Ольга Князева
Единственная для барса

Глава 1

Вечерний воздух был наполнен немного резким запахом хвои, кисловатыми, но сочными запахами цитрусовых, и неповторимым, дурманящим ароматом новогодней радости. Воздух словно дрожал от звонких и радостных голосов прохожих, бурным потоком плывущих от одного магазина к другому.

Вот смотришь на суетливых, дорожащих каждой праздничной минутой людей, и кажется, что перед ними поставлена цель скупить всё, что находится в поле их зрения.

Сегодня даже маленький газетный киоск, впервые украшенный яркими гирляндами, не был обделён вниманием прохожих.

Было довольно забавно наблюдать за людьми, ведь почти все из них нагрузили себя пёстрыми свёртками, яркими коробками и шуршащими пакетами, что казалось, будто мимо тебя проплывает живая гора подарков, на двух тонких, гнущихся под собственным весом, ножках.

Хруст снега приятно радовал слух, так что я то и дело опускала взгляд на сияющее, сделанное словно из алмазной пыли, белоснежное полотно. От переливающихся, ярко вспыхивающих отовсюду гирлянд, уже начинало рябить в глазах, и мне хотелось зажмуриться от удовольствия, утонуть в радостном, детском смехе, и полной грудью вдыхать морозный, наполненный буйством запахов воздух.

Присутствие Новогоднего Духа ощущается везде, в каждом человеке, в каждой вещи, в каждой медленно падающей снежинке, во всём… но не в Нём!

Настойчивый кашель, который я самым невинным образом пыталась игнорировать, снова повторился, и на этот раз прозвучал как-то зло, явно намекая на то, что кое-кто безумно сильно хочет привлечь моё внимание. А вот мне сейчас, если честно, очень хочется просто провалиться в сугроб, чтобы не чувствовать на себе тяжёлого, обжигающего взгляда.

– Поверь, милая, твоё молчание ничего не решит. Так что ты можешь и дальше невинно смотреть в сторону, с таким видом, словно и понятия не имеешь, что произошло. Но предупреждаю, я уже начинаю злиться, – как в подтверждение его слов, голос мужчины завибрировал от еле сдерживаемого раздражения.

И как бы мне этого не хотелось, я всё же прекратила любоваться новогодней картинкой, которая дорисовывалась и изменялась с каждой секундой. Пришлось обернуться и ещё раз посмотреть на сотворённый мною кошмар.

Чёрная, припорошённая снегом «ауди», от одного вида которой на глаза набегают слёзы зависти и восхищения, находилась у самого выезда из проулка, а рядом с этой восхитительной машиной стояла моя маленькая, красненькая «киа», подаренная мне в этом году родителями. Ну как рядом… близко, очень близко, так близко, что капот моей машинки касался фары «ауди»… треснутой фары… из-за меня треснутой фары.

– Мне… жаль, – с трудом произнесла, так и не решившись посмотреть на хозяина чуточку покалеченной машины.

Говорить было тяжело, меня одновременно одолевали стыд и страх, а ещё сковывало неловкостью, а всё из-за слишком пристального взгляда незнакомца. От этого мужчины так и веяло чем-то опасным, диким, что пугало и заставляло его опасаться.

– Во-первых, хватит бубнить, меня это злит, – холодно произнёс хозяин «ауди», со слабым, приглушённым акцентом. И произнёс он это таким тоном, что у меня помимо челюсти задрожали ещё и колени. – А во-вторых, твоё «мне жаль», я слышу уже в третий раз. И давай сразу всё разъясним, у меня нет желания слушать твои извинения, как и совсем нет времени, так что давай решать, что мы будем делать. Точнее, что ты будешь делать. И так, твои предложения на этот счёт?

– Скоро новый год, – фраза сорвалась с моих губ быстрее, чем я успела даже подумать, что именно хочу сказать, и прозвучала так жалобно, что мне стало ещё сильнее жаль бедную себя.

– Да ну, серьёзно? – с сарказмом протянул жуткий хозяин жутко дорогой «ауди». – И к чему это было сказано?

До чего же у него страшный голос, он пробирает прямо до костей, заставляет что-то внутри меня испуганно сжиматься, и лишь усиливает желание провалиться или хотя бы закопаться в сугроб.

– Я слышала, что в эти дни нельзя ни на кого кричать и… и надо прощать… всех.

М-да. И на что я только надеюсь? И вообще, я думала, что когда он кричит – это страшно, но нет, оказывается, что когда он молчит – вот что действительно страшно. И вот стоим мы в нескольких шагах друг от друга и молчим. Я чувствую на себе его тяжёлый взгляд, и если со стороны проулка раздаётся новогодняя музыка и веет весельем, то со стороны «ауди» веет скорой и беспощадной расплатой.

Не выдержав напряжения, я сделала глубокий вдох и резко вскинула голову, посмотрев своему страху, в человеческом обличии, прямо в лицо.

Лучше бы я этого не делала. Большие, хрустально-голубые глаза, чей взгляд колол больнее сотни ледяных иголок, безжалостно замораживая и заставляя чувствовать себя слабой и маленькой, смотрели на меня как на ненормальную. Можно было подумать, что я только что ляпнула какую-то чушь… Хотя именно её я и сказала. Так меня и простили за разбитую фару. И ладно бы машина была из разряда реальной стоимости, но эта из разряда просто космической. На неё и смотреть страшно, и в это же время сложно отвести взгляд. Я бы спихнула всё на страховку, вот только у меня её ещё нет, а владелец машины почему-то и не упоминает о ней. Помучить меня хочет… Или того хуже, вовсе замучить.

– Хорошо, – его голос задрожал от напряжения и злости, – я не буду кричать и я… я тебя прощаю.

– Правда? – Я недоверчиво посмотрела на этого странного, жуткого, но, как оказывается, такого благородного и милосердного мужчину.

Вот только по лёгкой ухмылке, промелькнувшей на его бесцветных губах, я поняла, что моим мечтам не суждено осуществиться.

– Конечно. Я прощаю тебя за то, что ты… не слишком внимательная особа, разбила мою фару. И в честь грядущего Рождества – это будет моим подарком. Ну а от тебя я скромно приму скромную сумму за ремонт моей скромной машины.

Да он просто издевается надо мной!

– А может… может как-то по-другому рассчитаемся? – снова ляпнула не подумав.

Светлые брови мужчины стали стремительно подниматься, при этом вопросительно изогнувшись дугой. Быстрый, но внимательный и оценивающий взгляд холодных глаз заставил меня возмущённо скрестить руки на груди. Но прежде чем я успела высказать своё недовольство и объяснить, что я хочу расплатиться вовсе не таким способом, о котором он подумал – правда я сама ещё не знаю каким хочу… хотя никаким не хочу, просто отпустите меня уже домой – голубоглазый фыркнул, снова искривив губы в презрительной усмешке.

– Знаешь, лучше деньгами.

– У меня сейчас нет денег, – тихо ответила, взглянув на свою машину. А ведь мы уделили внимание только «ауди», а что там с моей крохой, я так и не посмотрела.

– И снова возвращаемся к нашему вопросу. Что будем делать?

– Я не знаю, – жалостливо прошептала.

– А кто знает?

– Кто-то может и знает. – Я снова посмотрела на молодого мужчину, вложив в свой взгляд всю мольбу и надежду, на которые я только была способна. Но, к сожалению, это не помогло пробить толстый лёд, невидимой, но ощутимой стеной окружающий владельца «ауди». – Может, я как-то отработаю? – уже безнадёжно спросила, и не надеясь на чудо. Блин! Снова двояко прозвучало. Он ещё, вдруг и правда подумает, что я с ним за какую-то фару переспать готова!

– И как же именно ты хочешь отработать? – От насмешки в его голосе меня так и передёрнуло.

И что-то мне совсем не хочется ему, но надо. Вот только что я могу предложить? Вот как я могу отработать эту уже ненавистную всей моей душой фару?

– Я… не знаю.

– Мне вот просто интересно, ты хоть что-то знаешь? – Мужчина чуть подался вперёд, насмешливо смотря на меня, и так издевательски изогнув брови, что у меня внутри всё затрепетало от возмущения.

И вот мне очень сильно захотелось как-то резко и грубо ему ответить, защитить себя от этих глупых нападок, но ничего другого, как подавить гордость и покорно дожидаться разрешения этой ситуации, я не могла. Я даже пыталась смотреть на него без злости, а податливо, ведь те, кому ты должен денег, больше других не любят, когда им дерзят и не выказывают, как они считают, должного уважения.

