Керанея
Шорох лет

ЯНВАРЬ

Тень от пера на тонких страницах,

Нам больше не надо, мы помним Январь –

Грозны наши крылья, тепла киноварь,

Морозные отблески в очах у птицы.

Дым, ясно небо и перья стальные,

Сигнальный огонь разжигает Орда,

И помнит Январь золотая луна,

Видавшая с треском войска боевые.

Заброшены гнёзда, охвачен морозом

Пустующий дом на ветвях Иггдрасиля.

Мы – птицы – тоску и лишенья осиля,

Летим снова ввысь, гонимые грёзой,

Летим в разукрашенный кровью туман,

Дабы в покое оставить народ,

Встречающий каждый когда-то восход.

Оставить навеки под снежный курган.

Наш смех раздается с небесного свода.

Боятся нас люди – Январские дети –

Хватило им свиста веревочной плети.

Вот близко в сонате прелестная кода.

Нарушен Мидгардом наш древний закон,

И загнаны в клетку лучшие войны.

Последняя гвардия тех, что достойны,

Летит за зимой на последний поклон.

За нами – беда, расставанья, лишенья,

Но это ничто по сравнению с тем,

Как крыльем взрываем мы небо, затем

Сгораем на солнце, себя не жалея.

Не знает о страхе дурная обитель,

И руны на камне танцуют по кругу,

Виня за бестактность Январскую вьюгу,

Забыв, что она всех историй хранитель,

Забыв, что без светлого нету и тени,

Забыв, что без снега вода не течёт.

У нас лишь полёт обретает почёт,

Под снегом – лишь кости умерших в мучении.

Они никогда не увидят рассвета,

Их вечные сны посещают теперь.

Пускай отдыхают, с них хватит потерь.

Враги или наши? Не знаем ответа.

На старт! Начинается шахматный бой –

Поля разделённы на равные части.

Жаль, первыми падают низкие масти,

Образую рядами отважнейший строй.

За них только хочется дальше и дальше

Раскачивать крыльями времени лестницу,

А с теми. Кто выше, нам боле не встретиться.

Они не погибли, нет! Просто им страшно.

Мы мхом зарастаем степенно с годами.

Увидим ли мы цитадель в небесах?

Камень на камне в ее облаках

Все держатся в сгустке зимы над горами.

Уж чувство такое, что нам не успеть,

Что Купол Небесный исчезнет из хроник,

И выпадут целые главы историй

На тонких-претонких страницах теперь.

Жизнь ведь действительно осень проста:

В нашей Вселенной все равноценно.

Отнял – потеряй свое самое ценное.

Знаем, что их не вернуть никогда.

Надо, нам надо к жрице небесной,

Дабы Январский обряд совершить

И войны, лишения скорее забыть,

Простить тех, кто снизу остался навечно.

Жрица – богиня небесная – даст нам

Весну и свободу, как вольную – людям.

Вот близко прелестный финал у прелюдий.

Едины их помыслы с нашими?

Вряд ли!

И скоро совсем растворятся страницы,

Мы – воины – последний поклон отдадим,

Январский обряд наконец совершим,

Улетая к небесной жрице.

ЗОЛОТО АПРЕЛЯ

Я достану из ножен меч,

Перекованный тысячу раз,

Трижды проклятый ими в тот час,

Когда бросил я дом беречь,

Молча пел о холмистой стране,

Позабытой в дыме табачном,

Разогретой под солнцем мрачным,

Обернувшейся лисом во мне.

В зените под небом блакитным

Я к ней явился – бесчестный Апрель!

Та протянула мне ягодный эль.

Мой подарок же был ей секретным:

Подарил ей капель и любовь,

И весну, что расскажет легенду,

О том, кто привёл ей лишь беды,

И как сердце забилось вновь,

И как бросил я мысль о свободе,

О побеге в нездешний мир,

Об охоте на нимф и сатир

И нетленном шёлке мелодий…

Она пела под кельтскую арфу,

И расцветал мускари-горицвет.

В леса Апрельский бархат-свет

Манил меня дорогой первозданной.

С востока под вайдовым небом

Вернулся мой брат-коростель;

Он задул бы в свою свирель,

Если б вернулся лишь летом…

Но застал он меня врасплох

С калимбой в левой руке.

На обнаженном хрустальном клинке

Прочитал, что владелец оглох.

На запад под адским закатом

Побрёл тихо брат-коростель,

Задул свечи, сломал свирель,

Соцветия утратили злато…

Она запела под кельтскую арфу

И заиграла тихая свирель…

Калимба ж, затихая средь теней,

Ушла в леса дорогой безвозвратно.

Под небом аделаидным

Мама-весна улыбнулась иначе.

Иначе она улыбалась мне раньше,

На органе играя змеином.

Мне не с кем смеяться и не с кем грустить,

Не мил мне домашний уют.

Услышать б, как песни поют

Чужие народы земли! И простить,

Простить меня, мама, бродягу-Апрель,

За бестактность, гордость и страсть,

За желание уйти и пропасть,

За арфу, калимбу, орган и свирель,

За прошедшие годы,

Желание свободы,

За обиду и страхи неволи,

За бесчестье, за беды и боли,

Незабытые вами невзгоды…

О, небо бескрайнее, дальнее!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.