Таша Мисник
Таблетка от реальности

Не оставляй меня в пути

Без знания, куда идти.

Не покидай меня, мой свет,

Ведь на́чать путь где – мысли нет.

Я обращался к медицине,

Но даже лучшие бессильны.

Совсем один остался я,

Лишь время – спутница моя

Не оставляй меня.

(перевод песни Placebo – Kings of medicine).

Пролог. Ослепляющие огни

В этот раз я заканчиваю, крепко вцепившись в руль «Понтиака». Мои пальцы напряжены и побелели от силы хватки. Машина несется на полной мощности. Мое лицо раскрашивается разноцветными огнями витрин ночного города, но мне нет до них никакого дела. Стрелка спидометра маячит между крайними белыми полосами, боясь коснуться предельной отметки. Сердце колотится синхронно со взбесившейся стрелкой, но я больше не боюсь.

Мой взгляд ловит блики пролетающих мимо фонарей, но я продолжаю вдавливать педаль газа в пол до упора и крепче сжимаю его руку в своей руке.

Я улыбаюсь.

Зацикливаюсь на его улыбке в ожидании, когда очередная вспышка встречных фар наконец ослепит меня.

Наверное, со стороны я могу показаться психопаткой, но мне все равно, я хохочу, наслаждаясь свистом потертых шин о влажный асфальт. Он взмок не от дождя, нет, – моя безумная езда заставила его вспотеть.

Машину кидает из стороны в сторону. Блестящий корпус оббивает дряхлые тротуары. Нас встряхивает в салоне, но я давлю на газ и выжимаю максимальную скорость.

Возможно, я на самом деле свихнулась и зря втянула его за собой в это сумасшествие.

Но другого пути нет.

Я смотрю ему в глаза. Вглядываюсь глубоко и мысленно успокаиваю себя, что все будет хорошо.

Он смотрит прямо на меня. Он спокоен и не дрогнет. Он не моргает, даже когда неоновые огни придорожных фасадов мерцают в его глазах. Я не отвожу взгляд и надеюсь, что в этот раз у меня получится все закончить.

У нас получится.

Белая вспышка.

Яркий свет заполняет салон дрожащего «Понтиака».

Даже не знаю, что ослепляет сильнее: это свечение в лобовое или его уверенный взгляд, который снова убеждает, что мы все делаем правильно.

– Ты готова? – Его голос просачивается сквозь рев мотора. Мое сердце сжимается в ком. С тобой всегда готова. – Отпускай.

– Скажи, что любишь меня. – Разжимаются мои искусанные губы. Побелевшие пальцы выпрямляются.

Я не отвожу глаз от его прекрасного лица и отпускаю руль.

В этот раз мы все закончим.

Сча́стливо.

Глава 1. Хижина в лесу

– Ключи, телефон, ноутбук, таблетки, сменное нижнее белье…

Нет, это плохая идея.

Я никуда не поеду. У меня ничего не получится. Я просто не смогу. Взбешусь и все испорчу. Или еще хуже – разрыдаюсь на глазах у этой курицы. И все полетит к чертям.

Натягиваю на ногу кроссовок и бью носком в пол, чтобы до конца впихнуть стопу.

– Черт! – Ударила сильнее, чем планировала.

Закусываю губу и безмолвно вою.

Нет, я справлюсь!

Тем более поздно что-либо отменять: сумка уже собрана, я настроилась, и прямо сейчас в мою дверь раздается размеренный стук в ритме детской считалочки. Раз-два, раз-два-три. За дверью точно Фред. И этот черт пришел по мою душу.

– Иду! – кричу я, втискивая ногу в оставшийся кроссовок, и допрыгиваю до входной двери, едва не подвернув лодыжку. – Твою ж мать!

Поездка – плохая идея. Это ли не знак, Вивьен? Очнись!

Ключи, телефон, ноутбук, зарядное устройство… Я положила зарядное устройство?!

– Моя крошка Ви, как обычно, не в духе? – Едва я успеваю провернуть замок и броситься проверять сумку, как через порог шагает сам Фредерик Девис – самый заносчивый засранец из всех, кого я знаю, и по совместительству – лучший друг Вивьен Аулет, то есть – меня. Я удачливая, упоминала?

– Не беси, Фредс. – Я цокаю языком и испепеляю взглядом его кудрявую голову. – Выбрал не лучшее время. – Хмурюсь и перепроверяю содержимое своего багажа, потирая ушибленную лодыжку свободной рукой. Интересно, травма сойдет за причину слиться с поездки?

Нет, Вивьен. Хватит. Не будь тряпкой. Держись и следуй плану. Будь смелой.

– Расслабься, Ви, оторвемся как в старые-добрые. Улыбнись, – подбадривает меня Фред. Я резко встаю на ноги и толкаю его в плечо. – Ай!

Ненавижу это гребаное «Ви». И все друзья, включая Фреда, знают это. Вот только мой лучший друг никогда не упускает шанса пораздражать меня. Его забавляет моя реакция, и поэтому он продолжает испытывать мое терпение на прочность.

– Зачем поднялся? Позвонил бы – я бы сама спустилась.

– Решил помочь с багажом. – Фред кивает в сторону моих ног, где валяется распахнутая сумка. – И вижу, что принял правильное решение.

Я застегиваю сумку, собранную на целый уикенд, поднимаю ее и бросаю в руки Фреда. Он кряхтит и демонстративно складывается пополам.

– Что ты с собой набрала? Упаковала целую лабораторию? Не сможешь без нее прожить ни дня, да?

– Заткнись, Фредс.

Он смеется, а я лишь закатываю глаза. Очень «остроумно», учитывая, что я работаю в лаборатории. Типичный Фред.

Набрасываю на себя черную джинсовую куртку с заклепками на плечах, достигающую середины бедра, хватаю с тумбочки телефон и ключи и распихиваю их по карманам.

Ключи, телефон, зарядное в сумке, ноутбук, таблетки, сменное белье, купальник. Боги, надеюсь, он мне не пригодится.

– Так… Вроде бы все. – Хлопаю себя по карманам куртки и выдыхаю.

– Идем, крошка Ви. Все уже заждались.

– Клянусь, Фредс, однажды я вырву из твоей головы все до единой кудряшки, и тебе больше нечем будет клеить своих легкодоступных девиц.

– Поверь, детка, помимо невероятно сексуальных кудрей при мне всегда имеется одна очень действенная штука… – Он намеренно понижает голос и шепчет мне на ухо: – Которая доводит девушек до феерического, незабываемого, умопомрачительного… экстаза. – Слышу, как он томно усмехается, и закатываю глаза. – Могу продемонстрировать.

– Избавь меня от мерзких подробностей. – Я отталкиваю Фреда подальше от себя. – Мне не интересно.

– Я вообще-то о чувстве юмора, извращенка. Девочки любят посмеяться. Не знала?

– Ага, поэтому и не понимаю, при чем здесь ты и почему я до сих пор общаюсь с тобой.

– Потому что ты меня обожаешь. Мы оба это знаем. – Фред подмигивает и играет бровями, мне остается только вздохнуть.

– Двигай давай.

***

Фред не затыкается, из него так и льются шутки из разряда: «Тук-Тук. Кто там?», только все они пошлые и отвратительные, как обычно. Я едва терплю, поэтому сбегаю вниз по лестнице и буквально вываливаюсь на улицу, где нас ожидает припаркованный возле моего крыльца внедорожник «Форд».

О боги. Все-таки эта поездка была худшей идеей.

– И почему мы не могли поехать на моей машине? Ненавижу тачки для многодетных семейств. – Я недовольно оглядываю «Форд» и делаю вид, что дело вовсе не в той, кто за рулем.

– Потому что в твой старенький «Понтиак» мы не поместимся вшестером, – поясняет Фред, перебрасывая мою сумку с одного плеча на другое.

– Во-первых, не «старенький», а «коллекционное ретро». Хотя откуда тебе знать с твоим-то вкусом. – Я наблюдаю, как Фред открывает багажник внедорожника и запихивает туда мои вещи. – А, во-вторых, когда наше количество увеличилось до шести?

– Стелла в последний момент захватила подругу. Майли, кажется… Ты должна ее помнить. – Кудрявый встряхивает рукой шевелюру и захлопывает багажник. Я снова закатываю глаза.

Вот же черт!

– С чего мне ее помнить? – Я стараюсь звучать нейтрально, но уже начала нервничать вдвое сильней.

– Ну, такая сочная блондиночка… – Фред облизывает губы. – Она еще все время крутилась на моей вечеринке рядом со Стеллой. Ну, помнишь? – Он нетерпеливо цокает. – Тогда еще Эйсто впервые притащил Стеллу.

– С той ночи я мало что помню. – Я нервно взъерошиваю волосы у корней и отворачиваюсь. – Особенно каких-то блондиночек, – надменно фыркаю, но сердце замирает и болезненно сжимается всего на миг.

Мне было достаточно присутствия Стеллы.

Ее смоляной башки.

Ее микро-топа, натянутого на огромные сиськи.

Ее ядовитой улыбки. Взгляда: «я внимательно слушаю, ведь я такая милая, но не против трахнуть тебя прямо сейчас».

Ее. Мне было больше, чем достаточно.

Поэтому в тот вечер я надралась текилой. Залилась доверху, чтобы облик Стеллы вылетел из головы хотя бы на одну ночь, на один кошмар. Тогда я не знала, что он затянется на целую вечность.

– Значит, познакомитесь еще раз. – Друг подталкивает меня к тачке. – Только она зачем-то постригла волосы… А ты ведь знаешь, что я предпочитаю красоток с длинными локонами. Как у тебя… – Фред облизывает губы и хитро улыбается, дергая меня за кончик нежно-розового завитка. Я шлепаю его по руке. – Ай! Больно. – Он потирает ушибленное место. – Но тем не менее я все равно настроен познакомить ее со своим дружком поближе. Так сказать, наладить контакт.

– Удачи в начинаниях. Только дальше не посвящай меня в подробности. – Я отмахиваюсь от его ладони, которую он тянет, чтобы дать «пять».

Типичный Фред. Сначала строит из себя пикапера-альфасамца, а потом не стесняется делиться со мной историями о своих похождениях. И самое интересное, что на него действительно ведутся. Пустышки, конечно, но сам факт поражает. Он ведь тот еще доставучий идиот, но я его люблю и очень рада, что наши с ним отношения никогда не переваливали за грань крепкой дружбы.

– Ладно, – затягивает Фред. – Так вот, чтобы не создавать проблем и не жаться в твоей тачке, Стелла предложила свою машину.

– Теперь ясно, кто ездит на таких гробовозках помимо злобных мамаш с набитыми пакетами из Walmart¹. Их будущая проекция.

– Ты всю поездку будешь ныть? – Худощавая рука Фреда обвивает мою талию и слегка похлопывает по бедру. – Хватит быть занозой в заднице. Запрыгивай в салон.

– Поддержки от тебя, как от дохлого муравья. Хорошо, что с нами едет Кортни.

Моя милая Кортни. Если бы сейчас она не сидела за тонированным стеклом «Форда», я бы, скорее всего, даже не решилась на эту поездку.

Она недостающая часть моей души. Мой здравый смысл. Мое смирение и успокоение. Настоящий темнокожий ангел с золотистыми глазами невероятных размеров, как у обворожительной Мантис² из второй части «Стражей Галактики». А ее безумно вьющиеся волосы больше напоминают сумасшествие из изогнутых медных проволок, торчащих в разные стороны. Если бы мы внешне не были полными противоположностями, я бы с уверенностью заявила, что нашла свою сестру-близняшку, с которой меня по трагической случайности разъединили в роддоме.

Я тяжело вздыхаю. Мой брезгливый взгляд еще раз окатывает внедорожник и ту, кто за рулем. Придется смириться.

Ты справишься, Вивьен. Всего два дня.

Я выдыхаю, делаю над собой усилие и все-таки пролезаю внутрь салона. Моя пятая точка занимает сиденье прямо за водителем. Фред устраивается рядом и улыбается мне, но от его улыбки не становится легче.

– Привет, дорогая. – Кортни привстает со своего места в третьем ряду и выгибается над спинкой кресла, чтобы приобнять меня. Уроки йоги, которые она дает, ей только на пользу. Я улыбаюсь и чмокаю подругу в щеку. – Я так рада тебя видеть!

– Привет, Совенок. – Доносится с переднего пассажирского сиденья, и уголки моих губ плавно скользят вниз.

Вибрация знакомого голоса обволакивает тело. Я слышу едва уловимую хрипотцу, и теперь так и тянет посмотреть в зеркало заднего вида. И кто я такая, чтобы устоять.

Наши взгляды сталкиваются. Я цепенею как раньше. От его серых глаз не спасают даже розовые стекла моих очков. Его взгляд проникает сквозь них и заставляет сильнее вжаться в кресло. По позвоночнику пробегает дрожь, и я ерзаю на месте, которое стало слишком тесным.

– И тебе привет, Эйсто, – отвечаю я.

Он слабо улыбается, а у меня уже вспотели даже ладони.

Просто в салоне слишком жарко. Зря я нацепила эту джинсовую куртку.

Эйсто все еще смотрит на меня. Не отводит глаз. Я сглатываю и обтираю о ноги мокрые руки. Кажется, начинаю вспоминать, почему согласилась на эту поездку к озеру.

– Почему «Совенок»? – Меня отвлекает от Эйсто сидящая за мной «платиновая блонд». Должно быть, Майли.

Ее голос слишком звонкий и противный. Я морщусь, но не оборачиваюсь.

Я точно где-то нагрешила, раз боги решили, что одной Стеллы на уикенд мне недостаточно.

– Фамилия такая – Аулет³, – одновременно поясняют Кортни и Фред. – Эйсто так прозвал ее еще в колледже.

– Очень мило, – пискляво комментирует блонди, и я понимаю, что не переживу эти выходные, если при каких-то обстоятельствах она вздумает запеть. – Вы вместе учились, Эйс?

– Да, закончили медицинский. – Эйсто разворачивается к нам вполоборота. – Но потом при выборе узкой специальности наши с Вивьен взгляды разошлись. – От его взгляда я начинаю нервничать, как школьница. Спокойно, Вивьен, дыши. – Я посвятил себя хирургии, а Вивьен предпочла работу фармацевта-технолога.

– Ты работаешь в аптеке, Ви? – не затыкается блонди.

– А ты, наверное, колешь арбузы своей пустой головой, – возмущаюсь я то ли от тупости ее вопроса, то ли от сокращения своего имени. Кто вообще дал ей на это право?

Взгляды Кортни и Фреда утыкаются в меня и Майли. Они заинтригованы и жаждут продолжения шоу.

– Что ты сказала? – мямлит Майли.

– Хотя нет, – продолжаю я, – кажется, я видела тебя в передаче по TLC⁴. Там было что-то про девушку, у которой вместо мозга плюшевая обезьянка с оркестровыми тарелками.

– Эй, полегче! – встревает в защиту Стелла. Она оборачивается и бросает на меня злобный взгляд. От крупного страза в ее носу отблескивает солнечный свет.

Отлично. Прямо сейчас она подписала себе такой же приговор, как и ее недалекая подруга.

Я уже готова обрушить на них обеих свое негодование, уже открываю рот, уже мысленно представляю, как потом выскакиваю из машины, вытаскиваю из багажника свою дорожную сумку и возвращаюсь домой, но голос Эйсто прерывает меня:

– Нет, Майли. – Он, как всегда, уравновешен и беспристрастен. – Вивьен разрабатывает лекарства и проводит их доклинические исследования в фармацевтической компании Nebula.

Я снова ловлю взгляд Эйсто в зеркале. Только на этот раз в его глазах сверкают озлобленные искры, как будто кто-то поджог бенгальские огни в зрачках. Но я не уверена, чем именно вызван его скрытый гнев – моим несдержанным поведением или упоминанием о моей карьере.

– Трогайся, Стелла. Чего ждем? – Фред похлопывает по сиденью водителя, прерывая натянутую паузу, и растягивается на своем кресле. – Кортни, почеши мне голову.

– А расслабляющий массаж ног тебе не предложить? – Кортни хмурится, образовывая милую морщинку между бровей, складывает руки на груди и встряхивает пышной шевелюрой, с трудом собранной в пучок.

– Держи себя в руках, детка. Мы еще даже не выехали из города. – Фред подмигивает мне, будто говоря «зацени, как я хорош», но мне все равно, ведь я до сих пор зациклена на взгляде в зеркале заднего вида.

Внедорожник громко рявкает и начинает движение вдоль спального района Рочестера. Шины давят горячий асфальт, который плавится под лучами ядерного солнца. И я разделяю его состояние. Еще чуть-чуть, и я сама растекусь здесь лужицей, только не от жары.

– Сколько нам добираться до дома? – Личико Кортни просовывается между наших с Фредом сидений. – Где он вообще находится, Фредс?

– А почему ты меня спрашиваешь?

– Потому что снять дом на уикенд – была твоя идея. И ты занимался поисками и бронированием.

– Не нуди, детка. Пределы Миннесоты мы не покинем.

– Я тебе не «детка»! – Кортни шлепает ладонью по кудрявой макушке Фреда.

– Если не прекратишь распускать свои маленькие ручки, придется тебя связать и закинуть в багажник… С удовольствием проделаю это с тобой, моя сладкая.

– Стелла, включи, пожалуйста, музыку, чтобы я больше не слышала этого идиота.

Стелла одобрительно кивает и нажимает кнопку на лицевой панели «Форда». По салону разносится популярная песня Тэйлор Свифт, и сзади меня слышатся звонкие вопли блонди.

– Черт, высадите меня прямо здесь, – шепчу я и отворачиваюсь к окну.

Перед этим улавливаю смешок Фреда и едва заметную улыбку Эйсто одними уголками губ. Они услышали. А я заметила, насколько соблазнительно выглядят губы Эйсто.

***

Час пути кажется вечностью. Минуты тянутся и превращают пребывание в машине в самую настоящую пытку.

Я успеваю разглядеть скучные поля для гольфа, которыми напичкан уже весь штат, пересчитать пестрящие зелеными оттенками саванны и сияющие под лучами солнца озера. Взгляд плавно соскальзывает с верхушек деревьев на кристально чистое небо. Ни одного облака, даже крошечного. Видимо, спастись от пекла сегодня не удастся. Остается изредка вздыхать и прятаться от настырных лучей за розовыми стеклами очков. И стараться не бросать косые взгляды на пассажирское сиденье, где в расслабленной позе расположился объект моих ежедневных мыслей.

– Мы почти у цели, – объявляет Фред, когда «Форд» уже минут двадцать петляет по извилистым дорогам среди смешанных лесов Миннесоты, а «платиновая блонд» заканчивает завывать, наверное, десятую попсовую песню. Моей выдержке можно только позавидовать.

– Ты уверен, что мы едем правильно? – скептически реагирую я.

– Если Стелла следует согласно навигатору, то уверен.

– И навигатор сообщает, что ехать осталось около трех миль, – добавляет Стелла.

Это оказывается правдой несмотря на то, что я до последнего сомневаюсь в верности ее ориентиров.

– Господи, как же затекли ноги, – ноет мой кудрявый друг, выскакивая из машины, как только та притормаживает возле одноэтажного дома из круглого сруба.

Я выбираюсь следом и невольно запрокидываю голову, медленно оглядывая снизу вверх стволы высотных елей. Их размеры поражают. Верхушки едва не протыкают ясное небо и лениво покачиваются, цепляя друг друга. Деревья окружают одинокое строение, будто наступают, и накрывают дом тенью словно одеялом, уберегая от лучей палящего солнца. Откуда-то из глубины леса доносится слабый щебет птиц. Поток приятного ветра вырывается из хвойных ветвей, путается у меня в волосах, и я подставляю под него лицо. Вдыхаю полной грудью.

Возможно, мне здесь даже понравится.

– Как же красиво! – ликует Кортни, не успев опустить белые конверсы на гравийную дорогу.

Она прерывает мгновение моей эйфории, бежит вперед, вскидывает руки к небу и начинает кружиться. – Какой милый дом!

– Ага. Похож на тот самый из «Хижины в лесу»⁵, – комментирую я за ее спиной.

– Перестань ее пугать, Совенок. – Хрипловатый голос Эйсто заставляет меня дернуться.

Я оборачиваюсь и встречаюсь с его прекрасным лицом: смуглые щеки покрыты аккуратной щетиной и растягиваются в приятной улыбке, отчего скулы кажутся острее наточенных бритв.

Прекрати пялиться на его рот.

Мгновенно перевожу взгляд выше и утыкаюсь прямо в глаза, где бесконечно долго могут таять ледники Гренландии и мое сердце. Широкие, угловатые брови только сильнее подчеркивают глубину серого оттенка, из-за которого я теряю способность здраво мыслить. Это всегда было слишком красиво. Эйсто смотрит так внимательно, а я и вовсе перестаю моргать. Я окончательно введена в транс.

– Сарай из фильма в подметки не годится этому дому, – продолжает Эйсто, приглаживая рукой выбившиеся пряди черных волос.

Слишком красиво.

Тише, Вивьен. Приди в себя.

– Ладно. – Я встряхиваю головой и прищуриваюсь, не отводя от него глаз. – Но в «Я плюю на ваши могилы»⁶ я точно видела что-то похожее.

– Не-а. Тот был не из сруба. – Эйсто подмигивает и шагает вперед, накидывая дорожную сумку на плечо. – Кстати, – он оборачивается и остается стоять в шаге от меня, – ты покрасила волосы. – Его рука тянется ко мне, а пальцы касаются нежно-розовых локонов ниже груди и потирают кончики. – Тебе очень идет.

– Спасибо… – несвойственно для себя пищу́ я и мысленно умоляю сердце биться потише, но оно явно не собирается идти на компромисс.

Причина моих взмокших ладоней и учащенного дыхания двигается вперед, прихватив в свободную руку еще одну сумку. А мне остается лишь вздохнуть и проводить взглядом его удаляющийся силуэт.

– Приятно, что ты заметил… – Я шепчу самой себе и грустно улыбаюсь.

– Тебе очень идет, – передразнивает незаметно подкравшийся Фред, и я вскрикиваю.

– Засранец! Я чуть не отключилась! Готовишься к сдаче экзамена в школе ниндзя?!

– С каких пор тебя так легко напугать?

– С тех самых, как с тобой, придурком, связалась.

Подхватываю свою сумку, которую Фред выволок из багажника, и тащусь с ней в сторону дома.

– Идем, принцесса Мерида⁷. – я останавливаюсь и обращаюсь к Фреду. – Все лучшие комнаты разберут, если ты так и продолжить стоять среди леса.

– Тогда разделим одну на двоих! И не только комнату.

– Припаси энергию для блонди.

Фред лукаво усмехается и следует за мной.

– И что еще за принцесса? – возмущается он.

– Мерида. – Я с трудом сохраняю невозмутимое лицо и сдерживаю смех. – Ты не смотрел «Храбрая сердцем»? Позорище.

– Господи, я ведь не рыжий!

Вместо ответа из меня льется звонкий смех. Он разносится по тенистому лесу и окутывает стволы грозно возвышающихся елей, нарушая покой вольных птиц.

Глава 2. Мы были любовниками, теперь мы (не) можем быть друзьями

– Шикарный дом, – заявляю я, как только моя пятая точка пристраивается на мягком шенилловом диване.

– Неужели я тебе угодил? – Рядом со мной падает Фред и кладет руку на спинку старого дивана прямо за моей спиной. Он запускает пальцы мне в волосы, и я дергаю головой, чтобы остановить его. Мне неприятно.

– Всем нам, Фредди. – В гостиной появляется Стелла в узких голубых джинсах и университетской футболке, которая слишком плотно обтягивает пышный бюст.

Я цокаю и закатываю глаза. Никогда не понимала, зачем втискивать себя в шмотки, которые трещат на тебе по швам.

– До сих пор таскаешь футболку из колледжа? – Я смеряю Стеллу презрительным взглядом.

– Могу дать примерить. Только, боюсь, она будет тебе великовата. Знаешь… – Она обхватывает ладонями свои сиськи и приподнимает их так, чтобы они спружинили обратно, как мячики, – вот здесь.

Изображаю максимальное равнодушие и сползаю ниже по спинке дивана, принимая расслабленную позу. Вот только на самом деле меня трясет. Стелла бесит всем своим видом. Напыщенная, самоуверенная сучка. Адское испытание – держать себя в руках. Ее одну я едва переношу на дух, а ближайшие два дня мне предстоит изо всех сил стараться не убить и ее подругу.

– Тише, девочки, – вмешивается Фред и улыбается так неестественно широко, что меня, кажется, ослепило на один глаз. Режим пикапера-альфасамца активирован. – У вас еще будет время обменяться футболками. Только не забудьте позвать и меня! Я тоже хочу участвовать!

– Фредди, ну ты как обычно, – хихикает Стелла, к которой тут же присоединяется и блонди. А я иду на мировой рекорд по частоте закатывания глаз.

Какие же они шаблонные. Как раз тот самый типаж, что ведется на приемы Фреда. Пустышки.

– Хорошо, не буду настаивать, но разрешите сделать хотя бы пару снимков!

– Угомонись, журналюга недоделанный! – Я толкаю коленом его ногу. – Съемки остались в Рочестере, помнишь? Мы договаривались: телефоны только для звонков.

– Окей, крошка Ви. – Фред вздергивает пальцем кончик моего носа и хитро усмехается, а я стискиваю зубы. Специально раздражает меня. – Кто идет купаться? – Он вскакивает на ноги и потягивается. – За домом небольшое озеро, да и солнце еще высоко.

– Класс! Я в деле, – звонкий голос Майли рассекает гостиную. – Стелла? Кортни?

– Я за, – поддерживает Кортни. Стелла положительно кивает, как игрушечная собачка с брелока на ключах от ее «Форда». – Вивьен, ты с нами? Погода чудесная.

– Нет, спасибо. Я всю дорогу мечтала о баночке холодного пива. Уверена, она уже заждалась меня в холодильнике.

– Я составлю тебе компанию. – Голос, который до сих пор заставляет волоски на всем теле приподниматься на полдюйма, раздается прямо за моей спиной.

Я оборачиваюсь и ловлю на себе взгляд Эйсто. По телу будто молния проносится, а горло резко пересыхает.

Воды. Срочно воды. А лучше – ледяного пива. Мне слишком жарко.

– Хорошо, тогда Ви и Эйс – ответственные за обед, а остальные идут наслаждаться солнечными ваннами! – Фред стягивает футболку, направляясь к выходу и ловит застенчивый смешок Майли.

Да она даст ему прямо сегодня. Готова поставить стольник.

– Отличная идея, Фредди, – добавляет Майли. – Я переодеваться. Стелла, идем.

Прежде чем уйти, Стелла прижимается к Эйсто своими внушительными сиськами. Обвивает его шею руками. Улыбается. Облизывает губы. Встает на носочки и тянется к его губам. Я тут же отворачиваюсь. Но это не спасает меня. Я все равно отчетливо слышу звук их поцелуя.

Меня сейчас стошнит.

Не дожидаюсь, пока эта парочка закончит облизывать друг друга, вскакиваю с дивана и проношусь прямиком в кухню.

Два дня. Вытерпеть только два дня. И, надеюсь, у Эйсто хватит совести не трахать ее здесь ночью.

***

Кортни уже успела распаковать наши запасы, поэтому я роюсь среди расфасованных по холодильнику продуктов, но желанная баночка Будвайзера⁸ умело прячется от меня.

– Черт! Неужели Кортни не додумалась первым делом засунуть в холодильник пиво?!

– Чего ты там опять возмущаешься?

Голос Эйсто приколачивает меня к полу. Я застываю на миг, а сердце успевает пропустить удар прежде, чем я резко выпрямляюсь. Я дергаюсь и задеваю головой верхнюю панель холодильника.

– Аккуратнее, Совенок! – Он порывается ко мне. – Хоть я и могу оказать тебе необходимую медицинскую помощь, но давай все-таки обойдемся без травм.

Наверное, я нехило долбанулась головой, раз не заметила, как Эйсто оказался рядом в считанные секунды.

– Ты в норме? – Его пальцы нежно касаются моего лба, а глаза смотрят с такой заботой… Или это все же временные галлюцинации из-за ушиба? – Слышишь? Все в порядке?

Кроме того, что меня уже в который раз за день бросает в дрожь, все отлично.

– Да, порядок. Жить буду. – Я смущенно улыбаюсь. И, кажется, это глупое выражение лица будет преследовать меня весь день.

– Нашла, что искала?

– Эм… нет. Похоже, вместо пива Кортни затолкала в холодильник всю еду. Она всегда неправильно расставляет приоритеты.

– Погоди.