– Тебе ещё не надоело на меня глазеть? Такое ощущение, что ты мужчину никогда не видела.

– Было бы на что смотреть! Двухметровое, бледное, жуткоглазое не пойми что в дорогом пальто, – не сдержавшись прошипела, пробежавшись взглядом по высокой фигуре. Как же сильно он напоминает снеговика, особенно из-за цвета кожи, такой же белой, как и снег. Она разве что не искрится от яркого света витрин и гирлянд.

– Что ты сказала? – холодно отчеканил мужчина.

– Кто? Я? Я молчала.

– Лучше подумай, как ты будешь отдавать мне деньги.

Какой ужас, такой молодой, а уже такой жадный. А ведь за километр видно, что у него нет проблем с деньгами.

– Я думаю, – обречённо ответила и поняла, что мне, по всей видимости, ещё долго суждено простоять на морозе.

– Ты здесь работаешь? – неожиданно спросил мужчина, указав рукой мне за спину.

– Я? Да! – поспешно ответила и только потом обернулась, чтобы узнать, где именно я работаю.

Не соврала, ведь злобный незнакомец указал на служебный вход на кухню ресторана «Скарлетт».

– И кем? – в его голосе помимо раздражения и злости появилось что-то ещё, что-то настораживающее. Вот зачем ему это знать?

– Я повар, – ответила без зазрений совести.

И снова не соврала, а чуть-чуть приукрасила. Я и правда работаю в этом заведении, вот только работаю всего пару недель. А ещё я работаю не поваром, а лишь помощником повара: чищу и нарезаю овощи, мариную мясо, ну и по всякой мелочи помогаю.

Сегодня у меня как раз был рабочий день. И начался, и длился, и даже закончился он совсем неудачно. Только проснувшись, я поняла, да даже не поняла, а почувствовала, что произойдёт что-то плохое. И я угадала!

Целый день всё шло наперекосяк: я проспала, три раза поскользнулась, и из этих трёх раз я два раза смогла устоять на ногах, а в третий больно шлёпнулась попой на лёд. В добавок к этому я опоздала на работу, получила выговор от шеф-повара, случайно врезалась в этого самого шеф-повара, заставив его перевернуть на себя свой же соус. И вот меня отпускают пораньше, на телефон приходит уведомление о зачислении аванса и счастливая я, успевшая позабыть об ушибленных частях тела и прочих неприятностях, вылетаю из ресторана, глупо поверив в то, что после всего произошедшего со мной, этот день просто обязан был закончиться хорошо. Но, как назло, всё закончилось хуже некуда, а именно, разбитой фарой дорогой машины.

– И как, ты хороший повар? – вырвал меня из раздумий насмешливый голос злого хозяина пострадавшей машины.

– Очень! – гордо соврала. Хотя почему соврала, всякие там фуагра и прочие непонятности я не умею готовить, а вот всё остальное, не такое замороченное, у меня выходит довольно даже неплохо.

Я вообще-то и не думаю становиться поваром, у меня и образования такого нет, но в связи с денежными трудностями, предложение тёти, работающей поваром в «Скарлетт», пришлось как раз кстати. Главное, что работа нетрудная, а платят на удивление хорошо.

– У меня для тебя крайне выгодное предложение. Выгодное в первую и в последнюю очередь для тебя. – И столько в его голосе прозвучало издевки, что меня передёрнуло, и не появилось никакого желания услышать это самое предложение. – Раз ты «очень хороший» повар, то ты можешь отработать свой долг своим мастерством.

Он так выделил слова «очень» и «хороший», что я не смогла понять, издевается он или нет. И главное, он так странно смотрит на меня своими холодными, голубыми глазами, словно сделал мне поистине королевское предложение.

А я смотрела на него и понимала, что он, вроде как, не сказал ничего заумного, но я почему-то не могла догадаться к чему он клонит, да даже не клонит, а ясно говорит об этом непонятном чём-то. Видно, моя голова была так сильно занята подсчётом примерной стоимости моей невнимательности, что всё остальное мой мозг на обдумывание не принимал.

– Не вижу бурной радости и восторга. Может ты хоть что-то мне ответишь для приличия?

Теперь на меня уже взирали очень недовольно. Похоже, кто-то и правда думал, что обезумевшая от радости я, буду весело скакать вокруг него, словно он новогодняя ёлка.

– Эм-м-м… Я рада.

– Р-р-рада? – угрожающе протянул мужчина.

– Д-да, кажется.

– А мне кажется, что ты не поняла.

– Мне, если честно, тоже так кажется.

Незнакомец судорожно выдохнул и закрыл глаза, хоть я и успела заметить, как они у него ярко загорелись от злости, прямо как два фонарика. А вот это уже настораживает. Мало того, что от него так и хочется держаться подальше, так у него ещё и глаза как-то неестественно горят. И что-то у меня возникают подозрения, что он не совсем человек.

– В Рождество у меня собирается небольшая компания и мне как раз нужен повар, чтобы приготовить всё необходимое. И мне, по сути, даже неважно, правда ты работаешь в этом ресторане или наврала, мне главное, чтобы всё было сделано как надо. Так что тебе выпал отличный шанс так легко отработать свой долг.

– Но я…

– И ты ещё сомневаешься? – мужчина звонко рассмеялся. – Моё предложение для тебя и правда самый настоящий подарок. Просто судя по твоему виду, деньги мне придётся ждать несколько лет, и то не факт, что мне будет суждено их получить. Ну так что, готовишь небольшой праздничный ужин или идёшь в ближайший банк оформлять кредит?

Слово «кредит» возымело действие и я решила согласиться на его предложение. К тому же что может быть сложного в приготовлении праздничного ужина? Я хоть и не повар, но готовить умею, и никто пока на мою стряпню не жаловался. Так что это и правда очень выгодное для меня предложение.

– Я согласна, – смиренно ответила, надеясь, что я справлюсь с таким заданием.

– Я так и думал, – мужчина усмехнулся, с лёгкой насмешкой смотря на меня с высоты своего немаленького роста. – Записывай адрес и время. И главное помни, на моём видеорегистраторе виден номер твоей машины, вздумаешь не прийти, так тебе будет только хуже.

Я тут же достала телефон, поспешно записав продиктованное. Мужчина снова посмотрел на меня и, по-моему, в его взгляде промелькнуло что-то странное, звериное. Но прошла всего секунда и вот он снова смотрит на меня с холодным раздражением. Не прощаясь, он развернулся и направился к своей машине.

– Постой! А продукты? – неуверенно спросила, смотря не на него, а на истоптанный снег. Может это, конечно, и наглость, но если у него намечается пати, то еды надо много, а денег на это самое «много» у меня нет. У меня даже с авансом с трудом на «мало» выходит.

– Что продукты? – раздражённо рыкнул мужчина. Ему, похоже, уже не терпелось покинуть моё общество.

– Я их сама покупаю или как?

Что-то тихо и отрывисто ответив, голубоглазый незнакомец, который несмотря на то, что и адрес мне свой дал, и номер телефона, так и не удостоил меня чести открыть своё имя, с силой хлопнул дверью «ауди» и ударил по газам.

Интересно, это значит, что продукты покупать мне не надо? Хотя он мне даже не сказал, что я должна буду приготовить. А раз так, то как я должна узнать, что нужно купить? Ну и отлично, если будет возмущаться почему нет продуктов, то скажу ему, что он сам в этом виноват.

Отряхнувшись от снега, я села в машину и наконец-то поехала домой. Мне было очень обидно, все вокруг такие радостные, новогодние, куда-то спешат, смеются и дурачатся, а я еду домой отсыпаться после рабочего и к тому же неудачного дня. Да ещё и в среду мне предстоит готовить ужин для мужчины с жуткими, льдисто-голубыми глазами. И среда всего-то через два дня. Весёлое у меня будет Рождество, буду полдня готовить и даже не для себя.

А вообще, меня настораживает последний взгляд мужчины, брошенный на меня. Да и сам он какой-то странный. От него веяло такой угнетающей силой, что она полностью меня подавляла. И что-то у меня на его счёт совсем нехорошие предчувствия, как и насчёт его предложения. Разве это не странно, просить совершенно незнакомую девушку, о мастерстве которой ты ничего не знаешь, приготовить праздничный ужин? Я что-то на радостях так быстро согласилась на это условие, что даже в полной мере не осознала, что я могу подвергнуть себя существенной опасности, посетив дом незнакомого мужчины, явно настроенного ко мне агрессивно.

