Рейтинг
Грани фантастики
Арина Малых

Дизайнер обложки Анна Ренова

Редактор Юлия Ременец

© Арина Малых, 2025

© Анна Ренова, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0064-0093-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Обычно счастье – это побочный эффект другой деятельности.

Олдос Хаксли

Глава 1

Огромный венок из белых и розовых лилий переставили поближе к новенькому гранитному памятнику. На гладкой плоскости был выгравирован портрет пожилого мужчины с зачесанными назад волосами и веселой улыбкой. Под изображением разместилась скромная надпись: «Альберту, любимому мужу и отцу».

Приглашенные начали медленно расходится. В черной шляпке и длинном темном платье у могилы стояла вдова, подтирая белым кружевным платком глаза. Рядом с ней застыл худощавый молодой человек, который поддерживал ее за локоть. У него были черты лица, похожие на усопшего и так же зачесанные назад волосы. Подходили родственники и знакомые, говорили слова утешения и выражали соболезнования. Когда почти все ушли, к вдове и сыну покойного приблизился широкоплечий мужчина лет сорока. Среднего роста, с короткими темными волосами с проседью, в элегантном сине-сером пальто. Взял руку вдовы и поцеловал.

– Эдуард… – она измученно улыбнулась.

– Антонина, – грустно посмотрев на нее глубокими темно-карими глазами, Эдуард проговорил, – очень, очень сожалею. Роберт… – Он перевел взгляд на сына вдовы, – Искренне сочувствую.

– Ему было всего пятьдесят шесть, – всхлипнула Антонина. – Альберт был совершенно здоров. Я до сих пор не могу понять, как это произошло.

– Мне сказали, что он утонул?

– Просто невероятно, – снова всхлипнула вдова. – Альберт отлично плавал. Не понимаю…

– В тот день утром он прислал мне сообщение, что отпуск проходит отлично: солнце жаркое, море теплое, настроение прекрасное.

Антонина заплакала и уткнулась в грудь сына. Роберт ее обнял и стал поглаживать по спине.

– Простите, – расстроился Эдуард, чуть поклонился и пошел в сторону выхода с кладбища.

Начал накрапывать мелкий дождик. Черные стволы деревьев подчеркивали пеструю красоту октября. Красные, рыжие и желтые цвета среди общей серости. Воздух наполнился запахом сырой земли и терпким ароматом опавшей листвы.

Эдуард попрощался со знакомыми, стоявшими у кованых ворот, и поспешил к самоуправляемой овальной капсуле-такси с прозрачной крышей.

– Здравствуйте, Эдуард, куда вас отвезти? – раздался приятный женский голос, как только он уселся на мягкое сидение.

– Домой.

– Пожалуйста, будьте аккуратны, сейчас вас обхватит ремень безопасности.

Привычно откинувшись на спинку кресла, Эдуард пронаблюдал, как с двух сторон выдвинулись механические захваты с мягкими эластичными ремнями. Защелкнули замок и скрылись в подлокотниках кресла. На лобовое стекло прилип маленький желтый листик. Капсула взмахнула дворниками и полетела, приподнявшись над землей. Влилась в многоуровневый поток движения и прибавила скорость.

Эдуард смотрел в окно на мелькающие желтые деревья, проплывающие стеклянно-металлические офисные высотки и кирпичные жилые многоэтажки. Впереди и сзади летели одинарные, как у него, капсулы. Сбоку пронесся продолговатый двухуровневый автобус.

Раздался негромкий сигнал. Эдуард слегка наклонил голову. Перед ним возник полупрозрачный экран. На нем появилось изображение девушки с длинными темными волосами. У нее был высокий лоб, черные изогнутые брови, прямой нос, как у Эдуарда и похожая улыбка. Она помахала рукой.

– Привет, пап!

– Линочка! Ты уже приехала?

– Да. Ты скоро будешь?

– Через семь минут, – подсказал приятный женский голос.

– Слышала? Через семь минут. Ты пока располагайся. Если хочешь есть – в холодильнике твои любимые роллы.

– Спасибо, – улыбнулась Лина, сверкнув веселыми искорками в глазах орехового цвета. – Я пока вещи разложу. Погода у вас тут отвратительная. Я вся промокла. Приму душ и переоденусь.

– Конечно. В твоей комнате в шкафу фен и полотенца. Скоро буду.

Лина послала воздушный поцелуй и отключилась.

«А как все-таки забавно у нее приподнимаются уголки губ, когда она улыбается, – подумал Эдуард, – на ее лице словно смайлик появляется». Такси обогнало самоуправляемый грузовик. Дождь усилился и забарабанил в прозрачную крышу капсулы. «Хорошо, что она вернулась. Мы не виделись почти год. Теперь окончила образование, получила диплом и будет жить у меня. Наконец-то».

Такси свернуло с трассы на узкую дорогу и полетело по направлению указателя, к клубному поселку. Он расположился недалеко от города, за небольшим лесом и березовой рощей, через которую бежала шустрая мелководная речка.

Такси приблизилось к огороженной территории и влетело под арку въезда. Промчалось мимо нескольких участков с каменными домами на аккуратно подстриженных лужайках и остановилось у двухэтажного особняка.

– Вы прибыли по указанному адресу, – сообщил женский голос. – Спасибо за поездку. Приятного дня.

Пассажир вылез из капсулы. Такси закрыло прозрачную дверь и умчалось в сторону арки. Эдуард, пригнувшись от ливня, низвергающегося из тяжелых нависших туч, пробежал через зеленую лужайку к крыльцу. Поднялся по ступенькам и открыл дверь. Отряхиваясь, зашел в просторную прихожую. Из ванной комнаты на втором этаже доносился шум воды. Эдуард снял пальто, прошел в кухню-столовую и негромко сказал:

– Рита, я хочу оформить заказ.

– Слушаю вас, Эдуард.

– Пицца с грибами, овощной салат с каперсами, сладкие роллы с шоколадом, маленький торт тирамису и бутылка «Дом Периньон».

– Заказ прибудет через двадцать шесть минут.

– Спасибо.

Эдуард посмотрел на себя в большое вертикальное зеркало.

– Рита, поменяй цвет рубашки с черного на светло-голубой.

– Сделано.

Довольно расстегнув верхнюю пуговицу и поправив воротничок, Эдуард плюхнулся в мягкий бежевый диван и скомандовал:

– Шторы откройтесь, телевизор включись на новостях.

В окно заглянули несмелые солнечные лучи. Дождь закончился. Тучи расступились, показывая серо-голубое небо. Два горшка с фиалками медленно переместились ближе к окну и остановились в полоске света. Подъехал маленький робот – помощник по дому, полил цветы, отправился в угол и подключился к зарядному устройству.

С потолка развернулся тонкий рулон телевизора и прилип к стене. На экране замелькали кадры с церемонии прощания, на которой был утром Эдуард.

– Три дня назад, – печальным голосом говорил виртуальный диктор – мужчина средних лет в строгом костюме и белой рубашке, – умер Альберт Сочин. Сегодня прошло прощание в штаб-квартире Иснэт в Москве. Он возглавлял российское отделение ведомства содержания Иснэт последние двадцать лет. Был безупречным членом общества, имел стопроцентный рейтинг на протяжении всей взрослой жизни. Отклонение в поведении Альберта было зафиксировано один раз – в возрасте двадцати пяти лет. Он допустил ошибку, которая привела к понижению рейтинга и значительным проблемам со здоровьем. Альберт попробовал запрещенные препараты. Его рейтинг упал на тридцать пунктов и Альберт попал в больницу с воспалением легких. Сделав правильные выводы, Альберт больше никогда не нарушал законы общества. Он многого добился своим трудом, благодаря настойчивости и уверенности в совершенстве созданной системе Иснэт. В тридцать шесть лет был выдвинут на должность главного управляющего и успешно занимал ее до текущего момента.

На экране показывали Альберта в рабочем кабинете, с великолепным видом на город. В домашней обстановке в кресле-качалке с бокалом красного вина у горящего камина. Потом на пляже с доской для серфинга. Фотографии с женой и сыном.

– Альберт погиб в результате несчастного случая, – продолжал виртуальный диктор. – Находясь в отпуске на острове Пхукет, он попал в сильное течение, так называемый РИП. Его нейрочип передал, что Альберт не справился с потоком. Стал звать на помощь, но, к сожалению, рядом никого не оказалось и он утонул. Его жена в этот момент была в отеле. Тело Альберта было обнаружено в тот же день…

Тяжело вздохнув, Эдуард налил себе виски со льдом.

– …Новым управляющим назначен Эдуард Лившиц, который был первым помощником Альберта Сочина и его близким другом. Эдуард родился в Москве, всю жизнь был безупречным членом федерации, неукоснительно соблюдал принятые мировым сообществом правила и поддерживал установленный порядок. Его высокий рейтинг был снижен на семь баллов единственный раз, когда Эдуард проявил малодушие и отказался расстаться со своей супругой. Она не могла справиться с преследующим ее пороком и постоянно болела. Но Эдуард усвоил полученную рекомендацию через легкое недомогание и принял правильное решение, подав на развод. У Эдуарда есть совершеннолетняя дочь. Ее рейтинг – девяносто восемь баллов. Она не всегда выполняет рекомендации системы относительно внешнего вида. Однако, согласно своду правил, это не считается серьезным нарушением. Более полную информацию можно получить в общем информационном пространстве Иснэт.

Эдуард приказал голосовому помощнику выключить новости и допил виски. Откинулся на мягкую спинку дивана и принялся диктовать сообщения подчиненным программистам.

Наверху стало тихо. Хлопнула дверь. Лина прошлепала в свою комнату. Достала из шкафа баллончик с жидким трикотажем и набрызгала на себя халат. Подсушив густые, слегка вьющиеся волосы, она положила фен на полку и отправилась вниз.

– Приве-е-ет! – весело протянула она и подошла к отцу, вставшему ей навстречу.

– Здравствуй, Аделина, – расплылся в улыбке Эдуард и обнял дочь. – Как добралась?

– Хорошо. Два часа – и я в Москве.

