поверишь, он притащил сегодня к нам двух своих приятельниц и заявил, что это наши новые сотрудницы. Запросто, будто так и надо. А когда я сказала, что все подобные назначения согласовываются с тобой и нашим вышестоящим руководством, он только засмеялся. И эти две овцы тоже! Мол, я тут главный папка, мне решать, кто и где работать станет, а ваше мнение никому не интересно.

Да она в бешенстве! Причем таком, которое называют «белым калением». И подозреваю, дело как раз в том, что над ней посмеялись, да еще на глазах у всех. Плевать ей на служебное, когда личное задето. Но при этом она не забывает в рассказ вставлять детали, которые, по ее мнению, могут заставить меня взвиться под потолок и начать действовать в ее интересах.

Хотя, конечно, новый главред палку-то перегнул, перегнул. Я понимаю – мама-папа и дяди-тети во власти, золотая ложка изо рта с рождения торчит, слово «нет» ему за всю жизнь только один человек, скорее всего, сказал, но некие красные линии все же видеть следует? Он ведь не совсем же дурак, судя по нашему с ним разговору?

Или совсем? А я просто составил о нем ложное впечатление?

– Не ори, – попросил сожительницу я и потянулся. – А-а-ах! Вот на хрена на ночь глядя заснул, а? Теперь колобродить до утра стану.

– Это единственное, что тебя сейчас волнует? – возмутилась Вика и свирепо засопела. – А то, что нас, по сути, на четыре кости поставили, нет?

– Зая, никто нас никуда не ставил, – зевнув, произнес я. – Угомонись. Просто новая метла пытается чисто мести, попутно объясняя всем, что они либо будут жить по его правилам, либо не будут жить вообще. Я уже упоминал о том, что он эту парочку пытался мне всучить, только тогда ничего не вышло. Естественно, отказ нашего «золотого мальчика» возмутил, и он при первом же удобном случае решил объяснить мне, тебе, нашим карапузам и Шелестовой персонально, что все равно будет так, как он решил. Вот так вот, явочным порядком.

– И что теперь? – нервно уточнила Вика. – Прогнемся? Проглотим?

– Кстати, я бы что-нибудь проглотил. Отбивную там или солянку. Пошли пожрем, а? Даже готовить ничего не надо, в столовую сходим, так быстрее.

– Киф, не беси меня!

– О, знакомые интонации! – умилился я. – Дорогая, поздравляю тебя, наши отношения вышли на новый уровень!

– Какой еще уровень?

– В конкретно моем случае стандартно-классический – «ты меня не слышишь, бесчувственное бревно». В этом есть определенные плюсы, можно хоть как-то планировать личное будущее. Тарелки в стену метать станешь?

– Нет, – насупилась Вика, ее губы чуть подергивались, выдавая намерение заплакать. – Какой смысл? Они тут небьющиеся.

– Тогда без этого успокойся, – приобнял я ее. – Сто раз говорил – все твои беды от поспешности и чрезмерной эмоциональности. Пока не научишься властвовать над собой, толку не жди, тебя всякий раз будут переигрывать в подобных столкновениях. А их знаешь сколько еще случится? У, как много!

– Это все будет потом, – с упрямством заявила моя сожительница, – а есть здесь и сейчас.

– Вот тут ты права, – кивнул я и встал с кровати. – Более того – ты просто молодец! Есть здесь и сейчас очень верное решение. Разве что с маленькой поправкой – все же предварительно спустившись вниз. И не делай такое лицо. Поверь, мы этому супостату крошек в кровать сыпанем, причем от души и по всем фронтам, и начнем это делать прямо сейчас.

Я натянул джинсы и майку, после взял со стола смартфон и набрал Азова.

– Илья Палыч, мое почтение. Не сильно отвлекаю? Есть на меня минуточка?

– Чего у тебя опять случилось? Если ты еще какого-то засланца внутри нашей компании обнаружил, то я тебя прокляну. Мне бы после предыдущего разгрести завалы.

– Пока ничего, но скоро случится. И я, как честный человек, не могу вас не поставить о том в известность.

– Что на этот раз?

– По большей части это будут нарушения административного порядка. Немного потопчу честь и достоинство отдельных граждан, потом нанесу небольшой вред казенному имуществу, ну и на сладкое, возможно, нанесу кое-кому легкие травмы. – Я открыл дверь и поманил за собой Вику. Та неохотно, но пошла, ей как минимум хотелось разговор до конца дослушать. – Но тут еще думать надо над тем, как это получше провернуть. Чтобы следов не осталось.