Глава 2

Чуть ли не скрипя зубами от злости, я недовольно посмотрела на подругу, которую так и распирало от смеха. Она, бедная, уже вся покраснела, почти слившись по цвету со своей пайтой. И это называется поделилась своими проблемами. Я и не думала, что её так сильно позабавит моя история, а она уже десять минут смеётся без остановки. Прямо бесит!

– Ксюш, может уже хватит? Вот мне совсем несмешно. Ты себе не представляешь, что я пережила, когда увидела, какую именно машину задела. А уж когда из неё вышел её владелец… Б-р-р! У него взгляд просто замораживающий. Он когда зыркнул на меня своими голубыми глазищами, я чуть обратно в машину не запрыгнула и не уехала. И я бы так и сделала, если бы его «ауди» не загораживала мне дорогу.

– Ладно, Соня, не злись, – сквозь смех выдавила подруга. – Просто с твоих слов всё выглядит не страшно, а как-то смешно и комично.

Я от неё отмахнулась и села на диван, точнее упала на него. Пока я рассказывала про вчерашний ужасный день, то так погрузилась в воспоминания, что, оказывается, ходила туда-сюда по комнате, не в состоянии усидеть на месте. Как-то мне теперь обидно за себя, один день, а столько неприятностей. И чем я это заслужила? И мне до сих пор не верится, что этот тип и правда захотел, чтобы я приехала к нему и отработала разбитую фару стряпнёй. Какой-то он странный.

– Да забей ты на него. Раз тачка крутая, то и страховка по любому есть, как и деньги на ремонт. – Ксюша потянулась к открытой бутылке шампанского и снова наполнила свой бокал. – Сейчас на улице такой гололёд, что если он будет грозиться написать на тебя заявление, ты с лёгкостью можешь сказать, что просто не справилась с управлением. И вообще, раз он заезжал в проулок, то должен был сам тебя пропустить, разве нет?

– Он так неожиданно появился, что я не успела среагировать. – Теперь, когда меня не сверлили голубые глаза незнакомца, пугая до дрожи, я понимала, что моей вины в произошедшем особо и нет. На улице и правда было скользко, да и «ауди» появилась из-за угла на такой скорости, что я уже ничего не могла сделать. Тот тип словно специально на аварию нарывался.

– Ну вот. Так что выкинь его из головы и в следующий раз так сильно не тупи.

– Ты просто его не видела, – сухо пробормотала в ответ, после потянулась к своему ещё не тронутому бокалу.

– Да ладно тебе! Он что, прям настолько был страшный? Аля бандит из девяностых, что ты стушевалась перед этим типом?

– Он оборотень, – зло ответила, и в несколько глотков осушила бокал, со звоном поставив его на стол. – Так что ты понимаешь, что я не могу его проигнорировать. Он ведь меня найдёт. К тому же он знает, где я работаю.

Ксюша, уже снова было потянувшись к бутылке с шампанским, застыла, несколько секунд просидела в такой позе, раздумывая над моими словами, после чего недоверчиво спросила:

– Оборотень? Ты уверена?

– Ты таким тоном спрашиваешь, как будто я никогда в жизни не видела оборотней, при том, что один из них сейчас сидит напротив меня! Но он… Я даже не знаю… думаю да, хотя с этим типом всё сложно. – Оборотней я с детства умею определять, по блеску глаз и по их резковатому, характерному запаху. Да и их жесты, и поведение тоже довольно не свойственны для людей. От них так и веет самоуверенностью и силой. К тому же черты лица у них тоже заметно отличаются, есть у них какие-то заметные особенности, как, впрочем, и телосложение.

Нет, у меня ещё есть некие сомнения насчёт голубоглазого мужчины, но что-то в нём было такое хищное, опасное, что подталкивало меня к таким выводам. Хотя шанс, что я ошибаюсь, всё же есть. Всё-таки я так испугалась этой небольшой аварии, что особо не фокусировалась на мужчине.

– Да не злись, Сонь. Что-то ты в последнее время какая-то нервная. – Ксюша поставила пустой бокал на стол и, скрестив руки на груди, нахмурилась.

– А ты как будто не догадываешься почему? – язвительно ответила и поджала под себя ноги. Если бы этот мужчина был просто человеком, то я бы не переживала. Но с оборотнями у меня дела обстоят намного хуже. Их нельзя проигнорировать и им лучше не отказывать, в противном случае меня будут ждать крайне неприятные последствия. А ведь я специально так долго искала место, где поблизости не будет ни одной стаи. И вот не прошло и месяца, как я умудрилась столкнуться с одним из представителей Лунного мира.

Ну, не считая Ксюши. До сих пор удивляюсь нашей дружбе. Мы познакомились в баре, где я потеряла свою знакомую, а Ксюша поссорилась с парнем, так что мы столкнулись у барной стойки. Естественно мы разговорились, ну и поделились своими проблемами. В тот момент меня не насторожило кем она является, а наоборот, позволило хоть кому-то высказаться о своих переживаниях. Так что Ксюша узнала, кто я такая, а я узнала не только про её бывшего, но и вообще про всю её семью.

– Думаешь, он понял, что ты верфа? – уже куда более серьёзным тоном спросила Ксюша.

Я в ответ пожала плечами. Вот фиг его знает! Незнакомец никак не показал, что он понял, кто я. Если не брать в расчёт, что он хочет, чтобы я пришла к нему домой и приготовила ужин. Но я вчера, как обычно, была в линзах, чтобы скрыть золотистые глаза, да и духи я довольно щедро использую, так сказать, не скупясь, ведь меня выдаёт не только необычный цвет глаз, но и запах. Так что оборотень не должен был понять, кто я такая.

И это же надо было мне такой родиться! Верфа, нас ещё раньше называли «невестами оборотня». И какое же это гадство, быть девушкой, способной выносить и родить сильного ребёнка для зверя. Да даже не девушкой, а товаром. Ведь, как мне рассказывала бабушка, таких как я, часто ловили и продавали на чёрных рынках редким оборотням – тиграм, львам, медведям и прочим, чья численность уже на грани вымирания, но которые всё равно стремятся сохранить чистоту крови, избегая браков с людьми и другими видами. А если учесть, что девушек намного меньше, чем мужчин, и выносить ребёнка-оборотня довольно трудно, то положение верф всегда было плачевным. Своё мнение, свобода, любовь – это то, чем мы были обделены. Нас продают и покупают, не заботясь ни о наших чувствах, ни о желаниях.

А ведь кроме моей бабушки, по маминой линии, только я в нашей семье была верфой. Маме и сёстрам повезло, они, как и мой отец, просто люди, им не надо скрываться и опасаться, что в один прекрасный день их схватят и сделают собственностью какого-то богатенького зверя. Всю свою молодость моя бабушка скрывалась от Лунного мира, чтобы быть рядом с любимым человеком. И, похоже, мне уготовлена та же участь.

– А раньше ты его точно не видела?

– Да вроде бы нет. Внешность у него довольно необычная, я бы точно запомнила. – И вот стоило Ксюше об этом спросить, как у меня сразу же появились сомнения. Теперь кажется, что я несколько раз на этой неделе уже видела его чёрную «ауди». А вдруг он и правда оборотень и неспроста появился в моей жизни? И вот что мне делать? Снова срываться с нажитого места и переезжать?

– Значит, он альбинос, да? – задумчиво протянула Ксюша, – Интересно, какой у него зверь? Думаешь, он волк? Нас довольно много.

– Ты сейчас не о том думаешь, – снова не скрыла раздражения. – Меня совсем не волнует, кто он и какой у него зверь. Меня он вообще пугает. Жуткий такой, бледный, глаза холодные-холодные, прямо в дрожь бросает, когда он на тебя смотрит.

– Да не рычи ты на меня! Я, может, пытаюсь тебе помочь. Если бы нам побольше о нём узнать, что за зверь и есть ли у него стая, или семья, то я смогла бы позвонить брату и попросить выручить мою подругу. Он бы с ним вмиг разобрался. У Ника сейчас как раз компания такая мощная нарисовалась. Так что они, если что, этому белобрысому все клыки пересчитают, чтобы он к тебе больше не совался.

Я нахмурилась, и чтобы Ксюша этого не увидела, отвернулась, с деланным интересом любуясь своим маникюром. Ксюша, конечно, хорошая, иногда слишком беспечная и наглая, но вот её семья вызывает у меня опасения. И, если честно, то её родственники пугают меня даже сильнее, чем жуткий незнакомец.

