Елизавета Лещенко
Самолёт до Луны и почти нормальная жизнь

Глава первая. Первый пилот, второй пилот

Эрни придерживал свободной рукой футляр с лютней, который то и дело соскальзывал с плеча, потому что его вытеснял большой дорожный рюкзак, набитый под завязку. Другой рукой Эрни хватался за локоть Тома, который куда-то летел на своих лёгких, почти непомерно длинных ногах. Нина и учитель сольфеджио застряли возле главного входа, пытаясь предугадать траекторию движения Тома. Заметив, что он приветственно машет кому-то и что-то кричит, подпрыгивая, они приземлились в ближайшие пустовавшие кресла.

На вид совсем молодой человек, носивший форму сотрудника аэропорта, лучезарно улыбаясь, тоже радостно приветствовал Тома, без стеснения размахивая обеими руками. Администратор стойки, сейчас отвечавшая на важный, по-видимому, телефонный звонок, с неодобрением косилась на них обоих.

– Рэй, привет, как давно не виделись! – Том кружил Рэя вокруг его оси, обнимая.

– Анрэй и только Анрэй, ты же знаешь. Конечно, давно: сколько бы мы ни приглашали тебя на барбекю, ты всегда смертельно занят! Куда это ты, кстати, собрался самолётом, не расскажешь?

– Есть дела в Испании, – будничным тоном невозмутимо ответствовал Том.

– До Ирландии, значит, никак не доедешь, а в Испанию вот собрался! – продолжал атаку Рэй-Анрэй. Похоже, он действительно скучал по Тому, хотя Эрни не знал, что их связывало. Впрочем, Рэй, наверно, тоже не знал, что Эрни приходится Тому приёмным сыном.

Рэй был примерно на голову выше Эрни и примерно на голову ниже Тома, у него были густые волосы оттенка красной меди и светлые ярко-голубые с бирюзовым отливом быстрые глаза, живо вращавшиеся под на вид немного тяжёлыми веками.

– Как отец, всё так же редко выбирается в большой мир? – Том наконец выпустил Рэя из объятий.

– Король своего хутора, ты же знаешь, городская суета – не его стихия.

– Его стихия – заливные луга, ему одному известные горные тропинки и дружные стада откормленных овечек, – рассмеялся Том. – Ох, я так скучаю по всему этому и по его чудесным дудкам, он, наверно, вырезал кучу новых?

– Ещё бы, они у него везде лежат, даже в туалете.

Том снова расхохотался.

– Да, я помню… – С полминуты он тихо улыбался, вспоминая. – Я вас друг другу не представил, простите. Эрни, это Анрэй, старший сын моего старинного друга, если не сказать, друга из песочницы, Анрэй, это Эрни, мой приёмный сын, его пригласили выступить на фестивале струнной музыки, поэтому мы все и летим в Испанию.

– Ничего себе! Ты молодец, Эрни! – Анрэй протянул руку для рукопожатия.

– Рад знакомству. – Эрни дружелюбно сжал изящную мягкую кисть Анрэя своей мозолистой ладонью.

– Покажите-ка билеты, по-моему, вам досталась новая модель… точно! А до посадки ещё полчаса. Хотите проведу в кабину пилота, пока его нет на месте? – Последнюю фразу Анрэй произнес шёпотом.

– Спрашиваешь! – в один голос восторженно, но еле слышно отозвались Том и Эрни.

– Идёмте со мной, тихо, вон к той двери. – Анрэй, взяв Тома и Эрни под локти, увлекал их к двери с надписью «Только для персонала».

Эрни быстро набрал сообщение для Нины: «Скоро вернёмся, не скучай». – «Ладно», – видимо, не особо поняв, в чем дело, ответила она.

Анрэй, Том и Эрни протискивались мимо трапов, погрузчиков, каких-то контейнеров, огромных коробок, то и дело куда-то сворачивая, и наконец оказались возле самолёта, со стороны взлётной полосы.

Самолёт действительно выглядел абсолютно новым, его стильный серебристый корпус сверкал на солнце, как корпус межпланетной ракеты из фантастического мультика.

Плотные тонированные ярко-голубые стёкла скрывали от глаз пульт управления и кресла пилотов.

Анрэй куда-то бежал, жестом показывая: «Ждите здесь». Через минуту он уже припарковывал подкатной трап к дверце кабины управления. Из нагрудного кармана он достал электронный ключ и открыл дверь.

– Залезайте и обещайте ничего не трогать руками. У вас пять-семь минут, я побуду здесь – на карауле.

Анрэй спустился, а Том и Эрни взлетели по трапу и плюхнулись в кресла пилотов.

Кресло как будто обняло Эрни сзади, расправило его лопатки, помассировало поясницу и немного покачало его взад-вперёд.

Он случайно задел локтем какой-то рычаг слева, и его обдало волной прохладного, свежего озонированного воздуха.

Том и Эрни с наслаждением и шумно дышали, на время забыв обо всем остальном.

Неожиданно слева от Эрни что-то «взорвалось» – Том громко и сильно чихнул. Теперь что-то взорвалось перед лицом Тома – он утонул в огромной подушке безопасности. Молотя кулаками по обеим сторонам подушки, Том быстро сдул её, оставив болтаться, как внезапно опустевший мусорный пакет под пультом управления, в который упирались его острые колени.

Том снова шумно и глубоко вдохнул: воздух теперь почему-то стал влажным и довольно теплым, как пар над горячим озером. От этого оба «пилота» начали сильно зевать, с трудом удерживая головы на плечах – подбородок Эрни так и тянуло к груди, веки отяжелели и слипались, хотелось вставить в глаза спички.

Том мягко толкнул Эрни локтем в бок и снова включил озонирование, как раньше, случайно – Эрни.

Том, взбодрившись, колдовал над подушкой безопасности, упаковывая её обратно, то есть запихивая её в какую-то щель между сенсорными панелями и миниатюрными рычагами.

– Мы обещали ничего не трогать, а мужчины всегда держат обещания. – Том заговорщически подмигнул, его длинная густая борода слегка качнулась, коснувшись сенсорной панели.

Над панелью возникла голограмма – объемная прозрачная девушка с фиалковыми глазами и серебряными волосами, чётко уложенными на уровне точёных высоких скул. Тёмно-фиолетовые губы идеальной формы приоткрылись и поприветствовали Эрни и Тома: «Первый пилот, второй пилот, обновлённая система навигации „Спутник три тысячи“ рада приветствовать вас на борту сверхнового пассажирского лайнера…»

Том и его борода заставили «Спутник три тысячи» так же внезапно замолчать и исчезнуть: Том снова громко чихнул и снова вёл борьбу с неугомонной подушкой безопасности.