– Хм, – озадачился Азов. – То есть все-таки решил ты с Голицыным сцепиться? Я верно тебя понял?

– Предельно. С одной только поправкой – это не я с ним, это он со мной. А мне что? Пусть его. Раз не хочет товарищ сосуществовать по-хорошему, так и не надо. Будет ему партизанская война по всем правилам. Но вас не предупредить о том не могу, ибо уважаю безмерно.

– Так. Давай-ка по порядку мне все расскажи.

– Не вопрос, – согласился я. – Подходите в столовую, мы с Викой туда направляемся. В ней и совместим приятное с полезным. Заодно и сами перекусите. Небось, в трудах праведных уже забыли, когда ели?

– Когда ты вот так проявляешь заботу, Киф, мне становится не по себе, – вздохнул Азов. – А я ведь дядька немолодой, много чего повидал, меня напугать сложно.

– Зря вы. Просто для меня слово «дружба» не пустой звук, – немного расстроенно сообщил ему я. – А вы вот так. Ладно, до встречи.

Я нажал на кругляш с красной трубкой, глянул на Вику, которая о чем-то призадумалась, подмигнул ей, после нашел в контактах номер нужного мне человека и набрал его.

– Петрович? Чего делаешь?

– Рисую, – флегматично ответил мой приятель. – У меня в доме напротив девица поселилась недавно, что ни вечер, голяком по квартире ходит, а шторы не задергивает. Я и подумал – чем не натурщица? Жалко, конечно, что туда-сюда шатается по комнатам, статичность отсутствует, но это мелочи.

– Жениться тебе надо, Вадя, – констатировал я. – Или просто бабу завести, пусть даже на взаимовыгодных условиях. Ладно, не суть. Скажи, у тебя ведь привычки не изменились?

– Смотря какие. Например, с некоторого времени я перестал спать до полудня, потому что приходится ходить на работу. Но зато деньги появились, это тоже что-то новое и необычное.

– Я не про то, я про холодильник. У тебя до сих пор в морозилке хранятся продукты со сроком годности, истекшим где-то во времена царя Гороха?

– Хранятся, – с достоинством ответил мой закадыка. – Это неприкосновенный запас на тот случай, если грянет зомби-апокалипсис. Эту снедь и съесть можно, и как отвлекающий маневр использовать.

– Не запас это у тебя, а обычные лень и неохота, – хмыкнул я. – Но оно и хорошо. Скажи, а рыба в твоей морозилке водится? Треска или хек?

– Вроде есть, – неуверенно предположил Петрович. – А тебе зачем?

– Ты ее найди и завтра на работу принеси. Дальнейшие инструкции получишь у Вики. Все, отбой.

Беззвучно прошуршала дверь лифта, закрываясь за нами.

– И что я ему должна сказать? – уточнила девушка. – А?

– Двух этих сосок заселяй в соседний с нами кабинет, – велел я. – Заселяй, я говорю. Но перед тем положишь в сейф ту хрень, что Петрович завтра притащит. Помнишь, там здоровенная такая дура у стены стоит? Ее даже Жилин с места не смог сдвинуть.

– Помню, – понятливо блеснули глаза девушки.

– Положишь, закроешь, ключи с собой унесешь. И вроде как не было их вовсе, он с начала времен такой стоял. Декорация, однако.

– А дубликаты? Наверное, у хозяйственника они есть?

– У нашего Василия Васильевича? Не смеши меня. От этого сейфа ему никакого профита, потому он для него вообще не существует.

– Понятненько.

– Замочная скважина там большая, через пару-тройку дней все так провоняет, что хоть всех святых из дома выноси. С этого момента начинайте к девонькам заглядывать время от времени и говорить что-то вроде «Вы бы мылись почаще или дезодорантом пользовались. Если денег нет, могу купить». Или вообще сочувствуйте, мол – понимаем, проблемы со щитовидкой. Случается.

– Как это все омерзительно приятно, – совсем уж оттаяла Вика.

– А денька через три-четыре, если сами не сбегут, то закройте их в кабинете вечером, – подытожил я. – И чтобы наверняка заколбасило, попроси Жилина сначала стационарные телефоны испортить, а после еще и глушилку для мобильников установить. Уверен, у него такая есть. А если нет, то добудет, Серега на такие вещи мастак. И окна пусть намертво заколотит, так, чтобы не открыть даже с гвоздодером. Ну а двери им сроду с петель не снять, их не сегодня делали. Устроим сестричкам незабываемую ночку, чтобы они потом ее всю жизнь вспоминали!

– Вот вроде двусмысленно фраза звучит, почти пошло, а мне это нравится, – потерла ладоши Вика. – Скажи еще какую-то гадость, а?