А всё дело в том, что её отец был выгнан из двух стай. Из первой за жестокость, ведь он из тех, кто презирает полукровок и людей, а из второй за то, что пытался занять место альфы в обход всех традиций и правил стаи. Он не бросил вызов вожаку в открытую, а с помощью ещё нескольких оборотней, выждал удачный момент и напал на него, когда тот был со своей семьёй. Как мне рассказывала Ксюша, выжить удалось только среднему сыну. Мать у моей подруги тоже не отличалась хорошим характером, и была падкая до денег и власти, но, не выдержав побои своего супруга, сбежала из семьи, когда Ксюше не было и пяти. Три старших брата ушли от своего отца не так далеко, они такие же отморозки, которые не контролируют свою животную сущность и стремятся к лидерству.

Заводить дружбу с девушкой из такой семьи было для меня крайне опасно, и я это прекрасно понимаю, но мне стало её жаль. К тому же она, когда узнала, кто я, ни слова не рассказала обо мне своей семейке. А уж те бы такую возможность, в лице верфы, не упустили бы.

Хотя всё дело в отношениях в этой семье. Отец Ксюши и своих-то сыновей, можно сказать, «закалял», пытаясь вырастить из них достойное продолжение своего рода, а вот над ней издевался и избивал без повода. Он, как я могу понять из рассказов подруги, считает, что женщина второсортное создание и полностью подвластна мужчине. А Ксюша хоть и миленькая, но красавицей её не назовёшь, так что её отец, придя к выводу, что удачной партии с помощью дочери ему не сыграть, вообще ни во что её не ставил. Сейчас она с ним общается из-за страха, когда ему от неё что-то надо. И она не может ему отказать, ведь некому её защитить, а такой урод, если ему что-то понадобится, и из-под земли достанет. С братьями тоже всё негладко, но, как я понимаю, с младшим, Никитой, она ещё довольно неплохо общается.

И всё это Ксюша рассказала мне при первом же знакомстве, сразу, как только поведала историю своей неудачной любви. Под такие трагические россказни мы тогда много выпили и как-то незаметно сблизились. И вот я знаю, что рискую, она ведь своего отца боится больше, чем ненавидит, но отказаться от этой дружбы я уже не могу. Ксюша ведь единственная, кто обо мне знает, с кем я не притворяюсь и просто могу быть самой собой. Бабушка всегда всё держала в тайне, даже от собственной семьи, она и мне запрещала им что-либо рассказывать. Я понимаю, она хотела, чтобы хоть у них была нормальная жизнь, а вот мне всегда было одиноко из-за того, что я постоянно боялась кому-то довериться. А вот поговорить иногда хотелось, особенно, когда я хотя бы вскользь, но всё же сталкивалась с этим другим, скрывающимся от людей миром.

– Ну так что, я звоню? – всё никак не могла успокоиться подруга, снова нацелившись на бутылку с шампанским.

И всё же ей передалась какая-то часть плохого от её семейки, она ведь так спокойно говорит о том, чтобы послать своего брата и его шайку к совершенно незнакомому человеку, чтобы те ему «объяснили», что меня не стоит трогать. А ведь насчёт этого мужчины всё ещё неточно, и я могу ошибаться на его счёт.

– Не стоит. Я подумаю над этим и решу что делать. К тому же сразу видно, что он богат, да и что-то мне подсказывает, что он не одиночка. И я боюсь, как бы твоего брата с его дружками в свою очередь не стали учить, что нельзя лезть к незнакомцам.

– Ну, как знаешь. Но если он и правда оборотень, то он от тебя так просто не отцепится.

– Но тогда я не вижу смысла заманивать меня к себе. Где ты видела такого оборотня, который сразу же не возьмёт то, что хочет? Мы в том проулке были одни, ему бы никто не помешал. Тем более, если бы он догадался, кем я являюсь.

– Не знаю, мне, похоже, нужна ещё одна бутылка для размышлений.

Я только усмехнулась. Сегодня мы должны были решить, как будем отмечать новый год, а в результате сидим уже два часа и уничтожаем наши алкогольные запасы, закусывая их мандаринами. И при этом мы так ничего ещё и не решили.

– А она поможет найти выход из моей ситуации? – Я ведь скоро сойду с ума от этих размышлений на тему идти к блондину или нет. Конечно же, я бы лучше отказалась и заплатила за ущерб деньгами… которых у меня, правда, нет, чем оказалась в руках оборотня. Но проблема заключалась в том, что если мои опасения оправдаются, то оборотень меня найдёт и мне будет только хуже. Хотя тут я снова возвращаюсь к вопросу – если он оборотень, то почему сразу же не забрал меня? К чему эти игры?

Ксюша пристально посмотрела на бутылку и грустно вздохнула, уже этим говоря, что она и сама не знает, как мне поступить в этой ситуации.

– Это вряд ли.

– Ну а что бы ты сделала на моём месте?

– А я бы от такого предложения не отказалась. Ты, кстати, так и не сказала, он красивый? Или жуткий приравнивается к уроду?

И вот нашла я у кого спросить! Ксюша слишком ветреная и легкомысленная, особенно в том, что касается мужчин и всем, что с ними связано. Она так жаждет найти свою вторую половинку, что порой полностью теряет голову и своим настырным интересом к противоположному полу только отпугивает возможных кандидатов.

– Ты хоть сделай вид, что пытаешься мне помочь!

– Ну Сонь, не злись. Мне просто тяжело представить себя на твоём месте. Ты от мужчин бегаешь, ну а я… – Ксюша кисло усмехнулась и открыла третью бутылку шампанского. – Хотя ты и сама знаешь. Давай так, ты мне дашь его адрес и мы с тобой будем на связи. Если этот твой белобрысый что-то задумает, то ты тут же мне об этом сообщишь, а я созвонюсь с Ником. И даже если он не оборотень, то хрен его знает, какой он человек. Может он тоже себе на уме и хочет поразвлечься с такой простушкой, как ты. Как тебе моя идея?

– Это пока лучшее, что у нас есть. Знаешь, мне не хотелось бы снова переезжать. Меня всё это порядком уже достало. Эти вечные опасения, нервы и страх. К тому же здесь у меня тётя, она всегда готова мне помочь.

– И я! У тебя ещё есть я, – радостно протянула Ксюша, наполняя свой бокал.

– Да, и ты, – я улыбнулась ей в ответ, хотя на душе всё ещё было неспокойно. А ведь кроме Ксюши мне больше не к кому обратиться за советом, который мне сейчас просто необходим.

– Ну что, давай выпьем за то, чтобы эта неприятная история побыстрее закончилась, и мою единственную подругу не выставили на зубастый аукцион.

– Несмешно! – Я тут же нахмурилась, чувствуя, как в груди поднимается тревога. Лишь бы всё и правда обошлось.

Бокалы со звоном встретились и я постаралась перевести разговор на что-то нейтральное. На сегодня с меня достаточно переживаний о голубоглазом мужчине. Вот только он нагло поселился в моих мыслях. Как ни стараюсь выкинуть его из головы, всё равно перед глазами всплывает его образ. Это, скорее всего, вызвано страхом, всё-таки есть в незнакомце что-то дикое и опасное.

Осушив бокал, я откинулась на спинку дивана и постаралась сосредоточиться на словах подруги, уже с невероятной скоростью рассказывающей мне о своей новой любви.

Глава 3

– Ты всё поняла? – холодно спросил мужчина, так пристально на меня посмотрев, что мне стало как-то не по себе.

– Вроде бы поняла. – И снова вру, ведь я ничего не поняла. Ни-че-го-шень-ки.

– Меня такой ответ не устраивает. – Льдисто-голубые глаза ярко заблестели, стремительно теряя свою схожесть с человеческими и становясь какими-то звериными, жуткими. Нет, ну он точно оборотень! Хотя к чему тогда весь этот спектакль?

– Я поняла, – тихо ответила, желая только одного, чтобы меня наконец-то оставили одну. Его присутствие угнетало, пугало, да и вообще заставляло чувствовать себя крайне неловко и глупо.

– У тебя целых пять часов, так что не трать зря время. – Мужчина провёл рукой по белоснежным волосам, после чего пробежался внимательным взглядом по кухне, словно пытаясь запомнить, где что и в каком количестве находится. Так не доверяет мне? Неужели думает, что я его обворую?

Он явно хотел сказать что-то ещё, я точно увидела, как его губы дрогнули, но, словно не решившись на это, он нахмурился, резко развернулся и направился к двери. Вот только меня волновал ещё один вопрос, единственный, который я решилась задать.

– Постой. – Мужчина остановился, но даже не удостоил меня такой чести, как повернуться ко мне лицом. – А можно узнать твоё имя?