Анрэй тем временем, активно жестикулируя, подавал Тому знаки – время вышло.

Эрни было потянулся к рычагу на двери в кабину, но тут произошло что-то странное. Краем глаза Эрни заметил какое-то свечение, лицо Анрэя странно исказилось, теперь он интенсивно размахивал поднятыми вверх руками, подпрыгивая на месте. Эрни почувствовал, как что-то проскрежетало совсем рядом, царапнув бок корпуса, он ощутил движение – самолёт катился вперёд по взлётной полосе, всё ускоряясь, побелевший Анрэй теперь бежал сзади, как будто надеясь догнать их.

Но самое странное происходило не с самолётом и не с Анрэем: Том больше не сидел в кресле и не сражался с подушкой безопасности – он спал, левитируя. В кармане его узких джинсов что-то мерцало.

Повинуясь инстинкту (нужно же попытаться сделать хоть что-то), Эрни запустил свои гибкие пальцы в карман Тома и извлёк оттуда нечто овальное, обжигающе-холодное.

«Летаргический сон» Тома сразу прекратился, он плюхнулся в кресло первого пилота. Кресло мягко качнулось взад-вперёд и обвило тело Тома гибкими ремнями безопасности, напоминавшими молниеносно отрастающие тропические лианы из приключенческих фантастических фильмов конца прошлого века.

Эрни почувствовал, что его тело тоже обняли ремни-лианы. Самолёт тем временем всё набирал скорость.

Загадочный камень в ладони Эрни больше не казался ледяным, но продолжал светиться, теперь он был окружён бледно-голубым сиянием.

Том молча сидел в кресле, потирая глаза. Казалось, он ещё не вполне пришёл в себя.

– То-ом… – робко начал Эрни, – мы куда-то быстро едем… – Эрни успел заметить, как нос самолёта погрузился в какую-то завихрённую субстанцию, неожиданно возникшую прямо на его пути.

К удивлению Эрни, Том крепко вцепился в полукруглый руль и крутанул его вправо, перегнувшись через подлокотник. Самолёт тут же послушно лёг на правый бок, стремительно продираясь сквозь какую-то блестящую кишку.

– Мы что, совершаем прыжок сквозь гиперпространство? – на самом деле похолодев от страха, попытался пошутить Эрни.

Том теперь небрежно вращал руль одной рукой, другой рукой он опирался о подлокотник, полуразвалившись в кресле.

– Ты действительно так думаешь? – продолжая так же грациозно вести самолёт, невозмутимым тоном спросил Том.

– Я думаю, что совсем не понимаю, что происходит и во что мы встряли, – честно признался Эрни. – Кстати, где это ты научился… самолётовождению, позволь спросить?

– А… это… да так, в приставку играл.

– Вот как. Ну ясно. Так что насчёт… гиперпространства всё-таки?

– У меня есть одно предположение.

Окна кабины обтекала загадочная густая субстанция, переливавшаяся всеми цветами радуги, в неё как будто щедро подмешали блёстки.

– Возможно, это связано с моим наследством.

– С чем?! Да кто тебе в наследство самолёт оставил – друиды?!

– Ну кто сказал, что это самолёт.

– Я пас. Давай уже без загадок, у меня и так голова кругом.

– Правда?! Тогда одна маленькая мёртвая петля тебе не повредит.

– То-о-о-о-ом!

Но было уже поздно: ноги и голова Эрни поменялись местами четыре раза подряд, в ушах звенело, в животе что-то вращалось, спина и грудь стремились в разные стороны, волосы шевелились, собираясь отпасть…

– О, стой, я вижу выход! – вдруг заорал Том, как будто это Эрни беспощадно вращал самолёт, выписывая кульбиты в загадочном блестящем пространстве.

Ноги и голова Эрни наконец вернулись на свои естественные места.

Нос самолёта погрузился в блестящую завихрённую воронку. Том при этом снова налёг на руль, положив самолёт на правый бок. Его длинные волосы задели тыльную сторону ладони Эрни.

Радужную панораму сменил странноватый пейзаж, напоминавший разве что ночную пустыню. Мертвенно-бледная каменистая почва, испещрённая рытвинами, мистически мерцала.

Самолёт мягко приземлился, высоко подпрыгнув. Описав дугу над поверхностью, он совершил ещё несколько прыжков, затем долго катился и наконец мягко затормозил, как будто споткнувшись. Шасси во что-то упёрлось.

Глава вторая. Полноземлие и кое-что из-под земли

– И где это мы? – Эрни потирал виски и вращал головой, чтобы размять шею.

– Объединенные Арабские Эмираты, – не без сарказма отчеканил Том.

– Правда? – Эрни теперь разминал затёкшие кисти, хрустя костяшками.

Том многозначительно молчал, растирая пальцами камень, который Эрни достал из его кармана, когда он был в отключке.

– Что ты там говорил про наследство? – Эрни попытался зайти с другой стороны.

Ремни-лианы тем временем ослабили свою хватку, затем самовольно исчезли в недрах кресла второго пилота. Том тоже «освободился от пут».

– Кажется, эта механическая разумная система предлагает нам прогуляться. Что скажешь? – снова проигнорировав вопрос Эрни, сменил тему Том.

– Учитывая то, что я и приблизительно не представляю, где мы…

Том распахнул дверцу и без раздумий спрыгнул вниз. Странная почва, как батут, оттолкнула его. Он взлетел немного выше кабины, снова оттолкнулся, на этот раз Эрни заметил только его макушку, и исчез где-то внизу – окончательно. Эрни несколько удивил тот факт, что он не услышал ни единого звука.

Том, однако, снова появился, в прыжке подавая Эрни какие-то знаки. Эрни высунулся из кабины и посмотрел вниз. Том всё ещё отскакивал от земли, как попрыгунчик. Интенсивно жестикулируя, он приглашал Эрни тоже спрыгнуть.

Заметив, что с Томом всё в порядке, Эрни наконец отважился совершить прыжок в неизвестность.

Как он и ожидал, упругая почва подбросила его обратно, он смог окончательно приземлиться только после нескольких полётов вверх-вниз. Том наблюдал за ним, как кот – за мячиком, поднимая и опуская голову.

Когда Эрни окончательно приземлился, Том подошёл к нему вплотную и разжал руку. Странный камень на его ладони засветился ярко-голубым, вокруг него образовалось мерцающее поле, как купол, смыкавшееся над Эрни и Томом.

– Отлично. Теперь мы можем не только дышать, но и слышать друг друга.

– А почему только теперь?

– Раньше ты дышал своей порцией воздуха, а я – своей, а между нами воздуха не было. Когда мы стоим близко друг к другу, наши «воздушные камеры» сливаются в одну общую. В общем, что бы ни случилось, пообещай не отходить от меня далеко.