– Да ты любительница грязных забав? – скабрезным тоном произнес я и приобнял ее за плечи. – Уф, что за женщина мне досталась!

В столовой, как обычно, в такое время особо никого уже не было, при этом ассортимент блюд меньше не стал. Много за что можно недолюбливать «Радеон», но одно у них не отнять – забота о персонале тут поставлена добротно, без скидок на время и извечное наше «кто не успел – тот опоздал».

Азов появился, когда я уже откушал борща, причем очень вкусного, и принялся за куриный шницель с гарниром в виде макарон с подливой. Он приволок с собой два стакана чаю в подстаканниках и тарелку с пирожками, вроде как не с пустыми руками пришел.

– Вика, душа моя, расскажи Илье Павловичу все то же, что и мне, – указал я вилкой на безопасника. – Только постарайся на этот раз обойтись без предложений по силовому устранению господина Голицина, без всех этих «тормозные шланги ему на машине подрежем» или «и вот тогда я этим шприцем с вирусом его прямо в сраку кольну».

– Ничего такого я не говорила, – возмутилась моя сожительница. – Честно! Ну да, он меня бесит, но если всех за такое убивать, то народу сколько перебить придется?

– Я знаю, – одним глотком ополовинив стакан, уведомил ее Азов. – Это наш мальчик шутит так. Да, Киф? Резвишься, маленький, хорошее настроение у тебя?

– Компания за столом отличная, шницель великолепный, весна входит в ту стадию, когда даже старый пень вроде меня снова ощущает себя деревом, так чего грустить? И потом – хорошая шутка всегда к месту.

– Так это когда хорошая, а твоя так себе. Даже на среднюю не тянет. Мне вот не смешно, Виктория вовсе разозлилась. Ты же разозлилась?

– В общем-то нет, скорее уди… – начала было неуверенно говорить моя подружка, после поймала суровый взгляд Азова, брошенный на нее из-под седоватых бровей, и затараторила: – Еще как! Вот же ты, Киф, скотина какая! Сами посудите, Илья Палыч – я для него и то, и это, даже так, как раньше никогда и ни с кем, а он! Брошу я тебя! Точно брошу!

– Бросай, – разрешил я. – Хоть прямо сейчас. Имеешь право.

– Да хрен тебе! – снова сменила тональность Вика. – Если легко согласился, значит, так тебе нужно. Нет уж, совратил меня прошлой осенью – теперь мучайся. Из принципа никуда не уйду.

– Тогда вернемся в изначальную точку, – не стал спорить с ней я. – Поведай нашему сотрапезнику обо всем, что сегодня случилось.

– В деталях, – добавил Азов, приканчивая первый стакан чаю, – и не спеша.

Надо отметить, что эта версия немного отличалась от той, которую я слышал дома. Она обросла новыми событиями, то ли упущенными Викой ранее, то ли, что вероятнее, придуманными на ходу. И все бы ничего, придумала и придумала, это нормальное явление для женщины, да еще и журналиста, но где полет фантазии? Где искусственно созданная правдоподобность, после которой в услышанное сразу хочется верить? Что за дилетантизм? Наша профессия обязывает сплетать реалистичность и небывальщину в единое целое так, чтобы никто, даже ты сам, распутать этот узел после не смог.

А тут какая-то банальщина. Тьфу!

– Вик, все, замолчи! – в какой-то момент не выдержал я. – Не насилуй наш слух и не оскорбляй наш разум. Ладно, тот момент, где Голицын со здоровым цинизмом подвергал сомнению интеллектуальные способности руководства «Радеона», – это еще ничего, это прокатит. С натяжкой, с сомнением прищуренным глазом, но сойдет.

– Слабенько, но можно, – подтвердил Азов. – Конкретно тебе – можно.

– Но то, что этот хрен с горы таращился на твою задницу, как маньячина последний, – ощутимый перебор, – продолжил я. – Да, ты не поставила данный факт во главу угла, и попа у тебя, спору нет, замечательная, на ощупь приятная и мягкая, ее смело можно проводить по категории «антистресс», но в принципе к чему данный факт было приплетать? На что он повлияет? Тем более что и мне, и вон Палычу предельно ясно – нет у Голицина нет цели тебя совратить. Уж извини, но вот так вот. Как-то привлечь на свою сторону – да, возможно. Купить – запросто. Но через постель… Вик, это абсурд.