– А тебе это зачем? – И хоть я не вижу его лица, но я почему-то уверена, что на его бледных губах появилась усмешка.

– Просто подумала, что если мне надо будет что-то спросить или мне что-то понадобится, будет удобнее обратиться по име…

– Томас.

– А я Соня. – Но меня, кажется, не услышали, ведь стоило этому Томасу представиться, как он вышел из кухни. Фу, до чего же он противный. Но вот кухня у него сказочная! Просто нереальная! Я тоже хочу себе такую, очень-очень хочу.

У меня и спальня раза в два меньше, и такой навороченной техники у нас даже в ресторане нет. А с первого взгляда и не скажешь, что ей хоть разок пользовались. Всё натёрто до блеска, на столах ни одной царапинки, на плите ни одного жирного пятнышка. Даже глянцевый чёрный пол выглядит так, словно на него ещё ни разу не ступала нога человека. У меня от одной мысли, что придётся трогать и переставлять предметы в этой обители порядка, по коже пробежались мурашки.

И так, у меня в запасе пять часов, но я даже не знаю, мало это или много, а всё из-за того, что я не имею ни малейшего представления, с чего мне стоит начать. Дело в том, что Томас перечислил список блюд и даже записал их для меня, но проблема заключалась в том, что я без понятия, что входит в их состав. Если честно, предложенное Томасом меню было моим четвёртым потрясением за этот день.

Ещё после первого потрясения я стала чувствовать себя некомфортно, и у меня возникло желание сбежать из дома самоуверенного тирана. Почему? Да потому что этот самый дом оказался трёхэтажным, огромным особняком, с примыкающим к нему садом и высоченным каменным забором с резными воротами, рядом с которыми мигала камера. Уже в тот момент я поняла, что хочу домой, и это желание усиливалось, пока я шла по аккуратной каменной дорожке, с обеих сторон окружённой присыпанными снегом кустами и ярко горящими фонариками. А уж когда я подошла к деревянным дверям, только собираясь позвонить, как те открыл сам хозяин сей роскоши, вместо приветствия сказав – «Ты опоздала на семь минут». Я от такой встречи чуть позорно не убежала в закат, испытывая странное ощущение несправедливости и какого-то первобытного страха перед блондином.

Второе потрясение сковало меня, когда я подняла взгляд на мужчину. Ещё при первой нашей встрече, я отметила его невероятную бледность и цвет волос, но тогда было темно, а сейчас, когда он стоял в ярком освещении, я была немного ошарашена. Что могу сказать, я впервые в живую видела альбиноса. Его кожа была белая-белая, волосы белоснежные, глаза призрачно-голубые, а губы бесцветные. Дополняли его устрашающий облик внушительный рост, резко очерченные черты лица и замораживающий холод во взгляде.

– Извини… я…

– Ты так и будешь стоять на морозе? – Мужчина отступил в сторону, пропуская меня внутрь. При этом, когда я проходила мимо него, он заметно скривился, чуть дёрнувшись в сторону. Да, я сегодня на духах не экономила, так что даже мне собой как-то не по себе от собственного запаха.

А тут произошло третье потрясение. Дом внутри оказался столь же устрашающе красив и помпезен, как и снаружи. Прихожая была широким, ярко освещённым залом, ещё и таким светлым, что у меня зарябило в глазах.

Украшено было всё, абсолютно всё: на стенах весели новогодние венки, гирлянды и разноцветные дождики, отовсюду свисали красные стеклянные бусы, даже лимонные деревья, стоявшие вдоль противоположной стены, были украшены огромными, белыми и насыщенно-синими шарами. А встретивший меня запах сразу заставил окунуться в новогоднее буйство, ведь в воздухе летал аромат мандаринов, хвои и глинтвейна.

Но на самом деле, я толком ничего не успела рассмотреть, ведь стоило мне разуться, как меня схватили за руку и буквально поволокли на кухню.

Ну и последнее, четвертое потрясение за этот день, навалилось на меня, когда мне перечислили то, что я должна буду приготовить.

– И так, в меню у нас сегодня «Венский шницель», «Йоркширский пудинг», «Ростбиф», «Салат Аида», «Чайный пирог» и «Пунш». И всё. Больше ничего не надо. Поняла?

– Д-да, – машинально ответила, пытаясь представить, что может входить в «Салат Аида» и что такое «Йоркширский пудинг». Все остальные слова я, вроде бы, слышала, но не имела ни малейшего представления, как именно надо было готовить эти блюда. Это вообще что за рождественское меню? Хотя бы салатик какой-то назвал, или жареную курочку.

– Я… – И вот я честно хотела сознаться, что без рецептов я всё это не сотворю, но голубоглазая ледышка, напомнив про то, что у меня в запасе пять часов, и наконец-то назвав своё имя, поспешно покинула кухню, совершенно бесшумно закрыв за собой двери.

И вот стою я посреди великолепной кухни и даже не знаю, что делать и с чего, собственно, начать.

Пойти за Томасом? Но он, наверное, укажет мне на выход, если узнает, что я без понятия, как приготовить выбранную им еду. А ещё мне в таком случае придётся искать деньги на ремонт его машины. Ладно, как-то справлюсь. В этом деле особого таланта можно не иметь, главное, чтобы был рецепт как всё это приготовить. К счастью, в наше время в интернете можно найти абсолютно всё.

Но только я достала телефон, как мне пришло сообщение от Ксюши.

«Ну что ты там? Тебя ещё не запихнули в багажник и не увезли на чёрный рынок?»

Вот она точно когда-нибудь накаркает этими своими глупыми шуточками.

«Всё нормально. Он и правда заставил меня готовить. Если что, я тебе сразу же напишу»

Отправив сообщение, я постаралась подключиться к сети. Нет сигнала. Снова стараюсь и снова нет сигнала. Странно, связь есть. Деньги! Проверив баланс, я уныло присела на круглую, высокую табуретку. Вот это я протупила! Как можно было не проверить баланс? Неужели последние копейки я потратила на сообщение! Ну и что мне делать? Идти к Томасу с повинной?

Интересно, а во сколько мне обойдётся новая фара от «ауди»? Надо хоть модель машины узнать. А всё же весёлое у меня Рождество! Всегда «мечтала» получить кредит в подарок.

– Забыл сказать… – Дверь открылась так неожиданно, что я невольно вскочила на ноги, испуганно смотря на застывшего в дверях Томаса. Телефон выскользнул из руки, но, к счастью, я среагировала на удивление быстро, поймав его прямо перед самой встречей с полом.

Молодой мужчина обвёл кухню быстрым, внимательным взглядом, и, нахмурившись, взглянул на меня. От его холодных, хищных глаз, по коже пробежались мурашки и захотелось спрятаться или хоть чем-то от него укрыться. Никогда не думала, что кто-то сможет внушать мне ужас одним лишь взглядом.

– Ты думаешь, что пять часов слишком много, раз позволяешь себе сидеть и преспокойно копаться в телефоне?

– Мне надо было срочно ответить на сообщение. – Отлично, я теперь ещё и перед ним оправдываюсь.

– Это может и подождать. Сначала сделай, что от тебя требуется, а потом отвечай кому хочешь.

– Если бы это было не срочно, я бы так и сделала, – не сдержала раздражения. Бесит уже своим отношением ко мне. Может мне его послать и… Да нет, у меня храбрости не хватит. Вот чувствую, что после такого, мои проблемы только увеличатся в размерах.

– И что же такого срочного у тебя может быть? – язвительно и с усмешкой спросил Томас, и я снова обратила внимание на его акцент, который делал его голос самую малость рычащим. Он переступил порог кухни, но ближе не подошёл, вместо этого скрестил руки на широкой груди и выжидающе посмотрел на меня.

– Это… личное. – Я поспешно убрала телефон, но, вспомнив о вай-фае, достала его обратно. Хотя нет, это не самое удачное время просить пароль.

– Личное? – и снова эта мерзкая усмешка, задевшая меня ещё сильнее. Ему что, так хочется надо мной поиздеваться? Или он думает, что раз я ему должна за немножко разбитую фару, то теперь буду всё это терпеть?

– Да, личное, – зло ответила, уже сожалея, что пришла сюда. Возможно, лучше стоило отдать ему долг деньгами, а не терпеть его насмешки. Как-нибудь да наскребла бы нужную сумму. Вот какой из него оборотень? Разве что свинья! Поведением так вообще соответствует.

– У тебя ведь даже парня нет, – язвительно усмехнулись мне.

– А это тебя не… А откуда ты знаешь, что у меня нет парня? – вмиг насторожилась.