Он ухмыляется и сдвигает брови. Наклоняется. Его крепкие руки напрягаются и отодвигают меня в сторону. Я упираюсь спиной в открытую дверцу холодильника и остаюсь стоять зажатой между ней и его торсом, обтянутым тонкой белой футболкой.

Боги, как же красиво она смотрится на его загорелом рельефном теле… Как сексуально перекатываются под тканью его мышцы…

Эйсто склоняется к нижней полке и нечаянно соприкасается бедром с моим животом. Я моментально напрягаюсь. Втягиваю в себя воздух и задерживаю дыхание, лишь бы лишний раз не дотронуться до его тела. Это критически опасно. И чертовски искушает. Особенно, когда в легкие вместе с кислородом просачивается аромат его кожи.

– Смотри, что отыскал. – С гордым видом он выпрямляется во весь рост в дюйме от меня и поднимает руки с двумя стальными баночками пива на уровень моего лица. – Совсем ничего не видишь в своих розовых очках, Совенок. Держи.

Эйсто всовывает мне в руку прохладную банку, и его взгляд застывает на моем лице.

Как долго я не находилась к нему так близко? Как долго не смотрела в глаза? Сколько не чувствовала на себе этот родной запах? Наверное, на протяжении целого года. С той самой вечеринки у Фреда, когда впервые увидела Эйсто со Стеллой.

***

Год назад

Мой темно-голубой «Понтиак» припарковался недалеко от дома Фреда минут десять назад, но я продолжаю сидеть в мрачном салоне, заглушив двигатель. Не решаюсь притронуться даже к ручке двери. Не говоря уже о том, чтобы сделать шаг наружу.

Пока не вышла, еще могу повернуть назад.

Лучше бы дождь не заканчивался, и я бы ухватилась за единственный повод не покидать пределы машины.

Лучше бы он лил и испортил вечеринку Фреда. Тогда бы мне не пришлось на нее идти.

Лучше бы он обрушился мне прямо на голову и попытался смыть боль вместе с макияжем.

Лучше бы. Но сегодня вселенная решила игнорировать мои просьбы.

Я сижу и вглядываюсь сквозь лобовое стекло в мелкие лужи на дороге, в которых играют бликами огни ночных фонарей. За это время всего две встречные машины бросили ближний свет на мокрую улицу и промелькнули мимо куда-то по своим делам.

Опускаю стекло и вдыхаю аромат дождя. Свежесть охватила всю округу, а теперь – и мои легкие. Обожаю этот запах. На мгновение прикрываю глаза и откидываю голову на спинку сиденья.

Что я здесь делаю? Ведь до последнего не хотела ехать. Не поддавалась на упорные уговоры Фреда.

Еще слишком рано.

Месяц – это слишком мало для зализывания душевных ран. Чувствую, что еще не готова встретиться с Эйсто.

Так какого черта я прикатила сюда и сижу в тачке, как последняя трусливая идиотка?

Несколько раз ударяю ладонью по рулю и крепко зажмуриваюсь.

Я не боюсь. Я просто не готова.

Мы ведь строили планы. Представляли, какой будет наша жизнь после колледжа. Мечтали, как сменим съемную квартиру на собственный дом. Как Эйсто сделает мне предложение. Как проведем медовый месяц на острове, про который он не уставал говорить. Ваадху 9 . Я не была, но уже знаю, что там очень красиво.

Протяжно выдыхаю и открываю глаза. За лобовым все тот же мокрый асфальт и тот же тусклый свет. Только пахнет теперь горечью.

Месяца недостаточно, чтобы заставить себя думать иначе. А уж тем более – чтобы стереть память.

Месяц – это ничтожно, несущественно мало, чтобы поверить, что все рухнуло и полетело к чертям.

Мы столько всего не успели.

Мы столько всего не совершили и никогда уже не совершим.

Всего один гребаный месяц для попыток втолковать себе, что Эйсто больше не мой. Что я больше не имею права прикасаться к его телу. Не могу трогать лощеную загорелую кожу. Его руки больше никогда не обнимут меня так, как обнимали раньше. А губы уже не сольются с моими в поцелуе. Внутри больше никогда не забьется так сильно, как билось только с ним. Сердце погрузилось в вечный сон. Вот бы так можно было и с памятью. Но нет, теперь мне остается только наблюдать со стороны и думать. Этого у меня никто никогда не отнимет.

Я резко хватаю с пассажирского сиденья красно-белую пачку сигарет. Стискиваю зубы. До того, как Эйсто бросил меня, я никогда не курила.

За этот месяц многое изменилось. Я изменилась.

Мое дыхание учащается. Я изо всех сил сжимаю в руке сигареты. Мне нужно успокоиться. И они помогут. На миг, но помогут.

Дым умиротворяет меня. Нужно лишь выдохнуть, а потом наблюдать, как плавно рассеивается туманность, пока сердце выравнивает бег. Конечно, для «дымовой терапии» я могла бы прибегнуть к другому варианту: например, спалить все вещи, которые напоминают мне об Эйсто. Но я предпочла сигареты. Хотя идея с вещами некоторое время казалась мне потрясающей.

Резко отбрасываю пачку обратно на сиденье.

К черту! Когда я успела стать такой слабой?

Я рывком распахиваю дверцу, и поток влажного воздуха бьет мне в лицо. То, что нужно. Опускаю высокие каблуки на землю и расправляю свободное темно-зеленое платье в цвет своих глаз. Правда платье больше похоже на длинную футболку-оверсайз, подпоясанную на талии широким ремнем. Но оно всегда нравилось Эйсто.

«Смелее, Вивьен», – выдыхаю перед собой и оглядываю дом, в который мне предстоит войти.

Семья Фреда довольно богата. Девисы управляют семейной сетью ресторанов в Рочестере и еще паре городов штата. Поэтому Фред никогда ни в чем не нуждался. Родители до сих пор исполняют любой каприз излюбленного сыночка, стоит ему только пожелать.

И как Фред не вырос в избалованного заносчивого засранца?

Загадка.

Как и то, почему мы вообще стали приятелями, мы ведь две абсолютные противоположности. Я собранная и целеустремленная, а его едва не выперли из колледжа в первом же семестре. Наверное, меня подкупила его открытость. И чувство юмора, которое теперь все чаще переходит грань адекватности и начинает бесить. Но в этом весь Фредерик Девис. Он бесит, но от этого не начинаешь его меньше любить.

После того, как Фред все-таки закончил колледж и даже устроился работать независимым журналистом, родители были так рады и горды, что купили ему дом.

Да, и именно на крыльце этого дома я сейчас мнусь на своих высоченных каблуках.

– Ви, ты пришла! – Я вязну в крепких объятиях друга, как только переступаю порог особняка. В нос ударяет резкий запах примеси виски, возможно, водки и цитруса.

– Ты задушишь меня, – с трудом выдавливаю я, прижатая лицом к его груди. – Фредс, если ты размазал мой макияж – я за себя не ручаюсь.

– Окей, сдаюсь. – Он расправляет руки в стороны, изображая капитуляцию.

– Когда ты успел напиться?

– Вечеринка началась около часа назад… Так что… – Друг хмурит брови и загибает пальцы. – Я пьян уже около двадцати минут. И безмерно счастлив. – Его худощавое лицо растягивается улыбкой. – Пойдем внутрь. Кортни была где-то в гостиной, если я не обознался.

Дом заполонен огромным количеством незнакомых людей. Они кричат, смеются и толкаются, но все равно пытаются танцевать. Высокие частоты голосов и громкая музыка смешиваются в общую массу. Она давит на мозг, и тот начинает моментально плавиться.

– Фредс, на хрена столько людей? Не продохнуть! – ору я и пробиваюсь сквозь толпу пьяных тел. – Ты сделал рассылку во всех приложениях, охватив весь Рочестер?

– Нет, Ви. Когда ты уже поймешь, что твой друг популярен?

Я закатываю глаза и выхватываю из чьих-то рук красный стакан с непонятной субстанцией.

– Что это за хрень? – Первый глоток оказывается выплеснут изо рта кому-то на спину.

– Да оставь ты эту дрянь. – Благодаря Фреду стакан пропадает из виду так же быстро, как и появился. – Я налью тебе виски.

– Отлично.

– Вижу Кортни.

Фред резко тормозит, и я ударяюсь лицом между его плеч.

– Твою ж мать, Девис! Хочешь, чтобы мой портрет отпечатался на обеих сторонах твоей футболки?

– Эм… нужно захватить виски на кухне. Пойдем со мной. – Фред разворачивается ко мне лицом и крепко впивается пальцами в мое запястье.

– Ты самостоятельный мальчик – справишься и без меня. Я хочу поздороваться с Кортни.

Я пытаюсь протолкнуться сквозь плечо Фреда и спину какого-то качка, но Фред старательно загораживает проход.

– Да что с тобой?! – Я начинаю выходить из себя.

– Не самое удачное время.

– Фредс, если ты сейчас же не уйдешь с дороги, я на минуту забуду, что ты мой друг, и отпинаю тебя по яйцам.

Я грозно хмурюсь и предпринимаю еще одну попытку прощемиться возле Фреда. На этот раз она оказывается успешной. Как только я заступаю ему за спину, ноги непроизвольно прилипают к полу, а тело превращается в окаменелость. Я и не знала, что Эйсто обладает магией и виртуозно владеет заклинанием «Петрификус Тоталус» 10 .

Я статуя. А под ногами будто развели костер, но я не могу сойти с углей. Я плавлюсь. Я горю изнутри. А в груди стонет от боли разбитое сердце.

Привет, Эйсто. Привет, месяц моих страданий.

Все как будто обнулилось, и я снова выжжена до щепотки пепла.

Мне нужно срочно остудиться. Но сегодня не спасает даже холодный оттенок его глаз, когда Эйсто наконец замечает меня. Он сбрасывает руку черноволосой девицы со своего плеча и сверлит меня взглядом. Я выхватываю пластиковый стакан из рук первого попавшегося человека и осушаю его до дна, так и не разобравшись, был ли там лед. Даже если и был, его недостаточно. Я по-прежнему охвачена пламенем.

– Эй, детка, полегче! – возмущается парень, и я стреляю в него злобным взглядом.

К его же счастью, он быстро смекает и ретируется.

– Кто эта сука? – шиплю я, обращаясь к Фреду, который все это время сжимает мое плечо.

– Стелла.

– Я не спрашиваю ее имя! Кто она, на хрен, такая?! Почему она еще минуту назад обнимала моего мужчину?!

– Черт… Ви, тебе нужно успокоиться. Пойдем со мной. – Фред хватает мою ладонь и переплетает наши пальцы, но я резко выдергиваю руку.

– Я сейчас покажу, как я умею успокаиваться!

– Не глупи. Пойдем со мной.

Фред настойчиво цепляется за мой локоть и тащит меня за собой к кухне.

– Держи, – протягивает мне порцию виски, когда мы остаемся наедине. – Выпей. Должно полегчать.

Я раздраженно оглядываю его лицо и перевожу взгляд на стакан. Странно, но он не лопается. Тогда решаю последовать совету друга и залпом проглатываю содержимое.

– Молодец, девочка.

– Откуда взялась эта…

– Стелла.

– Фредс, не испытывай мои нервы на прочность. Они натянуты туже гитарных струн.

– Перед тем, как расскажу, пообещай, что не убьешь меня.

– Фредс… – Мой взгляд фиксируется на его бегающих глазках. Терпение подходит к концу. Еще секунда этой драматической паузы, и я сорвусь.

– Это я познакомил их.

– Какого черта?! – Я замахиваюсь стаканом и целюсь в безмозглую кудрявую голову, но Фред успевает перехватить мою руку. Он разжимает мои пальцы и убирает стакан в сторону, подальше от неуравновешенной меня.

– Случайно, Ви. Это произошло случайно. На прошлой моей вечеринке, которую ты намеренно проигнорировала.

– Какого хрена она вообще здесь делала?

– Она моя коллега. Устроилась к нам пару недель назад. А ты ведь знаешь меня, я быстро схожусь с людьми. Особенно, если у них есть клевые сиськи. Правда Стелла не в моем вкусе… Но она обещала привести подружку.

– И после этого ты еще называешь себя моим другом?! – Я сжимаю кулаки и толкаю Фреда в грудь.

– Эй… Я ведь не мог предугадать, Ви. – Его голос отдает жалостью.

Моя злость мгновенно сменяется отчаянием. Безысходность валится на плечи, и глаза кроют слезы.

– О нет-нет-нет. Иди ко мне. – Фред обнимает меня и притягивает к своей груди. А я начинаю вздрагивать от слабых всхлипов. – Тише, детка… Ты ведь сильная. Слышишь меня? Эйсто не стоит твоих слез, раз так легко отказался от тебя. Раз не смог по достоинству оценить девушку, которая любила его всем сердцем.

– Я так сильно люблю его, Фредс… Я так его люблю… – Слова едва разборчивы и прорываются сквозь всхлипы.

– Черт… – Руки друга крепче сжимают мое тело. – Все наладится. Со временем боль утихнет. И мы вдвоем будем вспоминать этот период с улыбкой. Вот увидишь. – Влажные губы Фреда касаются моей макушки, и я поднимаю на него взмокшие глаза. – Ну вот, так-то лучше. – Его пальцы дотрагиваются до моего лица, и он проводит подушечками под глазами. – Когда встретишься со своим отражением в зеркале, имей в виду я сделал все, что мог. И это ты сама испортила свой макияж. – Теплая улыбка успокаивает меня, и даже заставляет слабо улыбнуться. – Супер. Ты прекрасна, Вивьен.

– Вивьен? С ума сойти. То есть я должна порыдать, чтобы ты наконец назвал меня по имени?

– Секундное замешательство. Не более. – Фред легко вздергивает указательным пальцем кончик моего носа. – Еще виски?

– О да, и побыстрее. Чтобы я заняла руки и не ответила насилием на твой идиотский жест.

– С возвращением, язва Ви. Я уже успел заскучать. – Фред протягивает мне обновленную порцию виски и толкает ее своим стаканом. – Давай напьемся.

***

В тот вечер я дала себе обещание, что это была последняя слабость по отношению к Эйсто. И я твердо соблюдала свой обет до настоящего момента. Пока его родной запах не просочился в легкие. Знакомая примесь древесных нот и корицы ударила в нос и напомнила о степени моей зависимости.

Я не излечилась. У меня даже не было ремиссии. Я зависима до мозга костей. Я признаю это сейчас, стоя между дверцей холодильника и твердым торсом Эйсто, и дышу так часто, что, клянусь, он чувствует, как на каждом вздохе моя грудь задевает его тело.

Господи, какой же он красивый.

Глупо было пытаться игнорировать этот факт. Глупо было полагать, что я справлюсь. Что буду отворачиваться в сторону, закрывать глаза, уши, нос, лишь бы оставаться стойкой. Лишь бы выглядеть равнодушной. Глупо. Потому что в секунду все полетело к чертям.

Эйсто рядом. Между нами год и полфута. Казалось бы, пропасть. Но ее можно преодолеть за крохотный шаг.

Глава 3. Что стало с монополией?

– Ви! Эйс! Не забудьте про обед! – От внезапного крика Фреда вздрагивают даже брусчатые стены кухни, не говоря уже о моем теле. – Кажется, я помешал… – Фред замирает в дверном проеме, откуда так и сквозит сарказмом.

– Да помню я про обед! – рявкаю я, сожалея лишь о том, что Эйсто отступает от меня на огромных два шага.

Я так давно не ощущала его так близко, что теперь, снова попробовав, уже не могу удержаться. Он нужен мне. Как тогда, так и сейчас.

– Вы точно справитесь вдвоем? – Фред продолжает с прищуром оглядывать нас.

– Можешь остаться и сделать все самостоятельно. Я буду только рада. – Я демонстративно открываю баночку пива и делаю мелкий глоток.

– Приготовление обеда или полуголые девицы в бикини? – Фред раскидывает руки в стороны, изображая ладонями чаши весов.

– Эй, не забудь, что среди них есть моя девушка! – делает замечание Эйсто, и я морщусь.

– Это такая с черными волосами? Или блондинка? Или ты предпочитаешь новый хит сезона – цвет нежно-розового заката? – хитро улыбается Фред, в то время как острая челюсть Эйсто слегка выдвигается вперед.

– Если твое туловище не скроется за дверью через долю секунды, я клянусь, Фредс… – злюсь я.

– Понял. – Фред обрывает мою пламенную речь на полуслове. – Не скучайте, ребята. Обещаю, Стелла ничего не узнает. Я могила.

– Вот же сученыш, – шипит ему вслед Эйсто. – Он ведь шутит?

– Как знать… – отвечаю я и едва сдерживаю смех.

– Как ты вообще его выносишь?

– Так же, как и он меня. – В ответ Эйсто посмеивается, а его взгляд уже в который раз задерживается на моем лице. – На самом деле он славный. И ты сам это знаешь.

– Я знаю, что славная ты.

Как мне только удается не поперхнуться в этот момент пивом? Клянусь, я чудом не пустила его обратно через нос. От одной фразы сердце заводится как сумасшедшее и начинает барабанить в груди.

Может, мне послышалось?

Тогда почему серые глаза напротив меня начинают темнеть?

Он правда произнес это вслух. А мне правда не послышалось.

– Эм… Что у нас на обед? – выдавливаю я и засовываю голову обратно в холодильник, только бы Эйсто не заметил вспыхнувших щек, только бы не услышал, как дрожит мой голос.

– Предлагаю приготовить мясо. Я заметил барбекю на улице.

– Отличная идея. Тогда держи. – Стаскиваю с полки куски уже нарезанного мяса, расфасованного в пластиковые упаковки, и сую их в руки Эйсто. – А на гарнир будут овощи на гриле. – За мясом следуют грибы, томаты и ростки спаржи.

– Мм… я в предвкушении. Помню, как здорово у нас получалось готовить вместе.

И вот опять. Черт возьми, сегодня где-то отмечают день двусмысленных фраз или канувших в Лету воспоминаний, а меня забыли предупредить?

– Во мне-то сомнений нет, а вот ты постарайся не запороть основное блюдо, – парирую я.

– Я согласен работать под твоим руководством. – Улыбка, от которой кожа до сих пор усыпается дрожью, сверкает на его лице, и я, наверное, в сотый раз за этот день встряхиваю головой, не веря в происходящее.

Мы быстро перетаскиваем необходимые продукты на веранду, с которой открывается отличный вид на озеро.

– Как дети, ей-богу, – Эйсто улыбается, наблюдая, как Фред разбегается по дощатому пирсу, с криком ныряет в озеро и обрызгивает купающихся девушек.

Сразу же следуют женские визги и неразборчивые ругательства в адрес нарушителя порядка. Готова поспорить, это кричит Кортни.

– А ты почему не пошел купаться? – Я обращаюсь к Эйсто и принимаюсь нарезать овощи. – Ты же обожаешь воду.

– Я не готов к купальному сезону.

– Забыл побрить ноги?

Эйсто прыскает смехом, громкость которого разгоняет заскучавших в кронах деревьев птиц.

– Не успел приобрести плавки.

– Какая жалость. Когда тебя это останавливало?

– Один раз мы купались с тобой нагишом. Один единственный раз, а ты до сих пор не можешь забыть? Неужели тот случай так крепко засел в твоей памяти?

И кто тянул меня за язык? Как мне теперь выпутаться, чтобы он не понял, что я помню абсолютно все? Каждую нашу встречу. Каждую ночь. Каждый час вместе. Я помню все. И от этого только хуже.

– Хотя… в то время было весело, – продолжает Эйсто, видимо, заметив мою глупую растерянность.

– Нам часто было весело… – Мои руки невольно застывают над разделочной доской.

Вырвалось. Слова просто взяли и сорвались с губ, не спрашивая разрешения у мозга. Как я могла это допустить?

Крепко сжимаю зубы, чтобы за вылетевшей глупостью не последовала еще одна. А Эйсто молчит, кажется, уже целую вечность, и затянувшаяся пауза начинает давить.

– Да, было, – шепчет он и улыбается, но я чувствую в его голосе ту самую грусть, которая живет и в моем сердце.

– Прости, я не должна была…

– Все в порядке, Вивьен. Тебе незачем извиняться за правду.

Я не удерживаюсь и неуверенно оглядываю его красивое лицо еще раз, в то время как моя рука решает, что сейчас самый удачный момент возобновить кромсание овощей.

– Ч-черт! – Резкая боль пронизывает тело. Я роняю нож на деревянный пол и закусываю нижнюю губу.

За долю секунды Эйсто оказывается за моей спиной и обхватывает мою кровоточащую руку ладонью.

– Покажи мне. – Он распрямляет мои пальцы и разглядывает порез. – Больно?

Нет, я не чувствую боли. Только его горячее дыхание вдоль уха, которое действует сильнее викодина¹¹. Веки непроизвольно опускаются. Мозг погружается во власть нежных прикосновений. Сейчас я бы предпочла, чтобы кровь вытекла из моего тела до последней капли, лишь бы он не выпускал меня из своих крепких рук. Лишь бы не отходил от меня ни на шаг. Лишь бы я вечно слышала биение его сердца.

– Вивьен, ты слышишь меня? Или уже отключилась?

– Пока ты отшутишь все свои шутки, я умру от потери крови. – Как бы мне ни хотелось продлить момент близости, я понимаю, что пора заканчивать сеанс гипноза. Иначе я могу не прийти в себя.

– Пойдем в дом, я обработаю рану.

– Я сама в состоянии это сделать. Или ты забыл, что мы оба заканчивали медицинский?

– О боги, Совенок, ты невыносима.

Эйсто закатывает глаза и без лишних слов тащит меня в дом. Весь путь он не выпускает моей окровавленной руки из своих ладоней.

***

– Вот и все. – Эйсто обрезает кончики бинта, а мне впервые в жизни хочется изувечить себя еще сильнее, чтобы процедура спасения заняла больше пяти минут. – Жить будешь. – Его улыбка отражается в моих глазах, и, кажется, на миг я слепну.

– Не стоило напрягаться, я бы могла справиться и…

– Спасибо, Эйсто, – перебивает он и все еще поглаживает мои пальцы в своих руках.

– Спасибо, Эйсто, – выдыхаю и улыбаюсь я.

– Всегда пожалуйста, Вивьен. – Он делает акцент на моем имени. Наделяет его особенной нежностью в голосе. Или мне кажется. Но так хочется, чтобы не казалось. – Из-за твоей неуклюжести теперь придется готовить обед в одиночку.

– Не волнуйся, моя моральная поддержка тебе обеспечена.

– Спасибо. – Мой спаситель ухмыляется и переводит взгляд на наши сплетенные между собой пальцы. – Эм… Ну, что ж… – Мои руки не по своей воле покидают его теплое убежище, и огорчение окатывает меня удушливой волной. – Пора возвращаться к делу.

К делу, до которого мне теперь нет никакого дела. К черту обед. К черту гриль, мясо и овощи. К черту алкоголь. И озеро к черту. Хочу запереться и остаться с ним здесь, в узкой ванной комнате, где мои пальцы по-прежнему сплетаются с его пальцами. Где он смотрит на меня так, как смотрел еще год назад.

Кажется, я схожу с ума и начинаю видеть вещи, которых уже нет. Фантазия снова разыгралась, и я забыла все установки, что давала себе перед поездкой, главная из которых: «Помни, он почти год встречается со Стеллой. Не с тобой, Аулет. Не с тобой. Ты прошлое. А она – радужное будущее, которое он всегда искал».

Поэтому мне приходится встать и последовать за Эйсто, променять тесную ванную и наши прикосновения на веранду и компанию той, кто может его даже целовать.

***

Я сижу на веранде и поглядываю в сторону притихшего озера. Плотные серые облака затянули солнце, и оно наконец-то обрело свой привычный покой.

Почему со мной все происходит с точностью наоборот? Когда взгляд серых глаз натыкается на мое лицо, я теряю над собой контроль. Почему я не могу успокоиться как озеро? Почему не могу сохранять такое же равнодушие, когда к моей коже прикасаются жаркие ладони Эйсто? Почему мое тело реагирует на него слишком бурно? Почему я до сих пор не остыла? Как бы ни скрывала, какой бы спокойной ни старалась казаться, – все напускное. Мне не все равно.

– Ты почему отлыниваешь? – Рядом со мной на деревянную скамью обрушивается Фред, и я тычу ему в лицо перебинтованным пальцем. – Эх, Ви, как ты только в лаборатории справляешься, когда даже нож не научилась держать в руках?

– Я и не рассчитывала на сочувствие от такого засранца как ты.

– Пойдем в дом. Смотри, как небо затянуло. Точно будет гроза.

– Я обещала Эйсто дождаться его.

– Я уже закончил, – вмешивается Эйсто и выкладывает на тарелку последний кусок поджаренного мяса. – Жаль, что погода испортилась, и нам не удастся перекусить на свежем воздухе.

– У нас завтра еще целый день, – цокает Фред и выпрямляется на ногах. – Все успеем. Ты идешь, Ви?

Хватаю с собой тарелку с овощами и плетусь за Фредом. Кортни, как обычно, носится вокруг кофейного столика в гостиной – расставляет тарелки, стаканы и столовые приборы. Стелла что-то бурно обсуждает с блонди, но как только за мной в дом входит Эйсто, она вскакивает на ноги.

– Ммм… милый, это все приготовил ты? Выглядит аппетитно. – Стерва обвивает шею Эйсто и оставляет на его щеке поцелуй. А меня переколачивает. Никогда и ни за что не привыкну к этому зрелищу. Я и не хочу привыкать.

– Я бы не справился без Вивьен, – отвечает Эйсто и поглядывает на меня.

Стелла отслеживает его взгляд и пытается даже мило улыбнуться, а я только еще раз убеждаюсь, что актриса из нее такая же, как из меня акробат цирковой труппы. Сплошная фальшь. Уверена, она мысленно прокляла меня еще в своем гребаном «Форде».

– Мы начнем сегодня есть или нет? – развалившись на диване, заявляет Фред и запихивает в рот украденную со стола закуску.

Стелла выхватывает тарелку из рук Эйсто и тянет его за собой к столу. Я устраиваюсь на пышной подушке, которая валяется на полу, потому что делить диван еще и с Майли у меня нет особого желания. Тем более я уверена, что через пару выпитых стаканов Фред начнет активно катить к ней яйца. Она вполне в его вкусе даже с выстриженным каре.

Когда Будвайзер сменяется «Джеком»¹², а тарелки пустеют и отправляются в кухню силами Кортни, в безмозглой голове Майли всколыхивается единственная извилина, и ее посещает идея:

– Давайте поиграем в «Я никогда»!

Я закатываю глаза так сильно, что буквально вижу мозг. Хотя чего еще ожидать от Майли. Я должна была это предвидеть.

– Майли, только не говори, что тебе пятнадцать, прошу, не расстраивай Фреда, – вздыхаю я. – Он не переживет, если его посадят за совращение несовершеннолетних.

– Это же весело! – фыркает она.

– Это было весело на первом курсе колледжа. Мы уже не в том возрасте, чтобы страдать подобной фигней.

– Ви, кажется, я видел где-то здесь монополию. Тебе как раз подойдет, старушка, – громко ржет Фред и, пользуясь моментом, обхватывает рукой бедро блонди.

– Вивьен, давай сыграем, – мило улыбается Кортни, и я сдаюсь.

– Хрен с вами. – Я делаю глоток коктейля из виски и колы. – Играем.

– Отлично! – визжит Майли, и рука Фреда непроизвольно вздрагивает. С таким темпом потеря слуха не кажется такой уж и смешной шуткой.

– Я начну, – встревает Стелла. – Я никогда… Не курила дурь.

– Твою ж мать, Стелла, ты покосила всех, – возмущается Фред и жадно присасывается к стакану с выпивкой. За ним следует каждый из нашей компании.

Да, единственной святой оказалась непревзойденная стерва. Дикая смесь, из-за которой у меня могут возникнуть проблемы.

– Я никогда не жила вместе со своей второй половинкой, – продолжает Кортни и одними губами сразу же извиняется передо мной.

Черт. Я непроизвольно смотрю в сторону Эйсто и ловлю его взгляд. Он делает глоток, не прерывая зрительный контакт, и за долю секунды в сознании проносятся счастливые моменты из нашей совместной жизни. Прошлой жизни. Реальности, которую уже не вернуть.

Я облизываю губы и повторяю действие Эйсто.

– Эй, Стелла, а ты чего не пьешь? – хмурится Майли. – Вы разве с Эйсто не съехались?

Я зависаю со стаканом в руке. Не отвожу глаз от Эйсто и чувствую, как больно начало тянуть в сердце. Конечно, это логично и ожидаемо, что спустя год эти двое решили свить совместное гнездышко. Но это не отменяет факта, что в груди щемит так, будто туда вогнали кол.

– Мы почти съехались, – хихикает Стелла. – Как раз работаем над этим.