– Постараюсь, – мало что понимая, ответил Эрни. – А что это вообще за камень?

– Друиды называли его Лунным камнем, но я раньше не придавал этому большого значения. Как оказалось, зря.

– Так мы на…

Том не дал Эрни закончить вопрос и, взяв за плечи, развернул его на сто восемьдесят градусов.

Эрни открыл рот в немом изумлении: в черном небе висела огромная, яркая, окружённая голубым ореолом Земля.

– Нам повезло, мы попали на полноземлие, – совершенно спокойно прокомментировал Том.

Эрни разглядывал облака и континенты. Огни ночных городов, как ёлочная гирлянда – рождественское дерево, украшали спящие материки. На другой стороне планеты бирюзовые воды океана, осветлённые дневным солнцем, обнимали изогнутые края побережий.

– Я уже по ней скучаю, – нежно проговорил Том.

– Так, может, вернёмся? – с робкой надеждой в голосе предложил Эрни. – Как мы, кстати, собираемся лететь обратно?

– Хороший вопрос. – Одной рукой Том почёсывал затылок, другой доставал из кармана телефон. – О, у меня Интернет ловится. Говорит, мы на Луне, надо же, какой умный.

Эрни услышал шаги, а потом звуки стихли.

– То-о-ом?!

Никакого ответа. Ясно, воздушные пузыри снова разъединились.

«Куда ты подевался?» – Эрни воспользовался мессенджером, его умный телефон тоже нашёл Интернет.

«Куда вы подевались?» – тут же всплыло сообщение от Нины.

«Один старый знакомый Тома устроил нам небольшую экскурсию, скоро будем, – нагло соврал Эрни. – У вас всё в порядке?»

«Обойди самолёт», – ответил Том.

«Вроде да, но приходи скорее, здесь стало людно», – Нина, кажется, что-то заподозрила.

«Вернусь так скоро, как только смогу, целую», – попытался успокоить её Эрни.

«Когда ты так говоришь, это значит, что вы встряли в очередное приключение», – Нина решила прижать его к стенке.

«Всё в порядке, правда, не переживай».

«Ты идёшь?! Давай скорее», – поторопил Эрни Том.

Обойдя блестящий хвост самолёта, Эрни заметил голубоватую сферу, теперь находившуюся в районе шасси.

Подойдя поближе, он увидел, что Том сидит на корточках и разглядывает что-то, нахмурившись.

Эрни тоже присел рядом с Томом, чтобы они снова могли слышать друг друга.

Эрни наконец увидел, во что упёрлось шасси – огромный кованый сундук старинного вида, покрытый комьями свежей земли, как будто его только что из этой самой земли вырыли.

– Ого! Я ни в одном музее такого не видел, – изумился Эрни.

– И не увидишь. Такие сундуки охраняют профессиональные гномы, а они это умеют, поверь мне на слово.

– Я верю тебе. А он что, вместе с нами прилетел? На нем свежая земля.

– Никакая она не свежая, всего лишь примитивная иллюзия. – Том щёлкнул пальцами и сбил «ком земли», на поверку оказавшийся всего лишь сгустком пыли, взмывшей вверх и тут же без следа исчезнувшей. – Он лежит здесь с тех пор, как его завещал мне мой прадед.

– Странно, что на него не наткнулись первые астронавты или какой-нибудь луноход…

– Главное, что на него наткнулся наш самолёт. А от случайных столкновений с астронавтами и луноходами хранитель этого сундука его защитить способен, будь спокоен.

Том продолжал щелчками сбивать с сундука землю.

Ободок крышки был инкрустирован крупными драгоценными камнями, Эрни не знал всех названий: красный, наверно, был рубином, зеленоватый – бирюзой, а крошечные «звёздочки» по краю, от которых во все стороны отражался голубоватый свет, – наверняка бриллианты. В самом центре, однако, в месте переплетения металлических ремней, виднелась пустовавшая впадина овальной формы, изнутри выкрашенная голубым.

Том вложил во впадину лунный камень, и из-под крышки заструился голубой туман. Крышка приоткрылась, тумана стало больше. Эрни утонул в нем, ничего не видя.

Однако он явственно слышал какие-то устрашающие звуки, создававшие вибрацию. Он уже было приготовился к очередной телепортации, но вдруг Том сильно чихнул и туман куда-то пропал.

Крышка сундука теперь была откинута.

Наполовину сундук был заполнен драгоценными камнями, затейливыми украшениями и старинными золотыми монетами, другую половину занимали книги, уложенные в две стопки.

На горке из сокровищ, свернувшись калачиком, спал гном.

Он так громко и заливисто храпел, что Эрни показалось, что от этого храпа трясутся не только сундук и самолёт, но и вся Луна.

– Надо срочно его разбудить, а то наш естественный спутник, чего доброго, сойдёт с орбиты. – Том, видимо, разделял мнение Эрни.

Том взял гнома за плечо и мягко потряс. Ничего не произошло. Том потряс сильнее – храп только усилился. «Проснись!» – не выдержав, проорал Эрни прямо в ухо гнома, но, увы, храп так и не прекратился.

– Постой-ка, по-моему, это дневник. – Том взял книжечку с закладкой-лентой, лежавшую сверху.

– О! Узнаю почерк прадедушки! – Лицо Тома сияло. Он радовался как ребёнок, нашедший «клад», спрятанный в качестве детского сюрприза его дедушкой на приусадебном участке.

Эрни заглянул в дневник. Тонкие пожелтевшие страницы были наискосок исписаны какими-то каракулями, отдаленно напоминавшими руны.

Том, однако, без труда расшифровал их.

– Здесь написано: чтобы разбудить гнома, выдерните из его бороды самый длинный волос.

– Как я пойму, какой тут самый длинный: они все завиваются.

Эрни в задумчивости перебирал волоски гномьей бороды, пока тот продолжал храпеть, сотрясая всё вокруг.

– А если один держать, а остальные подкоротить? – предложил Эрни.

– Ты гений. А чем коротить будем?

– Тут есть какой-то нож. – Эрни заметил на дне сундука среднего размера нож с позолоченной ручкой, украшенной сапфирами.

– Только надо положить как лежал: мы ещё в наследство не вступили.

– Мы?

– Ты тоже наследник. Во всяком случае, этот камень так считает.

– Ясно, – не стал вдаваться в подробности Эрни. Его телефон тем временем активно вибрировал.

«Почему я не могу тебе позвонить?» – Нина снова забеспокоилась.

«Мы в отделе управления полетами, здесь сложная радиоаппаратура, – Эрни выдал первый пришедший на ум полусвязный бред, хорошо, что девушки редко разбираются в технике. – Скоро будем, не переживай».