Я успела заметить проскользнувшую на его лице растерянность, хоть через секунду Томас снова был спокоен, и с лёгкой скукой во взгляде и снисходительной, еле очерченной улыбкой на бледных губах, он взирал на меня.

Приплыли! Я уже чувствую, как плохи мои дела. Вот хватило же ума посетить дом незнакомца, располагающийся на приличном расстоянии от центра и оживлённых районов. Даже если он не оборотень, то он богатый, а у богатых, как говорят, свои причуды. И вот как бы у этого конкретно богача не было какого-то опасного и жуткого скелета в шкафу. А вообще меня злит, что я никак не могу понять, кто же он, ведь раньше я всегда знала, кто оборотень, а кто человек.

– Эта мысль пришла сама собой, стоило мне впервые тебя увидеть.

И вроде бы в этих словах не было ничего такого, и сказал он их с искренним безразличием, но почему-то фраза «стоило мне впервые тебя увидеть» заставила меня напрячься. И вот теперь во мне проснулось подозрение, и появились мысли, что он, возможно, следил за мной. И ответ, зачем ему это делать, у меня был только один – он знает, кто я такая.

Спокойствие. Надо сохранять спокойствие. Сейчас как-то выкрутимся… Хотя какой там! У меня даже нет на счету денег, чтобы позвонить Ксюше.

– То есть, впервые увидев меня, ты подумал не что-то типа «вот коза слепая!», а «у неё точно нет парня»? Это… странно.

– Почему же? – с интересом спросил Томас. Стоит отметить, что он стоял намного ближе ко мне, хотя я даже не заметила, как он подошёл.

– Я думаю, что когда тебя кто-то подрезает… нечаянно, конечно же, то о его семейном положении думаешь в последнюю очередь. Если только ты увидел меня впервые, именно когда я в тебя немножко врезалась.

А вот если он знает, что я верфа, то всё логично. Таких, как мы, всегда держат под надзором, ведь в основном мы попадаем в руки вот к таким вот богачам.

Томас улыбнулся, но вот призрачно-голубые глаза, как мне показалось, немного потемнели.

– Ты ведь без понятия, как приготовить названные мною блюда, – резко сменил тему, подходя ещё ближе ко мне.

Стоило ему приблизиться, как я почувствовала исходящий от него морозный запах с нотками лакрицы. Странный мужчина и пахнет по-странному. Так притягательно, соблазнительно и вкусно. Так, стоп! Что-то я не о том думаю, совсем не о том.

– Мне кажется, что ответ на этот вопрос ты знаешь, – тихо ответила, внимательно смотря на него и боясь снова пропустить момент, когда он ко мне приблизится.

– Все эти блюда есть в новогоднем меню «Скарлетт». В меню ресторана, в котором ты работаешь, мой маленький, неумелый поварёнок.

Правда? Ах да, я же ещё не видела новогоднее меню, хотя слышала, что там хотят внести существенные изменения и предложить посетителям как можно больше новых и необычных блюд. А вообще, я не поняла, это что за резкая смена настроения? С чего это он называл меня «мой маленький, неумелый поварёнок»? Да ещё и так мягко это протянул, что у меня по коже пробежались мурашки.

– Я там и правда работаю, но я…

– Поверь, я прекрасно знаю, что ты там работаешь. Удивительно, что ты не стала утруждать себя запоминанием того минимума, который требуется от маленького помощника повара.

Откуда он знает? Неужели заезжал в ресторан, чтобы убедиться, что я действительно там работаю? И какой ему тогда резон впускать меня в свой дом, чтобы я готовила еду? При этом выбрав ещё такие рецепты, с которыми обычному помощнику повара без должного образования и практики не справиться? Нет, ну у него точно на меня другие планы! Может быть, он всё это специально подстроил, чтобы я тут находилась спокойненько, без криков, пока не прибудет кто-то из оборотней, кому он меня продаст?

А ведь у него сегодня что-то наподобие вечеринки! И если все гости окажутся оборотнями… Плохи мои дела!

Я испуганно сжалась, чувствуя, как от накатывающей паники становится трудно дышать.

– Ну раз мы оба знаем, что мне это не приготовить, то я могу идти? Сколько я там тебе должна за фару? – Голос немного дрогнул, хоть я и старалась изобразить полное спокойствие. Вот только если он оборотень, то он должен был уже почувствовать моё волнение.

– У тебя ведь нет денег, – усмехнулся Томас.

И на душе стало так противно от его злорадства, что даже страх начал отступать.

– Но у тебя же фара не золотая была! Говори уже, сколько надо денег? – раздражённо спросила, не понимая, что за игру он устроил.

Вот надо было сразу так сделать, а не устраивать весь этот цирк. Всё-таки сумма не должна быть такая уж запредельная. Если этому типу, конечно, нужны от меня деньги.

Но ответить Томасу помешал раздавшийся вдали дверной звонок, прозвучавший, с помощью подхватившей его здешней акустики, довольно пугающе. А вот, похоже, и гости. И что-то мне снова не по себе. Хотя какие гости? Ещё для них слишком рано!

Глава 4

Томас нахмурился, видно и сам не ожидая столь раннего визита. Бросив на меня быстрый взгляд, он почему-то нахмурился ещё сильнее. А вот мне снова стало как-то неловко. Цвет глаз у него, конечно, красивый, вот только оказывается, что такие глаза выглядят довольно пугающе. Они какие-то призрачные и неэмоциональные.

– От тебя совсем нет никакого толка, – раздражённо ответил Томас, после чего круто развернулся и зашагал к двери. И уже у самого порога, он, не поворачиваясь ко мне, произнёс: – Бери вещи и на выход. Денег от тебя мне не надо, как и твоей стряпни. Ты, похоже, способна только чистить овощи и яйца. Сам не знаю, что меня подтолкнуло к этой глупой затее.

Сказав всё это просто уничтожающим тоном, он вышел из кухни. Мне даже стало как-то стыдно, а ещё обидно за такие слова. Нет, ну если бы он попросил что-то нормальное, то я бы смогла приготовить. Да мне даже в радость было бы так отплатить за разбитую фару, лишь бы не расставаться со своими и так скудными средствами.

Но, как говорится, раз отпустили, то лучше воспользоваться случаем, пока не передумали. Я свободна, и хоть этот мужчина довольно странный, главное, что он не оборотень, а то я бы от него так быстро не отделалась.

Спрятав телефон в карман, я поспешила за мужчиной, но его уже и след простыл. Неуверенно застыв на месте, я направилась на шум голосов, которые в этом дворце звучали крайне громко. И я почему-то старалась идти как можно тише, да и вообще, скорее больше кралась к выходу, чем шла. Эта обстановка так сильно на меня давила и смущала, что я чувствовала себя вдвойне некомфортно. Но всё только ухудшилось, когда я услышала чересчур звонкий и радостный мужской голос.

– Ну я же уже сказал, что освободился пораньше и поэтому сразу поехал к тебе. А ты чего такой хмурый? Опять Вероника достаёт, да? Тебе уже пора заканчивать с ней сюсюкаться и жалеть её чувства. Ну переспали вы, так это не значит, что ты обязан на ней жениться. Просто укажи ей на… А чем это у тебя так пахнет? Точнее кем? Такой странный запах.

Уже было шагнув в холл, я застыла на месте, и нехорошее предчувствие холодной волной пробежалось по спине. Неужели он оборотень?

– Твоя подружка явно переборщила с духами. У меня даже нос зачесался! – И как в подтверждение своих слов, мужчина громко чихнул.

А я с облегчением выдохнула. Всё-таки не зря я перестраховалась, хотя меня впервые так сильно раздражают мои любимые духи. Но зато они хорошо перебивают мой собственный запах, и оборотень точно не будет принюхиваться, а поспешит поскорее от меня отойти.

– Это не моя девушка. Так, какое-то недоразумение, которое врезалось в мою машину, – раздражённо ответил Томас.

Что-то он и правда не в духе. Мне надо побыстрее отсюда уходить и наконец-то перестать себя накручивать. Зачем-то поправив волосы и оттянув свитер, я неуверенным шагом вошла в холл.

– Она работает в довольно неплохом ресторане и я по глупости предложил ей отработать разбитую фару сегодняшним ужином. Но теперь мне придётся заказывать еду, ведь она даже толком не знает меню своего ресторана.

И вот под такое вот раздражённое сопровождение я появилась в холе, желая только одного – схватить свои ботинки с курткой и выскочить за дверь.