– Какая погода в Монтре?

– Да уж получше, чем здесь.

– Я так рад тебя видеть, – Эдуард ласково откинул ее непослушную прядь и поцеловал в одну щеку, потом в другую.

– Соскучился? – хитро улыбнулась Аделина.

– Очень.

– Пап, мы с тобой встречались почти каждый вечер…

– На экране совсем не то. Я же не могу тебя обнять! Пойдем за стол. Расскажи, как ты долетела? Долго ждала такси?

– Такси примчалось сразу, – чуть усмехнулась она. – Долго прощались с одноклассницами. Создали чат выпускниц. В аэропорт даже приехали некоторые преподы нас проводить. Это было очень мило и трогательно, – она вытащила из холодильника роллы, достала из кухонного шкафчика палочки и села за стол. – В полете ничего особенного не происходило. Сзади сидел мужик и долго храпел, пока ему не сделал замечание робот-стюард. В аэропорту народу было не протолкнуться, пришлось даже воспользоваться роботом-помощником. Он меня проводил к такси и донес чемодан.

– Как прошла выставка? – Отец расположился напротив.

– Слушай, неплохо. Я отобрала пятьдесят картин наших учениц и сама приняла решение по пространству для вернисажа. Вообще, эта работа мне понравилась. После диплома я рада была еще задержаться в пансионе и вместе с преподавателем по рисованию заниматься подготовкой экспозиции. Мне кажется, что за неделю показа я увидела людей больше, чем за всю жизнь.

Эдуард засмеялся.

– Вполне возможно, что так оно и есть.

– Лучше ты мне расскажи, что случилось с твоим боссом? Судя по рассказам, хороший был человек. И рейтинг у него высокий. Как же так?

– Он погиб в результате несчастного случая.

– Вот как?

– Наша система только лечит людей. От несчастных случаев уберечь не может, – Эдуард помрачнел. – Альберт был мне очень дорог… Интересный, веселый, позитивный. Мне будет его не хватать. Часто выручал меня и всегда поддерживал. Был очень умным, честным, принципиальным и деликатным человеком. Давал советы, только если его об этом спрашивали. Как начальник, тоже… С ним всегда можно было обсудить сложный вопрос и найти решение. Он никогда не повышал голос, даже если на то были причины. Я часто заходил к нему в гости. Мы дружили. Я как-то тебе рассказывал… Устраивали вечерние посиделки у камина. У него был обширный круг знакомых. Среди них попадались интересные люди: поэты, писатели, музыканты, спортсмены. Мы хорошо проводили время. Несколько раз я вместе с его семейством ездил на море. Антонина много рассказывала о морских обитателях, она – зоолог. Альберт учил меня кататься на серфе. Правда, у меня так ничего и не получилось, но было весело. Его сын работает в нашем ведомстве ведущим программистом… Гибель Альберта произошла так внезапно. Я еще не осознал, что его больше нет.

– Сочувствую… Тяжело терять друзей.

– Да. Надеюсь в будущем Иснэт научится прогнозировать неблагоприятный ход событий и будет беречь нас еще и от несчастных случаев.

– Знаешь, – она прожевала ролл и подняла палочки. – У нас был предмет, на котором объясняли суть нашей всемирной системы. Признаюсь, он шел параллельно с факультетом актерского мастерства, поэтому я его прогуляла.

– Безобразие.

– Там был такой противный препод…

– Я думал, что в частной закрытой швейцарской международной школе-пансионе для девочек Сюрваль Монтре, – разделяя слова, пафосно произнес Эдуард, – не может быть противных преподавателей.

– Еще как может! – фыркнула дочь.

– Ты сама выбрала живых преподавателей, – он выделил слово «живых».

Сделав неопределенный жест, она сказала:

– Разъясни мне бестолковой, как работает Иснэт?

– Моя дочь не бестолковая, – шуточно нахмурился отец. – Неужели за все двенадцать лет, что ты провела в школе-пансионе, тебе никто не удосужился объяснить систему нашего общества?

– Ну-у-у-у в общих чертах, я, конечно, знаю… Но, пап, сам подумай, я уехала в пансион в шесть лет и провела большую часть своей жизни в закрытой школе для девочек. Нам даже гаджетами не разрешали пользоваться. Только под присмотром и в определенные часы. Ты же помнишь, какое у меня было расписание?

– Ни одной свободной минуты, – улыбнулся отец.

– Зря иронизируешь! В восемь утра – подъем, зарядка, бассейн, завтрак, потом уроки: до обеда с преподом, после – онлайн. В шесть вечера – баскетбол и пробежка. Ужин. Подготовка к занятиям следующего дня. И всего один час свободного времени, когда я могла пообщаться с тобой, что-то почитать или тупо ничего не делать.

– Бедняжка.

– Да, да! И так шесть дней в неделю. А по воскресеньям всякие квесты, общешкольные игры и бассейн.

– Разве это плохо?

Аделина фыркнула.

– Мне нравится рисовать. Писать стихи. Вообще творческие предметы.

– Музыка?

– И музыка тоже, изучение языков, ботаника. Даже математика и геометрия интереснее, чем нудятина про мироустройство.

– А как же история? География?

Она пожала плечами.

– Скучно.

– Понятно.

В дверь позвонили.

– О! Это принесли еду.

Эдуард поспешил в прихожую. Вскоре он вернулся с бутылкой шампанского, коробкой пиццы и пакетом с тремя прозрачными контейнерами с едой.

– Я заказал твой любимый салат и сладкое.

– Спасибо.

Отец улыбнулся и открыл шампанское. Налил в бокалы и торжественно сказал:

– Доченька, за твой день рождения, за тебя, за твои успехи!

– Днюха была неделю назад. Ты меня уже поздравлял.

– Но меня же не было с тобой рядом.

Лина коснулась своим бокалом бокала отца и сделала глоток. Отец выпил шипящее пузырьками вино и достал из нижнего ящика комода белую упаковку.

– Новый айфон! – взвизгнула Лина. – Сорок девятый! Мне?! Ура!

Она схватила подарок и чмокнула отца в гладко выбритую щеку. Эдуард довольно усмехнулся, открыл коробку с пиццей и взял кусок. Лина сняла защитную пленку и с благоговением подняла лакированную крышку. Извлекла тонкую короткую палочку-стик, наушник и подставку-зарядку.

– Стик крепится на одежду. В нем – камера. Плюс наушник, его можно использовать отдельно, если не нужна камера. Гаджет сам подключается к облачным хранилищам, – пояснил отец.

– Да, я знаю. У некоторых моих одноклассниц была предыдущая модель, – Лина с восторгом рассматривала набор. – Изображение появляется перед глазами или на ладони. Также можно вывести на экран, который просто будет висеть в воздухе перед глазами. Управление с помощью голоса, жеста или мысли. Синхронно переводит со всех существующих языков, предлагает решения любых вопросов, генерирует картинки, тексты, музыку, – скороговоркой проговорила она. – Подсказывает геолокацию и маршруты с пояснениями.

– Удобно, правда?

– Вообще супер.

– Еще в комплекте есть очки. В них удобно смотреть фильмы или ролики, если находишься в общественном месте, чтобы никому не мешать.

– Куда денем старый?

– Сдадим в переработку, – он подлил шампанское и ласково взглянул на дочь. – Чем думаешь заняться? Я смотрел, какие есть предложения: Иснэт рекомендует место в оранжерее по вертикальному озеленению. Есть вакансия по созданию арт-пространств в парковых зонах. Либо в студию производства роликов. Там, правда, пока не было запросов на сотрудников.

Аделина отвлеклась от осваивания айфона и растерянно взглянула на отца.

– Папуль, спасибо, но я хотела бы немного отдохнуть. Выспаться, погулять по улицам, сходить в парк – сейчас такая красивая природа, порисовать.

– Хорошо. Только недолго. Иначе Иснэт сочтет тебя бездельницей и начнет понижать рейтинг.

Она вздохнула.

– Пара недель?

– Две недели это приемлемо, – кивнул Эдуард. – Давай я проведу для тебя личный урок по взаимодействию с Иснэт? Конечно, ты и так все знаешь, но полагаю, что есть нюансы, которые ты могла упустить, не понять или забыть.

– Давай, – Лина отложила стик айфона и сделала маленький глоток шампанского.

– Итак. Наша супер система. Тридцать семь лет назад в науке был совершен настоящий прорыв – изобрели прогрессивные нейрочипы. Они могли вылечить любую болезнь организма, в который попадали. Сначала к этой технологии отнеслись с опаской, даже с отторжением. Но со временем здравый смысл победил. Люди выстраивались в очереди, чтобы воспользоваться возможностью расстаться с имеющимися заболеваниями. За четыре года почти все население земли получило нейрочипы. Процедура была предельно проста – принять небольшую капсулу, похожую на те, что раньше были с порошками, и все. Капсула растворялась, и нейрочип начинал действовать.

– Про это я помню, нам рассказывали на истории. Люди принимали лекарства, проходили всевозможные неприятные процедуры, чтобы вылечиться. Некоторые болезни вообще были смертельными. А потом появились нейчи и завоевали мир, – вставила Лина, взяла палочками ролл и окунула его в соевый соус.

– Ну, не завоевали… Люди с радостью приняли новую технологию и стали здоровыми. Они съезжались в клиники с самых дальних уголков мира и получали волшебные капсулы. Хорошо поработала служба доставки. К тому времени с помощью искусственного интеллекта сократили сроки полетов и в дальние точки планеты роботы привозили нейчи за пять-шесть часов. Детям внедряли нейчи сразу после рождения, чтобы избежать неприятных болезней и вирусов. Все человечество вздохнуло с облегчением. Конечно, осталось такое явление, как смерть от старости, но при высоком рейтинге человек может дожить до ста пятидесяти лет. Я встречался с такими людьми, они говорили, что этого более чем достаточно.

– Неужели человек, который себя хорошо чувствует, захочет умереть?

– Есть возрастные изменения, которые нейчи не могут предотвратить. Но это наступает, как я уже сказал, в весьма преклонном возрасте.