– Он Шелестову вашу принципиально на ноль помножить собирается. – Азов отхлебнул чаю. – Я тут кое-что на него нарыл и скажу прямо – человечек он дрянной со всех сторон. Ну и возможно, еще какие-то делишки свои под вывеской «Вестника» провернуть хочет, не стал бы этот вариант исключать. Вернее, не свои, а семейные, только это уже частности.

– Есть такое, – вздохнула Вика. – Увлеклась. А вот насчет купить – интересно, какую цену он мне определит?

– Так возьми и узнай, – предложил вдруг ей Азов. – Почему нет? Не напрямую, разумеется, влетать в его кабинет с табличкой Sale в руках не стоит, но, если дело до такого дойдет, так не посылай товарища с ходу куда подальше. Прояви осторожный интерес, узнай условия, возьми время на раздумья.

– После этого поторговаться еще можно, – поняв, куда гнет Азов, предложил я. – Все же ты своих продаешь, не чужих. Свои всегда стоят дороже.

– Главное, меня ставить в известность о происходящем не забывай, – мягко произнес Азов, пристально глядя на Вику. – И без фантазий, излагая исключительно сухие факты.

– А наш коварный план с тухлой рыбой? – озаботилась Вика. – Его, получается, отменяем? Жалко, мне идея понравилась.

– Какой рыбой? – закашлялся безопасник. – Киф?

– Офисные пакости третьего уровня, – пояснил я. – Не берите в голову. И ты, душа моя, не переживай. Одно другому не мешает. К тому же мы тебя потом спасительницей и выставим, это тоже пойдет на пользу делу.

– Ладно, развлекайтесь. Кстати – почему третьего уровня? Есть какая-то градация?

– Конечно, – кивнул я. – Те, что первого уровня, например, они вообще безбашенные, после них люди психологов посещают, а то и в окно выходят. Второго – помягче, но тоже жесткие. У меня один знакомый был, он рассказывал, как коллектив на выходных заморочился и все кабинеты в офисе местами поменял. А офис-то немаленький, на сотню рыл, если не больше. Решили нового заместителя генерального разыграть, очень он им не нравился. Буквоед оказался редкий. Ни тебе чайку попить, ни покурить сходить.

– Не понял, – тряхнул головой Азов.

– Помещения, как колоду карт, перетасовали, – пояснил я. – Зам пришел, заходит в свой кабинет, а там бухгалтерия сидит. Он им: «Вы почему здесь», а они в ответ, мол, мы всегда тут. Это наше рабочее место. И всегда им было. Короче, он сначала не поверил, начал ногами топать, побежал по другим кабинетам, а все не так, как накануне. А самое главное, все на голубом глазу говорят, что так и обстояло с начала времен, с момента заселения в данное здание. Дескать, здесь сидели, сидим и сидеть будем, пока зарплату платят. Ну, он глазами похлопал и пошел свой кабинет искать.

– Нашел?

– Нашел.

– Тот, в котором генеральный обитал? – предположила Вика. – По старой планировке?

– Угадала. Они даже табличку перевесили, прикинь? Короче, когда шутка вскрылась, всем, кроме этого зама, было весело. Уволить никого не уволили, но дышать ребятам стало попроще. Понял мужичок, что в следующий раз его подчиненные могут чего похлеще выкинуть. Всегда следует помнить о том, что будь ты хоть трижды начальник, у матерых офисных бойцов обязательно найдутся способы, как тебя в задницу шилом ткнуть со всей дури. Причем так, что крайнего не найдешь. А всех сразу увольнять замучаешься.

– Странно, как они моего коллегу на подобное подбить умудрились, – заметил Азов.

– Фиг знает. Может, новый зам решил расходы на безопасность снизить? Или штат сократить?

– Ладно, не суть. Все, ребятки, я пошел, у меня еще сегодня кое с кем встреча назначена. А вы особо не шалите. Вика, не забывай, о чем я тебя попросил.

– Доложу все и сразу, – козырнула моя сожительница. – На подобное я всегда готова подписаться. Ясно же, что после ему моя помощь боком выйдет, а это хорошо. Тут ведь как: сделал гадость – на сердце радость.

– Подросла девочка, – притворно всхлипнул Азов, встал, подошел к Вике и поцеловал ее в затылок. – Совсем взрослая стала.

– А Шелестову за компанию с этим чертом никак нельзя будет в утиль списать? – осведомилась девушка. – Ну, до кучи?

– Да какой он черт? – фыркнул Азов. – Так, мелочь пузатая. Если бы не Макс с его вечной тягой к масштабным связям везде, где можно, то вообще все было бы куда проще и быстрее. Лишний раз просто спорить с ним не хочу.

– Так и не ответил, – глянула ему вслед Вика. – Про Шелестову.