Моё появление не осталось незамеченным, хоть я и старалась двигаться как можно тише –не знаю почему, оно как-то само так получилось. И пока Томас делился своим мнением обо мне, стоя ко мне спиной, его друг, уже расстегнувший пальто, повернулся ко мне. Первое, на что я обратила внимание, так это на блеск его карих глаз, которые в искусственном освещение сильно отливали жёлтым цветом. У незнакомца были довольно резкие черты лица, сам он был высокий, подкаченный, с копной тёмно-каштановых волос и хитрой, довольно хищной улыбкой, которая, как мне кажется, почти не сходит с его пухлых губ. Что сказать, он полная противоположность Томаса. Довольно красивый и обаятельный мужчина, если бы не одно но, а именно его глаза. Так горят глаза у Ксюши, когда она в хорошем расположении духа и не заморачивается тем, чтобы себя контролировать. А вот у людей глаза так не горят.

– А она довольно миленькая, – улыбнулся мужчина, стоило Томасу договорить, после чего он тут же мне подмигнул.

Я постаралась улыбнуться в ответ и вести себя максимально естественно… Если бы ещё моё тело вдруг не начало копировать походку Буратино. Надо успокоиться. Если Томас тоже оборотень, то он так и не понял, кто я такая, хотя, похоже, что-то да ощутил, судя по его словам. Он ведь сам сказал, что не понимает, что его сподвигло предложить мне отработать эту несчастную фару на его кухне. А значит, и этот незнакомец не должен догадаться, что я верфа. По крайней мере, я очень на это надеюсь. Линзы и духи мне в помощь, как говорится.

Вот только не подавать виду оказалось довольно сложно. Тело двигалось как деревянное и мне казалось, что я иду сейчас довольно комично. Ещё и Томас обернулся, и теперь на меня смотрели двое мужчин. Да ещё и так внимательно, пристально, словно почувствовали, что со мной что-то не то, и теперь пытались докопаться до истины. Под такими волчьими взглядами невольно начинаешь чувствовать себя свежей мясной вырезкой. Ну у меня конечно и сравнения пошли!

– Так что, я уже могу идти? – тихо спросила, просто, чтобы нарушить тишину. А то мне уже начало казаться, что я слышу, как гудят лампочки.

– Я тебя и не задерживаю, – довольно грубо ответил Томас, продолжая сверлить меня взглядом. Такое ощущение, что он за что-то на меня злится.

Хотя о чём это я, он, как и его гости, остались без ужина, а я никак не возместила ущерб. Понятно, чего он такой злой.

– Какой ты сегодня грубый, – с усмешкой произнёс незнакомец, посмотрев на своего друга, – Ну кто так разговаривает с девушкой? Если ты хотел, чтобы она тебе что-то приготовила из того, что ты сам выбрал, так надо было у неё сразу напрямую спросить, умеет она это готовить или нет.

– Да! – невольно вырвалось у меня. Томас тут же зло зыркнул в мою сторону и от его взгляда меня снова до костей пробрал мороз, так что я решила немного исправить ситуацию. – Да, мне уже пора.

С этими словами я обулась и, уже не слушая о чём там разговаривают мужчины, быстро надела куртку, замотала шарф и приготовилась наконец-то покинуть этот дом.

Теперь надо как-то попрощаться, не могу же я просто взять и молча уйти. Вот только, если честно, у меня всё же есть подобное желание. Но не успела я и слова сказать, как меня опередили.

– Уже собралась, – улыбнулся незнакомец, – Давай я вызову тебе такси, – и, повернувшись к Томасу, добавил: – А ты что-нибудь придумай с едой, а то я жутко голодный.

– Сейчас закажу. – При этом Томас продолжал смотреть исключительно на меня, и вид у него был какой-то недовольный. Это из-за того что я ухожу? Да нет. Глупости.

А вот его друг напротив, улыбался мне довольно искренне. Надев чёрное пальто, он с улыбкой подошёл ко мне.

– Пойдём выйдем. Меня, кстати, зовут Адам.

– Соня, – я улыбнулась в ответ и повернулась к двери, которую для меня любезно открыли, пропуская вперёд. Но я до сих пор чувствовала на себе тяжёлый взгляд Томаса, и это продолжало меня напрягать.

Выйдя на улицу, я поправила шарф, поёжившись от мороза, и спустилась со ступенек. Что ж, всё закончилось довольно хорошо. И мне даже вызовут такси. А ведь самостоятельно я бы не смогла это сделать со своим нулевым балансом на счету.

– Ну что, пошли. – Адам быстро сбежал по ступенькам и, взяв меня под руку, заставил последовать за собой.

– А ты разве не хотел просто вызвать мне такси? – Вот нет что бы поберечь мои нервы, так он решил на них поиграть. Я и так сильно перенервничала за последние несколько часов, пока гадала, что меня будет ждать в этом доме. Так что новые потрясения и переживания мне сейчас ни к чему. Пусть он просто вызовет мне машину, чтобы я наконец-то успокоилась и поехала домой.

– Ты устанешь ждать, пока оно приедет. Давай я тебя лучше подкину до дома. – Адам обаятельно улыбнулся, вот только в полумраке стало ещё заметнее, как неестественно сильно горят его глаза. Да и от этого мужчины веяло такой опасностью, что, несмотря на его внешность, хотелось держаться от него как можно дальше.

А может быть, кроме запаха и глаз, верфу выдает что-то ещё? А то что-то мне не верится, что такой мужчина просто так решил уделить мне своё внимание. И если проблему с глазами и запахом я ещё могу решить, то вот как побороть их интерес? Здесь я уже бессильна. Разве что стараться держаться ото всех на расстоянии… В самоизоляцию что ли уйти? Хотя такая жизнь ещё хуже. И вообще, откуда тут оборотни! Ксюша через своего брата узнавала, что в этом городе их раз два и обчёлся, и все здесь в основном проездом. Даже её семейка сюда не заглядывает.

– Да что ты, не стоит. У тебя ведь на этот вечер другие планы. Так что лучше вызови мне такси, пожалуйста.

– Ерунда. Я всё равно приехал рано, а у Томаса даже нечем перекусить, – карие глаза хитро заблестели, вгоняя меня в краску, – Да и разве можно заставлять такую хорошенькую девушку ждать на морозе.

Хочу домой. Вот сейчас, когда мужская рука крепче сжимает мою, мне этого особенно сильно хочется. Я бы с удовольствием от него отстранилась, вот только я его совсем не знаю, а оборотни способны довольно резко и вспыльчиво реагировать на… Да вообще на всё!

– Кстати, – Адам склонился ко мне, но сделав всего один вдох, тут же снова выпрямился и скривился, – у тебя довольно резкие духи.

– Немного перестаралась сегодня, – невинно улыбнулась. А он ещё довольно терпеливый, даже Ксюша не хотела ко мне подходить, когда мы с ней сегодня виделись, предпочитая держаться от меня на небольшом расстоянии.

Адам снова улыбнулся и его выдержке можно было только позавидовать. И, судя по всему, он был готов терпеть мой резкий, раздражающий гортань запах.

Мы с ним уже подошли к припаркованной у ворот чёрной иномарке, и мою руку тут же отпустили… Чтобы обхватить за талию и прижать к мужскому боку.

– Кстати, если у тебя всё так плохо со стряпнёй, то я могу помочь. Я отлично готовлю, да так, что пальчики оближешь, – последнюю фразу мне прошептали на самое ухо.

И я даже не успела разозлиться такой наглости, как мужчина склонился ниже и я почувствовала его дыхание на своей щеке. А вот теперь ситуация снова накалилась. Он был слишком близко и его нос чуть ли не касался моего лица, и что-то я начала опасаться, что ни к чему хорошему такой неожиданный интерес с его стороны не приведёт. И ещё я почувствовала, как напрягся мужчина, а его рука сжала меня ещё сильнее.

– Адам? Что ты делаешь? – Я постаралась отстраниться от него, но он схватил меня ещё и за руку, до боли сжав запястье.

Судя по его напряжению и расфокусированному взгляду, он и сам не замечает, как перегибает палку и не контролирует свою силу. Но меня пугает даже не боль, а то, что он сейчас поймёт, кто перед ним стоит. Радужка его карих глаз начала светиться ещё сильнее, медленно меняя свой цвет на жёлтый. Такие глаза я уже однажды видела, а это значит, что он и правда волк. И да, я до последнего надеялась, что мои опасения не оправдаются.

– Не могу понять… Ты так странно пахнешь, – задумчиво протянул Адам и склонился ещё ниже, окончательно стирая между нами расстояние, – Но эти чёртовы духи мешают…

– Адам! – Я так и вздрогнула от холодного голоса Томаса, прозвучавшего так неожиданно, да ещё и так близко, что моё сердце испуганно сжалось. А ведь я даже не услышала хруст снега под его ногами.