– На уроках нам говорили, что раньше люди жили до девяноста лет и это считалось долголетием. Основная масса народу даже до этого возраста не доживала.

– Так и есть, – слегка усмехнувшись, Эдуард продолжил: – Потом группа программистов-ученых создала единую нейросеть, которая управляла всеми нейчами, и появилась Иснэт. Ис – земля, нэт – сеть. Система Иснэт имеет информацию о каждом умеющем думать обитателе земли в режиме реального времени и присваивает рейтинг. Максимальное количество баллов – сто, гарантирует человеку идеальное здоровье. Если кто-то нарушает законы физические, моральные или материальные, система понижает его рейтинг соразмерно проступку. Соответственно, возникает наказание в виде боли или болезни, определенной степени тяжести и на определенное время. Благодаря этой системе, все члены общества заинтересованы в соблюдении законов, которые были согласованы и приняты всеобщим голосованием.

– О, про это нам тоже рассказывали.

Эдуард чуть усмехнулся и продолжил:

– После запуска системы Иснэт, тридцать лет назад, всего за один год прекратились войны, убийства, грабежи, воровство, насилие. Нейчи считывают, что человек слышит и что делает. Гаджеты вроде мобильных телефонов и планшетов, ведут постоянную запись изображения и звуков, отправляют информацию в общее поле Иснэт. Многочисленные камеры наблюдения тоже включены в общую систему. Не говоря уже о роботах, которые везде и всюду рядом с человеком. Благодаря введению системы контроля, вытекающего из него присвоения рейтинга и, как следствие, наказания – все убийцы вымерли, воры прикованы к постелям с разными болезнями. Взяточники мучаются поносом. У драчунов болит голова. Мелкие хулиганы постоянно ходят с насморком. Алкоголики страдают от печени. Наркоманы теряют разум. Я немного утрирую, но думаю, что суть ты уловила.

– Да, – Лина побледнела и опустила глаза. – Поэтому мама?..

– Да, – нахмурился отец. – Мама никак не могла бросить это пагубное пристрастие. Я боролся с ним сколько мог, до тех пор, пока ее состояние не стало отражаться на моей репутации. После нашего развода, я забрал тебя к себе.

– У меня смутные воспоминания об этом.

– Тебе было пять лет, – он замолчал и пригладил волосы.

– Я почти не помню ее. Очень смутные воспоминания. Только, что она была очень красивая. У нее были светло-карие глаза, темные волнистые волосы. Еще она была очень худая. Казалось, что ее можно сломать если сильно обнять. Она почти всегда молчала, не разговаривала со мной. Только смотрела и улыбалась как-то отстраненно.

– Последние годы она ни с кем не разговаривала, – угрюмо проговорил отец. – Когда мы познакомились, твоя мама была замечательной девушкой и, как ты знаешь, талантливой художницей. Мы много времени проводили вместе. Путешествовали, бродили с рюкзаками по лесам, останавливаясь в красивых местах с палаткой. Сплавлялись на байдарках. Поднимались в горы, катались на сноубордах. Ходили под парусом… Потом родилась ты. Кстати, это была идея твоей мамы придать тебе внешность с моими чертами лица и ее ореховыми глазами.

– Я смотрела видео про эту технологию. На раннем этапе беременности делают маленький укольчик вещества, с набором желаемых характеристик. Оно попадает в кровь и доставляется в плод.

– Эту технологию запустили лет за пять до твоего рождения. Я узнал о ней от Альберта. Они воспользовались ею одними из первых, когда Антонина забеременела.

– На кого похож их сын?

– На отца.

– Наверное, все папы хотят, чтобы дети были на них похожи… – Лина помолчала и попросила: – Рассказывай дальше.

– Мы были абсолютно счастливы и уверены, что нам достался самый замечательный ребенок на свете. Ты совсем не плакала! Только по делу – требовала покушать или попить. Мы не хотели использовать роботов-нянек и ухаживали за тобой сами. Это было чудесное время, – он подавил скорбный вздох, взял бокал и сделал глоток шампанского. – После родов мама сильно изменилась. Стала задавать вопросы о том, правильно ли мы живем. Я понимал, откуда ветер дует. Она всегда была подвержена чужому влиянию. В то время она много общалась с другими молодыми мамами. Не у всех был высокий рейтинг, и мне это не нравилось. Дальше стало еще хуже. Через четыре года на выездном пленэре мама случайно познакомилась с парой художников из резервации. Они-то и сбили ее окончательно с правильного пути. Эти мерзкие моральные уроды дали ей наркотики. Я пытался справиться с возникшей ситуацией. Поступило предложение от системы отправить ее на новые территории в Сибирь для смены окружения, обстановки и возможной реабилитации. Я очень любил ее и жалел. К тому же, я видел как ты нуждаешься в общении с матерью. Даже такой… В общем, я увез вас из города в этот дом. Попросил Иснэт ограничить ее общение и отслеживать перемещения. Но ничего не помогало. Она ухитрялась получать запрещенные препараты снова и снова. В итоге мама впала в постоянное полусонное состояние. Плохо понимала, что ей говорят, не разговаривала сама, очень мало ела и двигалась. На ее лице я постоянно видел отсутствующую блуждающую улыбку. Она перестала узнавать наших друзей, меня и даже тебя, все больше превращаясь из человека в растение, овощ. Я больше не мог на это смотреть. Видеть, как моя маленькая дочурка ластится к безумному существу, не получая ничего кроме идиотской гримасы, было выше моих сил. Я отвез ее в клинику и навещал каждую неделю. Но разум не возвращался. Она продолжала деградировать. Я подал на развод. Через полгода она умерла.

– Я помню ее похороны, – тихо произнесла Лина. – Был летний солнечный, очень теплый день. Я категорически отказывалась надевать черное платье.

– Да, согласилась только тогда, когда я пообещал, что оно станет розовым, как только мы выйдем с кладбища.

Дочь расстроенно наклонила голову и посмотрела в окно. Желтые клены покачивали ветками, теряя резные одеяния. На земле образовался рыже-коричневый ковер, на который оседали яркие оторвавшиеся листья.

– Рита открой окно, пусть немного проверится, – Эдуард взял палочки и подцепил последний ролл с угрем.

– А что это за резервации? Нам говорили, что там живут люди, которые отказались от нейчей?

– Да. Они живут вне общества на специально отведенных территориях. Такие зоны есть в Канаде, Австралии, Африке, в России. Их именуют багами. Так раньше программисты называли ошибки в программах. Баги живут в небольших поселениях, как правило в труднодоступных местах в выделенных зонах – резервациях. Они не пользуются никакими гаджетами, у них нет интернета, электричества и других благ цивилизации.

– Но это же глупо!

– Баги разводят скот, выращивают овощи и съедобные растения. В самом начале нашей совместной жизни мы с твоей мамой случайно забрели к таким багам. Быт у них, можно сказать, на первобытном уровне. Дома отапливаются дровами. Готовят они в печках или на огне во дворах. Ходят черти в чем. Какие-то шкуры и домотканые рубахи. Из шерсти домашних животных делают пряжу и вяжут теплые вещи: кофты и свитера, шарфы и шапки, носки и гетры. Мы отдали им кое-что из своей одежды. Баги взяли ее с удовольствием, накормили нас и вежливо попросили побыстрее уйти. Они не любят людей с нейчами. Разговаривать с нами не захотели.

– Может, они просто не понимают, как хорошо жить в обществе?

– Может быть. А может, не хотят понимать. Ты же вот даже знать ничего не хотела о нем, – усмехнулся отец.

Лина махнула на него рукой.

– Я просто была увлечена другими вещами. Творчеством, общением с моими одноклассницами, у которых, кстати, высокий рейтинг.

– Знаю, знаю. Все ваши преподаватели тоже имели рейтинг не ниже девяносто пяти. Эти данные находятся в общем доступе, я смотрел с кем ты общаешься, – миролюбиво улыбнулся отец. – В свое время баги заключили договоры с государствами, в которых они проживают, о том, что они, грубо говоря, не лезут к нам, а мы не пристаем к ним.

– Вполне демократично, – кивнула Лина и взяла шоколадный ролл.

– Да, Совет Федерации одобрил эти договоры, и с тех пор мы сосуществуем, как соседи, которые друг друга недолюбливают.

– Как ты говорил мне когда-то: худой мир, лучше хорошей войны.

– Это правда.

– Хорошо, что мы живем в безопасности.

– Наше общество вообще является идеальным местом для счастливого существования, – воодушевленно проговорил Эдуард. – Всю рутинную работу выполняют роботы. Убирают мусор. Следят за чистотой в городах и поселках, на дорогах и в парках, во дворах и домах. Чистят канализацию. Изготавливают машины: капсулы для перемещения, самолеты, всевозможные механизмы и, конечно, роботов. Выращивают и снимают урожай. Обрабатывают продукты и готовят еду. Весь обслуживающий персонал – нейророботы, которые всегда в хорошем настроении и никогда не ошибаются. Люди работают по желанию. За работу и полезный общественный труд человек получает токены, виртуальные деньги.

– Это я знаю, нам на экономике рассказывали.

– Вот. При рождении ребенок сразу получает сумму, достаточную для получения образования.

– Ага, и начинается: ясли, детский сад, школа, где в тебя впихивают все накопленные за тысячелетия знания.

– Но это же развитие! К тому же для каждого ребенка, пока он не поступил в выбранную родителями школу, поступающая информация и занятия подбираются индивидуально. Опять же можно выбрать воспитателей: нейророботы или живые люди.

– Я с рождения была в обществе роботов.

– Тебе нравилось.

– Поэтому я выбрала школу с живыми преподавателями, – иронично пробормотала Лина.

– Ты никогда не говорила, что не любишь роботов.

– Да нет, они милашки… Просто, наверное, мне не хватало живого общения… Мамы…

Эдуард вздохнул и съел шоколадный ролл.

– Хорошо, что в нашем обществе есть люди, которые хотят заниматься с детьми, преподавать, организовывать праздники, походы и праздники. Замечательно, что многие творческие натуры занимаются прикладным трудом. Причем заметь, никто никого ни к чему не принуждает! Иснэт только рекомендует возможное занятие или несколько направлений деятельности.