– Все равно считается, – лучезарно улыбается Майли, а я едва сдерживаю себя, чтобы не размолотить ее тупую голову о деревянный стол.

Заткнись. Просто заткнись, идиотка. Ни разу не считается.

– Так. Ладно, – вмешивается Фред после того, как Стелла выпивает из своего стакана и пробегается пальцами вдоль колена Эйсто. – Теперь моя очередь. – Друг коварно вздергивает уголки губ. – Я никогда… не спал с парнем, – самодовольно выдает он.

– Фредс, ты можешь быть еще более банальным? – Я прикрываю лицо рукой. – Продолжишь в том же духе, и я откажусь от нашей дружбы.

– Пей давай, не отлынивай. Я уж точно знаю, с кем ты спала.

Он будто специально это делает в ответ на провокацию Майли. Но я стараюсь не обращать внимания и в этот раз. Предпочитаю опрокинуть стакан залпом, чтобы сослать вспышку щек на действие алкоголя.

Спокойно, Вивьен. Тише. Ты выдержишь эту дурацкую игру.

– Я никогда… – пытается создать интригу Майли и делает паузу, игриво поглядывая на Стеллу. – Не принимала предложение руки и сердца.

Что?!

Кажется, дурацкой игре только что удалось довести меня до предынфарктного состояния.

Дыхание сперто где-то на уровне горла. Пальцы крепко впиваются в пластиковые стенки стакана. Виски болезненно пульсируют, а сердце стынет в груди, как будто из него вытащили батарейки.

Улыбка Стеллы расползается от уха до уха, как у зеленого волосатого Гринча¹³, и меня пробирает до костей.

Нет! Нет! Нет!

Стелла обрамляет губами край стакана. Мой беспокойный взгляд фокусируется на расширенных глазах Эйсто. Он напряжен до предела и собирается что-то сказать.

Нет! Это не то, о чем я думаю!

– Стелла, ты выходишь замуж? – Голос Кортни помогает мне снова начать дышать.

– Можно сказать и так. – Ее рука, словно змея, ползет по плечу Эйсто, а довольная улыбка выедает остатки моей души.

– И кого же настигла такая удача? – Включает идиота Фред, пытаясь скрыть напряжение в своем голосе.

– Фредди, ты дурачок? И так ведь все ясно. – Майли встряхивает своей белобрысой копной и укладывает голову моему другу на плечо. – Эйсто сделал Стелле предложение.

Лучше бы я воткнула нож себе в сердце, когда нарезала овощи. Тогда бы мне не пришлось ощущать острие в груди прямо сейчас.

Руки начинают предательски трястись. Я вскакиваю на ноги.

– Какого ч…? – Эйсто повторяет мое действие и оглядывает растерянным взглядом окружающих. – Вивьен… – пытается встрять он, но я не позволяю ему окончить фразу.

– Что ж… – нужно быть краткой, чтобы не выдать паники, – за новоиспеченных жениха и невесту! – Я не дожидаюсь остальных и опрокидываю стакан. Жадно лью алкоголь в горло. Даже не обращаю внимания, что капли виски скатываются вдоль подбородка. – А теперь простите, я покину вас буквально на минуту. Невероятно захотелось излить содержимое наружу.

Пулей преодолеваю гостиную и оказываюсь в другом крыле дома в уборной, где несколько часов назад все еще не помолвленный Эйсто бережно держал в руках мой изувеченный палец.

– Не плакать. Только не плакать, – тараторю сама себе и стараюсь нормализовать дыхание. – Я должна была это предвидеть. Я должна была быть готова. Черт возьми! – Просовываю пальцы в волосы и рассыпаю пряди по плечам. Я злюсь, но я не заплачу.

Последние слезы высохли около полугода назад. По логике вещей следующим должно было иссохнуть и сердце. Только вот либо прошло недостаточно времени для его истощения, либо вся эта логика – полная чушь.

– Вивьен… – Я вздрагиваю от неожиданного стука в дверь. – Ты здесь? – В сию секунду любимый голос раздражает и вызывает во мне только приступ гнева. – Я войду. – Эйсто беспардонно шагает в узкое помещение, и мне снова становится невыносимо дышать. – Вивьен…

– Эйсто, избавь меня. Мне не нужны твои утешения или что бы то ни было, неважно по какой причине ты вломился ко мне в туалет. Я в порядке.

– Я не хотел… Вот так…

– Как благородно с твоей стороны!

– Серьезно, Вивьен. Ты все не так поняла. Поэтому я и хочу поговорить с тобой.

– А вашу свадьбу со мной обсудить не хочешь? Могу посоветовать цветовую гамму или парочку свадебных салонов. У меня остались адреса.

– Вивьен… Черт… – Эйсто нервно проводит рукой по волосам. – Мы со Стеллой обдумывали лишь возможность свадьбы. В теории. В будущем… Я еще не делал ей предложение.

– Кажется, эта формальность ей абсолютно не важна, – отрезаю я. – И правильно. Не успеешь передумать, пока будешь подыскивать для нее кольцо. Или в этот раз снова придумаешь что-нибудь незаурядное и романтичное? – Знаю, что колю в самое сердце, но не успеваю сдержать словесный поток.

– Вивьен, послушай… – Он все еще сдерживается и только крепче сжимает челюсть, вырисовывая точеный контур скул.

– Да, боже мой! Эйсто, не трать на меня свои силы! Не нужно объясняться или отчитываться передо мной! Я в порядке!

Видимо, я слишком громко произношу последнюю фразу, раз Эйсто неподвижно застывает напротив меня в поисках подходящих слов. Я тяжело выдыхаю. Мое действие получается слишком насыщенным подлой вибрацией. На пару секунд глаза прикрываются, но не перестают трепетать под веками в темпе взбесившегося сердца.

– Эйсто, почему она? – шепчу я, боясь открыть глаза.

– Черт, Вивьен…

– Нет, правда… – Я набираюсь храбрости и ловлю его взгляд. – Почему она? —Голос обретает спокойный окрас. Или у меня просто нет больше сил раздражаться.

– Не знаю… С ней все так… просто. Она просто всегда рядом. Я вижу ее каждый день. И ей до сих пор не надоело встречать меня с работы. Она всегда ждет меня. – Эйсто ненадолго замолкает, будто прощупывает языком следующую фразу. – И мне никогда не приходится ее искать. Не приходится засорять сообщениями голосовой ящик. – Я не выдерживаю его взгляда и смотрю на ворсистый коврик на кафельном полу. – С ней все стало… спокойным. – Его голос затихает с каждым произнесенным словом.

– Вот, где моя ошибка… – Я прикусываю нижнюю губу, чтобы та перестала трястись. – Я была слишком сложной и занятой для тебя. – Губы складываются в неуклюжую улыбку. – И теперь ты наконец получил то, чего всегда желал. Такую, которую всегда хотел видеть рядом.

– Вивьен… – Он звучно выдыхает, и пространство крошечной комнаты пропитывается горечью. – Не знаю, что тебе наговорил Фред после разрыва наших отношений, но я хочу, чтобы ты знала… Я не подпускал к себе Стеллу неделями. Можно даже сказать, месяцами. Я не шел на контакт и совершенно не отвечал ей взаимностью, а она все равно не ослабляла напор.

Очередная томительная пауза повисает на уровне наших лиц, но Эйсто находит в себе силы продолжить:

– Я очень любил тебя, Вивьен. Ты знаешь это, как никто другой. И я очень долго не мог привыкнуть к отсутствию тебя в своей жизни. Я ломал себя. Я через силу начал общаться со Стеллой. Я просто хотел на время забить голову чем-то кроме тяги к тебе. Ты не представляешь, чего мне стоило не сорваться.

Он делает еще один вдох, проводит рукой по непослушной челке, зачесывает ее кверху, а я замечаю, как дрожат его руки.

– Особенно на той вечеринке Фреда, когда спустя месяц я снова увидел тебя. – В его взгляде кроется сожаление. – Такую родную и любимую. Я готов был плюнуть на все и умолять тебя вернуться ко мне. Я готов был закрыть глаза на то, что ты постоянно пропадала на работе, и мы не виделись сутками. Я готов был смириться с твоим вечным отсутствием и взрывным характером. Пусть бы мы засыпали в одной постели раз в неделю, но я бы знал, что ты по-прежнему моя. Я был готов рискнуть и броситься тебе в ноги, лишь бы снова услышать, как сильно ты любишь меня. В тот вечер я даже выпроводил Стеллу домой. Тогда я объяснил ей, что у нас ничего не выйдет. Я искал тебя по всему особняку, но так и не нашел. Фред встретил меня раньше. Он вправил мне мозг. Уверил, что без меня тебе лучше. Твердил, что ты не желаешь меня больше видеть. Что ты уже пережила разрыв…

– Фредс?

– Да… Возможно, он заботился о тебе таким образом. Не знаю. Во всяком случае, ему удалось меня остановить. И я отступил. Отступил и снова утопил в себе все то, что так хотел тебе сказать. – Эйсто тяжело вздыхает и устремляет мрачный взгляд в пол.

– Эйсто… – Я прикасаюсь к его колючему подбородку. Ощущаю до боли знакомые разряды тока в кончиках пальцев. – Если бы мы тогда встретились? Если бы в тот вечер ты нашел меня раньше Фреда? – Надежда, которую я весь год давила в себе, снова подает признаки жизни. Сердце моментально оживает и начинает биться.

– Зачем ты задаешь мне эти вопросы? Ведь ответы уже все равно ни на что не повлияют.

– А если, Эйсто…

– Нет. – Он аккуратно опускает мою руку и прерывает тактильный контакт. – Слишком поздно, Вивьен. И мы оба это понимаем. – Эйсто открывает дверь уборной и замирает в проеме. – Надеюсь, ты не держишь на меня зла. Я никогда не хотел причинить тебе боль.

– Я знаю.

Наш одновременный тяжелый выдох. Эйсто вот-вот переступит порог. Но я должна спросить. Еще один вопрос для принятия решения. Мое сердце застывает, чтобы шепот добрался до его ушей.

– Ты любишь ее? – Едва уловимые на слух слова, больше похожие на вибрацию воздуха, вынуждают Эйсто зависнуть над дверной ручкой.

– Не так, как любил тебя.

Кажется, сердце мгновенно разрывается подобно атомной бомбе и поражает все участки тела, сознания и души.

Печальный взгляд Эйсто еще раз соприкасается с моим прежде, чем дверь тихо захлопывается за его спиной.

Эйсто еще сам не знает, на что подтолкнул меня своей исповедью, которую так долго скрывал. Он не знает, что своим ответом нажал на кнопку «Продолжить» в моем мозгу, в графе «Настоящим Вы подтверждаете, что ознакомились со всеми возможными последствиями и осознанно соглашаетесь на реализацию вашего эксперимента». Благодаря откровению Эйсто я впервые могу продвинуться дальше этого пункта. И теперь дороги назад уже нет.

Все это время я чувствовала, я знала, что мои старания не напрасны. Мне всего лишь не хватало решительности, толчка для воплощения своей идеи в реальной жизни, который я наконец-то получила сегодня.

Бросаю взгляд в зеркало и сталкиваюсь со своим растерянным отражением. Та Вивьен смотрит на меня, и ее лицо искажается в странной улыбке.

– Спасибо, Эйсто, – шепчу я, наблюдая, как шевелятся мои искусанные губы. Затем решительно разрываю зрительный контакт с прослезившейся розоволосой девушкой по ту сторону зеркала.

Я отправляюсь в свою спальню, уверенно переступаю ее порог и опускаюсь на колени перед кроватью, чтобы вытащить из-под нее дорожную сумку.

Глава 4. Погружение первое. Настоятельная просьба проверить акваланги

Из гостиной по-прежнему доносятся резвые возгласы – наверное, продолжают обмывать «радостную» новость. Но в данную минуту меня это не волнует. Все мое внимание сконцентрировано на дорожной сумке и молнии, которая медленно разъезжается под пальцами. Тяну ее вниз и снова оборачиваюсь на прикрытую дверь. Проверяю не последовал ли за мной еще один доброволец излечить мне душу.

Чисто.

Я роюсь в сумке, вспоминая, в какой части находится потайной карман, куда я засунула пластиковый футляр. Получается отыскать довольно быстро. Кладу коробочку на ладонь и разглядываю содержимое, аккуратно разложенное по прозрачным отсекам. Все на месте. Все в порядке.

Засовываю футляр размером с мобильный телефон в задний карман джинсовых шорт, задвигаю сумку под кровать и инициализируюсь в своем лэптопе.

У меня все получится.

Еще одна проверка синхронизации, подключения, соединения в единой системе, взаимодействия контактов.

Готово.

Хорошо, что поехала блонди, а не еще одна тупоголовая подруга Стеллы. Иначе бы все рухнуло.

Извещаю систему о дополнительном действующем объекте и хлопаю крышкой ноутбука. Встаю на ноги, делаю еще один глубокий вдох перед дверью и выхожу в коридор.

Мой план идеален, и он сработает. Не дрейфить.

– Ви вернулась! – Первым обращает на меня внимание Фред. – Думал, ты пропала с концами.

– Нет. – Я выдавливаю из себя максимально милую улыбку. – Хочу еще выпить.

– Да, конечно, держи. – Друг протягивает мне коктейль из виски и колы. – Чувствовал, что ты вернешься.

– Спасибо, кудрявый бармен. – Попытка разрядить обстановку проходит успешно. Улыбается даже Эйсто, но не смотрит на меня.

Я присаживаюсь на свое нетронутое место на полу и принимаю стакан из рук Фреда.

– Продолжаете играть? – Я пытаюсь выглядеть равнодушной и потягиваю напиток, который точно стал крепче, или Фред так пытается разбавить мою внутреннюю горечь.

– Нет. – Личико Кортни сияет улыбкой, а мое сердце обливается волной тревоги.

Все будет хорошо. Я не подвергну ее опасности. У меня все под контролем. Никто не пострадает.

– Становится скучно. – Фред допивает свой коктейль, сжимая свободной рукой бедро Майли. – Ви, может, ты знаешь, чем порадовать друзей?

Как нельзя кстати, Фредс. Даже не пришлось разыгрывать спектакль.

– О чем ты, Фредди? – Хлопает ресницами блонди.

– Иногда моя любимая Ви угощает нас интересными штуками из своей лаборатории, – улыбается Фред. – Так сказать, позволяет протестировать новые препараты определенного назначения.

– Что?! – возмущается Стелла. – Колеса?! Вы совсем с ума сошли? Эйсто, ты знал?

– Я тебе больше скажу: раньше он совсем не пренебрегал легким весельем, – самодовольно заявляет Фред и потягивается на диване, пока Стелла просверливает дыру во лбу Эйсто. – Так что, крошка Ви, ты подготовилась к дружеской вечеринке? Не верю, что ты могла бросить меня на произвол судьбы.

– Ты, как всегда, проницателен. – Я улыбаюсь, высовываю из заднего кармана пластиковый футляр и швыряю его вдоль столешницы к рукам Фреда. – Я никогда не дам тебе заскучать.

– О да, детка! – Фред встряхивает коробочку и внимательно изучает белые таблетки с гравировкой Nebula на ребре.

– Черта с два! – вопит неугомонная Стелла. – Я не буду травить организм наркотой! Тем более из ее лаборатории! – Кивок в мою сторону заставляет мои зубы сжаться и скрипнуть, но я должна сохранять спокойствие.

– Остынь, – вмешивается Фред. – Ви можно доверять. Она мастер своего дела и уж точно не подсунет нам херню.

– Мы договаривались только пить, – фыркает Стелла, ища поддержки в лице Эйсто.

– Чувак, ты в деле? – опережает ее Фред.

Эйсто в растерянности. Под надзирательным взглядом Стеллы он бегло поглядывает в мою сторону.

Эйсто, пожалуйста, не подведи. Ты нужен мне…

– В деле.

Я едва не подскакиваю на месте, но заставляю себя сидеть смирно. Моя очевидная радость сейчас ни к чему.

– Кортни, Майли? – продолжает опрос Фред.

– Обещаешь, что будет весело? – неуверенно уточняет Майли, подсовывая нос к футляру в руках Фреда.

– Тебе снесет твою белокурую головушку, – отвечаю я и вытаскиваю из коробочки одну белую капсулу, которая визуально напоминает конфетку «Тик-так». – Стелла. – Протягиваю ей таблетку. – Обещаю, с тобой ничего плохого не случится. – Она принимает капсулу и перекатывает ее в ладони, не отрывая взгляда от надписи «Nebula». Она не верит мне. И это нормально. – Ты либо с нами, либо нет. – Я колочусь изнутри, а на деле на лице не дергается ни один мускул. Идеальная игра.

Странно, но эта фраза всегда работает. Стелла сжимает в ладони таблетку и нервно улыбается, смотря на Эйсто.

Умница. Сейчас ты мне просто необходима.

– Я должен запечатлеть этот торжественный момент! – Фред вытаскивает из кармана айфон и включает камеру.

– Убрал на хрен свой телефон, или я в два счета размолочу ее об стену! – прикрикиваю я. – Я ведь предупреждала, долбаный папарацци. Свои профессиональные замашки оставь в офисе.

– Блин, окей. Уже убрал, только не ори. – Фред швыряет телефон на диван и занимает руки пластиковым стаканом. – За уматный вечер!

За нас, Эйсто.

Все разом закидывают по таблетке и запивают ее алкоголем. А я бросаю еще один взгляд на пару капсул в своей ладони. Делаю вдох, зажмуриваюсь и отправляю их в горло.

***

На улице зябко. Невольно обхватываю плечи и растираю их. В ноздри просачивается запах дождя. Блики фонарных столбов играют на мокром асфальте, и я вдыхаю полной грудью.

– Все-таки нужно было тогда надеть платье с длинным рукавом. – Я обтягиваю свободный наряд цвета хаки до середины бедра. Но именно это платье больше всего нравилось Эйсто. Помню, как сейчас.

Я делаю шаг через парапет, останавливаюсь и поднимаю взгляд на дом, в который мне предстоит войти. Как будто в первый раз. Музыка гремит так, что я удивляюсь, как еще не вылетели окна, и соседи не вызвали копов.

Плевать на музыку. Плевать на соседей. Я здесь не для этого. И у меня мало времени. Потому что с Эйсто его всегда недостаточно.

Ступаю к двери и только сейчас осознаю, с какой силой бьется в груди сердце. Грохот колонок Фреда не идет ни в какое сравнение с мощностью ударов внутри меня. Даже когда из них валит что-то в стиле экспериментальной электроники. Бедный спальный район Рочестера. Бедная моя грудная клетка.

Я на мгновение замираю перед входной дверью и встряхиваю еще светлые волосы. Зачем-то задерживаю дыхание. Руки сжимают подол платья. Глаза утыкаются в носы туфлей на высоком каблуке.

Я сделала это. Я вернулась.

– Ви, ты пришла!

Словно дежавю¹⁴: покрасневшие от алкоголя глаза Фреда, его крепкие объятия, мое лицо, вдавленное в его грудь, запах примеси виски, водки и цитрусовых и я – такая же, как была ровно год назад.

Кое-как высвобождаюсь из рук Фреда и все еще не верю, что я снова здесь. Сумасшедшее ощущение, должна признать. Сердце по-прежнему продолжает лихорадить в груди, как будто я заранее подкрепилась энергетиком.

– Пойдем внутрь, Кортни была где-то в гостиной…

– Если ты не обознался, – смеюсь я.

– Именно так я и хотел сказать. – Фредс подозрительно прищуривается. – Черт, вот за это я тебя и обожаю. Мы понимаем друг друга с полуслова. Мы просто охре-не-ти-тель-ные друзья. – Худые руки друга снова обхватывают мои плечи и притягивают мою взъерошенную шевелюру к груди.

– Кто-то охре-не-ти-тельно пьян, – передразниваю я. – Фредс, хватит обжимать меня! Идем.

– Черт, крошка, ты права. Я уже надрался. Хочешь виски?

– Чуть позже. Хочу найти… Кортни. – Я быстро соображаю и протискиваюсь между дергающимися людьми с большей ловкостью, чем в прошлый раз. – На фига здесь столько людей!

– Просто твой друг популярен. Смирись уже.

– Двигайся быстрее, звезда. – Легонько толкаю Фреда. Он пошатывается на слабых ногах и резко тормозит.

Ч-черт!

– Эм… нужно захватить виски на кухне. Пойдем со мной. – Фред разворачивается ко мне лицом.

Там Эйсто.

Сердце ускоряет бег. Хотя куда уже быстрее.

– Сходи сам.

– Нет, мне нужна твоя помощь.

– Фредс, ты справишься, я верю в тебя. – Я пытаюсь оттолкнуть друга в сторону, но он не шевелится. – Да какого черта!

– Ты должна идти со мной. – Не только словами, но и телом напирает Фред. Как я могла забыть, насколько он бывает невыносим.

– Хочешь избавить меня от встречи с бывшим?

Фред хмурится и недоверчиво оглядывает мое спокойное выражение лица. Хоть сердце и оббивает стенки грудной клетки, сейчас важно убедить пьяного друга, что я готова выдержать столкновение с Эйсто. Фред должен поверить, что я справлюсь.

– Он там не один, – склоняется над моим ухом Фредс.

Я знаю, с кем он. Знаю, кто скрывается за спиной друга. Но это знание не отменяет дрожи в ногах и не успокаивает сумасшедшее сердце.

– Мне плевать. – Я процеживаю сквозь зубы. – Я знала, на что иду.

Мне нужно скорее увидеть его. Мне нужен его взгляд, чтобы я осознала, что все это происходит по-настоящему.

– Ты сейчас пытаешься убедить меня или себя? – прищуривается Фред.

– Иди за виски. Я буду с Кортни.

– Только не устраивай здесь драку. – Он касается моего плеча, а голос пропитан тревогой.

– И когда это я устраивала драки? – Легко толкаю его в грудь, чем вызываю короткий смешок.

– Так тоже там не делай.

– Обещаю. Слово скаута. – Я поднимаю ладонь на уровень лица и раздвигаю по два пальца в разные стороны.

– Это из «Звездного пути», Ви. – На этот раз Фред заливается громким смехом. – Ладно. Я быстро. Будь хорошей девочкой.

– Надеюсь, по пути ты не сцепишь какую-нибудь легкодоступную девицу, и я дождусь свой виски.

Но я не расстроюсь. Лучше бы ты отвлекся и не маячил перед глазами.

Фред подмигивает мне и плетется сквозь тесную толпу к кухне. Я провожаю взглядом его силуэт и застываю.

Вот оно.

Эффект Эйсто.

Я чувствую его присутствие кожей. Я знаю, где находится любовь всей моей жизни, и меня тянет в ту сторону невероятной силой. Мне стоит только оторвать взгляд от пола, посмотреть на его прекрасное лицо и снова окунуться в омут родных серых глаз.

Я зажмуриваюсь. Концентрируюсь только на ударах сердца. Они отдаются пульсацией в мозгу, и я могу их даже сосчитать.

Раз. В голове раздается глухой удар, как будто я нахожусь в пузыре.

Два. К удару добавляется звон в ушах.

Три. Медленно поднимаются веки, и глаза находят его лицо.

Он здесь. Как будто и не было этого года. Как будто еще вчера мы обретали счастье в объятиях друг друга. Сейчас я не вижу ни Кортни, ни руку Стеллы на его плече, которая в прошлый раз резала глаза. Есть только он и мое дрожащее сердце, которое съежилось до крохотного мячика.

Все получилось. У меня все получилось!

Под ногами будто развели костер, как и тогда. Только сейчас от этого жара я достигаю эйфории. Абсолютно противоположный эффект. А стоило всего-то прибавить к боли год тоски по Эйсто.

Боги, как же я скучала.

Я должна поделиться этим с Эйсто. Должна ему все сказать. Пусть даже он не запомнит ни слова. Неважно. Главное, что у нас снова есть этот момент. И в этот раз я не позволю Фреду отнять у меня возможность.

Эйсто сбрасывает руку Стеллы со своего плеча. Я мысленно ликую и делаю шаг по направлению к нему. В этот раз я во что бы то ни стало окажусь рядом. В этот раз я не сбегу и не поддамся ревности.

– Ви! – Стараясь скрыть удивление, Кортни целует меня в щеку. – Как же я рада тебя видеть! Не знала, что ты придешь сегодня… – ненадолго заминается она и бросает взгляд на Стеллу и Эйсто. – Почему не предупредила?

– До последнего не была уверена, что смогу. – Я мило улыбаюсь прежде, чем поймать на себе взгляд Эйсто.

Как же я хочу поцеловать его прямо сейчас. Хочу показать, как сильно я скучала.

– Много работы? – Я так засмотрелась на расширенные зрачки Эйсто, что не сразу поняла, что звук доносится из его рта.

– Эм… да.

– Как всегда. – Кажется, я могу отследить на его лице уже знакомое разочарование.

Черт, Вивьен! Ты должна была продумать каждую деталь!

– Я Стелла. – Отвлекает мое внимание черноволосая сучка в ярком топе, из которого едва не вываливаются ее сиськи. – А это Майли. – Из-за плеча ведьмы вылезает блонди и широко улыбается мне. – Моя подруга.

А вот и она. Я и вправду не видела ее в прошлый раз. Хотя не удивительно. Я не подходила к ним так близко.

– Вивьен, – отвечаю я неохотно, придумывая, как же вытащить отсюда Эйсто.

Чертовски сложно следовать продуманному плану, когда пытаешься воплотить его в реальность. В мыслях я спокойно подхожу к Эйсто, ловко увлекаю его за собой для разговора тет-а-тет, и вся ночь принадлежит только нам двоим. В голове все происходит гладко и слаженно, а по факту я стою в футе от него, оцепеневшая и одурманенная родным запахом, и едва держусь на ногах.

Весь план летит к чертям.

Почему я так раскисла?

Соберись, Вивьен. Рассуждай трезво!

– Скучали, мои котики? – Сзади на меня накидывается Фред и повисает на плечах так, что я едва не сгибаюсь пополам. – Я раздобыл волшебное зелье! – Бутылка маячит в дюйме от моего носа.

– Надрался еще сильнее, пока ходил за виски? – Я с трудом выскальзываю из-под пьяной туши и толкаю его локтем в бок.

– Ауч, Ви! – взвизгивает он. – Я же верну-у-улся. И не один, – Фред снова трясет бутылкой перед моим лицом, после чего откручивает пробку и пьет из горла.

– Твою мать, Девис, возьми стакан. – Кортни выхватывает бутылку из его рук. – Это не эстетично.

– Ты прикалываешься? Зану-у-уда.

– Я схожу за стаканами. – Я пользуюсь шансом на уединение с Эйсто.

Тогда в туалете он говорил, что искал меня. Надеюсь, сейчас он не упустит возможность и последует за мной.

На всякий случай перед тем, как удалиться, бросаю неоднозначный взгляд на Эйсто. И он его ловит.

Пожалуйста, Эйсто. Это все ради нас.

Я пробираюсь сквозь возбужденную толпу. Стараюсь не обращать внимания на толчки, пролившийся мимо алкоголь и крики в самые уши. Кажется, пара стаканов все-таки оказалась на моем платье. И наверняка, когда доберусь до кухни, обнаружу на руках парочку синяков. Но сейчас я ничего не замечаю. Только мысленно повторяю одну и ту же молитву, чтобы Эйсто последовал за мной.

Знаю, что полагаться на случай в такой ситуации очень глупо, но я просто растерялась. Я впервые нахожусь внутри эксперимента, а не за монитором компьютера в лаборатории, контролируя процесс «Погружения». И я была уверена, что заранее подготовилась к любому развитию событий. Я месяцами продумывала свое поведение. Шаг за шагом. Я прокручивала в памяти один и тот же фрагмент. Воссоздавала его в программе до мелочей. Но я не учла одно – простой человеческий фактор. Мой фактор. И силу воздействия Эйсто на мое сознание.

Я должна успокоиться и следовать сценарию. Слишком велик риск. Слишком большая ответственность на моих плечах. Слишком много людей вовлечено в процесс. И слишком мало времени для нас с Эйсто.

Я выгоняю из кухни и кладовой несколько уединившихся парочек и, когда остаюсь одна, облокачиваюсь на «островок» посреди комнаты.

– Соберись, Вивьен! – вдалбливаю себе в голову.

Нужно успокоиться. Нужно сконцентрироваться. Только от меня зависит результат эксперимента. И я не имею права на промах.

– Так. Стаканы. Где эти гребаные стаканы могут быть? – тяжело выдыхаю, выпрямляюсь и визуально обследую комнату. – Нужно для начала включить свет… Где же чертов…

– Вивьен…

За спиной раздается любимый голос и парализует меня.

Кажется, я зависаю в пространстве.