«Я стараюсь. Кстати, посадка задерживается, как нам сказали, по техническим причинам».

«Вот видишь, волноваться не о чем».

Одной рукой Эрни набирал сообщения, другой продолжал держать бороду храпевшего гнома, которую яростно пилил ножом Том.

– Давай-ка я. – Эрни прекрасно вырезал красивые фигуры из деревянных брусков, его рука отлично владела ножом.

– Ну, раз, два, три, трах-тибидох! – Том выдернул самый длинный волос, зажмурив глаза.

Храп и тряска прекратились.

Гном потянулся и сел, зевая. Яркие глаза пристально посмотрели на Эрни, затем на Тома.

Его живот заурчал. Эрни осознал, что храп был не так уж страшен – урчание напоминало рык крупного хищного динозавра из впечатляющего фильма.

– Есть хочу! – сиплым басом изрёк хранитель сокровищ.

– «Гном проснётся голодным. Накормите его. Хорошо накормите», – Том переводил друидские каракули из дневника. – У тебя есть с собой еда? – спросил Том таким тоном, как будто Эрни был как раз тем человеком, который всегда держит связку сосисок в нагрудном кармане своей куртки.

– Вроде был мятный леденец. – Эрни действительно нашёл леденец на дне кармана.

Эрни протянул леденец гному. Тот схватил и проглотил его, не жуя, вместе с обёрткой. Том тем временем чертил какие-то знаки на земле, бормоча что-то на валлийском. Ненадолго исчезнув в облаке магического тумана, он снова появился, держа в руках поднос с горячей пиццей и печёной картошкой. Гном быстро уплёл всё без остатка, не боясь обжечься. Громко рыгнув, он погладил потолстевший живот и прикрыл глаза. Казалось, он был доволен.

– Не знал, что ты способен наколдовать еду из воздуха, – похвалил Эрни магические труды Тома.

– Я тоже не знал. Вообще-то не наколдовал, а телепортировал.

– Откуда, прости?

– Из школьного кафетерия. Я там сооружал маленький проём к своему кабинету… ну, знаешь, иногда хочется выпить кофе с пончиком в гордом одиночестве… – Том немного покраснел. – Ну и теперь у меня получилось немного изменить… точку прибытия. Не без помощи этого славного камня, конечно.

Гном тем временем начал громко зевать и прилёг на бок, лениво болтая ногой. Казалось, он снова готов уснуть.

Том снова листал дневник с каракулями.

– «Чтобы расположить гнома к себе, развлеките его – он любит загадки. Если ему понравится с вами играть, он будет помогать вам, используя свою волшебную силу».

– Ну, вот и приехали, давай-ка искать в Интернете… – Том полез в карман за телефоном и тут же уронил его, дуя на обожжённый палец.

– Жульничество! Не потерплю! – Приободрившийся гном вошёл в азарт и начал злиться.

– Хорошо, хорошо, – вмешался Эрни. – Я сам сейчас тебе что-нибудь загадаю. Вот, скажи мне, на что ты всегда смотришь, но никогда не видишь?

– Шапка-невидимка!

– Нет, в мире обычных людей. Мы не используем волшебные штуки в повседневной жизни, понимаешь?

Гном снова задумался.

– Стекло!

– Это муха не видит стекло, а человек – видит.

– Воздух, – начиная раздражаться, снова предположил гном.

– Неплохо, но я загадал не это. К тому же мы всё же способны видеть воздух – в некоторых его проявлениях.

Гном ещё немного подумал.

– Твоя взяла, говори ответ, – произнёс он угрюмо, почти обречённо.

– Атом!

– Какой такой атм?! – Гном недоумённо хмурился, напрягая ум.

– Атом – мельчайшая частица вещества, из которой образуется молекула. – Эрни начинал понимать, что гном мало знаком с современной физикой.

– Так ты алхимик? А с виду не похож.

– Да нет, я музыкант. Просто, понимаешь, со времён Средневековья в науке кое-что переменилось.

Гном хмурился, почёсывая затылок.

Эрни пытался придумать что-то, что может ему понравиться. Наверно, это примерно то же самое, что пытаться развлечь современного ребенка лет шести.

– Что остаётся на ложке после того, как с неё всё съели? – нашелся Эрни.

Гном снова нахмурился.

– Опять атм? – робко предположил он.

– Неа, это «вещество» тебе должно быть знакомо.

Гном некоторое время чесал затылок и поглаживал укороченную бороду. Казалось, он всерьёз расстроен.

– Не знаю, – наконец тихо сказал он.

– Слюни!

Гном расхохотался, перекатываясь с одного бока на другой.

– Слюни, слюни… – повторял он, икая.

Том подмигнул Эрни, показав большой палец.

– Как насчёт последней загадки? – предложил Эрни. – Уверен, на этот раз ты отгадаешь.

– Давай, – сказал теперь довольный гном, вытирая проступившие слёзы.

– Что всегда проходит, но никогда не возвращается?

– Время! – без промедления выпалил теперь абсолютно счастливый гном.

Том обнял Эрни и поцеловал его макушку.

– Мой сын – гений. Как и ты! – Том мягко погладил гнома по голове, тот стал похож на довольного котёнка.

Спрыгнув с сундука, он достал из кармана своих смешных брючек позолоченную штуковину с цепью и колёсиками, напоминавшую секундомер. Раскрыв её, он начал вращать механизм – как будто заводил будильник.

– Что это? – поинтересовался Том.

– Времякоситель!

Том и Эрни падали куда-то, вращаясь, как пара фигуристов, исполняющих танец на льду.

Глава третья. Андалузские розы и ореховый рулет

Эрни ударился ступнями о плитку, а лбом – о лоб Тома. Полупрозрачные силуэты их фигур из прошлого, чуть опередив их, растворились. Нина нахмурилась, обернувшись. Она успела что-то заметить, но ничего не успела понять и теперь тёрла глаза и виски.

– Что у вас там случилось?

– Ничего. Ничего сверхъестественного, – нагло соврал Эрни.

– Правда? – Нина всё ещё хмурилась.

– Чистая правда, – поддержал Эрни Том. – Пойдёмте скорее в зал, а то опоздаем на посадку. – Том оперативно сменил тему. Приобняв обоих за плечи, он поспешил к раздвижной полупрозрачной двери.

Завидев Анрэя, который пока ещё стоял возле стойки к ним затылком, Том присел, прячась за спиной Эрни.

Анрэй, действительно не заметив его, вскоре направился к двери с надписью «Только для персонала» в гордом одиночестве.