– Мне после получения диплома пришли три рекомендации: ботаника, рисование, участие в создании видео роликов и фильмов.

– Да, я видел. Вот, ролики и фильмы, мне кажется, очень интересным занятием.

– Ну, не знаю. Сейчас весь контент создает Иснэт.

– Но ты можешь участвовать в процессе, генерить идеи и все такое.

– Это да.

– Вот, подумай, – он сделал глоток шампанского. – Система упраздняет лишние затратные звенья. Например, производство капсул такси. Все полностью автоматизировано. Процесс занимает всего несколько часов. Или строительство. Человек принимает участие только в дизайне, и то использует программу для визуализации своего замысла. А весь функционал, материалы, геометрию просчитывает программа. Доставляет сама. Подводит коммуникации и строит сама. Две-три недели – и дом готов. Все члены общества обеспечены жильем, причем получают его совершенно бесплатно. Учитывается только рейтинг. Чем больше баллов, тем шире выбор и лучше условия. А раньше… Купить дом или квартиру – это было очень сложно. Люди копили годами. Было такое понятие – ипотека, когда человек покупал жилье в долг и потом долго расплачивался. Иногда всю жизнь.

– Ого.

– Да. Ты только представь, от скольких ненужных структур мы избавились! Тюрем нет, судов нет, аппарата чиновников нет…

– Подожди, но есть же ведомства, которые управляют Иснэтом в каждой стране?

– Есть. Государственные штаб-квартиры, в которых работают пять-шесть человек. Программисты-инженеры заботятся о сохранности системы и управляющий, контролирующий их работу.

– Как ты?

– Да, меня назначили управляющим после гибели Альберта. Признаться я и раньше часто его подменял. Но, в принципе, работы не очень много. Как у всех – четыре часа в день и три выходных – пятница, суббота, воскресенье.

– Вот! У всех нормальных людей по три выходных, а у нас в школе был всего один! И то мы были заняты, – недовольно воскликнула Лина.

– Доча, ты прекрасно знаешь, что у всех учащихся такой напряженный график. Иснэт считает, что надо до восемнадцати лет пройти все образовательные процессы, чтобы потом стать полноценным членом общества.

– Почему это Иснэт так считает? – фыркнула Лина.

– Иснэт постоянно анализирует огромное количество данных. Поведение, пристрастия, пожелания, психологическое состояние, выполнение тех или иных задач. Обрабатывая поступающую информацию, система делает выводы и, с учетом имеющихся правил, дает рекомендации, как и что лучше сделать. Есть даже функция подбора единомышленников, друзей и возможной пары. Очень удобно. На основе интересов, жизненных принципов и установок, с учетом привычек подбирает подходящих людей. Ты просматриваешь анкету, если человек нравится, отправляешь запрос и знакомишься. Если сам не хочешь знакомиться, стесняешься, например, или не знаешь, как составить сообщение, система вас познакомит сама. Я таким образом нашел много друзей и хороших знакомых после развода, когда мне было тяжело. В то время вообще ни с кем не хотелось общаться. Система осознала мое состояние и прислала несколько анкет доброжелательных и тактичных людей со схожими с моими интересами. Мы большой компанией поехали на остров Корсика. Там побывали в Аяччо, посмотрели дом Наполеона, посетили несколько экскурсий. Съездили на водопады. В общем я немного пришел в себя. Как раз после той поездки мне предложили должность помощника управляющего в Российской штаб-квартире ведомства содержания Иснэт, – он вздохнул. – Альберт был замечательным начальником. Я многому у него научился.

Эдуард бросил взгляд в окно. Тучи окончательно рассеялись. Ветер стих. Приветливое солнце переливалось в каплях на листьях деревьев и кустарников, поблескивало в маленьких лужицах на дороге. Мимо пролетела капсула такси и остановилась у соседнего дома. Вышла пожилая дама с маленькой собачкой на руках и прошла в каменный дом с большой верандой.

– Эту женщину зовут Ираида. Ей уже сто тридцать лет.

– Ничего себе, а так и не скажешь.

– Если бы ты увидела ее поближе, ты бы заметила.

– Вы общаетесь?

– Иногда. Она приглашает меня на чашку кофе, и мы подолгу рассуждаем о новом мире. Частенько у нее собираются подружки, и они до ночи режутся в бридж.

– Пап…

– Да.

– Почему ты больше не женился?

Эдуард помолчал и задумчиво сказал:

– Слишком сильно был влюблен в твою маму.

Грустно улыбнувшись, Лина положила свою руку на его и слегка пожала. Эдуард подлил шампанское.

– За тебя, – негромко произнес отец и поднял бокал.

Они сделали по глотку. Аделина съела второй шоколадный ролл.

– В чем состоит твоя работа?

– Управляющие по всему миру, такие как я, ежедневно получают отчеты-рекомендации по тем или иным вопросам и запускают их в систему. Если это что-то общее – мы виртуально обсуждаем и даем ответ. Есть регламенты по срокам для принятия решений. Что-то отсеиваем. Правда, за все годы моей работы в штаб-квартире я ни разу не видел, чтобы Альберт в чем-то не согласился с Иснэтом. Только однажды, перед своим отпуском, он забраковал сокращение роботов, обслуживающих зоопарки. Пришла рекомендация с предложением убрать хищников с аргументом, что они много потребляют мяса и это нецелесообразное использование ресурсов. Альберт отклонил предложение, отправив сообщение, что людям и, особенно детям, нужно знать животный мир, в том числе хищников. Иметь возможность посмотреть на живых зверей в зоопарке, узнать их повадки и особенности.

Раздался громкий голос помощника:

– Можно закрыть окно?

– Рита, говори потише, – Эдуард вздрогнул от неожиданности. – Ты меня испугала.

– Прошу прощения, – более тихим голосом произнес помощник. – Температура в комнате плюс двадцать один градус. На один градус меньше обычной.

– Да, да, спасибо. Прикрой, стало прохладно.

Лина задумчиво разрезала тирамису на четыре части.

– Все время хотела спросить, почему Рита? В школе мне никто толком объяснить не смог. Историк что-то говорил про русского летчика, но я не поняла.

– Все правильно, – улыбнулся отец. – В группе ученых, которые работали с глобальной нейросетью, был русский инженер Алексей Громов, в прошлом военный летчик-испытатель. На самолетах работал речевой информатор. Он выдавал сообщения, подсказки и команды-предписания экипажу в сложных ситуациях. Речевой информатор, эр-и – РИ. Летчики его прозвали Рита. Громов предложил это имя, когда подбирали обращение к информационному помощнику Иснэта. Всем понравилось, теперь Рита содействует нам в общении с виртуальной системой.

– Откуда ты столько знаешь?! – всплеснула руками Лина.

– Я пользуюсь информационным пространством не только для разговоров с друзьями, – критично пояснил отец. – Теперь, когда вся информация в Иснэт отфильтрована от спама, фейков и других недостоверных и вредных сообщений, можно спокойно ей пользоваться, не опасаясь, что нарвешься на ложные сведения.

– Ложные сведения? – удивленно вскинула черные, красиво изогнутые брови, Лина.

– Мой отец рассказывал, что раньше интернет был, как помойка. Каждый туда кидал, все что хотел. Без проверки размещались всевозможные тексты, картинки и видео. Некоторые спамеры нарочно делали фейки, чтобы привлечь внимание. Проводили стриминги: творили в прямом эфире самые невероятные, под час отвратительные вещи и собирали миллионы просмотров. Тогда это было не просто модно, на таких штуках можно было неплохо заработать.

– Как противно.

– Согласен. Отвратительно. Тогда это считалось нормальным. Эдакий эпатаж публики. Хорошо, что мы не застали то время, – отец взял кусок торта.

– Все это я знала, конечно, – задумчиво произнесла Лина. – Но вот, чтобы так хорошо, структурировано, мне еще никто не раскладывал по полочкам.

– Мы с тобой так, никогда и не разговаривали, – по-дружески улыбнулся отец. – Роботы заменили людей на всей рутинной и неприятной работе. Теперь мы можем заниматься творчеством и спортом. Путешествовать и больше уделять время своим близким и друзьям. Кстати. Нас сегодня ждут мои хорошие знакомые в гости на барбекю. Ты не против?

– Они будут сами жарить мясо? – недоверчиво посмотрела на отца Лина.

– Да. Многие для разнообразия занимаются чем-то подобным. У меня есть один приятель, который любит ловить рыбу. Представляешь? Берет палатку, удочки, всякие прикормки и ездит на озеро в Карелию.

– Помню, ты рассказывал, что вместе с ним как-то ездил и даже что-то поймал.

Эдуард рассмеялся.

– Не что-то, а наловили кучу форели. До сих пор в морозилке несколько штук осталось. Можно пожарить завтра.

– А ты умеешь?

– Конечно. Это просто. Я тебе покажу. Рыбу завтра, а сегодня мясо. Значит пойдем? Я тогда им отправлю подтверждение, что мы будем.

– А тебе разве не надо… Ну… – Лина замялась. – Идти на поминки.

– После того, как я похоронил твою маму, я не могу посещать такие мероприятия. Для меня это слишком тяжело. Антонина и Роберт знают. Они не обидятся. А остальные… Пусть думают, что хотят. В конце концов, прощание с человеком – это личное дело каждого.

– А тебе не понизят рейтинг?

– Из-за того, что не пошел на поминки?

– Ну да… Это горестное событие. А мы собрались в гости…

– Мы не обязаны грустить и страдать. Это даже прописано в правилах Иснэт. Так что, нет, конечно, нет.

Лина пожала плечами и допила шампанское. Эдуард раскрыл ладонь, на ней высветились цифры 17:40. Он быстро набрал сообщение. Пришел ответ.

– Нас спрашивают, во сколько мы придем?

– Давай к пол-седьмому?

– Хорошо.