Глава 5. Краткий курс по организации встречи с бывшим без заморочек

– Эм… Привет. – Я резко разворачиваюсь лицом к Эйсто, путаюсь в ногах на этих высоких каблуках и упираюсь задницей в кухонный шкаф.

Титул «Мисс грация» заслуженно достается Вивьен Аулет. Надеюсь, полумрак кухни смог скрыть мою неуклюжесть.

– Виделись, – отвечает Эйсто и медленно проходит вглубь комнаты. Ближе ко мне.

– Да.

Пауза. Снова.

Похоже, бо́льшая часть нашего разговора будет состоять из одних только неловких пауз.

– Как… Поиски стаканов? – Очевидно, он волнуется не меньше моего.

И не имеет понятия, что переживает этот вечер во второй раз.

– Я еще не справилась даже с поисками переключателя.

Я просто очень нервничаю. Как будто не контролирую процесс. Как будто не я все это замутила.

Эйсто усмехается и подходит ко мне вплотную. Так близко, что способность дышать куда-то испаряется. Он просовывает руку вдоль моей талии к стене. Настолько рядом, что я отчетливо ощущаю горячее соприкосновение с его кожей. Его напряженная грудь в дюйме от моего лица. Я прикрываю глаза и утопаю в до боли знакомом древесном запахе с едва уловимыми нотками корицы. Этот аромат опьяняет сильнее крепленого вина. Как раньше. Как и год назад.

Эйсто щелкает переключателем, который все это время располагался за моей спиной, и над барной стойкой, позади него, зажигается свет. Блики от ламп изящно укладываются на красивом лице, а я не могу перестать разглядывать совершенные черты. Тем более, когда Эйсто так близко. Я имею на это право, пока он больше мой, чем Стеллы. Поэтому продолжаю нагло пялиться на острый подбородок, исследую скулы и ровный тонкий нос и наконец добираюсь до изумительных серых глаз, которые в упор смотрят на меня.

– Как же я скучала, Эйсто… – Мой шепот смешивается с грохотом музыки из соседних комнат.

Эйсто не двигается, и мне безумно хочется дотронуться до его золотистой кожи. Кончики пальцев начинают ныть и покалывать, и я поддаюсь соблазну. Поднимаю руку, касаюсь ладонью колючей щеки и на долю секунды опускаю веки.

– Я мечтала об этом весь год… – соскальзывает с моих губ, и до меня доходит, что я ляпнула.

Тут же прихожу в себя и открываю глаза. Эйсто смотрит на меня. Кажется, даже не моргает.

– Год? – Он по-прежнему не отходит, а я по-прежнему трогаю пальцами самое любимое в мире лицо.

– Месяц идет за год, если говорить о том, как я скучала по тебе.

Без единого слова он обхватывает ладонями мое лицо и целует.

Боги… Как же я изголодалась по его губам.

Подаюсь вперед. Сознание парализовано. Тело усыпает дрожь, и я растворяюсь в ней. В нем. В самом любимом мужчине во всех вселенных. Колючая щетина царапает мой подбородок. Зуд от лица разносится возбуждением по коже. Я отчаянно стону сквозь поцелуй и погружаю дрожащие пальцы в его волосы.

Эйсто.

Целуй меня. Целуй сильнее. Жарче. Бери меня всю.

Его язык проталкивается мне в рот, сплетается с моим языком, пробуждает в памяти самые интимные воспоминания и каждым движением убеждает в том, что все это я затеяла не зря.

Эйсто резко подхватывает меня на руки и усаживает на кухонный шкаф. Задирает подол платья и упирается пахом мне между ног. Его руки скользят вдоль обнаженных бедер. Они жгут, и мне это нравится.

Сжигай меня всю. Только люби.

Я обвиваю ногами его бедра и прижимаю к себе. Эйсто делает толчок и трется об меня.

– Чувствуешь, что со мной творит твой поцелуй? – Он снова толкается вперед твердым членом, и я стону в его губы. – Вивьен… Чувствуешь, что творишь со мной ты?

Он прижимается торсом к моей груди, скользит ладонью вдоль шеи и запрокидывает мою голову.

– Скажи, что ты чувствуешь? – Серые глаза напротив моих глаз. Эйсто прикусывает мою нижнюю губу и растирает большим пальцем мою шею.

Я прогибаюсь под ним, подстраиваюсь под его тело, чтобы быть ближе, чтобы слиться с ним в единое целое и чувствовать.

Обхватываю руками широкие плечи и впиваюсь в напряженные мышцы. Губы Эйсто скользят вдоль моей шеи. Он посасывает и целует ее. Потом прикусывает и зализывает укус языком.

Боги… Умоляю, пусть Эйсто не останавливается.

Он точно знает, как мне нравится. Только он знает, как я хочу.

Мое тело отзывается. Разум затуманен. Кожа взмокла. Его учащенное дыхание будоражит кровь. Я уже потеряла контроль.

Сорви с меня это чертово платье.

– Эйсто… – Я царапаю его затылок и отбрасываю свои волосы назад.

Целуй меня везде.

– Замолчи. – Его глаза вспыхивают напротив моих глаз. – Хочу тебя, – шипит он в мой рот. – Я слишком сильно скучал, Вивьен… И слишком долго терпел.

– Я тоже. – Цепляю зубами его нижнюю губу и снова целую. Глубоко. Рьяно. Так, как не целовала целый год.

Его пальцы проскальзывают между моих ног, и я вздрагиваю. То ли от возбуждения, то ли от внезапного женского писка за спиной Эйсто. Он быстро отстраняется от меня, и я спрыгиваю со столешницы, поправляя платье. Ноги трясутся. Наше дыхание сбито.

Какого черта, Майли?!

Я в гневе. В дверном проеме стоит блонди, разинув рот. Я испепеляю ее взглядом, желая взорвать ее тупую башку, чтобы остатки мозга разлетелись по бежевым стенам кухни. Она стоит там, молчит и хлопает длинными ресницами, пока я мысленно насылаю на нее всевозможные проклятия.

Какого черта ты тут забыла? Сгинь!

– Что здесь происходит?! – В кухню врывается Стелла и отталкивает подругу в сторону. – Какого хрена здесь происходит, Эйсто?! Ты лапал эту шлюху?!

Последняя капля.

– Сейчас я покажу тебе, кто здесь долбаная шлюха! – Я сжимаю кулаки и шагаю к дерзкой сучке, но Эйсто успевает схватить меня за локоть и дернуть обратно к себе.

– Вивьен, успокойся. – Его голос усмиряет. Я останавливаюсь, но продолжаю сжимать зубы. Когда-нибудь эта дрянь точно отхватит сполна. Ответит за шлюху и за то, что прикасалась к моему мужчине.

– Ты еще успокаиваешь ее?! – вопит Стелла и подлетает к Эйсто.

Я точно ее убью.

Она спотыкается и едва удерживается на ногах, и только сейчас я понимаю, что Стелла в стельку пьяна.

– Стелла, тебе пора домой. Поговорим завтра. – Тон Эйсто ровный. Он загораживает меня плечом, пытаясь увеличить расстояние между мной и этой стервой.

Эйсто всегда спокоен. Мыслит здраво. Контролирует ситуацию в отличие от меня.

– Почему ты не выпроводил ее отсюда раньше? – Я обращаюсь к Эйсто и с призрением оглядываю Стеллу. Она злится, но мне плевать. Пусть лопнет от своей злости. Он мой. Пусть не в реальности. Но здесь он точно мой.

– Что, мать твою, это значит? Ты совсем охренела, дрянь?! – орет Стелла, пошатываясь, но тянет ко мне свои руки.

Эйсто вовремя встревает между нами, до того, как Стелла успевает вцепиться мне в волосы. К ее же счастью. Я бы выдрала каждую ее нарощенную прядь.

– Я так и знала! – вопит Стелла, размахивая руками. – Я знала, что ты продолжаешь с ней спать за моей спиной! Ты такой же, как все! Ты мудак! Ты… – Ей не хватает слов, и, задыхаясь от ярости, она пытается залепить Эйсто пощечину, но он перехватывает ее руку.

– Тебе следует успокоиться. – Его голос отдает сталью и пугает даже меня.

– Успокоиться?! – снова кричит Стелла, и это начинает порядком бесить. – Да как ты можешь такое говорить?! Ты почти оттрахал ее прямо на кухонном шкафчике в доме, где полно людей! Гребаные извращенцы!

– Лучше закрой рот прямо сейчас! – встреваю я. Мое терпение на пределе. Еще чуть-чуть, и я точно придушу эту стерву.

– А ты не влезай! – оповещает о своем присутствии блонди.

– Какого черта ты еще здесь? Хватай свою подружку, и обе валите на хрен отсюда! – Я Понимаю, что перегибаю палку и выпячивать раздражение не стоит, но уже слишком поздно. В бою «Вивьен против вспышки гнева» всегда побеждает гнев.

– Вивьен, пожалуйста, хотя бы ты держи себя в руках. – Глаза Эйсто сверкают и затягиваются дымкой. – Я отвезу ее домой.

– Что?! – Моему возмущению нет предела.

– Посмотри, в каком она состоянии. Майли точно с ней не справится в одиночку. Я отвезу ее домой и вернусь, ладно? Дождись меня, Вивьен. Пожалуйста. – Эйсто нежно проводит пальцами вдоль моей скулы.

– Я никуда с тобой не поеду! – сопротивляется похитительница моего мужчины, когда он берет ее за плечи и разворачивает к выходу.

Какой-то гребаный театр одного актера!

– Эйсто, нет! – уже бешусь я. У меня нет времени на эту стерву. Мой эксперимент вот-вот провалится.

– Черт побери, Вивьен! – Эйсто повышает голос и оборачивается. Его злобный взгляд пронизывает до костей. – Хватит на сегодня одной истерички.

– Твою мать! Все зря! Все зря!!!

– Я вернусь, – бросает он, но я уже не слышу его. Злоба охватывает нутро и забивает уши противным звоном.

– Не уходи! – Отчаянная мольба срывается с моих губ, и глаза начинает щипать от слез.

Я сейчас сорвусь.

Больше нет сил сдерживаться. Гнев и досада смешиваются в единую ядерную смесь. Наполняют меня доверху. Подбираются к горлу и раздирают его в кровь. Я не могу поверить, что все сорвется из-за какой-то пьяной идиотки, которую я ненавижу всем сердцем.

Эйсто игнорирует мою истерику и уходит вместе со Стеллой. Я беру со стола вазу и швыряю ее следом за мужчиной всей моей жизни.

Он уходит.

Снова.

Уходит с ней.

Ваза разлетается на мелкие осколки возле дверного проема, в котором, совсем некстати, возникает Фред.

– Подруга, ты ошалела?! – вскрикивает он и хватается за предплечье. – Совсем с катушек слетела?!

– Черт, Фредс, тебя зацепило? – Я подбегаю к другу и осматриваю его руку. Осколок оставил неглубокий, но длинный порез. – Прости меня, я не хотела. Пойдем, я обработаю рану. – Тащу шатающегося Фреда к умывальнику.

– Что ты здесь устроила, мстительница? Я же просил: никаких драк. – Фред сжимает зубы, как только вода касается его раны.

– Я не виновата, Фредс, честное слово.

– А, ну да, это ведь не ты минуту назад играла в дартс с моим телом. Я обознался.

– Чего только не причудится пьяному журналисту. – Я тихо усмехаюсь и промакиваю руку Фреда чистым полотенцем.

– Ответь мне только честно. – Тон Фреда слишком серьезен. Я настороженно смотрю в его карие глаза. – Я буду жить? – Он переводит взгляд с моего лица на порез и обратно.

– Боюсь, без ампутации не обойтись.

– Не смей шутить со мной!

Я разглядываю взволнованное лицо Фреда и взрываюсь звонким смехом.

– Сейчас раздобуду пластырь, и будешь как новенький.

– Аптечка там. – Он указывает на один из верхних шкафчиков. – И поторопись, пожалуйста. Кажется, я уже не чувствую руку.

***

К четырем утра люди рассасываются. Дом наконец погружается в спокойствие. Музыка гаснет. Неоновые светильники тоже. Мы с Фредом устраиваемся на диване в гостиной и растягиваем на двоих остатки виски.

Эйсто нет уже три часа.

Я отсчитываю секунды, глядя на движение стрелки настенных часов, и тяжело вздыхаю.

Три часа.

Почему он до сих пор не вернулся?

Делаю глоток виски, чтобы растушевать мысли об Эйсто.

Он придет. Вернется. Я знаю. Он любит меня.

– Ожидаешь автобус? Они здесь не ходят.

– Нет, Фредс. – Я закатываю глаза. – Эйсто обещал вернуться.

– Опять ты за свое… – Фред корчит недовольную гримасу и отпивает из бутылки. – Вы же расстались. Какое тебе до него дело?

– Мне всегда будет до него дело.

– Он бросил тебя.

– Заткнись, Фредс!

– Даже если я заткнусь, это не отменяет того факта, что он бросил тебя. Отказался от тебя. Плюнул на тебя.

– Фредс! – Я повышаю голос. – Он все еще любит меня. Да, он совершил ошибку и раскаивается. Он вернется, и мы во всем разберемся. Вот увидишь.

– Когда он успел сказать, что раскаивается? В момент, когда пытался трахнуть тебя на кухне?

– Какого черта?!

– Я всего лишь интересуюсь.

– Это не твое дело! – Я вскакиваю на ноги. – Прекрати вести себя как мудак.

– Твой Эйсто ведет себя как мудак. Не я.

– Я же сказала: заткнись! – Ударяю стаканом о стол и выбегаю из гостиной.

Пошел он к черту!

Хлопаю дверью и выметаюсь на улицу.

К черту!

Первые лучи солнца просачиваются сквозь тяжелые тучи Рочестера. Но тщетно. Небо остается серым. Как глаза Эйсто.

Он вернется. А Фред пойдет на хрен. Он никогда не поймет нашей любви.

Я делаю глоток прохладного воздуха. Хочется курить. Примечаю синеватый зад своего «Понтиака» и волокусь к нему. Туфли сейчас весят по сотне фунтов каждая. Лучше бы я обула кроссы.

На переднем сиденье лежит мятая пачка сигарет. Я улыбаюсь. Странное ощущение. Для меня прошел целый год. Я вернулась на год назад. В то же время. В то же место. К тем же вещам и тем же людям.

Только все это не настоящее.

Ни этот шикарный дом, что я покинула пару минут назад. Ни эта холодная для лета улица. Ни эта дорога. Ни эта синяя машина, которую я с трудом оторвала у старого зажравшегося коллекционера. Ни даже эта единственная уцелевшая сигарета, зажатая сейчас между моих губ.

Я опираюсь бедром о капот и щелкаю зажигалкой. Долгожданная затяжка. Прикрываю глаза и выпускаю густой клуб дыма через ноздри.

Хорошо, что я воссоздала даже эту деталь, как будто знала, что сигарета окажется необходимой.

Весь этот момент до мельчайших подробностей считывается с моего мозга. На основании моих воспоминаний создана целая микровселенная – система, в которой все успешно функционирует.

Правда об этом буду помнить лишь я.

***

Начальная стадия разработки проекта «Dive.IN2» или, как предпочитаю называть его я – «Погружение», стартовала за пару недель до того, как мы с Эйсто разошлись.

Я и так сутками пропадала в лаборатории, а новый эксперимент начал отнимать куда больше времени.

Это было главной, но не единственной проблемой.

Я обязана была скрывать специфику своей работы даже от Эйсто.

Я связана договором о неразглашении коммерческой тайны по сей день.

Поэтому для Эйсто и окружающих я являюсь сотрудником крупной фармацевтической компании Nebula. И все. Просто разработчик. Просто сотрудник. Просто компании. Которая была целью моей жизни, ведь туда не так легко попасть.

Меня приняли только благодаря высокому интеллекту, характеристикам и лучшим показателям на курсе в колледже. Я шла к этому всю жизнь. Я старалась и добилась. И ради работы приходилось жертвовать многим. Например, доверием Эйсто.

Конечно, я не всегда ему врала. Поначалу я действительно занималась обычными вещами и не знала о внутренних тайнах Nebula. Пока однажды не начала демонстрировать высокие результаты в своей области.

Меня продвинули по карьерной лестнице. Меня заметили. Предложили перевод в секретный отдел.

Любопытство и стремление к неизведанному взяли верх. Я согласилась. И понеслось. Полная конфиденциальность. Абсолютная занятость. Участие в научных проектах, ориентированных на контроль разума. Теперь я создатель, который делает все, чтобы воплотить в жизнь самые безумные фантазии заказчиков. Не в ущерб человечеству, конечно.

Я состою в научной группе. Являюсь заместителем старшего куратора проекта. Важная шишка, все дела. В моем подчинении двадцать человек, повязанных единой тайной.

В общем, научной группе поступает заказ – идея, для воплощения которой необходимо придумать инновационное технологическое решение. Затем нужно обосновать это решение. Создать алгоритм действий и реализовать его. Протестировать версию. Неоднократно, чтобы не было никаких багов. А потом уже передать в отдел продаж чистый функционирующий элемент. И дальше эти ребята ублажают богатенького заказчика и тащат из него деньги. Большие деньги. Уникальность продукта того требует.

Так вот. Причиной появления «Dive.IN2» («Погружение») послужил один случай. Высокопоставленный сотрудник конгресса встретился с одним очень важным сенатором. Конгрессмен продумал все наперед, но встреча не дала результата. Он негодовал. Считал, что он что-то тогда упустил. Какую-то деталь, которая могла бы перевернуть ход событий.

Эта мысль не давала конгрессмену покоя, поэтому он обратился к нам.

Сотрудник конгресса неистово желал вернуться в момент той самой встречи, чтобы еще раз пережить ее. Чтобы на этот раз просмотреть все детали более внимательно и заиметь наконец свою выгоду.

Сказано – сделано.

Наша научная группа творит чудеса. Мы разработали все так, как он просил. Учли все пожелания:

1. Конгрессмен должен помнить всю новую информацию;

2. Только конгрессмен должен помнить всю новую информацию. Когда проект завершится, второй участник (контрагент), в данном случае – сенатор, должен остаться в неведении;

3. В памяти контрагента (сенатора) должны сохраниться только первоначальные события встречи, пережитые ранее, в реальности. Как будто не было никакого внедрения. Как будто он просто попил чай в кафе со своим старым знакомым.

Мы все сделали.

И благодаря паранойе политика у меня появилась возможность проиграть определенный отрезок своей жизни заново. При помощи крохотного наночипа, спрятанного в таблетке производства Nebula.

Капсула выглядит красиво и безупречно. Легко растворяется в организме человека за пару секунд. Только это не какой-то аспирин. Есть мгновенная «побочка»: таблетка присваивает человеку статус участника проекта «Погружение». А двойная доза приводит к слиянию двух чипов, наделяя участника качествами управленца системы. Он становится центром. Он управляет и запоминает все детали.

Именно управленец заранее координирует процесс. Только на его воспоминаниях строится вся локация «Погружения».

Когда эксперимент завершается, альтернативная копия момента из прошлого запоминается управленцем. А это значит, что только он будет помнить то, что было пережито заново во время «Погружения». Простой участник, принявший одну дозу, даже не заподозрит о вмешательстве – чип запрограммирован на обратную зачистку. Чип удаляет из памяти участника около пяти последних минут его реальной жизни, до момента принятия таблетки. Это сделано для того, чтобы он даже не помнил, что что-то принял.

Все, что требуется от конгрессмена, – определиться с моментом возврата в реальность. А потом – предоставить эту информацию нашей научной группе для точного программирования. Затем член конгресса организовывает личную встречу с тем самым контрагентом (сенатором) и заставляет его проглотить одну единственную таблетку. Как? Нас это уже не касается.

Управленец эксперимента, в данном случае – конгрессмен, никак не сможет изменить прошлое, повлиять на настоящее или же навредить другому участнику «Погружения». Проект гарантирует полную безопасность и предусматривает лишь безобидное внедрение с целью сбора информации, приятной ностальгии или просмотра альтернативного развития событий в той или иной жизненной ситуации.

Каждый этап эксперимента дистанционно контролируется кураторами проекта. Они отслеживают состояние здоровья участников, стабильное протекания процесса и соблюдение всех предусмотренных правил.

Все чисто, безобидно и безвредно.

И дарит надежду.

Идея протестировать «Погружение» на себе возникла почти сразу, как только Эйсто оставил меня.

Я пыталась от нее избавиться, но она, как паразит, все больше проедала разум. Зная, что у меня есть шанс воссоединиться с Эйсто, пусть даже на мгновение, я решила, что, как только представится возможность, я воспользуюсь ею. Реализую свой план. Разве я зря разрабатывала этот проект?

Поэтому я и согласилась на дурацкую поездку в загородный дом, так кстати организованную Фредом. Нужно было лишь вспомнить момент, где контактировал каждый из нас. И он был один – эта сумасшедшая вечеринка Фреда, где я впервые познакомилась со Стеллой.

К счастью, Майли тоже присутствовала в ту ночь в доме Фреда, и ее вторжение в наш уикенд не разрушило мой идеально сложенный план. Страшно представить, что такая мелочь, как Майли, могла перенести реализацию эксперимента еще на n—ое количество дней.

Конечно, в рамках «Погружения» я бы предпочла выбрать воспоминание, где задействованы только мы с Эйсто. Не пришлось бы нагружать себя лишними участниками и усложнять процесс. Но для этого мне бы потребовалась встреча с Эйсто наедине. А это невозможно. Из-за Стеллы, разумеется. Как сказал Фред, она настоятельно рекомендовала Эйсто не общаться со мной.

Удивительно, как только Фред смог уговорить ее на эту совместную «дружескую» поездку. Скорей всего, она успокоилась и ослабила свои тиски, когда Эйсто пообещал жениться на ней.

***

От этой мысли меня передергивает. Делаю жадную затяжку и выпускаю изо рта горький дым. Всматриваюсь в линию горизонта, которая постепенно приобретает светло-голубой оттенок.

Почти цвет глаз Эйсто.

Я люблю тучи.

– Пойдем в дом. – Я поворачиваю голову на голос Фреда. – Опять куришь.

– Как будто вечность не держала сигарету в зубах.

Он улыбается, засовывает руки в карманы джинсов и притягивает плечи к шее, отчего кажется еще более тощим.

– Прости меня, я погорячился.

– Все нормально. Забей. – Не умею на него долго злиться.

– Точно?

– Абсолютно, – одариваю его мягкой улыбкой и делаю затяжку.

– Тогда идем в дом, что-то здесь холодно. Да и я бы уже лег спать. Тебе, кстати, тоже не помешает.

– Мне нельзя спать. – Втираю окурок в сырой асфальт.

Я бросаю последний взгляд на линию горизонта. Там солнце. Оно встает и красит небо в розовый цвет. Красиво. Но я люблю серый. И я его все еще жду.

Последнее, что помню – диван в гостиной слишком мягкий. Я замерзла, а в объятиях Фреда так тепло. Кладу голову ему на плечо и засыпаю.

Но мне нельзя спать.

Глава 6. Заговор садовых гномиков

Настоящий момент

Статус проекта «DiveIN2»: неактивен

Не могу поверить, что я уснула!

Нужно было убрать эту опцию из вариантов автоматического завершения «Погружения».

– Ви! Прием-прием! Земля вызывает Марс! Как слышно?!

Я тру помутневшие глаза и разглядываю лицо Фреда, которое маячит напротив меня.

– Что… Ээ… ты спрашивал? – Я прочищаю горло, стараясь звучать как можно естественнее.

– Говорю, что ты не могла бросить меня на произвол судьбы. Ну? Скажи, что я прав, и ты припасла для дорогого друга что-нибудь интересное.

Я нащупываю в заднем кармане очертания пластикового футляра.

Вот где завершилась пятиминутная зачистка. Хорошо.

Бегло оглядываю лица остальных и застываю на взгляде Эйсто, сосредоточенном на мне. Боги…

Все без толку! Гребаная Стелла даже там все испортила. Даже в моем проекте! У нее явный талант – встревать между мной и Эйсто и разделять нас. Долбаная стерва.

Внутри меня начинает разгораться пламя. Я не позволю ей все испортить снова. Не позволю вмешаться туда, где теперь правлю только я, где все должно идти по моим правилам.

– Вивье-е-ен Ауле-е-ет! – Фред дергает меня за руку. Черт, кажется, я залипла.

– Да.

– Так что? Полетаем сегодня или как?

– О чем речь? – встревает Стелла.

– Об этом. – Я швыряю на стол пластиковую коробочку.

Я должна попробовать еще раз. Ничего страшного не случится, если я запущу эксперимент еще один раз.

– Да, крошка, нисколько в тебе не сомневался. Ты лучшая, Ви. – Фред хватает вещицу и трясет ее в руках.

Я рефлекторно бросаю взгляд на его руку, исследуя ткани на наличие повреждений, и облегченно выдыхаю, когда не нахожу их. Профессиональная привычка, сохранившаяся после неудачных тестирований проекта «Dive.IN2».

– Что это? – Стелла приподнимается с пола и нависает над руками Фреда. – Колеса?! Вы сумасшедшие?! – Стерва вскакивает на ноги. – Никаких наркотиков! Эйсто, скажи им! Мы ведь договаривались! Только алкоголь и гребаное жареное мясо!

– Стелла, присядь. – Эйсто нежно касается ладонью ее бедра, привлекая ее внимание к себе.

Я сглатываю и невольно прикрываю глаза.

Кухня Фреда.

Приглушенный свет…

Мы с Эйсто так близко друг к другу.

Его руки на моих бедрах.

О боги…

Чувствую пульсацию между ног и крепко сжимаю бедра. Становится слишком неудобно сидеть. Пуф под моей задницей подобен раскаленным углям.

Черт, кажется, я дрожу. Память продолжает воспроизводить желанные фрагменты.

Эйсто целует меня. Так жадно.

Хватает меня.

Усаживает на столешницу и раздвигает пахом мои ноги. Толкается в меня.

Подол платья задран слишком высоко.

Его руки такие жаркие, такие ненасытные.

Я задыхаюсь от нехватки кислорода. Чувствую только его запах. Ощущаю только жар его прикосновений.

Наши груди плотно прижаты друг к другу, как будто у нас одни легкие на двоих. Мы дышим в одном бешеном ритме.

Его дыхание в мои губы.

Мой стон, больше походящий на мольбу.

Черт. Меня начинает трясти. Я дрожу и вибрирую на ровном месте. Нервно поправляю волосы и туже стискиваю бедра, все еще чувствуя на кончиках пальцев запах любимых древесных нот с примесью корицы.

Успокойся, Вивьен. Иначе зальешь всю подушку и выдашь себя.

Пора заканчивать эту истерику и повлиять уже на решение Стеллы снова.

– Эйсто! Ты ведь не будешь… – продолжает возникать Стелла.

– Еще как будет, да, Эйсто? – хитро улыбаясь, вмешивается Фред.

– Эйсто! – Стелла возражает, но усаживается обратно рядом с моим мужчиной.

Я закатываю глаза. Кажется, она забыла о существовании других слов помимо его имени. Ограниченная идиотка.

– Стелла, да брось. Будет весело. – Фред протягивает ей пластиковый футляр, извлекая одну капсулу для себя. – Обещаю.

В этот раз мне не приходится прикладывать усилия – за меня Стеллу уламывает Фред. Но получается не очень убедительно. Она вцепилась длинными ногтями в плечо Эйсто и до сих пор не отводит взгляд от таблеток.

Я смотрю на часы. Осталось около двух минут. Нужно поторапливаться, если хочу вернуться обратно в подходящий момент. Выпрямляюсь на ногах и тянусь к Стелле, прихватив заветную таблетку из футляра.

– Держи. – Я протягиваю ей капсулу, уверенно глядя прямо в глаза, и она рефлекторно распрямляет передо мной ладонь. – Ты либо в деле, как все, либо проваливай, слабачка.

Выходит жестче, чем в прошлый раз, но все равно действует. Пальцы Стеллы сжимаются в кулак вместе с таблеткой. Она прижимает его к груди и косится на Эйсто.

– Да, девочка, добро пожаловать в наши ряды! – Фредс протягивает ей «пять».

– В какие? Торчковые? – Стелла фыркает и игнорирует его жест.

– Прекрати. – Фред засовывает руку в карман джинсов. – Мы всего лишь немного развлечемся. – Подмигивает стерве.

Да, Стелла, только в этот раз вечеринка пройдет без тебя. Я об этом позабочусь.

Мысли прерывает возникшая перед моим лицом камера мобильного телефона Фреда.

– Улыбнись, крошка. И ближе двигайся к Стелле. Ты не помещаешься в кадр.

– Твою ж мать! – Я стискиваю зубы. – Фредерик, сукин ты сын, Девис! Сколько раз я тебе повторяла: не вытаскивай свой гребаный телефон в такие моменты!