Все присели в кресла, ожидая начала посадки. Том подскочил на месте: его телефон сильно завибрировал несколько раз подряд. Так бывало, когда его жена, Далия, немного выходила из себя. Том глубоко вдохнул и прочитал сообщения. Что-то быстро написав в ответ, он отключил телефон и убрал его во внутренний карман дорожной сумки.

– Том, ты уверен, что стоит отключать его прямо сейчас? – забеспокоился Эрни.

– Горячий приём мне так или иначе всё равно обеспечен. Пара глупых сообщений ничего не решит.

– Ну, как знаешь… а что, если не секрет, случилось? – почти шёпотом спросил Эрни.

– Наше наследство… свалилось на… упало с… в общем… оно сейчас во дворе у Далии… – шёпотом наконец как сумел объяснил Том.

Нина явно начала что-то подозревать. Снова нахмурившись, она серьезно наблюдала за Эрни и Томом, глядя поверх плеча учителя сольфеджио, беспечно листавшего журнал со сканвордами и анекдотами.

– Мы хотим помочь Далии с цветами во дворе! – бодро соврал Эрни, улыбаясь во все тридцать два.

– А-а, ясно. – Вопреки ожиданиям Эрни, Нина «проглотила» этот находчивый бред и достала из наплечной сумки журнал со схемами вязания крючком.

Том съехал вниз по креслу, вытянув свои длинные ноги так, что они торчали из-под кресла соседнего ряда (благо, сейчас там никто не сидел), и сложил руки на груди, прикрыв глаза. Его распущенные волосы свисали через спинку кресла наподобие шерстяного платка, забытого на стуле чьей-то бабушкой.

– Я труп. Жена меня уроет, – обречённо прошептал он.

Эрни мягко толкнул его локтем в бок:

– Да перестань, вы всегда миритесь.

– Мы успеем выпить кофе? – Том теперь сел, озираясь в поисках автомата с горячим кофе. – Я ужасно устал и проголодался, пока мы с тобой… сюда добирались.

– Лишь бы наш новый друг не голодал, – шепотом сказал Эрни.

– Ох, не говори… – Том снова сполз вниз, прикрыв глаза, как будто забыв про кофе.

Телефон Эрни сильно завибрировал несколько раз подряд.

– Далия, – обречённо констатировал Том.

Эрни тихо засмеялся, прочитав несколько крепких односложных выражений по-испански.

– Передай, что я шлю ей французский поцелуй и букет андалузских роз.

«Том шлёт французский поцелуй и букет андалузских роз», – послушно передал Эрни.

«Idiota», – уже чуть более миролюбиво ответила Далия.

– По-моему, она тебя почти простила.

«Объявляется посадка на рейс до Мадрида! Объявляется посадка на рейс до Мадрида!»

Нина и учитель сольфеджио подскочили на местах, оторвавшись от своих журналов.

Протиснувшись сквозь «кишку», ведущую из здания к трапу, все наконец оказались в небольшом, но очень уютном салоне мини-самолёта и заняли свои места.

Эрни и Нина отлично разместились, немного откинув спинки назад, а согнутые колени Тома упирались в соседнее кресло спереди. Когда девушка, сидевшая в нём, решила прилечь, он поморщился от боли.

– Хочешь, поменяемся? – Невысокий сострадательный учитель сольфеджио предложил Тому помощь.

– Спасибо. – Том перебрался в кресло, за которым сидел Эрни, и тут же снова поморщился: соседка его бывшей соседки тоже решила прилечь.

– Откидывай свою спинку, я тут помещусь, – предложил помощь Эрни.

– Что бы я без тебя делал.

Том включил телефон и стал что-то сосредоточенно искать.

– Ну и цены… я разорюсь. Надо было положить на карту побольше.

– Что ты делаешь?

– Покупаю андалузские розы с доставкой, что же ещё!

– А я думал, ты это… так фигурально выразился.

– С Далией нельзя фигурально выражаться, она и сама неплохо «выражается»…

– Ну ты не переживай, я тоже взял кое-какие деньги. К тому же… на крайний случай, мы ведь могли бы и продать кое-что из того, что нам досталось по наследству, – шепотом закончил Эрни.

Том хлопнул себя ладонью по лбу:

– Я совсем забыл об этом, пока думал о том, какой скандал может устроить Далия, когда мы приедем… что бы я без тебя делал!

Наконец все отключили телефоны и пристегнули ремни – самолёт приготовился к взлёту.

Эрни впервые в жизни летел куда-то не посредством магического портала – ощущение было новым и приятным. Нина схватилась за живот и поморщилась. Эрни на всякий случай протянул ей бумажный пакет, но всё обошлось и вскоре она мирно задремала, прислонив голову к его плечу.

Учитель сольфеджио шелестел чем-то, что уместилось во внутреннем кармане его старомодного пиджака.

– Хотите ореховый рулет? – шепотом спросил он Эрни и Тома.

– Нет-нет, спасибо, я хочу фисташки. – По проходу к ним подплывала стюардесса, катившая перед собой тележку с напитками и снеками. Том привстал, гибко и бесшумно потянулся, как кот, решивший украсть с обеденного стола кусочек колбасы, и ухватил с тележки маленький пакетик, когда девушка остановилась метрах в трёх от них: его руки, как и ноги, были очень длинными.

– А ты? – удивлённо спросил Эрни учитель сольфеджио, твердо убежденный в том, что рулеты, которые печет дама его сердца, так же сильно нравятся всем вокруг, как и ему самому.

– Я буду «Пепси» и сухарики. Спасибо, может быть, потом, – вежливо отказался Эрни.

Тереза, жившая в одном подъезде с Томом, действительно пекла отличные рулеты, но за прошедший год Том и Эрни съели их слишком много и теперь просто не могли их видеть.

Тереза была ненамного старше Тома и находила его обаятельным. О том, что у Тома есть семья, она не имела ни малейшего понятия. Впрочем, об этом не знал никто, кроме Эрни, Нины и Мистера По, говорящего ворона, воспитанного Томом. Том не мог объяснить соседке по подъезду, что в Испании, куда он обычно отправляется как бы нелегально, посредством магического портала, живут его жена, дочка, внучка и зять. И Том решил познакомить с неравнодушной к нему милой женщиной своего действительно холостого товарища, который также был учителем Эрни. К счастью, пара из них получилась отличная, и теперь все рулеты и торты доставались новому избраннику.

Учитель сольфеджио вскоре тоже задремал, во сне продолжая, однако, жевать по инерции.

Том, как и Эрни, смотрел в иллюминатор, сосредоточенно думая о чём-то своём, отчего между его светлых бровей проступила морщинка.