Он отправил послание. Экран на ладони погас. Лина проследила за этим исчезновением и спросила:

– Почему ты выводишь экран на ладонь? Мне кажется, гораздо удобнее экран перед глазами?

– Офисная привычка.

Лина покрутила темный локон.

– А я знаю этих твоих знакомых?

– Я как-то рассказывал тебе про них. Очень милая пара. Они немного постарше меня. Ангелина создает фасоны одежды, а Николай выращивает декоративные растения.

– Это его произведения в твоих ходячих горшках?

– Горшки оборудованы системой распознавания наилучших условий для своих обитателей, поэтому самостоятельно перемещаются по дому.

– Я знаю. Просто пошутила. Было забавно наблюдать за их действиями. Пойду собираться, – Лина встала и направилась на второй этаж.

– Оденься, пожалуйста, поприличнее, – крикнул ей вслед Эдуард.

– Ладно, – промямлила Лина и остановилась на второй ступеньке лестницы. – У них есть домашние животные?

– Собака. Лабрадор.

– О, здорово. А дети?

– Взрослый сын, Эдвард. Очень умный симпатичный молодой человек. Архитектор. Вместе с Иснэт создает дизайны городов.

Лина насторожилась.

– Я надеюсь, это не смотрины?

– Надейся, – тихо буркнул отец и громко добавил: – Иди, собирайся.

Глава 2

В комнату Лины приоткрылась дверь. Тихо зашел отец и присел на край кровати.

– Увидел, что у тебя горит свет.

– Да, решила перед сном немножко посмотреть про то, что ты рассказывал, – Лина отложила гарнитуру айфона на тумбочку.

– А-а. Хорошо.

Эдуард подсел поближе и погладил дочь по волосам.

– Как тебе сегодняшний вечер?

– Необычно. Оказывается, когда жаришь мясо на огне, оно так вкусно пахнет!

– Есть такое, – улыбнулся он.

– Приятно было поиграть с Пинчем.

– С лабрадором?

– Да, он забавный. Больше всего мне понравилось, что он шел смотреть свой телевизор, когда ему говорили «место». Отправлялся на лежанку и тыкал мордой в экран. Когда появлялось изображение, смотрел так внимательно, словно человек. Правда он забавный?

– Извини, я мало обращал внимания на собаку. Мы общались с Николаем и Эдвардом.

– Эдвард мне не понравился, – поджала губы Лина. – Это я отвечаю на твой вопрос, который ты хочешь задать.

– Почему?

– Он симпатичный, но высокомерный и скучный.

– Неужели?

– Да. Больше не хочу о нем говорить. Вот Николай мне понравился. Приятный дядька. Про цветочки мне рассказывал. С таким воодушевлением показал новые саженцы, явно человек увлечен своим занятием. И Ангелина классная. Такая веселая и остроумная. Показала мне скетчи фасонов одежды. Очень функциональные и симпатичные.

– Понятно.

– А что это за место – Байкал? Они так много про него говорили.

– Очень красивое озеро. Огромное. Рядом с Иркутском. Там вообще шикарные места.

– Давай туда съездим? Твои друзья меня заинтриговали.

– Хм. Давай. Завтра четверг. Я сгоняю в офис, вернусь к обеду и можем рвануть.

Лина захлопала в ладоши.

– Утром соберу сумку. Что нам может понадобиться?

– Спроси у Риты, она лучше подскажет, чем я.

– Ладно.

Эдуард поцеловал дочь в макушку и ушел. Аделина вставила наушник и негромко сказала:

– Рита, объясни, зачем нужно ездить в офис? Почему не работать из дома…

– Такой опыт у человечества был. С учетом психологических особенностей людей, Иснэт предлагает обе формы: работа удаленно и присутствие в деловых зонах. Было установлено, что человек испытывает потребность в общении с себе подобными и совместной деятельности. Пребывание в офисах является обязательным только для сотрудников секретных объектов и структур управления. Для них установлена шестнадцати часовая рабочая неделя. Четыре часа в день в понедельник, вторник и четверг. Остальные дни являются выходными. Также предоставляются отпускные периоды, не менее сорока дней в год.

– И мой папочка должен так много работать!

– Вашего отца Эдуарда Лившица на должность управляющего рекомендовал Иснэт. Он достойный член общества.

– Член общества, – передразнила Лина. – Когда уже ты научишься разговаривать менее формально?

– Иснэт самообучающаяся программа, которая находится в постоянном развитии и совершенствовании. Я – голосовой помощник. Для меня созданы алгоритмы ответов и реакций…

– Да, знаю я, знаю, – прервала помощника Лина. – Ладно. Расскажи про Байкал.

Перед глазами возникла картинка с широким водоемом. Диктор стала негромко сыпать сведениями о самом большом в мире пресном озере.

– Рита, выключи свет, – быстро сказала Лина, устроилась поудобнее на подушке и продолжила смотреть видео о Байкале.

Закончив повествование, голос в наушнике добавил:

– Недалеко от города Листвянка находится выделенная территория – резервация. Она занимает пять гектаров…

– Резервация. Это интересно.

– Обитателям резервации разрешено охотиться в лесу и ловить рыбу в озере.

– Очень щедро, – прокомментировала Лина.

– Общая территория разрешенного передвижения составляет десять гектаров.

– Надо будет взять блокнот и маркеры. Вдруг я увижу бага. Нарисую. Интересно, как они выглядят? Покажи багов, расскажи об их образе жизни.

– Эта информация нежелательна. Она не несет ничего положительного и полезного.

– Мне интересно.

– Будет снят один балл.

Лина сделала недовольное лицо.

– Ладно. Не надо. Есть ли хорошие отели на берегу озера?

– В городе Листвянка находятся более пятидесяти отелей с комфортабельными номерами, ресторанами и СПА комплексами.

– Забронируй два номера в самом лучшем.

***

Робот-уборщик методично стаскивал листья в небольшие кучи, складывал в мешки и вывозил на площадку с мусорными баками. Было тепло и солнечно. Только холодный ветер напоминал, что скоро посыпятся белые снежинки и накроют сверкающим одеялом землю.

Прилетела капсула такси. Эдуард вышел из кабины и проследовал к дому. Открыл дверь и вошел в прихожую.

– Аделина! Я вернулся!

– Отлично, – раздался сверху голос дочери. – Я все собрала. Получилось две сумки. В одной – твои вещи. В другой – мои. Думаю, так будет удобнее. Кстати, передают хорошую погоду и солнце.

– Замечательно.

– Наверное, нужно перекусить. Я заказала мини-самолет на два часа, как ты сказал.

– Спускайся, я купил бургеры в уличной палатке с едой. Пока горячие.

Послышался топот по лестнице. Лина сбежала вниз, чмокнула отца и взяла пакет с бургерами.

Эдуард скинул пальто, прошагал в столовую и сел за стол.

– Рита, сделай два капучино с корицей. В картонные стаканы.

– Три минуты.

Аделина устроилась на стуле рядом с отцом, поджав под себя правую ногу. Вытащила бургеры, протянула один отцу, второй откусила сама, прикрыв глаза от удовольствия.

– Вкусно, да? – улыбнулся Эдуард.

– Угу.

– Ваш капучино готов.

– Пусть Шурик привезет. Шурик!

Из дальнего угла комнаты выплыл нейроробот, забрал из кофемашины две чашки с кофе, привез к столу и поставил перед хозяином.

– Спасибо, Шурик. Постели заправил?

– Ес.

– Мои рубашки постирал?

– Ес.

– Погладил?

– Ес.

– Что за «ес»! – возмутился Эдуард. – Я тебе велел говорить по-русски.

– Да.

– Вот, другое дело.

– Шурик приносит извинения.

– То-то же.

Лина хмыкнула, дожевала последний кусок бургера и сказала:

– Всегда вы так?

– Бывает. У меня Шурик иногда тупит. Но всегда просит прощения. Правда, Шурик?

– Да. Вы просили напомнить, когда будет без пяти два. Сейчас без пяти два.

– Так, надо поторапливаться.

Допив кофе, Лина встала.

– Я готова. Надо только сумки сверху принести.

– Шурик, принеси сумки.

– Да.

Робот быстро подъехал к лестнице и, ловко перебирая лопастями с колесиками, забрался на второй этаж.

Эдуард выглянул в окно.

– Наш транспорт на месте.

Лина надела полупрозрачное пальто с подогревом из водоотталкивающего материала. Эдуард накинул терморегулируемую куртку, взял недопитый кофе и вышел из дома. За ними ехал Шурик с двумя сумками.

Эдуард и Аделина залезли в двухместную кабину мини-самолета. В багажном отделении Шурик разместил их вещи.

Двери закрылись, раздался голос Риты:

– Добро пожаловать на борт компактного мини-самолета МС-12 для путешествий по России. Полет продлится один час и сорок минут. Пожалуйста, будьте внимательны, сейчас мы пристегнем ваши ремни безопасности.

– Шурик, иди в дом, уберись на кухне и выключи все приборы. Нас не будет три дня. К вечеру воскресенья приготовь ужин. Что-нибудь из меню номер сорок четыре. И поставь дом под охрану, а то в прошлый раз залезли две мышки.

– Да.

Раздался тихий шум-свист. Самолет медленно поднялся над лужайкой. Набрав высоту, он стремительно полетел на восток.

– Какой немногословный у тебя Шурик, – хихикнула Лина.

– Настройка такая. Не люблю, когда механизмы много болтают.

– А мне нравится. Я часто в школе разговаривала с роботами-уборщиками. Они столько интересного рассказывали. Например, про муравьев. Ты знаешь, что это целая цивилизация? Причем отчасти похожая на человечество. У них есть иерархия, структура и свои законы.

– Слышал, – хмыкнул Эдуард.

– Меня так заинтересовала эта тема, что я несколько дней подряд смотрела материалы про этих удивительных насекомых.

– Тебя не поймешь. То ты говоришь, что тебе нравится ботаника, то рисование. Теперь энтомология.

– Просто я разносторонняя личность. Мне все интересно. Особенно теперь, когда я вернулась из ссылки.

– Это была не ссылка, – поморщился Эдуард. – Ты говорила, что тебе нравится в пансионе.