– Да я же только для себя!

– Мне все равно. Либо ты убираешь телефон, либо я убираю таблетки.

– Все-все. – Фред поднимает руки вверх и раскрывает ладони, изображая поражение. – Я понял.

– Разобрались? – улыбается Эйсто, и я не могу сдержать ответной реакции. – Давайте уже выпьем и начнем веселье. – Его взгляд задерживается на моем лице, и я точно вижу, как вспыхивают огни в его глазах. Завораживает. Как и раньше.

Хруст пластиковых стаканов заполняет гостиную. Свист Фреда заглушает стук дождя по окнам и крыше.

Я наблюдаю, как каждый проглатывает по капсуле и запивает ее глотком виски с колой. Только тогда разжимаю свою ладонь, смотрю на две таблетки – свой «билет в прошлое» – и прижимаю ладонь ко рту.

***

Если не открывать глаза, кажется, будто я просто вышла на крыльцо деревянного дома, чтобы глотнуть свежего воздуха и подставить лицо под теплые капли летнего дождя. Я все еще слышу их стук по окнам и крыше.

Плавно поднимаю веки и обнаруживаю себя в паре ярдов от вымощенной дорожки к особняку Фреда.

Я снова здесь.

И снова мелкая дрожь рассыпается по коже, заставляя поежиться. Не знаю, из-за прохладного ветра или волнующего предвкушения. Это чувство подобно страху и эйфории одновременно. Дикая смесь. Ощущение такое, будто в сердце воткнули шприц и вкачали двойную дозу адреналина. Даже во второй раз меня прет как от экстази.

Прикрываю глаза и медленно считаю до десяти, чтобы выровнять пульс и не свалиться с трясущихся ног. Зачем я вообще напялила эти высоченные каблуки?

Числовая мантра слегка успокаивает, и я делаю шаг к входной двери, откуда вот-вот должен вывалиться Фред.

Один…

Два…

Но мой план резко меняется, когда я замечаю знакомый «Форд», припаркованный недалеко от стриженных кустов. О да, это точно он. Сложно забыть тачку для многодетных семейств, в которой протряслась гребаный час до озера.

В голове моментально вспыхивает идея по нейтрализации главной стервы.

Прихватив декоративного гномика с крыльца Фреда, я волокусь к «Форду».

– Гребаный гном… – шепотом кряхчу я. – Да сколько же ты весишь, мать твою? Я надорву спину. – Стараюсь передвигаться быстрее, но этот разноцветный гномик оказался не только безвкусной безделушкой, но и чертовски тяжелой безделушкой.

Из последних сил поднимаю жирного гнома на уровень плеч, замахиваюсь и посылаю его в лобовое стекло машины. Гном приземляется ровно на водительское сиденье и смотрит на меня своей довольной мордой, как будто это не он только что пробил лобовое своей головой.

Какой же он все-таки уродливый. Чем-то напоминает разукрашенную Майли.

Срабатывает сигнализация «Форда». Ее писк разносится на всю округу, и я срываюсь с места. Бегу к кустам, нагибаюсь и аккуратно крадусь к дому.

Вот теперь тебе будет чем скрасить свой вечер, стерва.

Наверное, из-за рева мощных колонок Фреда писк сигнализации остается незамеченным, потому что никто даже не вышел на улицу, чтобы проверить, в чем дело. Мне же лучше.

Я заскакиваю в дом и не наблюдаю Фреда. Скорее всего, разминулись, пока я воплощала свой грандиозный план.

Отлично, не придется тратить время на болтовню с ним.

В доме гремит музыка. Басы оглушают. Я морщусь и прикрываю уши, но не перестаю проталкиваться сквозь плотную толпу перевозбужденных, орущих, пьющих, танцующих, трущихся друг о друга людей.

– Будь проклята твоя популярность, Фредс. – Я выхватываю стакан с пойлом у какой-то пьяной брюнетки и делаю жадный глоток. – Мерзость!

Кашляю себе в ладонь и оставляю пластиковый стакан на комоде. Двигаюсь дальше, точнее протискиваюсь. Вижу макушку Кортни. Уворачиваюсь от пары здоровяков в футбольных майках, выныриваю из этой людской массы, отряхиваю платье и сталкиваюсь со взглядом серых глаз.

Дыхание сбивается. Во рту пересохло. Зря я оставила тот стакан на комоде.

Я когда-нибудь перестану так на него реагировать?

Нет. Кажется, никогда.

Облизываю губы и сглатываю.

Как же он невозможно красив в этой серой футболке с глубоким V-образным вырезом и в светло-голубых, почти белых драных джинсах. В контрасте с ними его загорелая кожа приобретает манящий золотистый оттенок.

Так и тянет скорее дотронуться.

Сердце в бешенстве. В ушах звон. Эйсто точно обладает магией, иначе как объяснить ступор при каждой встрече с ним?

Уже во второй раз теряю ориентацию в пространстве. Во второй раз вся моя решительность, вся последовательность действий летят к чертовой матери.

Я вижу его, и мир гаснет. Мозг отключается. Но мне ведь нельзя терять бдительность. Особенно сейчас.

Дыши, Вивьен, дыши глубже.

Я собираю всю волю в кулак. Подавляю его власть надо мной. Делаю этот гребаный шаг словно робот.

Нужно следовать плану.

Сокращаю расстояние между нами.

Следовать плану…

Еще несколько шагов, и Кортни обнимет меня. И я успокоюсь.

Так и происходит.

– Ви, я так рада тебя видеть! – Ее руки обвивают мои плечи. Я выдыхаю. И вправду становится легче.

Пора устраивать шоу.

– Слушайте, ребята… – Я стараюсь не смотреть на Эйсто, чтобы не отвлечься. – Не знаете, чей «Форд» припаркован возле дома?

– А что такое? – Стелла выгибает одну бровь.

– Эм… – Я осматриваю ее с головы до ног, делаю вид, что не знаю эту стерву, которая в будущем отобрала моего Эйсто. – Сигнализация орет на весь квартал. Может, вскрыли, хотя этот район всегда считался престижным и безопасным.

– Вот же черт! – Стелла срывается с места, и, к счастью, блонди увязывается за ней.

Я замечаю, как Эйсто разворачивается и собирается двинуться за ними следом. Я хватаю его за запястье, и он моментально оборачивается, как будто только этого и ждал.

– Мне нужно с тобой поговорить. – Мой голос куда-то исчез, поэтому я шепчу, глядя ему в глаза.

– Там… Наверное… Нужна моя помощь. – В его голосе чувствуется неуверенность.

Не нужна там никому твоя помощь. И ты это прекрасно знаешь. В твоей помощи нуждаюсь только я.

– Справятся без тебя, – напираю я. – Не думаю, что там что-то серьезное. – Контрольный, наполненный мольбой взгляд, и Эйсто сдается.

– Хорошо. Пойдем.

Эйсто берет меня за руку. Сердце останавливается. Место, где кожа соприкасается с его пальцами, начинает пылать.

Дыши, Вивьен, дыши.

Сейчас бы не помешали занятия йогой с Кортни. Но я всегда их пропускала.

Эйсто тащит меня к лестнице, ведущей на второй этаж. Расталкивает плечами толпы народа, как будто ему это вовсе не составляет труда.

Мы проникаем в спальню Фреда, хоть и хорошо знаем, что посторонним запрещено сюда входить во время вечеринок. Плевать. Значит нам точно никто не помешает. Да и какие мы посторонние?

Эйсто аккуратно прикрывает за собой дверь, и на мгновение мы остаемся в кромешной темноте. Комнату освещает только тусклый свет уличных фонарей, проникающий сквозь окно. Воздух спальни пропитывается запахом Эйсто. Чувствую только его, улавливаю нотки корицы. Делаю глубокий вдох.

Подойди ближе. Дай надышаться.

Но я знаю, что это невозможно. Кажется, я никогда не надышусь им.

– Где здесь включается свет? – Бархатная хрипотца в голосе Эйсто сковывает тело. Я не хочу двигаться, но надо.

Я щелкаю настольной лампой возле постели Фреда, и комната заполняется блеклым светом. Темнота рассеивается в приятный полумрак. Теперь я могу разглядеть легкую улыбку на лице Эйсто.

– Ты здесь, как дома, – отмечает он, топчась на месте.

– Да. – Я краснею, но, к счастью, это невозможно разглядеть при таком освещении. – Частенько тут бывала. – Эйсто прищуривается. – Не в том смысле, в котором ты подумал. Ты же знаешь, мы с Фредом только друзья.

– Знаю. Очень близкие друзья. Что все равно не мешало ревновать тебя к нему. – Он снова мягко улыбается. Я вспыхиваю.

Кажется, я никогда не перестану вспыхивать при виде этой улыбки.

– Хочешь поговорить о ревности? – спрашиваю я, и взгляд Эйсто тут же сосредотачивается на моих глазах. – Стелла… твоя девушка?

– У нас намечается вечер неловких вопросов?

– Если не хочешь, не отвечай. – Я отворачиваюсь и смотрю в пол.

– Не совсем.

– Ладно.

Понимаю, что он не хочет говорить о ней. Я и сама не хочу говорить о ней. Не знаю, зачем вообще завела эту тему. Я ведь могу просто подойти и поцеловать его прямо сейчас. Губы зудят, требуют его поцелуя уже целый год, а я веду себя как идиотка и теряю драгоценное время вместо того, чтобы целовать его снова.

Я перевожу взгляд с ковра на губы Эйсто.

Манят. Дразнят. Хочу их кусать.

Ноющая пульсация между ног заставляет сжать бедра. Я уже вся мокрая, а он даже не коснулся меня.

– Не совсем моя девушка, – поясняет Эйсто. – Мы познакомились неделю назад.

– Аа… ясно. И как?

– Что «как»? – широкие брови Эйсто сдвигаются.

– Как тебе она?

– Серьезно, Вивьен? – Он делает шаг ко мне. Я задерживаю дыхание. Почему он так серьезен? – Ты хочешь узнать, как она мне? – Еще шаг, и нас разделяет всего фут.

Катастрофически близко. Я на грани срыва. Сердце исполняет танец под дабстеп. Носится там, в груди, как сумасшедшее.

Что у Эйсто на уме?

– Ну… Я… – В кой-то веки Вивьен Аулет, славящаяся своим острым языком, прикусила его.

– Вивьен… – Шепот Эйсто аккуратно касается моего уха. – Об этом ты хотела поговорить? В этом заключалась вся срочность?

Не слышу слов – я полностью поглощена дрожью. Она волнами накрывает мое тело, заставляя его трястись. Клитор пульсирует. Сжатые ноги не спасают. Трусики промокли насквозь. Я чертовски возбуждена.

Что он со мной творит?

Или это год тоски по нему? Или то предвкушение, смесь страха и эйфории, от которого внутри все колотится?

Эйсто касается моего подбородка, мягко приподнимает его, чтобы я заглянула ему в глаза.

– Или здесь есть какой-то подвох? – Его большой палец скользит по контуру моего лица и застывает на уголке приоткрытых губ.

Если он подойдет еще ближе хотя бы на дюйм, дрожь моего тела перекинется и на него.

– Отвечай, Совенок. – Он делает этот критический шаг и склоняется над моим лицом.

Я слышу неровное биение его сердца. Чувствую, как его пальцы сильнее впиваются мне в кожу. Продавливают мои губы. Серые глаза затягиваются дымкой. Восхитительно. Такого Эйсто я не видела, наверное, никогда.

– Я хотела…

– Я тоже… хочу.

Он делает рывок, подтягивает меня к своим губам и целует. Из меня вырывается стон. Я прижимаюсь к его твердой груди. Ощущаю напряжение и жар его тела. Он горит так же, как и я.

Не сдерживаюсь и просовываю ладони ему под футболку, вдавливаю их в обнаженный торс, жадно скольжу вдоль ребер к спине как изголодавшаяся хищница. Каждая мышца Эйсто вздрагивает и перекатывается под моими пальцами.

– Вивьен… – низко стонет он мне в губы и крепче обхватывает мою талию.

Его руки массируют мои бедра, а потом резко пробираются под подол платья. Одной Эйсто сжимает мою задницу, а второй проскальзывает между ног, накрывая ладонью пульсирующую промежность.

– О боги… – Я запрокидываю голову и прикусываю нижнюю губу. Даже сквозь ткань трусиков чувствую жар, исходящий от его пальцев. Хочу их внутри себя.

– Ч-черт… Это невыносимо, – шипит Эйсто и отстраняется всего на мгновение, чтобы стащить с меня платье.

Лишняя одежда летит в сторону. Эйсто толкает меня к кровати, и я, оставшись в одном нижнем белье, падаю назад и отпружиниваю от мягкого матраса. Эйсто срывает с себя футболку через голову и делает шаг ко мне. Его напряженная грудь часто вздымается. Дыхание громкое и сбитое. Бог, явившийся мне в человеческом обличии. И он надвигается на меня, сверкая безумным взглядом.

– Черт возьми, Вивьен… – Задыхаясь, Эйсто раздвигает мои ноги коленями и расстегивает пряжку своего ремня. – Какая же ты красивая… Никогда не перестану восхищаться тобой. – Он нависает надо мной, устроившись между моих бедер. – Как я мог оставить тебя… – шепчет вдоль шеи, вырисовывая носом дорожку к губам.

– Больше не оставляй, – прерывисто дышу я, смотря ему прямо в глаза.

Не оставляй.

Хотя бы сейчас.

Эйсто придавливает меня сверху и снова овладевает моими губами. Я тлею под ним, прогибаюсь, и стону, моля о продолжении. Он высвобождает мою грудь из лифчика и накрывает ртом затвердевший сосок.

– Эйсто! – выгибаю спину навстречу его ласкам.

Тело приятно ноет от колкости его щетины. Она царапает мою чувствительную кожу, а я запрокидываю голову и стону в потолок мрачной комнаты.

Еще. Хочу еще.

Мои пальцы путаются в его волосах. Сжимают их в кулак. Эйсто прикусывает сосок, продолжая мять руками мое тело. Он прощупывает каждый дюйм, каждый изгиб, как голодный, уверенно спускаясь к краю моих трусиков.

Его губы не останавливаются, терзают мою грудь, посасывают, вбирают ее в рот, покусывают. Горячий язык ласкает сосок, в то время как пальцы скользят между бедер и проникают под материал моего белья.

– Черт, Вивьен… Ты уже так возбуждена, – рычит Эйсто вдоль моей шеи, облизывая ее, и погружает в меня один палец.

– Эйсто… – Мой голос ломается и больше походит на хрип.

Я не могу выдавить больше ни слова, вместо этого получается только прерывисто стонать. Я вся дрожу и извиваюсь, как будто Эйсто впервые дотрагивается до меня. Я вся горю. Полыхаю и трусь об него, желая скорее получить его полностью. Всего Эйсто.

– Ты примешь больше? – выдыхает Эйсто и вводит в меня второй палец.

Он начинает двигаться быстрее, чаще, грубее. У меня не получается ответить – я задыхаюсь от собственных стонов. Я словно спящий вулкан, который пробудился, и теперь взрыв неминуем. Всхлипываю громче, подаюсь навстречу его рывкам, насаживаюсь на его пальцы и кричу от удовольствия.

Больше. Хочу еще больше.

Только Эйсто способен довести меня до такого состояния одними лишь руками. Только он. Единственный. Вечный. Мой. Хочу, чтобы так было всегда. И никакая стерва его у меня не отнимет.

Задыхаясь от желания, я тяну трясущиеся руки к его джинсам. Резко спускаю их вместе с боксерами. Эйсто рычит, и его зубы впиваются мне в плечо, как только я сжимаю рукой его твердый член.

Мои трусики трещат по швам в хватке Эйсто, швы царапают кожу, но мне не больно. Я чувствую только голод и потребность ощутить его в себе. Эйсто рвет на мне трусики, сжимает пальцами мой подбородок и усыпает контур лица жадными поцелуями.

– Невозможно хотеть тебя еще сильнее, – выдыхает он в мой рот, призывая заглянуть в его бешенные глаза. Там туман, в котором растворяется похоть и необузданная страсть.

Эйсто вплотную прижимается пахом мне между ног и делает толчок, не проникая внутрь.

– Эйсто! – Я стону в его губы, цепляя зубами нижнюю, на что он медленно проскальзывает вдоль промежности, заставляя меня взвыть. – Прекрати издеваться надо мной…

Кожа зудит. Низ живота схватывают спазмы. Клитор пульсирует так сильно, что я готова кончить, дотронься Эйсто до него еще раз.

Терпеть больше нет сил.

Голова пустеет, мысли не вяжутся. Я словно пьяная или под кайфом от его ласк. Мне остро необходимо получить от него все.

Я обхватываю бедра Эйсто ногами и прижимаю его к себе.

– Эйсто… Пожалуйста. – Молю сквозь прерывистые всхлипы, упираясь головой в складки одеяла. Мну его и руками, когда губы Эйсто опускаются на мою выгнутую шею. – Пожалуйста… Не мучь… – Он целует мои губы и еще раз проталкивается в меня двумя пальцами. – Ах!

Я впиваюсь ногтями в его твердые плечи не в силах выносить эту пытку. Хочется разодрать его кожу до крови. Вымучить его так же, как сейчас он мучит мое тело. Но тело не сотрудничает с мозгом. Тот отключился, едва Эйсто коснулся меня. Мои бедра продолжают двигаться в такт пальцам, а я продолжаю изнывать от дикого возбуждения.

Хочу его. Хочу, чтобы он владел мной. Полностью. Брал меня так, как будто от этого зависит моя жизнь.

– Как ты хочешь кончить? – шепчет Эйсто, облизывая и покусывая мою шею. Он останавливается в дюйме от губ и смотрит на меня словно дикий зверь.

Его пальцы выскальзывают из моей горячей плоти, срывая с моих губ огорченный вопль. Но Эйсто тут же с натиском толкается в меня, упираясь головкой твердого члена между ног.

Больше всего на свете хочу сейчас слиться с ним. Снова ощутить нас единым целым, как это было раньше.

Эйсто на секунду застывает надо мной, опираясь на локти. Блуждает по моему лицу голодным взглядом. Он сомневается. Ждет моего разрешения на этот шаг.

– Я хочу тебя, Эйсто. – Я обхватываю его плоть рукой и направляю в себя.

Эйсто стонет и подается вперед…

– О, черт, простите. – Доносится из-за спины Эйсто.

Из дверного проема в спальню проникает столб света. Я мгновенно прижимаюсь к груди Эйсто, прикрывая им свое обнаженное тело.

Дверь начинает плавно закрываться, и я с облегчением выдыхаю.

– Хотя, стоп. – Яркий свет снова бьет по глазам. На этот раз дверь распахивается настежь. – Какого хрена вы тут делаете?!

Щелкает переключатель на стене. Загорается люстра. Спальня полностью заливается светом.

Твою ж мать…

Глава 7. Не наелся – не налижешься

Статус проекта «DiveIN2»: активен

Эйсто быстро натягивает джинсы и садится на край кровати, заслоняя обнаженную меня своей спиной.

– Эйсто?! – Порог спальни переступает Фред. На его лице мелькает удивление, которое в сию же секунду сменяется злостью. – Какого… Вивьен?! – Он замечает мою макушку, выглядывающую из-за плеча Эйсто.

Кажется, Фред протрезвел в два счета и заодно потерял на полу свою челюсть.

Неловкая пауза повисает между нами как граната с надорванной чекой. Будет взрыв.

Я прикрываю грудь рукой и дотягиваюсь до платья, зацепившегося за изножье кровати. Набрасываю его на себя через голову, сидя за спиной Эйсто. Все это время пристальный взгляд Фреда прожигает меня насквозь.

– Охренеть! – внезапно вскрикивает Фред. – Значит, пока Стелла носится по всему дому, выясняя, кто же все-таки размолотил ее тачку моим садовым гномом, ты вместо того, чтобы помогать ей, трахаешь свою бывшую в моей спальне?!

– Фредди, остынь… – начинает Эйсто, аккуратно выставляя руку вперед.

– Это ты остынь, альфач недоделанный!

– Следи за выражениями!

– Следи, куда суешь свой член!

Эйсто вскакивает с кровати, сжимает кулаки и кидается в сторону Фреда, но я успеваю схватить его за плечо.

– Эйсто, не надо! – Я обвиваю его руку, оттаскивая его назад.

– Этот засранец перебарщивает! – гневно бросает Эйсто, все еще сжимая кулаки.

– Я еще даже не начал!

– Фредс, хватит! – На всякий случай встаю перед Эйсто, между ним и Фредом, изо рта которого едва не брызжет слюна.

– Это надо было говорить ему! – Кудрявый тычет пальцем в Эйсто. – Когда он стягивал с тебя трусы!

– Ты, мать твою, напрашиваешься! – Эйсто снова делает рывок в его сторону, но я уверенно сдерживаю его своей спиной.

– Фредс, какого хрена ты завелся? – возмущаюсь я.

– Неправильный вопрос, Ви. Какого хрена завелась ты?! И до такой степени, что готова была отдаться ему в моей спальне? Попросила бы его для начала разобраться со Стеллой! Или слишком сильно хотелось, чтобы он отымел тебя как последнюю шлюшку?!

– Ну, все! Ты договорился, мудак! – Эйсто срывается с места, отталкивая меня в сторону, и в один шаг настигает Фреда прямым ударом в челюсть.

Худощавое тело моего друга врезается в стену. Его кости хрустят, и Фред воет от боли. Он сползает вниз вдоль светлых обоев, стискивая зубы. Кровь хлещет из его рта по губам и подбородку. Капает на воротник рубашки, на белую футболку под ней. Пропитывает ткань. Растекается красными лужами. Эйсто нависает над Фредом, хватает в кулак его футболку на груди, встряхивает его и замахивается для нового удара.

– Эйсто, не нужно! Он пьян! – кричу я, набрасываясь сзади на плечи Эйсто.

Еще один удар раскрошит Фреду нос. Я не могу этого допустить.

– Пожалуйста, Эйсто… Умоляю. Остановись. – Я впиваюсь в бицепсы Эйсто, и он выпускает Фреда из хватки, толкая его в стену.

– Благодари Вивьен за то, что я не превратил твою морду в фарш.

– Да пошел ты, мудак. – Вместе с кровью сплевывает Фред.

Эйсто бросает на него еще один разъяренный взгляд и покидает комнату. Я задерживаюсь напротив Фреда, опускаюсь перед ним на корточки и тянусь рукой к его разбитой губе, но он резко отмахивается.

– И ты тоже пошла на хрен, подстилка. Беги за ним. Это все, на что ты способна.

В его глазах пылает ненависть. Он смотрит так, будто я предала его. Но я ведь ничего плохого не сделала. Какое он имеет право так со мной разговаривать?

– Лучше закрой рот, – шиплю я сквозь зубы.

– Или что? – Его губы искривляет ехидная улыбка. – Вернешь своего бойца? Эй, Эйсто! Верни-и-и-сь! Добей Фреда. Ему мало! – ржет кудрявый, а потом резко затихает и с пренебрежением смотрит на меня: – Плевать я хотел на вас обоих. Вы мне противны. – Фред вытирает кровь с губ краем испорченной рубашки и шатаясь поднимается на ноги.

– Какого черта, Фредс?! – Я пячусь назад. – Ты не имеешь права меня судить! Мы с Эйсто любим друг друга, а ты…

– Иди объясняйся перед тем, кому это интересно, – перебивает он. – Может быть, Стеллу позабавит твоя история. – Фред упирается рукой в стену. – Кстати, да. Почему бы не просветить Стеллу насчет ваших с Эйсто потрахушек? Я перескажу ей все в самых ярких подробностях!

– Не лезь не в свое дело!

– О нет, крошка Ви, теперь это общее дело.

– Эйсто сам ей все расскажет, а ты – не смей сунуться в чужие отношения!

– Ты уже сунулась. – Фред усмехается. И от этого звука по телу проносится неприятная дрожь. – Хотя нет, это он почти присунул тебе.

Я отшатываюсь назад от резкости его слов. Никогда не видела Фреда таким. И от этого незнакомого мне образа стынет кровь. Я упираюсь спиной в распахнутую дверь спальни и не могу раскрыть рта. Это не мой Фред. Не мой друг. Он зол, рассержен и жесток. И этот человек точно не желает нам с Эйсто счастья.

– Если хочешь услышать мой занимательный рассказ, тебе стоит поспешить, – бросает Фред и выходит в коридор.

Я медлю всего пару секунд. Собираю мысли воедино и подрываюсь за Фредом.

– Стой! – Я хватаю его за локоть возле самой лестницы. – Да что с тобой происходит?! Когда тебя успели подменить? Куда делся мой Фредс?

– Ты променяла друга на мудака, который тебя не стоит.

– Ошибаешься!

Фред вырывается из моей хватки и несется вниз. Я бегу за ним следом.

– Фред, послушай меня, черт возьми! – Я кричу ему вслед и пытаюсь ухватиться за рубашку. – Придурок, остановись на минуту и послушай меня! Ты перепил и ничего не соображаешь!

Почему я вообще за ним бегу? Почему его реакция не поддается ни одному нормальному объяснению? Почему в очередной раз весь мой план летит к чертям?

Я выбегаю за кудрявым Форрестом Гампом¹⁵ на улицу. В лицо бьет влажный порыв ветра. Волосы взъерошиваются и лезут в глаза, но я не отстаю.

– Стелла! – кричит Фред во все горло, и в этот момент я жалею о том, что помешала Эйсто вырубить его еще в спальне.

– Закрой рот, придурок малахольный! Это не твое дело! Сколько я могу повторять!

Но Фред слишком хорошо проспиртован, чтобы остановиться. Он видит цель – пострадавший от моих рук «Форд», и мчится туда, в толпу людей, где топчется стерва со своей прихлебательницей блонди. И Эйсто. Я ловлю его взгляд и замираю в паре шагов от машины.

– Фредс, пожалуйста, не мешай. Последний раз тебя прошу, – шепчу я, но ему все равно. Он жаждет «справедливости».

– Фредди, что с твоим лицом? – Блонди подносит руку к его разбухшей губе.

Фред игнорирует ее. Его гневный взгляд сосредоточен на Эйсто. Если бы он мог – испепелил бы его прямо здесь.

– Было мало? – Обычно уравновешенный Эйсто срывается на крик. – Я добавлю!

Сегодня абсолютно все складывается не так. Все вышло из-под контроля. В моей голове каша. Я с трудом продолжаю соображать. Меня поражает поведение каждого из нас. Агрессия Фреда, вспыльчивость Эйсто, моя растерянность. Нам это не свойственно. Будто какая-то параллельная вселенная. Или мы все сошли с ума.

– Эйсто, ты ударил Фредди? – взвизгивает Майли.

– И сейчас он отхватит еще, если ляпнет хоть слово.

– Эйсто… – Я умоляюще смотрю ему в глаза. – Фредс просто перебрал. – Все равно встаю на защиту друга в надежде, что у того в голове зашевелится хотя бы одна извилина, и он не раскроет рта. Это не его дело. Не его жизнь. Фред, пожалуйста, прекрати мне все рушить!

– Разобралась с машиной, Стелла? – начинает Фред, отбрасывая от лица ладонь Майли.

Все. Это конец.

– Вызвала эвакуатор. Не знаю, кому показалось смешным раздолбать лобовое стекло садовым гномом.

– Действительно, не самая веселая ситуация. – Фред улыбается шире и вальяжно обходит капот «Форда». – Но у меня есть одна история… Такая классная, Стелла… Наверняка поднимет тебе настроение. Хочешь послушать?

– Фредс… – шепотом предупреждаю я, наблюдая за напряженным лицом Эйсто.

– О чем ты? – Стелла прекращает рассматривать повреждения «Форда» и прищуривается, глядя на Фреда.

– Пока ты возилась здесь с разбитой тачкой, я нарвался на одну яркую картину.

– Закрой рот, Фред, это тебя не касается! – предпринимает последнюю попытку Эйсто.

– Может, меня и не касается, а вот Стеллу точно не оставит равнодушной.

– Не тебе с ней об этом говорить! Не усугубляй!

– Да что происходит?! – Стелла хмурит брови, переводя взгляд с Фреда на лицо Эйсто.

– Я сам с ней разберусь. Не вмешивайся, – едва сдерживается Эйсто.

– Боюсь, я не могу предоставить тебе такое удовольствие. Тебе и так сегодня было достаточно хорошо. – Фред потирает подбородок, размазывая по лицу припекшуюся кровь. – Видишь ли, милая Стелла…

Фреду не суждено договорить. Эйсто бросается на него раньше, толкает в грудь и валит Фреда на мокрый асфальт. Бьет его в лицо под визги Стеллы и Майли. Бьет снова, вколачивая кудрявую голову в лужу. Вода в ней становится красной.