Да и Адам так отвлёкся, что для него появление друга тоже оказалось неожиданностью. Он тоже вздрогнул, но не отпустил меня, продолжая всё также прижимать к своему боку.

– Отпусти девушку. Ты ей сейчас запястье вывернешь, или ещё хуже, сломаешь.

И вот стоило ему это сказать, как я почувствовала колкую боль в правой руке, которую из-за напряжения даже не замечала.

Адам медленно опустил голову, посмотрев на свою руку, с силой сжимающую мою. Несколько секунд он неподвижно стоял и только после этого разжал пальцы. В этот же момент его от меня оттащил Томас, с такой силой дёрнув на себя, что будь я на его месте, я бы вряд ли устояла на ногах.

– Ты что творишь? Твои глаза! – услышала я тихий, но звенящий от ярости голос Томаса. Эти слова вряд ли предназначались для моих ушей, но я всё же смогла их расслышать.

– Сам не знаю. Что-то нашло, – хрипло ответил Адам.

Я же отошла на несколько метров от мужчин и растёрла саднящую кожу. Блин, у него, похоже, ещё и когти появились, вон как руку расцарапал. Но меня волнует другое, он понял кто я или нет?

Обернувшись, я посмотрела на мужчин. Адам стоял ко мне полубоком и я видела, как высоко вздымается его грудь. Закрыв глаза, он пытался подавить своего зверя, с такой силой сжав руки в кулаки, что костяшки его пальцев побелели. А вот Томас так и пожирал меня внимательным взглядом. Плохо дело. До них сейчас дойдёт, что простой человек не может так влиять на оборотня. Если бы не высоченный забор, я бы уже бросилась бежать. Хотя это мне вряд ли бы помогло и я бы не смогла далеко убежать. Меня бы поймали уже за первым поворотом.

– Я вызвал такси, скоро приедет, – первым нарушил молчание Томас.

Всё, что я смогла, так это просто кивнуть в ответ, чувствуя, как от облегчения подкашиваются ноги. Кажется, не поняли. Неужели мне повезло?

Минут десять мы простояли в полной тишине. Я с надеждой смотрела на забор и старалась не обращать внимания на внимательный взгляд, который ощущала каждой клеточкой тела. Меня ещё и интуиция решила добить, нашёптывая, что всё так просто не закончится и Томас всё понял. Но, возможно, у него есть возлюбленная, которую он не готов променять на верфу. Вероятен же такой вариант? Да и с деньгами у него всё в порядке, чтобы загореться желанием на мне нажиться. Значит, он просто решил отпустить? Пусть это будет так, ну пожалуйста.

Когда тишину спугнул рёв мотора, и дорогу осветили фары, я с облегчением выдохнула и нетвёрдой походкой зашагала к воротам… Которые всё ещё были закрыты. Но всё равно подойдя к ним, я обернулась.

Томас стоял на том же месте, а вот Адама поблизости уже не было. Предугадав мою просьбу, мужчина достал из кармана небольшой чёрный пульт и нажал на кнопку. Ворота тут же отъехали в сторону, пропуская такси на территорию оборотня.

– Будь осторожна, – вместо прощания произнёс мужчина, после чего он сразу же развернулся и направился к дому.

Проводив его взглядом, я почему-то дождалась, пока он скроется за дверью, и только после этого села в машину. Но полностью расслабиться и прийти в себя, я смогла лишь когда мы подъехали к городу.

Глава 5

– Я всё. – Убрав за собой стол, я устало выдохнула и поспешила в комнату для персонала, чтобы переодеться и забрать свои вещи.

Ещё один рабочий день позади, и хоть он выдался довольно трудным из-за обилия заказов, всё прошло спокойно и я сегодня впервые удостоилась похвалы от Сергея Геннадиевича, нашего шеф-повара. И это оказалось даже слишком приятно, ведь до этого он или делал вид, что не замечает меня, или за что-то отчитывал. Но сегодня я ещё удивила саму себя. Столько всего сделала и при этом ничего не испортила, несмотря на то, что времени было в обрез, а заказы так и сыпались, так что я была горда собой как никогда. А ведь основной праздник ещё впереди, а это значит, что расслабляться пока рано.

Но в работе есть один большой плюс, она помогла мне, хоть и на время, но всё же выкинуть вчерашний вечер из головы. А точнее, забыть об оборотнях и не съедать саму себя мыслями, что они ещё снова появятся в моей жизни. Всё-таки очень сложно избавиться от страхов, на которых тебя вырастили.

Вернувшись вчера домой, я сразу же пополнила счёт и созвонилась с Ксюшей, рассказав ей о случившемся. Она, как впрочем и ожидаемо, не поддержала мои опасения, сказав, что если бы я им приглянулась или была нужна, меня бы уже не отпустили. А раз мне позволили уйти, то я им неинтересна. Её больше заинтересовал Адам, про которого она попыталась у меня всё узнать, особенно, когда я предположила, что он волк. Но после такого стресса, мне меньше всего хотелось обсуждать мужчин и их внешность, так что я распрощалась с подругой, правда чувствуя, что она к этому разговору ещё вернётся.

Ксюша и сегодня мне звонила, и ей явно было от меня что-то надо, судя по шести пропущенным от неё вызовам. Вряд ли бы её прямо настолько сильно мучило любопытство. С таким завалом на работе, я ещё не брата за этот день телефон в руки, у меня даже обеденное время сократилось в два раза, так что было как-то не до разговоров. А Ксюша мне ещё, как оказалось, отправила сообщение.

«Сонь, это капец! Отец хочет меня видеть, говорит срочно. Судя по его голосу, у меня большие проблемы. Вот что я успела сделать? Короче, я уже к нему выезжаю. Ты мне лучше пока не звони и не пиши. И держи за меня кулачки. Что-то мне кажется, что я как-то вывела его из себя. Надеюсь, скоро увидимся»

Вот это подарочек под новый год. Не завидую я ей. На её месте, я бы сбежала от такой семьи, переехала как можно дальше, чтобы они меня не нашли. А она не может это сделать. Боится, что её всё равно найдут, к тому же она явно опасается, что не сможет выжить одна. Оборотню трудно в окружении людей, особенно девушке. Тут ещё существует опасность встретить одиночек, нарваться на ликанов или столкнуться с отвергнутыми. А без семьи и стаи защиты будет ждать неоткуда.

Как всё-таки хорошо живётся тем, кто и не подозревает о существовании Лунного мира. Им намного спокойнее, они не знакомы с жестокостью скрытого от них мира, ведь оборотни и другие создания живут по своим правилам и порядкам, выдвигая вперёд сильных и издеваясь над слабыми.

Переодевшись, я распустила волосы, освободив их от тугого пучка, надела шапку и вышла из комнаты. Здесь, как оказалось, меня уже ждали.

– Уже уходишь, – улыбнулся Марк, вытирая руки о полотенце. – А со мной так и не попрощалась.

– Ты был так занят тем клюквенным кремом, что я не решилась тебя отвлекать. – Я смущенно улыбнулась, чувствую, что краснею. И это не от жары… Ну, может, частично, всё-таки я уже полностью одета, стою в шапке и в шарфе, а с кухни идёт такой жар, что мне сейчас даже немного трудно дышать.

– Ерунда. Я бы нашёл для тебя время, и ни один крем бы меня не остановил.

Марк снова улыбнулся, и у него на щеках появились милые ямочки. Да и когда он улыбается, ни за что не скажешь, что ему уже тридцать пять, так что хочется скинуть лет десять так точно. Когда я пришла сюда работать, он мне сразу понравился, и не только из-за внешности. Всегда спокойный, вежливый и улыбчивый, он всё внятно и понятно объяснял и всегда был готов помочь. Вот он полная противоположность Сергея Геннадиевича, который может только задать правильное направление, ну а дальше ты сам выкручивайся. И вот ни дай Бог у тебя после его совета ещё что-то не получится. Марк у нас на кухне второй после него, он су-шеф. Ещё в дополнение к такому покладистому характеру у него привлекательная внешность. Он высокий, правда, немного худощавый, но сила в руках есть, если помощь нужна, он запросто и мешок с картошкой поднимет и банки с заготовками переставит. И лицо у него приятное и доброе, глаза яркие, светло-карие, волосы тёмно-русые, очень красивые, но Марк почему-то всегда их коротко обстригает, стоит им отрасти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.