Лина многозначительно посмотрела на отца.

– Я говорила, что мне там нравится, для твоего спокойствия.

Заметив, что Эдуард помрачнел, она быстро добавила:

– Но это было хорошее место. Лучше многих других школ.

Эдуард допил кофе, убрал картонный стакан в мусорку и посмотрел в овальный иллюминатор. Они летели над облаками. Снизу пушистым ковром простирались бело-голубая мгла. Ярко светило солнце, пронзая лучами кабину самолета. Эдуард закрыл шторку иллюминатора и сказал:

– Мне надо провести согласования по последнему отчету.

– Конечно. А я посмотрю новую серию «Южного парка».

Аделина вставила наушник и взяла очки. Эдуард вывел на экран перед собой картинку с цифрами, рекомендациями и пояснениями и погрузился в изучение отчета. Бросив заинтересованный взгляд в полупрозрачные изображения, Аделина тихо спросила:

– Что это за спиралеобразный аппарат с цифрами?

– Предложение по отправке экспедиции на новой усовершенствованной космической станции для поиска планеты, пригодной для жизни человека.

– Какая уже по счету станция?

– Пятая.

– Неужели нигде нет подходящих для человечества условий?

– Все что обследовали, не очень подходит. Это предложение о посещении другой галактики. Новая станция обладает большей скоростью, поэтому может сработать. Обследование займет около месяца. Все собранные данные, уже обработанные, будут поступать в режиме он-лайн управляющим. Мы надеемся, что эта миссия даст положительные результаты. Тогда мы отправим на предложенную планету живых космонавтов, чтобы они проверили и подтвердили полученные сведения. Дальше будет дело техники – начнем заселение. Сначала отправим роботов, чтобы они построили дома, дороги для перемещения, системы водоснабжения, канализацию и провели всю необходимую работу по благоустройству. Дальше поедут добровольцы-первопроходцы. Они подкорректируют, что еще нужно сделать. Потом начнется массовое заселение планеты, – он чуть усмехнулся. – С каждым годом это становится все актуальнее. Нас слишком много. Тесновато на Земле. Надо осваивать новые территории.

– А ты полетел бы на другую планету?

Эдуард задумался. Аделина хихикнула.

– Страшно?

– Не знаю…

– А я бы полетела! Это так интересно, узнавать что-то новое. Быть первой! Как когда-то Колумб и Магеллан…

– А вдруг там будут свои обитатели?

– Отлично! Можно будет с ними обменяться опытом, знаниями, подружится…

– Ага, как когда-то с индейцами, – ухмыльнулся он.

– Папуль, ты пессимист. Сейчас совсем все по-другому.

– Возможно. Иснэт проанализирует и подскажет правильные действия. Но пока у нас в приоритете необитаемые планеты и миры, населенные существами без разума. Главное – подходящие условия по составу атмосферы, наличию воды, благоприятному климату, гравитации. В идеале, если будут растения и некрупные животные.

– Слишком много требований.

– Я назвал самое основное, – слегка усмехнулся отец. – На самом деле еще целый перечень. Поэтому так сложно найти подходящую планету.

Через полтора часа они прибыли в город Листвянка. Мини-самолет приземлился на большой подсвеченной площадке на окраине города около пятиэтажного желто-белого здания с колоннами.

– Наш отель находится прямо на берегу. Я забронировала два номера с видом на озеро.

– Отлично.

– Вы прибыли на место, – сообщил голосовой помощник. – Спасибо за полет. Хорошего вечера.

– Здесь уже вечер? – удивилась Лина, открыла шторку иллюминатора и посмотрела в окно.

– Ну да. Плюс пять часов к московскому времени.

Покинув кабину самолета, Эдуард достал багаж и вместе с дочерью направился к входу в отель.

Их встретил любезный робот-консьерж. Проводил до номеров, расположенных друг за другом на последнем этаже. Донес сумки и удалился, пожелав приятного вечера. Гости разошлись по номерам, договорившись встретиться в ресторане на ужин. Аделина разобрала вещи. Сняла хлопковую рубашку, напшикала на себя из баллона с трикотажем свитер и отправилась на первый этаж. Она села на роскошный мягкий диван. К ней подъехал робот и услужливо предложил бокал красного вина. Аделина отказалась и спросила:

– Я хотела бы заказать экскурсию на завтра часиков на десять утра. По Байкалу.

– Есть поездки в капсулах на воздушных подушках и мини-вертолет на двоих и четверых. Также вы можете заказать вертолет с пилотом. Правда, это будет существенно дороже.

– На двоих мини-вертолет подойдет.

Робот развернул перед гостьей картинку виртуальной карты и стал рассказывать о возможных местах для посещения. Раскрылись двери лифта, в холл вышел Эдуард.

– Пап, иди сюда. Я смотрю маршрут на завтра.

Он присел рядом. Робот поздоровался, быстро повторил все имеющиеся варианты экскурсий и добавил:

– Самое востребованное путешествие – это маршрут на два дня. В первый – поездка на остров Ольхон, обед в самобытном городке Хужир, посещение скалы Шаманка. Далее на мыс Хобой, бухты пролива Малое море и панорамы Приморского хребта. Во второй день летим на термальные источники мыса Котельниковский, смотрим ущелье реки Куркула, водопады и горное озеро Фролиха. Есть подробная программа. Конечно, вы сможете что-то добавить по вашему желанию. Наши экскурсионные мини-вертолеты могут летать с заданной скоростью на малой высоте. Оснащены специальным оборудованием для посадки в горных местах и на воду.

– Этот вариант мне нравится, – кивнул отец.

– Необходимо будет взять теплую одежду. У нас уже прохладно, – робот изобразил на табло подобие улыбки.

– Предлагаю завтра в девять неспеша позавтракать, и в десять выдвигаться.

– Сейчас уже рано темнеет, желательно вылететь пораньше… – возразил робот.

– Мы приехали отдохнуть, – оборвала его Аделина и вопросительно взглянула на отца. – Раньше десяти не поедем.

– Поддерживаю, – улыбнулся Эдуард.

– Принято. Завтра в десять вас будет ожидать мини-вертолет на площадке перед отелем, куда вы сегодня прибыли.

– Хорошо.

– Приятного вечера, – робот удалился.

– Мини-самолеты – это понятно, – тихо произнесла Аделина. – А что такое мини-вертолеты?

– Это облегченная версия вертолета, довольно компактная и шустрая. Завтра увидишь – тебе понравится. Остались также вертолеты, которые пилотируют живые летчики. В основном их используют на экскурсиях и в полиции.

– Мне кстати предложили вертолет с пилотом, но сообщили, что будет дорого.

– Меня вполне устраивает полет на самопилотируемом вертолете, и рассказы Риты тоже вполне устраивают.

Эдуард поднялся и подал руку дочери. Они прошли в небольшой зал ресторана, выполненный в бежево-шоколадных тонах. Сели за столик. Возникли картинки виртуального меню.

За огромными окнами стояла бархатная темнота. Снизу она чуть колыхалась, иногда разрываясь светлыми бликами от фонарей и городской подсветки.

За белым роялем сидела девушка-вокалоид. Перебирая клавиши, она негромко напевала знакомую мелодию. В ресторане были заняты еще два столика, составленные вместе. За ними расположилась шумная компания пожилых женщин. Они громко разговаривали, смеялись и чокались бокалами с шампанским.

– Видишь? – шепнула Аделина. – Тоже путешествуют.

– Конечно, а что им еще делать?

– Интересно, сколько им лет?

– Думаю больше ста, – усмехнулся отец.

– Ты что? – округлила глаза дочь. – Меньше. Гораздо меньше. Они выглядят… Лет на шестьдесят.

– Спорим? На что?

– На красивый рисунок, если я проиграю и на новый планшет для виртуального рисования, если ты.

– Идет.

Эдуард посмотрел на каждую из сидевших пожилых женщин, мысленно отправил запрос и тихо добавил:

– Информацию выведи на экран.

Через секунду перед Аделиной появилось полупрозрачное изображение всех женщин. Под портретами были указаны имена, возраст и рейтинг.

– Вот это да! – Аделина удивленно рассматривала подписи и цифры. – Алла Лаврова – сто три года, Жасмин Ким – девяносто девять…

– Ага.

– Они так хорошо выглядят…

– И чувствуют себя вполне приемлемо, судя по тому, как они веселятся.

– Рейтинг у всех довольно высокий, – пробормотала Аделина.

– Иснэт в одном из отчетов сообщил, что вполне вероятно продлить жизнь людей с высоким рейтингом до двухсот лет.

– Вот это да!

– Так что, как видишь, мотивация довольно серьезная.

Раздался новый взрыв громкого хохота со стороны пожилых женщин. Аделина невольно обернулась.

– Извините, – сдерживая смех, сказала одна из них.

Аделина улыбнулась.

– Ладно. Ты выиграл. С меня рисунок.

Отец пожал ее руку. Они сделали заказ в виртуальном меню и стали обсуждать детали предстоящей экскурсии.

Аделина не могла уснуть. Ей казалось, что кровать слишком мягкая, в номере слишком тихо и слишком жарко. Она встала и распахнула окно. В комнату ворвался холодный ветер. Принес бодрящую свежесть с легким запахом сырости. По озеру медленно проезжали самоуправляющиеся лодки с веселящимися пассажирами. Вдалеке был слышен шум большого города. В воздухе перемещались капсулы машин. По улицам гуляли парочки и толпы молодежи. В парке кто-то играл на трубе.

– Температура понизилась на один градус, – негромко сообщила Рита.

Сделав глубокий вдох, Лина закрыла окно и вернулась в постель. Опять стало тихо.

– Разбуди меня в шесть утра.

– Принято.

Взбив подушку, Аделина завернулась в белоснежное одеяло и закрыла глаза. Ей приснилась школа и робот-уборщик, который рассказывал про муравьев.

– Шесть часов утра, – проговорил голосовой помощник. – Вы просили разбудить.

– Да, – зевнула Аделина. – Хорошо.

– Понадобится еще одно напоминание через пять минут?