– Эйсто, прошу, остановись! – Я снова бросаюсь сверху ему на плечи и кричу не своим голосом. – Ты его убьешь!

Мои последние слова заставляют Эйсто замереть над телом Фреда. Он прерывисто дышит. Его грудь вздымается высоко и часто. Он плавно встает с колен, но я не выпускаю его из объятий. Обхватываю Эйсто со спины и прижимаюсь лицом между лопаток. Мои глаза полны слез. Я всхлипываю и вжимаюсь в его спину сильнее. Чувствую, как подобно ударам его кулаков, в груди Эйсто грохочет сердце. Мое не отстает ни на секунду.

Эйсто накрывает мои ладони своими, сжимает их и поворачивается ко мне лицом. Его кулаки разбиты. По костяшкам пальцев струится кровь. Он аккуратно касается моего лица. Я чувствую дрожь его рук, когда большие пальцы Эйсто бережно подтирают слезы под моими глазами.

– Ты напугал меня… – шепчу я.

– Прости… – Его окровавленные пальцы ловят мои слезы. – Прости меня.

– Какого черта?! – орет Стелла, но Эйсто даже не дергается. Он смотрит только в мои глаза.

– Эйсто, ты больной ублюдок! Психопат! – выкрикивает Майли, несясь к телу Фреда.

В этот момент мне становится плевать на все происходящее вокруг.

Да, эгоистично. Но мне плевать.

Я хочу только его губы на своих губах.

Плевать, кто увидит. Плевать, что скажут или прокричат. Плевать на Стеллу. На Фреда. На Майли. Плевать на весь гребаный мир.

Я встаю на носочки и тянусь к лицу Эйсто. Хочу поцеловать его. Но вовремя замечаю размах мужской руки за его спиной.

Не думая, резко отталкиваю Эйсто в сторону. Удар приходится мне в висок. Я теряю равновесие. Падаю на асфальт и переворачиваюсь на живот, утыкаясь лицом в лужу. Промозглый запах ударяет в ноздри. Мои светлые волосы мокнут в грязной дождевой воде.

Эйсто.

Слышу, как его голос срывается на крик, но не могу разобрать ни слова.

Я с трудом поворачиваю голову, но не вижу его лица. Меня слепит яркий прожекторный свет. Глушит громкий гул, похожий на свист шин.

Мне не хватает сил встать.

Я беспомощна.

Мне страшно.

Я хочу закричать, но на меня резко обрушивается мрак.

***

Я умерла?

Все еще слышу, как разрывается от крика голос Эйсто.

Он обрывками проникает в сознание, и темнота, сгустившаяся перед глазами, рассасывается.

Я резко открываю глаза и не сразу осознаю, что они затянуты слезами. Я пытаюсь сфокусироваться, медленно моргаю, но разъедающий свет фар будто застыл перед лицом, и он слепит меня до сих пор.

Чувствую, как ломит все тело. Я трясусь. Руки колотятся как от болезни Паркинсона. Горло дерет от сухости, и я не могу выдавить из себя ни слова.

Я уже вернулась?

Слышу размытые голоса, но не могу отличить один от другого, как будто они только в моей голове и пытаются свести меня с ума.

– Вивьен… – Первое отчетливое слово. Я начинаю часто моргать, как делают, когда пытаются избавиться от ресницы, попавшей в глаз. – Вивьен, все в порядке? – Голос четче. Родной. Любимый. Голос Эйсто.

– Эйсто… – Наконец-то размыкаются мои губы.

– Что с тобой? Ты в порядке?

– Да… – Я вижу его красивое лицо. – Ты… Бесподобен, – шепчу одними губами, и он улыбается.

– Что она там бормочет? – тут же вмешивается Стелла, высовываясь из-за плеча Эйсто.

– Она бредит. – Эйсто по-прежнему не отводит от меня глаз.

Я еще раз отмечаю, что его улыбка – самое прекрасное явление на планете, наравне с северным сиянием или раскинувшимся в ночном небе Млечным Путем. Я видела. Мы с ним видели. И это не было так красиво, как он улыбается мне прямо сейчас.

– Кажется, кто-то набрался быстрее всех, – смеется Фред.

– Прости, что в этот раз отобрала у тебя призовое место. – Приходится оторвать взгляд от лица Эйсто.

– А нет, все на своих местах. Привет, старая-добрая Ви. Смешать тебе еще один коктейль?

– Лучше чистый.

– Моя девочка.

Фред такой же, как всегда. Альтернативная агрессивная версия моего друга исчезла вместе с провальным вторым «Погружением». Не могу поверить, что такой расклад событий вообще был возможен. Не могу поверить, что Фредс – мой лучший и самый близкий друг, беззаботный кудрявый сердцеед, способен на подобные перемены. Нет. Он не мог. Он бы никогда так не поступил со мной. Он бы не обидел. Не предал. Точно не меня.

– Фредс, ты в порядке? – Я замечаю, как он внезапно морщится, растирая ладонью затылок.

– Блин, перед глазами потемнело… Как будто меня чем-то огрели по голове.

Меня бросает в дрожь.

Он не может что-то помнить или чувствовать. Не может.

– Да, фигня, – продолжает кудрявый, натягивая на лицо глупую улыбку, и делает глоток виски. – Может, резко дернулся. Все в норме.

Нужно обязательно проверить кривую мозговой активности. Нельзя ссылать это на совпадение.

Я бегло осматриваю остальных подневольных участников проекта. Какая же я эгоистка. Они даже не подозревают, во что я их ввязала. Прости, Кортни. Прости, Фредс. Все простите. Но мне это нужно.

Я оглядываю каждого и не отмечаю никаких визуальных изменений.

Все хорошо. Все под контролем. Нет причин сомневаться в себе. Я ведь профессионал своего дела. Я лично проводила бета-тестирование около сотни раз.

– А с тобой что было? – отвлекает меня блонди.

– Голова разболелась. Ничего страшного. Меня иногда мучат мигрени. – Я на удивление спокойна, даже пытаюсь улыбнуться ей.

– Не похоже на мигрень, скорее на прогрессирующую неврастению, – отпускает очередную шуточку Фред.

– Неужели заглянул в медицинский справочник, который я подарила тебе на день рождения? Горжусь тобой. А говорил: бесполезный подарок.

– Давно это у тебя? – Эйсто не обращает внимания на шутку Фреда. А я уж думала, что удастся сменить тему.

– Около года, – отрезаю я, глядя ему прямо в глаза.

Да, резко. Но только так я могу заставить Эйсто замолчать и не расспрашивать о моем состоянии. Его просто так не провести, он бы быстро понял, что я лгу.

Как я и думала, Эйсто заминается и отводит взгляд в сторону. А еще пару минут назад этот взгляд прожигал меня насквозь. Пару минут назад мы с ним стояли посреди улицы, кто-то кричал, кто-то звонил в полицию, но нам обоим было все равно. В то мгновение, в ту секунду, когда кровь с его разбитых рук отпечатывалась на моих щеках, я тонула в его глазах. Мы были в своем собственном мире. Мы снова были влюблены.

Похоже, по мне проехался грузовик, не меньше, иначе я не знаю, как объяснить мое странное пробуждение. Меня будто вытащили из комы. Чувство омерзительное. Ощущаю себе пережеванной фрикаделькой в отвратительном сливочном соусе. Оказывается, умирать очень неприятно даже в искусственно созданной микровселенной.

Черт, время!

Если я хочу вычеркнуть мое неудачное пробуждение из их воспоминаний, пора поторопиться.

– Фредс, ты что-то у меня спрашивал, пока я…

– Пока ты не залипла, крошка Ви? – хмыкает друг, незаметно кивая в сторону Эйсто. Говнюк. – Признавайся, ты чем-то закинулась в тайне от нас?

– Не успела, но планировала. Угостить тебя? – Я достаю все тот же пластиковый контейнер, и швыряю Фреду. Таблеток стало меньше ровно на семь.

– Ты чудо, детка. Спасла меня от скуки. Еще один уровень «Я никогда» я никогда бы не выдержал.

– Что это такое? – Опять вскакивает Стелла, тыча пальцем на бокс в руках Фреда.

– Ничего особенного, – отвечаю я. – Всего лишь «Тик-так». – По нашим с Фредом лицам расползаются коварные улыбки.

– Издеваетесь, да?

– Ни в коем случае, – продолжаю улыбаться я, вспоминая, с какой грацией садовый гном летел в лобовое ее тачки.

– Эйсто, это то, о чем я думаю? – психует Стелла.

Эйсто спокойно кивает. Я смотрю на него и не верю, что этот сдержанный мужчина совсем недавно зверски впечатывал голову Фреда в асфальт. Никогда не забуду его взгляд в тот момент. Обычно серые, ясные глаза Эйсто были чернее луж на том самом асфальте. Это пугало. Ни разу в жизни не видела Эйсто таким злым. Надеюсь, больше и не увижу.

– Не паникуй, Стелла, мы просто немного подсластим наше веселье, – Фред протягивает ей одну капсулу. Удивительно, но она приминает ее и разглядывает ближе.

Неужели мое вмешательство не потребуется?

– Я не знаю… – мямлит Стелла.

– Если не доверяешь нам, доверься Эйсто. Он ведь рядом, верно? – ухмыляется Фред.

Хороший ход, Фредс. Разыграно идеально.

Стелла переглядывается с Эйсто. Долго. Слишком долго. Я нервничаю и гипнотизирую наручные часы, искусывая губы.

Ну давай. Решайся.

Счет идет на секунды.

– Давай с нами. – Я слабо толкаю ее пластиковый стакан своим. Стелла сильнее сжимает его в руке. – За вас с Эйсто? – с трудом выдавливаю их себя гребаный тост. Все ради дела.

Стелла прищуривается, хмыкает, но отвечает взаимностью. Вслед за нами пьют и остальные.

Эксперимент номер три.

Третье «Погружение».

И я иду на этот риск.

Мне жизненно необходим этот раз. Я еще столько ему не сказала. Еще столько не успела сделать. Катастрофически мало времени только для нас двоих.

Счастливый третий, ведь так?

Перед тем как совершить очередной «скачок», я смотрю на Эйсто. Он ловит мой взгляд. Его серые глаза сияют. Неописуемое зрелище. Я улыбаюсь и с легкостью проглатываю две таблетки, чтобы этот взгляд засиял для меня еще ярче, как год назад.

Глава 8. Для полета в космос нужен «Понтиак»

Статус проекта «DiveIN2»: активен

В этот раз я делаю все быстро и четко. Нет времени на замешательство и числовые мантры.

Пункт первый – избавиться от Стеллы. План тот же.

Я несусь к крыльцу за своим «соучастником». Стены дома содрогаются от мощных битов музыки. В лицо бьет приятный ветер. До сих пор пахнет дождем, и этот запах успокаивает.

– Ну, привет, мистер жирный гном. Скучал по мне? – Я хватаюсь за бетонное туловище. – Кажется, ты еще больше растолстел с прошлой встречи, – кряхчу по пути к «Форду».

Упор на правую ногу. Перекат разукрашенного уродца на плечо. Слегка раскачиваюсь. Насчет «три». Замах. И… бросок! Гном пробивает лобовое стекло и снова приземляется на водительское сиденье.

– Класс! В яблочко! – ликую я. – Все-таки мы с тобой отличная команда. Дала бы тебе «пять», вот только ты не ответишь взаимностью, – улыбаюсь сама себе и обтягиваю задравшееся платье. – Да уж, Вивьен… Разговариваешь с садовым гномом. А теперь и сама с собой. Надеюсь, это временный побочный эффект третьего «Погружения».

Пункт второй – миновать Фреда.

Я прокрадываюсь вдоль кустов к парадной двери под писк сигнализации «Форда». Я тихая и незаметная словно самый настоящий ниндзя. Даже злорадствую беззвучно, внутри себя.

Дверь резко распахивается, и я едва успеваю влезть между ней и шершавой стеной. Из дома вываливается пьяная парочка. Не ясно: девушка виснет на парне или он на ней, но это не мешает обоим попутно заливаться выпивкой из красных стаканов. За ними выскакивает еще одна блондинка в джинсовой мини-юбке, настолько короткой, что, если девушка поднимет руки, я увижу ее голый зад.

– Эй, детка, ты куда? – Фред выбегает следом за незнакомкой в мини-юбке. Я невольно вжимаюсь в промежуток между дверью и стеной. Лишь бы не заметил.

Замечаю, что близнец моего гнома-соучастника стоит напротив меня и с укоризненной пялится мне прямо в глаза.

«Пошел к черту». – Я отворачиваюсь от него.

Осуждающий гном отвлекает от разговора Фреда и мисс «мини-юбка», и я упускаю момент, когда парадная дверь снова захлопывается.

Фред ушел.

Меня пронесло.

Теперь нужно так же незаметно проникнуть в дом и смешаться с толпой.

Это не составляет труда. Я быстро просачиваюсь в этот алко-муравейник и тушуюсь среди танцующих тел. Мне удается дотянуться до переключателя, и я обрубаю свет в гостиной, где происходит основная тусовка. Толпа ликует. Восторженные крики заглушают громкую музыку. Диджей ловит волну и подключает стробоскопы. Комната освещается яркими разноцветными огнями, которые мерцают в такт битам. Дерзкое техно сменяется эксцентричными Crystal Castles¹⁶. Знакомый трек захлестывает людей. Все визжат, подсвистывают и выкрикивают слова популярной песни, надрывая горло. Толпа начинает прыгать и размахивать светящимися браслетами, подпевая:

– Раз мы любили – друзьями нам не быть!

– Не сбылись мечты!

– Вновь в начале мы.

Символичные слова песни, атмосфера экстаза и блаженства соблазняют меня поддаться, расслабиться, отпустить все, что душит, и закричать вместе со всеми. На минуту забыться. Но я не могу. У меня есть четкий план и ограниченный запас времени. Здесь у меня все еще есть Эйсто.

И прямо сейчас я вижу его. Он запрокидывает голову, чтобы сделать глоток из пластикового стакана и замирает, ловя мой взгляд.

Он бесподобен в этих неоновых огнях. Он невероятно красив в этих джинсах. Он само совершенство. Как я могла позволить ему уйти?

Ноги сами несут меня навстречу к Эйсто, пока взгляд прикован только к его лицу.

– Ви! – Кортни бросается мне на шею, перегораживая путь к Эйсто. – Я так рада тебя видеть, дорогая!

– Я тоже, – отвечаю на автомате, а сама залипаю на взгляде серых глаз за спиной подруги. Он все еще смотрит, так проникновенно, что меня бросает в дрожь.

– Выпьешь? – улыбается Кортни.

– Да! Только сначала хочу найти владельца «Форда», припаркованного возле дома, – стараюсь перекричать музыку.

– Что? Какого «Форда»?

– Припаркованного возле дома! Возле кустов! – ору в самое ухо Кортни. – Не знаешь, чей он? Сигнализация пищит на весь район!

Кортни склоняется к Майли, та часто моргает и в спешке начинает что-то рассказывать Стелле.

– Что?! – Я слышу, как выкрикивает Стелла, выражение ее лица теперь отображает панику.

Ничего не объясняя, она срывается с места, содрав наконец свою руку с плеча Эйсто.

– Подожди! – следом за Стеллой убегает и Майли.

– Кортни, где Фредс? – спрашиваю я, взволнованно поглядывая на Эйсто. Только бы он не вздумал бежать за этой стервой.

– Уверена, что снова где-то кого-то клеит.

– Если увидишь его – отвлеки, хорошо?

– О нет, подруга. Пьяный Фред бесит меня в два раза сильнее, чем адекватный Фред. Если его вообще можно назвать адекватным.

– Да брось. Он безобидный, – усмехаюсь я.

– Ну уж нет, я лучше потусуюсь вон с теми качками из старшей школы.

– Кортни, пожалуйста. Мне нужно поговорить с Эйсто. И я не хочу, чтобы Фредс снова помешал нам.

– Снова?

Ч-черт! Я снова ляпаю лишнее.

– Снова, опять, из раза в раз. Он постоянно мешает нам, – выкручиваюсь я.

Ну же, соглашайся, Кортни. Быстрее.

Я уже нервничаю. Почему именно сегодня Кортни такая упрямая? Ну помоги же мне.

Замечаю, как Эйсто разворачивается к выходу, и моему терпению приходит конец. Я резко хватаю его за руку и встречаюсь с удивлением в его глазах.

– Постой, – прошу одними губами, не выпуская его руки. – Кортни, мы договорились?

– Валите. – Подруга закатывает глаза.

– Спасибо.

– Быстрее валите, пока я не передумала, – наиграно хмурится она. – Пойду отыщу Фреда и закрою его в каком-нибудь сортире.

Я подступаю вплотную к Эйсто. Делаю вдох и наслаждаюсь. От него по-прежнему пахнет мятой и корицей. Аромат опьяняет. Главное – не переборщить с дозировкой, иначе я сойду с ума.

Тянусь пальцами к его шее и мягко касаюсь кожи, привставая на носочки. Эйсто склоняется к моему лицу. Я упираюсь второй рукой в его твердую грудь. Чувствую его дыхание на своих губах. Чувствую, как быстро бьется его сердце. И дело здесь вовсе не в громких битах музыки.

– Мне нужно с тобой поговорить, – шепчу ему на ухо. – Наедине.

Его ладонь напрягается и сжимает мою талию. Я замираю будто парализованная. Готова отдать все, чтобы он держал меня в своих руках как раньше.

– Пойдем.

Только сейчас я выдыхаю. Одно его слово заставляет мои ладони вспотеть. Его рука плавно скользит вдоль моей талии, а потом накрывает мою взмокшую ладонь.

Как околдованная, я следую за Эйсто к лестнице, ведущей на второй этаж, к спальне Фреда, где нас обнаружили в прошлый раз. Туда нельзя возвращаться.

Эйсто тащит меня за собой наверх, но я замираю, дергая его за руку.

– Здесь слишком людно, – поясняю я.

– В спальне Фреда всегда пусто.

– Нет. У меня есть вариант получше. – Эйсто прищуривается, но я уверенно смотрю ему прямо в глаза. – Доверься мне.

Я вовремя вспоминаю про дверь на кухне, ведущую к бассейну на заднем дворе. Фред никогда ее не запирает. Идеальный способ скрыться из дома незамеченными.

– Иди за мной. – Теперь уже я волоку Эйсто следом.

– Что ты задумала? – спрашивает Эйсто, когда мы уже минуем пределы участка Фреда. Как же хорошо, что я припарковала «Понтиак» подальше от дома.

– Тебе разве не хочется свалить отсюда? – Я оборачиваюсь и смотрю в его глаза. Эйсто с прищуром оглядывает меня и, клянусь, сдерживает улыбку. – Что за выражение лица, мистер Подозрительность? – он легко усмехается. – Не бойся, я контролирую себя и обещаю держать руки на видном месте. – Впервые за весь путь отпускаю его руку и демонстративно поднимаю ладони, изображая непричастность.

– Я не боюсь. – Он в миг становится серьезным. – Больше за тебя переживаю. – Эйсто хитро улыбается.

– Ты же знаешь, я сильная девочка. Сумею постоять за себя, если кое-кто решит пренебречь джентльменскими качествами.

– За месяц моя память порядком износилась. Нужно проверить твои слова на деле.

– Сбавьте обороты, доктор Торнтон, мы еще даже не добрались до машины. Разве ваша профессия не предусматривает героическое терпение?

– К счастью, в настоящий момент я не на работе и не связан врачебной этикой.

– В вас говорит алкоголь, доктор.

– Тебе нужны доказательства, Совенок? – Он резко хватает меня за запястье и притягивает вплотную к груди, такой горячей, что я ахаю, но не боюсь – хочу обжечься.

Эйсто склоняется надо мной с высоты своего роста, и легкий запах виски, перебиваемый сладкой мятой, обдает мое лицо.

Я точно не ожидала такого поведения от Эйсто. Этот мужчина не перестает меня удивлять.

Что с ним происходит? Неужели в то время он… тоже скучал по мне?

– Мой «Понтиак»… – шепчу я дрожащим голосом. – Вон там. Едем?

– Если только ты не передумала.

Передумала?

Эйсто, ради тебя я придумала целый проект.

***

– И куда это ты направился? – Я наблюдаю, как Эйсто уверенно идет к водительскому сиденью моего «Понтиака». – Вообще-то из нас двоих пьян ты.

– Я не пьян. Опрокинул всего один стакан. – Я недоверчиво прищуриваюсь. – Ну, два.

– Марш на пассажирское. Быстро.

– Ты сведешь меня с ума, Совенок. – Эйсто вздыхает, но послушно огибает капот и усаживается в машину. – Твое? – Прежде чем сесть, он поднимает с сиденья пачку моих сигарет.

– Мое. – Я выхватываю пачку из его рук и запихиваю в карман платья. С чего бы мне чувствовать стыд? Он сам виноват, что я снова начала курить. Но мои щеки все равно краснеют.

Эйсто не замечает моего смятения или прикидывается, что не замечает, но, во всяком случае, ничего не говорит.

– Трогайся, командир, – усмехается он, как только я пристегиваю ремень безопасности.

– Пристегнись.

– Я доверяю тебе. Забыла?

– Я настаиваю, храбрец.

– Ваша взяла, законопослушная гражданка Аулет. – Эйсто демонстративно медленно тянет ремень, и я заливаюсь смехом. Он сейчас как ребенок. Смешной и забавный. Беззаботный. Как раньше. Я и забыла, насколько он бывает мил.

Я вставляю ключ и завожу машину, плавно вдавливая педаль газа в пол. Мотор приятно шумит, и я улыбаюсь. Не жалею ни цента, потраченного на этого эксклюзивного красавца. Ретро, а рычит как зверь.

– Сохранила мой брелок? – Эйсто указывает на болтающийся в зажигании ключ. К нему до сих пор прикреплен брелок в виде металлического сердца, контур которого, словно лентой, огибает надпись «Amor non est medicabilis herbis».

– Люблю символичные вещицы. Вот и оставила.

– Помню, как подарил его тебе еще в колледже. Когда мы выбрали разные специальности.

– Да. И процитировал слова с брелока.

– «От любви нет лекарства», – растягивая, повторяет Эйсто. – Видишь, ничего не изменилось. Даже после того, как фармакология пополнилась еще одним светлым умом.

– Я работаю над этим, – отвечаю я с гордым видом.

– Расскажешь через год о своих успехах.

– Договорились. – В груди сжимается сердце.

Если бы ты только знал.

***

Мы покидаем спальный район Рочестера. Несколько минут едем молча, но все это время я чувствую взгляд Эйсто, скользящий по моему телу. Он будто прощупывает меня. Лезет под одежду. И меня это возбуждает. Я сжимаю ноги и переминаюсь на сиденье. Чертов Эйсто. Я безумно хочу его.

– Ну что? – Бросаю на него беглый взгляд.

– Куда ты меня везешь?

– Ты когда-нибудь слышал о том, что терпение вознаграждается?

– Какова ценность награды?

– Не знала, что ты настолько меркантильный.

– Хочу знать, что ты можешь предложить. – По лицу Эйсто расползается хитрая улыбка.

– Отвезу тебя в одно особенное место. – Прекрати соблазнять меня. Я не железная.

– Интересно… – Он с прищуром изучает выражение моего лица. – Надеюсь, это не какой-нибудь коварный план по отмщению мне.

– Надежда – самообман, доктор Торнтон.

– То есть, меньшая из бед: я прямо сейчас выпрыгиваю из машины и отделываюсь парой переломов, если ты, о милосердная Вивьен, сбавишь скорость?

– С каких пор бесчувственным эгоисткам свойственно милосердие?

– Я знаю, что ты более чувственная, чем хочешь казаться. – Тон Эйсто вмиг становится серьезным. Я сглатываю. – Особенно сейчас.

– И давно ты сменил хирургию на психологию? – Я стараюсь выглядеть непринужденной, а сама снова ерзаю на сиденье и кашляю, прочищая горло.

Эйсто игнорирует вопрос, не прекращая разглядывать меня. Он сканирует. Я чувствую. Лицо, шею, ключицы. Я напрягаюсь и выпрямляю спину. Грудь. Дышу чаще. Руки, которые слишком сильно сжимаю руль. Платье. Слишком короткое. И взгляд Эйсто добирается до моих бедер.

– Что на этот раз? – Я резко поворачиваюсь к Эйсто, пытаясь выглядеть сурово.

– Не могу насмотреться. Ты такая красивая.

Я задыхаюсь. Уже не помогает и кашель. Нормально будет, если я наброшусь на него прямо сейчас?

Нет, Вивьен. Подожди еще немного. Соберись.

– Официально заявляю, что Вы пьяны, доктор Торнтон, – кое-как выдавливаю я.

– И это не отменяет факта, что ты прекраснее «звездного» прибоя на острове Ваадху. – Меня трясет под его пристальным взглядом. – Помнишь? Я обещал однажды свозить тебя туда.

– Как будто это было вчера. – Я снова отвожу взгляд от трассы, теряясь в его глазах.

– Ты пропустила поворот, – улыбается Эйсто. – Следи за дорогой.

– Так значит, ты понял, куда мы едем.

– Я знал это с самого начала. – Он самодовольно усмехается и откидывает голову на спинку кресла. – Разворачивайся, Совенок. Впритык к озеру подъедем только по той дороге.

***

Глушу «Понтиак» на привычном месте. Раньше мы останавливались здесь десятки раз. Наше любимое тайное место. Поэтому он и разгадал мой замысел.

Мы одновременно выходим из машины. Тут прохладно. Кожу моментально усыпает дрожь, но в этот раз не от присутствия Эйсто.

– Возле воды еще холоднее. Выбрала же ты время.

– Не бурчи как старик.

Я разуваюсь и забрасываю туфли в багажник. Они меня уже достали. Вытаскиваю припасенный плед и передаю его Эйсто.

– А палатка там не завалялась?

– Будешь выделываться – останешься без обогрева.

– Есть куда более действенный способ согреться, Вивьен.

Я захлопываю крышку багажника, закатывая глаза.

– Хочешь поговорить об этом или показать? – Хочу шагнуть босиком на влажную траву, но не успеваю: крепкие руки Эйсто подхватывают меня и прижимают к горячей груди. Такое чувство, что в этом мужчине бушует внутреннее пламя. Он никогда не бывает холодным.

– Кажется, ты можешь обойтись и без пледа. – Прощупываю руками мышцы его плеч.

Согрей меня, Эйсто. Обними и прижми к себе. Я ведь всегда мерзла. А ты всегда был тем, кто обнимал меня со спины.

– Ты снова похудела…

– Спасибо, конечно, но льстить совсем необязательно. – Я строю недовольное выражение лица, и Эйсто легко подбрасывает меня в руках.

– Ай! – взвизгиваю я. Эйсто смеется, и его звонкий смех нарушает покой ночного леса. Шелест деревьев разносится вокруг озера и окутывает нас. – Сумасшедший! – Я впиваюсь пальцами в его плечи и прижимаю его лицом к своей шее.

– Эй, Совенок, расслабься, я не вижу дороги. Будет не очень весело, если я оступлюсь, и мы занырнем в озеро. Вода сегодня не самая теплая.

Я ослабляю хватку и плавно скольжу руками вдоль его плеч. Они твердые и рельефные. Напряженные. Хочется трогать и трогать. Хочется проникнуть под футболку и коснуться обнаженного тела. Я кладу голову Эйсто на плечо и чувствую, как его пальцы крепче сжимаю мои бедра. Платье задралось. Ну и хрен с ним. Мне не будет холодно, если меня не отпустит Эйсто.

Дойдя до края деревянного пирса, Эйсто останавливается и бережно опускает меня на ноги. Я расстилаю плед на дощатую поверхность и усаживаюсь сверху, свешивая ноги к воде. Эйсто садится рядом. Его плечо соприкасается с моим. И мне не хочется укрыться. Мне тепло.

– В последний раз здесь было теплее, – Эйсто ложится на спину, сгибая руки под голову.

– Ага. Мы даже купались.

– Нагишом, – смеется он.

– Было здорово… – Я вздыхаю и ложусь с ним рядом.

Мои ноги согнуты и медленно колышутся параллельно воде. Наши тела снова соприкасаются. Наши лица смотрят в небо.

Только сейчас я замечаю полную луну, которую затянули жидкие облака. Словно туман. Дымка. Но так красиво.

Если бы было ясно, Эйсто бы, как обычно, показал мне самые известные созвездия. Выводил бы их контуры пальцем, говорил бы: «Смотри, Вивьен, это Водолей. Твой знак». А я бы отвечала, что ничего не вижу, лишь бы он подробнее рассказал о звездах. Я всегда таяла от его познаний в астрономии.