– Умный человек, – произнес я, – опытный. Не лезет в противостояние женщин, поскольку знает, что с выигрышем из него не выйдешь. Тут возможны только потери, причем как морального, так и физического характера. И сразу – я тоже комментировать твое предложение никак не стану, лучше вон пойду котлету себе возьму с пюрешкой. Чего-то не наелся.

Скажу честно – велик был соблазн на следующий день отправиться не в игру, а на работу. На девиц этих глянуть, попровоцировать их маленько, а то и с Голицыным легкое столкновение устроить. Без особой жесткости пока, так, маленько соприкоснуться рукавами. Но нет, придется это отложить на следующую неделю и идти обратно в родимый виртуальный дурдом, где наверняка за это время что-то да произошло.

Само собой, я оказался прав. Первым, кого я увидел, был Гудвин, молодой, но перспективный соклан, который отлично себя зарекомендовал в памятной схватке на Арене. Сейчас же он рассказывал основным о том, что творится на драккарах Морских Королей, откуда только что вернулся, сдав смену Гуго Железнолапу. Тот, как водится среди гномов, пусть даже и игровых, водные путешествия сильно не любил, но спорить с офицерами не рискнул.

– Бухают они жестко! – размахивая руками, вещал Гудвин. – Флоси по сравнению с ними не синячит, а так, разминается. Но это только пока в пути, их старшие так принцу нашему и сказали. Мол – как доберемся до места, калдырить закончим, убивать начнем.

– А скоро доберутся-то? – поинтересовался я, подходя поближе. – Где они сейчас?

– Мое почтение лидеру, – бойко ответил мечник. – По ходу скоро. Оттар-кормщик сказал, что день-полтора пути осталось, не больше. Принц изначальную точку прибытия изменил маленько, решил пораньше на сушу сойти, во владениях какого-то барона Майрена.

Это что-то новенькое. Вроде шла речь о том, что драккары пройдут по Крисне до Восточных уделов, где войско ждет некий Марк Кройзен. Тоже, кстати, барон. Однако мой косяк, ослабил контроль за своим друганом, а тот, по традиции, сразу начал искать приключения на свою худую задницу.

– К нему, в смысле к принцу, посланцы от этого барона наведались, – тем временем продолжал рассказ Гудвин. – На берегу они нас ждали, руками махать начали, мол, возьмите на борт, мы послание принесли. После того как принц с ними поговорил, он маршрут и изменил.

– Это может быть ловушка, – моментально сказал Шеркон, стоявший рядом со мной. – Крисна не везде полноводна, есть и узкие места. Встретят их там, запрут и сожгут ко всем хренам. Как вариант.

– Не каркай, – попросила его Мысь. – Но в целом – да, такое возможно. Хейген, что думаешь?

– Думаю, что моего приятеля, похоже, одного оставлять надолго нельзя, – вздохнул я. – Чуть зазеваешься, глядь, а он уже в какую-то ерунду влез. И ведь, что характерно, не повторяется никогда!

Печально, но факт. Однозначно придется сегодня же отправляться к Вайлериусу с тем, чтобы выяснить, что там за Майрен такой нарисовался. И неплохо бы с собой Кролину прихватить. Плюс Седую Ведьму. Она, конечно, непременно свою линию начнет гнуть, выгадывая преференции для клана, но в части ловушек и тому подобного ни я, ни моя замша ей в подметки не годимся.

Кстати. Эта парочка вообще в игре?

Быстрая проверка статусов игроков показала, что Ведьма в Файролле присутствует, а вот Кро, увы, нет. Ну да не беда, я же не прямо сейчас собираюсь отправляться к моему приятелю, а чуть попозже.

Да и вообще мне надо для начала почту снять. Уверен, что там я обнаружу письмо от Элины, отправленное в ответ на мое вчерашнее послание. Интересно, чем она теперь меня стращать надумает? Вариантов у нее все меньше и меньше, прямо как перспектив у клана «Великая М». А шансов на это вообще с самого начала не было. Меня и в реальности-то особо ничем не напугаешь, поскольку большинство пакостей, отведенных на людскую долю, со мной за не такую уж долгую жизнь уже случалось. И били меня, и убить пытались, и женат я был, и в машине кувыркался под откос, даже живьем в землю как-то раз закапывали.


«Если ты думаешь, что я сейчас начну истерить или устраивать нечто в этом роде – нет. Не случится этого. Раньше ты был просто мой враг, которого я хотела уничтожить. Искусственный враг, не настоящий, тот, с которым ведут войну по правилам, которые устанавливает администрация игры.