– Нет. Я проснулась.

– Завтрак начинается в восемь утра. Через два часа. Хорошего дня.

– Ага.

Аделина потянулась, зевнула и села на кровати. Тряхнув головой, она быстро встала и отправилась в ванную комнату.

Через пятнадцать минут, она уложила в плоскую полотняную сумку большой блокнот, упаковку маркеров, косметичку и покинула номер. Сбежала по лестнице, накрытой красным ковром, и вышла из отеля.

Обогнула здание и очутилась на берегу Байкала. Величественное озеро раскинулось перед ней всей своей бескрайней синевой. Аделина ахнула от представшего великолепия и вытащила блокнот. Она спустилась к воде и сделала несколько набросков.

Подул ветерок. Зашумела листва. Аделина прибавила температуру на своем пальто и накинула капюшон. Убрав блокнот и черный маркер в сумку, она пошла по берегу в сторону, где заканчивался город и начинался лес.

Вокруг было необыкновенное буйство красок. Синева озера создавала контраст с желто-зелено-коричневым спуском к воде. Склоны небольших холмов очаровывали яркими оранжевыми одеяниями деревьев. Пенная волна накатывала на пустые песчаные пляжи. Предрассветная дымка чуть колыхалась над бесконечной гладью.

Аделина медленно пошла дальше, завороженно любуясь природой. Вдалеке она увидела силуэт мужчины с удочкой в руке. Аделина остановилась в растерянности. «Стоит ли к нему подойти? Или нет? А вдруг он… Вдруг он что? С низким рейтингом… Тогда он бы болел и не стоял здесь спокойно с удочкой. Вообще-то, интересно, как ловят рыбу. Вот бы узнать… А что, если он меня как-то обидит? Как? Конечно, нет! Он же понимает, что сразу получит минус несколько баллов и, как минимум, потом будет чихать… – в голове носились противоречивые мысли, и только сейчас Аделина спохватилась, что не взяла стик айфона. – Вот я растяпа. Сейчас бы навела камеру, и все бы о нем узнала». Она стояла в нерешительности, не зная, что делать. «Все-таки очень интересно. Ну не съест же он меня. Подойду. Если что – убегу. У меня был отличный результат по скоростному бегу в школе».

Поправив на плече полотняную сумку, она уверенно продолжила свой путь в сторону незнакомца. Он по-прежнему стоял, держа в руке удочку. Рядом находилось ведро необычной формы, наполненное водой. Из него высовывались рыбьи головы и хвосты. Аделина подошла поближе и обратила внимание на необычный наряд рыбака. На нем была светлая длинная те то рубашка, не то куртка, подбитая заячьим мехом. Темные холщевые штаны и высокие сапоги. На вид ему было лет двадцать пять. Ветер трепал его темные волосы до плеч и незнакомец недовольно их закладывал за уши. Он заметил Аделину и окинул ее настороженным взглядом.

– Доброе утро, – вежливо поздоровалась она. – Я интересуюсь рыбалкой. Никогда не видела, как это происходит вживую. Только в кино и видео. Можно мне понаблюдать за вашими действиями?

Взгляд рыбака смягчился, и он негромко проговорил:

– Конечно. Могу даже научить. Хочешь?

– Это было бы замечательно, – обрадовалась Аделина. – Позвольте узнать ваше имя?

– Ефим.

– Вы местный?

Кивнув, он протянул удилище. Аделина взяла комель и вопросительно посмотрела на рыбака. Он чуть усмехнулся и принялся объяснять, что и как нужно делать.

Забрезжил рассвет. Бело-серая дымка рассеялась. Неохотно показалось неяркое солнце, словно его подняли с постели и заставили идти на нелюбимую работу.

Аделина увлеклась процессом. С помощью нового знакомого она поймала две рыбы и была очень собой довольна. Когда совсем рассвело, она спохватилась:

– Ой. Уже совсем светло.

– Угу.

– Это сколько же времени? Вы не подскажете? А то я забыла свой…

Ефим посмотрел на наручные часы и сообщил:

– Восемь. Начало девятого.

– Извините, а что это у вас за гаджет на руке? – заинтересовалась Аделина.

– Часы. Механические. Батя подарил, – он отодвинул рукав и показал часы с круглым белым циферблатом на черном кожаном ремешке. – Очень старые. Сейчас таких нет.

– Это точно…

Аделина с интересом рассматривала необычный предмет.

– Клюет! – воскликнул Ефим и выхватил удилище из рук Аделины. – Давай подсак!

Плеснула рыба, блеснув чешуей. Ефим ловко вытащил ее из воды и опустил в подставленный сачок.

– Какая здоровая, – улыбнулась Аделина.

– Лещ, – сообщил он, вытаскивая из сачка рыбу.

– Я очень вам признательна за увлекательное занятие, но мне нужно идти.

– Ладно, – Ефим пожал плечами. – Завтра придешь?

– Завтра? – растерянно переспросила Аделина.

– Ну да. Приходи. Я научу тебя ставить силки на зайцев.

– Силки? – снова переспросила она.

– Ты что, плохо слышишь? – усмехнулся Ефим, – все время переспрашиваешь.

Аделина смутилась. Он по-дружески хлопнул ее по плечу.

– Ладно, не обижайся. Я пошутил. А ты чем занимаешься?

– Мне нравится рисовать.

– Художница, значит… А где остановилась?

– В отеле на берегу.

Он присвистнул.

– Круто.

– Там красивый вид из окна, – смутилась Аделина.

Ефим переложил рыбу из сачка в ведро.

– Приходи завтра. Ты милая. Придешь?

«Какой-то у него странный, едва уловимый акцент, – подумала Аделина. – И голос такой низкий бархатный, как местные ночи».

– Приду, – с некоторым вызовом произнесла она и направилась в сторону отеля.

– Тебя как звать-то? – крикнул он.

– Аделина.

– Ну пока, Аделина, – Ефим помахал ей рукой.

Всю дорогу до отеля новый знакомый не выходил у нее из головы. Его необычная одежда. Низкий бархатный голос, манера говорить. Слова: «Ты милая» и этот странный предмет – часы. «Кто он такой? Ни наушника, ни стика, ни даже привычного мобильного телефона при нем не было, – рассуждала она. – А что если этот Ефим – баг?» От этой мысли ей стало не по себе. «Допустим. Но он совсем не страшный. Даже симпатичный. Глаза у него красивые, серо-голубые, с нахально-веселой искоркой и приятная добродушная улыбка, – она представила нового знакомого. – Брови черные и густые. Черные длинные ресницы, мне бы такие. Прямой нос, усы, бородка. Совершенно нормальное лицо. Надо будет его нарисовать». Показался отель, Аделина прибавила шаг. «Но почему он так одет? Что если это специальная одежда для рыбалки? – осенило ее. – Точно! Сейчас приду в номер и посмотрю, как одеваются рыбаки». Успокоившись этим рассуждением, она быстро дошла до отеля и толкнула массивную деревянную дверь. Тут же подлетел робот-консьерж и пропустил ее внутрь. Аделина поднялась к себе в номер, скинула пальто и взяла стик айфона.

– В какой одежде сейчас ходят на рыбалку? – отчетливо проговорила она.

Перед глазами возникли картинки с рыбаками. Ничего похожего на облачение Ефима на них не наблюдалось.

– Как одевались рыбаки раньше?

Изображения запестрели чем-то отдаленно напоминающим облачение нового знакомого.

– Похоже, этот Ефим не сторонник прогресса.

Вздохнув, Аделина взяла блокнот, маркеры и устроилась на широком подоконнике. Глядя на простиравшуюся гладь Байкала, она стала рисовать Ефима на берегу озера с удочкой в руке. Неожиданно она закашлялась. Аделина взволнованно схватила стик айфона и приказала:

– Покажи мой рейтинг!

Перед ней возникла картинка с ее изображением и цифрами девять-восемь.

– За что? – нахмурилась она. – Что я сделала-то?

Аделина принялась перебирать в памяти события последних часов, прошедших с момента пробуждения.

– Не понимаю.

– Вы несанкционированно общались с незарегистрированным в сети существом.

– Но я не брала никаких гаджетов! – удивилась Аделина. – Откуда это известно? Что в лесу есть камеры? Или дроны-наблюдатели?

– Это закрытая информация.

– Ах вот как? – разозлилась она. – Значит снимать с меня баллы – это нормально, а объяснить за что – закрытая информация!

– Я могу зачитать пункт, касающийся данного нарушения. В общепринятых правилах федерации, в разделе восемьсот двадцать три указано: «При встрече с незарегистрированным в сети человеком…

– Не надо, – Аделина фыркнула и положила стик в карман. – Эти правила нам вдалбливали в школе так старательно, что привили к ним устойчивую неприязнь.

– Это ошибочное поведение.

– Не хочу больше ничего обсуждать. Включи группу Технологжен.

– Какой именно альбом группы Технологжен вы хотите послушать?

– Последний.

Недовольно поджав губы, Аделина взяла маркер и перевернула страницу альбома. Раздались негромкие звуки электронной музыки.

Время близилось к девяти. Аделина сделала несколько рисунков с Ефимом на берегу озера и три его портрета. Отложив блокнот, она убрала маркеры и отправилась на завтрак. За столиком у окна ее уже ждал отец.

– Как спалось? – он приветственно привстал.

Аделина подошла, чмокнула его в щеку и села напротив.

– Нормально. Только непривычно тихо.

– Да. Только шум ветра и шелест листвы.

– Ты говоришь, как поэт, – улыбнулась Аделина.

– Я люблю стихи. Особенно твои.

Дочь наклонила голову. Эдуард взглянул на нее и спросил:

– Есть что-нибудь новое? Почитаешь?

– Терпкий запах жухлых листьев,

И поблекшая трава.

Воздух неподвижно чистый.

Чуть кружится голова…

Буйство красок на деревьях.

Солнце в синих небесах.

Птичьих голосов веселье

Затерялось на кустах.

Осень медленной походкой

К нам пришла, тряхнув красой.