Они уже оставили позади северный ландшафт с только что распустившейся листвой, угрюмыми скалами, холодными озёрами и свинцовыми облаками, которые тянулись, казалось, из-за края света, пытаясь навсегда заслонить от всего мира наконец начавшее согревать людей солнце. Теперь облака были лёгкими и игривыми, как молодые барашки, бежавшие далеко внизу по склонам цветущих гор с высокой шёлковой травой. Ещё час-другой, и на горизонте засинеет море…

Эрни прикрыл глаза, и море зашумело, он подставил ладони брызгам, смеясь над тем, как морская пена налипает на его босые ступни, пока шипящие «ботинки» не смыла новая волна.

Глава четвертая. Местная кухня и сумасбродное привидение

Большая сильная волна неожиданно укусила Эрни за щиколотки. Он потерял равновесие и инстинктивно выставил ладони вперёд, приготовившись окунуться в солёную холодную воду. Но вместо этого мягко стукнулся лбом обо что-то твердое, наконец проснувшись: их самолёт успешно приземлился. На этот раз в испанском аэропорту, а он упирался лбом в сиденье Тома, который подскочил на месте, пробудившись от удара.

– Возьмите хоть с собой, чайку попьёте! – На выходе из аэропорта учитель сольфеджио всё-таки всучил Тому целый ореховый рулет, любовно завёрнутый в белоснежную бумагу и скрупулёзно перевязанный какой-то красивой тесьмой. – Увидимся на фестивале! – Немного навязчивый коллега Тома наконец попрощался с ними, нырнув в такси.

– Ничего себе, он до сих пор тёплый… как она это делает? – Том упаковал кулинарный шедевр в свободное отделение дорожной сумки.

– Спорим, это магия, – не удержался Эрни.

Том сделал вид, что ничего не слышал.

– Как насчёт небольшой прогулки по столице? Не скажу, что я большой знаток этого города, но пару славных мест могу показать. Что скажете?

– Пойдём!

– Пойдём!

Почти одновременно отозвались Эрни и Нина.

– А мы не опоздаем домой? Далия, наверно, не очень обрадуется, узнав, что мы задержимся, – забеспокоился Эрни.

– Ерунда, всего часик, потом поедем побыстрее, прокатимся по трассе с ветерком! – Том загорелся. Он уже нёсся к переходу, волоча за собой сумку, Эрни и Нина едва успевали за ним.

Том свернул в какой-то проулок. На старинном одноэтажном домишке, выкрашенном белой и коралловой красками, над очень древней дверью из старой лакированной древесины красовалась вывеска, оплетённая стеблями дикого винограда, отчего название, составленное из деревянных букв, на вид как будто сильно пострадавших от какого-то погодного бедствия, разобрать было почти невозможно.

– Отлично, это заведение ещё живо! Пойдёмте перекусим, я проголодался как волк, а вы?

– Том, ты уверен, что это хорошая идея? Может, рассмотрим какой-нибудь ресторан на центральной улице? – предложил Эрни.

– Я был здесь, место отличное! Была весна, мы были юными и беззаботными… – Том погрузился в воспоминания, ненадолго забыв о чувстве голода. Но его живот громко заурчал. – Ненавижу центральные улицы, они такие… шумные…

– Ладно, ладно, пойдёмте. – Нина, видимо, решила, что проще будет согласиться с Томом, чем пытаться переубедить его.

Заведение, как и предполагал Эрни, не оправдало ожиданий (или воспоминаний) Тома. Не слишком чистые скатерти «украшали» дешёвые пластмассовые столики. На полу, покрытом потёртым линолеумом, то там, то тут красовались лужицы пролитого вина, от которых ощутимо пахло.

Том, Эрни и Нина заняли самый чистый на вид, единственный из ровно стоящих столик в углу у окна, украшенного припылённым искусственным цветочком.

Полнотелая официантка в фартуке из дешёвой ткани бросила на столик меню, представлявшее собой нечто похожее на газету.

– Мне казалось, я помню это место совсем другим, – робко признал свою ошибку Том.

– Наверно, тогда оно и было другим, всё ведь меняется, – утешил его Эрни. – Ну, ничего, выпьем кофе, съедим паэлью…

Крупная официантка многозначительно возникла рядом с их столиком, молча уставившись в потолок, с которого свисала паутина.

– Sirven ustedes comida vegetariana?¹ – опрометчиво начал диалог Том.

Эрни прикрыл лицо руками.

Официантка ничего не ответила, только перевела взгляд с потолка на Тома и его длинную бороду, скривившись.

– Me gustaría una tasa de té², – решил спасти ситуацию Эрни. Женщина черкнула что-то в своем блокноте. – Tres piezas, por favor³, – как умел, продолжил объяснять Эрни, выставив вперёд три пальца.

Официантка вроде бы понимала его. В меню, напоминавшем газету, он нашёл хорошо знакомое ему слово «paella»⁴ и ткнул в него пальцем.

– Voy a tomar esto⁵. Tres piezas, por favor.

–¿Qu plato de casa hay en este restaurante?⁶ – снова ворвался в диалог Том.

Эрни снова прикрыл лицо руками.

– Vino de la casa⁷, – парировала официантка.

Нина вскрикнула, ткнув вилкой во что-то скользкое: местную паэлью, оказалось, подавали с улитками. Эрни осторожно выловил всех улиток из тарелки Нины и, завернув их в салфетку, убрал на край стола.

Допив чай, который, к удивлению Эрни, оказался вкусным и крепко заваренным, они расплатились и покинули «романтичное» кафе.

– Хотите посмотреть на дом с привидением? – Том щурился, разглядывая карту в телефоне. – Это недалеко, всего несколько кварталов отсюда.

– По-моему, нам пора бы и выехать, – напомнил Тому Эрни.

– А я хочу! – неожиданно громко и настойчиво заявила Нина.

– Желание дамы – закон! – Том за несколько шагов, похожих на прыжки леопарда, который вот-вот настигнет дичь, пересёк квартал и уже жал на кнопку светофора, жестом поторапливая отставшую парочку.

Меньше чем через десять минут они действительно оказались на месте. Прямо напротив них через дорогу возвышался именитый жуткий дом.

Жутковато он, правда, выглядел лишь оттого, что никто его очень давно не ремонтировал. Дом был небольшой, но двухэтажный. Он походил на временное жилье оккупантов или же на те домики, которые промышленники строили для своих рабочих. На стенах с облезлой выцветшей краской проступала плесень, на покатой крыше – ржавчина.

– Мне показалось, я видел какое-то движение в окне верхнего этажа… – «замогильным» голосом произнес Том.

Нина прижалась к Эрни, вцепившись в его руку.