Но такое у нас уже было, и не один раз. А вот затянутое дымкой иссиня-черное небо – впервые. Тем более, я все равно знаю, что одна из скрытых тучами звезд – моя.

***

Я лежу у него под мышкой. Незаметно поворачиваю голову влево и дышу им, его запахом – примесью древесины и корицы, разбавленной мятной жвачкой. Я ощущаю тепло, даже не касаясь Эйсто. Моя кожа горит. Я чувствую его. И мне не надо физически. Я знаю, что он рядом, и волоски на моем теле приподнимаются на дюйм.

Потрясающее чувство.

Рядом Эйсто. Напротив нас – по-своему красивое небо. Где-то на нем, под дымкой туч, прячется наша путеводная звезда. И мне так хорошо. Совсем как раньше.

Я ощущаю себя невесомой. Ничего больше нет. Ни холода. Ни пробудившегося леса. Ни шума воды. Только его тепло.

Я закрываю глаза и теряю точку опоры.

С ним я летаю. И чувствую только…

Любовь.

Глава 9. Цепной зверь

Статус проекта «DiveIN2»: активен

Эйсто

Наблюдаю, как сгустки облаков лениво затягивают луну, и думаю, что у нас с Вивьен все могло сложиться по-другому.

Мы ведь были счастливы. Мы могли спасти наши отношения. Но по какой-то необъяснимой, глупой причине я выбрал для нас два разных пути.

Это я, кто решил все за двоих. Я тот самый эгоистичный идиот, который собственными руками оттолкнул самое ценное, что было в моей жизни.

Она должна ненавидеть меня, а не лежать вот так рядом. Будто и не было этого месяца порознь. Будто я не разбивал ее сердце. Не раздирал душу. Не закрывал глаза на слезы и мольбы попробовать все заново еще раз.

Всего один гребаный раз.

Но я не дал нам шанс.

Наверное, последствия этой ошибки будут преследовать меня вечно, если я не попытаюсь хотя бы что-нибудь исправить. Сейчас.

Я склоняю голову набок, чтобы разглядеть ее лицо. Невозмутимое, прекрасное лицо. Она так красива… Завораживающе прекрасна в тусклом свете луны. Веки опущены. Густые ресницы слабо подрагивают, и я помню, как они щекотали кожу, когда Вивьен засыпала на моей груди. Две маленькие родинки над левой скулой придают ее лицу абсолютную уникальность. Это они свели меня с ума, как только я увидел ее на первом курсе колледжа. А, может, ее вздернутый нос? Он тонкий, аккуратный, и я любил, как он утыкался мне в шею. Обычно Вивьен делала глубокий вдох и пыталась зарыться глубже, обнимая меня за плечи двумя руками. Со мной наедине она могла позволить себе быть нежной и беззащитной.

Не убил ли я эту нежность в ней?

Перевожу взгляд на ее губы. Полные и влажные. Приоткрыты на дюйм. Вивьен делает вдох и невольно облизывает их.

Боги… Она вообще понимает, насколько соблазнительна прямо сейчас?

Я помню вкус ее губ. Что-то похожее на спелый личи. Нежная мякоть с винно-сладким привкусом. Именно так я и думал, когда впервые целовал ее и пьянел… пьянел…

Хватит, Эйсто.

Зажмуриваюсь и стискиваю зубы.

Хватит.

Младшему Эйсто и так весь вечер слишком тесно в джинсах. Успокойся.

Я сглатываю и снова скольжу взглядом по лицу Вивьен.

Интересно, о чем она сейчас думает? Наверняка ее прелестная голова забита адекватными мыслями, а не пошлостями, которые заполонили мой нездоровый мозг.

Может, послать все к черту и поцеловать ее? – пульсирует нездоровый мозг.

Провести языком по нижней губе. Впиться в нее зубами и оттянуть, – продолжает нездоровый мозг.

Протолкнуться в ее жаркий рот. Обхватить шею руками. Навалиться сверху и прижаться к ее телу, – невозможно контролировать нездоровый мозг.

Черт. Я буквально чувствую гладкость ее кожи под своими пальцами. Чувствую жар и податливость ее тела, как она принимает и отзывается на каждое мое прикосновение.

Хватит!

Сжимаю кулаки.

Я гребаный озабоченный подонок.

Я бросил ее. И не имею права теперь желать.

Я ведь обидел Вивьен. Причинил ей боль. Просрал нас. Так почему она сейчас здесь, со мной, на нашем месте, где мы еще любили?

Отворачиваюсь от Вивьен и утыкаюсь взглядом в небо. Луна никуда не делась. Она тут и взирает на меня сквозь пелену облаков, но я все равно могу разглядеть кратеры. Мысленно обвожу их. Скитаюсь от одного к другому. Пытаюсь заинтересовать себя. Это обманка. Удается всего на пару секунд, а после – мои глаза снова ищут Вивьен.

Она по-прежнему спокойна. Веки прикрыты. Ресницы подрагивают. Она по-прежнему прекраснее «звездного» прибоя на Ваадху.

Мое сердце мнется как сдутый футбольный мяч.

Хорошо, что сейчас эти зеленые глаза не смотрят на меня. Я бы не вынес. Они бы прожгли меня насквозь.

Прошел месяц. Всего лишь чертов месяц без нее. А по ощущениям – целый год.

***

Тринадцать месяцев назад

– Эйсто, ты дома… – удивляется Вивьен, когда я встречаю ее с работы. Я стою в проходе дальше по коридору и упираюсь плечом в стену. – Думала, по средам ты в это время в клинике.

– Сегодня пятница. И я заменился.

– Зачем? – Она медленно стаскивает высокие ботинки, слишком большие для ее худых ног, и опирается спиной о стену. Наверняка, как обычно, работала на износ и вымоталась. – Ты никогда так не делаешь. – Ее уставший взгляд наконец встречается с моим серьезным лицом.

– Нам нужно поговорить, Вивьен.

– Эйсто, я так устала… – Она вяло избавляется от джинсовой куртки. Вздыхает, будто скинула груз, и бросает ее на пол.

– Ты снова не ночевала дома. – В этот раз я не поднимаю куртку и не вешаю ее в шкаф. Я не двигаюсь с места.

– Нужно было остаться на ночное дежурство.

– Опять?

– Эйсто… Ты же знаешь, бывают форс-мажоры. У тебя они тоже случаются.

– Четвертый раз за неделю?

– Ты завел график посещения нашей квартиры?

– Здесь и без графика не сложно заметить твое отсутствие.

– Ну, прости меня. – Вивьен плетется по коридору по направлению ко мне, но сворачивает в гостиную, так и не преодолев два лишних шага.

Всего два шага до меня.

Я горько усмехаюсь и следую за ней.

Два шага. И я бы передумал.

Вивьен плюхается на диван и раскидывает руки по мягким подушкам. Она устала. Я знаю. Я вижу это каждый раз, когда мне удается застать ее дома.

Продолжаю стоять в дверном проеме, скрестив руки на груди.

Да, она устала, но и я тоже уже устал.

– Плесни мне, пожалуйста, немного виски, – просит Вивьен, откидывая голову на спинку дивана. Ее взгляд устремлен к потолку. Он интересен ей больше, чем я.

– Вивьен, ты меня вообще слышала? Нам нужно поговорить.

– Можно мне поспать хотя бы пару часов, Эйсто?! – Она грозно хмурит брови и резко смотрит на меня. – Я без сна уже дольше суток.

– Знаю, потому что куда дольше суток тебя нет в нашей постели!

– Не начинай, прошу. – Вивьен с измученным видом стягивает себя с дивана и волочется к домашнему бару.

– Почему ты не предупредила меня, что снова останешься в лаборатории?

– Потому что там не ловит связь, Эйсто! – раздражается она. – Ты ведь прекрасно это знаешь! Или тебе просто нравится доводить меня до белого каления одними и теми же вопросами?

Дно стакана, который Вивьен вытащила из шкафчика, звонко ударяется об обеденный стол. Обеденный – только название. Уже больше полугода стол из необрезного сруба, который изготавливали индивидуально по нашему заказу, выполняет единственную функцию – барной стойки.

Вивьен наполняет четверть стакана виски. Бутылка Джеймсона ударяется о стол следом за роксом 17 . Она не находит в себе сил вернуться к дивану. Валится в ближайшее кресло как груда камней и делает жадный глоток.

– Вивьен, какого черта?! Где хотя бы капля уважения? – вспыхиваю я. Вивьен поднимает на меня свой взгляд. Зеленые глаза больше не горят. Там болото. И я в нем уже по горло увяз. – Я с трудом заменился. Хотел поговорить с тобой. Поэтому, будь так добра, удели мне немного своего бесценного внимания.

– Что непонятного во фразе «Я очень устала, Эйсто»? – Она закатывает глаза, а я сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

Высокомерная, равнодушная, раздраженная Вивьен.

Хочется придушить ее в такие моменты, но я всегда держу себя в руках.

– Я слышу это каждый день.

– Потому что я устаю каждый день, Эйсто! – Голос Вивьен повышается.

– Я тоже устал, Вивьен…

– Давай ляжем спать, ладно?

– Ты не поняла. Я устал от таких отношений, – с досадой вырывается из моих уст. Ее рука застывает на уровне лица. Вивьен не делает глоток виски, она, замерев, смотрит мне прямо в глаза. – Так не может продолжаться. Я вымотан, Вивьен.

– Что ты хочешь этим сказать? – Не отрывая от меня глаз, Вивьен медленно ставит стакан на кофейный столик.

– Я так больше не могу. – Каждое слово преодолевает барьер в моем горле. Но я говорю: – Я хочу, чтобы ты была рядом. Мне охренительно не хватает тебя, Вивьен. Но тебя просто нет. Мы не общаемся неделями. Неделями, Вивьен! Однажды ты переедешь жить в свою лабораторию, а я узнаю об этом в последнюю очередь!

– Не утрируй, – цокает она.

– Твою мать! – стискиваю зубы. Вивьен специально испытывает мое терпение на прочность, но я не выйду из себя.

– Пойду спать. Спасибо за содержательную беседу. – Вивьен выпрямляется на ногах и направляется в мою сторону, надеясь прошмыгнуть в спальню. Увы, Вивьен, не сегодня и уж точно не в этот раз.

– Не так быстро. – Я загораживаю ей грудью проход, она бросает на меня раздраженный беглый взгляд и пытается протиснуться между моим плечом и дверным косяком. – Я не шучу, Вивьен. – Ей не удастся сдвинуть меня с места даже на дюйм.

– Эйсто, что за цирк?

– Это ты устраиваешь представление. Я хочу нормально поговорить.

– Знаю. Проходили. Я слышала все эти упреки уже тысячу раз.

– Еще раз закатишь глаза – и я за себя не отвечаю.

Ее поведение бесит.

Гнев струится по венам. Подбирается к горлу. К мозгу. Еще немного, и я сорвусь. Еще чуть-чуть, и мой самоконтроль полетит к чертям. Я слишком долго терпел. Слишком многое держал в себе. Хватит.

– И что ты сделаешь? – сквозь зубы шипит она мне в лицо.

– Прошу, не провоцируй меня.

– Иначе что?! Великий, невозмутимый, безмятежный Эйсто выйдет из себя?!

Я не замечаю, как хватаю ее под локоть и в одно движение толкаю в сторону дивана.

– Присядь.

Мой голос резкий и твердый. Вивьен пятится и медленно опускается на подушки, раскрыв от изумления рот. Ее глаза округлились. Она напугана и не перестает смотреть на меня снизу вверх. Я подхожу ближе на пару шагов.

– Прости, если сделал больно. Я не хотел.

Я правда не хотел, но иногда она бывает просто невыносимой. Только она способна снести мне крышу. Только ее сумасшествие будит во мне зверя. Он таится где-то глубоко внутри меня. Он тихий и смирный. Он прикован. Но Вивьен мастерски призывает его. Дразнит его. Играет с ним в свои дикие, ненормальные игры. И он либо когда-нибудь сожрет ее, либо она в совершенстве овладеет дрессировкой.

– Я слушаю, Эйсто. – Вивьен снова холодная.

Я делаю глубокий вдох и стараюсь не обращать внимания на ее надменный вид. Лучше обойтись без скандала. Во всяком случае, я постараюсь.

– Я как никто другой понимаю, что ты выжата, устала и желаешь только одного – поскорее завалиться спать, но, прошу, сделай над собой усилие – поговори со мной.

– Уже делаю это гребаное усилие.

– Спасибо, – процеживаю сквозь зубы.

Спокойно, Эйсто.

– Вивьен, ты разве не видишь, что губишь наши отношения? Точнее твое отсутствие и безучастие в них.

– Что я могу сделать? Ты же знаешь…

– Твоя работа отнимает много времени. Да, – перебиваю ее. – Ты повторяешь это при каждом удобном случае. Но я больше не могу терпеть. Сколько раз за последний месяц ты ночевала дома?

– Ну…

– Я не о ночах со мной.

– Эйсто… – она растеряна.

– Сколько, Вивьен? Сколько раз в этом месяце ты спала в своей постели?

– Я не знаю. – Она отводит взгляд.

– Я знаю. – Мой тон заставляет ее снова взглянуть мне в глаза. – Шесть. Шесть ночей из тридцати одной. Шесть – в нашей квартире, остальные – в любимой лаборатории. И, черт возьми, я даже не знаю, что ты там делаешь! Невозможно тратить столько времени на разработку и исследования!

– У нас очень сложный проект…

– А у нас до хрена сложный период в отношениях, – выпаливаю ей в лицо. – Я хочу возвращаться домой к любимой девушке, которая ждет меня. Хочу представлять ее в нашей постели, и спешить к ней каждый день. Я, блин, хочу, чтобы после тяжелого рабочего дня, после того как я десять часов провел в операционной, сражаясь за жизнь пациента, она хотя бы изредка встречала меня в нашей квартире. Я хочу, чтобы она обнимала меня. Чтобы ее нежные руки снимали напряжение. Чтобы ее улыбка грела. Чтобы мы вместе садились за этот долбаный обеденный стол хотя бы раз в месяц и использовали его по назначению! Мне плевать даже если еда будет из ресторана. Плевать, если приготовишь ее не ты. Мне плевать. Я просто хочу видеть тебя, Вивьен. Хочу говорить с тобой. Хочу слышать твой голос чаще, чем раз в неделю. За последний час ты произнесла больше слов, чем за все гребаные семь дней! Это нормально?

– Я понимаю… – В глазах Вивьен собираются слезы. – Но я не могу бросить проект. Он важен. Мне действительно необходимо уделять много времени работе… – Она поднимается с дивана и приближается ко мне. – Пожалуйста, потерпи еще немного. – Ее тонкие пальцы касаются моей щеки.

И я хочу поддаться. Хочу расслабиться. Как обычно, забить. Ведь ее нежность – такое редкое явление. Я бы мог сейчас поцеловать ее, и мы бы перебрались в нашу кровать. Занялись бы сексом. Вместе уснули. Я бы подумал, что все наладится. Но все это я уже проходил. Вот только ни хрена не наладилось. Поэтому я накрываю руку Вивьен ладонью и спрашиваю, глядя прямо в глаза:

– Чем ты занимаешься?

– Я… Ничего особенного… новый препарат… Нужно протестировать и…

– Ложь. Ты снова лжешь мне.

– Я не могу сказать правду… – Она отводит взгляд.

– Об этом и речь! – Я сбрасываю ее ладонь со своего лица. – Как только ты пересекаешь порог Nebula, то превращаешься в другую Вивьен. Ту, которую я не знаю. Которая вместе с дверью в лабораторию закрывает и свое сердце. И сколько бы я ни ломился – ей все равно. Мне не достучаться до нее. Та Вивьен недоступна.

– Эйсто, пожалуйста, не допрашивай меня. Когда-нибудь, обещаю, я все тебе расскажу. – Ее рука опять касается моей щеки. Тонкие пальцы растирают скулу. – Я вернусь к нормальному режиму. Просто подожди, ладно? Еще немного…

– Сколько? Еще месяц? Два?

Хочется, чтобы ее взгляд вселял надежду. Но я смотрю на Вивьен и чувствую тревогу.

– Может… год… – неуверенно шепчет она и уже не смотрит на меня.

– Год?! – Все еще жду, что Вивьен засмеется или переведет слова в шутку, но она по-прежнему молчит и не смотрит на меня. На мою грудь. На пол. Только не на меня. – Вивьен…

Год.

Она не шутит. Она просит меня потерпеть еще год. Год с той, которая вроде бы есть, но одновременно ее и нет со мной.

Год с призраком Вивьен. С запахом ее духов и шампуня на простынях. Недопитого кофе возле кофемашины. Бокала вина с отпечатком помады на обеденном столе.

Год одиночества и редкой радости, когда она захочет пригреть меня.

Год тоски по той, которая, казалось бы, рядом.

Хватит.

– Нет… – Я медленно мотаю головой. – Нет, Вивьен… Я не для того делал тебе предложение, чтобы ждать еще год… Прости. – Накрываю тыльную сторону ее ладони рукой и медленно убираю со своей щеки.

– Эйсто, пожалуйста… – Ее взгляд тут же находит мой.

– Это выше моих сил. Прости, но я не смогу. – Отступаю от нее на пару шагов.

Один. Второй. Синхронно с грохотом сердца.

– Я люблю тебя, Эйсто… – Глаза Вивьен полны слез.

– Но я давно этого не чувствую от тебя.

Я не могу смотреть, как она плачет. Хочется обнять ее. Прижать к своей груди, скрыть от внешнего мира, защитить, успокоить, высушить ее слезы, сказать, что все наладится и мы переживем, как всегда. Мы ведь всегда справлялись. Справлялись ли?

Сейчас все не так. И я не могу лгать нам обоим.

Поэтому заставляю себя повернуться к Вивьен спиной и выйти из гостиной. Скрыться в стенах спальни. Я больше здесь никогда не усну. Ни с ней. Ни в одиночестве. Мой взгляд падает на собранные чемоданы у кровати.

Как же я надеялся, что развешу вещи обратно в наш шкаф.

Я не хочу уходить.

Я уже скучаю по ней. Как скучал все эти гребаные недели. И буду скучать всю жизнь. Видимо, это мой удел.

Вивьен высечена клеймом на моем сердце. Я хоть и хирург, но не уверен, что моих навыков достаточно, чтобы извлечь ее из моей груди. Этот случай слишком глубокий. Вечный. Как рак, который до смерти.

– Эйсто… – Слышу ее шепот за плечом и оборачиваюсь.

Вивьен открывает рот – хочет что-то сказать, но осекается, замечая собранные чемоданы посреди комнаты.

– Что это? – Ее взгляд тухнет, губы дрожат, она не хочет, но слезы срываются с ресниц и катятся по щекам. – Что это, Эйсто? – Она плачет.

Пожалуйста, не плачь.

Мне хочется иссушить ее слезы. Подойти к ней и стереть их своими пальцами или губами, но я не двигаюсь.

– Это все? – всхлипывает она.

– Да, Вивьен… – наконец отмираю я.

– Эйсто, пожалуйста. – Она бросается мне на шею, поднимается на носочки и утыкается лицом в футболку.

Я срываюсь.

Сжимаю ее талию так крепко, насколько хватает сил. Притягиваю ее к своему телу. Впитываю ее. Запоминаю. Изгибы, вибрации, запах. Пионы и лаванда.

Я скучаю, Вивьен. Скучаю. Скучаю. Скучаю.

Я плохой хирург. Я вот-вот вырву живое сердце. Два. Свое и твое.

– Я люблю тебя, Эйсто. Люблю тебя так сильно, – тараторит Вивьен сквозь слезы.

Сердце бешеное – боится. Душа кричит: «Не покидай! Клади скальпель».

Я дрожу.

Еще чуть-чуть, и я пошлю все к черту. Разнесу в щепки весь свой гребаный план и останусь с ней.

Но я режу.

– Я тоже люблю тебя, Совенок. Бесконечно люблю. – Выпускаю Вивьен из объятий, и она смотрит на меня сквозь слезы с мольбой в глазах.

– Тогда не уходи.

– Я не могу остаться. В конце концов, мы просто измотаем друг другу нервы и двинемся умом.

Последний раз касаюсь ее лица. Утираю слезы. Выдыхаю и сдерживаюсь, чтобы не поцеловать ее. Как же, черт побери, тяжело.

Сердце вырезано. Брошено в стиральную машину. Задан максимальный отжим. Оно расшибается, обливается кровью. Дохнет. Увы, деликатный режим не предусмотрен.

Я хватаю с кровати джинсовую рубашку, швыряю ее поверх чемодана, набрасываю на плечо дорожную спортивную сумку и быстро выхожу из спальни под звук бренчащих колесиков. Всхлипы Вивьен доносятся за моей спиной. Они становятся громче, и я зажмуриваю глаза. Черт. Грудь жжет изнутри. Мне плохо. Там кровоточат раны.

– Прости меня… – шепчу перед входной дверью, зная, что она не услышит. – Я слишком сильно тебя люблю. Слишком…

Я проворачиваю в замке ключ. Распахиваю дверь. Зачем-то топчусь в проеме несколько секунд.

– Прости… – произношу на выдохе.

Перетягиваю ноги и чемодан через порог и тихо закрываю за собой дверь.

Вот и все.

Я упираюсь плечами в запертую дверь. Откидываю голову. Сползаю на уровень чертового чемодана и накрываю ладонями лицо.

Боль реальна. Сердца будто нет. Будто скальпель на самом деле орудовал и изрезал все мое тело.

Боль сильная. Подступает к глазам.

Но мужчины не плачут. Верно?

***

Последний разговор всегда содержит слишком мало слов. У него нет границ, нет временных рамок, никто не спешит все закончить, но словарный запас исчерпывается за миг. Нам хочется многое сказать. Объясниться. Произнести что-то утешительное напоследок. Но мы молчим. Уносим все с собой, потому что не подбираем нужных фраз. А потом жалеем.

В тот день я ушел с грузом непроизнесенных вслух слов. С чувством вины за ее разбитое сердце.

Я предпочел упиваться болью вдали от Вивьен. Я уверял себя, что рядом с ней больнее. Но спустя месяц, по странному стечению обстоятельств, из-за глупой вечеринки Фреда, я снова нахожусь рядом с Вивьен. С моей родной Вивьен. Которую до сих пор безумно люблю.

До Луны и обратно.

Нет, больше. Я люблю ее до конца вселенной. Ничего не изменилось. Никогда не изменится.

Я кретин. Я полный идиот.

Зачем сопротивляюсь? Кому пытаюсь доказать свою силу, когда всегда был и остаюсь слаб перед ней?

Да, я ушел. Да, выдержал целый месяц без ее присутствия. И, возможно, продержался бы дольше, если бы Вивьен не появилась на этой дурацкой вечеринке, куда я зачем-то притащил Стеллу. А ведь я вообще не собирался туда идти.

Черт бы побрал эту Стеллу. Увивалась за мной всю неделю. Поджидала у клиники. До боли смешно, ведь именно этого я и желал. Я хотел, чтобы девушка меня ждала. Вот только хотел я этого от одной определенной девушки, которая прямо сейчас тихо дышит у меня под мышкой.

Не шевелясь, оглядываю лицо Вивьен еще раз. Она такая красивая… Расслабленная сейчас. Боги, как же я скучал весь этот месяц. Не было и дня, чтобы я не думал о ней, не винил себя, не хотел вернуться.

Я смотрю на нее и, кажется, теперь люблю еще сильнее. Эту умиротворенную Вивьен. Тихую. Спокойную. Нежную. Какой она была только со мной.

Ее веки медленно вздрагивают. Может, она уснула? Интересно, что ей снится?

Я невольно улыбаюсь, не сводя глаз с ее пухлых губ.

Хочу поцеловать их. Но имею ли право?

Наши руки едва соприкасаются. Кожа к коже. Где-то у локтя. Клянусь, я чувствую, как жжет это место. Тело начинает гореть. Мое дыхание учащается. Во рту пересохло, и я жадно сглатываю.

Черт, еще немного, и мне сорвет крышу.

Я не могу устоять. Она слишком близко. Меня тянет к ней.

Я медленно подталкиваю мизинец к ее пальцам. Пробираюсь под них. Осторожно. Трепетно. Будто я никогда не был с ней. Будто я робкий подросток, который налаживает первый контакт с девушкой.

Моя рука плавно скользит дальше, и мизинец Вивьен обвивает мой в ответ. Ее холодная кисть накрывает тыльную сторону моей ладони. Я задерживаю дыхание.

Она не спит.

И сейчас поплатится за это. Я больше не хозяин своего тела.

Я резко хватаю Вивьен за запястье и тяну на себя. Мы разворачиваемся друг к другу лицами, едва не столкнувшись лбами. Ее зеленые глаза горят напротив моих глаз. Ее ментоловое дыхание прямо у моих губ. Я чувствую ее вздох на кончике языка. Я голоден. Я пожираю взглядом ее красивое лицо. Хочу насытиться. Обхватываю рукой ее затылок и спускаю с цепи изголодавшегося зверя.

Глава 10. Короли медицины теряют свои силы

Статус проекта «DiveIN2»: активен

Вивьен

Эйсто рывком притягивает меня к своему лицу и набрасывается на мои губы. Целует меня. Жадно. Рьяно. Будто знает, что не целовал меня целый год. Горячий язык нетерпеливо проталкивается мне в рот и сплетается с моим языком. От этого жаркого танца по телу проносится электрический разряд и оседает спазмом внизу живота. Я вздрагиваю и невольно сжимаю бедра. Нутро пронизывает возбуждение. Так целовать умеет только Эйсто.

Его чувственные губы напористо терзают мои. Крепкая ладонь разжимается вокруг моего запястья и с натиском скользит вдоль изгиба бедра к талии.

Я горю.

Не спасает даже промозглый ветер. Кожа пылает под ласками его рук. Жар, исходящий от тела Эйсто, проникает сквозь тонкое платье и заставляет кровь вскипать от желания.

Эйсто обхватывает мою шею и, углубляя поцелуй, перекатывает меня на спину. Придавливает лопатками к пирсу, нависая сверху. Его язык внутри моего рта доводит меня до исступления. Я стону сквозь поцелуй и притягиваю Эйсто еще ближе.

Хочу быть еще глубже.

Хочу еще жарче.

Хочу гореть в его объятиях. Задыхаться под его торсом и стонать еще громче. Хочу его всего. Целиком и полностью. Моего Эйсто. Мужчину моей жизни.

Его пальцы скользят вдоль моего колена и отводят его в сторону. Он толкается пахом мне между ног, разводя их шире. Я выгибаюсь навстречу толчку, и с моих губ срывается неразборчивый всхлип. Эйсто ловит его и слабо прикусывает мою нижнюю губу. Оттягивает и снова кусает. Он опускается к шее, задевая зубами мой подбородок, и выкладывает дорожку из страстных поцелуев до обнаженной ключицы. Я запрокидываю голову и стону в ночное небо. Эта сладкая пытка сводит меня с ума.

– Моя любимая песня… – рычит Эйсто сквозь поцелуи. – Твои стоны.

Он толкается в меня снова и вдавливает мощным телом в дощатый пирс. Моя шея пылает от ласк языка Эйсто. Наверняка останутся следы. Но какая к черту разница? Я именно этого и хотела.

Рука Эйсто проскальзывает под подол платья. Я сгибаю ноги в коленях, когда его пальцы достигают резинки трусиков на бедрах, и платье задирается до живота. Но я не чувствую холода. Только горячие прикосновения Эйсто. Ладони Эйсто. Пальцы Эйсто. Поцелуй, который не прерывается ни на секунду, как будто мы изголодались, сорвались и теперь готовы сожрать друг друга.

Он цепляет мою ногу свободной рукой и забрасывает себе на бедра. Вторую ладонь просовывает под мою задницу, сжимает ягодицу и дергает меня на себя. Он возбужден до предела. Чувствую его твердый член даже сквозь джинсы и ерзаю под ним, ощущая, как сильно взмокла. Я не могу больше терпеть.

– Эйсто… – прерывисто выдыхаю я, врезаясь в твердое горячее тело.

Хочу больше. Хочу его внутри. Хочу всего Эйсто.

Я льну к нему крепче, подстраиваюсь под напор его ласк. Я тлею под ним. Жар его тела опьяняет. Голова кружится. Я хватаю ртом прохладный воздух и снова упиваюсь пылким поцелуем, заглушающим мой стон.

Он жжет меня. Я жгу себя, отвечая взаимностью каждому касанию Эйсто. И я согласна вечно гореть в этой агонии.

Платье уже давно лишнее. Оно и так подвернуто почти по шею.

Снимай же его скорее.

Эйсто спускается к шее и посасывает ее, лижет, а потом кусает, оттягивая кожу.

– Господи… – На громком выдохе я выгибаюсь к Эйсто, когда его губы опускаются на мой живот.