Принакрыла, как бархоткой

Нас вселенскою тоской…

– Очень красиво…

– Что закажем?

После завтрака они настроили верхнюю одежду на повышенную температуру и вышли из отеля. На площадке их ждал мини-вертолет. Это была конструкция в виде эллипса, с двумя небольшими пропеллерами по бокам и неожиданно вместительным пространством внутри. Купол и бока были прозрачные. Эдуард помог дочери залезть в кабину и забрался сам.

– Дорогие путешественники, приветствую вас на самом большом пресном озере в мире – Байкале. Мы начинаем нашу увлекательную экскурсию, – торжественно объявил голосовой помощник.

Вертолет начал движение и слегка поднялся над землей. Эдуард взял дочь за руку и кивнул на простирающееся волнующееся водное пространство.

– Смотри, озеро словно живое.

– Вы совершенно правы, – подхватила Рита и принялась рассказывать историю Байкала, про его обитателей и особенности.

Они полетели по намеченному маршруту к острову Ольхон. Аделина то и дело хваталась за маркер и делала зарисовки.

Как только начало темнеть, мини-вертолет взял курс на площадку рядом с отелем. Под ними шумел зелено-желтый лес. На небольшой поляне Аделина заметила постройки.

– Что это за домики?

– Мы пролетаем над резервацией так называемых багов. На этой территории проживает около двадцати семей. Раньше их было больше, но многие принимают решение жить в цивилизованном обществе. Начинают использовать нейчи и переселяются в город. Здешние баги промышляют рыбалкой, охотой. Занимаются сбором ягод и грибов. Городское население с ними не контактирует. Случается, баги предлагают ягоды в обмен на одежду или предметы быта. Но это происходит крайне редко и не поощряется глобальной системой. Иногда их можно увидеть близко к городу. Они приходят рыбачить. Иснэт предупреждает об опасности, грозящей при контакте с этими непредсказуемыми людьми. Пользуйтесь идентификаторами и будьте осторожны.

«Если они все такие, как Ефим, – подумала Аделина, – то это вполне нормальные, симпатичные люди. Хотелось бы познакомиться с ними поближе»

Вертолет мягко приземлился на подсвеченной площадке. Эдуард и Аделина выбрались из кабины, подтвердили свое намерение продолжить экскурсию на следующий день и отправились в отель.

– Как быстро стемнело, – качнула головой Аделина и зашла в любезно распахнутую роботом дверь. – Интересно, почему в этом отеле двери сами не открываются?

– Это знак уважения, – пожал плечами Эдуард. – Вроде как робот ухаживает за тобой, предупреждает твои действия, желает угодить. Когда-то была такая должность: на входе в дорогих гостиницах стоял швейцар, который кланялся гостям и открывал перед ними дверь.

– Не всегда здешние роботы успевают открыть… – она запнулась.

– Ты выходила из отеля?

– Да… – дочь замялась. – Спускалась к озеру. Я же проиграла тебе рисунок. Вот, хотела до завтрака сделать эскиз.

– Покажешь?

– Когда доделаю. Завтра утром хочу снова пойти на озеро пораньше. Перед рассветом хорошее освещение.

– Ладно. Только далеко не уходи. Помнишь, что сказала Рита – можно встретить бага.

– Ну и что? – весело сказала Аделина. – Очень даже интересно.

– Это опасно. Обещай, что будешь рядом с отелем, – нахмурился отец.

– Хорошо. Просто спущусь к воде. Пойдем ужинать?

Эдуард сделал знак роботу и отдал ему верхнюю одежду.

– Отвези в мой номер.

– Будет сделано, – проговорил робот и умчался к лифту.

За ужином Аделина и Эдуард проставили дополнительные точки на маршруте следующего дня и отправили запрос в сеть. Пришло подтверждение и несколько рекомендаций – что взять с собой.

В ресторане выступала девушка-вокалоид. Под фонограмму она исполняла последние хиты, пританцовывая и иногда поправляя виртуальный микрофон. Голограмма ходила между рядами, присаживалась в свободные кресла за столики гостей. В перерывах между песнями говорила комплименты и кокетничала с мужчинами, рядом с которыми не было женщин.

– Очень натурально, – проговорила Аделина, наблюдая за певицей. – Интересно, проводят ли сейчас живые концерты?

– Конечно. Если хочешь – можем сходить. Ближе к Новому году в филармонии будут рождественские встречи. Там живые музыканты играют классику. Впечатление завораживающее. Рита забронируй нам места в партере, в середине, пятый ряд.

– Середина пятого ряда полностью занята. Могу предложить четвертый ряд или седьмой.

– Давай седьмой.

– Забронировано на двадцать четвертое декабря, два места в центре седьмого ряда. Виртуальные билеты в вашем аккаунте.

Подъехал робот с десертом. Поставил перед Аделиной бело-розовый пудинг, придвинул к Эдуарду вазочку с тремя шариками мороженного и выгрузил с подноса две чашки с капучино. Пожелал хорошего вечера и умчался к другому столику.

Эдуард заказал вокалоиду любимую песню. Это был медленный вальс. Эдуард протянул руку, приглашая дочь на танец. Они вышли на свободное место перед сценой. За ними потянулись другие пары. Придерживая Аделину за талию, повинуясь ритму музыки, Эдуард неторопливо, закружил дочь по залу.

Следующим утром, едва забрезжил рассвет, Аделина вскочила с постели.

– Проспала! Вот я балда! Сколько времени?

– Семь часов тридцать минут.

Стремительно собравшись, она оставила айфон на столике, схватила сумку и выбежала из номера. Спустилась на лифте на первый этаж и торопливо покинула отель. Быстрым шагом Аделина добралась до места, где она вчера встретила Ефима. На берегу никого не было. Она отдышалась и расстроенно оглянулась. Из-за дерева вышел Ефим. На нем была та же одежда, что и накануне, только сегодня на его плече висела объемная холщовая сумка.

– Привет, – негромко сказал он.

– Извини, я проспала.

– Ничего страшного, – на его лице появилась добродушно-очаровательная улыбка. – Я думал, ты не придешь.

– Почему это? – с вызовом бросила Аделина.

– Не захочешь… Или не отпустят.

– Я совершеннолетняя, – с гордостью заявила она. – Могу ходить куда хочу.

– Это ты так думаешь, – иронично возразил Ефим и присел на пожухлую траву.

– Что ты хочешь этим сказать?

Аделина хотела присесть рядом. Ефим вскочил, вытащил из сумки небольшой рулон и расстелил темный вязаный плед на земле.

– Вот, садись.

– Спасибо.

Он вытащил из сумки шарф, связанный из блестящих нитей, и протянул Аделине.

– Надень это, пожалуйста. Если хочешь, чтобы тебя не видели и не слышали.

– Я не взяла никаких гаджетов.

– Это не важно. Поверь мне, – он снова улыбнулся и ласково посмотрел на Аделину.

Она повязала вокруг горла шарф.

– Разреши, я поправлю? – вежливо спросил Ефим. Она кивнула.

Ефим расправил шарф, связал концы и засунул под пальто.

– Теперь можно говорить.

В его глазах сверкнули веселые искорки.

– Ты из города?

– Из Москвы. Прилетела на экскурсию, посмотреть Байкал.

– Круто. Чем занимаешься?

– Недавно окончила образование. Сейчас размышляю, что мне больше нравится: ботаника или рисование. А ты?

– Я из резервации. Вы называете нас багами. Хотя мы вовсе не являемся ошибкой, – он засмеялся. – Как видишь, мы обычные люди, такие же, как вы.

– А как вы боретесь с болезнями?

– Мы болеем очень редко. Здесь хорошая природа, чистая вода и воздух. Едим натуральные свежие продукты: рыбу, птицу, кроликов. С чего нам болеть?

– Но зимой здесь очень холодно, насколько я знаю.

– Холодно, да. Но мы готовимся к зиме заранее. Делаем много заготовок.

– Я если все-таки кто-то заболеет? Например, простудится.

– Вылечат. С помощью трав. В нашем поселке есть травницы, женщины, которые разбираются в растениях и могут приготовить снадобье от любой болезни.

– Но как же всевозможные опасности?

– Какие? – усмехнулся он.

– Ну не знаю. Дикие звери?

– Мы живем в этих краях тысячи лет. Знаем, как защищаться и охотиться.

– У вас есть оружие? – округлила глаза Аделина.

– Есть. Старые ружья, пистолеты и автоматы. Но в основном мы используем луки и арбалеты. Делаем их сами.

Ефим заметил, что Аделина смотрит на него с испугом, и поспешил добавить:

– Огнестрельное оружие находится под замком у нашего старожила, дедушки Луки, уже много лет в погребе. Мы им не пользуемся. Иснэт про него не знает, – он замялся, – ты не рассказывай никому, ладно?

– Ладно… А зачем шарф?

– Нейчи поступают в человеческий организм в капсуле, так?

Она кивнула.

– Капсула быстро растворяется, система заводит чип в щитовидку и оставляет там. Благодаря крошечным размерам и специальному материалу, чип может находиться, не взаимодействуя с окружающими тканями, но при этом фактически управляет всем организмом. Плюс подает сигналы с данными об организме в Иснэт.

– Про здоровье?

– Не только. Любые данные. Где человек находится, что делает и что слышит. То что носитель чипа видит, вроде пока не определяет.

– Не может быть.

– Еще как может. Стоит человеку нарушить правила – система тут же его наказывает понижением рейтинга и болезнью.

«Может, поэтому я вчера закашлялась?», – промелькнуло в голове Аделины.

– Ты хочешь сказать, что не обязательно носить с собой телефон или другой гаджет, система наблюдает вне зависимости от их наличия?

– Если в тебе есть нейрочип, то да.

– Зачем тогда все эти устройства?

– Чтобы обеспечить видимость, что человек не всегда находится под наблюдением, – он пристально посмотрел ей в глаза. – Хотя на самом деле, Иснэт – это система постоянного, абсолютного, тотального контроля над человечеством.

Аделине стало не по себе. Ефим перевел взгляд на озеро и продолжил свои рассуждения:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.