– Если честно, я ожидал большего, – уже обычным тоном оценил постройку Том. – Что-нибудь, возможно, историческое, так сказать…

Том работал учителем истории в школе искусств, где, естественно, и учились Эрни и Нина, его приёмные дети. Он всей душой обожал всё историческое.

Том крутанулся на каблуках своих туфель и уже собрался отправиться обратно. Неожиданно Нина вскрикнула от ужаса и вцепилась в руку Эрни так, что вся рука занемела и сильно заныла.

Том повернулся обратно и вопросительно уставился на Нину:

– Что такое, дорогая, тебе что-то померещилось? Пойдем отсюда скорее. – Том приобнял Нину за плечо, увлекая за собой, но она как будто приросла к асфальту, продолжая кричать.

– Том, посмотри-ка наверх. – Эрни уже заметил то, от чего кричала Нина.

– Ох ты ж… ничего себе… – Теперь это заметил и Том. – А я был уверен, что это фейк, выдуманная страшилка для привлечения туристов…

По коньку покатой со ржавыми подтёками крыши от одной трубы к другой брела босая призрачная женщина в длинной старомодной ночной сорочке.

Дойдя до середины, она повернулась к ним лицом. Хорошо, что её глаза были прикрыты, а подбородок прижат к груди. Длинные распущенные волосы свисали с плеч, разделенные на пробор посередине. По-видимому, дама намекала на то, что при жизни страдала лунатизмом.

Она медленно подняла руки, расставив их в стороны. Взмахнув ими, взлетела, конечно – вниз. Падала она медленно и красиво, вращаясь, как в замедленной съёмке, и наконец распласталась на асфальте в изящной театральной позе, так, чтобы зрители смогли рассмотреть её довольно красивое лицо и обнаженные колени.

Полежав так недолго, привидение исчезло.

– А она красивая… – ещё дрожащим, немного хриплым голосом со странным восторгом заключила Нина.

– Ты гораздо лучше! – парировал Том. – Пойдёмте-ка отсюда, думаю, всем нам хватит на сегодня впечатлений.

Нина медленно шла вперёд, то и дело оглядываясь. Теперь она держала Эрни за руку, не сжимая её.

– Только обещайте не рассказывать об этом Далии. – Том незаметно подмигнул Эрни, напоминая, что и Нине пока не стоит рассказывать слишком много.

Нина, однако, снова остановилась, показывая пальцем на крышу теперь уже другого, вполне современного, дома. На этот раз она не кричала, а смеялась.

Том и Эрни тоже остановились и посмотрели на крышу. Их новая знакомая, приподняв руками юбку, отплясывала чечётку.

– Обычные привидения не имеют привычки покидать здания, в которых проживают, – констатировал Том таким тоном, как будто сообщал учащимся своей школы какой-то исторический факт. – Это привидение какое-то… сумасбродное, – подытожил он.

Привидение тем временем сделало несколько пируэтов, как будто танцевало сольный номер в балете, и, разбежавшись, прыгнуло с крыши головой вниз, как стартующий пловец – с бортика бассейна. Нырнув в асфальт, дама оставила на месте своего падения тёмный след, конечно, по виду напоминавший пролитую кровь.

– Она, определённо, заигрывает… вот только с кем из нас… – вслух размышлял Том, уставившись на пятно.

– Возможно, она понимает, что ты кое на что способен… в некотором смысле… – предположил Эрни. – А раньше привидения никогда не пытались с тобой пообщаться? – уже прямо спросил он.

– Был один интересный случай, – признался Том, – в одном старинном замке.

– Уверен, это тоже была «дама», – засмеялся Эрни.

– Ты абсолютно прав. – Том тоже улыбнулся.

– И что ты тогда сделал?

– Так, начертил несколько рун. Это помогло ей немного успокоиться… или, скорее, немного упокоиться…

– Э-э-э… а сейчас ты не хочешь проделать то же самое? У тебя же вечно во всех карманах кусочки мела лежат, – предложил Эрни.

Том запустил длинные пальцы в карман джинсов и действительно извлёк оттуда кусочек мела.

Вокруг пятна на асфальте он нарисовал нечто, напоминавшее компас, – круг, размеченный рунами разного размера.

– Rest in peace, babe⁸. – Том отряхнул руки от мела, его начертания исчезли с асфальта вместе с пятном.

– Уж не знаю, как она дальше будет распоряжаться своей жизнью после смерти, но нас преследовать она точно больше не станет.

– Я тебе верю, – сказал Эрни больше для того, чтобы успокоить Нину, которая улыбалась так, как будто всё произошедшее её искренне позабавило, но всё ещё выглядела бледной.

– Местные достопримечательности – это прекрасно. Но теперь нам действительно пора ехать, – сказал Том так, как будто это Эрни настоял на прогулке по историческим местам.

– Согласен с тобой, – миролюбиво улыбнувшись, ответил Эрни.

Глава пятая. Автомобиль не по средствам и боевая песнь викингов

– Это не даёт никаких привилегий. Но вы можете оплатить скоростную трассу, – вежливо пояснил молодой человек в рубашке и брюках, заметив, что Том с интересом разглядывает «красивый» номерной знак на автомобиле, в который он, как показалось Эрни, влюбился с первого взгляда.

Тёмно-красный новый блестящий двухдверный «мерседес» с откидным верхом действительно выглядел очень привлекательно. Однако Эрни не считал, что взятая напрокат на время отпуска машина стоит того, чтобы потратить на неё почти все свободные деньги.

– Я хочу арендовать этот автомобиль на неделю. И да, я собираюсь оплатить скоростную трассу. – Том осторожно и нежно провёл подушечкой пальца по контуру лобового стекла «мерседеса».

Эрни невольно присвистнул. Молодой человек в рубашке и брюках не обратил на его реакцию ни малейшего внимания – он увлекал Тома к стойке для заполнения документов.

Пока Том заполнял договор аренды и оплачивал услуги, Эрни и Нина разместились на заднем сиденье «мерседеса». Оно оказалось на редкость удобным и упругим, они даже несколько раз подпрыгнули на нём, как на батуте, пока в их сторону никто не смотрел.

– Пристегнитесь, ребята, поедем быстро. – Глаза Тома горели, он, определённо, не только предвкушал, но и замышлял что-то.

Но Эрни волновало не это. На пальце Тома, чуть выше старинного кольца с натуральным камнем, которое он обычно носил, красовался массивный золотой перстень с рубинами и топазами, а на шее появилась внушительная цепь с массивным медальоном. Молодой человек в рубашке и брюках, заметив медальон, вежливо поклонился, пожелав приятной поездки.

Хорошо, что эти «статусные» украшения не успела заметить Нина, у неё всё никак не получалось пристегнуть ремень безопасности, он то и дело проскальзывал между подушками кожаного сиденья.