Он крепко держит меня за талию и целует, двигаясь ниже. Я запрокидываю голову и уже не сдерживаю стонов. Я таю под его ласками и вздрагиваю, когда язык оставляет влажную дорожку между выпирающих костяшек на уровне бедер.

– Эйсто! – Тело рефлекторно дергается вперед. Оно хочет большего. Я хочу большего. Не изводи меня, Эйсто. Дай себя. Дай почувствовать твою любовь снова.

Его пальцы сдвигают резинку моих трусиков на пару дюймов, Эйсто проводит кончиком языка по обнаженной коже, и по низу живота разливается ноющая дрожь. Я впиваюсь пальцами ему в волосы и тяну, выпуская стон к звездам.

Эйсто резко подтягивается на уровень моего лица, упирается локтями по обе стороны от моей головы и нависает надо мной подобно хищнику.

Напади на меня. Поддайся животному инстинкту. Возьми меня так, будто берешь в последний раз. Я вижу, ты хочешь.

В его глазах туман сегодняшнего неба. Он будто одержимый, безумный, возвышается надо мной и вот-вот сорвется. В его глазах дым. Бездна исступления. И я хочу туда. Вместе с ним. Он и слова не скажет, а я уже прыгну. Ему не нужно меня звать.

– Вивьен… – шепчет Эйсто, и я вздрагиваю. – Прости меня. – Его дыхание застывает на моих губах. Доски пирса впиваются мне в спину, но я все равно ни за что не поменяю положение, когда Эйсто так близко. – Я совершил ошибку, когда…

– Тшш… – Я прислоняю подушечки пальцев к его губам. – Все разговоры оставим на потом. Я слишком истосковалась по тебе.

– Я скучал каждый день.

– Тогда поцелуй меня.

Меня не нужно звать, а Эйсто не нужно просить. Его губы накрывают мой рот раньше, чем я успеваю закончить фразу.

– Едем домой. – Хриплый шепот Эйсто пробивается сквозь поцелуй. – Не могу позволить тебе простудиться.

Домой.

Там, где мы ходили босиком по кухонному кафелю, и Эйсто учил меня варить самый вкусный кофе.

Там, где ранним утром зарождалась «война» за очередь в ванную. Я всегда выигрывала. Думаю, он каждый раз поддавался мне.

Там, где постоянно был распахнут балкон. Где в белых кирпичных стенах гостиной оседал свежий воздух родного Рочестера. Там, где тонкий тюль танцевал вальс в паре с легким ветром. Там, где каждый вечер зажигались свечи, а широкие бокалы наполнялись красным вином. Там, где всегда была теплая постель. Там, где когда-то были мы. Там, где когда-то было счастье.

Когда Эйсто захлопнул за собой дверь в последний раз, он забрал с собой дом. Понятие этого слова обесценилось. Навсегда потухли свечи. Широкие бокалы сменились единственным роксом. Заменой вину послужил терпкий виски. Вальс превратился в раздражающую путаницу штор. Ванная обрела долгожданный покой. Кофе стал мерзким и горьким. В тысячу раз охладела постель. Исчезло все тепло. С ним растворилась и я.

Из привычки – только мои ледяные босые ноги, настежь открытый балкон, запах одинокого Рочестера, разбавленный дымом сигарет, и я – такая же одинокая, разбитая и несчастная. Ни фрагмента любимого Эйсто. Он не просто покинул наш дом, он унес его в себе. Вместе с моей душой, привязанной к его сердцу.

– Едем домой, – едва слышно повторяю я и оставляю нежный поцелуй на губах Эйсто.

Он помогает мне подняться, складывает плед и сует его мне в руки.

– Эй! Внутренний джентльмен растворился с наступлением ночи?

– Замолчи, Совенок. – Эйсто одним махом подхватывает меня на руки и перекидывает через плечо. Я взвизгиваю и едва не роняю плед. – Держи крепче. – Он шлепает меня по оттопыренной заднице и смеется. Мой вопль разносится эхом по озеру и перерастает в звонкий смех.

Я ерзаю на его плече и пытаюсь обтянуть короткое платье. Безрезультатно. При каждом шаге оно все равно задирается на уровень бедер. Эйсто посмеивается, за что получает легкий удар по спине.

– Ауч!

– Будешь знать, как смеяться надо мной! – Я слабо шлепаю его еще раз, но тут же жалею об этом. Горячая ладонь Эйсто нагло ныряет под платье и крепко сжимает мою обнаженную ягодицу.

– Имей в виду: за распущенные руки наказание несет задница.

Я не успеваю раскрыть рта, как резкий шлепок разбивается об мою пятую точку. И мне даже не надо видеть, чтобы знать, насколько коварно сейчас улыбается Эйсто.

– Прекрати! – Я заливаюсь смехом и тут же прикусываю нижнюю губу, ощущая, как кожа под его рукой начинает полыхать огнем. Место удара саднит, но мое тело усыпается дрожью. И ветер здесь абсолютно ни при чем.

– Гони ключи, – командует Эйсто.

– Ставь меня на ноги.

– Земля промерзла. Усажу тебя в машину.

– Какое невиданное благородство! – Эйсто сопровождает мой сарказм очередным шлепком по заднице. – Ай!

– Ключи, мисс Сладкая попка.

– В боковом кармане платья. – Я едва сдерживаю смех.

– Вот так бы сразу.

– Подался в командиры?

– А ты в мазохистки?

Эйсто открывает дверцу со стороны водительского сиденья и аккуратно опускает меня в салон «Понтиака».

– Хорошая работа, доктор Торнтон.

– Не благодарите, Ваше Совиное Величество.

Я стискиваю зубы, хватаю его за руку и резко дергаю на себя. Запрокидываю голову так, чтобы оказаться под его лицом. Эйсто склоняется ближе. Между наших губ остается всего дюйм, и я без предупреждения преодолеваю это расстояние.

– Как тебе такая благодарность? – выдыхаю сквозь поцелуй и оттягиваю зубами его нижнюю губу.

– С такой благодарностью мы не доедем до дома, потому что я возьму тебя прямо здесь, в этой тачке, хочешь ты того или нет. – Во взгляде Эйсто полыхают языки пламени. Он на взводе и не шутит.

– Мистер, куда вы подевали доктора Торнтона? – Я отстраняюсь от его лица, вскидывая брови. – Что за выражения? – посмеиваюсь.

– Еще одно слово, и я продемонстрирую тебе всю серьезность своих намерений. – Его улыбка приобретает соблазнительный оскал.

О боги… Я и забыла, насколько он сексуален, когда возбужден.

– Год в разлуке развратил твое сознание, – парирую я без задней мысли, но до меня тут же доходит, что я снова ляпнула лишнего.

Твою ж мать, Вивьен.

Я растерянно смотрю ему в глаза и не знаю, какими словами спасать ситуацию, но за меня это делает сам Эйсто:

– Для меня тоже прошел словно год, Вивьен. – Его тон теперь серьезен, а взгляд полон тоски. Той же, что долгие месяцы щемит и мою душу.

Он тоже сожалеет. Тогда он тоже хотел все вернуть. И если бы мы только попытались, спустя всего лишь месяц разлуки… Если бы только смогли встретиться и поговорить. Но у нас не получилось. И все стало слишком сложным. С каждым месяцем мы все больше отдалялись друг от друга и отдаляли от себя мысль попробовать заново. И теперь, в реальности, мне уже не вернуть его. В реальности он уже повязан оковами Стеллы.

Еще пару секунд мы, не отрываясь, смотрим друг другу в глаза. Я проглатываю горечь. Отталкиваю свои навязчивые мысли. Стеллу. Боль. Нужно сфокусироваться на «здесь и сейчас». Здесь – в рамках проекта «Погружение». Сейчас – рядом с моим Эйсто. Все еще моим.

Он отводит взгляд в сторону и захлопывает дверцу машины. Огибает капот и устраивается на пассажирском сиденье.

– Ладно, поехали. – Эйсто защелкивает ремень безопасности.

Мы покидаем «наше» место по знакомой трассе. Колеса «Понтиака» прокатали здесь не одну сотню миль. Эйсто включает радио и начинает бегло перелистывать станции. Я наблюдаю за движениями его длинных пальцев, скольжу взглядом от кисти к предплечью, разглядывая крепкие руки. Руки хирурга. Он творит ими чудеса. И не только со своими пациентами, но и со мной. Эйсто сглатывает, и мой взгляд цепляется за острый кадык. Хочу поцеловать его прямо туда, потом выше – усыпать поцелуями колючий подбородок и добраться до пухлых губ. Сладких губ. Самых желанных губ во всей вселенной.

– Следи за дорогой, Совенок. Мы ведь хотим добраться домой целыми?

– Все-то ты видишь, – фыркаю я и отворачиваюсь. Зоркий засранец.

– Наша песня. – Пальцы Эйсто замирают над приборной панелью, и из колонок доносится неповторимый голос Брайана Молко¹⁸.

Я знаю эту песню наизусть. Нашу с Эйсто песню с символичным названием Kings of medicine¹⁹.

– Не оставляй меня в пути без знания, куда идти²⁰. – Эйсто откидывается на подголовник и начинает тихо подпевать: – Не покидай меня, мой свет, ведь на́чать путь где – мысли нет. – Он поворачивается в мою сторону, и я чувствую, как начинают полыхать щеки. – Я обращался к медицине, но даже лучшие бессильны.

Не меня, а сердце бросает в жар, пока его голос овладевает моим разумом, а взгляд прожигает насквозь. Я даже не слышу тягучий вокал Брайана Молко. Все мое внимание приковано к пению Эйсто – редкому явлению, которое я обожаю больше, чем его рассказы о звездах. Тембр низкий, окрашенный бархатной хрипотцой. Он окутывает и словно пробирается в самые мрачные уголки души. Осветляет их. Согревает своим трепетом так сильно, что щемит в сердце. Если бы он не посвятил свою жизнь медицине, Эйсто бы мог запросто построить успешную карьеру рок-звезды. А я была бы его самой ярой фанаткой, если уже ею не стала. Наслаждалась бы его голосом целую вечность. Впитывала бы каждый звук. Каждую вибрацию. Пускала бы его песни по венам как наркотик и ловила бы приход за приходом.

Я слишком долго была лишена этого кайфа. Меня слишком долго ломало. И теперь мне точно сорвет крышу от воздержания.

– Совсем один остался я, лишь время – спутница моя. Не оставляй меня… – тихо заканчивает Эйсто, и я чувствую – меня накрывает.

Наркотик начал действовать. Эффект туманит сознание. Взгляд Эйсто испепеляет меня изнутри. Проедает кожу. Кровь вскипает. Вены будто бурлящие котлы. Я впиваюсь пальцами в руль и быстро сворачиваю на обочину.

Наша песня – мой личный триггер. Она отбрасывает обратно в прошлое, где наше счастье с Эйсто казалось безграничным. Я вспоминаю все счастливые моменты, каких не сосчитать. Они проносятся в голове словно кино на быстрой перемотке. Эти моменты теперь самые горькие. Покрытые пылью несбывшихся надежд. Не осталось ничего кроме боли. Но благодаря ей я создала для нас второй шанс.

Я резко торможу. В отличие от моего разума – мы с ним тронулись.

– Что ты вытворяешь?! – Эйсто дергается, вцепившись в ремень безопасности, и смотрит на меня испуганным взглядом. – Впервые в жизни не пожалел, что пристегнулся! Ты сумасш…

– Заткнись. – Я обрываю его на полуслове. Отстегиваю оба ремня и перекидываю ногу через бедра Эйсто. Усаживаюсь на него сверху и плотно прижимаюсь промежностью к его паху.

– Тебя укусил бешеный енот в лесу?

– Ага. – Мое дыхание сбито. – Эйсто зовут. Знаешь такого?

Я не даю ему возможности ответить и запечатываю губы настойчивым поцелуем. Дом в отличие от меня способен подождать. Он стойкий и крепкий, а я – взвинченная и безвольная рядом с Эйсто. Кто я такая против его чар?

Дрожащими руками я нащупываю край его футболки и резко тяну вверх. Прерываю поцелуй всего на секунду, чтобы сорвать с Эйсто одежду. Мое платье и лифчик летят следом за футболкой на заднее сиденье «Понтиака». Не знаю, кто раздевал меня: он или я. Мозг отключился уже несколько минут назад.

Мои ладони скользят по его твердой груди. Эйсто часто дышит. Он такой горячий. И я плавлюсь от соприкосновения наших тел. Его мышцы напряжены до предела. Я даже не могу впиться ногтями ему в плечи. Он слишком твердый. И я царапаю загорелую кожу, седлая его сквозь джинсы. Эйсто рычит в мой рот и вонзается губами в шею.

Мы оба озверели. Обезумели. И сегодня мы вместе сгорим дотла.

Мои пальцы трясутся, но я добираюсь до пряжки ремня и расстегиваю ширинку. Эйсто приподнимает бедра, помогая мне стащить вниз его джинсы вместе с боксерами.

Я снова опускаюсь на его пах и чувствую твердую плоть, упирающуюся мне в промежность. Эйсто желает меня так же дико, как и я его. И это неистовое желание захлестывает нас с головой.

Я ерзаю вдоль взбухшего члена и обхватываю его рукой. Сдавливаю в кулаке и скольжу сверху вниз по всей длине.

– О боги… – хрипит Эйсто вдоль моей ключицы и кусает меня.

Его руки грубо сжимают мои бедра и проскальзывают между моих ног. Он слегка приподнимает меня над собой и отодвигает трусики в сторону.

– О, черт… – Его пальцы надавливают на клитор, и я запрокидываю голову к крыше «Понтиака», постанывая.

Моя хватка вокруг члена усиливается. Я увеличиваю темп и начинаю чаще ласкать его плоть.

– Мать твою… – сквозь зубы шипит Эйсто, откидывая голову на спинку сиденья. – Невозможно хотеть тебя еще сильнее. – Он хватает меня за волосы на затылке и притягивает мое лицо к своему.

Его глаза бешеные. Сверкают необузданной страстью, желанием взять меня, снова сделать своей, заставить меня громко стонать его имя.

Он сбрасывает мою ладонь с пульсирующего члена и, не прекращая смотреть мне в глаза, резко насаживает меня на себя.

– Боги… – выдыхаю я синхронно с глухим стоном Эйсто.

Мои глаза закрываются, и я принимаю его до упора.

Пару секунд мы не двигаемся. Позволяем нашим телам привыкнуть друг к другу. Прерывистое дыхание Эйсто обжигает губы. Он дразнит языком мой рот, а потом совершает толчок. Выходит из меня наполовину и снова нетерпеливо проталкивается внутрь.

Рывок. Еще один. Я сжимаюсь вокруг него и покрываюсь дрожью. Боги… Я на грани, чтобы сойти с ума.

Эйсто разрывает поцелуй и опускает губы на мой сосок. Я выгибаюсь навстречу, запрокидывая голову. Мои пальцы путаются в его волосах. Я сильнее прижимаю его к груди и захлебываюсь в стонах, когда Эйсто начинает трахать меня жестче. Его ладони сжимают мои бедра, контролируя глубину проникновения. Он входит во всю длину, каждым толчком врезаясь в меня сильнее.

– Еще, пожалуйста, еще… – Я тяну его за волосы, заставляя оторваться от груди и взглянуть мне в глаза. Склоняюсь над его лицом, едва соприкасаясь губами. – Еще, Эйсто. – Цепляю зубами его нижнюю губу. – Как будто в последний раз.

Он набрасывается на меня и углубляет ненасытный поцелуй. Вдалбливается в меня рывок за рывком. Погружается резче и глубже. Стимулирует точку внутри меня и пронизывает импульсом насквозь. Я упираюсь локтями ему в плечи, запускаю обе руки в волосы на его затылке и кончаю с именем Эйсто на финальном всхлипе.

– Ты божественна, Вивьен. – Его стон обрушивается на меня сквозь пелену оргазма, и я падаю на влажный торс Эйсто.

– Это было изумительно… – у меня едва получается произнести вслух.

– Не рассказывай. Я здесь был. – Не открывая глаз, чувствую, как улыбается Эйсто.

Он откидывает сиденье и утягивает меня за собой. Эйсто не выходит из меня и крепко обнимает. Я прислоняюсь щекой к его груди и слышу неровный стук сердца. Оно колотится в том же темпе, что и мое. Бешеное. Счастливое. Снова любимое. Эйсто упирается подбородком мне в макушку и запускает руку в волосы. Перебирает локоны и пропускает их между пальцев. Мне так хорошо. Я льну к нему ближе. Таю в этих теплых объятиях и чувствую себя по-настоящему счастливой. Не верится, что все могло сложиться именно так. А ведь могло бы. Ведь сейчас мы проживаем одну из альтернативных реальностей.

Все могло бы быть именно так. Счастливо. Если бы он был смелее, а я – менее гордой. Если бы знала, что та вечеринка – наш последний шанс на разговор. Если бы понимала, что Стелла – это всерьез.

Я утыкаюсь носом Эйсто в шею и делаю глубокий вдох. Один. Второй. Мало, чтобы отогнать ненужные мысли. Третий. Родной запах Эйсто действует как седативное вещество. Такой особенный, манящий и успокаивающий. Эйсто реален. Он снова рядом. После бездыханного года я снова дышу им. И оживаю.

Хочется запереться в этой машине навечно. Скрыться за запотевшими стеклами и никого не подпускать. К черту шум с трассы, шелест деревьев, ветер и скорый рассвет. К черту. Туман обволакивает «Понтиак», будто создавая дополнительную защиту.

Мы в стальном коконе, в искусственно созданной микровселенной, но это реальнее, чем вся моя жизнь за прошедший год. Это ощущение стоило риска. Я ни капли не жалею. И я бы на самом деле провела в его объятиях целую вечность, но пролетающая мимо машина решает иначе.

Туман рассеивается. Наши лица освещает свет фар. Эйсто неохотно выпускает меня из рук и помогает перебраться на водительское сиденье.

Но это не конец моей сказки. Она закончится, когда решу я сама.

– Подай мне платье, пожалуйста, – прошу я, застегивая лифчик.

– Зачем? По-моему, так даже лучше. – На щеках Эйсто проглядываются неглубокие ямочки, и я улыбаюсь в ответ.

Сама тянусь за платьем к заднему сиденью, опираюсь на колено и прогибаюсь в спине, оттопыривая задницу. Эйсто наблюдает за мной и присвистывает. Я закатываю глаза, усаживаясь обратно.

– Даю сотку, если проделаешь это еще раз.

– Извращенец, – смеюсь я, натягивая платье через голову. – Твоя футболка, кстати, там же. Не собираешься ее надеть?

– Нет. – Он потягивается в кресле, а я облизываю губы, скользя взглядом по напрягшемуся торсу. Низ живота начинает снова пульсировать. – Нравится то, что видишь? – Эйсто ловит мой взгляд.

– Надень футболку. – Я краснею и отворачиваюсь.

– Не в силах сдерживать возбуждение, Совенок? – он ухмыляется.

– Еще слово, и поедешь до дома в багажнике. – Я искоса поглядываю на него.

– Брось. – Он вплотную придвигается к моему лицу. – Я тоже едва держу себя в руках. – Его дыхание касается мочки моего уха. Я опять дрожу. – Не думай, что мне было достаточно, Вивьен. – Я сглатываю. – Одна мысль о тебе, обнаженной, в нашей постели, и у меня встает за считаные секунды.

– Эм… – Я прокашливаюсь. Я отвыкла от его грязных намеков, и поэтому мое тело так бурно реагирует сейчас.

Эйсто касается моего лица и закладывает за ухо выбившийся локон. Его пальцы застывают в области шеи и нежно скользят вниз вдоль декольте платья.

– Вы дрожите, мисс Аулет… – продолжает шептать он мне на ухо. – Вы точно в состоянии управлять транспортным средством?

Я резко прокручиваю ключ в коробке зажигания и вдавливаю педаль газа в пол, выворачивая руль. Эйсто откидывает в кресло. Он усмехается и быстро хватается за ремень безопасности, перетягивая его через плечо.

– Как показывает опыт, с тобой лучше быть пристегнутым.

– Верное решение, доктор Торнтон, – победно хмыкаю я.

***

Минут двадцать пути, моих попыток не коситься в сторону красавца с голым торсом на соседнем сиденье, и «Понтиак» паркуется в знакомом районе Рочестера.

– Целый месяц я объезжал это место. – Эйсто выбирается из машины и оглядывает дом, в котором когда-то жили мы.

– Вот как…

Сердце обливается кровью, а я выдавливаю всего лишь глупое «Вот как».

Вот так, Вивьен.

Он объезжал, а ты каждый день надеялась, что он заедет хотя бы за забытыми вещами.

К черту.

Я направляюсь к багажнику, чтобы забрать свои туфли.

– Стой, где стоишь! – Эйсто натягивает на себя футболку. – Я подам.

Он огибает машину, прихватывает туфли и приседает, склоняясь к моим ступням. Аккуратно всовывает каждую внутрь и поглаживает мои ноги.

Эйсто так нежен. Заботлив. И мне горько от того, что раньше я принимала это за должное. Он всегда любил меня больше. Почему я вижу это только сейчас?

– Или я могу донести тебя до постели. – Он улыбается, сидя на корточках, и поглядывает на меня исподлобья. Его пальцы ласкают мои ноги, губы целуют каждое колено. Я забываю, как дышать. В глазах проступают слезы.

Эйсто, я люблю тебя. Люблю. Люблю. Люблю.

Но вместо этого я отвечаю:

– Хватит с тебя на сегодня тяжестей.

Эйсто усмехается и выпрямляется во весь рост.

– Эти туфли весят больше, чем ты сама. – Он цепляет пальцами мой подбородок. Заставляет взглянуть ему прямо в глаза. Мое сердце замирает. – Я такой дурак, Вивьен… – Его большой палец гладит мою щеку. – Я не должен был оставлять тебя. Ты ведь просила потерпеть.

– Эйсто…

– Прости меня.

– Давно простила.

Он притягивает меня к своей груди, и я утыкаюсь носом в его шею. Закрываю глаза.

Как же чертовски сильно я его люблю. Если бы он только знал.

Его руки крепко сжимаю мое тело, но я согласна, даже если он переломает мне ребра.

Мой Эйсто. Родной Эйсто.

Почему нельзя переиграть все в реальности?

На самом деле, дурак здесь вовсе не он. Я единственная дура.

– Идем. – Он тянет меня за руку к парадной двери.

И я иду.

Я, мое сожаление и горечь.

Глава 11. Счастливые часов не наблюдают

Статус проекта «DiveIN2»: активен

Эйсто

Я переступаю порог квартиры, которую покинул больше месяца назад. Я сам отсюда ушел. Сам закрыл за собой дверь и оставил Вивьен. Она плакала, а я ушел. Сам. И теперь чувство вины окатывает меня с новой силой.

Вивьен улыбается мне, сбрасывает туфли и на носочках проскальзывает в гостиную. Я стягиваю кроссовки и ступаю по паркету, по которому недавно уезжал за дверь мой чемодан.

К черту.

Провожу рукой по волосам и отгоняю гнетущие мысли. Я и так прокручивал их в голове каждый день. И каждый день сожалел. Но я все исправлю. Только если она позволит.

Я захожу в просторную гостиную, которая когда-то принадлежала нам. Но от нас здесь не осталось и следа. Теперь здесь живет одиночество. Им сквозит из окон. Им пропитаны стены. Этот жуткий холод захватил мебель, потолок и пол.

Вивьен маячит в кухонной зоне, сгребая со столешниц пустые бутылки. Она не видит, что я наблюдаю за ней. Наверное думает, что я ничего не замечаю, раз стою в дверях. Наверное считает, что пепельницу на краю обеденного стола, доверху набитую окурками, я тоже не увидел.

Этот месяц губил Вивьен. И виной всему я – Эйсто Торнтон – гребаный мудак и тупица, раз не осознал раньше, что нам обоим плохо порознь. Да, мы много ругались в последнее время, но сейчас я бы отдал все даже за ссору с ней. Лучше ссориться с Вивьен, чем жить без нее. Мне хватило месяца, чтобы это понять.

– Эм… Проходи, – неловко приглашает Вивьен, засовывая в шкафчик недопитый Джонни Уокер²¹, и выводит меня из удручающего транса. – Хочешь чего-нибудь?

– Тебя. – Я пристально смотрю ей прямо в глаза.

Вивьен краснеет, и мне это чертовски нравится. Сразу вспоминаю первые месяцы нашего знакомства, когда острый язык Вивьен был способен ответить любому, но только не мне. Рядом со мной эта дерзкая девчонка теряла дар речи. А стоило мне шепнуть ей на ухо какую-нибудь ласковую пошлость, ее щеки становились ярче спелых томатов. Удивительно, но до сих пор работает, и я от этого просто тащусь.

Я медленно подхожу к Вивьен, обнимаю ее со спины и притягиваю стройное тело к своей груди. В моих руках она такая хрупкая, что может показаться, будто мои объятия ломают ее, но я никогда не причиню ей боль. Больше никогда.

Я закрываю глаза и зарываюсь носом в светлые волосы. Они по-прежнему пахнут цветами. Пионы. Немного лаванды. Но теперь ощущаю и тонкую примесь табака. Вдыхаю полной грудью. Табак не мешает прочувствовать родной запах Вивьен. Ее аромат постепенно обволакивает легкие. Проникает под кожу. Добирается до мозга и пьянит его. Все как раньше.

Как я вообще мог предположить, что ей есть замена? Ведь подобных Вивьен нет.

Она особенна в своем виде. Уникальный экземпляр во вселенной, и она сводит меня с ума.

Можно ли любить кого-то еще сильнее? Думаю, нет. И меня передергивает от одной лишь мысли, что я действительно мог потерять ее по глупости.

– Черт, Вивьен, как же я скучал… – Мои слова пропитаны десятками тысяч минут тоски по ней.

– Я вдвое сильней. – Она накрывает мою руку своей ладонью и подносит пальцы к губам. Целует их и ластится об мою кисть. Я сильнее сжимаю ее в объятиях.

Обожаю Вивьен нежной. Когда она кажется такой робкой и застенчивой. Когда ее действия нерешительные, несвойственные ее дерзкой натуре. Когда знаю, что такая она только со мной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Walmart – крупнейшая в мире американская сеть магазинов оптовой и розничной торговли.

Вернуться

2

Мантис – девушка-эмпат, которую вербуют Стражи Галактики, она способна чувствовать эмоции другого существа с помощью прикосновения.

Вернуться

3

Аулет – так произносится на английском языке слово «owlet», что означает «совенок».

Вернуться

4

TLC – развлекательный телевизионный канал семейства Discovery.

Вернуться

5

«Хижина в лесу» – американский фильм ужасов, в котором пятеро друзей едут на уикенд в хижину в лесу, не подозревая, что становятся невольными участниками тщательно спланированной операции.

Вернуться

6

«Я плюю на ваши могилы» – американский триллер, в котором молодая писательница снимает домик в глухом лесу, чтобы написать роман. Но четверо местных отморозков имеют на нее другие планы.

Вернуться

7

Принцесса Мерида – главная героиня мультфильма студии Disney «Храбрая сердцем».

Вернуться

8

Будвайзер – торговая марка пива.

Вернуться

9

Ваадху – остров в Мальдивском архипелаге, знаменитый своим «светящимся» пляжем, за которым закрепилось название «Море звезд».

Вернуться

10

Петрификус Тоталус – заклинание полной парализации противника (серия книг Дж. Роулинг о Гарри Поттере).

Вернуться

11

Викодин – сильнодействующее обезболивающее. Считается наркотическим веществом класса опиатов.

Вернуться

12

Имеется в виду виски Jack Daniel's.

Вернуться

13

Гринч – антропоморфный зелёный персонаж, созданный Доктором Сьюзом, и главный герой его детской книги «Как Гринч украл Рождество».

Вернуться

14

Дежавю – ощущение, что переживаемое в настоящее время состояние уже имело место в прошлом.

Вернуться

15

Форрест Гамп – персонаж одноименного романа и фильма «Форрест Гамп», слабоумный безобидный человек с благородным сердцем и необыкновенной историей своей жизни. Здесь проведена параллель с его выдающейся беговой способностью.

Вернуться

16

Crystal Castles – канадская группа, исполняющая экспериментальную электронную музыку.

Вернуться

17

Рокс – представляет собой низкий и широкий стакан с толстым днищем, в который обычно наливают виски со льдом.

Вернуться

18

Брайан Молко – вокалист, гитарист и автор песен британской музыкальной группы Placebo.

Вернуться

19

«Короли медицины».

Вернуться

20

прим. художественного перевода текста песни Placebo – Kings of medicine

Вернуться

21

Джонни Уокер – известная марка виски.

Вернуться