– Давай-ка я с этим разберусь, а ты держи мятный леденец, а то тебя укачает.

– Спасибо… а это… это ещё откуда?! – Нина в изумлении уставилась на собственное запястье, на котором красовался серебряный браслет, украшенный бирюзой.

– А-а это… это наш с Томом тебе подарок в честь… этого… того…

– В честь чего?!

– В честь твоего первого самолёта, то есть… перелёта, да, перелёта. Ты так мужественно всё перенесла, даже бумажный пакет не пригодился…

Нина поморщилась и отстранилась, нахмурившись.

– Ну, я хотел сказать, что ты молодец, мы тобой гордимся. Том говорит, что когда Дана в первый раз летала самолётом, её стошнило четыре раза подряд. А ещё она вцепилась в стюардессу и просила её высадить на парашюте, потому что она больше не может и отказывается тут находиться.

Нина от души рассмеялась и поднесла запястье к глазам:

– Вообще-то он красивый, спасибо. Мне очень нравится бирюза.

– Она тебе очень идёт.

Нина слабо пнула ногой лодыжку Эрни, но улыбнулась.

Том тем временем уже выехал на трассу и ускорился настолько, что встречный ветер развевал его длинные волосы так, что они едва не касались лица Эрни. Воздух был очень тёплым и нежным. Он пах цветами, выгоревшей под лучами жаркого солнца травой, диким и спелым виноградом, далёким морем, землёй, которую возделывали трудолюбивые руки фермера, и землёй, которая жила своей собственной, первозданной жизнью. В общем, это был запах самой Испании, который Эрни хорошо знал и давно любил.

Солнце медленно клонилось к закату, Эрни казалось, что он ощущает запах асфальта, едва не расплавившегося от дневного зноя.

Уставшая Нина задремала, уронив голову на плечо Эрни.

Лицо Тома, отражавшееся в зеркале, напоминало собой лицо кота, собравшегося поохотиться на воробушка. Эрни тихо засмеялся, стараясь не разбудить Нину: Том неожиданно получил «по наследству» ещё одно необычное украшение, которое, видимо, сам не замечал. Эрни осторожно тронул его за плечо и тихонько спросил:

– Том, как голова?

– Немного тяжёлая, знаешь, и как будто гудит. Спасибо, что спросил… А как ты догадался: я что, плохо выгляжу?

Эрни снова еле сдержал приступ смеха:

– Напротив, ты просто неотразим. Посмотри-ка в зеркало.

– Ух ты, вот это красота. Но в зеркале я, слава богу, пока что отражаюсь, в отличие от нашей недавней знакомой. – Том наконец заметил каску викинга, выкованную из золота, украшавшую его голову.

– Может, притормозишь и снимешь это? – ненавязчиво предложил Эрни.

– У нас нет времени на остановки: я пообещал Далии, что мы все вместе выпьем чая перед сном.

– Ну, как знаешь.

– Вы хорошо пристегнулись?

– Ты что, собираешься ещё ускориться? – настороженно спросил Эрни: на спидометре «мерседеса» показатель скорости достиг двухсот километров в час. – Тебя и так оштрафуют, если засекут.

– Это вряд ли: ближайший пост дорожной полиции почти в пятидесяти километрах отсюда, я проверил. – Том повертел в свободной руке телефон. – Почему, ты думаешь, я выбрал именно эту трассу? По ней действительно можно погонять от души.

– Всё же, я думаю, больше ускоряться не стоит, хотя бы из соображений…

Но Том не слушал Эрни, он что-то бормотал себе под нос, к ужасу Эрни, на древневаллийском, описывая указательным пальцем в воздухе какую-то затейливую спираль.

К облегчению Эрни, того, что он ожидал, не случилось, наверно, у Тома что-то не вышло: ровным счётом ничего магического не произошло. Однако Том не выглядел расстроенным, напротив, он довольно улыбался, глядя куда-то вдаль как бы исподлобья.

Эрни понял, что ошибся: соорудить магический портал у Тома получилось, просто в некотором отдалении от автомобиля. Теперь стало ясно, что задумал Том – он собирался буквально влететь в портал на бешеной скорости.

Эрни зажмурился, сделал глубокий вдох и задержал дыхание, покрепче сжав плечо спящей подруги.

Двигатель автомобиля рычал, выжимая предельную скорость.

Неожиданно двигатель заглох, а машина вместе с пассажирами оказалась в невесомости. Эрни парил в паре сантиметров от кресла, удерживаемый ремнём безопасности. Сладковатый тёмно-синий с переливами воздух был лёгким и приятным, хотя пах как густой туман, в котором раскурили благовония.

Нина заливисто засмеялась во сне, произнеся какую-то странную фразу на испанском.

Том откинулся назад в кресле, уперев ноги в пол под педалями, как будто пытался раскачаться.

– Ну-ка, помоги мне немного!

Эрни тоже откинулся назад и напрягся. «Мерседес» тронулся и поплыл вперёд сквозь туман.

Том вдруг запел старинную песню, которую Эрни тоже хорошо знал.

– Oh, I see your father… – Том обернулся и подмигнул.

– Oh, I see, and mother and sisters with brothers, – тихонько подхватил Эрни.

– Oh, I see how my ancestors awake every single.

– They call me.

– And my name is to take place next to them.

– In the halls of Valhalla.

– Where the brave live forever…⁹ – синхронно окончили Том и Эрни.

В этот момент машина резко рванулась вперёд и Эрни как будто втолкнули в тугой резиновый шланг, сквозь который с трудом протискивались его голова и плечи. Через мгновение звуки обычного мира и рев двигателя, работающего на пределе, вернулись. Машина приземлилась на асфальт, как самолёт, и пронеслась мимо поста дорожной полиции.

Эрни краем глаза успел заметить, как её сотрудник сначала в немом изумлении выронил жезл, а потом и вовсе упал без чувств.

Том теперь хохотал от души, уже не боясь разбудить Нину, которая до сих пор мирно спала с лицом довольного ребёнка. Он наконец снял каску и спрятал её под пустовавшим сиденьем, укутав реликвию в старую ветровку, которая до этого валялась без дела.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Вы подаёте вегетарианское меню? (исп.)

Вернуться

2

Я бы хотел чашку чая (исп.).

Вернуться

3

Три штуки, пожалуйста (исп.).

Вернуться

4

Паэлья (исп.).

Вернуться

5

Я возьму это (исп.).

Вернуться

6

Какое в этом ресторане фирменное блюдо? (исп.)

Вернуться

7

Местное вино (исп.).

Вернуться

8

Покойся с миром, детка (англ.).

Вернуться

9

Боевая песнь викингов.

Вернуться